Читать книгу "Под давлением"

Глава 10. Лена

Меня не отпускало ощущение, что последние дни я все время находилась под чьим-то незримым наблюдением. Под давлением. Я не помнила, когда совершенно искренне улыбалась или чувствовала легкость. Не помнила, когда меня посещал голод или другое чувство. Я засыпала с тяжелым чувством и с ним же просыпалась. Существовала.

Я оторвала взгляд от конспекта, послезавтра последний экзамен. Попытки подготовиться погибали под мыслями о предстоящей росписи с Котовым. Как все это будет происходить? Что я буду чувствовать? Что будет чувствовать он?

Мысли кружили, как осенние листья на ветру, не давая сосредоточиться. Слова в конспекте танцевали перед глазами, превращаясь в бессмысленный набор букв.

Сергей Котов. Это имя звучало в голове, как въедливая мелодия, которую никогда не удается забыть. Я пыталась вспомнить хотя бы один момент, когда он не выглядел уверенным в том, что мир создан специально для него. И только для него. Остальные люди были для Котова декорацией его жизни.

– Зубришь?.. – голос сестры выдернул из мыслей.

Я подняла взгляд на Машу. Она стояла в дверном проеме, поправляя волосы. На ней было яркое платье, туфли на высоком каблуке.

– Куда-то собралась? – бросила в ответ.

– К Тимохе. Пойдешь со мной?

– Маш, ты заболела? – фыркнула я.

Она впервые звала меня с собой. Впервые с того момента, как у нас появились друзья.

– Да ладно. Пойдем. Там будут все наши. Не хочешь расслабиться? Не думаю, что Котов тебе потом разрешит что-то подобное.

– Спасибо, не хочу.

– Серьезно? Ты же ни разу не была на нормальной тусовке. Не думаешь, что пропускаешь что-то в жизни?

– Похмелье? – уточнила я.

Маша надменно вскинула брови.

– Не понимаю, что он в тебе нашел, – произнесла она зло, улыбаясь при этом.

– Можешь сама спросить у Сергея.

Да, я специально назвала дьявола по имени.

Маша дернулась. Обернулась и резко отошла в сторону, пропуская Котова в мою спальню…

– Что ты хотела узнать? – спросил он, проходя мимо Маши. – М? – на долю секунды задержался рядом с ней.

– Ничего.

– Это хорошо, – сейчас мужчина стоял ко мне спиной. – Хорошо отдохнуть, – он закрыл перед сестрой дверь и медленно повернулся.

Я резко отвела взгляд, ощущая, как щёки заливаются горячим румянцем. Его присутствие заставляло чувствовать себя крайне неловко, и сейчас не было исключения. Уверенная осанка и лёгкая самодовольная улыбка пробуждали смятение и злость.

– Хорошо отдохнуть? – повторила я с явной долей сарказма в голосе, стараясь скрыть охватившее меня волнение. – Если что, я занята, – потрясла тетрадью в воздухе, не решаясь посмотреть на мужчину.

Он подошел.

– Я вижу, – сказал, закрывая тетрадь и откладывая ее в сторону.

Я выдохнула, откинулась на стуле, сложив руки на груди.

– Пришли что-то обсудить?

– Мне нравится твоя дерзость. В тебе она гармонично сочетается с нежностью.

Я покачала головой, пытаясь сдержать улыбку. Его слова хоть и звучали приятно, но я не забывала, кто на самом деле передо мной.

– Дерзость? Это попытка защититься, – произнесла, поджимая губы.

Котов шагнул ближе, провел пальцами по столу.

– Искренность, – сказал он. – Неожиданно, – в его глазах блеснул дьявольский огонь.

Мужчина опёрся на стол, наклонившись ко мне так близко, что я уловила его мужской аромат – свежий, с лёгкими нотами древесины и терпкого лимона.

Я перевела дыхание, пытаясь собраться с мыслями.

– Зачем вы пришли?

– Послезавтра ты станешь моей законной супругой, учись называть меня по имени. Как ты это сделала при сестре, – поддел меня.

– Зачем ты пришел?

– К тебе, – произнёс он, наклонившись еще ближе, мой взгляд упал на мужские губы.

Я вновь попыталась поднять взгляд к холодным глазам.

Близость пьянила. Пугала, заставляя сердце стучать быстрее.

