Читать книгу "Фу такими быть! Или Мистер и Миссис Фу"

Глава тринадцатая. Тайный подыхатель

– Нет, я решительно настаиваю на еще одном ребенке! – заметила домомучительница. – К тому же, если ребенок будет плакать, я решила, что буду принимать меры! Вы должны быть идеальными родителями! Все в этом доме должно быть идеально!

Если честно, то ее слова меня настораживали! Какие же меры она собралась принимать?

Рядом с одной колыбелькой появилась еще одна. Мне было страшно к ней подходить. Но я сделала решительный шаг, заглянув в нее. В ней лежал мужичок с клинообразной бородкой и тараканьими усиками. Он был абсолютно лыс и напрочь лишен носа.

– Это в прапрадедушку, – заметил муж, зевая. – Он заклинанием случайно отшиб себе нос. Ну что, сморкастик?

– Это тоже девочка? – спросила я, рассматривая тело в пеленках.

– Да! Они близняшки! Я и так стараюсь, чтобы у вас было меньше проблем! С девочками всегда меньше проблем! – умилилась домомучительница. – Правда, она милая?

И тут «девочка» зевнула. У нее были острые клыки, как у волка.

– Когда спит зубами к стенке! – заметил муж. – Не припоминаю, чтобы у меня был оборотень в роду…  Хотя… Погодите… Был! Я ошибся! Был! Прапрапрадед  всю жизнь охотился на оборотней!

– Неужели? – удивилась я.

– В надежде, что он его укусит, – заметил муж. «Аууууу!», – донеслось протяжное из колыбели.

– Поздравляю, мама! Ты ему палец в рот не клади! – заметил муж и похлопал меня по плечу. Он направился к двери.

– Стой! Ты куда? – ужаснулась я, глядя на две колыбели. Я и с одним с трудом справляюсь, а тут целых двое!

Но дверь захлопнулась.

– Предатель, – сквозь зубы процедила я, качая сразу две люльки.  «Ушел, значит! Бросил меня с двумя детьми! Ушел спать в другую комнату!», – скрипела зубами я.

Обида росла с каждой секундой.

– Вот и доверяй после этого мужчинам! – шипела я, пытаясь заклинанием убрать кучку.

– Одному нужно спеть колыбельную, другому рассказать сказку! – поучала меня домомучительница. – Что вы так смотрите, миссис Фу? Представьте, что вы родили сразу двоих детей!

Дверь открылась, а на пороге появился муж.

– Ути кто у нас тут папе чуть полпальца не отгрыз? – склонился он над колыбелькой.

– Вот! Берите пример с мистера Фу! Он – идеальный отец!  А вы – отвратительная мать!

– Отвлеки ее пока, – послышался едва слышный шепот мне на ухо. Я бросила взгляд на мужа, продолжая магией трясти люльки.

Он исчез за дверью, а я не знала, как унять эти крики.

– Вы что? Не видите, что один ребенок хочет сказку, а второй колыбельную? – удивилась домомучительница, пока я пыталась отыскать книгу сказок.

– А можно я в туалет схожу? – спросила я, глядя на дверь.

– Вы что? С ума сошли? Идеальная мать не должна ходить в туалет! – возмутилась домомучительница. – А вдруг с ребенком что-то случится?

– И что? Мне терпеть до его совершеннолетия? – возмутилась я, срочно требуя отпуск.

Дверь открылась, и в комнату вошло чудовище. Я дернулась, округляя глаза. Это было что-то похожее на зомби. На нем было задом наперед надето женское платье.

– Эуыр… – выдало зомби, и направилось ко мне подволакивая ногу. Три волосины были кокетливо уложены в «прическу», на ногах были разные туфли, причем, обе левые…

– Это что такое? – ужаснулась я, видя, как чудовище приближается ко мне с протяжным постаныванием. Голова завалилась на бок, а выставленные вперед руки шарили впереди себя.

– Это – наша няня! – послышался голос мужа. Он стоял, опираясь на дверной косяк с закатанными рукавами рубашки.

