Текст книги "Иллюзия выбора: Кто принимает решения за нас и почему это не всегда плохо"

Вторая причина силы правил по умолчанию касается того, какие информационные сигналы, по мнению людей, они подают. Если архитекторы выбора сформировали правило по умолчанию открыто и явно, люди будут полагать, что те, кто разбирается в вопросе, ненавязчиво рекомендуют им, как поступить. Так, человек посчитает, что не стоит отклоняться от правила и поступать по-другому, за исключением тех случаев, когда у него имеются на то личные причины{40}40
  См.: Brigitte C. Madrian & Dennis F. Shea, The Power of Suggestion: Inertia in 401 (k) Participation and Savings Behavior, 116 Q. J. Econ. 1149, 1182 (2001) (предполагает, что сотрудники с наибольшей вероятностью предпочтут инвестировать в пенсионную программу, если часть дохода распределена по умолчанию, потому что «сотрудники воспринимают такое автоматическое инвестирование как неявную рекомендацию компании распорядиться своим пенсионным доходом самым выгодным образом»); Craig R. M. McKenzie, Michael J. Liersch, & Stacey R. Finkelstein, Recommendations Implicit in Policy Defaults, 17 Psychol. Sci. 414, 418–19 (2006) (описывает эксперименты, в которых предпочтения разработчиков различных стратегий отражаются в опции по умолчанию, предоставленной «решателям», которые, в свою очередь, не желают отклоняться от правила по умолчанию). Конечно, это неправда, что все правила по умолчанию выбираются потому, что результат будет наилучшим для «выбирателя».


[Закрыть]. Следовать своим путем всегда рискованно, и вы, вероятно, не решитесь на это, пока не будете абсолютно уверены, что это необходимо.

Сигнал. Предположим, что по умолчанию вы используете экологически чистый источник энергии. Или, скажем, работодатель автоматически включает сотрудника в определенную программу пенсионного обеспечения или медицинского страхования. Для многих весьма соблазнительной будет мысль, что эксперты или толковые представили власти действительно знают, как лучше. Решая отказаться от чего-то, вы должны очень доверять архитекторам выбора, чтобы последовать их примеру. Оказывается, многие считают, что правило по умолчанию создано кем-то очень мудрым или хотя бы умным – и не без веской на то причины. И если вам не хватает опыта или знаний, вы просто-напросто уступаете давлению выбора, который был сделан за вас.

В самом деле, существует веское доказательство, что недостаток информации у потребителей (в том числе о возможных альтернативах) объясняет силу правил по умолчанию{41}41
  См.: Jeffrey R. Brown et al., The Downside of Defaults 3 (Sept. 16, 2011) (неизданное), доступно по ссылке http://www.nber.org/aging/rrc/papers/orrc11-01.pdf («Недостаток необходимой информации о других вариантах решения значительно повышает вероятность следования правилу по умолчанию»).


[Закрыть]. Эти правила не так действенны, когда люди считают, что достаточно осведомлены и опытны в нужном вопросе.

Данный факт был обнаружен благодаря исследованию, проведенному среди экономистов в области экологии, которые отказались следовать установленным по умолчанию правилам, касающимся защиты окружающей среды{42}42
  Åsa Löfgren et al., Are Experienced People Affected by a Pre-Set Default Option – Results from a Field Experiment, 63 J. Envtl. Econ. & Mgmt. 66 (2012).


[Закрыть]. Эксперимент касался компенсаций выбросов в атмосферу углекислого газа[4]4
  Физические и юридические лица перечисляют природоохранным организациям денежные суммы пропорционально причиненному окружающей среде ущербу (оставленному углеродному следу). – Прим. ред.


[Закрыть]. В нем приняли участие члены ежегодной конференции Европейской ассоциации экономистов в области экологии и природных ресурсов (в июне 2008 года). Участники не имели права регистрироваться на конференцию, не указав своего отношения к компенсации углеродного следа. По условиям эксперимента людей разделили на три группы случайным образом. В первом случае выбором по умолчанию была полная компенсация, от которой можно было отказаться, сказав: «Я не хочу платить за компенсацию моего углеродного следа». Во втором случае выбором по умолчанию было отсутствие компенсации, но на нее можно было согласиться. Третий вариант содержал в себе активный выбор: участники должны были сами определить, хотят они платить за свой углеродный след или нет.

