Читать книгу "Прятки с тенями"

Глава 5

Всю дорогу обратно я напряжённо размышляла, рассказывать Стецкому или нет. С одной стороны, случившееся точно не имело никакого отношения к ячейке и убитому тёмному. С другой, я, наверное, не должна замалчивать происходящее? Вдруг в самый неподходящий момент на задании эта хрень снова случится? Мы ведь по большей части вечером-ночью шляемся по злачным и мистическим местам Питера в поисках нехороших парней… Про живые тени нам ничего на демонологии не рассказывали, не припомню, да и вообще не встречала ещё такой херни, если честно.

Когда подходила к дому, так ничего и не решила толком. Ведь если рассказать, то придётся признаться и в других своих скелетах, а… чёрт, я не готова, нет. Только в Институте, пожалуй, знали, да и то, не уверена, что прямо всё-всё. Поднялась на лифте, зашла в квартиру, лихорадочно гоняя мысли по кругу, однако обнаружила всю честную компанию на кухне, где как всегда витали вкусные ароматы очередного кулинарного шедевра Васи. Изольда сидела на диване, Стецкий – за стойкой, и настроение у всех было приподнятое.

– О, а я уже звонить собирался, – весело поприветствовал шеф и помахал конвертом. – Держи честно заслуженный гонорар за первое дело, стажёр Наумова. Это твоя зарплатная карта.

– А… Эм, спасибо, – признаться, с такого начала я растерялась, вопрос оживших теней отодвинулся на второй план.

– И, кстати, там уже сразу второе прислали, но у нас есть традиция, которую мы не нарушаем, – продолжил Стецкий. – Сегодня вечером идём отмечать успешно решённое дело в обязательном порядке. Есть тут одно потрясающе уютное место, и музыка вполне годная, а не эти современные бессмысленные мяуканья, – он поморщился и тут же внимательно уставился на меня, аж поёжиться захотелось. – И отказы не принимаются, ясно, Наумова?

Ну вот. У меня на лице, что ли, написано?! Потому что мысли надёжно прикрыты, да и не полез бы Стецкий без спроса в мою голову, даже ради шутки. Я пожала плечами, сунула ноги в тапочки, волшебным образом появившиеся на полке, и подошла к шефу, забрав конверт.

– Ну ладно, отметим, – невозмутимо согласилась.

И нечего всяким несознательным органам радостно ёкать, мы же всей ячейкой идём!

– Держи, лопай, – передо мной появился керамический горшочек. – Жаркое по-охотничьи, мой фирменный рецепт, дядька-охотник всегда его делал, когда возвращался из леса с дичью, – гордо заявила Василиса, блеснув очками.

– Умгум, – кивнула я и сунула первую ложку варева в рот, зажмурившись от удовольствия.

Да, всё-таки, Вася готовит как боженька. Все проблемы отошли на второй план, я наслаждалась едой, оголодав в своих блужданиях, да и утро началось ничего так бодренько с этим тёмным магом.

– Про Печать ничего не выяснили? И что там за задание? – прожевав, спросила я, покосившись на шефа.

– Про Печать пока нет, Вася запустила поисковик, как нароет что-то, скажет, – отозвался Стецкий. – Что до задания, оно весьма примечательно. В районе Уткиной Заводи нашли странные рисунки, нам велено поехать и проверить, вдруг какая-то секта подняла голову, – он усмехнулся и прищурился, подняв бровь. – Ничего не напоминает, Сашка?

– Опять рисунки, – я с досадой поджала губы и закатила глаза. – И зуб даю, похожие на тот, с которым мы уже имели дело.

– Зуб оставь себе, пригодится, но я тоже так считаю, – кивнул Стецкий и посмотрел на часы. – У нас есть ещё часа три светлого времени, предлагаю смотаться быстренько по адресу и проверить, зафотать там всё и добавить в поиск. Вась, реально? – Кирилл глянул на Василису.

– Но проблема, мучачо, – заверила наш мозг.

– Ну а вечером идём отмечать, – подвёл итог импровизированному брифингу командир и хлопнул ладонью по стойке. – Тогда доедай и сгоняем на место.

