Текст книги "Инженеры Кольца"
![](/books_files/covers/thumbs_240/inzhenery-kolca-5937.jpg)
Автор книги: Ларри Нивен
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Ларри НИВЕН
ИНЖЕНЕРЫ КОЛЬЦА
ПОСВЯЩЕНИЕ
Роману «Мир-Кольцо» уже десять лет, и все это время я не переставал получать письма о нем. Люди комментировали исходные посылки и математику, экологию и философский смысл, как если бы Кольцо было предполагаемым проектом, и они платили за работу.
Вашингтонец Д.К. прислал мне полный корректорский разбор первого издания книги «Мир-Кольцо» с заголовком «Доклады Нивена-Макартура. Том 1». Это было огромным подспорьем мне. – (Если у вас первое издание книги «Мир-Кольцо» в бумажной обложке – это как раз оно, с ошибками. Но заплаченных за него денег оно стоит).
Класс из Высшей Флоридской школы понял необходимость системы сливных труб.
Профессор из Кембриджа прислал расчет минимальной прочности скрита на растяжение.
Фримен Дайсон (Фримен Дайсон!) не имел никаких возражений против Кольца (!), но не понял, почему инженеры не построили множество мелких вместо одного большого. Надеюсь, ответ, данный в этой книге, удовлетворит его.
Разумеется, на Кольце не было никаких петрохимических реакций. Фрэнк Гесперик указал, что любая цивилизация нашего уровня должна базироваться на алкоголе. Люди Машин должны уметь использовать растения и для других целей, включая производство пластмасс.
Во время выступления в Бостоне кто-то из аудитории указал, что математически Кольцо можно рассматривать как висячий мост без крайних точек. Это легко придумать, но трудно построить.
Со всех сторон приходили письма о необходимости системы маневровых двигателей. (Во время Всемирного Конвента НФ 1971 года студенты Массачусетского технологического института скандировали в холлах отеля: «КОЛЬЦО НЕСТАБИЛЬНО!») Однако потребовались независимые работы Ктейна и Дэна Олдерсона, чтобы количественно определить эту нестабильность. Ктейн также разработал данные по движению Кольца..
Дэн Олдерсон был настолько любезен, что рассчитал для меня параметры метеоритной защиты Кольца… И это была ЕДИНСТВЕННАЯ информация, о которой я действительно просил.
Вам, проделавшим эту работу и написавшим мне письма, я говорю, что данная книга никогда не родилась бы без вашей невольной помощи. У меня не было ни малейшего намерения писать продолжение романа «Мир – Кольцо», поэтому я посвящаю эту книгу вам.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1. ПОД ЭЛЕКТРОДОМ
Луис Ву находился под электродом, когда два человека вторглись в его жилище.
Он сидел в позе лотоса на ярко-желтом травяном ковре со счастливой и мечтательной улыбкой на лице. Жилище его было невелико и состояло из одной большой комнаты, так что Луис мог видеть обе двери, однако, погрузившись в наслаждение, знакомое только электродникам, он не заметил появления пришельцев. Просто внезапно они оказались здесь: два бледных юноши, каждый ростом более семи футов, разглядывающие Луиса с презрительными улыбками. Один из них фыркнул и сунул в карман что-то похожее на оружие. Когда оба они двинулись вперед, Луис встал.
Их обманула не только счастливая улыбка, блуждавшая по его лицу, но и дроуд размером с кулак, торчавший подобно черной пластиковой язве из макушки Луиса. Видимо, они уже имели дело с толковыми наркоманами и знали, чего от них можно ждать. Такие люди не думали ни о чем, кроме импульсов тока, раздражающих центр наслаждения из мозга. К тому же Луис был невысок – на полтора фута ниже каждого из пришельцев.
Когда они оказались рядом, Луис откинулся в сторону и ударил ногой – раз, два, три. Один из гостей рухнул на пол, скорчившись и не дыша, второй успел отпрянуть.
Луис занялся им. Юношу буквально парализовало абстрактное счастье, с которым Луис шел убивать его. Слишком поздно опомнившись, он потянулся за станнером, который сунул в карман, но Луис выбил его из ослабевшей руки. Он уклонился от массивного кулака и пнул парня по коленным чашечкам (бледный гигант перестал двигаться), в пах и сердце (гигант согнулся пополам, издав свистящий звук), а затем в горло (звук тут же оборвался).
К этому времени второй парень уже поднялся на четвереньки, с трудом втягивая воздух в легкие, и Луис дважды рубанул его по шее.
Теперь оба пришельца лежали на ярко-желтой траве.
Луис проверил замки на двери. Все это время счастливая улыбка не покидала его лица, оставшись на нем и после того, как он обнаружил, что дверь заблокирована. Он проверил дверь на балкон: закрыта и заблокирована.
