Текст книги "Сердце стального дракона. Лекарь поневоле"

Глава 10

Если бы меня попросили описать ощущение от магии, я бы сказала, что она заставляет воздух густеть, а инстинкт – тревожно шептать об опасности. Потому что кажется, что пусть сейчас эта таинственная энергия колышется, как тихий бриз… но в любую секунду разразится шторм. Тогда волны силы взметнутся до небес и сметут всех, не успевших укрыться.

А источник этой невероятной силы – дракон.

Когда мы подъезжаем ближе, я вдруг замечаю в отдалении ещё один замок. Он отличается от первого, как день от ночи. Чёрный, мрачный, его стены словно поглощают свет. Он похож на огромную, обугленную кость, торчащую в небо острыми осколками. Его окружает густой лес с тёмно-багровой листвой, а у подножья стелется плотный туман.

В памяти всплывают слова Войта: жуткий замок, крики по ночам, гнилой лес с монстрами.

Войт не соврал насчёт замка… Что, если и остальное – правда? Что, если моя радость от скорой встречи с ящером – наивна и опасна?

Чем дольше я смотрю на пики башен, тем сильнее пробирает дрожь. Ящерка тыкается мордочкой в шею, разделяя моё смятение. Чёрный и белый замки соединяет каменный мост. Стоя на высоких опорах, он змеёй тянется над лесом. Вдоль перил горят колбы магиобатов, отбрасывая призрачное сияние.

– Лекс, а почему здесь сразу два замка? – спрашиваю я.

– Лунный замок – это официальная резиденция. Здесь кипит работа, проводятся балы, дипломатические встречи. Чёрный, или Агатовый замок – это личные покои Стального. Туда людям хода нет, да никто и не сунется по доброй воле.

– Из-за тех слухов? Что якобы из него по ночам слышны крики.

– Это не слухи, – сухо говорит Лекс. – Но лучше поменьше об этом болтай.

– Вас это совсем не беспокоит?

– Пока границы нашего края непроницаемы – я сплю спокойно. Личные дела Властителя – не моего ума дело.

Я поджимаю губы. Этот мир нравится мне всё меньше. Дракон, получается, взаправду тиран. Держит всех в ежовых рукавицах, и никто не смеет пикнуть.

Но надо мыслить позитивно! Может эти «личные покои» на самом деле дом для утех, и крики там не из-за страданий вовсе.

Наша карета въезжает в ворота белого замка и замирает у парадного входа. Едва мы с Лексом выходим, как к нам спешит группа слуг во главе с высоким мужчиной в белоснежной рубашке и выглаженных брюках.

Он низко кланяется Лексу, на меня посматривает с осторожным любопытством.

– Как к вам обращаться, милая леди? – спрашивает с безукоризненной улыбкой.

– Алиса… – я невольно смущаюсь. Позабыла уже, что такое нормальное обращение.

– Приятно познакомиться, Алиса. Я – управляющий замком, Якоб Глеоргин, дворецкий его светлости властителя Шейна Листериуса из рода Стальных драконов.

Шейн Листериус? Так зовут дракона?

– Его светлость вскоре вас примет, – продолжает дворецкий. – А пока, не пожелаете ли переодеться и принять ванну?

– О, это было бы чудесно, – я искренне улыбаюсь.

– Тогда прошу, следуйте за мной.

Я оглядываюсь на Лекса, тот кивает. Поправив грязное платье, иду за Якобом. Две служанки семенят по бокам, отрезая любые намёки на бегство.

Внутри замка – ослепительная роскошь. Я в своём замызганном рваном платье чувствую себя сорной травой на идеальном газоне. Роскошь режет глаза. Высоченные потолки с позолотой и самоцветами, зеркальные мраморные полы, огромные полотна, запечатлевшие битвы и триумфы. Воздух пропитан ароматом дорогих благовоний и свежих цветов. На каждом повороте – неподвижные, как изваяния, стражи.

Наконец, меня приводят в ванную. Служанки вручают мне новое бельё, добротное платье, к нему – туфли на невысоком каблуке. Набирают воды в мраморную чашу.