– Переговорил с твоим отцом, и у меня осталось немного свободного времени. Разве нам не нужно узнать друг друга чуть ближе, – он нависла надо мной, отчего по телу разлился жар.

– Должны, – я согласилась едва слышно.

Дьявол наслаждался моим замешательством.

– У тебя был секс? – произнес он шёпотом.

– Когда?

– Когда-нибудь.

– Да.

Он не ответил. Но и не нужно было слов. Не верил.

– После подписания мы поедем ко мне. Здесь жить ты больше не будешь.

– Но…

– Ты удивлена?

– Нет, – я отрицательно покачала головой. – Муж и жена живут вместе, – озвучила истину. Но почему-то я представляла, что после регистрации брака моя жизнь не изменится. Я вернусь сюда. В родительский дом.

– Верно.

Он смотрел на меня, дразня безразличием. Полным отсутствием эмоций.

– Мне надо собрать вещи? – спросила я тихо. Разум пытался сопротивляться, но волнение захлестывало, сковывая меня на месте.

Вместо ответа он коснулся моих губ своими, твердо взяв за подбородок и не отпуская. Простое прикосновение сменилось на пожирающий поцелуй. Грубый. Болезненный.

Мне нравилось.

Поцелуй был полон жадности и контроля, в нем не было ни грамма нежности. Его губы не отпускали меня. Я внутренне сопротивлялась, но тело поддалось в ответ на ту силу, которая исходила от мужчины.

Котов не просто целовал – он владел. Его руки крепко удерживали моё лицо. Я ощущала его тепло, вкус, силу.

Он отстранился на мгновение, чтобы посмотреть мне в глаза, и я увидела пламя, которое заставило меня дрожать.

– В пятницу ты станешь моей женой не только на бумагах.

Я молчала, рывками втягивая воздух.

– Мне нужно время, – наконец произнесла я, стараясь вернуть контроль над собственными эмоциями.

Что он имеет в виду под словами: “Ты станешь моей женой не только на бумагах?”

Секс?

Я не готова.

Я не могу так!

– Ты прекрасно все понимаешь.

Моя растерянность вновь развлекала Котова.

– Может быть, вы… ты забыл, что я человек, а не мебель? Я не игрушка! – выпалила я, стараясь звучать резко. По-взрослому. – Я не одна из тех, кто может переспать с мужчиной через полчаса после знакомства. И ты покупаешь не меня.

– Ты уверена? – спросил он, увеличивая пространство между нами и давая возможность вдохнуть воздух без примеси терпкого парфюма.

– Да. Ты покупаешь папину компанию. А я иду бонусом. И гарантом, что он не станет делать глупости.

– Молодец, – он обвел спальню взглядом, присел на кровать, – запомнила, что я говорил. Предлагаешь нам познакомиться?

– Да. Если мы собираемся провести жизнь вместе.

– Как категорично.

– По-другому я не представляю брак. Не понимаю, зачем он нужен, если мужчина и женщина не собираются уважать друг друга, помогать, защищать.

– Тебе нечего бояться рядом со мной, – сказал он, выпрямляясь. – В моем доме ты будешь в безопасности.

– Безопасность? – сорвалось с губ. – А мне что-то угрожает?

– Теперь нет.

– Меня нужно обезопасить от тебя, – с каким же трудом мне давались эти слова. – Ты боишься потери контроля над отцом, но именно этот контроль я тебе и дам. Так о какой безопасности идет речь? Я всегда буду разменной монетой. Рычагом давления.

– Считаешь меня врагом?

– Считаю.

Котов рассмеялся, и этот звук был одновременно зловещим и притягательным. Он выглядел спокойно, но в его глазах сверкала искра вызова.

– Враги должны уважать друг друга, иначе можно легко проиграть, – произнес он, облизывая меня взглядом.

Его расслабленная поза противоречила напряженной атмосфере, которую он сам же создавал.

– Почему я должна уважать врага? – спросила я. – Если я знаю, что проиграю.

– Я поддамся, – пообещал он, приподняв игриво бровь.

– Как? – уточнила я, подбирая каждое слово с осторожностью.

– Давай начнем с простого. Расскажи мне о себе. Чем ты увлекаешься? Какие у тебя мечты?

Я на мгновение замялась. Честно говоря, сама не знала, что ответить. Истинная я давно была скрыта под слоями ожиданий близких и моих страхов.