– Кто молодец? Ну, разумеется, я. Ее зовут Миссис Хотьбыхны!  – усмехнулся муж, пока Миссис Хотьбыхны пыталась со зловещим рычанием нащупать колыбельную.

– У нее отличные рекомендации по уходу за детьми! – заметил Мистер Фу, пока я не верила своим глазам. – Еще никто не жаловался! Разговаривает с детьми на понятном языке. Это раз!  Развивает у детей умение быстро бегать! Это два. Третье тренирует вокальные данные!  Это три! Мало ли, вдруг у нас тут будущий великий певец? Или певица?

– Ты создал няню – зомби? – удивилась я, видя, как няня цепляется за кроватки.

– Нет, пришел добрый волшебник, взял добрую лопату и изувечил семейный склеп! – гаденько заметил муж, стряхивая с себя комья земли. –  Считай, что все родственники в сборе! Прапрадед по материнской линии так мечтал обнять прапраправнуков! Жаль, что от него пригодной оказалась только нога!

Теперь я присмотрелась и увидела, что одна нога у нянюшки была мужской, а вторая женской.

– О, мистер Фу! – послышался странный голос домомучительницы. – Вы такой заботливый муж! Просто идеал! Позаботились о том, чтобы ваша супруга побольше отдыхала! Нет, вы меня поражаете с каждым разом!

Я знала, что у женщины есть несколько голосов. Один – обычный, которым она разговаривает со всеми. И второй с придыханием – предназначенный только для красивых мужчин: «Ой, мой лапусик!». Так вот, голос был похож на второй.

– У-у-улять! У-у-улять! – сипела няня, вытаскивая две колыбельки из комнаты.

Вот именно! У-у-улять!

– … дем у-у-улять! – ревела она, волоча детей в сторону коридора.

– Папа будет очень по вам скучать! Так, осталось все убрать! Мальчики налево, девочки направо! А потом распихаем, куда что влезет! – махнул рукой муж. Он усмехнулся, развернулся и вышел из комнаты.

Я стояла в изумлении. Он обо мне позаботился?

– Нужно сказать спасибо! – твердила я, поливая водой коленку. – Но так, чтобы он не подумал, что …

Я покраснела, плеснув водой на зеркало.

– Кхе-кхе! Уважаемый Эльсифер! Я благодарю вас за то, что вы для меня сделали! Нет, не так! Нужно как-то по-другому! Спасибо! Ты настоящий друг! Ну… Это уже куда ближе…  Ладно, скажу проще: «Благодарствую, буду должна!». О! Отличный вариант!

Закутавшись в полотенце, я вышла в комнату, как вдруг увидела незнакомого красивого мужчину. Он был одет в белую рубаху на мускулистый торс. На ногах у него были черные, обтягивающие штаны, заправленные в сапоги. Мужик стоял и смотрел на меня не мигая. На его лице застыла улыбка блаженного идиота.

– Та-а-ак, – подозрительно протянула я, готовя заклинание. – Здрасте, а вы кто такой?

– Как кто?! – послышался недовольный голос домомучительницы. – Это – ваш обожатель!  Я считаю, что ваши отношения  с супругом стали угасать! Они уже начали терять пикантную новизну!  И единственный способ вернуть былое – это заставить мужа ревновать!

 «Любовник» посмотрел на меня немигающим взглядом сначала одного глаза, а следом подтянулся второй. Я чуть не отложила годовую норму кирпичей, когда он снова оскалился в «плотоядной» ухмылке.

В руках у него появился букет цветов, напоминающих веник, которым подмели половину дома.

– Я не собираюсь изменять мужу! – громко заявила я, смерив взглядом картонного героя. – Я – верная жена! А как же идеальный брак? В идеальном браке никто никому не изменяет! Заканчивайте свои глупости!

– А может, вы просто стесняетесь? – послышался голос домомучительницы. –   Ну должен же быть у мужа повод для ревности? Тем более, что я внесла в распорядок дня «сцены ревности». Строго с трех до четырех десяти! По четным дням с битьем посуды. По нечетным с собиранием вещей.

