Текст книги "Огненная душа"

Пролог

– Готова? – спросил высокий мужчина, укутанный в черный плащ так, что разглядеть его не представлялось возможным.

– Конечно, – мурлыкнула я, облизывая пересохшие губы и довольно щурясь.

– На этот раз нет права на ошибку, АрШэрр. Если ты проиграешь, Шериссай будет в ярости. Тебе останется только надеяться на легкую смерть.

– Ты во мне сомневаешься? – возмущенно прорычала я, вскидывая голову, чтобы посмотреть в зияющий темнотой провал капюшона.

– Никогда, – твердо возразил мужчина. – Но ставки так высоки…

– Тебе пора, – оборвала я его, с предвкушением рассматривая появившееся слабое алое свечение перед Ареной Второго шеада.

Раздалось тихое шипение, и красная дымчатая воронка портала мгновенно унесла с собой моего собеседника.

Да, так и должно быть. Это моя битва. Только моя.

Тем временем свечение становилось все ярче. В воздухе промелькнуло несколько разрядов, переход угрожающе затрещал. Спустя мгновение на Арену стали выходить демоны из Второго Приближенного шеада.

Высокие крупные мужчины методично рассредоточивались по Арене, постепенно зажимая меня в кольцо. Полагаю, они были весьма поражены моей наглостью… хотя и не сомневались в собственном преимуществе. То и дело я ловила на себе презрительные взгляды, кто-то угрожающе щерился, изредка слышался рык. Да, эти воины действительно считали, что являются хозяевами сложившейся ситуации. Они даже не пытались меня схватить, полагая, что теперь мне от них никуда не деться. Ну-ну…

Наконец, последним из родового портала вышел глава Второго Приближенного шеада. Высокий хмурый демон стремительно приблизился ко мне, закрывая за своей спиной переход. Стало темно. И тихо. Все затаились, ожидая слов правителя.

– Приветствую тебя, Доокра, – сладко пропела я, лукаво улыбаясь и не давая демону открыть рот. – Не думала, что встречать меня будут все твои верные псы. Лестно, правда.

– Это территории моего клана. Что ты здесь делаешь? – сурово вопросил демон, не реагируя на мою насмешку. Ну да, как же – Великий и Непревзойденный, а на встречу с хрупкой девушкой притащил чуть ли не сотню своих лучших воинов.

– Бросаю тебе вызов, Доокра, – мурлыкнула я, соблазнительно скидывая с себя черную мантию. Мужчины издали слаженный восхищенный рык, рассматривая мое гибкое тело, затянутое в отнюдь не скромное боевое облачение.

Этот наряд был сделан из черной, чуть блестящей материи, облегающей, будто вторая кожа. Длинные рукава и штанины, сапоги до колен на высокой платформе – все тело будто бы скрыто, но при этом казалось, что я совершенно обнажена. Не дань моде и не собственные предпочтения подтолкнули меня облачиться подобным образом, а холодный расчет. У многих моих противников была слишком выражена демоническая похотливая сущность, чтобы не воспользоваться этой их слабостью.

Интереса и азарта мужчинам – истинным охотникам, получавшим несравненное удовольствие от сопротивления своей цели – добавляло и оружие, развешанное на различных частях моего тела: ножны с парными загнутыми клинками на спине, несколько дротиков в рукавах, по паре кинжалов в голенищах сапог, целый арсенал метательных ножей на поясе и бедрах. Уверена, со стороны я выглядела очень эффектно – не зря демоны так облизываются. В красоте я могла уступить лишь дочери Правителя Аш’Родракр – объединенных шеадов, а в искусстве боя была лучшей.

Внимание этих похотливых животных хоть и являлось предсказуемым, все же каждый раз приятно ласкало мое самолюбие. Не сомневаясь в собственной привлекательности, я изящным жестом поправила длинные, развевающиеся на слабом ветру, черные локоны и убрала выбившуюся прядь за витой обсидиановый рог. Не удержавшись от соблазна поиграть, провела острым язычком по ярким алым губам, предсказуемо услышав утробные призывные голоса.