– Я... я люблю танцевать, – произнесла я наконец, стараясь вспомнить те моменты, когда мне было хорошо и не было необходимости соответствовать чужим ожиданиям.

– Искусство и спорт одновременно, – произнес он с одобрением.

– Да, но... – мимолетная мысль о том, что он может не понять, заставила меня замолчать.

– Но? – он подталкивал меня продолжить.

– Но в основном я занимаюсь тем, что нужно другим, – сказала я, взглянув на мужчину исподлобья. – И я устала от этого.

– Ты меня презираешь?

– Нет. Скорее ненавижу. Презираю я свою семью, что продолжает делать вид, что у нас все хорошо.

– Ну у них-то определенно все будет хорошо.

– А у меня?

– А у тебя? У тебя будет шанс изменить всё, если ты этого действительно хочешь.

– Изменить? – повторила я, не скрывая недоверия. – Изменить свою жизнь ради сделки между двумя мужчинами?

– У каждого есть проблемы. Твои – не приговор, а возможность, – сказал он. – Ты хочешь жить собственными желаниями?

– Хочу. Но ты мне этого не позволишь.

Несколько секунд Котов молчал.

– Подойди, – попросил он.

Я неторопливо встала.

– Зачем?

– Хочу познакомиться с тобой ближе.

Я остановилась в нескольких шагах от мужчины.

– Каким образом?

– Подойди, – он протянул руку.

Котов имел необъяснимое влияние на меня. Я сделала все, о чем он просил: подошла, вложила свою ладонь в его и хотела сесть рядом.

– Нет. Иди ко мне, – потянул на себя.

– Куда?

– Ко мне.

Я стояла у ног мужчины, не представляя, что должна сделать.

– Лена, – выдохнул он, многозначительно усмехаясь.

Он ловко меня усадил к себе на колени. Мы были лицом друг к другу. Попытка отстраниться была пресечена – мужская ладонь легла мне на поясницу и надавила, заставляя приблизиться.

Поза была провокационной и открытой. Такой, что щеки запылали и во рту моментально пересохло.

В этот момент я была рада одному: что не стала надевать короткие шорты.

– Тебе некомфортно? – спросил Котов, погружая меня в аромат горьковатого лимона и своего естественного запаха.

– Нет, – призналась я, даже не пытаясь разыгрывать из себя опытную женщину.

– Почему? Разве я делаю что-то неприятное?

– Нет, просто... – я замялась, не зная, как сформулировать свои мысли. Это было странное сочетание притяжение и угрозы, которое исходило от него. – Просто ты заставляешь меня чувствовать себя неуютно.

– Это то, чего я и хотел, – улыбнулся он, медленно опуская ладонь с поясницы ниже.

– И зачем эта игра?

– Мне нравится. Ты интересно реагируешь, – сказал Котов. – Я не собираюсь тебя принуждать, – произнес он.

Я следила за движениями его губ.

– А если я не захочу делать так, как ты сказал?

– Мы договоримся. Ведь всегда можно договориться.

Котов продолжал пристально смотреть.

– У нас много общего, – произнес он тихо, его голос стал мягким, как шелк. Наклонился ближе, горячее дыхание коснулось кожи, вызывая мурашки. – Ты не боишься быть другой, – добавил он, проводя пальцем по моему запястью, заставляя сердце биться быстрее.

В прикосновении была нежность. До этого момента мне казалось, что Котов и проявление чувств несовместимы.

Его рука медленно поднималась выше, и он осторожно провел пальцами вдоль плеча, шеи, исследуя каждую линию и изгиб.

– Ты умнее, чем думают другие, – сказал он, когда пальцы плавно переместились на мою щеку. Ладонь согревала кожу. – Чище. Настоящая, – произнес Котов, прежде чем его губы коснулись моих.

Это был легкий, нежный поцелуй, который отправил щепотку электричества по всему телу.

Губы были мягкими и теплыми вопреки всем моим ожиданиям.

И я не оттолкнула мужчину – закрыла глаза.

Поцелуй становился все более настойчивым, не таким невинным…

– Ошибка твоего отца даст тебе свободу, – прошептал он, когда наши губы вновь встретились, и этот шепот прокатился по моему телу, словно горячая волна.

Я терялась в поцелуе.

Мужская ладонь переместилась с моего лица на шею, мягко обхватывая ее и не позволяя отстраниться. Это жест должен был пугать. Должен…

Вместо страха я испытывала другие чувства. Неуместные! Ненужные!