– Я не собираюсь изменять мужу! – повторила я, со вздохом глядя на двухметровый «повод». – И закатывать сцены ревности я тоже не собираюсь! Никто в отношениях насильно не держит!

 Я была уверена, что это была какая-то проверка. «Любовник» не двигался с места, лишь зазывно улыбаясь. Судя по его улыбке, он был уверен, что как только я его увижу, то тут же брошу снимать с себя платье и всю ответственность за дальнейшее времяпровождение.

– Вы совершенно правы! Но ревность должна быть! – согласилась домомучительница. – Идеальный брак – это брак, который прошел через искушения и соблазны!

– Пусть держит свое искушение при себе, а соблазн в штанах, –  рассмеялась я, вытирая волосы вторым полотенцем.

– О, вы не знаете, от чего отказываетесь! – заявила домомучительница.  – Мужчина по природе своей – завоеватель! И как только он завоюет женщину, он быстро теряет к ней интерес! Остывает! Вы ведь не хотите, чтобы ваш муж остыл?

– Не хочу, – ответила я. – Похороны нынче недешевое удовольствие!

– Ах, вы еще так неопытны! Поверьте, если иногда давать мужу повод для ревности, это только распаляет его интерес к вам! – заметила домомучительница.  – Вы мне еще спасибо скажете!

Соблазнитель резко дернул вперед нижней частью тела, словно ему прилетело в спину. Он улыбнулся  и зазывно поиграл бровями. Его правый глаз стал мне отчаянно подмигивать. Со стороны это было похоже на нервный тик.

– Ну как? Чувствуете … влечение? – послышался подозрительный голос домомучительницы.

– Да, чувствую! К креслу! – заметила я, усаживаясь в кресло. Мимо меня, изогнувшись так, словно его бьют коленом в спину прошел «любовник».

– А так? – донесся подозрительный голос домомучительницы.

Герой сразу всех романов вместе взятых стал рвать на себе рубашку, обнажая мускулистую и загорелую грудь. При этом он еще урчал, словно пытаясь показать, что внутри него живет страстный зверь.

– Не впечатляет, – вздохнула я, чувствуя, как нарастает тревога. Что-то здесь явно не так!

– Странно, – послышался озадаченный голос домомучительницы. – Обычно все сдавались примерно на этом этапе! А если так!

В этот момент мужик начал раздеваться. Он соблазнительно смотрел на меня одним глазом, пока его руки добрались до пуговицы на штанах. Веник был отброшен в сторону, а герой водил плечами так, словно разминается перед дракой.

– Ну доставай! Не стесняйся, – усмехнулась я, беря книгу. Неужели на это кто-то повелся?

– Опа! – как бы выкрикнул герой, когда его штаны упали на пол. Он смотрел на меня с торжеством победителя. Я же не находила в победе над тремя пуговицами ничего героического.

Скажем так, будь я приличной девушкой, я бы завизжала, упала в обморок, а потом промыла бы глаза с мылом. Но я была магом, к которому под покровом ночи часто стучатся таинственные незнакомцы.

Очередной господин Строго Конфиденциально обычно протискивался в дом, скрывая свое лицо под плащом.  Боясь быть раскрытым и рассекреченным, он сразу начинал с тонких намеков.

– Мой садовник перестал засаживать влажные грядки!  Мой дворецкий перестал открывать развратные двери! Мой фамильный призрак больше не ходит по ночам туда-сюда по коридорам страсти! – слышалось из-под капюшона. – Мой меч может только отшлепать противника! Мой корабль не смог войти в порт сладострастия!

«Мой жезл упал перед сокровищницей наслаждения…», «Мой домашний удав умер возле своей уютной норы!», – эти голоса раздавались в моей памяти, вызывая сочувствие.

– Сделайте же что – нибудь! – завершались жалобы пациентов, подозревающих у себя сглаз, проклятие или порчу.

Еще вчера он был шустрым и общительным, а сегодня лег и умер. Еще вчера он имел твердость убеждений, а сегодня стал каким-то мягким и сентиментальным. Еще вчера им можно было забивать гвозди, а сегодня только связывать мешки! И все это ужасно грустно, но за посильную помощь готовы были платить золотом!

