Читать книгу "Прятки с тенями"

Глава 3

Мои глаза стали, наверное, круглыми, как плошки.

– Чего? – недоверчиво протянула, уставившись на него.

– Самый лучший способ связи – ментальный, – терпеливо объяснил Стецкий. – Рация не пойдёт, сама понимаешь, телефон тоже.

Я понимала, да. Но просто не могла! Это же… Это же кто-то будет в моей голове, и слышать всё, что я думаю… Я же не могу контролировать собственные мысли!

– Так, не паникуй, – тихо произнёс Кирилл, прищурившись, и чуть подался вперёд, аккуратно сжав мои запястья. – Саша, я не собираюсь шариться у тебя в голове, и подсматривать, о чём ты думаешь. Это просто средство связи, не более. Обещаю.

– Только на сегодня, – охрипшим голосом ответила я, сглотнув.

Господи, это же как голой оказаться. Я даже на практике не открывалась никому, вот ещё, впускать незнакомых людей в собственную голову!

– Хорошо, на сегодня, – кивнул Стецкий. – Я тоже сниму, кстати, – он улыбнулся уголком губ. – Ну что, готова?

Нет! Не готова! Но выбора не было, и я, зажмурившись, заставила себя убрать защиту, с которой срослась за последние годы. Ладно. Ладно, Алекс, соберись, это задание, нельзя же быть такой размазнёй!

– Всё, – выдохнула, открывая глаза.

Меня слегка потряхивало, и не дожидаясь ответа шефа, я резко открыла дверь, выходя из машины и глубоко вдохнув влажный, пахнущий землёй воздух. Лицо тут же осыпало холодной моросью, и это помогло прийти в себя и собраться. Впереди дело, тёмный маг, запрещённый ритуал, и всё такое. Послышался хлопок двери, писк сигнализации, и голос Стецкого:

– Ну что, вперёд и с песней?

– Пожалуй, песня точно будет лишней, – я кривовато улыбнулась и повернулась к нему, настороженная и напряжённая.

– Тогда молча, – кивнул шеф, закинул сумку на плечо и решительно зашагал в щель между заборами.

Я поспешила за ним, и рука сама нырнула в карман с рунами, нащупала одну, ту самую. Мою. Мой талисман. Перт, руна перерождения, тайны, скрытого. Сейчас мне не требовалось предсказание или совет, мне требовалась поддержка, силы, и моя руна дала их с лихвой. К моменту, когда мы выбрались на пустырь, поросший редкой травой и перепаханный ямами и рытвинами, я уже была спокойна как удав под валерьянкой. «Вот и молодец», – раздался в голове тихий шёпот, и я от неожиданности вздрогнула, ощутив словно невидимую щекотку пёрышком. Едва не хихикнула, но сдержалась, мысленно скрутив фигу и пошевелив пальцем. От Стецкого долетел смешок и только, нарушать тишину пустыря словами он не стал.

Мы добрались до недостроенного то ли склада, то ли завода, фиг их разберёт. Кое-где стояли стены, где-то сохранились перекрытия второго этажа, как рёбра скелета, белели поперечные и вертикальные балки. Шеф уверенно направился в дальний правый угол, отгороженный бетонной стеной, весь первый этаж зарос травой и кое-где кустами ивняка. Колдобины и ямы наконец-то закончились, зато начались большие лужи, которые приходилось обходить, но до нужного места мы всё же добрались. Рассеянного света дальних фонарей вполне хватало, чтобы не переломать ноги, однако оказавшись в закутке, закрытом с двух сторон бетонными стенами, пришлось доставать фонарики.

– Мы пока одни здесь, – вполголоса заговорил Стецкий, повернувшись ко мне. – Ещё часа полтора есть, думаю. Вот его художества, – рассеянный свет фонаря остановился на стене.

Прикусив губу, я нахмурилась, изучая едва заметные знаки – явно рисовалось так, чтобы только тёмному было видно и понятно. И так странно, на стене… Но Кирилл прав, в самом деле походило на части пентаграммы вызова. Я видела знакомые формулы и узоры, однако смущало, что именно фрагменты. И фигура вообще-то на полу должна изображаться, ну или на земле. Я скользнула фонариком вниз, смутное беспокойство не покидало, зудело где-то на периферии противным комаром. Да, бетонный пол расчищен, подготовлен, и правда. Только я не видела никаких знаков или набросков хотя бы. Он собирается рисовать всё с нуля?..