Он углубил поцелуй. Сделал его практически невыносимым. Не хватало воздуха, я едва успевала делать поверхностные вдохи, чтобы не отключиться под натиском эмоций.

– Я же говорил, что не буду заставлять тебя, – произнес, отстраняясь, но не сгоняя с колен. – Ты захочешь сама, – его рука скользнула по моему бедру. – Лена, ты всегда можешь сказать «стоп».

Мужские пальцы продолжали медленно двигаться по бедру, вызывая в теле жаркие приливы, которые невозможно было игнорировать.

– Стоп, – воскликнула я, захлебываясь ощущениями. – Стоп, – повторила, не позволяя продолжить.

– Почему? – спросил он, поглаживая и наблюдая за моей реакцией. Прикосновения были на грани. И это мучило сильнее того факта, что я едва сдерживаю стоны в руках врага.

– Потому что я ненавижу тебя.

– Как же недальновидно с твоей стороны, Елена. Пытаться укусить меня. Я единственный, кто сможет тебе помочь, – Котов говорил с той же нежной интонацией, вот только в глазах читалось другое.

– Это не помощь, – произнесла я без какой-либо уверенности.

Мужчина улыбнулся.

– А ты наивно полагаешь, что сможешь жить в этом мире как обычные люди. Девочка, уверен, на тебе сейчас белье стоимостью месячной зарплаты простого человека. Что молчишь? Проверим?

– Нет, – я отрицательно затрясла головой.

– Что нет? Нет – ты не хочешь проверять. Или нет – белье дороже. В твоей романтичной головке ты уже представляла, как станешь работать, возможно, снимешь небольшую квартиру? Только вот зарплаты сотрудника без какого-либо опыта хватит на комнату с желтоватыми обоями и тараканами под кроватью, а питаться придется не пастой, а макаронами с майонезом, потому что сыр будет не по карману. По праздникам ты позволишь себе сосиски. Знаешь, такие, – он скривил лицо, – что растворяются в кастрюле при варке.

– Не думаю, что у нас все так плохо.

Котов не сдержал издевательского смеха:

– Не так. Хуже. Твой отец сядет за мошенничество. Надолго. И вряд ли выйдет. Или еще вариант: он вскроется еще до суда. Твоя мать первые несколько месяцев будет его поддерживать или оплакивать, а потом вспомнит о каком-нибудь друге твоего отца, который оказывал ей знаки внимания. Сестра, – продолжал он, – быстро найдет, с кого поиметь. Ей повезет, если она сможет присосаться опять же к какому-нибудь папиному дружку.

– А я? Что ты уготовил мне?

– Я? Я как раз предлагаю тебе законный брак. Прежний уровень жизни. Оплата учебы.

– Нет. Что будет со мной, если я откажусь?

– Ты еще больше будешь ненавидеть мать. Только теперь за предательство отца. Первое время осуждать сестру. И уверен, что не пройдет и полугода, как ты придешь ко мне.

– А ты откажешь, да? – спросила я дрожащими от злости губами.

– Безусловно. Ты мне неинтересна сама по себе. Милое личико, пухлые губки, – он провел по ним большим пальцем. – Таких, как ты, сотни. Достаточно зайти на факультет экономики или иностранного языка.

– Я поняла, – произнесла я, пытаясь найти в себе силы и встать.

– Я все еще сомневаюсь, – резким движением он опрокинул меня на кровать и сам оказался сверху. – Ты не понимаешь, какую услугу я вам оказываю, – он нависал. – Тебе и семье, – говорил вкрадчиво, неторопливо, надеясь, что я усвою урок. – И я не люблю, когда тот человек, которому я делаю одолжение, ведет себя по-свински. Мне нужна красивая, образованная и здоровая супруга. Как думаешь, сколько таких, как ты?

– Ты же сам сказал, сотни, – огрызнулась я, вжимаясь в постель.

– Верно. Но мне нужна именно ты, а я нужен вам. Поэтому будь ласковее со мной. Поцелуй, – потребовал он. – Поцелуй, Ле-на.

Паника за долю секунду завладела мной. Страх смешивался с гневом и злостью. Казалось, рядом с Котовым я не могла чувствовать ничего другого.