– Мужчина, подходите, не стесняйтесь! Я не на выставке! Долго рассматривать не буду! Замерзнуть не успеет, – с усмешкой начала  я.

На лице «любовника» было столько радости, словно это случилось в его жизни впервые. И он обведет этот день в календаре красными чернилами.

У меня уже была проверенная схема, обеспечивающая мне львиную долю моего дохода.

– Штанишки снимаем! На стол выкладываем, –  торопила я, вспоминая «ночные визиты».  – Смотрите, стол мне не сломайте! Вы мне дверь точно руками открывали? Так, что тут у нас! Я что? Заклинание приближения не сняла? Или наконец-то у меня настоящий мужик на приеме? Ой, а я сидела и думала, что у вас в кармане золота полным полно! А тут прямо целый… слиток! Вы сколько раз в день природу благодарите за такой щедрый дар?  Один? Мало! Нужно каждые пять минут! Если бы я увидела его в темном переулке, то была бы уверена, что мне угрожают! Ну тут проблема на лицо!  Вы просто натерли его сапогом!

Я доставала самую короткую из всех линеек.

– Так, мне что за дядюшкиной метровой бежать? – притворно ужасалась я. – Представляете, я сегодня гадала, и у меня огромная радость! А тут вы со своей радостью! Впервые гадание оказалось верным! Пока что я виду одну проблему! Женщины к вам так и липнут! Поэтому могу порекомендовать зелье уменьшения. Что? Не надо? Ну тогда рассказывайте!

Потом я выбирала зелье.

– Что значит «долго»? – удивлялась я, ища флакончик. – Тут все для маленьких попадается. Так что вам не поможет!

И вуаля! Обычно после этого на стол так и сыпалось золото. А я садилась и дописывала на этикетках дядюшкиных зелий «для больших», сгребая деньги в свой кошелек.

– Вы уже чувствуете прилив страсти? – спросила домомучительница.

– Увы, – заметила я, спокойно беря книгу «100 способов привязать к себе мужчину. Схема узлов прилагается!».

«Любовник» выделывал передо мной такие движения, от которых покраснеет любой маньяк.

– Браво, миссис Фу! – послышался голос домомучительницы. – Вы смогли устоять перед соблазном!

– О, это было невероятно сложно! – заметила я, имея в виду соблазн прикончить.

– Но этого недостаточно! Нужен прецедент! – произнесла домомучительница.

– Какой еще прецедент? – удивилась я, насторожившись.

– Факт измены! – рассмеялась домомучительница. – Ничего вы не понимаете, глупенькая!

– Считайте, факт свершился, – заметила я, осторожно поглядывая на застывшего посреди комнаты «любовника». –Ах, это была незабываемая ночь! Ах, главное, чтобы муж не узнал! Достаточно?

– А муж и не узнает, – послышался голос домомучительницы. – А все потому, что ревнивый любовник считает, что вы должны умереть вместе!

– Что?! – подскочила я, успев вовремя прикрыться книгой от удара ножа.  Нож вошел в книгу, а я перевернулась вместе с креслом.

– Испепелись! – крикнула я, бросая заклинание в сторону «любовника». Он рассыпался грудой пепла, пока я приходила в себя. – Это что за новости?

В этот момент, краем глаза в зеркале я увидела, что кучка снова собирается в силуэт.

– Та-а-ак, – попятилась я в сторону ванной. – Дорогой! Просыпайся! У меня тут любо…

 Я метнула еще одно заклинание испепеления, но оно не подействовало.

– Замри! – крикнула я, выставив вперед руку.

– У меня тут любовник! – закричала я, пробираясь по стенке мимо застывшего любовника к двери. Стоило мне дернуть ее, как вдруг я обнаружила, что она закрыта.

– Рррах!

 Нож вонзился в двери, пригвоздив прядь моих волос.

– Рассыпься! – приказала я, бросая заклинание. «Любовник» распался сверкающими осколками, которые тут же собрались воедино.

– Плохо дело! – сплюнула я волосы, пятясь к окну.