– Ты, верно, сошла с ума, девчонка, – скривился глава Второго шеада, от которого не ускользнули мои уловки.

– Ну что ты, – ласково улыбнулась я, – мой разум кристально чист. Вызывай воина, Доокра. Ты не имеешь права отказать мне.

– Почему ты одна? – демон продолжал буравить меня своими маленькими черными глазами, в которых отражались огненные сполохи его гнева.

– Предпочитаю устраивать свидания наедине. Романтику, знаешь ли, люблю, – язвительно пропела я в ответ.

– Шериссай убьет тебя, девочка, – неприятно усмехнулся демон. – Но это твой выбор.

Правитель отступил к своим подданным, оставляя меня в центре Арены. Почти сразу на его место выскользнул высокий, крепкий демон. Боец Второго Приближенного шеада. Хорркарр.

Я по-прежнему стояла в расслабленной соблазнительной позе, чуть прикусив губу и не позволяя отразиться даже во взгляде тому страху, что предсказуемо потянулся к моей темной душе тонкими щупальцами. Никто не должен был видеть эту слабость. Особенно – мой противник.

Хорркарр был страшным, очень страшным бойцом – мощным, стремительным и крайне жестоким. После поединка с ним в живых не остался никто, и смерть каждого была на редкость болезненной.

И я знала это. Я готовилась к сегодняшней ночи не один месяц, истязая себя тренировками до полного изнеможения. И я верила, что смогу победить.

– Ничего не выйдет, красотка, – снисходительно прохрипел Хорр, будто прочитав мои мысли.

– Это мы еще посмотрим, сладкий, – в тон ему ответила я, лукаво улыбаясь и обнажая трансформированные клыки.

Помнится, во время своего первого боя за право сражаться от Второго шеада на Арене, Хорркарр дрался с демоном по имени Гхокш. Жутким бойцом. Огромным. Нереально сильным и излишне жестоким, даже по меркам демонов. Мало кто осмеливался бросить ему вызов, справедливо опасаясь не просто болезненной смерти – мучительной. Но Хорркарр сделал это.

На тот момент мне было не больше десяти, и этот бой я помнила смутно. Скорее по рассказам других, чем опираясь на собственную память.

Сражение вышло коротким. Гхокш быстро вымотал самонадеянного глупца и, как только тот открылся, с силой впился своей жуткой ручищей в его горло. Но не убил сразу. Решил поразвлечься, – когда бы ему еще представилась такая возможность, если остальные трусили вступить с ним даже в тренировочную схватку?

Хорр истекал кровью, с ужасом глядя на убийцу – шанса, что Гхокш проникнется к нему сочувствием и милосердно пощадит, не было. Это знали сами бойцы, обходя друг друга по кругу и схлестнувшись взглядами. Это знали и зрители, предвкушая кровавую расправу.

Хорркарр готовился к смерти, а Гхокш… он слишком редко дрался на Арене, чтобы отпустить свою жертву так скоро. Он ни секунды не сомневался в победе. Для него было забавой как можно дольше терзать глупца, что осмелился бросить ему вызов.

Зрители ревели и бесновались, опьяненные видом и запахом крови – демоны обожали подобные развлечения. Их животные инстинкты упивались этими жесточайшими играми.

Но Хорр вопреки всему не сдавался, сопротивляясь из последних сил. Да и не было у него выбора, ведь в данном случае поражение приравнивалось к смерти. Но Гхокш не обращал внимания на решимость своего противника. Он распалился и непростительно увлекся истязанием своей «жертвы». Решил, будто уже отнял жизнь глупца.

Мгновения было достаточно, чтобы Хорркарр воспользовался секундной расслабленностью противника. Стремительный рывок – и Гхокш оторопело смотрит на собственную пробитую грудь… поднимает взгляд на «жертву» и пораженно, не в силах поверить глазам, видит в руках демона сжимающееся черное сердце. Сердце, минуту назад бившееся в его груди.

Толпа замерла на вдохе, пораженная подобным исходом не меньше внезапно проигравшего лидера. И в этой неестественной тишине прозвучало слово Смерти.