– Кирилл, а что это за тип, вы накопали на него что-нибудь? – спросила я тихо, продолжая осматриваться.

– Накопали, но не так много, как хотелось бы, – в его голосе слышалась досада. – Даже в Институте не прислали ничего толкового. До недавнего времени он не попадал в их поле зрения, использовал свои знания осторожно, потому и держался в тени. Держал свой эзотерический салон, умело мешал шарлатанство с действительно работой. От кого знания получил, не выяснили, а вот когда начались случаи одержимости, как раз и обнаружили, что в каждом разе этот тип ошивался рядом с жертвой. К сожалению связь установить не удалось, я не выяснил, виноват ли он в одержимостях, поэтому просто следил. И вот вышел на это место, – Стецкий замолчал, тоже оглядываясь. – Так, давай-ка выходить на позиции. Я пойду на второй этаж, там как раз есть укрытие, и если что, можно сразу спрыгнуть сюда.

– Я к кустам, – кивнула на ивняк у одной из балок. – Ты уверен, что маскировка Изольды…

– Уверен, он нас не обнаружит, – заверил шеф, не дав мне договорить. – Всё, по местам.

Мы разошлись. Я засела за кустом и замерла, прикрыв глаза и включив все другие органы чувств, в том числе и экстрасенсорные. Мир наполнился шорохом и шелестом дождевой мороси, стуком капель с веток, и прочими шумами природы, однако это не мешало прислушиваться к тишине. Пока мы были на стройке одни, и кстати, Стецкого я не ощущала вообще. Даже ауры. Ого, Изольда реально крута, однако. Что ж, отлично. Посмотрим, чего этот тёмный задумал.

Вообще, я ненавижу ждать. Вот никогда не любила, время обычно тянется как резина, и в какой-то момент начинаешь изнывать от скуки и нарушать режим тишины. Тянет пошевелиться, размять руки-ноги, пальцы, ну и так далее. Если ты не снайпер, обученный часами и даже сутками сидеть в засаде, то даже пару часов выдержать в почти неподвижности крайне сложно. Да ещё и в такой промозглой стылости, как сейчас. Однако удивительно, но в этот раз это самое время как-то быстро прошло, хотя на часы я не смотрела. Ну, не каждые пять минут, а так, изредка бросала взгляд. Наш клиент появился аккурат за полчаса до полуночи, и совершенно бесшумно. То есть, вот только что никого, и внезапно словно из теней появилась фигура, еле заметная в густом полумраке недостроя.

Я замерла, провожая взглядом тёмного. Он быстрым, уверенным шагом подошёл к углу, где оставил метки, лицо его разглядеть не представлялось возможным. Так, смутное светлое пятно. Ко всему прочему, он грамотно оделся во всё чёрное, как и мы с шефом. Ага, профи, значит. Ну посмотрим… Предполагаемый злодей пришёл налегке, никакой сумки я у него не заметила. Мужик что-то достал из кармана и присел, начав быстро рисовать прямо на земле, и… линии мягко засветились холодным синим светом. Ого, раньше я такого эффекта не видела. Чуть вытянув шею, внимательно следила за действиями, чутко прислушиваясь – кажется, он что-то едва слышно шептал. Жаль, не разобрать, что именно. «Саша, начинаем», – а это уже в моей голове шёпот шефа. Ну, поехали. Вроде и в самом деле рисует фигуру вызова, мне отсюда было не очень хорошо видно.

Дальше события понеслись с головокружительной быстротой. Я сунула руку в поясную сумку и нащупала коробочку с солью, и одновременно где-то наверху Стецкий нажал на спусковой крючок. Сухо щёлкнул выстрел, мужик внизу вскинулся, и вокруг него на несколько мгновений вспыхнул полупрозрачный щит. Ну я же говорила! Подготовился, падла! Уже не скрываясь, выскочила из-за куста и в два прыжка оказалась рядом, бросив прямо в рисунок щепотку соли – это всегда действовало безотказно, особенно на тёмные ритуалы. Не хуже, чем на нечисть, соль разом разрушала пентаграммы, высвобождая энергию и не давая закончить ритуал. В том числе, и ту штуку, что защищала тёмного от пуль.