Да уж, насыщенная у меня жизнь, однако! Не успела перевестись в ячейку, как понеслось всё по кочкам, а ведь всего пару дней назад я искренне считала, что самое серьёзное, что мне вскоре предстоит, это сдача выпускных зачётов и экзаменов. Ага, наивная… Пришлось быстро доесть божественное жаркое и заскочить в комнату, надеть тонкий свитер – всё же, на улице было прохладно. А спустя недолгое время мы опять сидели в салоне авто, и Стецкий выруливал со двора.

– И что, у вас так всё время? – поинтересовалась я, рассеянно перебирая руны в мешочке без всякой цели.

Просто привычка, приносившая успокоение, прикосновение к гладким деревянным дощечкам приводило мысли и эмоции в порядок, чего мне сейчас очень не хватало.

– Частенько, – подтвердил Стецкий. – Так что, привыкай, Наумова, – он усмехнулся и подмигнул.

Я ещё раз помешала руны и всё же решилась. Нехорошо утаивать от начальства важную информацию, тем более, может, эти тени не конкретно ко мне имели отношение, а привет от убиенного мага. Ведь может так быть? Мы так и не выяснили, кто его покровитель.

– На меня сегодня живые тени пытались напасть, – выдала я, всё так же глядя в окно. – Когда гулять ходила.

Всю весёлость с командира как рукой сняло, я прямо кожей почувствовала, как он подобрался.

– Как именно? Что конкретно случилось? – сразу забросал он вопросами. – Княгиней на этот раз не обзывали?

От последнего я едва нервно не хихикнула, но отрицательно покачала головой и рассказала про арку и теней.

– Просто звали с собой и всё, – подвела я итог, пальцы сами потянулись к татушке, едва вспомнила случившееся.

– Дай, гляну, – мы как раз стояли на светофоре, поэтому я протянула руку Стецкому, задрав рукав толстовки.

Когда его пальцы осторожно коснулись запястья, не трогая сам рисунок, но мягко проведя рядом, совершенно неожиданно по коже разбежались волны колких мурашек. Чёрт… Да что ж я так реагирую-то, а?! Даже не подозревала, что обычное прикосновение может вызвать столько эмоций, пульс моментально сорвался и превысил все мыслимые показатели.

– Хороший оберег, да, специалист делал, – задумчиво обронил Стецкий и убрал руку, тронув машину с места – загорелся зелёный. – Ладно, попробуем что-нибудь в сети поискать по живым теням, и в Институт отправлю в отчёте. Может, они что скажут.

Я прямо аж напряглась в ожидании вопроса, зачем сделала эту татушку, лихорадочно придумывая, что бы такое ответить. До такой степени откровенничать я ещё была не готова… Страшно. Не за себя, за Стецкого. Я вообще лишний раз опасалась думать на тему моего преследователя, вдруг это каким-то образом привлекает его внимание ко мне, несмотря ни на какую защиту.

Но вопроса не последовало. То ли шеф такой внимательный, то ли догадался, о чём думаю, хотя я старалась держать невозмутимое лицо.

– Так что, из Института ничего не сказали насчёт этих Печатей? – немного поспешно спросила, уводя разговор от опасной темы.

– Не-а, похоже, там тоже не знают, – пожал плечами Стецкий. – Но будут копать, уверен, как найдут, сразу скажут.

До Заводи мы доехали где-то за полчаса, дороги пока оставались более-менее чистыми. Там, оставив машину, вышли, и я с сомнением оглядела пустырь, заросший деревьями и кустами.

– Ну и? Где тут искать? – засунув руки в карманы, хмыкнула, покосившись на командира.

– Бетонная коробка канализации, где-то там, впереди, – Стецкий уверенно направился в указанном направлении, и пришлось идти за ним.

Хорошо, заросло тут всё не очень сильно, мы всего минут пятнадцать бродили в поисках нужного места и наконец обнаружили. Канализационный узел, и первое, что бросалось в глаза, это слишком чистый верх коробки. Будто кто-то специально подмёл. И да, в нескольких местах виднелись надписи чёрным маркером, вполне чёткие, чтобы даже не пользоваться моей смесью-проявителем.

– Знакомое видишь что-нибудь? – поинтересовался Кирилл, достав телефон.