– Я не хочу… тебя…

– О-о-о, – протянул Котов, его тон стал холодным, как лед. – Все еще думаешь, что у тебя есть выбор. Ты заблуждаешься. Я уже сказал, что ты мне нужна, и я добьюсь своего.

Он наклонился ближе, и я почувствовала его дыхание на своей коже.

– Главное, чего хочу я, – произнес он. – И мне не придется заставлять тебя.

– Ты изнасилуешь собственную жену? – спросила я.

Он долго молчал, смотрел на меня. Ловил мои эмоции, изучал.

– А ведь нельзя сыграть такую, как ты, – мужчина зло улыбался. – Я не ошибся в своем выборе, – перехватив мои руки и зафиксировав их за головой, продолжил: – Мне не нужно тебя заставлять, – его свободная ладонь гуляла по моему телу. Мягко, изредка касаясь груди, задевая соски и запуская электрические импульсы. – Проведем эксперимент?

– Нет, – прошептала я.

– А чего ты так испугалась? – мужские пальцы спускались по животу. – Я готов поклясться, что ты не разочаруешь, – он подцепил пояс моих штанов и потянул их вниз.

– Нет! – выкрикнула я, сжимая бедра.

– Не зли, – его колено вклинилось между ног, не позволяя закрыться, и твердые пальцы нырнули под тонкую ткань трусиков. – И кого ты пыталась обмануть? – спросил, поглаживая складочки. – Мокрая. Мне не нужно насиловать. Ты хочешь сама. Шире, – заставил раскрыться, проникая и уже двигаясь во мне. – Не нравится? – уточнил с издевкой. – А если я сделаю так, – он почти болезненно большим пальцем нажал на чувствительную точку, усмехаясь моему сдавленному стону. – Я не хотел, чтобы ты кончила сегодня, но не могу удержаться. Хочу увидеть, как меняется твое личико.

Если я и слышала его унизительные и злые слова, то не понимала их значения. Не сейчас, когда мои нервные окончания горели огнем и я едва сдерживала себя, чтобы не двигать бедрами навстречу. Не умолять не останавливаться.

– Давай, девочка, порадуй меня.

Тело словно ждало приказа Котова, опаляя жаром каждую клеточку тела, сбивая дыхание и заставляя стонать.

– Красивая, – Котов сделал вывод, отпуская мои руки и продолжая поглаживать. – Очень красивая, – наконец он убрал ладонь и заботливо поправил трусики. Встав с кровати, он просто растер мою влагу по ладоням. – Мне кажется, на сегодня мы выполнили план по знакомству. Не засиживайся над учебниками, – оборонил он, приводя себя в порядок и поправляя выпирающий член. – Удачи на экзамене, – пожелал, перед тем как выйти из спальни.

Глава 11. Лена

Котов в очередной раз доказал мне и себе, что вся власть в его руках. Власть над моей семьей. Деньгами. Будущим. И моим телом.

Я ненавидела его. Я ненавидела себя. Я ненавидела всех вокруг.

Вытерев слезы, я рывком поднялась с кровати, поправляя на себе одежду.

Было мерзко от себя самой. От ситуации, в которую я попала по вине взрослых и умных, если верить словам родителей, людей.

Сомневаюсь, что умные допустили бы полного краха.

– Как дела? – я вздрогнула, повернувшись на голос сестры.

– Уйди, – попросила я.

– Почему? Я переживала. Тебе было плохо? Ты кричала, – Маша состроила сочувствующую гримасу.

– Выйди из моей комнаты! – крикнула я, собирая подрагивающими пальцами волосы в хвост.

– Не злись. Я хотела помочь.

Я вскинула голову на Машу.

– Помочь? Так помоги. Перестань быть сукой. Побудь хоть немного нормальной. В тебе не осталось ничего человеческого?

Маша показушно фыркнула.

– Прекрати страдать по любому поводу, – ответила она. – Подумаешь, мужчина сделал тебе хорошо. Лена, ты… – эмоционально взмахнула руками. – Ты во всем находишь повод для самобичевания. Сама не устала от собственного нытья?

– А я понимаю, почему ты злишься. Ты бы хотела быть на моем месте. Так вперед. Иди! Догони! Мне это не нужно. Не нужен Котов. Не нужна свадьба. Ни-че-го! Я не хочу, чтобы мной пользовались, как игрушкой. Понятно?! Я устала! Устала! – я обошла сестру и поспешила вниз.

