Текст книги "Моя жизнь среди парней"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moya-zhizn-sredi-parney-177785.jpg)
Автор книги: Кейси Уэст
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 10
– А вот и она. – Линда указала на девушку с сумкой, способной вместить с десяток футбольных мячей. Это все косметика? – Кстати, она немного болтлива.
Дверь распахнулась, и в магазин со своей огромной сумкой вошла девушка примерно моего возраста.
– Привет! – поздоровалась она, подойдя к нам. – Я чуть не заблудилась, хотя уже бывала здесь, да и Старый город совсем крохотный. Я почему-то думала, магазин находится на Пятой улице, а не на Четвертой, и так расстроилась от одной только мысли, что не успею вовремя. Я разослала рекламки, так что нам необходимо все подготовить. Я так взволнована! Где мне можно расположиться? О, эта стойка подойдет. Разгружусь на ней. Вы ведь нашли специальный стул, о котором мы говорили, верно?
Немного болтлива? Да она говорит со скоростью пятьсот слов в минуту, не меньше!
Девушка посмотрела на меня:
– Ты, наверное, Чарли. Я – Эмбер. Ох, вы только посмотрите на нее! Она вверяет мне совершенно чистый холст, никаких накладных ресниц и прочего. И мне даже придется выщипать тебе брови? Это будет здорово! – Она подошла ближе и изучила мое лицо. – У тебя прекрасный овал лица и просто идеальная кожа. Сегодня мы продадим много косметики!
Разве ей не нужно дышать? Я не услышала ни единого вдоха во время ее речи. Глубоководные водолазы умеют задерживать дыхание на семь минут. Неужели болтуны олимпийского калибра тоже?
Линда рассмеялась, будто Эмбер развеселила ее жутко смешным анекдотом.
– Ладненько, до начала занятия полчаса. Если мы сдвинем некоторые стойки с одеждой в сторону, то сможем поставить стулья прямо в центре. Стулья ведь привезли? Я вчера звонила уточнить, мне сказали, что их привезут сегодня утром, но я их не вижу.
– Они на складе, – успокоила ее Линда.
– Начну расставлять, – сказала я. Мне нужна была передышка – от Эмбер слишком быстро устаешь.
– Огромное спасибо, а я пока подготовлю косметику.
* * *
Меньше чем за пять минут нашего занятия я поняла, что никогда больше не хочу этим заниматься. Эмбер объясняла собравшимся, как правильно выщипывать брови, и мое лицо саднило от боли. Пока что мне удавалось сдерживать рвущиеся изнутри крики, чтобы не оглушить всех присутствующих, но я не знала, насколько меня еще хватит. Нос зудел, а глаза слезились.
– У Чарли и так очень красивая форма бровей, поэтому не будем увлекаться. Лишь немного приведем в порядок.
Интересно, на что же тогда похоже полное приведение в порядок?
Я отключилась, полностью абстрагируясь от присутствующих. Мысленно начала разбирать баскетбольные матчи, и плечи сразу же расслабились. До поездки в лагерь еще пять недель – уверена, папа позволит мне бросить эту работу. Со стороны Линды будет непрактично сохранять место за мной, если учесть, что придется уехать на неделю, а сразу по возвращении пойти в школу. Лагерь и школа – весомые аргументы. К тому времени я заработаю… Подсчитав в уме, я поняла, что денег не хватит на покрытие моих штрафов. И все же папа меня простит. Должен простить.
Сложно сказать, сколько прошло времени. Думаю, если бы я подсчитывала количество слов, произнесенных Эмбер, я бы с легкостью это выяснила. Она не замолкала ни на секунду.
Наконец она отошла в сторону и сказала:
– Вот так выглядит дневной образ линии «Макс».
Несколько человек ахнули. Это хорошо или плохо?
– На следующей неделе мы покажем вечерний образ. В ваших рекламках есть бланки заказов, и, пожалуйста, не стесняйтесь задавать вопросы. Большинство товаров имеются в наличии. Также здесь, в «Восточном базаре», я оставлю косметику на случай, если сегодня вы не сможете купить все, что хотите.
Сколько еще мне придется просидеть здесь, прежде чем я смогу пойти умыться? От нетерпения я начала постукивать ногой. У меня уже все затекло. Несколько человек подошли поговорить с Эмбер, я же для них была лишь манекеном, лицо которого они разбирали на вопросы. Ответить им я бы не смогла, но все равно это было странно.