– Ну, части пентаграммы вызова, – я нахмурилась, разглядывая рисунки. – Но другие, не те, что мы видели у тёмного. И всё равно странно…

– Значит, снова эта таинственная Печать, осталось только понять, кто её пытается взломать и зачем, – невозмутимо кивнул Стецкий. – И для чего нужно убивать себя.

– Кровь – очень сильный катализатор, особенно для установления связи с тонким миром, – вполголоса произнесла я, напряжённо размышляя. – Наверное, эта Печать как-то связана с ним.

– Ладно, будем надеяться, Василиса нам накопает что-нибудь, – вздохнул Стецкий. – Поехали.

– Подожди, – я прищурилась, вдохновлённая пришедшей в голову идеей. – Кое-что сделаю.

Достав простой карандаш, огляделась, выбирая удобное место, а потом махнула рукой, спрыгнула с бетонного куба и просто обошла его по кругу, оставляя на каждой из стенок моё личное изобретение, сигнальную вязь из нескольких рун. Манназ, как привязка ко мне, Альгиз, Йера и Ингваз – защита, чтобы не обнаружили мой подарочек, и поддержание этой защиты, и Ансуз и Эйваз, на обнаружение опасности. Отлично работает, я на практике проверяла.

– Если сюда явится кто-то и затеет закончить начатое, я сразу узнаю, – пояснила на вопросительный взгляд Стецкого. – Руны реагируют на тёмную магию и сильную экстрасенсорику.

– И нам придётся за пятнадцать минут самое большее добраться до этого места, – хмыкнул задумчиво он. – В принципе, если засунуть в машину реактивный двигатель, это возможно.

– Ну да, а ещё, палатку тут поставить и ночевать, – проворчала я, пряча карандаш. – Только вряд ли ты захочешь морозить свою начальственную задницу, правда же? И вообще, я тут помогаю, а ты ноешь, пижон несчастный! – мой палец упёрся в Стецкого.

Выглядел он, как всегда, стильно и с иголочки: брюки, рубашка стального цвета, небрежно повязанный шарф, и неизменное длинное пальто нараспашку. Выгнув бровь, Кирилл смерил меня медленным, оценивающим взглядом, потом усмехнулся.

– Вот пижоном меня ещё не называли, – протянул Стецкий. – И кто тут ноет? Я просто высказал предположение, не более. Поехали, стажёр Наумова, не забывай, у нас на вечер большие планы! – напомнил он, и что-то странное на мгновение почудилось в его голосе.

Предвкушение, что ли? Да ну, фигня. Какое ещё предвкушение, в самом деле. Пожав плечами, я развернулась и направилась к машине. Обратный путь мы проделали молча, к моему тихому облегчению, я вообще сделала вид, что задремала, прислонившись к двери. Домой приехали в шестом часу, и сразу направились в кабинет, где ждала Василиса.

– Давайте свои фотки, – она требовательно протянула руку, не отрывая взгляда от монитора. – Пока ничего, фуфло одно, ничего стоящего.

– Держи, – Стецкий вручил ей телефон.

А мне пришла в голову одна идея, которую я и подкинула Васе.

– Слушай, а ты программой ищешь же, да? – уточнила у неё, покосившись на мелькавшие на мониторе картинки и строчки.

– Ну дак, – кивнула она.

– Добавь в код вот эти две руны, – я нарисовала на листке Перт и Кеназ. – Тогда точно что-нибудь накопаешь. И это, даркнет тоже сёрчишь? – уточнила, за что удостоилась уважительного взгляда.

– А ты сечёшь, подруга, ну ясен пень, – подтвердила она, пихнув меня в бок. – Там в первую очередь. Оки, ща исправлю…

– Так, Вася, к девяти чтоб была готова, – строго приказал шеф нашему мозгу, на что получил рассеянный кивок – она уже углубилась в работу.

Я собралась уходить из кабинета, когда Кир вдруг остановился у стола, достал мешочек со своими кубиками и выбросил их на поверхность.

– Оп-па-а, – протянул он, подобравшись, и я вытянула шею, рассматривая, что там выпало.

Увидела «биб» и целиком «печат», только без мягкого знака.

– Библиотека и снова печать, мда, – вздохнул Стецкий и собрал кубики обратно. – Ладно, посмотрим, что ваша с Васей прога накопает, и может, из Института что-то отправят. Я им снимки вышлю, – решил он.