Как же тогда они вошли?
Ошеломленный, он сел, где стоял, в позе лотоса, и не двигался более часа.
Наконец таймер щелкнул и отключил дроуд.
Токовая наркомания была самым молодым из грехов человечества. На определенном этапе истории большинство человеческих культур считали эту привычку своим главным бичом. Она вербовала поклонников на рынке рабочей силы и оставляла их умирать от истощения.
Однако время шло, сменялись поколения, и те же самые культуры начинали смотреть на токовую наркоманию как на благословение. Старейшие пороки – алкоголизм, лекарственная наркомания и азартные игры – не были настолько привлекательны. Люди, которые могли бы пристраститься к лекарствам, теперь получали счастье от электрода. Они настойчиво стремились к смерти и, как правило, не заводили детей.
К тому же это почти ничего не стоило. Торговцы наслаждением и хотели бы поднять цену на операцию, но как? Потребитель не был электродником, пока электрод не внедряли в центр наслаждения его мозга, а после этого они не могли держать его под контролем, поскольку токовые импульсы он получал из сети.
И удовольствие это было чистым, без обертонов и похмелья.
Так что ко временам Луиса Ву те, кто мог поработить себя электродом или любым другим способом саморазрушения, сами исключали себя из человеческого общества на протяжении уже восьмисот лет.
Сегодня существовали даже устройства, которые могли раздражать центр наслаждений и на расстоянии. Хоть и запрещенные на большинстве миров, и дорогие для производства, таспы все-таки использовались. Обычно они не разрушали жизнь, и многие люди пользовались ими.
Таймер щелкнул и отключил дроуд.
Луису показалось, что он упал внутрь самого себя. Он провел рукой по гладкому черепу к началу длинного черного шнура и выдернул дроуд из гнезда под волосами. Некоторое время подержал в руке, изучая, затем, как всегда, сунул в выдвижной ящик и закрыл его. Стол, выглядевший массивной деревянной конструкцией, был на самом деле бумажной толщины металлическим корпусом с огромным количеством мест для потайных отделений.
Обычно возникало желание вновь настроить таймер, и в ранние годы своего пристрастия он обычно так и делал, постепенно превращаясь в скелетообразную тряпичную куклу, все более и более сухую. В конце концов он собрал то, что еще оставалось от его прежней решительности, и сделал таймер, которому требовалось двадцать минут передышки для повторного включения. При данных обстоятельствах это давало ему пятнадцать часов для тока и двенадцать для сна и того, что он называл техобслуживанием.
Трупы по-прежнему лежали по полу, и Луис понятия не имел, что с ними делать. Даже если бы он вызвал полицию немедленно, это привлекло бы к нему нежелательное внимание, но что он мог сказать им теперь, когда прошло уже полтора часа? Что его избили до потери сознания?
Такое состояние было ему знакомо: в черной депрессии, обычно следовавшей за временем, проведенным под током, он просто не мог принимать решений. Привычно, как робот, он занимался своим техобслуживанием; даже обед его был запрограммирован заранее.
Луис выпил полный стакан воды, затем отправился на кухню и в ванную. Десять минут занимался упражнениями, борясь с депрессией и истощением; избегая смотреть при этом на коченеющие трупы. Обед был готов, когда он закончил. Ел он не чувствуя вкуса, вспоминая, что когда-то и ел, и занимался, и вообще делал любое движение с дроудом, торчащим из черепа, посылая в центр наслаждения десятикратно больший по сравнению с нормальным ток. Одно время он жил с женщиной, которая тоже была электродником. Они занимались любовью под электродом, играли в военные игры, устраивали состязания в остроумии… пока она не потеряла интерес ко всему, кроме дроуда. К тому времени к Луису вернулась его прирожденная осторожность, и он покинул Землю.
Сейчас он думал, что нужно было покинуть этот мир раньше, чем у него появились два трупа. Что, если за ним наблюдают?
Пришельцы не походили на агентов ARM. Высокие, с мягкими мускулами, бледные от солнца скорее оранжевого, чем желтого цвета, они явно были уроженцами планеты с низкой гравитацией, вероятно, каньонцами. Они действовали не как люди ARM, но тем не менее смогли обойти его сигнализацию. Эти двое могли оказаться наемниками ARM, а около жилища их могли ждать друзья.
Луис Ву разблокировал балконную дверь и вышел наружу.
Каньон был не совсем обычной планетой.
Размерами он немного превосходил Марс, и всего несколько столетий назад его атмосфера была достаточно густой, чтобы поддерживать существование растений, использующих фотосинтез. В воздухе имелся кислород, но слишком мало для людей и кзинов. Примитивные местные лишайники были морозоустойчивы, а животных здесь никогда не было.