Примечательно, что результат во всех трех группах был практически одинаков. Ученые-экологи точно знают, какой вариант им ближе. Большей частью они выбирали оплату компенсации. Экологи делают то, что действительно хотят делать, независимо от того, в какой форме задается вопрос.

Доверие и информация. Конечно, считается, что, когда люди не понимают, чего хотят, легче ввести правило по умолчанию. В другом исследовании больше половины опрошенных, постоянно следующих правилам по умолчанию, подчеркивали, что одна из причин этого – недостаток информации{43}43
  См.: Jeffrey R. Brown et al., The Downside of Defaults 19 (Sept. 16, 2011) (неизданное), доступно по ссылке http://www.nber.org/aging/rrc/papers/orrc11-01.pdf («Всего 51,3 % тех, кто выбрал правила по умолчанию, признали, что одна из причин такого выбора – недостаток информации»).


[Закрыть]. А значит, если бы люди не доверяли архитекторам выбора, они бы скорее отказались следовать правилу. И этому тоже есть доказательство{44}44
  См.: David Tannenbaum & Peter H. Ditto, Information Asymmetries in Default Options 11–17 (неизданное), доступно по ссылке https://webfiles.uci.edu/dtannenb/www/documents/default%20information%20asymmetries.pdf (описание исследования, проводимого в университетах, которое показывает явную связь между доверием студентов преподавателю и решением придерживаться схемы по умолчанию в период сдачи зачетных работ).


[Закрыть]. Возможно, это еще один метод определения, что помогает укорениться действующему по умолчанию правилу: инертность или чье-то авторитетное одобрение. Если, не слишком доверяя архитектору выбора, люди отказываются следовать правилу по умолчанию, значит, сила инерции не так уж велика.

Асимметрия. Рассматривая правила по умолчанию как информационные сигналы, не следует забывать об одном важном ограничении, которое касается существенной разницы между тем, как люди реагируют на свое вовлечение или невовлечение в эти правила{45}45
  Там же, с. 17.


[Закрыть]. Точнее, люди полагают, что их автоматическое участие (подписка, зачисление куда-либо) говорит о том, что это самый разумный или лучший вариант, – но автоматическое неучастие не сообщает о том же самом. Если человека автоматически включают в программу медицинского страхования или накопления сбережений, он считает, что кто-то решил за него, что в его интересах участвовать в этой программе. Но если человека не включают куда-то автоматически, он не сделает аналогичного вывода. Неучастие такого сигнала не передает.

Причина в том, что люди воспринимают автоматическое вовлечение как хорошо продуманное решение архитекторов выбора. Они полагают, что те, кто создает автоматическое вовлечение, делают это на достаточных основаниях. Напротив, отсутствие вовлечения воспринимается как простое бездействие, не подкрепленное никакими доводами и потому не несущее в себе никакой информации. Это, конечно, весьма правдоподобное умозаключение. Когда система устроена так, что вам приходится что-то делать, чтобы принять в ней участие, мысль, что работодатель или кто-то другой считает, что вы не должны в ней участвовать вовсе, совершенно ничем не подкреплена.

Данное открытие подразумевает, что многие имеют свое мнение о причинах появления определенных правил по умолчанию. Автоматическое вовлечение воспринимается как шаг, продиктованный исключительно заботой о других. Но при этом отсутствие вовлечения будет следствием отсутствия такой мотивации и не передает никакой информации о том, что лучше. (Отметим, что рассматривать отсутствие вовлечения как результат полного бездействия – тоже вполне оправданный подход.) Такая точка зрения, в свою очередь, основана на проблеме патернализма. Разумеется, отсутствие вовлечения – правило по умолчанию, причем весьма устойчивое. Но так как люди не понимают этого с точки зрения архитекторов выбора, оно остается для них нейтральным во многих важных аспектах, тогда как вовлечение нейтральным не бывает. Многие из тех, кто отвергает политику патернализма, предпочтут отсутствие вовлечения именно по этой причине.