Подошла Линда и погладила меня по плечу:
– Ты очень хорошо справилась. И выглядишь просто изумительно.
В ответ я лишь пожала плечами.
– Посиди еще минутку, я возьму камеру и сделаю снимок для твоей мамы.
Мой желудок скрутило от вины.
– Спасибо, Чарли, – пропела Эмбер, когда Линда ушла. – Ты просто идеальный холст. Твое лицо словно специально создано для демонстрации макияжа. Даже не верится, какими огромными кажутся твои глаза благодаря туши.
И? Огромные глаза – это хорошо?
Больше не добавив ни слова, Эмбер переключила все свое внимание на собравшуюся очередь с заказами в руках.
Линда вернулась уже с камерой и сделала несколько снимков.
– Пойду распечатаю один. Я быстро, присмотри за магазином.
– Не стоит утруждаться. Правда, – всполошилась я.
Но она лишь отмахнулась, не сбавляя ход.
Очередь наконец уменьшилась; люди, болтая, покидали магазин с симпатичными фиолетовыми пакетиками в руках.
– Не забудьте рассказать о нас друзьям и приходите на следующей неделе полюбоваться на вечерний образ «Макс», – каждому напоследок говорила Эмбер.
После того как магазин опустел, к нам присоединились две девушки – такие же размалеванные, как и Эмбер.
– Эмбер, ты просто умница!
– Ну что, девочки? Легко, правда? Вы тоже сможете найти себе по магазину. Возможно, кому-то даже удастся попасть в магазин в центре города. С таким заработком я точно смогу обновить свой гардероб к осени.
– Эмбер, Линда сказала, у тебя есть какое-то хорошее средство для снятия макияжа? – спросила я, пока девушки не углубились в разговор об одежде.
– Ты хочешь все смыть? – удивилась одна из подруг Эмбер.
– Ну, у меня после работы игра, так что все размажется.
Улыбнувшись, Эмбер достала из своей сумки зеленую упаковку:
– Держи, это салфетки для лица. Одной тебе вполне хватит.
Я взяла их:
– Спасибо.
– Ой, Чарли, если хочешь, могу отдать тебе косметику, которую сегодня использовала, по себестоимости.
– Мм… мне еще не заплатили.
Она взяла один из толстых каталогов косметики, открыла последнюю страницу, где была ее фотография, и обвела свой номер телефона.
– Хорошо, позвони, если передумаешь, – сказала она, вручая мне каталог.
Как раз вернулась Линда. Я указала ей на служебное помещение, спрашивая, можно ли уйти, и она кивнула.
– Чарли, – вдруг позвала Эмбер. Я обернулась. – Мы втроем идем обедать. – Она указала на своих подружек. – Хочешь с нами?
Что может быть хуже, чем сидеть с тремя едва знакомыми девчонками и думать, что сказать?
– У меня уже есть планы. Может, в следующий раз?
– В следующую субботу. – Она улыбнулась. – Ловлю на слове.
Как только я отошла от них, сразу достала салфетку, чтобы оттереть лицо. Зайдя в уборную, остановилась перед раковиной. И когда увидела себя в зеркале, у меня перехватило дыхание. Девушка в зеркале напомнила мне фотографию, что висела у нас в гостиной, – на ней была моя мама в день свадьбы. Сердце сжалось, и я начала тереть сильнее.
* * *
– Что делаешь? – спросил Гейдж, ворвавшись в мою комнату после единственного стука.
Я быстро перевернула сделанную Линдой фотографию, которая лежала на столе:
– Ничего.
– Э-э, ладно. Не буду совать нос в твои дела. После такой реакции не уверен, хочу ли вообще знать, что у тебя там.
– Вот и правильно, это тебя не касается. Зачем пришел?
Он плюхнулся на мою кровать:
– Завтра мы едем играть в диск-гольф в парк Вудворд. Ты с нами?
– Конечно. – Я взглянула на часы. Ровно десять. – Эй, побегаешь со мной?
– Когда?
– Сейчас.
– Нет, но спасибо, что предложила.
– Спасибо, что отказался.
– Уже десять. Если я сейчас побегаю, то потом не смогу уснуть.
А я не смогу уснуть, если сейчас не побегаю.