– Отбрось! – крикнула я, выпуская заклинание. Оно отбросило его буквально на метр, а должно было впечатать в дверь. Но мне хватило этого метра, чтобы спрятаться под стол.

– Помогите! Спасите! – крикнула я, проползая под столом. – Запутать!

Сверкающая лента на секунду стреножила нападающего, пока я шустрой гусеницей юркнула под кровать.

– Второй раз заклинание не действует!  – соображала я. – С каждым разом заклинания действуют на него все слабее и слабее!

– Муж!!! – закричала я, видя, как с легкостью сдвигается кровать. – Проснись! У нас любовник!!!

Тишина! Я ползла вслед за кроватью, вспоминая уроки боевой магии.

– Рррах! – рявкнул любовник, переворачивая кровать.

– Разбейся! – крикнула я, прячась в ванную. Заклинание врезалось в грудь «любовнику», но он даже не дернулся. А вот это уже совсем плохо! Впервые вижу, чтобы магия не действовала!

Нож врезался в дверь, которую я подперла заклинаниями. Пока я переводила дух.

– Помогите! Спасите! – кричала я так громко, что меня могли услышать на другом конце мира.  Магический барьер пока держался, но уже начинал поддаваться.

Эта тварь пытается меня убить! Я закусила губу, понимая, что впервые столкнулась с таким противником.

– Миссис Фу! – послышался встревоженный голос домомучительницы.

– Ты задумала меня прикончить?! – рявкнула я, видя, как трясется дверь.

– Ой, что вы говорите такое? – удивилась домомучительница. – Просто я немного переусердствовала!

– Лжешь! – крикнула я, ищая, чем обороняться.

– Я просто хотела вас припугнуть, – послышался встревоженный голос. – Но что-то пошло не так!

– Ложь! – задохнулась я, перебирая флаконы на полке.

– Я даже позвала вашего супруга! – обиделся голос. – Только он просил вам передать, что разрешает вам завести даже гарем!

– Неправда, – выдохнула я, не желая верить в то, что меня бросили на произвол судьбы.

Глава четырнадцатая. Любовник леди Фу!

– Давай умрем вместе! – вращал глазами герой– любовник, размахивая ножом направо и налево.

– Я согласна! Начинай! – дернулась я, выбегая в комнату. Я уже трясла раму, чувствуя, как меня отбрасывает заклинание. На шторе остался росчерк ножа.

– Вы просто ему очень понравились! – слышался голос домомучительницы. – Видите, он сгорает от любви к вам!

Сгорает, говоришь?

Струя огня, выпущенная из моей руки, врезалась в лицо любовнику.

– Любовник– гриль меня не интересует! – процедила я, снова пытаясь выломать собой окно.

Заклинания отскакивали от рамы, заклинания отскакивали от стен, от двери и потолка.

– Он боится, что вы будете ему изменять! – участливо заметила домомучительница. – Любовники они такие! Да!

Люстра обрушилась на голову пылкого поклонника и застряла. Теперь у него на голове была не то корона, не то рога. Вся этак композиция намекала, что он – хороший, замечательный, но не единственный!

Так-так–так! Мне с трудом удалось вспомнить заклинание дядюшки, которое он недавно изобрел и презентовал на ученом совете.

Именно после этого дядюшка решил  ненадолго покинуть столицу.

– Понимаешь, Тильда, я человек очень скромный. Подай мне мой  спектрометр! А эта толпа поклонников? Я уже не так молод, чтобы раздавать автографы направо и налево! И вон ту шкатулку подай!   – спокойно рассказывал он, складывая в чемодан свои книги. – И я тебе уже говорил, что работа любит тишину! Подай мне книги с каминной полки! А это повышенное внимание целиком вредит моим научным трудам! Я не могу сконцентрироваться в таком шуме!

Он потер седые виски, пока  я несла стопку книг.

Дверь нашего дома тряслась и ходила ходуном от заклинаний боевых магов: «Ломайте двери! Именем магического совета! Где магистр Арнеберт?»

– Я всегда учил тебя, что нужно быть скромной! Ведь скромность украшает великих чародеев! – спокойненько продолжал дядюшка, стягивая заклинанием остатки вещей в маленький волшебный саквояж.