Еще одним важным эмпирическим открытием стало следующее. В то время как автоматическое вовлечение может укорениться в результате как инертности, так и авторитетного одобрения, автоматическое отсутствие вовлечения существует только благодаря инертности. Смысл здесь в том (и это подтверждается экспериментами), что автоматическое вовлечение укореняется, когда люди доверяют архитекторам выбора, но при низком уровне доверия этого не происходит{46}46
  Там же, с. 17.


[Закрыть]. Это совершенно логично. Если люди посчитают, что архитекторы выбора ввели автоматическое вовлечение на незаконных основаниях, абсолютно все откажутся принимать в этом участие. Но когда речь идет об отсутствии вовлечения, такого не наблюдается, даже если уровень доверия низок. Все потому, что отсутствие вовлечения вообще не рассматривается людьми как то, о чем нужно судить как о предоставленном кем-то выборе. И действительно, таких колебаний на практике обнаружено не было{47}47
  Там же, с. 4.


[Закрыть].

Чтобы разобраться с третьей причиной сильного влияния правил по умолчанию, давайте обратимся к боязни потерь – одному из самых важных, понятных и устойчивых факторов в науке о поведении человека. Основное утверждение здесь таково: неприятие потерь сильнее, чем любовь к соответствующим им приобретениям{48}48
  См.: Daniel Kahneman, Jack L. Knetsch, & Richard H. Thaler, Experimental Tests of the Endowment Effect and the Coase Theorem (рассказывает о феномене боязни потерь: «потери намного ощутимее, чем объективно соотносимые с ними приобретения или выгоды»), в Quasi-Rational Economics 167, 169 (Richard H. Thaler, 1994); A. Peter McGraw et al., Comparing Gains and Losses, 21 Psychol. Sci. 1438, 1443–44 (2010) (делает вывод, что боязнь потерь заявляет о себе даже там, где прибыли и убытки помещены в один и тот же контекст). Яркий пример боязни потерь можно найти в David Card & Gordon B. Dahl, Family Violence and Football: The Effect of Unexpected Emotional Cues on Violent Behavior, 126 Q. J. Econ. 103, 105–06, 130–35 (2011) (описывается открытие, что после проигрыша любимой футбольной команды повышается уровень домашнего насилия).


[Закрыть]. В целом люди на многое готовы, чтобы избежать потерь. Им важно сохранить существующее положение вещей – а правило по умолчанию определяет это положение. Оно устанавливает что-то вроде точки отсчета – как приобретений, так и потерь.

Чтобы наглядно представить, насколько сильна в обществе боязнь потерь, рассмотрим исследование, проведенное в округе Колумбия, с помощью небольшого налога (5 центов) на одноразовые пакеты для продуктов{49}49
  Tatiana A. Homonoff, Can Small Incentives Have Large Effects? The Impact of Taxes Versus Bonuses on Disposable Bag Use 2–4 (Mar. 27, 2013) (неизданное), доступно по ссылке http://www.princeton.edu/~homonoff/THomonoff_JobMarketPaper.pdf.


[Закрыть]. Это исследование показало, что из-за налога, каким бы крошечным он ни был, использование одноразовых пакетов сократилось в разы. Люди не хотят терять деньги, даже если это совсем незначительная потеря. Был бы эффект таким же, если бы покупателям предлагали получить ту же сумму? Вовсе нет. До введения налога супермаркеты предлагали покупателям бонус в размере 5 центов за использование многоразовых пакетов, но это не дало практически никакого эффекта. Потенциальная потеря оказалась важна, потенциальный выигрыш – нет.

Общий вывод напрашивается такой. Если требуется подтолкнуть людей к определенному поведению, нужно ли предлагать им бонусы в качестве поощрения или лучше пригрозить неким наказанием? Нехорошо, конечно, угрожать другим, но все же перспектива потери (пускай и незначительной) заставляет задуматься.

