Текст книги "Щенячья любовь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/schenyachya-lyubov-296757.jpg)
Автор книги: Келли Моран
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)
Глава 4
Кейд посмотрел в зеркало заднего вида на Хейли, сидевшую в своем детском кресле, а затем снова перевел взгляд на дорогу. Зоомагазин находился в сорока минутах езды к северу от города, но Хейли сосредоточилась на своем айпаде и наушниках и, кажется, ее все устраивало. Так странно видеть ребенка у себя на заднем сиденье.
Он откашлялся и спросил:
– Ничего, если я спрошу, где ее отец? Вы ведь из Сан-Диего?
– Из Сан-Франциско, – Эйвери повернулась проверить, как там Хейли, затем устроилась поудобнее на пассажирском месте рядом с водителем. – После развода я получила право полной опеки, – она на мгновение замолчала, после чего добавила: – Мой бывший муж не возражал.
– Против развода или опеки?
– И того, и другого, – она отвернулась к окну, а Кейд с удивлением подумал, насколько люди бывают глупыми и просто не понимают, как им повезло.
Они ехали вдоль гор Кламат в сторону Южного Берегового хребта в приятной тишине. Время от времени на поворотах вдали появлялся Тихий океан, береговая линия и каменистые утесы. Туман у берега в сгущающихся сумерках был плотным, но не настолько, как предполагал Кейд. В голове у него все крутились слова Эйвери.
Сам он никогда не был женат, детей у него не было, однако он не представлял, что мог бы когда-нибудь полностью отказаться от прав на ребенка. Возможно, он смог бы узнать больше об Эйвери из твитов на страничке Редвуд-Риджа, чем от нее самой, однако любопытство не давало ему покоя.
– Он был полным засранцем, этот ваш муженек? Простите, что я так выражаюсь.
Она усмехнулась.
– Неважно. Его больше нет в нашей жизни.
Неплохо.
– А как его звали?
После этого вопроса она уставилась на него своими внимательными карими глазами. И в ее взгляде скрывалась такая загадка, что ему пришлось отвернуться, чтобы случайно не разбить машину, пытаясь эту загадку разгадать.
– Ричард. Его звали Ричардом.
– Чудик-Дик[14]14
Сокращенная форма имени Ричард – Дик.
[Закрыть], – хмыкнул он.
Она засмеялась, прикрыв лицо ладонью. Поначалу едва слышно и хрипло, но затем все громче и звонче. У нее был такой заразительный приятный смех. От его звука у него снова как-то странно екнуло в груди, но, черт возьми, это так здорово – смешить ее. Они едва успели познакомиться, но у него возникло подозрение, что ей нечасто доводилось смеяться.
Эйвери вздохнула и откинула голову на сидение.
– Думаю, здесь нечего скрывать. Да, он засранец. И жена ему, наверное, нужна была как аксессуар. И я не видела в этом ничего страшного, пока он не стал относиться к Хейли как к пустому месту. Я подала на развод еще два года назад и только месяц как получила его. Он нарочно затягивал процесс, – она наклонила к нему голову. – Послушайте мудрый совет, никогда не связывайте свою жизнь с юристами.
Кейд повернул руль. Она не производила впечатления жены-аксессуара, и его разозлила история о том, что родной отец игнорировал Хейли. Эйвери многого не рассказала, но он и не стал у нее допытываться.
– Что вы скажете, если сковать цепью пятьдесят юристов и бросить их на дно океана?
От ее улыбки у него перехватило дыхание.
– Скажу, что это отличное начало.
Он рассмеялся.
– Женщина, которая знает юридические шутки? Впечатляет.
– Почему змеи не кусают юристов?
Кейд покачал головой.
– И почему же?
– Из профессиональной солидарности.
Рассмеявшись, он поскреб подбородок, а затем, два поворота спустя, снова заговорил:
– Значит, вы уехали из большого города и вернулись домой, в Редвуд-Ридж?
Она задумалась над его вопросом.
– Не знаю, можно ли назвать это домом, но здесь живет моя мама, и, думаю, обстановка тут для Хейли более подходящая.
Даже если бы он посетил тысячу мест, Редвуд-Ридж все равно остался бы для него домом. Безумным, иногда вызывающим скуку и даже раздражение, но все-таки домом.
– Вам здесь понравится. Возможно, потребуется немного времени, чтобы привыкнуть, но люди тут заботятся друг о друге.