– Пожалуйста, Гейдж. Я буду любить тебя вечно.
– Хм… да я и так обладаю твоей вечной любовью, но, возможно, сработает другая взятка. Например, ты можешь показать мне, что это такое. – Он указал на фото на моем столе.
Ни. За. Что.
– Ага, размечтался. Я не настолько нуждаюсь в пробежке. – Я убрала фотографию в ящик стола.
– Что, правда? Теперь у меня появилась цель в жизни – выяснить, что ты скрываешь.
– Пустая трата времени.
– Может быть. Но у меня возникло такое звенящее чувство прямо вот здесь, – он показал на свое сердце, – что оно того стоит.
– Проваливай, пока я не надрала тебе задницу.
По пути к выходу Гейдж схватил меня за хвостик, увлекая вместе со стулом назад, и аккуратно опустил на пол.
– Идиот, – буркнула я, глядя на него вверх ногами.
* * *
Дождь грохотал по окну. Красный дождь. Так сильно, что сверху на стекле образовалась трещина и медленно поползла вниз. Белая линия разделила окно на две равные части, и вдруг оно разлетелось, осыпая всю мою комнату осколками.
Я резко села в кровати.
Если бы я умела контролировать свое подсознание, сделала бы так, чтобы мне никогда не снились сны. Должен же быть какой-то способ решить эту проблему. Гипноз или что-то в этом роде. Может быть, беговая дорожка. Каковы шансы, что папа мне ее купит?
Спустившись вниз, я приготовила себе горячий шоколад и включила ноутбук. Ввела в строку поиска «сонник» и отыскала слово «дождь». В моих снах всегда был дождь.
Капающий дождь – это метафора слез, плача и печали.
Ну да, конечно. Не помню, когда вообще в последний раз плакала.
Тогда я вбила «значение повторяющихся снов».
Сны – это сообщения, которые пытается донести до нас наше подсознание. Повторяющиеся сны могут быть очень важными сообщениями. Зачастую они приходят в виде кошмаров. Повторяющиеся сны могут представлять собой реальную жизненную проблему, которую вы не рассмотрели и не разрешили. Преодоление или разрешение этой проблемы может помочь избавиться от повторяющихся снов.
Я еще раз перечитала абзац. Есть ли вообще научное обоснование у этого глупого онлайн-сонника? Я тоже могу составить подобный бред!
Закрыв ноутбук, я подошла к задней двери и взглянула на дом Брейдена. Два часа ночи, он уже точно спит. Писать ему сообщение будет совершенно эгоистично с моей стороны. Я это понимала, но все равно взяла телефон и долго смотрела на имя Брейдена в контактах.
Оставив телефон в комнате, я вышла на улицу. Свет в его комнате не горел, как и во всем доме. Может, он выйдет сам, как сделал это в первый раз? Тогда это не будет эгоистично.
Я вытянула шею, чтобы посмотреть, стоит ли на подъездной дорожке машина его отца.
Стоп!
Получается, я надеюсь, что его отец вернется домой пьяным и выгонит Брейдена из дома? Ну, это еще более эгоистично, чем если бы я просто написала ему сообщение.
– Прости, – прошептала я. – Надеюсь, твой отец никогда больше не придет домой в таком состоянии. – Я положила ладошку на забор, словно таким образом отправляла эти слова Брейдену. Затем села на землю и ощутила ее тепло. – Мне часто снится мама, – сказала я луне. – Как можно скучать по кому-то, кого никогда не знала?
Будь Брейден здесь, что бы я противопоставила этому факту? О чем он грезит? О том, как покидает это место? Брейден был на год старше меня, как и Гейдж. Это был его последний год в школе. А что потом? Я всем сердцем чувствовала, что, как только он облачится в мантию выпускника, сразу уедет. Зачем ему оставаться в таком доме? От этой мысли мое сердце сжалось. Хочется верить, что его дружба с нашей семьей, с Гейджем… со мной задержит его здесь.
Глава 11
– Я умею играть, – взбунтовалась я, скидывая с себя руку Брейдена. – Мне не нужны поблажки.
– Я просто хочу помочь, Чарли.
– Прости, ты что, заделался профессиональным инструктором по диск-гольфу и забыл нам об этом рассказать?
– Ты такая упрямая, – буркнул он.