– У вас полчаса, леди! – говорят они, оставляя меня одну.

Для счастья мало надо! Уже за одну ванну я готова душу продать. Ящерка тоже с удовольствием плещется в миске, куда я отлила немного воды.

Закончив, я переодеваюсь в платье из приятной телу гладкой ткани, мокрые волосы слегка подсушиваю полотенцем и оставляю лежать на плечах. Удивительным образом туфли в пору. Заметив в углу зеркало, подхожу… и ахаю! Часть моих тёмных волос… сменили цвет. Они стали белыми, как снег!

Не как седина, а скорее уж ближе к качественному мелированию… Остальное всё по-прежнему. Губы перманентом не окрасило, брови тёмные, обычного размера губы, нос чуть вздёрнут… В общем, в пакет преображения входили только услуги колориста. Из других изменений – разве что похудела немного.

Фигура у меня и без того стройная, а теперь и вовсе я худышка. Запястья хрупкие, как говорили воспитатели, кость не задалась. Сама же я думала, что во мне не задалось ничего…

Как многие девушки, я мечтала о романтике, любви, но с этим вечно не складывалось. Изредка кто-то решался позвать на свидание, но второй встречи никогда не случалось. Чем я их так пугала? Может, своим умением притягивать неприятности?

Но Витя… Витя был другим. С ним я впервые почувствовала себя нужной. И так обидно потерять всё из-за прихоти чешуйчатого вора.

– Всё хорошо, леди Алиса? – доносится из-за двери голос дворецкого.

– Да! – откликаюсь я.

Ящерка прячется мне под волосы. Поправив подол платья, я выхожу в коридор. Якоб оглядывает меня с головы до ног и одобрительно кивает.

– Вот так намного лучше, – с улыбкой говорит он. – Вы и так красавица, а что же будет, если примерите праздничное бальное платье.

– Вы мне льстите, – бормочу, смутившись. К комплиментам я не привыкла.

– Ничуть! Что ж, вижу вы готовы к встрече. Пойдёмте.

Мы снова идём по бесконечным коридорам, дворецкий инструктирует:

– Поклонитесь при входе. Не смотрите в глаза. Говорите только когда спросят. Добавляйте «Ваша Светлость». Имя властителя – Шейн Листериус. Не улыбайтесь. Он этого не любит. Сейчас решится ваша судьба, леди. Положение ваше шаткое.

– Но я же ничего плохого не сделала.

– У вас слишком значимая для мира судьба. Постарайтесь показать себя в лучшем свете.

Мы останавливаемся у огромных резных дверей. Перед входом Якоб спрашивает, где моя судьба, и просит оголить руку – для дракона.

– Драконы и так чуют судьбу, но скорее, как тень грядущего. То есть знают, ждёт человека скорое счастье, удача, беда или смерть. А слова дают большую ясность, – Якоб распахивает двери.

Мы входим в просторный тронный зал. Тут преобладает серебро и белый камень, на окнах тяжёлые портьеры, вдоль стен стоят скульптуры, потолок высокий, украшенный сценой битвы двух драконов почти в полную величину. А потом мой взгляд падает на человека, расслабленно восседающего на высоком троне на постаменте.

«Это он! – мысленно восклицаю я. – Точно он! Тот, кого я видела раненым у ЗАГСа».

Мужчина по имени Шейн ещё красивее, чем в день нашей встречи. Высокий, мощный, в богатых тёмных одеждах, расшитых серебром. Лицо – волевое, с резким подбородком и острыми скулами. Задерживаюсь взглядом на его губах – чётко очерченных, чувственных. Тёмные густые волосы откинуты назад, под стрелами бровей – абсолютно чёрные, бездонные глаза. Пустые.

Смотреть в них – словно падать в бездну.

В них – ничего человеческого. Люди так не смотрят.

А ещё похоже – он не помнит, кто я.

Меня подталкивают, и я вздрагиваю.

– Поклонись! – испуганно шепчет дворецкий, и я тут же кланяюсь. Сердце бьётся в горле. В зале душно, не из-за проблем с воздухом, а из-за магии. Будто что-то давит на плечи.