Я же, спустившись с мансарды, зашла на кухню попить, а там за стойкой сидела Изольда, неторопливо потягивая какой-то коктейль с задумчивым видом. Выглядела она чертовски сексапильно в джинсах в обтяжку, тонком свитере в рубчик нейтрального бежевого цвета, и с распущенными по плечам иссиня-чёрными волосами.

– Привет, – поздоровалась с ней и подошла к шкафу.

– Привет, привет, – задумчиво отозвалась Изольда и вдруг спросила: – Саш, а у тебя есть в гардеробе что-то помимо этих штанов и футболок?

– Эм, – я озадаченно покосилась на неё. – Ну, мне вполне хватает, а что? – на всякий случай насторожилась.

На губах Изольды появилась лёгкая улыбка, а в глазах блеснул огонёк предвкушения.

– Понятно, так и думала. Давай-ка, собирайся, составишь мне компанию, – решительно распорядилась она, отставив пустой стакан, и встала. – Потратим немного твой первый гонорар.

Я занервничала ещё сильнее, подыскивая вежливые слова, чтобы отказаться.

– Да… как бы… мне… – промямлила, так и не придумав ничего.

Изольда мягко рассмеялась грудным смехом, и я стушевалась, внезапно и совершенно неожиданно ощутив себя рядом с ней неотёсанной деревенщиной.

– Расслабься, я не собираюсь втискивать тебя в мини и шпильки, – заверила она и окинула меня изучающим взглядом. – Но подобрать тебе нормальные шмотки надо, Саш, ты уж не обижайся. Помимо оперативной работы мы ещё в приличные места иногда ходим по мере расследования, – с лёгкой иронией добавила Изольда.

– Иза дело говорит, – в кухне показалась голова шефа. – Стажёр Наумова, ноги в руки и вперёд, преображаться, – строго заявил Стецкий и наставил на меня палец. – У вас два часа, девушки.

– Уложимся, мы без фанатизма, – кивнула Изольда.

Пришлось запихать все возражения куда подальше и идти за ней. К вечеру чуть разогнало облака, и даже вышло солнце, красиво подсвечивая небо оранжевым и розовым.

– Пешком пройдёмся, тут до «Галереи» минут пятнадцать, – предложила Изольда, и я не стала спорить.

Некоторое время мы шли молча, я просто не представляла, о чём с ней можно разговаривать, и она нарушила тишину первой.

– Можно личный вопрос? Обещаю, ни с кем откровенничать не буду, – она улыбнулась уголком губ.

– Ну, можно, – осторожно ответила я.

– Ты одна у родителей?

– Да, – коротко ответила, глядя перед собой и засунув руки по привычке в карманы. – У нас не очень хорошие отношения были, – зачем-то добавила, почувствовав горький привкус во рту.

Хм. Оказывается, долгое молчание и правда действует на психику, я же за три года учёбы в Институте так и не обзавелась близкими друзьями. Не считала нужным, ведь всё равно жизнь раскидала бы, а после выпуска знакомство поддерживали единицы. За исключением тех, конечно, кто сразу в ячейки организовывался. Ну и, большинство не откровенничало про свою прошлую жизнь, по разным причинам.

– Были? – тихо переспросила Изольда и серьёзно добавила. – Прости.

– Ладно, проехали, – я дёрнула плечом, загнав непрошеные воспоминания поглубже.

На эту тему точно не хотела сейчас говорить.

– Мои вообще в другом городе живут, удобно, – перевела тему Изольда. – Шлю им раз в месяц письма с анонимного ящика, что у меня всё хорошо, этим и ограничиваемся.

– Не скучаешь? – поинтересовалась я.

– Не так, чтобы очень, я в восемнадцать лет приехала в Питер учиться, в Институт культуры, на факультет искусств, режиссёром хотела стать, – продолжила Изольда. – Ну и, пошла как-то вечером гулять по городу и нарвалась на нетрезвую компанию. Вот там с перепугу мои способности и прорезались, загипнотизировала я их и в память их вмешалась, а потом удрала. Утром ко мне пришли, – она усмехнулась. – В лучших традициях жанра, так сказать. Так и оказалась в Институте.

– Не жалеешь? – задала я ей тот же вопрос, что и Стецкому не так давно.