– Если мне потребуется помощь, я сама попрошу.
– В том-то и дело, ты никогда не просишь, – подпел Брейдену Джером.
– Потому что мне не нужна помощь. А теперь отойдите, пока я вас всех этим не ударила.
Брейден демонстративно сделал огромный шаг назад.
Я проанализировала расположение деревьев вокруг нас, надеясь, что не попаду ни в одно из них, доказав тем самым правоту Брейдена. Природа наградила этот парк множеством препятствий для игры в диск-гольф. Слева от нас залаяла собака, а затем пробежала мимо, гонясь за теннисным мячом; ее хозяин свистнул.
Сосредоточившись на игре, я выпрямилась и бросила фрисби, который приземлился в пяти футах от корзины, оставив позади фрисби Брейдена по меньшей мере футов на десять.
– Получай!
Он закатил глаза, будто желал, чтобы судьба прямо сейчас преподала мне урок, и расстроился, что этого не произошло. Может, Брейдену стоило разуть глаза и увидеть, что судьба пытается преподать урок ему?
Гейдж с Брейденом переглянулись, и по хитрой улыбке Гейджа я поняла, что они уже прикинули, как меня за это наказать.
– Я следующий, – сказал Гейдж.
Только он замахнулся, как Натан его остановил:
– Заступ.
Мы все посмотрели на ногу Гейджа, которая на несколько сантиметров заступала за номинальную линию.
– Натан, не будь занудой, – посетовал Гейдж.
– Прекрасно, хочешь смухлевать – вперед.
Зарычав, Гейдж убрал ногу за линию, запустил фрисби, и диск, отклонившись вправо, угодил в куст.
Натан разразился смехом.
– Ты залез мне в голову, Натан.
– Ты сам впустил меня, лопух.
Гейдж отправился искать фрисби, а когда вылез из куста в облепленной листьями футболке, поднял над головой собственный диск в стиле тай-дай и еще один – алый.
– Я нашел потерянную душу.
– Информация о владельце должна быть сзади, – подсказал Джером.
Гейдж перевернул фрисби:
– Вы только посмотрите. Этот фрисби принадлежит мисс Лорен Флетчер.
– Девушка, которая играет в диск-гольф? – восхитился Джером. – Сексуально.
Гейдж скривил губы:
– Ну не знаю… Девушка, которая играет в диск-гольф? Да она, скорее всего, похожа на парня. Какая-нибудь большая, крепкая штучка.
Парни захохотали, как будто не понимая, что я стою рядом… и тоже играю в диск-гольф. А может, именно такой они меня и видели. Может, большинство парней видят меня именно такой?
Натан выхватил у Гейджа диск и засунул его в свой ранец:
– Нужно вернуть ей фрисби.
– Как скажешь, – ответил Гейдж.
Я до последнего не знала, что затеяли Брейден с Гейджем. Когда мы проходили мимо мутного пруда, который якобы являлся живописным озером, Брейден схватил меня под руки, а Гейдж за ноги. Я начала пинаться и брыкаться, но они вцепились в меня мертвой хваткой.
– Джером, – произнес Брейден, – позволь научить тебя, как правильно бросать человека в воду.
– Хм… всегда задавался вопросом, совершенна ли моя техника в столь серьезном деле, – сказал он, потирая щетинку на подбородке. – Пожалуйста, просветите меня.
– Что ж, сначала, – высоким голосом заговорил Гейдж, и я умудрилась освободить ногу и пнуть его в грудь. Брат чертыхнулся, но вновь схватил мою ногу. – Сначала надо раскачать. Вот так.
Меня начали размашисто раскачивать из стороны в сторону.
– Ага, понял.
– Нас выгонят из парка, если вы ее туда бросите, – вмешался Натан.
– Да, послушайте Натана, пожалуйста, – взмолилась я. Камыши, наводнившие пруд, маячили передо мной с каждым нисходящим покачиванием.
– Кто нас выгонит? Полиция парка? – усмехнулся Гейдж.
– Затем, – продолжил Брейден, – когда объект достигает высоты замаха, берешь и отпускаешь.
И они это сделали. Я, сминая камыши, со шлепком приземлилась прямо в мелководье. Взлетели несколько уток, и я позволила себе погрузиться в грязную воду, которую летнее солнце превратило в теплое болото. Когда отталкивалась от дна, мои пальцы провалились в жижу.