Хорр не был глупцом. Он не медлил, не упивался кратким мигом победы, не стал развлекать толпу… не обременял себя понятием чести. Получил преимущество – победил.

Но, несмотря на старание лекарей, полностью восстановить горло он так и не смог, да и глупо было бы ожидать целительских чудес от созданий, способных лишь разрушать. Поэтому и голос у Хорркарра до сих пор очень жуткий, хрипящий, с присвистом. И кожа изуродованная, вызывающая отвращение – это он сам захотел оставить, как напоминание. Хорр вообще страшный тип – бритоголовый, с квадратной челюстью, выпирающими нижними клыками и шрамом, пересекающим некогда симпатичное лицо; с мощным телом, бугрящимся мышцами, которое испещрено черными татуировками – знаками побед на Арене.

Тем временем, Доокра активировал охранный купол, который не позволил бы вмешаться в предстоящий бой кому-то извне или сбежать друг от друга нам. Небо, итак черное, вспыхнуло и померкло, прозрачный купол оградил Арену от внешнего мира. Всего пара размеренных ударов сердца, и схватка началась.

Не прозвучало никакого сигнала. По сути, активация купола сама по себе уже была сигналом. Хорр, утробно рыкнув, сорвался со своего места, на бегу вытаскивая из ножен меч. Успев откинуть волосы грациозным движением, мне удалось в последний момент отпрыгнуть от удара. Лезвие прошлось в опасной близости от моего горла.

Весело рассмеявшись, я остановилась, со сладкой улыбкой глядя на противника.

Развернувшись, демон сощурился и вновь бросился в атаку, пытаясь обмануть меня ложным выпадом. Грациозно уйдя от удара, я остановилась в ленивой позе, казалось бы, безразлично рассматривая собственный маникюр – отросшие за мгновение черные бритвенно острые когти. Хорр нахмурился. Очевидно, такие игры были ему не по нраву.

– Зря ты сюда пришла, – прохрипел он, прожигая меня взглядом.

Теперь демон не бросался в атаку, а медленно обходил меня по кругу, выжидая удобный момент. Конечно, стоять на месте было бы беспросветной глупостью, а я этим никогда не страдала; резко развернулась, намеренно вскидывая черные волосы и закрывая тем самым противнику обзор. В следующее мгновение Хорр с демонической скоростью уклонился от трех метательных кинжалов, а четвертый летел в его грудь. Отбив его мечом, демон удовлетворенно осклабился.

Я соблазнительно повела плечиком, подмигнув противнику.

– Или не зря, – чувственно прошептала я.

– Бесовка, – уже с бόльшим уважением рыкнул Хорр.

Я лишь послала ему воздушный поцелуй, незаметно доставая из рукава дротики. Резкий поворот… но и сейчас он смог увернуться.

– Хватит баловаться своими игрушками, – раздраженно рыкнул мужчина. – Бейся, как демон.

Не дожидаясь ответных слов, он подскочил ко мне, намереваясь проткнуть мечом левый бок. Уворот, прыжок… теперь и я достала свои изогнутые клинки.

Шутки кончились. Больше не было веселого тона, ужимок или подмигиваний, улыбок или изучающих ударов. Не было и моего позерства. Начался бой. Реальный, жестокий, молниеносный. Тело реагировало быстрее, чем разум, уходя от атак в немыслимых позициях. Руки сами наносили удары, мечи пели, кровь горела огнем. Мы двигались быстро… так быстро, что движения смазывались.

Пробуждалась темная сторона демонской сущности. Мы оба щерили клыки, угрожающе рыча, сверкали глазами, заполненными пламенем схватки, носились по огромной арене, будто смерч, запертый в крошечной комнате. Нам было мало места, катастрофически мало!

Мгновение – и я впиваюсь острыми клыками в шею демона, совсем рядом с тем, старым рваным ранением, лишившим его голоса. По подбородку стекает горячая кровь, глаза сверкают, сила бьет ключом. Хорр испугался. Отпрянул, неуклюже махнув клинком.

Ты не уйдешь от меня! Это Кровавая ночь. Ночь моего триумфа!

