Читать книгу "Не готова в 30"

Уже тогда я ощутила острое чувство несправедливости, которое будет преследовать меня и дальше. Мне ходить по врачам, мне беременеть, мне вынашивать, мне рожать, мне кормить грудью, а мужу даже не надо сдавать никаких анализов! Мозг, конечно же, пытался найти виноватого, но он так и не находился. Я до сих пор иногда злюсь, когда, например, ночью кормлю дочь именно я, а муж хоть и просыпается, но так же быстро засыпает рядом, как и дочь с грудью во рту. Пожалуй, если кто и виноват здесь, то только природа. Как я уже писала, сколько бы вокруг тебя ни было заботы, поддержки, за тебя этот путь никто не пройдет. Женщины вынашивают, рожают и кормят грудью. Данность, с которой каждый справляется как может: кто-то легко и увлеченно, кто-то отстраненно и без лишних рефлексий, кто-то тяжело и с постоянным чувством вины. Комбинация душевных состояний у каждой женщины будет своя. На мою долю выпала целая палитра, и с каждым ее оттенком мы будем знакомиться постепенно.

В тот день я вышла от врача с чувством восторга, трепета, гордости за саму себя. Я шла по Тверской и, казалось, что наконец впустила в свою жизнь то, что последние пару лет стояло на пороге, а я не решалась открыть дверь. Я не помню конкретного дня, когда мы с мужем решили – пора! Кажется, решение начать попытки забеременеть витало в воздухе – и в какой-то момент материализовалось. С желанием пожениться была та же история – не было конкретного дня, просто все к этому подошло. Вечером того же дня мы встретились с супругом дома, и я рассказала о разговоре с гинекологом. Муж все внимательно выслушал, что-то записал себе в заметку (он всегда все записывает в заметки). «Ну что, мы, получается, готовы?» – спросила я. «Так а чего ждать? – ответил муж и в шутку добавил: – Давно уже пора». Я тоже не понимала, чего ждать, хотя нашу жизнь нельзя было назвать стабильной, устаканившейся. С одной стороны, мы давно вместе, выстроили крепкие и надежные отношения, у нас обоих успешная карьера и хороший доход, мы даже купили хорошую машину. С другой – мы жили в съемной квартире, и вроде бы в моменте все было нормально, но что дальше непонятно. Ясным было лишь одно: невозможно дождаться идеального момента. Казалось, мы его ждали одиннадцать лет и, поняв, что он так и не наступит, решились на важный для нас шаг.

Серьезной главой в разделе «Переживания из-за материнства» была моя карьера. Я долго и упорно ее строила. Всегда мечтала стать писателем, читаемым и издаваемым, что мне удалось, а вместе с тем – сделать популярным свой блог и открыть собственное агентство. Я не знала, как материнство повлияет на работу. Вдруг все, что я так упорно строила, разрушится? Я ведь больше не смогу писать книги, по крайней мере какое-то время. Сколько оно продлится? Несколько месяцев или несколько лет? А если материнство меня так захватит, что фокус полностью сместится с работы на ребенка? Вероятно, Катю из будущего, которая решила посвятить себя ребенку, это мало заботит, но Катя из настоящего крайне встревожена. Переживая из-за вышеперечисленного, я вспоминала тех женщин, которые, помимо успехов в карьере, успевали быть матерями: от Валентины Терешковой до Бейонсе. Мысли о них поддерживали: они смогли, они справились, не потеряли себя. Может, и я смогу? Сколько бы я ни думала, ни рассуждала, ни спорила сама с собой, узнать, получится ли у меня совмещать карьеру и материнство, я смогу только когда рожу ребенка.

Серьезной главой в разделе «Переживания из-за материнства» была моя карьера.