Каждую клетку моего тела пронизывал гнев. Я ненавидела этот мир за то, что он заставлял меня чувствовать себя беспомощной. Словно все мои решения были уже приняты за меня и оставалось лишь жить по готовому сценарию.

– Лена, подожди! – закричала сестра, следуя за мной.

Я не собиралась останавливаться.

– Ты куда?! – закричала она снова, но я продолжала идти.

В этот момент мне хотелось просто сбежать от всего.

Но это было невозможно.

– Отвали! – я крикнула в ответ. – Просто оставь меня в покое! Ясно?!

Спустившись по лестнице, я свернула к кабинету отца. Он не находил сил поговорить со мной. Так сейчас мне хватало их на двоих.

Дверь в кабинет была закрыта, и я, не раздумывая, повернула ручку, заглядывая внутрь. Отец сидел за столом. Могло показаться, что он погружен в документы. Могло…

Он вздрогнул, поднял полный замешательства взгляд.

– Лена, что происходит? Зачем ты пришла? – спросил, выдавив из себя странную улыбку. В его голосе не было ни теплоты, ни заботы. Раздражение. Вот что я слышала.

– Ты знаешь, что происходит! – ответила я, не сдерживая гнева. – Ты и мама втянули меня в это дерьмо, а теперь даже не можете найти минутку, чтобы поговорить!

– Я занят, – ответил он, накрыв что-то папкой с бумагами.

– Серьезно? Ты занят? Ты занят?! – я уже кричала, совершенно не думая, что кто-то из посторонних мог услышать наш разговор. Даже перед наемными работниками мама старалась сохранить образ идеальных людей. Мало ли что они расскажут помощникам в других домах нашего поселка. – И чем же ты занят? – я подошла к столу и смахнула папку. – Серьезно?

Мой взгляд застопорился на черном гладком стволе пистолета.

– Лена. Дочка, – отец быстро убрал оружие в верхний ящик стола.

– Что, папа? – спросила я с издевкой, посмотрев ему в глаза. – Что? Зачем ты достал его из сейфа? Зачем? – повторила я громче.

– Я… – он виновато улыбнулся.

– Ты пьян, – констатировала я, обратив внимание на пустую бутылку коньяка и бокал с остатками алкоголя. – Ты просто пьян, – произнесла с расстановкой. – Так ты видишь решение проблемы с компанией? Думаешь, выпьешь и все пройдет? Я открою тебе секрет. Не пройдет.

– Лена, я… Я просто пытаюсь справиться, – перебил он.

– Ты не справляешься.

Отец застыл.

– Я уже сказал тебе, что… – начал он, но я не собиралась его слушать.

– Что ты? Что ты можешь сказать в свое оправдание? Ты меня предал! Я доверяла тебе. Я…

Отец поднял руку, словно хотел остановить поток моих слов, но я продолжила:

– Ты забрал у меня право на выбор. Я не хочу выходить замуж за Котова! Я не хочу, чтобы он продолжал контролировать нашу жизнь!

В этот момент его лицо покраснело от гнева.

– Ты не понимаешь! – закричал он, но я уже не собиралась слушать.

– Не понимаю? – я засмеялась, и в моем голосе не было ничего, кроме горечи. – Думаешь, что ты единственный, кто страдает? Мы все страдаем, и все из-за тебя!

– Я делаю все возможное для нашей семьи, – произнес он сквозь сжатые зубы. – Ты не осознаешь, с чем мне приходится сталкиваться.

– И с чем же? Тебе проще закрыться в кабинет и бухать, чем признаться, что ты накосячил? – выпалила я. – Боже, – выдохнула я. Ко мне наконец пришло осознание. Пистолет. У него на столе лежал пистолет. – Скажи, что ты хотел убить Сергея.

Отец молчал.

– Скажи, что ты хотел убить Сергея, – повторила я надрывно. – Скажи! Скажи, папа! Ты хотел убить Сергея, – я убеждала себя и его. – Хотел спасти меня. Ты понял, что совершил ошибку, согласившись на брак. Так ведь? Не молчи! Да не молчи же ты! Не молчи! – закричала я, что было сил вцепившись себе в волосы.

– Леночка. Милая, – мама оторвала мои руки. – Не надо так. Выдохни и сделай глубокий вдох.

– Мне не нужен вдох, – ответила я. – Он хотел убить себя и оставить нас с проблемами один на один. Сергей был прав. Во всем.