Мужчина ушел в глухую оборону, уходя от молниеносных атак. Это лишь раззадоривало меня! Я чувствовала запах крови, её сладкий пьянящий вкус, моя звериная сущность требовала продолжения, требовала смерти!

Отпрянув друг от друга, мы застыли. Казалось, прошла вечность… но пролетело всего мгновение. И снова закрутился сумасшедший вихрь, раздался звон сталкивающихся клинков… увороты, прыжки, удары, злобное рычание.

Прекрасная схватка! О ней будут слагать легенды.

В очередной раз отпрыгнув в сторону, я увидела, как Хорр прикасается к ране на горле и переводит взгляд на когтистую ладонь, открывая едва заметный просвет как раз напротив сердца. Не медля, я наскочила на него, победно рыча, ударила мечом… и почувствовала холодную сталь, с противным чавкающим звуком входящую в мой живот.

Непонимающий взгляд опустился вниз, на торчащую рукоять меча Хорра. Я практически не чувствовала боли от глубокого ранения, только недоумение и раздражение из-за того, что так глупо подставилась.

Сам демон стоял напротив и тяжело дышал, прижимая ладонь к кровоточащей ране на шее. На его теле были и другие порезы, даже страшнее этого, но он смотрел на меня внимательным настороженным взглядом, закрывая именно горло. Очевидно, первая схватка оставила в его сознании рану, гораздо глубже и страшнее чем та, что красовалась на его шее. Тем лучше. Я воспользуюсь этой его слабостью снова!

Моя демоническая ипостась ослабела, отступая перед чистым разумом.

Окинув быстрым внимательным взором Арену, я опасливо посмотрела на Хорркарра, и больше не сводила с него напряженного взгляда. Он не спешил нападать, продолжая также опасливо следить за мной.

Ухватившись за рукоять торчащего из меня меча, я единым движением, не обращая внимания на вспыхнувшую боль, вытащила оружие и бросила его к краю Арены. Из живота хлынула темная кровь, но это было уже не важно. Хорр допустил ошибку. Он мог убить меня, но поспешил, не рассчитал удар и не активировал заклинание.

Теперь я буду осторожнее. И злее.

Демон, осознав свой просчет, скривился и медленно попятился к краю Арены, в ту сторону, куда я откинула меч. Неужели он полагал, что после демонстрации его силы я сдамся? Глупец…

Оскалившись, я стала выхватывать запрятанные отравленные ножи и метать их в демона, оттесняя того от меча. Было бы глупо потерять такое преимущество в схватке…

Хорр, уворачиваясь от ножей, петлял и отходил в сторону от своего оружия, раздраженно щерясь. Но он не собирался сдаваться! Посчитав, что может провести меня, он сделал обманный прыжок в сторону и резко метнулся к мечу. Шаг – и отравленный нож вонзился в его спину.

Победно рыкнув, я стала медленно обходить противника по широкой дуге, окончательно отрезая его от меча и отсчитывая тяжелые удары сердца, когда должен был подействовать яд. Уникальный в своем роде, созданный специально для этого боя… маленькая запрещенная хитрость, о которой никогда не узнает ни одна живая душа, кроме меня и демона, что создал эту прелесть. Её оказалось невозможно обнаружить магически, её следов не оставалось в крови… да и кому в голову пришло бы искать признаки отравления у проигравшего в, казалось бы, честной схватке? Купол Арены был создан таким образом, что засекал любое вмешательство, противоречащее правилам. Любое, кроме этого яда. Но о нем никто не знал.

Жаль, но из-за этих сложностей с куполом, яд был достаточно слабым – он лишь вызывал несильные галлюцинации и немного замедлял реакцию. Но в такой схватке любое преимущество могло стать решающим!

Семнадцать… восемнадцать ударов… пора?

Яростно рыкнув, я сорвалась на бег и набросилась на Хорра, ожесточенно атакуя его, не давая ни мгновения отдыха. Он опасался меня. Если в начале боя считал слабой разрядившейся девкой, то теперь увидел угрозу. Смертельную угрозу.