Соль упала прямо на рисунок, и его сияние чуть померкло, мои пальцы сжались на рукоятке кинжала – я не сомневалась, сорвавшийся ритуал скуёт сейчас этого типа по рукам и ногам нерастраченной энергией. А мы быстренько всё закончим. Точнее, я. Однако что-то пошло не так… Ужасно банально, да. Тёмный резко развернулся в мою сторону, и я разглядела костистое, словно из одних острых углов, лицо с горящими серебристым светом глазами. Узкие губы скривила ухмылка, и было совсем не похоже, чтобы типчик расстроился из-за ритуала.

– О, какие гости на мой огонёк! – издевательским тоном произнёс он, шустро отпрыгнув из гаснувшей пентаграммы. – Только, боюсь, я спешу! Но я обязательно передам привет моему хозяину, княгиня! Он обрадуется!

У меня вырвалось шипение, удивляться, почему сбитый рисунок не спеленал тёмного, буду потом, как и разбираться, с чего вдруг меня обозвали княгиней. Я рванулась вперёд, на ходу выхватив кинжал и не сводя взгляда с мужика, кажется, в голове кто-то смачно и трёхэтажно выругался. Тёмный гад ещё и помахал ручкой, а потом… Просто отступил в тень и растворился там. Исчез! Буквально в то же мгновение сухо щёлкнул второй выстрел, но пуля лишь высекла искры из бетона.

– С-с-сука!! – прошипела я, не сдерживая эмоций, меня потряхивало от злости и запоздалого страха. – Тварь, как он мог?!

Соль должна была подействовать. Должна!! Я на пятках развернулась к пентаграмме, жёстко дав пинка эмоциям и решив разбираться в них потом. Сначала дело, которое я почти запорола. Чёрт, моё первое настоящее задание, и так облажаться! Ведь это я заверила, что справлюсь с тёмным, и сама же говорила, что планы имеют свойство лететь к демонам из-за мелочей! Получи, распишись, Сашенька, и пытайся теперь разгрести то дерьмо, в которое с размаху вляпалась обеими ногами. Ведь совершенно очевидно, что мужик не погулять вышел, раз такие способности проявляет. Я снова пошарила в своём складе, нащупав нужный мешочек, дёрнула завязку и кинула щепоть на угасающий рисунок.

– Саш, что случилось? Куда этот тип на хрен исчез? – позади раздался на удивление спокойный голос Стецкого, я даже не услышала, как он спрыгнул.

– В душе не знаю, – сквозь зубы процедила, внимательно наблюдая за зеленоватым дымком – травяная смесь вступила в действие с остаточной магией ублюдка. – У этой твари высокие покровители, раз он так исчезать может! И это не просто тёмный погулять вышел! – чтобы не сорваться на истерику, замолчала, достала кусочек горного хрусталя и протянула к рисунку.

Зеленоватая дымка послушно впиталась в кристалл, и теперь хоть что-то у нас имелось. Если мужик ушёл через тонкий мир, что скорее всего, то там маяк шефа исчезнет, и отследить по нему больше не получится.

– Саш… – ладонь Стецкого легла на моё плечо.

– Я найду его, – угрюмо ответила, сбросив его руку. Потом достала телефон и быстро сделала снимки, чтобы дома подробнее рассмотреть и понять, что за фигню творил тут этот ущербный. – Идём отсюда. И да, это не ритуал вызова, – добавила, зашагав по раскисшей грязи и засунув руки глубоко в карманы толстовки. – Пусть даже его элементы есть.

Мы молчали до самой машины, Кирилл ничего не спрашивал, и только когда оказались в салоне, который начал заполняться блаженным тёплым воздухом, Стецкий повернулся ко мне и спокойно произнёс:

– Так, а теперь по порядку, что там случилось?

– Чувак сбежал, скорее всего через тонкий мир, соль не подействовала на его пентаграмму, и это не ритуал вызова, – буркнула я, коротко подведя итоги, и потом всё же пояснила дальше. – Я смогу его найти по остаточной магии, это он точно не сможет изменить никак и закрыться тоже не сможет. Она у него в крови, и лучшего маяка не придумаешь, – мои губы искривила усмешка, я нащупала в кармане осколок хрусталя.

– Ну что ж, тогда домой, разбираться, что этот перец нашаманил, и кто это у него в покровителях может быть, – Стецкий завёл машину и выехал со стоянки.