– Выходи, ты нам за все ответишь! – вопили на улице, пытаясь разбить нам окна заклинаниями.

– Разумеется, моя дорогая, это происки злопыхателей! Скромность и гениальность – вот секрет успеха, моя дорогая! – продолжал мастер Арнеберт, скидывая свои зелья в саквояж.  –  И никогда не кичиться своими достижениями!

– Как что? Он  наслал смертельное проклятие на половину магического совета на последнем симпозиуме! – рявкнул кто-то под окнами.

– Наглая и гнусная ложь! – возмутился мастер Арнеберт, открывая круг переноса.  – Я еще понимаю, что  можно круглить сорок до пятидесяти! Но назвать рядовой магический совет СИМПОЗИУМОМ?!

Хлоп! И он исчез. Вместе с воспоминаниями.

Я шептала слова, выставив вперед руку. Герой – любовник запутался в шторе, давая мне немного времени!

Послышался взрыв. Меня отмело в стену, а его в шкаф.

– Ох ты ж…. – тряхнула я головой, глядя на свои тлеющие заклинанием пальцы. – И? Подействовало?

 Я сдула волосы с лица, сглатывая и прислонившись спиной к стене.

– Аррр! – послышалось из шкафа. Я что-то перепутала, видимо! Но тоже сойдет! Нож лежал на полу возле прожжённой дыры на ковре. Со стены с грохотом свалился портрет бородатого аристократа.

 Я бросилась к шкафу, опутывая его паутиной заклинаний. Они словно магические замки удерживали двери, ходящие ходуном. Волшебные цепи стягивали шкаф, не давая возможности старой рухляди развалиться на части.

– Ох!!! – выдохнула я, опускаясь в кресло.

– Отлично! Просто превосходно! – послышался довольный голос домомучительницы. – Спрятать любовника в шкаф! Как истинная леди!

– Ррраааф! – яростно бился внутри шкафа огонек надежды на совместное будущее.

Мне хотелось испепелить порождение чужой больной фантазии. Чтобы в альковах страсти он еще и удивился, откуда этот длинный туннель в никуда.

Я растекалась по порванному креслу, осматривая результаты брачных игрищ идиота.

Из шкафа ломилась неприкрытая штанами страсть, любовный напор и молодецкий задор. Гулкими ударами и трубным воем любовник извещал меня, что он больше так не будет!

У моей очень целомудренной шестиюродной тетушки Берты с памятью было все плохо.  Тетушка страдала провалами в памяти, и частенько забывала, куда и что положила. После ее смерти были обнаружены восемь скелетов в магическом шкафу. И одна недоеденная шуба.

Пора брать с нее пример!

– Ты наказан! – усмехнулась я, пытаясь заплести свои волосы в прическу.

Пока другим магессам доставались пухленькие толстосумы с женой и детьми. Мне почему-то перепадали только худенькие поэты, возвышенные и окрыленные настолько, что их сдувало ветром. Они могли восхвалять мою красоту сутки напролет, под окном, изредка бегая метить территорию.

Шкаф ходил ходуном. Страсть требовала выхода. А входная дверь входа!

Она тут же отворилась, словно с нее спало заклинание.

– Ты что так громко? – послышался недовольный голос.

– Я наводила марафет! – ядовито ответила я, отряхивая полотенце от каминной сажи. Шкаф подпрыгнул, словно любовник при виде мужа пытается убежать. Вместе со шкафом.

– Это еще что? – прищурился недовольный и сонный муж, глядя на магические цепи, сковывающие неуемную страсть.

– Не открывай! – вцепилась я в мужа. – Я прошу тебя! Пусть стоит, как стоит!

– Мне уже самому интересно, – заметил супруг.

– О! Какая пикантная сцена! Мистер Фу! Ваша супруга спрятала в шкафу любовника! – послышался голос домомучительницы.

Муж посмотрел на меня странным взглядом:

– Меня больше тревожит, где она его нашла!

