Читать книгу "Мой единственный грех"

ГЛАВА 7.

Закрытое крыло…

Торчащие из–под двери пальцы…

Боже…

Я задрала голову и сощурилась от палящего солнца. Солнцезащитные очки не спасали.

– Эй!!! – меня окликнул женский голос. – Смотри куда идешь!!!

Покружившись на месте, я поняла, что затоптала нежнейшие цветы приглушенного лавандового цвета.

– Простите, я…

Прижала сумку к животу и замерла.

– Они цветут только раз в сезон!!! – завопила девушка с короткими кудрявыми волосами и столкнула меня со своих «деток». Присела и чуть ли не со слезами на глазах принялась собирать выжившие под моими подошвами стебельки и бутоны.

– Извини, я не хотела. Я задумалась и не увидела. Я все оплачу. Сколько скажешь.

Кудряшка встала, утерла нос запястьем и посмотрела на меня сквозь призму ненависти.

– Сколько скажу? Прям так?

– Да. – Я кивнула и подняла очки на макушку.

– Полмиллиона слабо?

Я отрицательно повертела головой. Цветочница усмехнулась громко и повернулась ко мне спиной.

– Проваливай, пока не пришел мой брат и не устроил тебе гладиаторские бои.

Впервые за два часа я отчетливо разглядела дома, будто уменьшающиеся в размерах, в зависимости от того, насколько высоко они располагались на горе. Песчаный берег с лазурным морем. Набережную с всевозможными ларьками, в которых помимо уличной еды, предлагали приобрести сувениры, украшения, произведения местных мастеров и…цветы…

Сердце дрогнуло.

Я столько времени бродила в тумане, не видя реальной жизни.

От обиды закусила щеку и выдохнула.

– Ну, уходи, кому говорят!

Вновь прошипела кудряшка и встала за прилавок под белый навес.

– Я могу что–нибудь купить? – я полезла в сумку за кошельком. – Вот этот букетик можно?

Ткнула в ворох дивных розочек. Они были не похожи на обыкновенные садовые розы. Лепестки плотно закручены к центру, а непередаваемый пудровый оттенок – само совершенство.

– Луиза Одье? – выгнула бровь обиженная цветочница. – Их хотите?

– Я не разбираюсь в сортах. – Пожала плечами и извинительно улыбнулась.

– Ты что?! – она обогнула прилавок. – Луиза Одье – это же редкий вид. Относится к Бурбонской группе. По другой классификации к Старинным розам. Эти крошки настоящие королевы!

– Да, мне сразу понравились.

Я коснулась сочных лепестков и улыбнулась задумчиво. Цветочница вынула из ведерка, обтянутого шпагатом одну розочку, и поднесла к моему лицу.

– Вдохни этот аромат.

Но мне не нужно было вдыхать. Сладкий запах с ванильным шлейфом проник мне в нос и осел на гортани. Я сглотнула. Тело наполнила непривычная легкость.

– Потрясающе…

Я прикрыла глаза на секундочку. Когда открыла их, увидела хмурую продавщицу, которую я ранее оскорбила своей невнимательностью.

– Так уж и быть, – хмыкнула она, – продам тебе один букетик.

– Я рада. Извини меня, еще раз. Я правда не хотела вредить тем малышкам.

Кивнула я на загубленные цветы.

Она молча упаковала розы в крафтовую бумагу, перевязала розовой лентой и протянула мне. Я в ответ деньги.

– Не подскажешь, где можно выпить что–нибудь прохладительное? – спросила я, наслаждаясь чарующим букетом в руках.

– Тут за поворотом есть прикольное кафе. Там вкусный мохито можно выпить.

Я оглянулась. Улица кишела людьми. Даже голова помутилась.

– Спасибо…

– Ты не местная что ли? На вид вроде наша. Южанка.

– Просто меня целый год не было в городе. Кое–что забыла.

Кудряшка подошла к мужчине за соседней торговой точкой, что–то прошептала ему быстро и вернулась назад.

– Идем, я тебе покажу. Но чур, ты оплачиваешь мой перерыв.