Я же, нахохлившись, молчала, глядя в тёмное окно. Да, он промолчал, но… всё равно по моей вине мы его упустили. Я же убедила, что справлюсь, и не справилась. Кроме всего прочего, из головы не шли его последние слова. Княгиня?.. Хозяин? Кто его хозяин, и почему он будет рад? По спине прокатилась волна холодных мурашек, я поёжилась и обхватила себя руками, ещё глубже погружаясь в напряжённые размышления. Кажется, на последний вопрос я догадывалась об ответе. Пальцы невольно скользнули под рукав толстовки, нащупав татушку, и я как мантру повторила про себя все руны по порядку. Иса, Кенназ, Манназ, Хагалаз, Уруз, Соулу, Йера, Альгиз, Тейваз. Они защитят, и никто меня не найдёт! Даже если какой-то на всю голову больной придурок обозвал меня княгиней.

– Кто может ему помогать, есть идеи? – завёл разговор Стецкий, когда мы выбрались наконец из промзоны.

– Очень, очень плохие парни, – пожала я плечами. – Как минимум, кто-то разумный и достаточно могущественный, чтобы управлять тонким миром и на короткое время дать возможность пройти смертному.

– Высшие демоны? – деловито уточнил шеф.

– Они, да, ещё есть неупокоенные души высших тёмных, если их убили неправильно, – кивнула я. – Переродившиеся духи, и прочая шелупонь. Надо смотреть подробно, эта область мало изучена, сам понимаешь. Может, в Институте что-то скажут по этому поводу.

– Ладно, приедем, я отправлю отчёт, хорошо, что сейчас пентаграмма работает круглосуточно, – покладисто согласился шеф.

– В смысле? – не поняла его последней фразы и немного отвлеклась от сумрачных мыслей.

– Лет пять назад хлоп приходил раз в сутки, ячейкам было очень неудобно, умники в Институте поколдовали и перенастроили пентаграммы, – пояснил Стецкий.

– А, – я слегка рассеянно кивнула. – Ладно, тогда ритуалом займусь…

– Утром, – перебил шеф непреклонным тоном.

– Да он несложный, – попыталась я возразить.

– Утром, я сказал, стажёр Наумова, – строго повторил Стецкий. – Сейчас приезжаем, горячий душ, чайку успокаивающего и баиньки до утра, поняла?

– Ты мне не папочка! – огрызнулась я, слегка уязвлённая.

– Я хуже, Сашка, я твой шеф, – невозмутимо отозвался наглый пижон. – Поэтому если не подчинишься, напою снотворным, – ласково добавил он голосом инквизитора.

– Да иди ты, – вяло огрызнулась, как-то весь запал спорить и ругаться пропал.

Я в самом деле устала, да. Напряжённый выдался вечерок, ничего не скажешь, Стецкий, наверное, прав. Тёмный точно никуда не денется, а ритуал и правда лучше проводить на свежую голову и отдохнувшей. И не думать о том, что это я облажалась! Не думать… Я ухитрилась задремать, убаюканная тишиной, и проснулась уже, когда мы остановились в знакомом дворе.

– Рота, подъём, – раздался весёлый голос Стецкого, и мои глаза сразу распахнулись, будто я и не спала совсем.

Завидую его оптимизму, мы тут тёмного мага упустили, а у него настроение хорошее. Хотя, может, он просто отлично умеет держать себя в руках. Мы поднялись наверх, в квартиру, а там на кухне хозяйничала Вася, несмотря на поздний час. На мой косой взгляд она пожала плечами и сказала, мешая что-то шкворчащее на сковородке:

– Ночной дожор, всем выйти на кухню. Ну чё как, накрутили хвост этому засранцу? – тут же поинтересовалась Василиса.

– Там всё сложно вышло, – покачал головой Стецкий, а моё настроение снова стремительно поползло вниз. – Так, Вась, набодяжь этой болезной своего фирменного чайку, я пока отчёт набросаю, – распорядился шеф, грозно и очень выразительно зыркнул на меня и поспешил в коридор.

– Поделишься? – коротко спросила Вася.

– Да, кстати, Наумова, фотки на комп после чая! – донёсся из коридора голос всеслышащего начальства.

Я скинула обувь, повесила влажную толстовку здесь же на батарею под подоконником и устроилась за стойкой. Василиса тут же занялась чаем, ещё и подсунула тарелку с бутербродами.

– Так что там случилось-то? – повторила она вопрос, пока я собиралась с мыслями.