Эйвери кивнула.
– За час полгорода узнало о том, что я потеряла сознание в вашей клинике.
– За целый час? – пошутил он. – Обычно у тети Розы все выходит быстрее.
Она улыбалась, но шутку, похоже, не оценила.
– Сегодня я встретила вашу маму и еще одну тетю… мэра?
Он недовольно хмыкнул.
– Тетя Мэри. Мы с братьями называем их «железными леди». Сокрушительные силы зла, облаченные в благие намерения. Обожают лезть во все дела. Если честно, то это даже страшно.
Снова смех. Кажется, он поймал нужную волну, пускай в его словах и была лишь доля шутки.
– Мне ваша мама показалась очень милой.
– Бесспорно, она самая тихая из троих. И все равно лучше не подходить к ней слишком близко и не смотреть в глаза. Все это лишь обман.
– Запомню, – она сделала паузу и лениво улыбнулась: – А ваш отец? Чем он занимается?
Папочка… На него вдруг нахлынула грусть.
– Он умер от сердечного приступа девять лет назад.
– Ой, ну надо же. Так рано. Наверное, вам было очень тяжело.
Лучше сказать все как есть.
– Для нас это стало большой неожиданностью. Он создал эту клинику тридцать лет назад. Мы с братьями всегда хотели пойти по его стопам. Ни о чем больше и не думали.
Она кивнула.
– А Флинн всегда был глухим? – ее щеки покрылись ярким румянцем. – Это ведь не слишком личный вопрос?
– Здесь нет ничего личного. Да, он родился глухим. Вот такая игра природы.
– А Дрейк? Я его даже и не разглядела, почти все время провалялась на полу с закрытыми глазами.
Он не смог сдержать неожиданный смешок.
– Дрейк. Ну что мне про него сказать? – ничего такого, что она не узнала бы из городских сплетен. – Он… скорбит… Женился на Хизер – своей школьной любви – как только закончил ветеринарный колледж. Она умерла от агрессивной формы рака яичников три с половиной года назад.
Эйвери молча смотрела в окно и терла круговыми движениями ключицу. Он уже собирался спросить, хорошо ли она себя чувствует, когда она откашлялась и сказала:
– На его месте я была бы вне себя от горя.
Дрейк сильно горевал. Он был полностью раздавлен. Потом ему стало лучше, но Кейду и Флинну потребовался год, чтобы заставить его выбираться куда-нибудь, кроме клиники, и еще год, чтобы убедить собрать вещи Хизер и отправить их в благотворительную организацию. Видя страдания брата, Кейд надеялся, что никогда не влюбится, никогда не увлечется кем-нибудь настолько же сильно.
– Он тяжело все переживал. У Хизер была лучшая подруга, Зоуи, вы с ней еще не встречались. Она наш грумер. У нее маленький салон, прилегающий к зданию клиники.
Когда он свернул к зоомагазину, Эйвери о чем-то глубоко задумалась.
– А кто расписал стены клиники? Такие чудесные рисунки.
Кейд улыбнулся, радуясь возможности сменить тему.
– Это Зоуи. Она любит рисовать, когда не сражается с собаками, пытаясь затащить их на помывку, – он припарковался и выключил двигатель, затем повернулся к ней и положил руку на спинку ее сиденья, всего в дюйме от мягких каштановых локонов.
– Вы не против, что я теперь у вас работаю?
Внутреннее чутье подсказывало ему, что не стоило небрежно отмахиваться от этого вопроса. Что ж, хм-м… На носу у нее рассыпались светлые веснушки, которых он не замечал прежде. Запах ягод, исходивший от нее, заводил его. Он никогда не думал, что фруктовый аромат может оказаться настолько притягательным.
– Я очень даже доволен, что вы согласились у нас работать, – внезапно его охватил порыв доказать ей, что не все мужчины засранцы. Но вчера вечером, когда они в первый раз встретились, он вел себя как придурок, и наверняка у нее сложилось не самое лучшее мнение о нем. Ему это не давало покоя. – Мне правда жаль, что я так себя повел, когда вы принесли Серафима. Честное слово.
Ее губы приоткрылись, она глубоко вздохнула.
– Вы это уже говорили.
Кейд с трудом поборол желание опустить взгляд на ее губы и заглянул ей в глаза.