– Договорились. – Я широко улыбнулась.

Мы пробились через народ, свернули за угол и вошли в заведение в исконно средиземноморском стиле. Благодаря работающим кондиционерам, воздух здесь был градусов на десять ниже, чем снаружи.

Я заметила пустой столик и предложила кудряшке занять его. Она по дороге подхватила меню и с не очень радостным видом приземлилась на плетеный стул с низкой спинкой.

– Я Рута, – сказала я, присев напротив, – а ты?

– Ника. Не Вероника, а Ника. Как богиня.

– Очень приятно. – Я заложила сумку за поясницу, а букет разместила на столе.

– Не могу сказать то же самое.

Фыркнула Ника и уставилась в ламинированную карточку.

– Не злись на меня. Это моя первая поездка в город после…возвращения. Я как слон в посудной лавке.

За панорамным стеклом мелькнул мой телохранитель. Верный орёл Деметриса. Я постаралась скрыть нахлынувший дискомфорт. Как и Ника взяла меню и принялась читать названия освежающих коктейлей.

– Сколько тебе? – вдруг спросила она.

– Двадцать.

– Хм, – выпятила губы, – мне тоже. Где–нибудь учишься? Работаешь? Хотя, потому что ты готова была отвалить полмиллиона за розы, ты явно в деньгах не нуждаешься и можешь позволить себе всё, что пожелаешь.

– В самом деле, я с отличием окончила частную школу и почти поступила в университет…

Я щелкнула ногтем пластиковый уголок меню и заострила внимание на напитке с мятой. В составе еще был огурец.

– Почти? Ты передумала?

– Мои родители…– я не нарочно захрипела. – Мама сильно заболела, а папа…

Ника часто заморгала. А после ее чистый взгляд замер на мне. Я даже успела различить оттенки зеленого в голубой радужке. Подумала о своих глазах. Они ведь зеленее свежей травы. Мама не раз говорила о моей волшебной природе. По ее мнению, я дитя из древних мифов. Ослепительно рыжее существо с выразительными глазами.

Была.

Теперь мое прошлое еще дальше, чем прежде.

А мама, по словам Деметриса, в конец потеряла рассудок…

– Я сирота. – Услышала я от Ники. В лоб. – Мои родители погибли, когда мне было семь или восемь.

– Мне очень жаль. – Я положила меню и посмотрела на нее с сочувствием. Сестры постоянно смеялись над моими умениями строить жалостливые гримасы. Считали, я пользовалась этим, норовя добиться лишней порции десерта или новой игрушки.

Опять же с приставкой «до».

Когда я уже вспомню о случившемся «после»? Когда прозрею?

– Давай уже что–нибудь закажем. Мне еще надо распродать по меньшей мере десять букетов, чтобы оплатить съемную квартиру в этом месяце.

– А где ты берешь цветы?

Ника с воодушевлением рассказала мне об оранжерее одной пожилой тетушки, живущей на окраине Даркхилла. И как я поняла, она помогала ей распродавать созревшие экземпляры. Получала за это приличный процент. Плюс, имела возможность ухаживать за прекрасными созданиями в свободное время.

Я не заметила, как пролетели полчаса, и как мы покинули кафе, на ходу допивая свои коктейли.

– Обязательно напиши мне вечером. – Ника крутанулась на пятках и пошла задом. – Поболтаем, о чем–нибудь.

Ее искренняя улыбка вселила в меня робкую надежду на дружбу. Мне бы очень хотелось общаться с ней дальше. Но у меня не было телефона…

– Хорошо. Если…

– О, черт! – она подавилась газированным напитком. – Что ему здесь нужно?

Я не успела обернуться. Деметрис обнял меня и поцеловал в щеку.

– Здравствуй, любимая.

Глаза Ники шокировано округлились. Готовы были вывалится из орбит.

– Привет. – Запинаясь ответила я и сбросила его татуированные руки со своей талии. – Ника, познакомься. Это мой муж.

– Кто? – ей потребовалась кислородная маска, которой не нашлось поблизости. Кожа приобрела синеватый тон.