Краем обоюдоострого уха я слышала, как ревет толпа демонов за барьером. Зрители бесновались, заражаясь азартом схватки. Скорее всего, и Шериссай был среди них. Наверняка ему уже доложили о моем поступке. И это значило, что у меня не осталось права на ошибку.

Набрасываясь на демона, я уже не давала воли своей второй ипостаси, отрезвленная болью, и методично выматывала Хорра, не позволяя ему взять в руки меч. Теперь он не только защищался, но и изредка атаковал, используя клыки и когти. Я не расслаблялась ни на секунду, внимательно, очень внимательно отслеживая каждое движение своего противника.

Мне повезло снова. Наверное, это подействовал яд. Хорр махнул когтистой лапой, будто отгоняя от себя что-то, и мой клинок по рукоять вошел под ребро демона. Он глухо рыкнул, жмурясь и отскакивая от меня, и резко вытащил его, сжав зубы так сильно, что послышался скрежет.

Не давая себе и секунды отдыха, я заметалась вокруг демона, продолжая махать мечом. Теперь мне пришлось достать из голенища сапога спрятанный до этого момента кинжал, но и Хорр тоже был вооружен, примеряясь к моему легкому изогнутому клинку. Казалось, полученная глубокая рана вовсе не мешала ему… впрочем, и из моего живота до сих пор сочилась кровь.

Снова закрутилась молниеносная схватка, круговорот движений, когда все смазывалось, кроме цели. Демон был осторожен, внимателен… но ошибся снова. Смертельно ошибся! Я понимала, что это – его конец.

Изворачиваясь в сумасшедшем прыжке, я наскочила на него и выставила когтистую руку, готовую сжать горячее, еще бьющееся сердце. Я уже ликовала, предвкушая победу. Предвкушая собственное восхождение… Невообразимое движение демона, поворот, прыжок… и он оказался за моей спиной. Я услышала лишь хриплое:

– Мимо.

И изогнулась, крича от боли, пронизывающей все тело.

Глава 1

Беглец

Люди охотно верят тому, чему желают верить.

Гай Юлий Цезарь

– Это невозможно! – раздраженно отвечал старый грузный мужчина, возводя к потолку свои серые маленькие глаза. – В казне просто не хватит средств, чтобы организовать…

– Мне все равно, – невежливо перебила я его, капризно надув губы. – Где вы возьмете золото – не моя забота. К третьему дню месяца сбора урожая все должно быть готово.

Разозлившись на неучтивость, я опасливо сощурилась, нервно постукивая длинными ногтями о подлокотник кресла, на котором сидела.

Господин Палм – седой и морщинистый, но при этом еще очень бодрый старик – работал в поместье управляющим уже много лет. Планируя любую покупку, поездку или торжество, всегда приходилось отчитываться перед ним, чтобы получить необходимую сумму. Я с трудом терпела подобное унижение, но в последние месяцы управляющий возомнил о себе невесть что, вовсе запрещая мне брать из казны золото. Мне, хозяйке поместья, высокородной графине Эрдринариэль тер Парр!

Вообще, я бы могла смириться с невозможностью приобрести новую пару туфель или какое-нибудь баснословно дорогое кольцо, но на этот раз надоедливый старик перешел все границы! Он отказывался устраивать торжественный прием в честь возвращения в поместье моего дорогого мужа!

Лорд Тиан тер Парр являлся моим дражайшим супругом уже восемь счастливых лет. Наши родители подписали брачное соглашение, когда мне не было и пяти, чтобы укрепить свое положение в дворянском обществе. Как это случалось, брак по расчету не вдохновлял ни меня, ни будущего супруга. Долгое время мы увиливали от исполнения обязательств, ссылаясь на получение образования. Но, закончив его, нам все же пришлось пожениться.

Не могу сказать, что день свадьбы был лучшим в моей жизни. Мой горячий нрав не позволял мне, словно какой-то скотине, оказаться проданной семье жениха. К алтарю меня вели связанной по рукам, в изрядно потрепанном подвенечном платье и в полубессознательном состоянии, что немало потрясло Настоятеля храма. Очнулась я на следующее утро, все еще частично обездвиженная, уже в поместье новоиспеченного мужа.