– Можно и повторить. Простите, – еще несколько мгновений он смотрел на нее. – Справитесь с работой?
Она удивленно моргнула.
– Да.
Один из уголков его рта дрогнул и изогнулся. Кейд знал, что эта его усмешка сводила женщин с ума, и поставил себе целью очаровать Эйвери. Сам не зная, для чего.
– В таком случае, не переживайте об этом.
* * *
В понедельник после двух часов работы на новом месте Эйвери уже не сомневалась, что на эту должность ее выбрало не иначе как само провидение. Слово «бардак» могло бы показаться слишком мягким, чтобы охарактеризовать полнейшее отсутствие хоть какой-то организованности в этом заведении.
В клинике использовали бумажные истории болезни, и храниться они могли в буквальном смысле где угодно. Некоторые – в кладовке. Другие – на стойке регистрации, еще часть – в кабинетах врачей. От всего этого у Эйвери просто закипал мозг. Рядом со смотровым кабинетом находился маленький чулан, но его вообще не использовали.
Закончив с оформлением документации о приеме на работу, она обратилась к Розе:
– Я могу тут заняться небольшой реорганизацией? – Эйвери не хотела брать на себя слишком много, тем более в первый день, но из-за этого безалаберного подхода к работе пациенты теряли время. Роза собиралась пробыть здесь еще две недели и обучить ее, поэтому нововведениями лучше заниматься, пока поблизости находился человек, способный ее подстраховать.
Губы Розы медленно расплылись в улыбке.
– Ты говоришь, реорганизацией?
– Ну да.
Почему она так ухмыляется?
«Кри-и-и! Безумие!»
Эйвери посмотрела на какаду, сидевшего на жердочке у окна. Она не знала, что он счел безумием: поведение Розы, попытку Эйвери здесь все организовать или ситуацию в целом. В любом случае ей ужасно понравился этот пернатый красавец. Обычно он говорил невпопад, причем использовал исключительно строчки из песен. И если бы не сильный мандраж, ее бы это наверняка рассмешило.
– Конечно, дорогая. Можешь организовывать здесь все по своему усмотрению, – улыбка Розы показалась ей холодной и расчетливой, а после того, что несколько дней назад рассказал о своей тетке Кейд, Эйвери не стала дальше эту тему развивать.
Она молча вышла в коридор и распахнула дверь чулана, решив, что начнет свою деятельность с кабинета Кейда. Заметив там два офисных шкафчика, она заглянула в выдвижные ящики. Пусто. Эйвери покачала головой и передвинула шкафчики в чулан. Затем сделала то же самое с пустыми шкафчиками в кабинетах Дрейка и Флинна.
После этого вернулась к стойке регистрации.
– Где здесь у вас истории болезни умерших пациентов?
Роза махнула в сторону стопки, опасно балансировавшей на принтере у нее за спиной.
Эйвери нашла в кладовке большую сумку, погрузила в нее истории болезни и отнесла в угол чулана. Вдоль одной стены стояли шкафчики, но другая пустовала. Поэтому она передвинула туда еще несколько шкафчиков из приемной, после чего начала раскладывать истории болезни в алфавитном порядке и помечать ярлыками ящики. К ланчу она остановилась на букве «М».
Кейд прошел мимо чулана, но вдруг замер и повернулся к ней. Окинув взглядом результат ее работы, он оперся о косяк, так что его синий медицинский костюм натянулся, облегая мускулистое тело, и спросил:
– Чем занимаешься?
Она оказалась буквально зажата между молотом и наковальней. То есть между шкафчиками и… Эйвери поджала губы, стараясь не смотреть на его аппетитное тело.
– Навожу порядок, – Эйвери сделала паузу. Она спросила разрешения у Розы, но «Животный инстинкт» принадлежал Кейду, Флинну и Дрейку. – Ты ведь не возражаешь, что я устроила перестановку?
Его яркие голубые глаза весело заблестели.
– Не-а. Почему не идешь на ланч? Или давай сходим поедим?
Она прикусила нижнюю губу.
– Я собиралась заехать в школу Хейли. Посмотреть, как там у нее дела.
Кейд медленно с пониманием улыбнулся.
– Волнуетесь, мамочка? Не сомневаюсь, что у нее все замечательно.
Эйвери потерла ладонью лоб.