Так, июльским вечером 2021 года мы решили, что готовы к тому, чтобы начать наш путь к родительству. Пожалуй, это самая удачная из возможных формулировок, потому что просто стать готовым – невозможно. Ты не знаешь, что тебя ждет, не знаешь, как пройдут беременность (и наступит ли она) и роды, не знаешь, каким будет постпартум. Неизвестность. Вот во что тебе предстоит шагнуть, опираясь только на фантазии.

Пожалуй, единственный способ родителям подготовиться – накопить достаточно разного ресурса. Если у вас хорошая финансовая подушка, то вам будет намного легче, потому что рождение ребенка – это всегда много расходов независимо от того, рожаете вы платно или бесплатно, в любом случае придется потратиться. Хорошо, если у вас крепкие отношения с партнером и есть навык преодоления кризисов, потому что в беременность, роды, в самом родительстве один кризис сменяет другой, и так по кругу. Время от времени будет накрывать чувство несправедливости, о котором я упоминала выше, – и большой вопрос, как с ним будете справляться вы, а как реагировать ваш партнер. Также, думаю, важна ментальная зрелость. Все происходящее будет то и дело проверять тебя на прочность – и хорошо бы иметь внутри надежного взрослого, который поймает тебя, поддержит, возьмет на себя ответственность и продолжит самоотверженно идти по своему пути.

Так, июльским вечером 2021 года мы решили, что готовы к тому, чтобы начать наш путь к родительству.

На следующем визите у гинеколога, куда я пришла с результатами УЗИ и анализов, я выяснила, что все у меня хорошо, только вот антител к кори очень мало. «И что делать?» – спросила я врача. «Сходить в поликлинику, сделать прививку. И от ковида тоже». – «Сразу?!» – эмоционально уточнила я, подверженная влиянию роликов в социальных сетях, которые обещают если не глистов, то смерть как следствие прививок. «Сделайте прививку от кори, через месяц – от ковида», – ответила врач, стуча пальцами по клавиатуре и не отводя глаз от монитора. «А беременеть когда можно?» – «Через три месяца после последней прививки».

Выслушав все мои страхи из-за прививок, врач сказала, что можно еще раз сдать кровь на антитела, и если повторно мы их также не обнаружим, то лучше всего обезопасить себя и будущего ребенка прививкой. Что я и сделала: повторно сдала анализ, антител к кори не оказалось, – и я пошла в районную поликлинику прививаться. Врач, словно назойливый консультант в магазине косметики, пытался мне еще продать прививку от коклюша, дифтерии, столбняка и на мой уже стандартный вопрос «Сразу?» утвердительно ответила: «Сразу». Я подумала и решила, что раз гинеколог про коклюш, дифтерию и столбняк ничего не сказала, то соглашаться на коктейль из прививок не буду. По крайней мере, сейчас. Мне сделали укол в плечо. Не соврали, когда сказали, что будет не больно. Больно не было. Гордая собой, что доверилась доказательной медицине, а не экспертам из социальных сетей, я пошла ждать месяц, чтобы сделать еще прививку от ковида.

Стоит отметить, что с посещениями врачей и прививками я не спешила. Не ставила задачи по предстоящей беременности первыми или даже вторыми в списке дел. Промежуток между прививками, конечно, соблюла, но в остальном жизнь шла, и я вместе ней – по своим делам. Тогда не понимала, но понимаю сейчас: я оттягивала момент. Точнее, одна часть меня это делала. Другая – ждала декабря (я посчитала, что в это время мы сможем начать попытки забеременеть).

Когда наступил декабрь, две мои противоборствующие части встретились, как воды Северного и Балтийского морей близ датского городка Скаген, не желая смешиваться, а образуя четкую границу. Мне же оставалось выбрать – на чьей я стороне. Анализы сданы, прививки сделаны, необходимый срок выждан. Дело за малым – заняться незащищенным сексом. Мы им занимались и раньше, но в безопасные дни моего довольно длинного тридцатипятидневного цикла, поэтому предстоящее мероприятие ощущалось иначе, ведь его целью были не только близость и удовольствие, но и зачатие.