– Вы двое просто отлично преподаете, – похвалил Джером. – Спасибо, что поделились со мной своей мудростью.
Я поднялась, и с меня покатились огромные куски грязи.
– И кому нужны спа-процедуры, когда я могу принимать грязевые ванны прямо во время игры в диск-гольф?
Я провела рукой от плеча к запястью, счищая грязь, затем проделала то же самое с другой рукой. И, выбравшись из пруда, прямиком направилась к Гейджу с твердым намерением подарить ему наикрепчайшие объятия. Однако он догадался, что к чему, и бросился бежать. Погнавшись за ним, я резко развернулась и застала Брейдена врасплох. Обняла его сзади.
– На чьей машине мы сегодня приехали? – спросила я, прижавшись щекой к его спине. – Ох, точно, на твоей. Я сяду спереди.
Я почувствовала, как он застонал.
– У тебя большой багажник, – небрежно отметил Натан.
Я ахнула и отпустила Брейдена:
– Натан!
Его щеки покраснели.
– Я же не серьезно.
Я улыбнулась. Как будто ему нужно было это уточнять. Гейдж подкрался сзади, сохраняя между нами приличное расстояние.
Компания ребят, которая проходила игровую дистанцию за нами, рассмеялась, увидев эту сцену, а затем один из них спросил:
– Эй, вы закончили?
– Да, – ответила я и, хлюпая водой в кроссовках, направилась к машине. – Не стесняйтесь. Мы уходим.
– Уходим? – в напускном неверии спросил Брейден. – Но нам осталось пройти всего два отрезка. Ну же, Чарли, мы не можем вот так все бросить.
Он высмеивал меня и то, что я сказала Дейву несколько недель назад во время игры в футбол, когда ему позвонили насчет бабушки. Этот завуалированный упрек сильно меня задел.
– Ладно, давайте продолжим игру.
– Я просто пошутил. – Он положил руку мне на плечо.
– Нет, я хочу продолжить, – спокойно ответила я. – Ты прав, мы почти закончили.
– Но с твоих шорт стекает грязь, – парировал Брейден. – Не самое приятное зрелище.
– Заткнись. Кто со мной? – спросила я, когда компания ребят прошла этот отрезок, теперь обогнав нас.
Подобрав фрисби, я промаршировала к старту.
* * *
Когда мы закончили и вернулись к машине, Брейден открыл багажник.
– Не будь придурком, – сказала я. – Я туда не полезу.
Он бросил на меня сердитый взгляд и вытащил покрывало:
– Я просто доставал тебе подстилку. – Он протянул мне покрывало.
– Ох. Спасибо. – Я взяла покрывало и накинула на спину. – Извини. – Не следовало называть его придурком, даже в шутку, – я ведь прекрасно знала, что это слово его бесит.
Ребята забрались в машину, но Джером остановил меня, кивая на водительское сиденье Брейдена:
– Неужели трудно иногда позволять парню чувствовать себя нужным?
– Что?
– Тебя бы убило, если бы ты прислушалась к его советам?
Я посмотрела на Брейдена, потом вновь на Джерома. Брейдену хотелось почувствовать себя нужным? Что-то заставляло его чувствовать себя ненужным? С ним происходило что-то, чем он делился с Джеромом, «очень хорошим слушателем»? Меня захлестнула волна ревности к тому, что Джером мог знать о Брейдене что-то, чего не знала я.
– Да! Возможно, убило бы.
Он закатил глаза и направился к пассажирскому сиденью.
Глава 12
Когда в следующий четверг я пришла на работу, лицо Линды озаряла предвосхищающая улыбка.
– Что случилось? – спросила я.
– Иди переодевайся, а после я все тебе расскажу.
Скорее всего, она считала странным, что ее модную одежду я носила только в магазине. Но меня больше волновало мнение братьев, нежели ее. И я не жила своим разумом… или как там она говорила. Я жила с кучей парней, которые любили надо мной подшучивать. Переодевшись, я вышла и в ожидании посмотрела на нее.
– Ладно, закрой глаза, – скомандовала она.
Подыгрывая ей, я закрыла глаза.
– Готова? Теперь можешь открывать.
Я открыла и увидела в ее руке чек на сто пятнадцать долларов. Чек, выписанный на мое имя.
– Что это?