В данном случае самое главное то, что приобретения и потери не возникают сами по себе. С неба они не падают. Действующее по умолчанию правило определяет, что принимается за приобретение, а что за потерю. Вот небольшой пример. Профессиональным игрокам в гольф платят, если они хорошо выступают на соревнованиях. Удар есть удар, и если вы ударили по мячу 72 раза, ваш счет не зависит от того, было ли у вас 18 непрерывных паров или 9 богги и 9 берди (для тех, кто не разбирается в гольфе: пар – это количество ударов, за которые игрок должен пройти одну лунку; берди – количество ударов на одной лунке на один меньше, чем пар; богги – количество ударов на одной лунке на один больше, чем пар). Тем не менее профессиональные игроки в гольф играют лучше, когда стараются сделать пар, чем когда стремятся сделать берди{50}50
  Devin G. Pope & Maurice E. Schweitzer, Is Tiger Woods Loss Averse? Persistent Bias in the Face of Experience, Competition, and High Stakes, 101 Am. Econ. Rev. 129, 129–57 (2011).


[Закрыть]. А причина проста: пар – это выбор по умолчанию, в котором ты не хочешь упустить ни одного удара. Берди – это, конечно, хорошо, но не так хорош берди, как ужасен богги. По крайней мере это очевидная психология гольфистов – ведь на табло все удары засчитываются как удары. Еще в этом примере примечательно то, что понятие «пар» появилось не само по себе – так принято; и установка считать паром три удара, а не четыре, определяет выигрыши и проигрыши.

Чтобы оценить влияние боязни потерь и ее отношение к действующим по умолчанию правилам, приведем результаты остроумного исследования мотивации преподавателей{51}51
  Roland G. Fryer, Jr., et al., Enhancing the Efficacy of Teacher Incentives Through Loss Aversion: A Field Experiment 2–3 (Nat'l Bureau of Econ. Research, Working Paper No. 18237, 2012), доступно по ссылке http://www.nber.org/papers/w18237.


[Закрыть]. Многие выражали заинтересованность в том, чтобы поощрять преподавателей, что, в свою очередь, привело бы к улучшению показателей студентов. Повышение материальной мотивации дало смешанные результаты. Многие попытки, к сожалению, вообще оказались провальными{52}52
  Эксперименты в США по установлению зависимости между зарплатой преподавателя и результатами его работы дали «совсем небольшой, если не сказать, отрицательный, эффект». Там же, с. 2.


[Закрыть]. Но тут данное исследование подключает боязнь потери, изменяя правило по умолчанию. Авторы исследования заплатили преподавателям вперед и сообщили, что, если студенты не покажут заметных улучшений в учебе, им придется вернуть эти деньги. В результате у студентов резко улучшились оценки по математике – и это произошло благодаря резкому улучшению качества преподавания. Основная идея здесь в том, что потери, касающиеся оплаты труда, переносятся особенно тяжело, и люди готовы работать намного больше, чтобы их избежать.

Данное исследование подтверждает, что именно точка отсчета, устанавливаемая правилом по умолчанию, определяет, что считать потерей. Предположим, сотрудники компании получают $5000 в месяц после уплаты всех налогов. Вопрос: захотят ли они, чтобы какая-то часть этой суммы вычиталась в счет сбережений? Если этот вопрос так и задать, то сотрудники откажутся. Кому захочется терять часть зарплаты? Но если работодатель платит сотрудникам $4800 в месяц, а еще $200 кладет на их накопительный счет, большинство не будет жаловаться – более того, у них даже не возникнет соблазна забирать эти $200 со своего счета ежемесячно. Кто же захочет тратить свои сбережения? Помня о том, как сильно влияют правила по умолчанию, нельзя не признать, что многие из описанных здесь ситуаций – следствие боязни потерь.

В целом боязнь потерь имеет большое значение и объясняет влияние действующих по умолчанию правил. Это можно проиллюстрировать с помощью примеров, касающихся потребления энергии и защиты окружающей среды. Если по умолчанию используются энергосберегающие лампочки, а людей спрашивают, не хотят ли они перейти на менее экономичные, тогда потеря (в смысле уменьшения пользы) может показаться людям огромной – и они продолжат покупать энергосберегающие лампочки{53}53
  Isaac M. Dinner et al., Partitioning Default Effects: Why People Choose Not to Choose 12–14 (Nov. 28, 2010) (неизданное), доступно по ссылке http://papers.ssrn.com/id=1352488 (исследование «бездейственных» правил).