Первые дни нашей совместной мало напоминали медовый месяц – я была связана и заперта в покоях графини, Тиан много пил, оплакивая горячо любимый статус сердцееда и завидного холостяка Арлании. Примерно через пару недель нам надоело подобное положение дел и мы встретились за столом переговоров, дабы обсудить условия совместной жизни, в которых договорились жить вместе, не посягая на личное пространство друг друга.

На несколько месяцев в поместье воцарился мир. В непринужденной обстановке я стала приглядываться к Тиану, и с удивлением замечать в нем интересного собеседника со схожим воспитанием и интересами. Он, увидев то же, начал ухаживать за мной, дарить цветы и подарки, приглашать на свидания. Так нежеланный брак перерос в настоящий.

Честно говоря, мы подходили друг другу, словно две части одного целого. Он – умопомрачительно привлекательный молодой мужчина с блестящей карьерой дипломата – высокий, широкоплечий, с подтянутым телом. Смоляные кудри до плеч обрамляли тонкое лицо с выразительными скулами, ясными зелеными глазами, орлиным носом и тонкими губами. До встречи со мной не одна леди облизывалась на этого красавца и стремилась заполучить его в свои загребущие лапки.

За мной, что не удивительно, тоже тянулся длинный шлейф из бессчетного количества ухажеров. Я, без глупой скромности, обладала безупречной красотой – хрупкой, но женственной фигуркой, с приятными глазу формами, и прекрасным ликом. Последнее, кстати, являлось предметом зависти среди всех леди высшего света – с аккуратным изящным носиком, пухлыми розовыми губами и высокими выразительными скулами. Однако я сама более всего гордилась своими глазами – того редкого голубого оттенка, что напоминал яркое весеннее небо.

Когда я и Тиан появлялись вместе, окружающие замирали…

Хотя внешность – не главное, что нас связало. Мы получили одинаковое воспитание, имели похожее мировоззрение, тянулись к одним и тем же идеалам и ценностям. Нам удалось разделить даже мечты. Удивительное везение, ведь династический брак в кои-то веки свел действительно близкие и родные души.

Постепенно мы с Тианом сблизились, полюбили друг друга и стали супругами не только по бумагам, но и в жизни. Благодаря частым командировкам мужа, связанным с различного рода дипломатическими миссиями, нам удавалось сохранить искру страсти, но в то же время не уставать друг от друга.

Последняя поездка Тиана в пограничное государство – варварскую Винию – длилась уже пятнадцать месяцев. Я изрядно тосковала в поместье в совершенном одиночестве – многочисленные слуги были не в счет. И вот, наконец, эта долговременная разлука подходила к концу! Сегодня супруг прислал весть о том, что он выезжает из столицы – города Арлана, и прибудет в поместье всего через две недели! А нахальный управляющий отказывался устраивать в честь этого знаменательного события торжество…

Раздраженно передернув плечами, я окинула его неприязненным взглядом и жестко произнесла:

– Вы не имеете права мне запретить.

Старик несколько минут молчал, глядя на меня с неприкрытой неприязнью, но, тем не менее, покорно склонил голову.

– Как пожелаете, леди Эрдринариэль, – нехотя проговорил он.

Я победно усмехнулась.

Следующие недели пролетели в приятных заботах и вечных спорах со сварливым управляющим. Мне приходилось постоянно с ним торговаться, опускаться до банальных угроз, а однажды даже устроить показательную истерику. Но, несмотря на все преграды на этом пути, в назначенное время все было готово: поместье празднично украшено цветами и лентами, повара приготовили изысканный обед для нас двоих, слуги до блеска начистили каждый сантиметр дома, кухарки варили ужин для вечернего бала, посвященного возвращению мужа…

Я собрала золотистые волосы в простую, но элегантную высокую прическу, надела великолепное облегающее платье вишневого цвета, и стояла на высоком крыльце у парадных дверей поместья, накинув на плечи тонкую шаль. Все же лето уже уступало свои права маячившей на горизонте осени и, несмотря на теплое солнце, дул ледяной ветер.