– Ну, мистер Фу! У вас очень молодая и красивая жена! Вы только посмотрите! Да за ней очередь строится из кавалеров! – заметила домомучительница. – Вы были недостаточно внимательны к жене, вот у нее завелся любовник! К тому же вы ее бросили в одиночестве!

– Я спал! – процедил муж, сонно растирая глаза.

– Но в другой комнате! Знаете, один муж пошел в туалет, а у женщины тем временем завелся любовник!  – с укором произнесла домомучительница. – Фу таким быть!

– И? Где сцена ревности? Где это битье посуды, ах, дорогая! Как ты могла? Ты изменила мне?! – намекала домомучительница. – Где этот огонь и темперамент! А ну-ка! Мистер Фу! Выйдете и зайдите в комнату, как полагается ревнивому мужу застукавшему жену с любовником!

– Одну минутку! Сейчас! – произнес муж. – Я просто не до конца проснулся! Я все еще в шоке!

– Я так и поняла, мистер Фу! Предательство любимой жены сложно пережить! – горестно воскликнула домомучительница.

– Помни, незаконченное дело, – прошептал муж, удаляясь за дверь.

Значит, призрак с неоконченным делом, да? Я слышала про таких, но столкнулась впервые!  Привидения, у которых осталось незаконченное дело остаются в нашем мире. И пока они или кто-нибудь это дело не закончат, они так и будут бродить призраками, донимая живых.

Мне на мгновенье стало искренне жаль домомучительницу.  Ведь нет никого несчастней беспомощного призрака, потерявшего свой шанс закончить при жизни что-то важное!

– Бум-бум-бум! Открывай! Я знаю, что ты не одна! – послышался страшный голос мужа, от которого я  невольно присела в кресло.

– Нет, дорогой, я совсем одна! С чего ты взял? – кукольным голосом выдала я. – Не входи, я не одета!

– В раздетых проще входить, чем в одетых! – насмешливо произнес муж. – Открывай немедленно! И что это за грохот?

– Это я пудрю носик, чтобы спуститься… эм… к завтраку!

– Не надо, только не выбивай дверь! – снова кукольным голосом произнесла я. – Я здесь точно одна! Точно-точно! Одна!

– Я тебе не верю! – рявкнул муж, вынося дверь.

– Ах, как вы смеете! – возмутилась я, закатывая глаза. – Порочить меня своими подозрениями! Мое честное, доброе, трудновыговариваемое имя! Вы не в себе, сударь!

– Где он! Отвечай! – рычал муж, причем так натурально, что мне стало не по себе.

Шкаф подпрыгивал на месте, грохоча так, что слышно было за много километров.

– Где ты его спрятала?! – ревнивый муж бросился к кровати, которая переехала в дальний угол. – И здесь его нет! Где ты его спрятала? Отвечай!

– О, я не знаю, о ком ты, милый! – кукольным голосом выдала я.

– И под креслом его нет! – рычал муж, переворачивая мебель.

 Интересно, в жизни он такой же ревнивый или нет? Хотя, с чего это меня интересуют такие подробности, ведь я ему все равно не нравлюсь!

– Ты думаешь, он спрятался под креслом? – кукольно спросила я, поджимая полотенце на груди руками.

– Где этот двухметровый, мускулистый жеребец?  За правой ножкой стула его нет! За левой тоже нет!  – бушевал супруг, обрывая шторы. – За шторами его нет!

Шкаф трещал по швам, намекая, где нужно искать «любовника».

– За торшером? Да? – показал рукой муж, грозно нахмурившись. – Значит, ты спрятала его за торшером!

– Нет же, милый! – завопила я. – Я только тебе верна! Тебе одному!  Когда же я успела тебе изменить?

– Когда я моргнул! – произнес муж, гордо вскинув голову. – Я знаю, он бы успел!

Я чуть не прыснула, поражаясь его чувству юмора.

– Нет, кроме тебя здесь никого не было! Не выдумывай, дорогой! – кукольным голосом крикнула я.

– Не смей мне лгать, маленькая лгунья! Я тебя насквозь вижу! На тебе белья нет! – гневно бросил муж, направляясь в ванную.