– Знаю. Просто она…
– Никогда не оставалась так долго без твоей заботы? – он убрал руки с косяка, продолжая улыбаться. – Что ж, поезжай, мамаша-медведица. Сходим на ланч в другой раз.
Мамаша-медведица? От звучания его веселого низкого голоса по коже пробежали мурашки. Она вздрогнула. Да, черт возьми, вздрогнула! И почему он пригласил ее на ланч? Не успела Эйвери что-нибудь ответить, как Кейд ушел, а она осталась стоять, обмахиваясь историей болезни, словно веером.
Мимо прошел Брент, хихикнул, будто догадался, какой жар вдруг охватил все ее тело, и удалился прочь.
Ну не виновата же она, что Кейд такой притягательный!
Накинув куртку, Эйвери пешком прошла несколько кварталов до школы Хейли, чтобы подышать свежим воздухом и перекусить батончиком с гранолой. На вкус он был как картонка с кусочками шоколада, но она все равно проглотила его, чтобы заполнить пустой желудок.
Она глубоко вдохнула влажный воздух, пахнувший хвоей и соленой морской водой. Температура по-прежнему оставалась где-то в районе ноля градусов, но из-за резкого ветра было холодно. Вдали по земле стелился туман, Эйвери уже убедилась, что здесь он никогда не рассеивался. Светило ли солнце, или небо закрывали грозовые тучи, туман всегда окутывал Редвуд-Ридж, словно защитный пузырь.
По пути она видела много разных магазинчиков и подумала, что в выходные можно будет заглянуть сюда. Центральная городская площадь, напоминавшая по форме букву «I», имела протяженность около двух миль. Ветеринарная клиника находилась рядом с ее южной оконечностью. В городе было много заведений, рассчитанных прежде всего на туристов: кафе, кондитерская, книжный магазин, лавка, торгующая различными травами, и магазинчик авторских свечей. Но здесь также находились бухгалтерские и юридические конторы и стоматологическая клиника.
Дойдя до конца улицы, Эйвери свернула налево и пошла вдоль ограждения из сетки-рабицы, окружавшей игровую площадку. Она искала Хейли и наконец нашла ее в самом углу площадки с девочкой, которая выглядела на год или два старше ее. Они бросали друг другу резиновый мячик.
Эйвери замерла, вцепившись пальцами в холодное металлическое ограждение. Слезы потекли из глаз, когда она заметила улыбку на лице Хейли и услышала смех над детской площадкой. В груди защемило. Хейли нашла себя подругу. В свой первый день в школе! Ее не угнетали шум и крики других детей. Напротив, она… играла.
– Ваша дочка?
Эйвери обернулась к стоявшей рядом женщине, которую прежде не заметила, и вытерла ладонью глаза. Откашлявшись, чтобы голос не звучал слишком хрипло от нахлынувших эмоций, она ответила:
– Да. Мы только переехали.
Женщина кивнула и заправила за ухо прядь рыжеватых волос, а потом снова посмотрела на девочек.
– А это моя Дженни. Я прожила тут всю жизнь и все равно каждый раз прихожу сюда, когда у детей перемена, чтобы посмотреть, как у нее дела. Ничего не могу поделать. Я работаю в аптеке. Кстати, меня зовут Эйприл.
– Я Эйвери, а это моя дочь Хейли, – она снова посмотрела на девочек и заметила у Дженни явные признаки синдрома Дауна.
– Слышала, вы упали в обморок в…
Эйвери застонала, а Эйприл рассмеялась.
– Кажется, об этом уже все знают. Мне так стыдно.
Улыбка преобразила худое горделивое лицо Эйприл, оно стало более дружелюбным и располагающим.
– Вы потеряли сознание от вида крови или из-за сексапильных ветеринаров?
– Из-за крови, – усмехнулась Эйвери. – Я вошла в операционную и упала без чувств. Но ветеринары очень симпатичные, правда? – она тут же прикусила язык. Это было так непрофессионально с ее стороны. Щеки запылали.
– Ага, причем все трое. Горячие, как кипяток! Скоро вы узнаете, на какие ухищрения идут женщины, чтобы привлечь их внимание. – Эйприл наклонила голову набок. – В Редвуд-Ридже не слишком много холостяков, тем более таких очаровательных. Вам очень повезло работать с ними.
В ответ на это игривое замечание Эйвери только покачала головой.