Мне было страшно. Примерно так же, как лишаться девственности. Не зря мой мозг проводит такие параллели. Первая менструация, первый секс, первый незащищенный секс с целью беременности, первые роды, первая лактация. Всю жизнь женщина открывает для себя что-то новое лишь потому, что именно в ее тело природа установила плагин, отвечающий за возможность вынашивания и рождения потомства. И вроде бы ты только привыкаешь к ходу вещей, к своему телу, к его новым возможностям, как тебе приходит уведомление о необходимости обновить систему. Предстоящее «мероприятие» меня пугало своей необратимостью, неизвестностью и невозможностью проконтролировать хоть что-то. Вот вы занялись сексом, а потом тебе положено ходить и жить, как ни в чем не бывало, пока ты случайно, как Белла Свон в «Сумерках», не заметишь, что взятые с собой в отпуск тампоны и прокладки так и не пригодились. Как сохранить кинематографичность затеянного? Как не бежать в аптеку за тестом сразу после секса? Как вообще спокойно жить с осознанием, что, возможно, прямо в эту секунду внутри тебя материализуется новая жизнь?

Про необратимость процесса я, конечно, преувеличиваю. Все обратимо, иначе бы показатель абортов по миру не переваливал за пятьдесят миллионов. Тем не менее я была не в тех обстоятельствах, где данный вопрос мог бы возникнуть. Мы с мужем любили друг друга и хотели ребенка. Более того, я понимаю, что не смогла бы прервать беременность и в иных обстоятельствах, если бы, конечно, не было угрозы моему здоровью. Мне не хватает цинизма и хладнокровия, зато в избытке – рефлексия, высокая чувствительность и глубокое проживание всего происходящего со мной.

В декабре у нас гостила мама. Мы с мужем, словно влюбленные подростки, дождались, когда она уйдет, и приступили к зачатию нашего ребенка. Опущу нелепые метафоры про пестики и тычинки, полагаю, вы и так знаете, откуда берутся дети, скажу лишь, что в моем случае все было так же, как и с началом половой жизни. Страшно – очень, но ты просто «зажмуриваешься» и делаешь это, а через какое-то время входишь во вкус. Мои внутренние Северное и Балтийское моря не слились воедино, как сливаются тела мужчины и женщины в стремлении создать новую жизнь. Я вынырнула из воды с одной плотностью, соленостью, температурой – и нырнула в другую.

Я была уверена, что забеременею если не с первой попытки, то со второй. С первой не получилось. Как и со второй. И с третьей.

Я верила в свою репродуктивную систему, как верит женщина, что именно она – мать того самого сына, которого подруга ставит в пример своим детям. В целом у меня были на то основания. За двадцать девять лет я не испытывала никаких проблем по части женского здоровья, за исключением одного эпизода с фолликулярной кистой яичника, о котором я упоминала выше. Все мазки, УЗИ всегда были в норме, по части эндокринной системы тоже не обнаруживалось проблем, несмотря на то что на момент зачатия я весила 105 килограммов при росте 176. Иными словами, я была уверена, что забеременею если не с первой попытки, то со второй. С первой не получилось. Как и со второй. И с третьей.

В начале февраля 2022 года муж задал мне риторический вопрос, которого боятся все пары, решившие стать родителями: «Может быть, мы бесплодны?» Действительно, а что, если мы бесплодны?

Глава 4
Мы бесплодны?

Часть эякулята может вытечь из влагалища, но и в удержавшемся во влагалище эякуляте далеко не все сперматозоиды сохраняют жизнеспособность: под действием кислой среды огромное количество сперматозоидов либо гибнет, либо теряет подвижность.

«Акушерство»

В. Радзинский, А. Фукс

Долгие годы я завидовала всем забеременевшим и родившим женщинам, которые попадали в мое информационное поле. Зависть эта была с горьким привкусом злости. Я сама толком не понимала, что мне плохого сделали все эти Маши и Ани, Оли и Светы. Ну беременны и беременны. Ну родили и родили. Я ведь тоже смогу, если захочу.