[Закрыть]. Но если по умолчанию используются менее экономичные лампочки (и менее дорогие, разумеется), в ответ на вопрос, не хотят ли они использовать энергосберегающие, люди откажутся. А все потому, что потеря (в терминах потраченных денег) тоже будет огромной. Как мы видим, в вопросах защиты окружающей среды правила по умолчанию отчасти имеют значение из-за боязни потерь.

Важно подчеркнуть, что боязнь потерь, безусловно, крепко связана с самой человеческой природой (да и с живой природой вообще). Она проявляется во множестве ситуаций у очень разных людей. Но обстоятельства тоже имеют значение. Когда человеку что-то угрожает, заставляя его занимать оборонительную позицию, это делает его еще более уязвимым для потерь. А вот пример вмешательства, которое устраняет боязнь потерь: когда мужчин просят вообразить себе романтическую обстановку, пробуждая в них тем самым соответствующие эмоции, боязнь потерь исчезает. С женщинами такого не происходит{54}54
  См.: Yexin Jessica Li et al., Economic Decision Biases and Fundamental Motivations: How Mating and Self-Protection Alter Loss Aversion, 102 J. Personality and Soc. Psychol. 550 (2012). Когда люди способны контролировать эмоции, они демонстрируют меньшую боязнь потерь. См. Peter Sokol-Hessner et al., Emotion Regulation Reduces Loss Aversion and Decreases Amygdala Responses to Losses, 8 Soc. Cognitive and Affective Neuroscience 341 (2013).


[Закрыть].

Это три главных фактора, но есть и другие{55}55
  См.: Jeffrey R. Brown et al., The Downside of Defaults 19 (Sept. 16, 2011) 18–21 (неизданное), доступно по ссылке http://www.nber.org/aging/rrc/papers/orrc11-01.pdf (список различных причин, объясняющих влияние правил по умолчанию).


[Закрыть]. Например, правило по умолчанию может укорениться, потому что люди не хотят брать на себя ответственность. По этой причине они предпочитают не выбирать.

Предположим, например, что по умолчанию людям предлагается пользоваться только экологически чистыми источниками энергии. Они могут следовать этому правилу только потому, что честному гражданину нарушать его не полагается – это будет неправильно с точки зрения общепринятой морали{56}56
  О роли чувства вины, см.: Aristeidis Theotokis & Emmanoela Manganari, The Impact of Choice Architecture on Sustainable Consumer Behavior: The Role of Guilt, J. Bus. Ethics (July 19, 2014), доступно по ссылке http://link.springer.com/article/10.1007%2Fs10551-014-2287-4 (правила по умолчанию в деле защиты окружающей среды эффективны: люди редко отказываются от них, поскольку иначе их будет преследовать чувство вины).


[Закрыть]. Возможно, если бы от них требовалось выразить явное согласие на применение экологически чистых источников энергии, они бы отказались, чтобы сэкономить деньги. Вероятно, они также не согласились бы на это, если бы выбор был активный. Но если по умолчанию используется то, что безвредно для окружающей среды, люди будут следовать правилу, чтобы избежать чувства вины и стыда. Одно дело – не совершать явного выбора в пользу заботы об окружающей среде. Совсем другое – открыто отказываться от этого выбора в пользу вредного для окружающей среды подхода.

Это актуально для любых ситуаций, где в решении есть нравственное измерение, потому что активный выбор всегда сильнее затрагивает чувство ответственности, чем пассивный{57}57
  Там же. Кроме того, см.: Bjorn Bartling & Urs Fischbacher, Shifting the Blame: On Delegation and Responsibility, 79 Rev. Econ. Stud. 67 (2012). Про людей, подбрасывающих монетку, чтобы избежать ответственности, см.: Nadja Dwengler et al., Flipping A Coin: Theory and Evidence (2013) (неизданное), доступно по ссылке http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2353282. Подумайте над следующим: «Когнитивные и эмоциональные затраты на решение могут перевешивать те выгоды, которые приносит оптимальный выбор. Например, человек может отказаться делать выбор из-за отсутствия времени и сил на обдумывание; не чувствует себя вправе принять решение; предвидит разочарование, которое испытает после сделанного выбора. Отказ от выбора решения может показаться наилучшим выходом в данных случаях, хотя вероятность неблагоприятного исхода существенно возрастает».