Эйприл энергично пожала плечами.
– Да бросьте. Все равно вы не откроете нам ничего нового.
– И то верно. Так какую тактику использовали вы?
Это был такой странный разговор…
– Никакую. Я счастлива в браке. Но мой муж – водитель грузовика, его часто не бывает дома, – Эйприл переступила с ноги на ногу. – Вы ведь живете в коттедже для аренды, верно? – Когда Эйвери кивнула, Эйприл добавила: – А у нас квартира на этой улице. Нужно будет как-нибудь собраться вместе с девочками. Кажется, они отлично поладили.
Они обменялись номерами, после чего Эйприл ушла на работу. Эйвери тоже нужно было возвращаться, но она задержалась и еще раз взглянула на Хейли. Затем, довольно вздохнув, отправилась обратно в клинику. Она была так счастлива, что от радости даже закололо в груди.
Но когда Эйвери вошла в клинику и увидела у стойки регистрации Дрейка со сложенными на груди руками и в хирургической шапочке, скрывавшей почти все его темные волосы, ее настроение тут же испортилось. Флинн и Кейд стояли немного поодаль, и едва она перешагнула порог, как они тут же уставились на нее.
Эйвери остановилась и взглянула на часы, проверяя, не опоздала ли она. Но нет, до конца перерыва еще оставалось пять минут. Внутри все сжалось от страха, дрожащими пальцами она начала расстегивать куртку.
– Все в порядке?
– Ты, – сказал Дрейк, указывая на нее пальцем, при этом лицо его оставалось бесстрастным, как маска. – Это сделала ты? – он кивнул на то место, где стояли шкафчики, а также на опустевший стол администратора.
Работы еще предстояло немало, но она ничего не будет делать, если их это так возмущает. В конце концов Роза ведь дала ей свое разрешение.
Эйвери медленно обогнула Дрейка и подошла к своему столу. Батончик гранолы, словно камень лежал у нее на дне желудка.
– Вот здесь, в контейнере, – истории болезни тех, кто записан на сегодня. Когда закончите прием, можете вернуть обратно, я их разберу.
Кейд прижал подбородок к груди, его губы дрожали, словно он пытался сдержать улыбку. Флинн стоял рядом и глядел в потолок. Выражения их лиц сильно отличались от каменного лица Дрейка.
Пауза затянулась, но Эйвери все еще не унывала. Она не сделала ничего дурного, спросила сначала разрешения, и, черт возьми, здесь нужно навести порядок! Как они вообще умудрялись что-то находить до ее появления здесь? А ведь она работала всего одно утро.
Дрейк распрямил спину и шагнул к ней.
– Ты очень организованный человек, – сказал он, растягивая слова. – Молодец.
После этого он удалился к себе в кабинет.
У Эйвери от удивления отвисла челюсть. Понадобилось усилие, чтобы закрыть рот.
Кейд усмехнулся и провел ладонью по лицу.
Флинн жестами сказал: «Спасибо» и проследовал за Дрейком.
Плечи Кейда затряслись от беззвучного смеха. Эйвери прищурилась и спросила:
– Обязательно было так меня пугать? Могли бы просто похлопать по спине, как делают нормальные люди.
«Кри-и-и! Не бойся смерти[15]15
Слова из песни (Don’t Fear) The Reaper (1976) американской рок-группы Blue Öyster Cult.
[Закрыть]».
Кейд рассмеялся еще громче.
Из коридора вышли Брент и Габби. Брент удивленно приподнял брови, увидев возмущенную Эйвери и смеющегося Кейда.
– Мы что-то пропустили? Даже обидно, куколка!
«Кри-и-и! Смейся напоказ[16]16
Слова из песни Laughing on the Outside (Crying on the Inside) (1946) композитора Берни Уэйна на слова Бэна Рэйли.
[Закрыть]».
Она посмотрела на птицу:
– Замолчи.
«Не разбивай мне сердце![17]17
Don’t go breaking my heart (1976) – сингл британского певца Элтона Джона.
[Закрыть] Кри-и-и!»
Кажется, это стало последней каплей – Кейд окончательно потерял самообладание. Он вытер глаза и застонал, не способный остановить хохот. Проходя мимо Эйвери, он поджал губы, похлопал ее по спине и ушел вслед за братьями.
Эйвери закатила глаза и продолжила оформлять картотеку.