– Он ушёл, тёмными путями, похоже, через тонкий мир, – бутерброды оказались очень кстати, и чай тоже – вкусный, травяной, я распознала чабрец точно, иван-чай, кажется, тоже был. – Пуля его не взяла, и моя соль тоже, – пришлось признаваться в собственном промахе, всё равно ведь станет известно.

– Шит хэппенс, – философски заметила Вася и пожала печами. – Просчитались с засранцем, будем копать дальше. Ну, с боевым крещением, Санёк, – она чокнулась своей кружкой с моей. – Только не надо так активно страдать, у тебя аура полыхает голубым, как яйца дрозда, – хмыкнула Васька на моё вытянувшееся лицо.

– Уважаешь творчество «Мегаполиса»? – заметила я, с досадой подумав, что в обществе сенсов ни хрена не спрячешь свои эмоции.

– Да так, песня прикольная, ага, – Вася устроилась на соседнем стуле. – Не, Сашка, правда, не заморачивайся. Ты ж не Всевидящее Око, чтобы прям предугадать всё-всё. Расслабься, подруга, справимся и с этой жопонькой, – она похлопала по плечу. – Ладно, я к себе, спокойной, – Василиса допила чай и оставила меня в одиночестве на кухне.

Я же ещё повтыкала в кружку, доела бутерброды и побрела в кабинет, сбрасывать фотки. Очень хотелось, конечно, сейчас их рассмотреть, но что-то подсказывало, Стецкий точно догадается, что не отдыхала, и придумает ещё какой-нибудь способ надрать задницу строптивой стажёрке. Подавив зевок, я поднялась в мансарду и достала телефон, быстро скинула на комп, сделав там свою папку, и вернулась в комнату. Что ж, душ и спать. Может, и правда утро вечера мудренее покажется.

Только сначала пришли ночные кошмары. Вот так внезапно, впервые за полгода. Ничего конкретного, но от тихого шёпота бросало в дрожь, я металась по каким-то полутёмным коридорам, шарахаясь от живых теней, и никак не могла найти выход.

– Я тебя найду-у-у, – шелестело в сквозняках и у меня в голове. – Найду-у-у… Княги-иня…

Ох. Короче, я подскочила на кровати, мокрая, как мышь, с колотящимся сердцем и пересохшим горлом, и не удержалась от нервного смешка. Вот тебе и поспала на новом месте, упаси Ктулху от такого… женишка. Спасибо, хватит, и так чудом сбежала в своё время. Со всхлипом вздохнув, я сползла с кровати и подошла к окну, распахнув настежь и порадовавшись квартире на последнем этаже. Сюда гарь снизу особо не долетала, ну и учитывая третий час ночи, шум машин тоже раздавался редко. В комнату хлынул прохладный, бодрящий воздух, и несколько мгновений я стояла, прикрыв глаза и жадно дыша, прогоняя из головы остатки кошмара и поглаживая татушку. Значит, каким-то образом этот тёмный связан с тем, кто меня преследовал. Знать бы ещё, кто это такой! За три года мне так и не удалось найти сколько-нибудь стоящей инфы, да и я крайне мало знала о том, кто за мной охотился. И поговорить не с кем, потому что… Потому… Ай, к чёрту.

Я отошла от окна, натянула штаны и футболку и тихо вышла в коридор. Там царила тишина, конечно же, все спали. Вот и славно. Прокравшись на кухню, я налила воды из фильтра и жадно, в несколько глотков выпила целый стакан. Налила ещё и подошла уже здесь к окну, глядя на тёмный и тихий двор. Как мантру, прокрутила в голове мысль: тут меня точно не найдут, ни в жизнь. Я оборвала все ниточки с прошлым, он просто не сможет выйти на меня, никак. Никто не знает, где я сейчас и в какой институт перевелась, контора умела подчищать концы. Первое правило тех, кто поступал учиться в это заведение: никому ни слова. Даже родителям. Даже самым близким людям. Поэтому студентов было не так много, институтские аналитики тщательно отбирали тех, кому присылали приглашения. Ну и, конечно, никого силком не тащили, давали время на размышления. Ведь всегда можно чуть подправить воспоминания в случае отказа, и тайна Института останется тайной. Эдакий Ночной Дозор, но без сумрака и противостояния внутри организации. Ну или вариант охотников за привидениями, только тайный. Простым обывателям ради их же спокойного сна не стоит знать, от чего их старается оградить Институт и его ячейки.