[Закрыть]. Самые наглядные тому примеры – выборы, которые касаются других людей. Вернемся к чаевым в такси. Если вы откажетесь дать самые большие чаевые, предлагаемые по умолчанию, у вас, возможно, появится неприятное чувство, что вы поступили вопреки нормам социального этикета, проявив себя как эгоистичный и недобрый человек. Может быть, вы не выберете меньшую сумму чаевых из предложенных именно по этой причине – хотя пассивно так бы и сделали. Социальные нормы устанавливают, что справедливо, а что бесчестно. Разумно предположить, что люди, которые никогда не поступили бы бесчестно в результате совершения активного выбора, могут пассивно желать этого. Например, теннисист Джон следует строгим правилам, исключающим жульничество в игре и счете, но если его соперник Томас совершит ошибку в пользу Джона, то Джон, возможно, его не поправит. И если Джон всегда честно платит налоги, не факт, что он сообщит в налоговую службу, если получит на свое имя чек на сумму, которая вовсе ему не причитается. Суть в том, что, когда люди делают пассивный выбор – по умолчанию, чувство личной ответственности заметно ослабевает.

У нас имеется и чувство ответственности перед самими собой. Если в ресторане или кафе стандартная порция очень мала или вам по умолчанию предлагают здоровую пищу, может быть, вы и не захотите что-то менять и вредить тем самым своему здоровью. Вы не попросите порцию побольше, не пожелаете заменить блюдо на другое, более вредное. Но если большая порция или не очень здоровая пища подается по умолчанию, вы также не станете жаловаться и просить заменить блюдо. Соотношение между чувством ответственности и активными или пассивными решениями требует более тщательного рассмотрения, но основная идея, я думаю, ясна.

Для архитекторов выбора, в том числе влиятельных людей (как в государственной, так и в частной сфере), объяснение причин устойчивости правила по умолчанию имеет прямое отношение к решению о том, нужно ли его менять. Каждое объяснение создает свои опасения.

Допустим, люди не меняют правило по умолчанию, поскольку полагают, что архитекторы выбора его негласно одобряют. В каком-то смысле может показаться, что, это развязывает руки архитекторам выбора: они решат устанавливать такие правила по умолчанию, которые на самом деле выгодны им самим. Множество исследований доказывают, что, когда власти, облеченные массовым доверием, указывают поступать определенным образом, люди склонны слушаться, даже если это неправильно или жестоко. В знаменитом эксперименте Стэнли Милгрэма люди следовали указаниям и нажимали на кнопку, якобы наказывая электрическим током «учеников», которые отвечали на вопросы неправильно{58}58
  См.: Stanley Milgram, Obedience to Authority: An Experimental View 1–12 (1974) (описание эксперимента, в котором участники выполняли инструкции экспериментатора, «наказывая» актеров, притворявшихся «учениками», и продолжали это делать, послушно усиливая напряжение тока по указке экспериментатора).


[Закрыть]. (Удары током не были настоящими, но испытуемые этого не знали.) Милгрэм подчеркивает важность подчинения авторитету и считает, что оно может привести к ужасным последствиям. Самые убедительные объяснения результатов эксперимента Милгрэма таковы: люди верят, что экспертам можно доверять, они разумны и надежны. Следовательно, когда авторитетная персона обладает специальными знаниями, люди ей доверяют{59}59
  См.: Cass R. Sunstein, Why Societies Nedd Dissent 32–37 (2003) (дает общую оценку эксперименту Милгрэма и исследует его как выдающийся пример того, что люди способны слепо верить авторитетным личностям).


[Закрыть].

И тут возникает серьезная проблема. Полагаясь на настоящий или кажущийся профессионализм, люди доверяют авторитетным личностям, которые вводят правила по умолчанию, даже если эти правила опасны, нечестны или преследуют чьи-то корыстные цели. Конечно, сами архитекторы выбора вовсе не считают, что поступают нечестно, и, следовательно, эта проблема их не особенно волнует. Но с точки зрения общества, знания и авторитет имеют такое огромное влияние, что это говорит в пользу применения коллективных мер предосторожности и иногда требования активного выбора – в тех случаях, когда архитекторы выбора не заслуживают доверия. У послушания есть свои недостатки, и мы еще к этому вернемся.