– Ваша светлость, – говорит Якоб, – простите леди, она не знакома с этикетом.

– Вижу, – говорит дракон. Голос у него низкий, пронизывающий. Он приказывает: – Подойди ближе.

Ноги несут меня к трону против воли. Я смотрю только в пол, гадая, что будет. Вспоминается вкус того поцелуя. Помнит ли этот красивый несносный тиран, что именно у меня украл? Я собиралась гордо бросить претензию ему в лицо, но теперь стало боязно. Но… драконы же благородные создания, верно? Он, может, сам догадается?

Я замираю в пяти шагах от трона. Хотя не поднимаю взгляда, но каждой клеточкой чувствую пристальное внимание. От разлитой кругом магии едва не трещит воздух.

– И правда, – со скукой говорит дракон, – сильная судьба. Громкая. Слишком опасная. Лучше бы ей никогда не сбыться.

Ладони становятся влажными. Мне совершенно не нравится, куда он клонит. Я ожидала диалога, а мне выносят “вердикт”…

– В темницу, – Шейн отдаёт приказ так же буднично, будто просит о смене блюд. – К рассвету избавиться.

Избавиться?!

Испуганно вскинув голову, вижу, как ко мне направляется стража. На их поясах – тяжёлые мечи, в глазах – ни единого сомнения. Если бы приказали, они прямо сейчас снесли бы мне голову.

Паника ударяет в голову.

– Подождите! – голос звенит от страха, губы холодеют. – Ваша светлость… разрешите слово. Пожалуйста!

Шейн делает разрешающий жест. Стража замирает.

– Разрешаю, – говорит он, прожигая тёмными пустыми глазами.

Колени предательски дрожат, но я выпрямляюсь и поднимаю взгляд. Этикет всё равно меня не спасает. Стараюсь смотреть дракону на переносицу, чтобы вновь не утонуть в его глазах.

– Ваша Светлость, почему я должна страдать за судьбу, которую получила по вашей вине?! – выпаливаю я.

По-мужски красивое лицо дракона остаётся бесстрастным, словно гипсовая маска.

– По моей? Неужели? – холодно бросает он.

– Да! Мы встречались на Земле. Вы были ранены, я помогла. А вы… украли мою судьбу! – я словно бросаюсь в пропасть. Дворецкий замирает. Стражники бледнеют. Все настороженно косятся на дракона, словно ожидая взрыва, который заденет их тоже.

Шейн дёргает уголком губ, а затем медленно поднимается с трона. Двигается он плавно, как хищник. Смотрит свысока. Подходит.

От дракона исходит аура подавления. Она давит на плечи, вползает страхом в душу. Хочется отпрянуть, упасть, умолять о пощаде. Но я стискиваю зубы и стою. Я ничего не сделала. Я хочу вернуть свою жизнь!

– Вы же всесильный дракон, – шепчу, преодолевая давление, – заберите эту судьбу, но верните мне прежнюю. Я хочу домой.

Дракон подходит вплотную. Я чувствую исходящий от него жар, а ещё – запах дыма и цитруса.

Он протягивает руку, берёт мой подбородок и приподнимает моё лицо. Пальцы горячие, твёрдые. Странно, но в их прикосновении есть что-то, чему хочется подчиниться.

– На Землю тебе пути нет, – тихо говорит Шейн.

Я вздрагиваю, нечаянно встречаюсь взглядом с его тёмными глазами – и снова проваливаюсь в бездну.

– Я не согласна, – вырывается свистом.

– Твоё несогласие ничего не изменит, землянка. У меня нет желания с тобой возиться.

– Получается, вы и правда тиран. Мучаете неповинных людей. Вы не имеете права!

– Не имею? – Шейн надменно вскидывает смоляные брови. А потом наклоняется к самому уху, его дыхание обжигает кожу:

– Я имею право на всё, что захочу. Абсолютно всё. Ты на моей земле. Значит, в моей власти. Полностью. До последнего вздоха. И представляешь из себя проблему. Меньше всего я желаю, чтобы тебя заполучили мои враги.