Я могла, я хотела, но не позволяла себе стать мамой. Не только из-за внутренних причин, о которых вы уже знаете, но и внешних. Отсутствие своего жилья, нестабильная финансовая ситуация, неясная картина будущего – все это останавливало нашу пару долгие годы. Реальность позже дала понять, что подходящее время – то, когда ты наконец понимаешь, что подходящего времени в принципе не существует. Пришла я к этому не сразу, поэтому долгое время прозаично завидовала и злилась, когда очередной блогер, или знакомая, или подруга подруги беременели. Почему они могли себе это позволить? Ведь у многих даже условия были явно хуже, чем те, в которых жила я. Например, одна девушка, за которой я следила в социальных сетях, жила в однушке с мужем и пятилетним сыном, когда забеременела вторым ребенком. Мы с мужем жили вдвоем в трешке, но в наших отношениях даже намека не было на то, чтобы начать планировать беременность. Сейчас я понимаю, что дело не в однушках и трешках, а исключительно во внутреннем состоянии. Твоя беременность придет к тебе сама, независимо от возраста, места проживания и уровня дохода. Ты почувствуешь готовность – и ни с чем не спутаешь это ощущение.

Совершенно иные чувства я испытывала, когда узнавала о парах, неспособных зачать ребенка. Сочувствие, я бы даже сказала – приятную жалость, ведь их отсутствие детей не попадает в твое больное место, как это делает чье-то наличие ребенка, а еще, конечно, страх: «Вдруг мы тоже бесплодны?» И ведь не проверишь заранее. Можно, конечно, сдать тонну анализов, но даже самая тщательная проверка не будет столь точна, как отсутствие удачных попыток. Было страшно столкнуться с жалостью, снимать с себя, словно прилипший репейник, сочувствующие взгляды. Эти взгляды мне знакомы. Многие думают, что раз мы родили ребенка на одиннадцатом году отношений, то все годы до этого тщетно пытались забеременеть. Приходилось объяснять, что все хорошо, просто пока мы не хотим детей. «Ну-ну», – говорил взгляд, который на меня бросали после моего ответа. Дальше вести диалог было бессмысленно.

Реальность позже дала понять, что подходящее время – то, когда ты наконец понимаешь, что подходящего времени в принципе не существует.

«Вдруг мы бесплодны?» – вопрос уже звучал не как гипотеза, а как возможное объяснение того, почему беременность не наступала.

Мы пребывали в разных чувствах. Муж встревожен и обеспокоен, я все еще не могла отойти от того, что мы наконец решились и занялись незащищенным сексом две дюжины раз. Хотя я понимала всю возможную серьезность ситуации, впускать в себя тревогу и беспокойство мне не хотелось. «Я тоже проверюсь», – сказал муж и добавил: «Чтобы мы не пытались впустую, если вдруг есть какая-то проблема».

В кризисные, предкризисные или потенциально кризисные периоды у меня отключаются все чувства и эмоции. Когда муж сломал шею в 2019 году и написал мне ночью из больницы: «Сделали КТ, сказали, что возможна парализация ниже шеи. Сейчас смысла ехать нет, завтра приезжай», – я продолжила непринужденную болтовню с подругой по телефону, словно муж написал: «Останусь у друга после бара, не теряй». Я закончила разговор с подругой, положила трубку, умылась, почистила зубы – и спокойно легла спать, поставив будильник на восемь утра. Что это было? Я не знаю. Благо, все обошлось.

Когда муж проходил обследования, сдавал анализы, в частности спермограмму, писал сообщения с просьбой о моральной поддержке перед тем, как зайти в специальную комнату с одним стулом и десятком порножурналов, я пребывала в наивысшей степени равнодушия. Безусловно, я писала мужу перед сдачей спермограммы: «Я с тобой! Надеюсь, ты будешь представлять меня», – но внутри словно не было ничего.