– Муж. – Резанул воздух низким голосом Деметрис. – И прямо сейчас, я забираю свою жену, чтобы поужинать в «Эбено».

Ника нервно улыбнулась и понеслась от нас быстрее Флэша.

ГЛАВА 8.

– Кажется, милая цветочница ни на шутку испугалась.

Заявил Деметрис, когда мы сели на заднее сиденье роскошного Роллс–ройса. Тонированные и наверняка, бронированные окна скрыли нас от всего внешнего мира.

– Необязательно было появляться так неожиданно.

Буркнула я и обняла себя, словно таким образом хотела защититься. Маленькая я всегда пряталась в шкаф, когда родители скандалили. Сидела в полной темноте, пока одна из сестер не находила меня и не уводила куда–нибудь в сад.

Мия и Теона отвлекали меня как могли. Играли в догонялки, устраивали рыцарские турниры и званые кукольные обеды. Мы смеялись, дразнились, а устав, ложились на траву и долго любовались безоблачным небом.

Когда ссора мамы и папы заканчивалась, мы затихали и вслушивались в странную тишину. Смотрели друг на друга и гадали, а что же дальше? Обычно, папа переодевался, брал Гришу и уезжал в город. Возвращался пьяный под утро. От него несло ирландским виски и приторными карамельными духами.

Теперь я знала в чем причина.

Мельком взглянула на сосредоточенного в телефоне Деметриса.

Необыкновенный профиль…

Кудрявая прядь волос, спавшая на лоб…

Плотно поджатые губы…

Длинный нос…

Он до сумасшествия прекрасен. И до последней клеточки организма – ужасен.

– Рассматривать кого–то молча, не очень хорошая идея.

Пошевелил темной треугольной бровью.

Я тут же отвернулась.

Сердце спело грустную серенаду и успокоилось. Только поздно. Я окончательно разнервничалась и орган, отвечающий за циркуляцию крови никакой роли уже, не играл.

– Мне нужен телефон. Двадцать первый век, а я будто в эпоху динозавров живу.

– Я же сказал: тебе необязательно иметь телефон. Есть я. Есть Нина. И есть куча моих людей, который выполнят любой твой приказ.

– …если ты им скажешь…

Я выдохнула обреченно.

Вся эта комедия выходила за границы разумного.

Я – жена босса мафии. Пленница главы клана Черная сотня.

И я не имела надежды на малейший проблеск свободы.

Голова начала потихоньку раскалываться на мелкие кусочки.

– Твое слово равноценно моему слову.

Произнес Деметрис с врожденным холодом.

Я зажмурилась. Назойливо жужжание в ушах не давало сконцентрироваться на реальности. Черную пелену перед глазами сменили яркие вспышки света. И чем сильнее я старалась их прогнать, тем более явными они становились.

В грудь что–то ударило. Потом резко прибило к кожаной спинке сиденья. Я негромко охнула и раскрыла глаза. Впереди меня сидел отец. На месте водителя – незнакомый парень в бейсболке. Каждые сорок–пятьдесят метров вспыхивало ослепительное сияние, которое вынуждало инстинктивно прищуриваться.

– Папа? – прошептала я почему–то онемевшими губами.

Неожиданно картинка исчезла. Я перестала чувствовать специфическую горечь во рту и давление на голову.

– Рута? – Деметрис коснулся моего колена. – Рута, посмотри на меня.

Я медленно навела взгляд на Кана и удивилась глубине его потрясающих глаз.

Глаз, укутавших меня в защитный кокон.

– Эй? – взял мое лицо в ладони. – Все хорошо. Это всего лишь видение.

– Ты сказал я…пережила шок и у меня посттравматическая ретроградная амнезия…почему? Что со мной случилось?

Мне сложно даже бормотать, но я не могла не спросить.

– Не сейчас. Тебе нужно прийти в себя.

Большими пальцами мазнул по моим щекам. Я моргнула. Думала туман его облика развеется, но нет. Деметрис реальнее всех реальных призраков. Мой личный демон.

– Мне страшно.