Однако в кометном поясе системы имелись магнитные монополя, а на самой планете – радиоактивные элементы. Империя кзинов завладела планетой и заселила ее с помощью куполов и компрессоров. Они назвали ее Вархид (Боеголовка) за близость к непобедимым мирам Перино.
Тысячелетия спустя расширяющаяся Империя кзинов достигла пространства, занятого людьми.
Войны между людьми и кзинами кончились задолго до рождения Луиса Ву – люди выиграли их все. Кзины всегда начинали атаку до того, как действительно были готовы к ней.
Цивилизация на Каньоне явилась следствием Третьей войны, когда человеческий мир Вундерленд попробовал применить свое секретное оружие.
Этот Вундерлендский Миротворец был использован лишь однажды. Собственно, это была гигантская версия обычного горнорудного инструмента дезинтегратора, который испускал луч, уничтожавший заряды электронов. Там, куда попадал этот луч, материя внезапно обретала положительный потенциал, распадаясь при этом на отдельные атомы.
Вундерленд построил и доставил в систему Вархида огромный дезинтегратор, испускавший параллельно обычному луч, подавлявший заряды протонов.
Оба луча коснулись поверхности Каньона в трехстах милях друг от друга. Горные породы, заводы и жилища кзинов мгновенно превратились в пыль и между двумя этими точками вспыхнула чудовищная молния. Лучи вгрызлись в планету на двенадцать миль в глубину, залив магмой район, размерами и формой похожий на Байя Калифорния на Земле и вытянутый почти точно с востока на запад. Индустриальный комплекс кзинов исчез, несколько куполов, защищенных статическим полем, погребла под собой магма, хлынувшая из огромной раны.
В результате образовалось море, окруженное отвесными скалами и в свою очередь окружающее длинный узкий остров.
Возможно, на других человеческих мирах и сомневались, что Вундерлендский Миротворец закончил эту войну – Патриарха кзинов было нелегко испугать – но у самих вундерлендцев таких сомнений не возникало.
После Третьей войны Вархид был аннексирован и стал Каньоном. Разумеется, жизненные формы Каньона пострадали от гигатонн пыли, осевшей на его поверхность и от потери воды, собравшейся в пределах собственно каньона и образовавшей море. Зато внутри каньона сложились комфортабельные условия и возникла процветающая карманная цивилизация.
Жилище Луиса Ву размещалось на двенадцатом этаже на северной стороне Каньона. Когда он вышел на балкон, ночь уже покрыла тенью дно, но южная сторона была еще ярко освещена. С края Каньона свисали висячие сады местных лишайников, старые подъемники казались серебряными нитями, вставленными в камень. Трансферные кабины сделали их устаревшим средством передвижения, но туристы еще пользовались ими, ради открывавшегося с них зрелища.
Балкон выходил на пояс парков, тянувшийся вниз, к центру острова. Растительность напоминала охотничьи угодья кзинов, где розовый и оранжевый цвета смешались с привозными земными формами.
Внизу было множество туристов – людей и кзинов. Мужские особи кзинов походили на толстых оранжевых котов, разгуливающих на задних лапах… Однако их уши полыхали, как розовые китайские зонтики, хвосты были голыми и розовыми, ноги и руки – прямыми и большими. Они достигали восьми футов роста и все же старательно избегали задевать туристов-людей, заботливо втягивая когти на черных кончиках пальцев, если человек проходил слишком близко. Рефлекс? Возможно.
Когда-то Луис удивлялся, что заставляет их посещать мир, принадлежавший им прежде. У некоторых могли быть здесь предки, живущие в остановленном времени куполов, похороненных под этим лавовым островом. Однажды они откопают их…
Он почти ничего не сделал на Каньоне, потому что электрод отнимал почти все время. Например, люди и кзины ради спортивного интереса поднимались на эти отвесные скалы. И только теперь у него появился шанс сделать это. То был один из трех маршрутов наружу. Вторым были лифты, третьим – кабина трансфера в Лишайниковых Садах. Кстати, он никогда не видел их.
Затем переход по суше в скафандре, достаточно компактном, чтобы уложить его в большой портфель.
На поверхности Каньона имелись карьеры и плохо охраняемые заповедники для уцелевших видов лишайников, однако большая часть планеты была бесплодным лунным ландшафтом. Осторожный человек мог незаметно посадить космический корабль и спрятать в таком месте, где его могло обнаружить только глубокое зондирование. И осторожный человек сделал это. Уже девятнадцать лет корабль Луиса Ву ждал его, укрытый в пещере на северном склоне горы, сложенной низкокачественными рудами. Вход в пещеру скрывался в вечной тени безвоздушной поверхности Каньона.