– Из-за судьбы? Так заберите её!

Отстранившись, Дракон берёт мою руку. Поворачивает так, чтобы буквы оказались сверху. Стучит по ним пальцем.

– Видишь. Крепко сидит, не сорвать, – говорит он, словно и правда задумавшись. – Ничего не поделаешь.

– Но я хочу жить…

– Все хотят. Приходится выбирать.

Отпустив мою руку, Шейн отступает к трону, словно потеряв ко мне всякий интерес. Кивает страже.

Те подходят и кладут ладони мне на плечи, собираясь увести. Я едва не плачу. Что же теперь? Исчезнуть на рассвете, словно меня и не было? Вот так просто сдаться?! Злость собирается горячим комом под рёбрами.

– Слушай, ты! – шиплю я, а меня уже тащат к дверям. – Думаешь, так легко от меня отделаешься?! Я к тебе призраком вернусь! Буду греметь цепями, выть, ни дня не поспишь! И не одна я тебя ночами буду мучить! Мне уже кое-что про тебя рассказали! Ты ведь, дракон, семью свою не пожалел! Брата сгубил! Вот с ним и приду!

А в следующую секунду по залу прокатывается магическая волна такой мощи, что моих охранников сбивает с ног. Они падают, прикрыв головы руками. Меня саму прижимает к холодному мрамору. Дворецкий со стоном опускается коленями на пол. Дрожат стены, мигают светильники. Дракон стоит в эпицентре бури с белым, как полотно, лицом.

Магия пропитана яростью, от которой сводит лёгкие. Я задыхаюсь от чужой силы. Шейн идёт ко мне, и каждый его шаг ощущается как приближение конца.

А меня будто гранитной плитой придавило.

Шейн уже рядом, я вижу его глаза – жуткие чёрные воронки. Уж прощаюсь с жизнью, как вдруг из-под моих волос выпрыгивает изумрудная ящерка. Цепляясь коготками за моё платье, она выгибается дугой и отчаянно шипит на дракона. Её маленький хвостик угрожающе хлещет по воздуху.

Сейчас этот тиран схватит малышку! Раздавит, точно муравья, и меня вместе с ней!

Но Шейн неожиданно замирает, а на его лице я с изумлением замечаю растерянность, которая перерастает в какое-то мрачное удовлетворение. Давление немного спадает, я снова могу дышать, а дворецкий и стражники перестают хрипеть от боли.

Дракон щёлкает пальцами. И с шеи ящерки спадает золотой обруч. Его тут же подхватывает магия и поднимает вверх. Шейн перехватывает обруч и крутит в пальцах.

С задумчивым острым прищуром он смотрит на ящерку, потом переводит острый взгляд на меня – и внезапно улыбается. Но немного жутко, будто его осенила гениальная идея… которая мне точно не понравится.

– Что ж, невероятно, но ты меня убедила, попаданка, – медленно говорит он. – Докажи свою полезность и тогда, быть может, я помогу тебе вернуться на твою Землю.

Хорошо бы ещё знать, почему этот тиран изменил решение! Ну не ящерка же его напугала…

– Но есть условие. Без него ничего не получится. Придётся обезопасить тебя от женихов так, чтобы наверняка. Согласна? Только да или нет.

– …д-а, – выдыхаю я, с трудом поднимаясь. Как будто у меня есть выбор! Да и альтернативные предложения не блещут выгодными условиями.

Хмыкнув, Шейн щёлкает пальцами. Обруч в его руке расширяется, раздвигается – и стремительно летит ко мне. Прежде чем я осознаю происходящее, он с глухим звуком захлопывается на моей шее.

– С этого момента твой статус меняется с попаданки на моего питомца, – провозглашает этот тиран.

Глава 11

Что, простите? Питомец?!

– Что? – возмущаюсь я, дёргая обруч изо всех сил. Металл холодит кожу, сидит мёртвой хваткой. – Что это значит? Я не согла…

– Позже поговоришь, – спокойно говорит дракон, возвращаясь на трон. А меня… покидает голос! Я открываю рот, щупаю своё горло. Как ни напрягаю связки, не удаётся выдавить ни звука.