– Нет, что ты, – она покачала головой. – Платят хорошо, работа интересная, на серьёзный риск Кирилл меня не отправляет. Всё отлично.

Язык мой – враг мой, только так я могу объяснить вырвавшийся следующий вопрос:

– А вы с ним…

– С Киром-то? – Изольда весело посмотрела на меня и негромко рассмеялась, так, что проходивший мимо мужчина невольно скользнул по моей спутнице заинтересованным взглядом. – Ой нет, Саш, ты что. Он, конечно, классный мужик, но мы решили, что отношений нам не надо, и проще сохранять дружеское общение в рамках рабочего. Хотя иногда приходится играть, да, – Изольда выгнула бровь. – А что, имеешь виды на нашего командира?

– Да ни боже мой, – открестилась я, хотя сердце предательски ёкнуло.

Хорошо, хорошо, признаю, Стецкий очень даже симпатичный мужик, а я – нормальная девушка. Только не стоит об этом думать. От Изольды донеслось многозначительное хмыканье, но комментировать она не стала мой ответ, за что ей большое спасибо.

– А вообще, личная жизнь же не запрещена вне ячеек? – куратор нам особо не рассказывал, остановившись на том, что служебные романы не запрещены, и это личное дело каждого внутри группы.

– Ну, как сказать, нет, конечно, но ты же понимаешь, что не получится встречаться с кем-то на стороне и долго умалчивать о роде нашей деятельности, – пожала плечами Изольда. – Так что, тут каждый сам для себя решает. Для сенсов, особенно класса «С», без секса долго нельзя обходиться, куратор вам не говорил?

– Говорил, да, – я подавила вздох.

Хорошо, мой класс позволял сбрасывать лишнюю энергию другими способами, чтобы она не сбивала настройки, так сказать. Между тем, мы уже дошли до Площади Восстания, впереди виднелась «Галерея», огромный торговый центр в четыре этажа со всевозможными магазинами и фудкортом. Рай для шопоголика, да… Я постаралась скрыть панику во взгляде, не представляя, как мы уложимся в два часа, в этом лабиринте же запросто заблудиться можно!

– Так, подруга, не делай такого испуганного лица, не собираюсь я тебя по всем этажам тащить, – заверила Изольда. – Зайдём в парочку ближайших, тебе много не надо, уж без вечерних платьев и стильных шляпок точно обойдёшься.

Я тихонько перевела дух и понадеялась, что так оно и будет. В результате, Изольда приятно удивила: вкус у неё и правда имелся, и глазомер точный. Она безошибочно находила в ворохе шмоток на вешалках то, что подходило именно мне. И вроде бы простые вещи, но глядя в зеркало, я себя не узнавала. Классические чёрные джинсы, к ним – несколько рубашек в разных стилях, одна клетчатая свободная, другая светло-серая приталенная, с отложным воротником, открывавшем шею и ключицы, и третья нейтральная, тоже классическая, в мелкую голубую клетку. Ну и пара тонких свитеров, один чёрный, так называемая «лапша», совершенно неприличным образом обтягивал все мои скромные выпуклости, неожиданно делая их соблазнительными и привлекательными, и второй чуть свободнее, кремового цвета. Ещё, ко всему этому Изольда выбрала кожаную куртку, чем-то напоминавшую косуху, но с меньшим количеством молний и заклёпок, и кожаную же жилетку. Завершающим штрихом стала обувь, на удивление удобные ботинки на низком устойчивом каблучке, и вторые, обычные, в мужском стиле.

– Ну вот, другое дело, теперь ты на девочку похожа, – довольно кивнула Изольда, не разрешив мне переодеться в привычные штаны и футболку. – На очень ершистую и своенравную, но девочку, – она подмигнула.

– Непривычно как-то, – я едва не ёжилась, всё чудилось, что на меня все оборачиваются.

Я же специально одевалась и вела себя так, чтобы не обращать на себя внимания, чёрт!

– Привыкнешь, Саш, ты вполне симпатичная, не стоит это прятать.

«Стоит!!!» – вопили все мои инстинкты, но я утешала себя тем, что просто не буду слишком часто выбираться в таком виде на улицу. Ведь купить не значит постоянно носить, так? Сегодня ладно, есть повод, всё же, в приличное место идём, Изольда права. Кстати, куда?