Все изменилось, когда супругу пришел результат анализа. Сначала мы его долго изучали, потом гуглили, открывая одну ссылку за другой, читая друг другу вслух то, что удавалось найти: по большей части это были реальные истории с различных форумов. Наша интерпретация анализов оказалось неутешительной. Шансы на зачатие естественным путем – меньше 1 %. Даже ЭКО не поможет, только в сочетании с ИКСИ. В первом случае яйцеклетку оплодотворяет случайный сперматозоид, во втором – специально отобранный. Муж был подавлен, я бы даже сказала – уничтожен. Только тогда я в полной мере смогла понять, как для него важно стать отцом и как ему больно оттого, что между ним и его желанием возникли серьезные препятствия.

Как себя чувствовала я? Никак. Меня эта новость точно не уничтожила. Я рассуждала: «Не будет детей? Окей! Мне есть чем заняться. Будут дети? Классно! Новый опыт в жизни». Более того, я всегда знала, что вышла замуж не ради гипотетического потомства, а ради человека, с которым хочу прожить жизнь. Фертилен он или нет – для меня неважно, я с ним ради нас. Всегда считала, что дети – это продолжение истории двух людей. Для меня это было не про «я хочу детей», а про «мы встретились, полюбили друг друга – и случилось наше продолжение». «Окей, продолжения не будет, – думала я. – Но есть я, есть муж, и это главное».

Нас обоих переполняли объемы полученной информации, поэтому мы решили сделать паузу и постараться забыть обо всем на ближайшие пару дней, до визита к врачу. Одно дело – решить, другое – реализовать. Не думать было невозможно. Особенно о перспективе делать ЭКО. Муж дал понять, что если ничего не поможет, то он готов на это пойти, я не была готова, даже когда мы обсуждали это лишь в теории.

Мои слова могут задеть тех, кто стал родителем благодаря экстракорпоральному оплодотворению, и я прошу прощения, если это так. Я поделюсь лишь своими мыслями и чувствами, не проецируя их на других, потому что мы все разные, у нас разные взгляды на жизнь и способы решать те или иные проблемы.

Я бы не стала делать ЭКО: ни в той ситуации, ни в какой другой. Во-первых, мне было бы просто страшно, как я боялась всю беременность, потому что в моем теле происходили какие-то новые процессы, которые я не в силах контролировать; во-вторых, в вопросе появления новых людей я живу в полном доверии к мирозданию. Если дети не приходят сейчас – в этом месте, в этом времени, в этих отношениях, – значит, на то есть свои причины. Вероятно, они тебе непонятны, но они точно есть. Я знаю немало историй, когда люди годами безуспешно пытались забеременеть, им ставили бесплодие, они прошли десятки обследований, сотни медицинских манипуляций, в какой-то момент уставали, плевали на все, – и именно тогда неожиданно для всех происходило зачатие. Так много факторов влияет на появление одного конкретного человека даже в лабораторных условиях, что, кажется, не поможет ничего, кроме доверия к жизни. Вероятно, мне легко рассуждать. Я не была на месте тех пар, что безуспешно пытаются зачать несколько лет. Как и не была на месте людей, для которых рождение ребенка – важнейшая жизненная задача. Поэтому я так же легко отнеслась к тому, что у нас с супругом детей может не быть.

Я пыталась поддерживать мужа, потому что ему было явно тяжелее, чем мне, представляла себя на его месте. Если бы я узнала, что мы не можем иметь детей из-за проблем с моим здоровьем, то чувствовала бы вину, считала бы себя неполноценной, испорченной, бракованной – из-за моих отношений с телом. Вероятно, супруг переживал нечто подобное.

Настал день похода к врачу. Мы поехали вместе. Стоит отметить, что мы не из тех пар, кто везде ходит вдвоем, а один всегда лезет в дела другого, даже если это прием у врача. Каждый из нас самодостаточен, но мы решили, что данный вопрос касается обоих, ведь родить ребенка – наше общее желание, поэтому поехали вместе.