«Кри-и-и! Не уходи обиженной![18]18
Слова из песни Don’t Go Away Mad (Just Go Away) (1990) американской группы Mötley Crüe, исполняющей музыку в стиле хеви-метал.
[Закрыть]»
Глава 5
После того как братья так жестоко посмеялись над Эйвери за ее попытку навести порядок в клинике, она перестала спрашивать разрешения и просто делала, что считала нужным. Ее деятельность одновременно восхищала и пугала. Не то чтобы в офисе царил полнейший беспорядок, но… да, именно так дело и обстояло. Беспорядок был жуткий. И в такой ситуации намного проще подчиниться хаосу, чем пытаться что-либо предпринять.
За глаза Кейд прозвал Эйвери диктаторшей, но, черт возьми, работа в клинике стала намного организованнее. Даже тетя Роза решила, что не будет дорабатывать две недели до конца, поэтому в тот день она в последний раз вышла на дежурство. Эйвери совершенно не нуждалась в обучении. Она с энтузиазмом взялась за работу и, как оказалось, на удивление хорошо сохранила все деловые навыки.
Как только Эйвери разобралась с историями болезней, она занялась кладовкой. Теперь все коробки с материалами и препаратами хранились там, а не лежали по всей клинике. Она разобрала шкаф для уборочного инвентаря, обнаружила там старые стеллажи и распаковала их. На них даже сохранились ярлыки из магазина.
Брент минут двадцать искал упаковку с двадцатью двумя шприцами, и все потому, что она не была погребена на дне коробки в комнате для передержки. Она теперь лежала на полке. В кладовке. С наклеенным на нее ярлычком. Кейд, узнав об этом, только вздохнул и покачал головой.
Закончив с приемом пациентов, он вышел в приемную и направился к стойке регистрации, где тетя Роза читала любовный роман, а Эйвери печатала на компьютере.
– Как идут дела?
Эйвери даже не оторвала взгляд от монитора.
– Составляю в Excel перечень всего, что у нас есть.
Черт. Ну почему она казалась ему такой сексуальной? Совсем ведь не его типаж.
По правде говоря, любая женщина, у которой есть хотя бы капля мозгов, не его типаж. И его предпочтения были продиктованы не ограниченностью ума, а осторожностью. Кейд предпочитал легкие отношения до тех пор, пока не найдет ту, которая заставит его сердце биться так же сильно, как билось сердце Дрейка в присутствии Хизер. Зачем страдать или причинять страдания другим? Однако после смерти Хизер Кейд все меньше и меньше стремился отыскать такую особу. Он прекрасно отдавал отчет в своих действиях и до сих пор ни разу не усомнился в выбранном пути. Люди редко полностью восстанавливаются после такой любви. Поэтому лучше вовсе ее не искать.
Возможно, такой жгучий интерес пробудили в нем длинные ноги Эйвери в черных легинсах, или розовый свитер того же цвета, что и румянец на ее щеках, или ее каштановые волосы, отливавшие медью на солнце, которые она собирала на макушке в пучок и закрепляла обычным карандашом? Кейд сдержал тяжелый вздох. Нет. Все дело заключалось в ее уме, ее чувстве юмора и силе воли.
Да, чертовски сексуальна.
Тетя Роза взглянула на него поверх своей книги с многозначительной усмешкой.
Она его раскусила.
– Перечень? – Молодчина, – его голос звучал совершенно обычно. Он совсем не мог понять, почему в присутствии Эйвери начинал либо мямлить, как последний идиот, либо нести несусветную чушь. Куда подевалась его уверенность в себе?
– Угум, – тук-тук по клавишам. – Чтобы не заказать лишнего и не остаться без чего-нибудь важного. Габби и Брент как раз проверили, что им нужно, и я закажу у наших поставщиков. – Тук-тук, тук-тук. – Ты знал, что у вас десять упаковок наполнителя для кошачьих туалетов? С ума можно сойти!
Кейд почесал подбородок.
– Э-э. Нет.
– Я также внесу в список шампуни и все необходимое для груминга. Для Зоуи.
– Она составляет список того, что нам не хватает, – Роза радостно улыбнулась и взмахнула рукой, слово у нее вдруг случилось озарение. Ее взгляд будто пытался сказать: «Я же говорила тебе, я – мудрая женщина. Это я ее наняла».