– Твоя доля за занятие по макияжу.
Взяв чек, я уставилась на число. А я ведь собиралась сказать ей, что больше не хочу этим заниматься. Однако сотня баксов за несколько часов сидения на стуле в корне меняла дело. Так я быстрее погашу свой долг.
– Все прошло на ура, поэтому мы проведем еще как минимум два занятия, а там посмотрим, как пойдет. – Она вытащила из-под стойки флаер и протянула мне. В правом верхнем углу была моя фотография с накрашенным лицом.
– Ого. Что это?
– Твоя фотография с прошлой субботы. Мне показалось, ты не будешь против.
– Я думала, вы распечатывали снимки для моей… семьи… – Мне не хотелось снова упоминать маму. Это действительно съедало меня изнутри. – Чтобы оценить…
– Они ей понравились?
– Да. Они замечательные. – Это ведь не ложь, верно?
– Прости. Надо было тебя спросить. Просто получилась такая хорошая фотография, вот я и предложила ее Эмбер.
Я еще раз взглянула на снимок. Это просто глупый флаер. Надеюсь, меня никто не узнает. Во всяком случае, мои друзья и братья точно не интересуются косметикой.
* * *
Ночью я снова не могла уснуть. Мой мозг неустанно прокручивал недавний сон. Была лишь полночь – не так уж поздно, – поэтому, когда я выглянула в окно и увидела, что в комнате Брейдена горит свет, то сразу написала ему сообщение:
«Выйдешь?»
Он ответил практически сразу:
«Да, увидимся через минуту».
Я услышала, как вслед за моей дверью закрылась его, и мы синхронно подошли к забору. Он прислонился плечом к доске, и я уловила запах его дезодоранта. Такой знакомый тонкий запах свежести.
– Как дела? – спросил он.
– Так себе.
Я села, прислонившись спиной к забору, и он сделал то же самое.
– Сегодня опять не бегала?
– Да.
– Ты приходишь сюда каждую ночь, когда не бегаешь?
– Нет. Не считая тех двух ночей с тобой, я приходила сюда лишь однажды.
– Нужно было мне написать.
– Было два часа ночи.
– Ну и что?
– Может, я и эгоистка, но даже я испытываю иногда угрызения совести.
Он засмеялся.
Я не знала, почему позвала его. Мне хотелось обсудить с ним что-то важное. Но что? Было приятно разделить с кем-то свой беспокойный ночной мир. Мои братья спали как убитые. Почему мой мозг не может так легко отключаться? Мне было неловко расспрашивать братьев о маме. Я не хотела их расстраивать, ведь они двигались дальше. Может, они двигались дальше благодаря реальным воспоминаниям о ней, в то время как я располагала лишь своим воображением. Почему мое подсознание так болезненно на это реагирует?
– Почему ты так много бегаешь?
– Нужно поддерживать форму для баскетбола, иначе в первые недели занятий все будет жутко болеть.
– Значит, ты пробегаешь… сколько, шесть-семь миль в день, чтобы спастись от двух недель боли? Ты как будто тренируешься для марафона, а не для баскетбола.
– Еще пробежки помогают мне заснуть.
– Большинству людей не требуется изнурять себя, чтобы заснуть.
– Верно. Многие просто принимают снотворное.
У него вырвался короткий смешок – как всегда, когда сказанное его удивляло.
– Да. Твой метод более естественный. – Долгое молчание. – Ты ловко уходишь от вопросов, но меня интересовало, почему ты не можешь заснуть.
Я сказала себе, что он – просто голос. Я могу разговаривать с бестелесным голосом. Или с луной. Я всегда могла откровенно поговорить с луной. Я нашла на небе яркую половинку луны, освещавшую все вокруг.
– Мне снятся кошмары, – наконец произнесла я. Брейден, должно быть, почувствовал, что мне необходимо выговориться, и просто молча ждал, когда я продолжу. – О моей маме и ночи, когда она умерла. Похоже, мое подсознание веселится, подкидывая мне разные сценарии ее смерти, даже самые нереальные. Та ночь… пожалуй, та ночь – единственное воспоминание, которое у меня о ней осталось. А я даже не знаю, не является ли оно всего лишь игрой моего воображения.
Я никогда никому не рассказывала о своих кошмарах, даже Гейджу, который больше всех знал о том, что творится у меня в голове. Я ощутила странное освобождение, будто просто открылась луне.