– Это ошейник для питомца, – дракон постукивает по золотому подлокотнику пальцами. – Я развеял заклинание слежения, которое на нём висело, и переписал “хозяина”. Пока он на тебе, никто не возьмёт тебя в жёны без моего согласия.

Почему-то мой мозг в этой безумной ситуации цепляется за часть про “заклинание слежения”. Получается… ящерка и правда была шпионкой.

Я кошусь на неё. А она сидит на плече, понурив чешуйчатую голову. Такая виноватая… Не получается на неё злиться. Да и не было в том её воли.

Впрочем… ещё раз! Я… питомец?!

Однажды в шутку я говорила знакомой, что хотела бы родиться кошкой. Неужели моё желание сбылось таким кривым способом?

Стражники уже пришли в себя и теперь спокойно ожидают дальнейших приказов. Судя по их спокойным лицам, сегодняшняя вспышка гнева Стального для них в порядке вещей. И часто их так по полу катают?

Нда… этому миру не помешал бы профсоюз.

Что ещё страннее, мой статус “питомца” их ничуть не веселит. Наоборот, они даже поглядывают в мою сторону с опаской. Думают, я могу их покусать?

Вздохнув, пытаюсь найти в ситуации позитив. Так-то… новости не самые плохие. Я жива. Дракона нашла. Ну подумаешь ободок на шее – даже красивый – а этот чешуйчатый и раньше мог сделать со мной, что его левой пятке захочется. Если эта вещица отвадит от меня толпу женихов – всё к лучшему. Я обязательно найду способ вернуться к Виктору.

Правда, до сих пор не ясно, почему Шейн изменил решение… Но у этих тиранов-драконов своё собственное альтернативное мышление, так что предположим… моя ящерка напомнила ему первую любовь. Дракониху с томным взглядом. Может она шипела на Шейна в момент страсти, прямо как моя ящерка. Вот он и отступился…

Тем временем Шейн откидывается на троне, проводит рукой по смоляным волосам, убирая назад выпавшие пряди. Я снова залипаю взглядом на его лице. Оно словно высечено из мрамора – волевое, благородное… но с каплей смертельного яда. Довериться такому – всё равно что шагнуть в пасть к крокодилу.

Дракон наклоняет голову, будто собирается что-то сказать, но тут раздаётся стук, двери в зал приоткрываются и внутрь заглядывает перепуганный слуга.

– Ваша Светлость, – кланяется он, – прибыл властитель Янтарных земель.

Шейн раздражённо скалится и командует:

– Якоб, займи нашу гостью чем-нибудь полезным. И, ради создателя, расшевели камеристок. Пусть подберут ей что-то более… соответствующее статусу.

Поклонившись, Якоб жестом показывает мне поторопиться. Шейн в мою сторону даже не смотрит – похоже, голос возвращать не собирается. Впрочем, всем известно, что тиранам не нравится слышать чужое мнение, если оно отличается от их собственного.

Я следую за дворецким. И едва дверь за нами захлопывается, как Якоб облегчённо выдыхает.

– Ох, еле ноги унес. Давно я не ощущал на себе гнев властителя. Ладно, пойдёмте скорее.

Мы успеваем отойти шагов на десять, когда из-за угла навстречу выворачивает целая процессия. Пара красивых девушек в пышных платьях, несколько воинов в блестящей броне и молодой слуга, едва не заглядывающий в рот человеку, идущему во главе – статному блондину с ярко-рыжей радужкой, вертикальным зрачком и печатью надменности на лице.

Похоже, это и есть тот самый “Янтарный властитель”. И тоже дракон. И такой же наглый! Потому что, заметив меня, он первым делом скользит взглядом к моему предплечью, явно собираясь прочесть судьбу.

Я одёргиваю рукав. Улыбаясь уголками губ, дракон подходит ко мне ближе. Его процессия вежливо отступает на несколько шагов.

– Его Светлость Шейн уже ждёт вас! – спешит вмешаться дворецкий.

– Сначала я обязан поприветствовать гостью, – Янтарный дракон как-то хищно оглядывает меня с головы до ног. Его вертикальный зрачок расширяется и пульсирует.