– А куда идём сегодня? – озвучила я вопрос, пока мы возвращались обратно.

– Тут на Моховой есть чудное место, что-то вроде бара-клуба с живой музыкой и потрясающе вкусным пивом, у нас там постоянный столик за нами, – пояснила Изольда. – Уверена, тебе там понравится.

Я не стала говорить, что никогда не была любительницей шумных вечеринок и таких вот мест, раз традиция, надо уважить. Просто, скорее всего, пораньше уйду домой, вот и всё. Мы поднялись на наш этаж, зашли, и надо же было, чтобы именно в этот момент в кухне появился Стецкий! Я замерла, а его взгляд медленно так, оценивающе прошёлся по мне, и я очень остро ощутила, что на мне не моя мешковатая и удобная одежда, а что-то другое, что отчётливо даже не намекает, а прямо-таки орёт о моей принадлежности к женскому полу. Хорошо ещё, я стояла лицом к нему…

– Саша? – с изрядным удивлением и одновременно как-то тягуче переспросил он, и меня моментально бросило в жар.

Я, может, и девственница, однако прекрасно знаю, что означает такой вот взгляд. Мужской. Пробуждающий те эмоции, которые я старательно все эти годы запихивала как можно дальше, не позволяя себе жить полноценной жизнью. Да и сам Стецкий щеголял опять в пижонском прикиде, видимо, готовился к выходу, так сказать. Тёмно-синие брюки, такая же рубашка со стальным отливом, несколько верхних пуговиц были расстёгнуты, приковывая взгляд к ямочке. Вроде бы, казалось, ну что такого в брюках и рубашке на мужчине? Но чёрт, обаяние и харизму Стецкого нужно срочно занести в категорию оружия массового поражения, потому что отвести взгляд от него ужасно сложно.

– Что? – нервно огрызнулась я, исподлобья глянув на него и быстро снимая обувь.

– Да ничего, – тем же тоном ответил он, продолжая рассматривать меня.

– Ну и всё! – слишком резко отозвалась, подхватила два пакета и чуть не бегом проскочила мимо него, пряча глаза и с досадой ощущая, как предательски пылают щёки.

А Изольда ведь всё видела, и в её внимательности я уже убедилась. О-о-о, и аура моя наверняка полыхает всеми оттенками оранжевого, выдавая волнение и нервозность с головой! Кошмар. В своей комнате я уронила пакеты на пол и буквально сползла спиной по двери, стараясь делать глубокие вдохи и успокоиться, вернуть мечущееся по всей грудной клетке сердце на его законное место. Вот это меня шибануло, однако! Реально, что ли, весна так действует?! Тихо застонав, я закрыла лицо ладонями, ещё и зажмурившись, и всё равно перед глазами стояло лицо Стецкого, его лёгкая полуулыбка, и взгляд. Завораживающий, притягивающий. Вот зачем поддалась на уговоры Изольды?! Оставалась бы в своём обычном прикиде, никто бы не умер от этого!

Не знаю, сколько я так просидела, казалось, вечность, а на самом деле, когда покосилась на часы – всего-то пару минут. От стука в дверь чуть не подпрыгнула прямо с пола.

– Саш, мы в кухне собираемся, совещание! – раздался голос Стецкого. – А потом развлекаться, так что давай, подтягивайся!

Мда. Переодеться уже точно не успею, придётся дальше так щеголять. Я поднялась, бросила угрюмый взгляд на собственную физиономию в зеркале на дверце шкафа. Чисто из чувства противоречия взлохматила волосы, хотя никогда и не занималась их укладкой в принципе. Макияж? Не, не слышали. Не вижу в нём смысла, короче, и так сойдёт. Откопав в сумке небольшой рюкзак, с которым изредка в город выходила, я покидала кошелёк, документы, подумав, кинжал – как-то привыкла к нему уже за эти годы, – сунула в карман мешочек с рунами и решительно выдохнула. Так, всё, хватит рефлексировать и изображать из себя неизвестно кого. Взяла себя в руки, волшебный пендель, и вперёд. Выше нос, Наумова, нас голыми руками и убойным обаянием не возьмёшь. И я вышла из комнаты, вздёрнув нос и направившись к кухне, откуда доносились голоса.