Я упала в его объятия и ему пришлось опустить руки на мою спину против своей воли. Непредсказуемый аромат дорогого одеколона обесточил меня на время. Я глубоко вдохнула нечто сладко–перечное с горькой мятой и расслабилась. На полминуты.

– Ты устала. Тебе нужно передохнуть. Поужинаем в «Эбено» и вернемся домой. Согласна?

Часто закивала, шмыгнула носом и стиснула в кулачках его черную рубашку. Ткань заскрипела от натяжения.

– Умница. – Чмокнул меня в макушку и как–то неуверенно погладил ладонями.

Я приоткрыла глаза и увидела за затемненным стеклом старинные домики. У многих из них окна с деревянными ставнями. Как с открытки из путешествия по Греции или Кипру.

– Деметрис, я…– Я отпряла от него и заметила в нем разительную перемену. Мужчина, ласково успокаивающий меня буквально только что, вновь обернулся равнодушным кретином.

У меня и слов подходящих не нашлось для продолжения неоконченной фразы. Просто поправила платье на плечах и уселась ровно.

– Считаешь меня последним уродом? – поинтересовался с легкой издевкой. – Мне нравится. Только советую не демонстрировать так явно свое отношение.

Как можно быть одновременно таким чутким и таким безжалостным?

Наверное, я слишком доверяла собственным ощущениям. А не надо.

Деметрис всегда был и будет козлом с большой буквы К.

– Хорошо, я приму к сведению.

Он усмехнулся лениво и как я уловила краем глаза, принялся отправлять кому–то короткие сообщения.

Роллс–ройс притормозил у входа ресторана с вывеской, сделанной из куска необтесанного дерева. Так мило. И по–домашнему. Я предположила, что и готовили здесь также согласно семейным рецептам, передающимся из поколения в поколение.

– Прошу, – Деметрис уже успел выйти и прямо сейчас стоял перед открытой дверью с моей стороны, – у нас не так много времени.

Я взялась за поданную им руку и выбралась из салона.

В воздухе витал запах жареного мяса и чего–то еще, чего я не смогла узнать.

– Что это за место?

Задрала голову вверх, когда вместе с Деметрисом входила в распахнутые настежь двери.

– Господин Кан! – к нам поспешил крепкий мужчина с густой седой шевелюрой и в фартуке с мучнистыми пятнами.

– Здравствуй, Дато. Как дела? Как твои сыновья?

– О, прекрасно! – мужчина расплылся в дружелюбной и очень благодарной улыбке. – Сегодня в моем меню ваше любимое мясо с кровью и сезонными овощами.

– Отлично, – Деметрис чуть обернулся ко мне, – моей супруге можешь приготовить своего фирменного цыпленка–табака.

– Конечно! Дато сделает всё по высшему разряду. Присаживайтесь, куда пожелаете, я скоро буду. Принесу вам вина из своих бесценных запасов.

Дато приложил три пальца к губам и звонко причмокнул. И тут же поторопился уйти.

Я огляделась не слишком подозрительно, а Деметрис прошел к одному из квадратных столиков и присел на диван, застеленный покрывалом с традиционным кавказским орнаментом.

В полутьме, в которую он погрузился, практически невозможно было разобрать ни лица, ни тела. Я опасливо сглотнула.

Приблизившись, я столкнулась с неуступчивым взглядом. А еще с позой я–король–этого–мира: ноги широко расставлены, руки растянулись по мягкой спинке слева и справа. В какой–то степени он имел право считать себя большим боссом, и вести себя согласно этому положению, но…не постоянно же. Не каждый миг.

– Откуда ты знаешь Дато?

Я потрогала глиняный кувшин на столе.

– Однажды, я убил его старшего сына. Двое других присягнули мне в верности и уже лет пять являются моими лучшими солдатами.

Палец дрогнул, и я едва успела предотвратить неловкое падение кувшина. Чудом его удержала.

Деметрис сузил глаза, поиграл челюстью.

– Ты же знаешь кто я. К чему так реагировать?

Приглушил мое молчание своим прямым вопросом.

– Знаю? Нет, Деметрис, я тебя не знаю. Еще вчера я радовалась рождению сына своей старшей сестры, а сегодня я оказываюсь здесь, с тобой. Это, как если бы девочка–подросток внезапно проснулась в кровати Джейсона Вурхиза. Или Фредди Крюгера. Или…

– Я скорее психопат, чем маньяк с изуродованной рожей.

– Каждый маньяк по–своему псих. – Дернула плечом.

– Каждая девочка по–своему зависима от таких ублюдков как я.

О чем он?

Височные косточки снова подверглись атаке металлических ударов.

Но подошедший Дато с бутылкой красного вина, чуть разрядил атмосферу. К концу этого ужина–маскарада я полностью отпустила ситуацию и отдалась в цепкие лапы алкоголя…

ГЛАВА 9.

Утром меня ждало дикое похмелье.

Первое, за все мои двадцать лет.

Мало того, что из памяти выпал целый год жизни, я еще и ни черта не помнила о прошлом вечере. Одно радовала – я одета. Я сразу заглянула под одеяло, с трудом разлепив глаза ото сна.

На прикроватной тумбочке стоял стакан с водой. Рядом лежали клочок бумаги и таблетка. Я взяла таблетку и бросила ее в воду. Наверное, минуту наблюдала за образующимися маленькими пузырьками и слушала приятное шипение.

Потом залпом выпила предложенное лекарство и упала на подушки.

Долго смотрела в матовый потолок, пыталась прокрутить назад события вчерашнего ужина с Деметрисом. Ничего. Ноль.

После третьего бокала вина я будто бы перестала быть собой.

Меня привлек шум за окном. Я приподнялась на локти и тут же поняла, зря. Нельзя делать таких резких движений, когда внутренности готовы ссохнуться и вырваться наружу.

Но я уже сделала. Потому, я откинула одеяло и пошла на разведку. Осторожно. На носочках. По дороге прихватила послание от мужа.

От мужа, хм…улыбнулась сама себе с грустью.

Во дворе радостно рассекали собаки. В основном бойцовских пород. Они прыгали, ловили резиновые мячики, брошенные откуда–то с угла дома и громко лаяли, когда их заставляли ждать очередного дальнего броска.

Я вжалась в стекло, желая увидеть того, кто играл с ними. Не вышло. Бумажка в руке зашелестела и я, наконец, решила прочесть.

«Твой телефон в верхнем ящике тумбочки. Можешь звонить кому угодно»

В ту же секунду я бросилась за смартфоном и действительно обнаружила его там, где и сказал Деметрис. Он был выключен. Но я включила. Из рога изобилия посыпались всякие уведомления, пропущенные звонки и сообщения. Их невероятное количество! Но самое странное – ни одного от Мии или Теоны. В основном от малознакомых людей, с кем я общалась в интернете под вымышленным ником.

Сестрам на меня плевать?

Нет. Этого не могло быть.

Что–то или кто–то помешал им связаться со мной.

Я не сомневалась.

Или?..

Чего строить догадки? Я прямо сейчас позвоню им.

Залезла в список контактов, нажала на имя Теона и закусив губу, подождала ответа.

Вместо голоса старшей сестры получила стандартный отворот–поворот. Абонент временно недоступен. Ладно…

Позвонила Мии. Она тоже вне зоны доступа.

Что за сказочная ерунда?

Присев на край кровати, я написала им обеим пару строк и уже хотела заблокировать экран, как поняла, что это не совсем мой телефон. Точнее вовсе не он. У моего был едва заметный скол сверху. Крошечная отметина из–за падения на асфальт.

Черт…

Кан все подстроил. Пока я не поняла каким образом, но он позаботился о том, чтобы меня обдурить. С его возможностями…я потерла запястье с вживленным отслеживающим чипом и обреченно хмыкнула.

По всему телу прокатилась волна безумной досады и боли.

Меня загнали в ловушку. Заставили поверить в то, что я по–прежнему распоряжаюсь своей жизни. В самом же деле всё не так.

Я будто в другом мире.

Он сильно схож с тем, в котором я жила раньше, но есть немаловажные отличия. Я не в Хезельберге. И за мной пристально следили.

Я провела влажными от страха руками по лицу и волосам, и отправилась в душ. Приведу себя в порядок, а потом подумаю над планом по своему спасению.

Поразмыслить не вышло.

Когда я спустилась вниз, одетая в легкие свободные белые брюки и короткий красный топ, меня уже поджидала Нина.

– Доброе утро. – Сказала она, забрасывая в рот подушечку мятной жвачки.

– Доброе.

Я поправила цепочку на шее.

– Босс велел отвезти тебя на осмотр в клинику. Ты позавтракаешь или сразу поедем?

– В клинику? – теперь я растирала массивный кулон, представляющий собой кусок расплавленного золота.

– Прости, я делаю то, что приказывают. Если хочешь, узнай у него подробности.

Хорошая идея.

Я достала из кармана телефон, и чтобы вы думали? Деметрис во главе столбца. На самой вершине!

Нажала на его чертово греческое имя и несколько секунд довольствовалась одними гудками.

– Рад тебя слышать, как ты?

Я растерялась. Его низкий голос по–другому прозвучал. Тише, мягче.

– Зачем ты приказал Нине отвезти меня к врачу?

– Потому что ты, – он кому–то шепнул «отвали» и продолжил, – вчера ты вела себя странно. Тот приступ в машине, потом твое поведение за ужином. Тебе нельзя было пить.

– Мог бы меня остановить.

Я прошлась до гостиной. Нина и шагу не ступила от парадной двери.

– Я твой муж, а не блюститель за всякой хернёй, на которую ты подписываешься. Ты взрослая девочка и должна понимать, когда стоит остановиться.

– Тогда к чему сегодня такая забота?

Деметрис посмеялся хрипло и еще понизил тон:

– Подловила, малышка. Подловила.

– Я серьезно, Деметрис. У меня были планы.

– Могу я узнать какие?

Снова на кого–то рявкнул сквозь зубы. Я уже покинула дом и наслаждалась жарким утренним солнцем в саду. Подставила лицо горячим лучам и закрыла глаза.

– Я хотела бы встретиться с Никой. Она мне понравилась.

– Имей в виду, я не против ЖМЖ.

– Идиот, – выдохнула громко, – озабоченный…

– Я несколько недель без секса. Ты должна быть ко мне снисходительна, – судя по шагам, он куда–то переместился. Все посторонние звуки испарились, – и я с радостью бы сейчас оказался рядом с тобой, сорвал бы с тебя эти чертовы брюки вместе с трусиками, красный топ и уложил на стол, который слева.

Я взглянула налево. Стеклянный обеденный стол занимал приличную часть террасы. Стулья из того же материала, будто бы парили в невесомости.

– Ты видишь меня? – я принялась искать взглядом припрятанные камеры и нашла. Сразу две под крышей с разных концов дома и одну над входом. Нарочно отогнула средний палец и с ядовитой улыбкой показала любителю хоум–видео.

Деметрис гортанно усмехнулся. Червоточинки в его смехе меня взбудоражили. Я поёжилась. Раз сто пригладила идеально собранные в высокий хвост рыжие волосы.

– Ты возбуждаешься, Рута? Скажи мне.

– Пошел ты…

Ответила незамедлительно, но почему–то не прервала затянувшийся порочный разговор.

– Да, ты потекла, малышка. – Сматерился грязно. – Черт возьми, я бы вылизал тебя всю. Оттрахал бы языком и как следует выебал раком.

Я сбросила звонок.

Приложила телефон к груди и затряслась он непонятного приступа тревоги. Жжение внизу живота не утихало. Наоборот, увеличивалось и вынуждало дышать еще чаще.

Входящее сообщение чуть до микроинсульта не довело.

С опаской отлепила от себя причину своей дрожи и посмотрела в экран.

«Я почти на сто процентов уверен, что сейчас ты мечтаешь запустить пальчики между ног и сладко кончить, но приём у врача никто не отменял. До вечера, mi cara