– Не спится, Наумова?

От раздавшегося позади негромкого голоса я чуть не взвилась под потолок, хотя кроме Стецкого это не мог быть никто иной. Но уж слишком я погрузилась в размышления, что не услышала его прихода.

– Да не, просто воды попить вышла, – получилось даже ответить почти нормальным голосом.

Лишь мельком скользнув взглядом по фигуре в домашних штанах и футболке – почти как я – поспешно вышла с кухни и направилась обратно в комнату. Надеюсь, там проветрилось уже, и остаток ночи пройдёт спокойно. «Щит поставь, вруша. Спокойной ночи». Снова чуть не подскочила, мысленно отвесив себе подзатыльника, и моментально закрыла сознание, и только после этого от души и смачно выругалась.

– Поздравляю, Наумова, ты дура, – пробормотала еле слышно, прокравшись в мою берлогу, и завалилась в кровать.

По свежему воздуху и правда уснула я быстро, и слава всему, без кошмаров, уже до утра.

Было немного странно просыпаться не по будильнику, а самой, и первой мыслью, когда открыла глаза была паническая: «Проспала!!!» И даже вскочила с кровати, дёрнувшись к двери. Потом вспомнила, где я, что Институт уже позади, только зачёты сдать осталось. Присела на край, выдохнула и встряхнулась. Так, умываться, завтракать и исправлять собственные косяки, искать этого тёмного упыря, так вчера подставившего меня на первом же задании. На всякий проверила щит – на месте, – и вышла в коридор. Однако не успела сделать и пары шагов, из спортзала раздался громкий голос шефа:

– Наумова, пять минут на умыться и одеться в удобную одежду, и жду на разминку!

«А пожрать?!» – возмутился сонный и голодный организм, однако вопль я сдержала. Раз начальство сказало разминка, значит, разминка. Пожрать позже. Тем более, на полный желудок заниматься нехорошо. Но из общей вредности не удержалась, закатила глаза и молча передразнила, пошлёпав в ванную. В пять минут я уложилась, натянув спортивные штаны и топ – в футболке неудобно, за неё легко ухватиться. Волосы заколола парой заколок, чтобы в глаза не лезли, и отправилась в зал. Однако сразу с порога мою неокрепшую девичью психику ждал мощный удар под дых: Стецкий с голым торсом. Нет, я всё понимаю, в Институте некоторые парни тоже щеголяли обнажёнкой, желая покрасоваться перед девчонками, но… Зар-раза, они так не действовали на меня, как собственный шеф!

Всё-таки, он взрослый мужик, и разница отчётливо виднелась. Никакой подростковой угловатости, подтянутое, тренированное тело с чётким рельефом. Мышцы при каждом движении напрягались и красиво перекатывались, без излишней бугристости. Мой ошалелый взгляд отметил также отсутствие растительности на груди, как у некоторых, невольно скользнул ниже, порадовавшись, что пижон выбрал обычные спортивные штаны, державшиеся на талии, а не на бёдрах. Ну правильно, тренировка же, а не так, мышцой поиграть да половить восхищённые женские плотоядные взгляды. Кхм. Нет, я не о себе, и мой взгляд не плотоядный! Гормоны спать, я сказала!

– Доброе утро, – невозмутимо поздоровался Стецкий, окинул меня одобрительным взглядом и кивнул. – Разомнись, и приступим.

– А за что я удостоилась такой чести? – буркнула скорее из вредности. – Или Изольду с Васькой тоже по матам валяешь?

– Иза сама занимается, она ещё и на восточные танцы ухитряется ходить, так что ей хватает нагрузки, – пожал плечами шеф, пока я делала разминочные упражнения, стараясь не коситься на него слишком откровенно. – А Ваське и не надо, она вообще у нас сисадмин. Ты же – оперативник и должна быть в форме.

Ага, это такое изощрённое наказание за вчера, значит? Ну ладно… Я поджала губы, сдержав фырканье, закончила разогрев и повернулась к Стецкому.

– Я готова, – заставила себя смотреть ему в глаза, а не на… остальное всё.

Чёрт, до сих пор же успешно оставалась равнодушна к мужскому полу, с чего вдруг так резко повело?! Не верю в любовь с первого взгляда, глупости всё. «Ну, не любовь, но притяжение есть», – возразил внутри ехидный голосок, очень уж похожий на голос Саныча, моего куратора. Зараза. А вот дальше додумать не дал Стецкий, напав без предупреждения, и я чуть не прозевала его выпад, увернувшись в последний момент.