Там все уже собрались. В платье была только Изольда, что ожидаемо. Из тонкого трикотажа, мягко облегавшего фигуру, с V-образным вырезом и гораздо выше колена, и в замшевых сапожках на высоком каблуке. Мелькнула странная и неуместная мысль, что они со Стецким составляли очень гармоничную и красивую пару, и вот ни в жисть не поверю, что у них ничего не было! Не верю и точка. Ну или у шефа с ориентацией не всё в порядке. Васька вообще не парилась, джинсы, футболка и кроссовки – вот и весь «парадный» наряд. Покосившись на невозмутимую Василису слегка завистливым взглядом, я примостилась на краю дивана, Стецкий занял место за стойкой.

– Итак, что мы имеем на данный момент по нашему новому делу, – он оглядел нас всех, на несколько мгновений задержавшись на мне глазами. – Первое, наша Вася Премудрая таки откопала в сети кое-что по печатям, хотя и катастрофически мало, это какие-то Печати Теней, и их всего шесть штук. Было, – поправился Стецкий. – В Институт я уже отправил запрос, надеюсь, к завтрашнему утру будут результаты. Полагаю, скорее всего, про них есть сведения в библиотеке, учитывая, что сказали мне кубики, поэтому, наверняка завтра придётся куда-то ехать. По картинкам ничего, частично они совпадают с теми, что мы обнаружили с Наумовой по предыдущему делу, но есть и непохожие фрагменты. И да, совпадающие смахивают на пентаграмму вызова, но это не она, – и снова начальственный взгляд мазнул по мне, вызвав настоящее цунами из мурашек. – Так что, сегодня с чистой совестью отдыхаем, а с завтрашнего дня ударно работаем. Собрание закончено, выгружаемся и идём развлекаться, – Стецкий хлопнул в ладоши.

И мы пошли. На улице так получилось, что Изольда с Кириллом пошли чуть вперёд, что-то обсуждая, а Васька пристроилась со мной, засунув руки в карманы куртки.

– Классно выглядишь, Иза молоток, что приодела тебя, – зашла она с козырей, чем вогнала меня в краску. – Слушай, всё хотела спросить, а чего ты за три года так ни к кому и не прибилась в Институте? – Василиса с любопытством покосилась на меня.

– Да как-то не срослось, да, – я пожала плечами. – Практику сдавала, но каждый раз с разными людьми.

– Ну и клёво, знаешь, твои руны офигительно работают в проге, – выдала Василиса. – Надеюсь, останешься, а то у нас как-то кисло с четвёртым, Киру нужен оперативник, а мы с Изой не тянем, – с убийственной прямотой добавила она.

– Посмотрим, – нейтрально отозвалась я.

Дальше мы шли молча, изредка перебрасываясь фразами, Васька поделилась воспоминаниями об учёбе в Институте, как она на спор взломала школьный сервер в одиннадцатом классе, после чего её и присмотрели, и сразу после выпускного поступила в Институт. Мы потрепались об учёбе, и моё волнение улеглось, несмотря на маячившую впереди фигуру в тёмном пальто. Минут через десять дошли – заведение на Моховой пряталось в подворотне, в полуподвале, но при этом внутри оказалось очень даже уютно. Обстановка – дерево и кирпич, освещение приглушённое, два длинных зала со столиками, в первом стойка, во втором в конце – небольшая сцена и перед ней свободное пространство для желающих потанцевать. Наш столик располагался как раз там, в уютном уголке, на некотором отдалении от остальных, чтоб не мешал никто.

Мы расселись, и я так и не поняла, как вышло, что Стецкий оказался рядом. С другой стороны села Василиса, и напротив меня Изольда. Я тут же уткнулась в меню, изо всех сил игнорируя шефа, но нос всё равно улавливал терпко-свежий аромат его туалетной воды, щекотавший обоняние. Чёрт! Определившись с заказом, мы сообщили официанту, и сервис порадовал: буквально через пятнадцать минут у нас стояли бокалы с пивом – только у Изольды с вином, – и закуска.

– Ну, за успешно закрытое дело, – поднял Стецкий первый тост.

Отпив глоток, я даже не представляла, каким получится этот вроде как расслабляющий вечер в компании моей новой ячейки…