– И что ты в них видишь?
– Разное. Дождь, разбивающиеся окна, машины. И конечно же маму.
– Сочувствую.
– Ненавижу это, а пробежки исключают бессонные ночи.
– Это куда правдоподобнее отмазки с баскетболом.
– Они также помогают и для баскетбола.
– Не сомневаюсь. – Несколько минут молчания. – Ты научилась кататься на велосипеде, когда тебе было четыре. Я так завидовал, ведь сам все еще ездил с учебными колесами.
Я обрадовалась тому, что он переключился на нашу игру в факты.
– О, я помню твои учебные колеса.
– Серьезно? Потому что, как только ты научилась кататься на велосипеде, я решил, что тоже должен, и убил всю субботу на обучение ездить без них. Ты заставила меня от них отказаться.
Я улыбнулась, вспоминая его детство, чтобы противопоставить соответствующий факт.
– Как насчет того, что в первом классе ты сказал учительнице, что мой папа – это твой, а когда твой папа пытался забрать тебя домой, ты закричал: «Этот мужчина хочет меня похитить»? Твой отец так смутился.
– Да, я тогда завидовал, что вы есть друг у друга, у меня же не было ни братьев, ни сестер.
– Теперь ты в ловушке безумия. Ты один из нас, малыш, хочешь ты этого или… – Я замолчала, поскольку до меня дошел истинный смысл его намерения обсудить мою езду на велосипеде. Он не вернулся к игре. – Подожди. Мне было четыре?
– Да.
– Значит, мама была жива, когда я училась кататься…
Я стала сканировать воспоминания, пытаясь представить ее там, перед нашим домом, наблюдающую за моим обучением. Вот папа, он бежит рядом, поддерживая сзади мой велосипед, чтобы я не упала. Я постоянно прошу его отпустить. Но он не отпускает. Мама за нами наблюдала?
Я крепко закрыла глаза. «Разреши мне объехать вокруг квартала», – попросила я. «Я поеду с ней», – предложил Джером. Он нарезал круги вокруг меня. Ему, должно быть, было почти девять. Мы доехали до угла, и только тогда я поняла, что еще не тренировалась поворачивать без учебных колес. Поддавшись страху, я даже не попыталась повернуть и въехала прямо в дорожный знак. Джером поднял меня, посадил обратно на велосипед и показал, как надо. Я падала на каждом углу, но доехала до дома, оцарапав лишь одну коленку.
Мама позаботилась о ране?
Нет. Папа. Это точно. Я вспомнила, как сидела на столешнице, пока он дул на колено и говорил, что я сильная. Как такое возможно? Как возможно, что я помню такие мелочи, но ничего не помню о маме?
– Ты сейчас на нее очень похожа.
Мое горло слегка сдавило.
– Угу.
Я уже это знала. Помимо свадебного снимка в гостиной, у нас была целая коробка с ее фотографиями. Именно так я ее и помнила, как на снимках: стоящую рядом со мной, пока я задуваю три свечки на торте; удивленно смотрящую с кресла, в котором она читает книгу; в бейсболке, подбадривающую Джерома на игре между классами. Я помнила фотографии, но не события.
– Что еще ты о ней помнишь?
– Она была тихой… – Он замешкался. – Она часто приходила к моей маме. Однажды я вошел в кухню, где они разговаривали… и она плакала.
– Что?
– Я хорошо это помню, поскольку испугался, что мама на меня разозлится за то, что я их прервал.
– Из-за чего моя мама могла расстроиться?
– Не знаю. Моя мама гладила ее по спине, и она…
– Сколько тебе было? – Я прижалась спиной к забору.
– Не знаю. Около семи.
– Как ты смог это запомнить?
– Это просто одно из ярких воспоминаний.
По неведомой мне причине в груди вскипел иррациональный гнев.
– Ну, может, она переживала за твою маму. Может быть, она умоляла ее бросить твоего придурка-отца.
– Мой отец запил только после травмы спины, пять лет назад. – Его голос был таким напряженным, полным боли.
Я встала.
– Ну, у моей мамы была идеальная жизнь, поэтому я даже не знаю, что ее могло расстроить.
– Чарли.
– Я устала.
Я вернулась домой и громко хлопнула дверью.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?