Кейд хмуро посмотрел на тетку. В конце концов Эйвери – офис-менеджер. Это ее прямые обязанности.
Флинн подошел к столу и тронул Эйвери за плечо.
– Ты не видела мою запасную медицинскую сумку? Мы с Габби должны ехать на ферму Миллера.
Эйвери кивнула.
– Она в кладовке. Ждет тебя. В понедельник должны привезти новую.
Заметив вопросительный взгляд Кейда, Флинн вздохнул:
– Козел сжевал мою сумку, пока Габби гонялась по амбару за кошкой.
Вот поэтому Кейд предпочитал не выезжать на вызовы.
Флинн снова похлопал Эйвери по плечу, привлекая ее внимание.
– Выйдешь за меня?
Она рассмеялась.
– Только не сегодня. Но спасибо за предложение. А теперь – кыш!
Что. За. Черт?
Эйвери как будто почувствовала, о чем думал Кейд, и решила подлить масла в огонь.
– Он каждый день предлагает мне руку и сердце. Иногда даже по несколько раз в день. В зависимости от того, что я делаю. – Тук-тук. – Расслабься, доктор Кейд. Он шутит. К тому же я не завожу романов на работе. Правда, Флинн? – спросила она на языке жестов.
Флинн, придурок такой, улыбнулся и ушел в свой кабинет, а вскоре снова появился вместе с Габби и своей дорожной сумкой.
Когда он направился к двери, Кейд показал ему средний палец за спиной Эйвери.
– Я все видела.
Тук-тук.
Конечно, она видела. У всех мамочек глаза на затылке. И в этом заключалась еще одна проблема. У нее был ребенок. Не то чтобы Кейд не любил детей. Любил. И, возможно, хотел, чтобы у него появилась парочка своих. Но это означало, что встречаясь с Эйвери, ему придется строить отношения не только с ней одной.
Но они ведь и не встречались. Между ними вообще ничего не было. Он ни разу не приглашал ее на свидание, и если не считать самого первого дня, когда он заметил проблеск интереса в ее глазах, то, похоже, она относилась к нему с полнейшим равнодушием.
Так что ничего у них… не выйдет.
Когда Флинн и Габби уехали, Кейд огляделся по сторонам.
– Где Ши-ра?
Кошка обычно сидела на принтере и обдумывала план мирового господства.
– Эйвери поставила ее в угол. Она в кладовке, – улыбка Розы стала просто до неприличия широкой, и он понял, что тетка догадалась, о чем он только что думал. Это было какое-то абсолютное слияние разумов.
Что? Поставила в угол? Он посмотрел на Эйвери.
– Ты поставила в угол кошку? – Кейд даже не знал, назвать ли это решение милым или гениальным.
– Да, она пугала Тора.
Кейд опустил взгляд и увидел на коленях Эйвери голову Тора, лежавшего на полу с противоположной от него стороны стула. Дог посмотрел на него, словно хотел сказать: «Бе-бе-бе!»
– Этот пес испугается даже комка пыли!
– Все равно, кошке нужно преподать урок хороших манер. К тому же мы с Тором учимся быть смелее. Правда, мальчик?
Тор гавкнул. И не от страха. Скорее это было: «Да, моя госпожа!»
Не зная, что сказать, Кейд почесал подбородок. За одну неделю она сделала для клиники больше, чем тетя Роза за двадцать лет. Да и внешне она выглядела намного симпатичнее. Кейд покачал головой, когда тетя Роза заметила, что он опять глядит на Эйвери.
– У меня еще есть сегодня пациенты по записи?
– У Дрейка еще одна операция, а у тебя – два пациента. Терьер, который прогрыз свою клетку и повредил десны, и… ничего себе… – она осеклась и сверилась с расписанием. – Кошка, которая чувствует себя «странно».
Кейд тихо застонал. У него совсем не было настроения для…
Роза отложила книгу.
– Это кошка Джеффри Харрисона.
Бессмыслица какая-то. Джеффри учился с Кейдом в старших классах, и у него точно не возникло бы желания затащить его на свидание. К тому же у него не было кошки. Зачем тогда он записался?
Роза приподняла брови.
– Теперь к нам на прием пытаются прорваться не только хорошенькие женщины. Эйвери набирает популярность, – она наклонила голову, словно желая сказать: «Что ты теперь будешь делать, малыш?»