– До трёх очков, – шеф блеснул улыбкой, не сводя с меня внимательного взгляда. – Не зевай, Наумова.

И следующий бросок, очень, очень быстрый. Двигался Кирилл в самом деле шустро, это не однокурсники примерно одного со мной уровня. Вряд ли у меня получится свести наш спарринг с шефом даже к ничьей. Но не попытаться я не могла, и стиснув зубы, попробовала пробиться через его защиту. Ага, щаз. Меня мигом скрутили, как котёнка, крепко прижав к обнажённому торсу и зафиксировав руки сильно, но аккуратно.

– Слишком много эмоций, Сашка, – выдохнул он на ухо, пощекотав тёплым дыханием, и я от неожиданности самым банальным образом дёрнулась, разом позабыв о том, как нас учили освобождаться от захвата.

И через мгновение оказалась спиной на мате, куда меня практически бережно уложили, сделав подсечку под коленки.

– Один-ноль, – Стецкий самодовольно ухмыльнулся и подмигнул. – Халтуришь, Наумова, – и он протянул руку, чтобы помочь встать.

Я так и не поняла, почему вдруг, глядя на нависающего надо мной шефа, словила могучий приступ жаркого волнения. По крепким бицепсам тут же захотелось провести ладонью, пощупать их на предмет этой самой крепости, и вообще, поза получилась такая… двусмысленная очень. Так, у нас тренировка, а не сеанс флирта, Наумова! Собралась, живо! Скрипнув зубами, я ничего не ответила на его последнее замечание, послушно ухватилась за руку, вроде как принимая помощь. А потом прямо из положения лёжа резко дёрнула Стецкого на себя, лишая равновесия и планируя уже его уронить на мат и прижать сверху. Да конечно, с разбегу. Опять я действовала по шаблонам Института, за что и поплатилась: упасть шеф упал, да, но при этом обвил меня конечностями, как лиана ствол дерева, и тут же перекатился, мягко прижав к мату. Чуть на бок, не наваливаясь всем весом, но руки-ноги освободить не удалось. Ещё и, блин-компот, всем телом ощутила Стецкого, какой он горячий и… твёрдый. Нет, не в том смысле, а вообще! Сплошные напряжённые мышцы, а одежды на нас было не так, чтобы слишком много. Чёрт. Вот уж на фиг такие плотные контакты, а!

– Не, ну это совсем детский сад какой-то, – мурлыкнул наглый шеф, фыркнул на ухо и разжал захват. – Два-ноль, стажёр. Давай-ка в полную силу, Сашка.

А вот теперь я разозлилась, на всё сразу. На свои собственные взбунтовавшиеся на пустом месте эмоции, подколки Стецкого, и до кучи – вчерашний провал. Поэтому, одним движением оказавшись на ногах, я собралась, распинала всё лишнее в сознании по углам и сосредоточилась на спарринге. Несколько мгновений мы осторожно кружили, поджидая удобного момента, Стецкий сделал парочку обманных движений, на которые умная я не повелась. Тело превратилось в пружину, я словила азарт, и бурливший в крови коктейль отлично так прочистил мозг, включив его наконец на рабочие обороты. Перестав отвлекаться на рельефный торс и чётко отслеживая малейшее движение, я даже сумела продержаться целых пять минут, уворачиваясь и осторожно пробуя атаковать. И всё равно пропустила момент, когда Стецкий молниеносным движением оказался за моей спиной, и я уже никак не успевала обернуться. Только нагнулась, надеясь уклониться, и очередная подсечка сбила с ног.

– Ну, для первого раза неплохо, – расщедрился на похвалу мой начальник. – Но учти, для эмоций в настоящей драке времени не будет, Сашка. Завтра повторим.

Я молча кивнула, избегая смотреть на него, поднялась с мата и направилась к выходу из зала. А на пороге настигло откровенно ехидное замечание:

– И, Наумова, в душ сходи, холодный. Меня, конечно, как твоего командира, радует отсутствие синего в твоей ауре, но вот лиловые разводы могут вызвать вопросы у остальных, чем мы тут с тобой занимались.

Задохнувшись от острого приступа смущения и злости, я вылетела из зала, чувствуя, как пылает лицо. Да бред это, врёт он всё, не хочу я его!