Я скрещиваю руки. И тоже разглядываю его в ответ. А что, я же “зверюшка”, мне можно. И вообще, у них тут что, по дракону на квадратный метр? Как же я скучаю по родному миру…

– Симпатичная для человечки… – задумчиво склоняет голову Янтарный. – Не повезло тебе попасться Стальному. Это ты его так разозлила, что дворец тряхнуло до основания?

Я пожимаю плечами, разглядывая дракона из-под опущенных ресниц. Этот рыжеглазый – тоже красавчик, но его красота скорее солнечная. Тогда как Шейн завораживает до мурашек, как ночь без звёзд.

– Странно, – говорит Янтарный, – почему после вспышки Стального ты не дрожишь как мышка? Словно магический удар мимо тебя прошёл. Впрочем… чую, искра мощная, под стать судьбе. Может, и сумеешь выдержать драконий напор страсти. Он тебя для этого оставил?

И тут из-под моих волос выглядывает ящерка. Блондин тут же впивается в неё взглядом. Его светлые брови удивлённо ползут вверх, губы складываются в понимающую улыбку. Он делает ещё шаг навстречу, мне приходится отступить. Упираюсь лопатками в стену.

– Мне тебя даже немного жаль, девочка. Стального не зря кличут «кошмаром этого мира». «Тираном и пожирателем света». – Он наклоняется ниже, шепчет прямо в ухо, так, чтобы слышала только я: – Я могу рассказать тебе больше. Например, какая судьба у самого Стального властителя. Именно из-за неё он оставил тебя при себе. Кивни, если хотела бы знать.

Ого! Дворцовые интриги… Как тут пройти мимо?

Я тихонько киваю.

– Пришлю тебе весточку, тогда и поговорим… И не думай, что…

И тут коридор окатывает волна силы. Блондина отшвыривает назад, так что он впечатывается в стену. К нему бросается свита, но их отталкивает невидимой магией.

В проёме двери, затмевая собой свет из зала, стоит Стальный дракон.

– У моего гостеприимства есть границы, Элессар, – голос Шейна не громкий, но звеняще-чёткий, будто отточенная сталь, рассекающая воздух. – Ты подобрался к опасной грани.

От Шейна исходит волна сдерживаемого гнева, горячая и тяжёлая, будто предгрозовая духота. Она обволакивает меня, сжимает лёгкие, заставляет сердце бешено биться где-то в горле.

Люстра под потолком начинает раскачиваться, бросая на стены пляшущие тени. Стеклянные подвески звенят тонким, тревожным хором.

– Чего ты налетел? – хрипло выдавливает Янтарный. – Мы с леди просто разговаривали. – Он демонстративно отряхивает дорогой камзол, делая вид, что удар о стену ни капельки его не потряс.

– Не терплю, когда трогают моё, – лёд в голосе Стального способен заморозить море. Мерещится, что для Шейна ничего не стоит смять любого, как бумажный кораблик.

– Мне крылья дороги. Никто никого не трогал. С такой подозрительностью, странно что ты ещё полмира не проглотил, просто на всякий случай.

Шейн дёргает уголком рта и обращает свой тяжёлый тёмный взгляд ко мне:

– Что тебе сказал этот болтливый дракон? Отвечай, – требует он.

Я чувствую, как приказ о молчании теряет силу, и тут же горло пережимает новый приказ. Ошейник впивается в кожу, вот только я не хочу говорить всю правду. Надо как-то вывернуться…

– Он сказал, – произношу, глядя в пугающие чёрные глаза, – что я симпатичная… и у меня большая искра, и я, возможно, могу выдержать драконий напор.

– Что ещё?

– Что вы… Ваша Светлость, кошмар этого мира. Тиран и пожиратель света…

Против ожиданий злость Шейна сходит на убыль.

– Видишь, – встревает Элессар, – просто хотел, чтобы эта миленькая попаданка не строила иллюзий. Отпусти уже человечку. У нас есть что обсудить.

Сжав губы в линию, Шейн командует дворецкому: