Читать книгу "Фу такими быть! Или Мистер и Миссис Фу"

– Ты там скоро, – простонала я, но тут же успокоилась.

– Готово, – послышался голос мужа. – Давай, на счет три! Ты с меня слезаешь и… Раз… Два…

На счет «три» прямо к дыре в потолке скользнула светящаяся веревка, упрочненная и усиленная заклинаниями. Меня схватили за талию. И мы зависли в воздухе. На том месте, где мы только что были, сомкнулась черная гадость.

– Нужен был просто лоскутик ткани, – усмехнулся муж, придерживая меня на весу. – Давай, лезь наверх!

Я стала карабкаться по мужу, цепляясь руками за волшебную веревку. Как вдруг увидела, что  веревка вверху натягивается, словно… словно…

 Я попыталась уцепиться заклинанием за потолок, но промахнулась. Мы полетели вниз, немного сменив позу.

Пока я приходила в себя, пытаясь рукой отыскать мужа, послышался гнусавый, противный голос: «Папа пришел!».

Кто? Что?

– Па-а-апа пришел! – прогундявило что-то, когда я смогла наконец-то перевести дух. – Па-а-апа меня по-о-омнит?!

Все вокруг заволновалось! Мебель поплыла в разные стороны.

– Это же, па-а-апа! – гнусаво произнесла дрянь, видимо, радуясь встрече.

– Погоди-погоди… – послышался голос мужа. Он отряхивался и недоверчиво смотрел на черную пакость. – Ты… Тот зелье, которое я пролил у родителей и решил бросить сюда, чтобы никто не догадался? Я правильно понял?

– Неееет, – послышался ленивый и гнусавый голос. Я все еще не отошла от удивления, видя как радостно перекатывается будущая диссертация. – Па-а-апа не угада-а-ал!

– Погоди! – пощелкал пальцами муж, явно что-то припоминая. – А! Так бы сразу и сказал, что ты та вонючая магическая микстура от кашля с корнем солодки, которую я отказался пить и спрятал в старой тумбочке?

Все! Я буду лечиться травами!  Только травами! Грызть их прямо на лужайке! Никаких больше микстур, зелий и таблеток!

– Нееет, – снова послышался ленивый голос. – Па-а-апа меня разве не по-о-омнит? А я по-о-омню па-а-апу!

– Суп, который я недоел в детстве? – с очень обалдевшим лицом спросил муж, словно это была худшая из его догадок. У него даже глаз дернулся.

– Да не-е-ет же… – послышалось что-то похожее на вздох. – Я – манный пу-у-удинг…  с дже-е-емом… И вот моя таре-е-елочка… Только я из нее вы-ы-ырос!

– Если что, он уже совершеннолетний! Можешь не стесняться, – шепнул муж, пряча заклинание за спиной.

– Ну, здравствуй, манный пудинг! – улыбнулся муж. – Очень неприятно было тебя есть! Видеть тоже. Но я как бы рад встрече! Как ты тут поживаешь? А я все думал о тебе! Мне казалось, что я засунул тебя под кровать!

– Та-а-ак и е-е-есть! А потом ты меня вы-ы-ыбросил! – послышался горестный вздох.

– Это была ошибка молодости! – заметил муж, заслоняя меня собой. –  Сынок, я очень рад тебя видеть…

– Я де-е-евочка, – послышался обиженный голос Пудинга. – С дже-е-емом!

– Только не говори, что у тебя такого не было! – прошептал муж, а я смотрела и все еще отходила от шока. – Чтобы ты не доела булочку, а через десять лет ты вошла выбросить старые книги, а тебя встретили «О, великая богиня, сотворившая наш мир!».

Если честно, я не хотела знать, что творится в нашем «мусорном подвальчике». Этим вопросом занимался дядюшка. Изредка он заходил туда, неся стопку всяких «нужных ненужностей». Возможно, там его встречает его собственная цивилизация, радостно возвещающая об очередном пришествии бога!

– Разве па-а-апа не спро-о-осит, ка-а-ак я? – обиделся пудинг.

– Ну как ты, доченька? – ласково заметил муж, но заклинание так и не потушил. Он медленно теснил меня куда-то в сторону. Видимо, где-то там, в темноте, была заветная дверь.  – Замуж еще не вышла? Вон, какая красавица ты у меня… выросла! Да ты вообще! Молодечик – холодечик! Так держать!

– Па-апа останется со мно-о-ой? – послышался гнусавый голос. Мебель перекатывалась, словно тонула в море.

– Быстрее! – прошептал муж, когда я уже увидела очертания старинной двери. На ней было столько магических печатей, что я даже растерялась.

– У па-а-апы есть много дел! – ласково заметил муж, пока я вспоминала заклинания срыва магических печатей. – Па-а-апа очень за-а-анят!

– Если что, прикончишь ее ты, а то у меня рука не поднимается на такого милого и воспитанного ребенка, – прошептал муж.

 Одна печать слетела, обжигая мои руки. Остались еще раз, два… три… Так-так-так, эту я, кажется, помню!

 Я не мастер по взлому печатей, так что пальцы дымились, а я морщилась от боли.

– У тебя в семье знали толк в готовке, – прошипела я, пытаясь подобрать комбинацию к печати.

– Ты еще мамин суп не ела… Кстати, а где суп? – спросил муж.

– А су-у-упа я съе-е-ела! – послышался жалобный голос.

– Какая же ты молодечик! – вздохнул муж, пока я мучилась с последней печатью.

– Он сказал, что па-а-апа не приде-е-ет! – послышался гнусавый голос. – И я его съе-е-ела!

– Молодец, супчик нужно кушать! И желательно с хлебушком! – послышался голос мужа. – Как хорошо, что я читал книгу «Как стать чудесным отцом, уделяя ребенку пять минут в день»! Что бы я делал без этой книги!

– После того, как съела су-у-упка мне гру-у-устно и одино-о-око! Поэтому па-а-апу я то-о-оже съем, чтобы он был со мно-о-ой! – послышался вздох.

– Есть, – выдохнула я, тряся двумя руками.  Не дожидаясь сигнала, я открыла двери, как вдруг  закрыла их. Там, за дверью, стоял … любовник. Он был при полном параде! В нарядной юбке и с букетом неприятностей в виде топора.

– Там наш любовник, – выдохнула я, подпирая двери собой.

– А тут мой Пу-у-удинг! – передразнил муж, подходя ближе. – Я считаю, что она уже достаточно выросла! Поэтому…

– Ты что творишь! – дернулась я, пытаясь перегородить ему дорогу.

Меня дернули в сторону, а удар топора оставил неизгладимый отпечаток от встречи на комоде.

– Сюда! – дернули меня, а дверь с грохотом закрылась.  Мы очутились в темном и мрачном коридоре.

Темная магия опутывала старинную дверь, прорастая мрачными проклятиями на голову тому, кто решит ее открыть.

– Дорогая Пудинг! – послышался насмешливый голос мужа, когда я переводила дух. – Я считаю, что ты достаточно выросла, чтобы выйти замуж! Жениха я тебе уже подобрал! На какой помойке – не спрашивай.  И никаких мне тут слез, соплей, истерик! Я решил, что ты выходишь замуж, значит, так тому и быть!

Я все еще приходила  в себя, пытаясь наскоро исцелить обожжённые магией пальцы. Никогда мне не давались эти замки!

– Если тебе будет так легче, то папа проиграл тебя в карты! – крикнул муж, поднимая меня и прижимая к себе. – У папы было три козырных туза, а у него две семерки, три вальта и еще какая-то шушера! Так что тут ничего не поделаешь! Совет вам да любовь!

Мы осторожно шли по мрачному коридору. Изредка, через одну, на стенах зажигались пыльные, покрытой паутиной, магические лампы.

– Как быстро растут дети! – вздыхал муж. – Вот еще недавно сидела на тарелочке, а теперь уже…

– И не говори, – усмехнулась я.

– Дай руку сюда! – муж взял меня за запястье, поднося руку к губам. Он что-то шептал, а из его губ вырывался черный дымок заклинания.

– Все, готово, – выдохнул он. Его глаза чуть светились в темноте. – Проверяй лапку…

Он сказал это с такой нежностью, что я улыбнулась. В этот момент мне хотелось зарыться носом в его сюртук и подумать о том, что как хорошо, что мы все-таки встретились…

Глава семнадцатая. Кто в доме хозяин?

– Поместье построено на месте замка, – заметил муж, светя заклинанием. – А замок на месте другого замка… Мы просто скромные. И решили не выделяться.

– Скажи проще! У вас просто  рассыпались башни!– усмехнулась я, опасливо глядя по сторонам. – Не смотри на меня так! У нас просто тоже раньше был… замок! Но дядюшка Арнеберт посчитал стоимость ремонта старых башен и решил, что проще и дешевле их снести!

Мы поднимались по полуразрушенной лестнице, ведущей наверх. Давненько по этой лестнице никто не ходил. Мы прожигали паутину магией, чтобы разглядеть, сколько ступенек еще осталось.

– Ура! Мы – молодец, – усмехнулся муж, когда мы вывалились в коридор из неприметной двери.

В доме царила подозрительная тишина. Портреты хором осуждали нас. Ваза с вечными цветами стояла в холле. И главное – никаких следов погрома.

– Что-то мне это не очень нравится, – заметил муж. – Давай осторожней.

Он сам взял меня за руку, сплетая пальцы, а я попыталась вырвать руку из его руки.

– Послушай, – шепотом произнесла я, оглядываясь по сторонам. – Она хочет убить нас одновременно, не так ли?

Я смотрела в глаза мужу, а он не понимал, к чему я клоню.

– Вот, – нервно закусила я губу. – И когда ты берешь меня за руку, ты немного упрощаешь его задачу… Так хотя бы у тебя есть шансы выжить…  А так…

 Я посмотрела на сплетение наших рук.

– Так нет, – вздохнула я.

– Я что? Не могу держать за руку собственную жену? – послышался насмешливый голос. – Это мой дом. И мы здесь хозяева! Так что прекрати! Нас двое, она одна! Поняла меня? А ну! Посмотри в глаза? Поняла? Вот и все.

Поджав губы, я смотрела на наши руки и улыбалась. Мне показалось, что у меня даже проступили слезы.

– Накричал? Да? – выдохнул муж, обнимая меня. – Грубовато получилось, согласен. Я все время забываю, что ты та маленькая девочка с идиотским бантиком на лысой голове.

– Ты и бантик помнишь? – изумилась я, вспоминая этот уродливый магический бант, прикрывающий остатки сгоревших  волос.

– Я все помню. Помню, во что ты была одета, – вздохнул муж. – Как повернулась, как нахмурилась. Как будучи лосем перевернула подсвечник и затоптала половину слуг! Мне кажется, она не на тех напала! Вряд ли она знает, как мы с тобой разнесли оранжерею Цирцеи. Так что давай покажем ей, кто в доме хозяева?

Сплетение наших рук поднялось вверх. Муж поцеловал его.

– Так, ты поцеловал свою руку! – возмутилась я, видя его гадкую улыбку. – Какая же ты все-таки гадость, Эльсифер! Как был гадким мальчишкой, так им и остался!

– А ты что? Думала, что я поменяюсь? – послышался снисходительный голос. – Так! Кто мы?

– Хозяева! – твердо ответила я.

– Чего мы хотим?

– Спокойно жить! – твердо ответила я.

– Что для этого нужно сделать? – послышался голос мужа.

– Истребить эту тварь! – процедила я, усмехаясь. Угораздило же меня! Была в нем удивительная черта. Даже когда все вокруг мрачно, он умудрялся улыбаться. Я часто вспоминала его улыбку, когда наступали мрачные времена. Злилась, но брала пример.

– Поэтому мы идем по-хозяйски! С гордо поднятой головой! – произнес муж. Ему показалось мало сплетения пальцев, и он взял меня под руку. – Итак, гордым хозяйским шагом…

Мы сделали несколько очень осторожных шагов, проверяя, нет ли какой ловушки. По-хозяйски прижимаясь к стене и ползя вдоль нее, мы двигались по коридору.

– Куда мы идем? – спросила я шепотом.

– В библиотеку, – послышался ответ.

Мы очень по-хозяйски вздрагивали от каждого шороха, готовясь в любой момент отразить нападение. Но было подозрительно тихо.

– А она не могла подумать, что мы действительно погибли и уйти со спокойной совестью? – спросила я, глядя на вазы с цветами.

– Могла, – заметил муж. – Но не подумала. А знаешь почему? Потому, что это – не призрак. Что похоже на призрака, но при этом не призрак?

– Проклятие, – изумленно прошептала я, медленно выдыхая. – Пока не уничтожит, не успокоится!

Проклятие было похоже на призрака, поэтому многие знатные семьи до конца были уверены, что их терроризирует кровожадное привидение. А на деле выяснялось, что это просто древнее проклятие. Мне стало обидно, что я  сама до этого не додумалась.

 Все вокруг выглядело красиво, как на картинках в модном журнале «Старинные поместья».

– Так, под люстрами не ходим! В центр комнаты не выходим! Гляди, что с ковром!  – послышался голос мужа.

И правда, под ковром что-то едва заметно светилось. Разрывающая ловушка!

Вдруг я почувствовала, что меня хватают за шею холодные руки с кружевными манжетами.  На одной из них сверкнул перстень со змеиным камнем.

– Ап! – выдала я, пытаясь свободной рукой освободиться.

– Так, уважаемый прапрапрадедушка! Отпустите мою жену, – гадко заметил муж, разжимая пальцы. – У вас была своя жена, вот ее и душите! Кто виноват, что вы ее зарубили топором? Ваши трудности!

– Я поправил ей воротничок! – послышался сиплый голос.

– Это что за? – обернулась я, видя чинного старикана, который смотрел куда-то вверх, скрестив руки со знакомыми манжетами на груди. Перстень сверкнул в свете магических светильников.

– А ты еще не хотела браться за руки, – усмехнулся муж.

Мы стояли среди портретов. А они все, как по команде ожили, глядя на нас зловещими взглядами.

– Главное – не попадайся бабушке, – послышался голос мужа.

– А что тогда? – нервничала я, посылая огненные заклинания направо и налево. Но портреты были неуязвимыми ни для стихий, ни для черной магии. Видимо, их пропитывали защитными чарами много поколений!

– А где эта бабушка? – ужасалась я, пригибаясь от тянущихся ко мне рук.

– И вам здрасте! – усмехался муж, отбиваясь от рук. – Нет, в долг не дам! У самих нет! Стакан воды? Увы, магический водопровод отключили за неуплату! Я бы тоже рад был тебя обнять, но потом!

Мы добежали почти до конца.

– Сзади! – взвизгнула я, видя страшную старуху, которая тянула костлявые руки в сторону мужа.

Лицо ее искривилось и выглядело ужасно. Костлявые руки напоминали руки самой смерти.

И тут они замерли возле шеи мужа и … поправили ему воротничок. Костлявый палец обслюнявился и стал стирать с щеки мужа грязь.

Я смотрела на это с открытым ртом.

Кое-как муж отбился, а я пыталась проползти под портретом, как вдруг до меня дотянулись. Мое платье чистили, отряхивали. Волосы на голове приглаживали, а потом растирали мне подбородок пальцем.

Под конец мы с мужем посмотрели друг на друга. Он тряхнул волосами, снова рассыпая их по плечам.

– Я же тебя предупреждал, – усмехнулся муж, пока я пыталась сопоставить жуткую внешность и ледяные пальцы с «воротничком».

– Мистер и Миссис Фу! – послышался раздосадованный голос домомучительницы. – Как вам не стыдно! Вы еще живы! Фу такими быть!

– Как вам не стыдно? Вы еще здесь? – усмехнулся муж.

– Фу такой быть! – процедила я. – Кстати…

Я принюхалась.

– Фу-у-у!

В доме стоял запах гари. Откуда-то повалил черный едкий дым.

– П-п-пожар, – выдохнула я, а колени прогнулись. – Это п-п-пожар…

Панический страх охватил меня, заставив замереть. Мне кажется, я никогда больше не пошевелюсь. Знакомый запах гари, от которого першило в горле заставил меня оцепенеть.

– Понятно! – послышался голос мужа. Он закинул меня на плечо. А я видела, как коридор наполнялся этим самым страшным дымом. Он валил черными клубами, сжимая горло спазмом.

– Так, не сюда! – слышался голос мужа, пока я пыталась взять себя в руки и переставать паниковать.

– Эта тварь закрыла все двери! – слышала я сквозь ужас голос. – О! Открыто! Здесь есть ход в стене! Попробуем его!

Мы влетели  на кухню.

– Ыыыыы… ыыыыы…. – слышался вой. Прямо посреди пожара стояла няня, миссис Хотьбыхны. Она трясла сковородкой, разбрасывая по полу еду. Вокруг нее горели занавески и обои.

– Ы? – вежливо предложили нам шипящую сковородку. Видимо, вид у нас был очень голодный!

На сковороде лежала половина ботинка. Вместе с грязной подошвой! Все это было полито соусом и замариновано с гвоздями. В качестве гарнира нам предложили яичницу со скорлупой и мелко пошинкованным носком.

На горящем разделочном столе стоял топор и вторая половина ботинка.

– Моя ж ты хозяюшка! Еще и экономная! Половину ботинка на ужин, половинку на завтрак! – усмехнулся муж, шаря руками по стене. – Я же говорил тебе – не женщина,  а сокровище!

– Прямо закопать хочется! Я тебе тоже половинку ботинка приготовлю! – выдыхала я, успокаивая, что в любой момент смогу поставить водный купол.

– О, нет! Ее рецепт ты вряд ли повторишь! Есть в нем изюминка. Видела распотрошённый пакет с изюмом? – заметил муж, пытаясь что-то найти руками на стене.

Я тушила пламя заклинанием воды. И мне удалось вытеснить пламя из кухни. Мокрая Миссис Хотьбыхны посмотрела на полную воды сковороду и что-то промычала, а потом опрокинула ее в кастрюлю и стала помешивать.

Она что-то пела на своем, потустороннем.

– Убаюкивающе? Не так ли? – заметил муж, проверяя пальцами каждый кирпич. – Так и хочется убаюкнуть ее навсегда прицельным ударом!

Вода заливала огонь, брызгая во все стороны.

– Где он? – цедил муж, пока я сплевывала мокрые волосы. – В детстве был! Куда он сейчас делся?

– А ты ниже не пробовал посмотреть? В детстве ты был маленьким! – крикнула я, глядя на два метра харизмы и черного обаяния.

Муж согнулся и стал шарить руками, как вдруг стена с хрустом стала раздвигаться. Вниз вела старая, заросшая паутиной лестница.

– Там есть проход в библиотеку!  – послышался голос. Я поспешила, видя закрывающуюся дверь.

Мне удалось протиснуться. Магический свет освещал путь. Как вдруг я почувствовала, как юбка за что-то зацепилась. Я дернулась, едва не упав прямо на лестницу. А потом вынула руку из руки мужа, наклонилась и…

В этот момент откуда-то сверху упала горящая балка.

– Ах! – отшатнулась я, видя разлом в ступенях и стену пламени, разделяющую нас пополам.

– Прыгай! – послышался крик, пока я стояла и с ужасом смотрела на огонь. Я пыталась погасить его водой, но оно рождалось где-то внизу, куда не долетала вода.

– Так, возьми себя в руки! – выдохнула я, обрывая юбку и сбрасывая ее с себя. – Просто прыгни! Просто зажмурься и прыгай!

– Сейчас-сейчас-сейчас! – задыхалась я, понимая, что не смогу.

– Прыгай! –орали мне по ту сторону.

Я стиснула зубы, сжала кулаки и посмотрела куда-то наверх, где пламя лизало неровный потолок. Оттуда что-то срывалось. И человек, смыслящий в архитектуре, точно назвал бы, чем его  пытается накрыть. Но я в архитектуре не смыслила. Поэтому мне было все равно, что это за горящие головешки летят прямо вниз, рассыпаясь искрами.

– Иииии! – издала я боевой клич всех трусих и прыгнула.

– Только бы поймал! Только бы поймал! – вертелось в голове.

Бэмс!

В момент приземления, я поняла. Лучше бы не ловил! Нос, видимо, не то, что нужно образцовой супруге. Да и зачем он ей? Это только незамужним кокеткам он нужен, чтобы пудрить его и морщить его от непристойных предложений! После брака нос уже не нужен!

– Ай, – всхлипывала я, врезавшись в грудь мужа.

– Я потом тебя в него поцелую! – послышался голос. – Давай, шевели чакрами! Нам еще спускаться, а потом подниматься.

Старинная дверь с древними символами на забытых языках сразу намекнула, что ведет в библиотеку.

– Однозначно – это библиотека, – авторитетно заметил супруг,  рассматривая символы.

– Абсолютно точно! – я тоже прищурилась на символы, делая вид, что я их понимаю. – Не знала, что вы так углублялись в древние языки!

– Я даже не подозревал про то, что вы их изучали! – согласился муж.

Мы сделали вид, что наши познания куда глубже, чем мы думали и толкнули дверь в библиотеку.  Если бы не серебристая книжка, нарисованная прямо на двери, мы бы вряд ли вычислили ее среди других дверей.

– Как приятно казаться знатоком древних наречий, – вздохнул муж, толкая заросшую паутиной дверь.

– Ты себе не представляешь насколько! – усмехнулась я.

С ужасающим скрипом, похожим на визг благочестивой леди, увидевшей за шторкой душа ухмыляющегося маньяка, дверь открылась. И мы очутились среди огромных стеллажей.

– Летопись семьи! – приказал муж, выставив вперед руку.  Я знала это заклинание. Точно таким же пользовалась я, когда искала нужный том в библиотеке дяди.

С полок сорвались десятки книг, сбивая нас с ног и засыпая почти с головой. Они все еще летели, летели, пока я пыталась прийти в себя, получив корешком по лбу.

– Я и забыл, что у меня очень древний род! – стонал муж, откапываясь из книжной берлоги. – В следующий раз напомни мне уточнять том!

– Мистер и Миссис Фу! – послышался голос домомучительницы. – Вы где? Я слышала вас в библиотеке!

– Ага, – заметил муж, пока мы сидели под старинным столом, подгребая к себе магией все разбросанные книги.

– Мистер и Миссис Фу! Не вежливо не отзываться, когда вас зовут! – строго произнесла домомучительница.

– О, смотри! Чье-то завещание! – заметил муж, вытаскивая старинную желтую бумагу с магической печатью. – Так-так-так! Что тут завещают? Тому, кто найдет это завещание!

 Если честно, то даже я навострила уши, наскоро пролистывая фамильные летописи.

– Я … зарыл…  свой талант в землю! – прочитал муж, комкая бумагу. – В семье не без банкрота!  Ладно, нашла что-нибудь?

 Он сунулся в мою книгу.

– Что-нибудь нашла! – ответила я. – Тут на каждой странице проклятие! Погоди! Одну минутку! Дядя, когда искал что-то, использовал это заклинание…

 Я прошептала магическую формулу, как вдруг в каждой книге засветились страницы: «Проклятье! Проклятье! Проклятье!».

На каждой странице каждого тома это слово встречалось как минимум раз десять! На ком-то из родственников лежало сразу по десять семейных проклятий! Половина из которых не снимаемые. Другая половина – сулящие страшную моментальную смерть!

– Ой! – ужаснулась я, поглядывая на мужа так, словно он сейчас вдохнет и не выдохнет.

– Да ладно тебе! У нас уже иммунитет к большинству из них, – зевнул муж, листая книгу. – Ничего! Чисто!

– И у меня чисто, – вздохнула я, откладывая старинную книгу. – Погоди, а если они не знали, что это – проклятие? Может, они тоже думали, что это призрак или заклинание?  Должен же хоть кто-нибудь об этом знать?

Я уткнулась в очередную книгу. Имена и проклятия сливались воедино. Сотни имен, сотни злодеяний, за которые проклинали целыми семьями. Темные чародеи, мучители, гнобители, сотни раз пытающиеся завоевать мир!

– Ууууу! – послышался скрипучий голос и лязганье цепями.  Из стеллажа появился Терентиус. Он то ли пропел, то ли прохрипел. – Парней так много холостых! А я люблю в бондажике! Кхе-кхе!

– Пошел вон, – отмахнулись мы, листая очередные тома в надежде, что чья-то совесть упомянула хоть что-то похожее. Но летописи молчали. Мы углублялись в века, но и там была тишина.

– Что значит, пошел вон?  Итак, пряники! Кнут вас везде ищет! – витал рядом Терентиус, рассматривая наши ссадины и царапины.

– Отвали! – дернул плечом муж, отбрасывая книгу.

– Пожалуйста, не мешайте! – попросила я, вежливо улыбнувшись. – Нам надо кое-что найти!

– А знали ли вы, что пряник – намного страшнее, чем кнут? – послышался раздражающий скрипучий голос. – Одна родственница забила всю семью черствым пряником! Кровь была даже на потолке!

– Прекрати, – прорычал муж. – Не видишь, делом заняты!

– Вот так всегда! И поговорить не с кем! – обиделся Терентиус. – Игнорируют меня тут! Нет для призрака ничего худшего, чем игнорирование! То, что я умер – это еще не повод смотреть сквозь меня!

– Может, мы не там ищем? – встревожилась я. – Может пораньше надо посмотреть? Вдруг это недавно было?

– Погоди! – замер муж. Он посмотрел на меня, а потом сощурил глаза. – Ищи мать и отца!

– Хочешь, я буду твоим отцом? Я тебя такому научу! – гаденько потер ручки Терентиус, – Девушки визжать будут от восторга!

– Потом, потом! – отмахнулись мы, доставая свежий том. – Так… Вот они!

Мы уставились в дневник семьи. Из скудных сведений мы выяснили, дату свадьбы, дату рождения Эльсифера.

– Вот! Смотри! Последняя запись! – обрадовалась я. – «Мы решили, что больше не будем ругаться.  Ребенок должен расти в идеальной семье! С этого дня все будет по-другому! Муж сомневался, но я твердо уверена, что это именно то, что нам нужно!».

– Они все время ругались, – припоминал муж. – Сколько себя помню! А потом … потом мать с отцом подошли ко мне и сказали, что с этого момента они будут вести себя по другому. А через два дня, кажется, меня забрала Цирцея.

– Милый мои? Куда же вы подевались? Я пошутила! Я больше не буду пытаться вас убить! Мы с вами сядем, выпьем чаю! Я уже чай сделала! С тортиком! – слышался задушевный голос домомучительницы, разыскивающий нас по дому. – Я даже пожар потушу! Выходите! Не бойтесь!

– Слушай, а почему здесь нет пожара? – спросила я, оглядывая мирно пылящиеся книги.

– Наверное, дело в заклинании! Все библиотеки пропитываются противопожарными заклинаниями. Которые обновляются раз в сто лет! – негромко заметил муж, глядя на портрет матери и отца.

– Тогда еще один вопрос! А почему она не может нас найти? – спросила я, слыша голос за дверью библиотеки.

– Вот этого я точно сказать не могу! Может, здесь слишком много магии, поэтому она не может нас вычислить?– предположил муж, хмуро глядя на семейные портреты.

– Да, но она нас должна слышать! – прошептала я. – А она нас не слышит! Прямо как в шкафу!

– Шкаф был под чарами, – вздохнул муж, захлопывая книгу.

– Да, но они за годы почти полностью испарились! Слабенькие – слабенькие, – заметила я. – Ничего не понимаю.

– О! Я вас нашла! Вижу-вижу! – послышался голос домомучительницы в коридоре. Я вздрогнула. – О, что вы тут творите!

– Кого она могла найти? – ужаснулась я. – В коридоре?

– Вы почему не умираете? – доносились до меня загадочные звуки. – Я тут значит стараюсь! А вы ни капельки не цените моих усилий! Неблагодарные!

В коридоре послышалась возня.

– Так! Тут только миссис Фу! А где мистер Фу? Он вас бросил? – послышался голос домомучительницы. – Сейчас я его найду! Мистер Фу! Кто вам разрешал бросать вашу жену с лестницы!

– Смотри! – ткнул мне муж. – Тут упоминание колдовской книги! И год стоит! Это год, когда жил величайший чародей! Кстати, мой предок!  У него было тысячи имен!

– Кто это? – спросила я, пытаясь припомнить всех Величайших Чародеев.

– Ты что? Не знаешь? О… – рылся муж в книгах. – В нашем роду был тот самый… Правда, никто точно не может сказать, кто это был! Ни настоящего имени, ни даты рождения… Ничего! Но в тот момент жили десятки сильных магов. Поэтому придется спрашивать у родственников!

Настала моя очередь обалдевать.

– Знаешь, я столько про него читал. И про то, как магический совет вставал при виде него! – рылся муж. –  Еще бы! Бежать сидя не так удобно! Говорят, однажды он собрал весь магический совет, закрыл двери, поставил сотню заклинаний, чтобы они не выбрались, и зверски пытал их две недели подряд!

– Не может быть! – ужаснулась я.

– Еще бы! У него научный труд был на тысячу листов! И он читал медленно, вдумчиво! – зловещим голосом заметил муж, перерывая книги. – И если кто-то отвлекался…

– Он убивал их? – спросила я, глядя на профиль мужа.

– Хуже, – прошептал муж. Он поднял на меня глаза. – Он начинал сначала!

– Да что уж может быть хуже! Тысячу листов сначала!– по коже пробежали мурашки. Страшный человек!

– Нет, после такого, разумеется, были выжившие! В основном из ума! – произнес муж. – Но вот в чем беда. Он вычеркнул отовсюду свое настоящее имя!  А потом пришли боевые маги! Их было столько, сколько не собиралось никогда!

– Он пробовал их одолеть? – шепотом спросила я, откладывая книгу.

– Сначала одолел! – послышался гадкий скрипучий голос призрака. – А потом попробовал! Всех попробовал!