Если правило по умолчанию укореняется в результате инертности или боязни потерь, то причина опасений будет иной. В таких случаях появляется угроза манипулирования и покушения на уровень индивидуального влияния и даже достоинство человека. Возможно, архитекторы выбора эксплуатируют знания о поведении человека, чтобы получить выгодный им результат{60}60
  См., напр.: Edward L. Glaeser, Paternalism and Psychology, 73 U. Chi. L. Rev. 133, 136–39 (2006) (примеры манипулирования личными убеждениями и взглядами); Joshua D. Wright & Douglas H. Ginsburg, Behavioral Law and Economics: Its Origins, Fatal Flaws, and Implications for Liberty, 106 Nw. U. L. Rev. 1033, 1049 & n. 71 (2012) (обзор исследований того, как компании используют когнитивные предубеждения).


[Закрыть]. Манипулирование – серьезное обвинение, и если архитекторы выбора скрывают свои действия, то возразить на него просто нечего. По этой причине правила по умолчанию должны создаваться открыто и никоим образом не утаиваться. Если правило по умолчанию известно общественности, вряд ли можно будет предъявить кому-то обвинение в манипулировании сознанием. Если не требуется активный выбор, должно быть правило по умолчанию, и совсем необязательно воспринимать неизбежное стандартное правило как манипулирование сознанием (которое, конечно же, неприемлемо). Вы правда считаете, что включение людей в стандартную программу накопления сбережений будет манипуляцией? Что это будет большей манипуляцией, чем невключение в ту же самую программу? А если вы теперь по умолчанию печатаете на обеих сторонах листа, вами манипулируют больше, чем когда вы печатали только на одной? Пока люди достаточно информированы о правилах по умолчанию, скептикам придется поломать голову, прежде чем выдвигать обвинения в манипулировании.

Несомненно, архитекторы выбора создают такие правила по умолчанию, которые дают наилучший, по их мнению, эффект. Люди иногда не обращают внимания на правила по умолчанию и именно поэтому придерживаются их. Это может быть благом, но может стать и проблемой. По крайней мере в тех случаях, где речь идет о недостаточно информированных или ненадежных архитекторах выбора, найдется много аргументов в защиту активного выбора, и не только с позиции защиты человеческого достоинства. К этим аргументам я еще вернусь. Но сначала все же нужно понять, почему некоторые из правил по умолчанию ненадежны – и почему люди в любом случае выбирают.

Глава 2
Выбор при любых обстоятельствах

В некоторых обстоятельствах правила по умолчанию не приживаются. Рассмотрим одно особенно неустойчивое правило подобного толка{61}61
  См. полное обсуждение правил по умолчанию в этом случае: Elizabeth F. Emens, Changing Name Changing: Framing Rules and the Future of Marital Names, 74 U. Chi. L. Rev. 761 (2007).


[Закрыть].

В США вступающие в брак (как мужчины, так и женщины) по умолчанию сохраняют свои фамилии. Однако следовать этому правилу вовсе необязательно. Можно с легкостью представить следующие варианты, например:

• Фамилия мужа остается прежней, а жена берет фамилию мужа. В самом деле этот подход (хоть и дискриминационный и почти противоречащий конституции) отражает реальный выбор людей (по крайней мере в США).

• Фамилия жены остается прежней, а муж берет фамилию жены.

• Фамилии супругов пишутся через дефис.

• Фамилии супругов изменяются на Скайуокер, Обама, Гага и т. п.

Каковы результаты существующего правила? В подавляющем большинстве случаев мужчины в Америке придерживаются правила по умолчанию и относительно редко меняют фамилию. Напротив, подавляющее большинство американок не следует этому правилу – например, 80 % выпускниц колледжей{62}62
  Там же, с. 786


[Закрыть]. Кажется, что в этом отношении правило по умолчанию не имеет на женщин никакого влияния. Конечно, если бы изменение фамилии при вступлении в брак стало бы правилом по умолчанию, этот процент, вероятно, был бы еще выше. Тем не менее показательно, что большинство женщин игнорируют данное правило.