Сразу от парадных дверей, петляя через редкий молодой лесок, уходила утоптанная неширокая дорога, на которую я неотрывно смотрела. Остальной пейзаж меня волновал мало, да и не на что здесь было любоваться – одинаковые тонкие осинки и тополя с уже пожелтевшими листьями, скошенная трава, да высокий каменный забор чуть дальше, где кончались наши владения.

Откровенно говоря, мне, в окружении слуг, уже становилось неловко. Накануне Тиан сообщил точное время своего прибытия, но задерживался уже не менее, чем на четверть часа.

Недовольно поджав губы, я сложила руки на груди и тяжело вздохнула. Было крайне неучтивым со стороны мужа заставлять ждать его более предусмотренных правилами приличия десяти минут. Если бы не долгая разлука, то мне бы и в голову не пришло остаться… но сейчас я продолжала ждать, предвкушая долгожданную встречу. Да, сейчас я могла простить Тиану непозволительно многое.

Наконец, вдалеке показались несколько всадников. Я гордо расправила плечи и расцвела счастливой улыбкой, в нетерпении сминая в руках уголок шали. Когда путники приблизились к поместью, мне также удалось рассмотреть небольшой дорожный экипаж, следующий за ними. Зная, что Тиан обожал верховую езду, я несколько насторожилась. К чему ему нанимать возницу? Неужели в пути что-то случилось?

Однако все связные мысли вылетели из моей головы, стоило только узнать в одном из всадников мужа. Я действительно скучала по нему и теперь испытывала небывалую радость от встречи. Хотя, признаюсь, сейчас Тиан выглядел не самым лучшим образом – в пыльной дорожной одежде некогда благородного оливкового цвета, со спутанными волосами, небрежно спадающими до самых плеч, усталым лицом и темными кругами под глазами.

Когда муж ловко спрыгнул со своего вороного жеребца, похлопав того по крупу, и бросил поводья подоспевшему конюху, я сгорала от нетерпения и звонко постукивала тонким каблучком о каменное крыльцо, ожидая, когда, наконец, благоверный соизволит обратить на меня свое внимание. Но супруг, вопреки моим ожиданиям, не поднялся наверх, чтобы заключить свою любимую женщину в крепких объятиях, а отправился к экипажу, открывая скрипнувшую дверцу и галантно предлагая помощь неизвестному пассажиру.

Сначала я увидела высунувшуюся загорелую пухлую ручку с обломанными ногтями, а потом и молодую женщину, не очень женственно выбравшуюся из кареты.

Невысокая полноватая леди с пышными формами облегченно вздохнула, с благодарностью глядя на Тиана. Её жидкие светлые волосы были собраны в неряшливую косу, что выглядело невообразимо дико в сочетании с дорогим пышным платьем, не предназначенным для путешествий. Повернувшись ко мне и многочисленной прислуге спиной, леди по пояс забралась в экипаж, представ перед заинтересованными взглядами в не очень приличном положении, а именно – демонстрируя всем желающим собственную филейную часть, обтянутую зеленой юбкой. Когда женщина выбралась из кареты, на её руках лежал маленький сверток, подозрительно напоминавший маленького ребенка, закутанного в голубое одеяльце.

Нахмурившись, я сложила руки на груди, ожидая объяснений. Тиан, что-то шепнув незнакомке, наконец, повернулся ко мне. Скривившись, будто проглотив муху, он глубоко вздохнул и медленно поднялся по ступеням, останавливаясь передо мной.

– Добрый день, Рина, – не очень-то радостно поздоровался он. – Что здесь происходит?

– Я решила, что мы должны достойно встретить тебя после долгого отсутствия, – отозвалась я, не понимая недовольство мужа.

– Ясно. Мы можем поговорить? Наедине, – добавил мужчина с нажимом, окидывая выразительным взглядом собравшихся слуг, жадно вслушивающихся в каждое оброненное слово.

Вздернув подбородок, я нехотя протянула холеную ручку с ухоженными ноготками супругу.

– Помогите леди, – тем временем распорядился Тиан, обращаясь к слугам, – подготовьте для неё и ребенка гостевые покои в южном крыле поместья. Подайте легкий ужин, леди голодна и вымотана.