Значит, мужчины записываются в клинику, чтобы посмотреть на нового офис-менеджера? Неужели Джеффри купил себе чертову кошку, чтобы пригласить Эйвери на свидание? У них тут не служба знакомств. Неужели люди забыли о существовании мобильных телефонов? Когда у Кейда застучало в висках, он закрыл глаза и глубоко вдохнул.
Тук-тук, тук-тук.
– Может, Джеффри решил сменить… команду? Или его кошке в самом деле нездоровится?
Роза рассмеялась и в знак одобрения хлопнула ладонью по ладони Эйвери, которая даже не оторвала взгляд от экрана компьютера.
Да пошло оно все! Кейд демонстративно развернулся и отправился к себе в кабинет.
* * *
Эйвери сидела за стойкой регистрации и наблюдала за тем, как ее мама и Роза просматривали фотографии в «Пинтересте» на телефоне Розы. Они хмыкнули, наверное, уже в третий раз. Сначала они пытались убедить Эйвери посмотреть на фото вместе с ними, но она их сразу раскусила, ведь они даже не пытались действовать хоть немного тоньше.
То, чем занимались Жюстин с Розой, называлось просто – сводничеством, поэтому Эйвери их игнорировала. Она совсем не хотела, чтобы ей устраивали свидание. Тем более с новым боссом. С любым из них троих. Эйвери зареклась строить отношения с мужчинами, к тому же… заводить романы на работе не совсем прилично. А на Кейда женщины вешались просто гроздьями. Даже если она и решится пойти с кем-то на свидание, то уж точно не с таким любвеобильным мужчиной.
Как Кейд назвал этих дам? «Железными леди»? Точное определение. И кажется, его мать и тетки стремились завербовать ее маму в свои злодейские ряды. Тут она вспомнила фотографию Кейда, сделанную прошлым летом, на которой он позировал в одних пляжных шортах, и невольно сжала бедра покрепче.
– Ты только взгляни на эти бицепсы! Ой, а здесь он нянчится с котенком! Эйвери, ты это видела?
Эйвери закрыла глаза и зажала ладонями уши. «Не введи меня во искушение…»
Кого она обманывает? Последний раз она была в церкви во время свадьбы девять лет назад.
Наконец, из смотрового кабинета вышел последний пациент Кейда, и Эйвери облегченно вздохнула.
Джеффри можно было назвать вполне приятным парнем, если бы тот настолько явно не раздевал ее глазами. Он поставил переноску с кошкой на пол около своих ног, в этот момент появился Кейд в сопровождении Брента.
Кейд в буквальном смысле бросился Джеффри наперерез, стараясь отгородить от него Эйвери. Она встала с натянутой улыбкой на лице.
– Так замечательно, что вы принесли кошку вашей матери.
Кейд фыркнул и передал ей список оказанных услуг. Депрессия?
Эйвери протянула Джеффри счет, и он оплатил его.
– Хороших выходных. Спасибо, что пришли.
Джеффри натянул бейсболку на свои редеющие каштановые волосы.
– И между прочим… Что делаете сегодня вечером? Может, сходим куда-нибудь пообедать?
– Ой, это так мило с вашей стороны, но…
– У нее другие планы.
На мгновение все замерли. Эйвери показалось, что даже земля прекратила вращаться. Все медленно повернули головы к Кейду. Что там насчет гробовой тишины? Именно она в тот момент и наступила.
Кейд замер, его глаза расширились, как будто собственные слова его удивили. Ручка застыла над историей болезни.
Брент посмотрел на растерянного Кейда и распрямил плечи.
– Ну да. Сегодня мы все идем в паб «Шутерс». Эйвери… ты же с нами? – он взглянул на нее, ожидая подтверждения.
– Правда? – нет, она не собиралась принимать предложение Джеффри. Ей совсем не хотелось ходить на свидания. Но все же. Почему ей не позволили вежливо отказать ему? Почему?
Брент уставился на нее, словно желая сказать: «Смирись с судьбой», а затем улыбнулся Джеффри.
– Извини, здоровяк.
Роза и мама Эйвери крутили головами, глядя то на пациента, то на Кейда, то на Брента. Они тут же утратили интерес к «Пинтересту». Представление, развернувшееся у них на глазах, оказалось намного интереснее.
Кейд едва слышно выругался.
Джеффри смущенно огляделся.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?