– О, нет! Только не туда! – дернулась я ему наперерез.

– Ты его там спрятала? – сощурился муж, когда я встала между ним и ванной. – Да? Отвечай!

– Нет, что ты! Просто… Туда нельзя! – по-настоящему возмутилась я.

Муж отодвинул меня, а я сморщилась и закусила губу.

– Это что еще за …. – послышался голос мужа. – Ну и вонь… Твою мать! Она еще ползает!

– Это маска для лица!  – вздохнула я. – Я же говорила, туда ходить не надо!

– Так, в туалете его нет! За туалетом его тоже нет! Ну и шустрый же он! – выдал муж, хлопнув дверью.

Мне казалось, что мы ищем таракана. Шкаф  притих. И это показалось мне странным. До этого он гремел изо всех сил, а тут стоял тихо-тихо.

– Слушай, – дернула я мужа за рукав и глазами показала на шкаф. – Мне это не нравится…

 И тут шкаф дрогнул и развалился на части.

– Ой, ты не говорила, что к нам приехала твоя покойная матушка, – заметил муж, когда из шкафа вывалилось нечто очень элегантное, но с полом не определившееся.

Срам прикрывала пышная юбка, обнажающая стройную волосатую ногу. Чуть выше был голый торс. Но чтобы не замерзнуть, вокруг шее на манер петли обматывалась пушистая зеленая горжетка. Пока два меха – мех на груди и мех на горжетке соревновались в степени пушистости, голову венчала кокетливая шляпка – пирожное. На носке был надет туфель с огромной сверкающей брошью. И венчала весь образ кружевная перчатка на плече.

– Мадам, я вас не знаю, – заметил супруг, пока любовник ковылял к нам с видом грозным и очень решительным. Шел он непосредственно ко мне, как бы намекая, чей он «любовник».

Он всем видом намекал. Я тебя за руку держал? Я за тобой бегал? Я цветы дарил? Где мои отношения?

А потом его взгляд упал на мужа.

– Тебе не кажется, что я показался ему симпатичней? – тихо усмехнулся муж.  – Знаю, я такой!

– Мистер Фу! Почему вы еще не набросились на  вашего соперника? – возмутилась домомучительница.

– Раздеваться при этом обязательно? – спросил муж с гадкой улыбкой, а я успела его дернуть к себе.

– Да ладно тебе, – усмехнулся муж, снисходительно глядя на героя – любовника. Он щелкнул пальцами и окутывая фигуру тьмой.

– Собственно так будет с каждым, кто посягнет на мою жену! – пафосно заметил муж, пожав плечами.

– Сзади! – крикнула я, видя, что муж успел увернуться от удара.

– Я же тебе говорила, что магия на него не действует! – крикнула я, отходя на несколько шагов.  Неужели так сложно было услышать меня?

– Как истинные джентльмены, вы должны решить ваш спор поединком на мечах! – послышался голос домомучительницы.

– Сейчас на мечах никто не сражается! – крикнула я, видя, как в руках мужчин появляются мечи и тут же звякают друг об друга.

– Как хорошо, – процедил муж, кое-как отбивая удары. – Что Цирцея обожала рыцарские романы!

Меч просвистел над головой мужа. Сердце чуть не оборвалось.

– Поэтому знаю все древние баллады! – процедил муж, пытаясь развязать мечи.

– Осторожней! – взвизгнула я, видя, как они высыпаются в коридор.  Так! Что же делать? Что же делать?

Я никогда так не переживала, вздрагивая от каждого удара.

– Рыцарь без совести и ее намека, – усмехнулся муж, хотя я видела, как тяжело ему дается.

Я испуганно шарила глазами по стенам, но там не было ничего, кроме старинных портретов.

– Ты погоди умирать! Я сейчас! – бросилась я в столовую. Вряд ли кто-то убирал посуду со вчерашнего дня! На столе стояла сковорода. Я схватила ее за ручку и метнулась обратно, едва не вынеся дверию

– Бдзем! – от души огрела я кокетливую шляпку. «Любовник» резко обернулся, и меня отмело в стену. Мир поплыл и погас.