Я недовольно скривилась, не понимая, что происходит. В своих письмах муж не упоминал никакой гостьи. Особенно настораживала нарочитая вежливость и та дистанция, которую удерживал Тиан, когда мы проходили по широким коридорам поместья к маленькой гостиной – уютной комнатке с небольшим диванчиком, парой глубоких мягких кресел и камином.

И как же я должна это понимать?

Оказавшись наедине, вдалеке от любопытных глаз, я резко вырвалась из рук Тиана, прошла к окну и, развернувшись к мужу лицом, посмотрела на него, не скрывая совей злости; сложила руки на груди, показывая всем своим видом, как оскорбительно его поведение! И, конечно, ждала объяснений, чуть приподняв тонкую бровь.

– Быть может, присядешь? – спросил он великосветским тоном.

– Благодарю, но я, пожалуй, постою, – едко отозвалась я, начиная барабанить пальцами по сложенной руке.

– А я присяду, – выдохнул Тиан как-то мрачно.

Несколько минут мы молчали. Я все больше распалялась, не понимая, в чем дело, а муж сидел в напряженной позе и смотрел на сцепленные в замок руки, плотно сжав губы. Начинать разговор первой и задавать наводящие вопросы мне и в голову не пришло – зачем же упрощать задачу супругу? Это он хотел поговорить со мной. Вот пусть и говорит.

Разумеется, бесконечно продолжаться эта немая сцена не могла. Наконец, Тиан взял себя в руки, тяжело вздохнул, посмотрел на меня и неестественно улыбнулся:

– Ты сегодня прекрасно выглядишь.

– Я знаю, – язвительно хмыкнув, ответила мужу.

Мы снова ненадолго замолчали.

– О, богиня, как это тяжело… – простонал Тиан, откидываясь на спинку удобного кресла и массируя виски. – Рина, я же дипломат! Я двадцать лет работаю дипломатом, Рина. И я не могу найти подходящих слов. – Мужчина невесело усмехнулся, разведя руками. – С тобой я всегда теряю свое знаменитое обаяние, а в голове царствует хаос…

Я продолжала молчать, глядя на мужа со злостью и не понимая, к чему он говорил мне это?

– Ты ведь уже обо всем догадалась. Да? – печально усмехнулся мужчина.

Признавать свою недогадливость я не желала, а потому молча ждала дальнейших объяснений. Они не заставили себя долго ждать:

– Леди, что прибыла со мной, – это моя супруга, Рина. Жена. Леди Дарлеслис тер Парр.

Дернувшись, как от хлесткой пощечины, я шумно выдохнула. В моей груди стремительно разливалась ненависть к этому уставшему, некогда благородному, лорду, втаптывающему наш прекрасный брак в кучу вонючей грязи. Как он смел такое говорить? Какая, к троллям, жена?!

– Мне нечего сказать в свое оправдание, Рина, – Тиан не поднимал взгляда, но выглядел решительно. – Да и не нужно тебе моих оправданий. Я же знаю тебя. Рин, ты же все понимаешь. В какую дыру катился наш брак? – Мужчина поднял на меня усталый взгляд. – Мы виделись несколько месяцев в год, и даже в эти короткие встречи умудрялись разнести половину дома, выясняя отношения. Порой мы ненавидели друг друга так сильно, что готовы были просто убить… Рина, так не должно быть. Это не любовь…

Я не сводила полного ненависти взгляда с человека, которого всего несколько минут назад любила всем своим сердцем. Сейчас же я почти физически ощущала, какие глубокие душевные раны он наносил мне, проговаривая каждое слово. Мне было неожиданно тяжело держать свои чувства в узде, хранить на лице нейтральное выражение и не давать волю глупым слезам. А Тиан, тем временем, продолжал свои излияния:

– А дети, Рина? Я просил, я умолял тебя подарить мне ребенка! Но ты всегда находила причину, чтобы отказаться. Семь лет находила! Хотя прекрасно знала, как важно для меня родить и воспитать достойного наследника.