Андрологом оказался мужчина лет тридцати пяти со своеобразным чувством юмора, что меня сразу начало раздражать. Вообще мне очень сложно найти врача, который не будет действовать на нервы. Мало кто умеет соблюдать границы, даже когда границы вынужденно стираются, например при осмотре врачом твоих интимных мест. «Ну что, могу вас поздравить…» – начал врач, глядя в экран монитора и прокручивая колесико на компьютерной мышке. Уже на этой фразе я была готова взорваться. Поздравить с чем? С бесплодием? Это ирония такая? Врач продолжил: «У вас хорошая спермограмма. Единственное, есть ненужные нам бактерии в небольшом количестве, но это легко убирается антибиотиками». – «Подождите, так в анализе же указано, что…» – начал муж. «Да-да, – перебил врач. – Там результаты по средним значениям, но нужно их интерпретировать из индивидуальных показателей. Ваши показатели в норме, все хорошо». Когда я это услышала, было чувство, словно с моих плеч с грохотом упали гири, тяжесть которых я смогла ощутить, только когда поняла, что больше нет необходимости их носить. Мы не бесплодны. Но тогда почему не наступает беременность? Ровно тот же вопрос я задала врачу.

«Мы пробуем уже три месяца, занимаемся сексом в овуляцию, но беременность не наступает», – сказала я. «А не надо заниматься сексом в овуляцию. Во влагалище кислотная среда, сперма щелочная. Если вы занимаетесь сексом только в овуляцию, то ваша шейка матки дубовая. – Врач постучал костяшками пальцев о стол, а я в свою очередь восхитилась наличию звукового сопровождения в объяснении столь тонких физиологических процессов. – И она просто не пускает внутрь сперматозоиды. Нужно до овуляции ее размягчать, почаще эякулировать внутрь влагалища, чтобы снижать кислотную среду, и тогда сперматозоиды смогут подняться выше и добраться до труб, а там до яйцеклетки. Вообще, в идеале заниматься сексом через день, за исключением дней менструации». – «Через день?!» – одновременно спросили мы, вероятно, оба пытаясь сложить в голове картинку того, как мы это реализуем. «Ну, не можете через день, тогда приезжайте к нам на инсеминацию. Есть пары, которые так много работают, что у них нет времени на секс, а детей хотят. Вот мы им проводим внутриматочную инсеминацию, чтобы сперма точно дошла до труб». – «Подождите, – не успокаивалась я. – А как же желание? Возбуждение? Удовольствие от секса? Если через день им заниматься, это уже будет чисто механика». – «Так да, чисто механика и нужна. У вас же цель – ребенка зачать, а не удовольствие получить».

У меня не осталось аргументов, как и у мужа. Нас обоих напрягла идея так часто заниматься сексом. Где найти не то что желание, просто силы, особенно под конец дня? Мои рассуждения покажутся неромантичными, но когда вы вместе больше десяти лет, то секса становится сильно меньше, чем было в начале отношений. Не буду говорить о всех парах, вероятно, для кого-то уменьшение количества секса – проблема, для нас это проблемой не было. В самом начале, когда вы только знакомитесь, влюбляетесь, через секс вы словно хотите глубже проникнуть в человека, узнать его, наполниться им. Спустя годы, когда вы уже настолько вросли друг в друга, словно корни двух растущих рядом деревьев, секс перестает быть знакомством. Он – встречи, не редкие, но и не частые; нежные, теплые, наполненные, на которых вы просто наслаждаетесь, хорошо знакомые друг с другом, давно и близко.

Врач ясно дал понять, что рассуждать об удовольствии от секса – отвлекаться от сути. Просто механика. «Долбежка», если не выбирать выражений. «Ну долбежка и долбежка», – решили мы, выйдя от врача, не думая ни о чем, кроме одного: мы не бесплодны. Какое счастье!