Итак, трансферные кабины, лифты или скалолазание. Один из этих путей позволит Луису Ву достичь поверхности, в этом он не сомневался. Впрочем, ARM могла держать под наблюдением все три пути.
А может, у него просто мания преследования? Как могла земная полиция найти его? Он изменил свое лицо, волосы, образ жизни. Отказался от того, что любил больше всего. Он пользовался кроватью вместо спальной пластины, не ел сыра, словно его делали из отравленного молока, его жилище было обставлено типовой мебелью, а одежда, которую он признавал, была из дорогих натуральных тканей безо всяких оптических эффектов.
Он покинул Землю как истощенный электродник с сонными глазами, однако с тех пор посадил себя на разумную диету, замучил упражнениями и недельными курсами военных искусств (не вполне легальных, и местная полиция зарегистрировала бы его в случае поимки, но не как Луиса Ву!), так что сегодня был вполне здоров, а мускулы его стали такими, каких никогда не было у более молодого Луиса Ву. Как могла ARM опознать его?
И КАК ОНИ ВОШЛИ? Обычный взломщик не мог обмануть сигнализацию Луиса Ву.
Трупы лежали на траве, и скоро запах потребует очистки воздуха. Сейчас Луис испытывал стыд за то, что убил их. Но они вторглись на его территорию, а он находился под электродом. В таком состоянии даже боль становилась приправой к наслаждению, а наслаждение становилось чрезвычайно сильным. Они знали, кто он. Это было и предупреждением, и прямым оскорблением Луиса Ву.
Кзины и люди, туристы и местные жители, сновавшие по улицам, выглядели довольно невинно, да, вероятно, и были такими. Если ARM следит за ним сейчас, это ведется через бинокли, из окна одного из этих зданий. Никто из туристов не смотрел вверх… но тут взгляд Луиса Ву остановился на одном кзине, и он зажмурился.
Восемь футов высотой, три фута шириной, густо-оранжевый мех с серыми пятнами – внешне он походил на дюжины кзинов, окружавших его. Однако взгляд Луиса отметил, КАК рос мех. Он рос пучками, неоднородно, оставляя белым более половины тела чужака, как если бы кожу под ним покрывали шрамы. Вокруг глаз виднелись черные отметины, и глаза эти разглядывали вовсе не окружающие пейзажи – они изучали лица проходящих мимо людей.
Луис с трудом заставил себя отвести от него взгляд, повернулся и вошел внутрь, стараясь не спешить. Он закрыл балконную дверь и настроил сигнализацию, а затем вынул свой дроуд из тайника в столе. Руки его дрожали.
Кзин этот был Говорящим с Животными, которого он видел впервые за последние двадцать лет. Тот самый Говорящий, который вместе с Луисом Ву, кукольником Пирсона и весьма странной девушкой исследовали очень небольшую часть огромного сооружения, называемого Кольцом; который заслужил от Патриарха кзинов полное имя за сокровище, доставленное оттуда. Назвать его по-старому значило заслужить смерть, но как же было его новое имя? Начиналось оно с чего-то вроде немецкого «ch» или со звука, похожего на предупредительный кашель льва… А, вот оно – Чмии. Но что он может здесь делать? С настоящим именем, Землей и большей частью беременным гаремом Чмии не собирался когда-либо снова покидать Кзин. Мысль встретить его туристом на аннексированном людьми мире была просто смешна.
Может, он знает, что его старый знакомец Луис Ву находится в Каньоне?
Нужно уходить. Подняться вверх по стене Каньона к своему кораблю.
Луис Ву принялся настраивать таймер своего дроуда; руки его дрожали… Все равно настройку придется менять, ведь он покидает Каньон с его двадцатисемичасовым днем. Он знал цель своего путешествия.
Это был другой мир в человеческом космосе, поверхность которого представляла большей частью бесплодный лунный ландшафт.
Он незаметно посадит корабль на Западном Конце Джинкса… а пока можно настроить дроуд и провести несколько часов под электродом, чтобы собраться с силами. Это только пойдет ему на пользу. Пожалуй, двух часов хватит.
Почти через два часа, прежде чем явился новый посетитель, поглощенный наслаждением, даримым электродом, Луис нисколько не встревожился, скорее, он принял его появление с облегчением. Это был кукольник.
Существо прочно стояло на одной задней ноге и двух широко расставленных передних. Между его плечами возвышался горб – вместилище его мозга, – покрытый густой золотистой гривой, завитой в локоны и сверкающей драгоценностями. Две длинные, гибкие шеи поднимались по обе стороны от горба, заканчиваясь плоскими головами. Их широкогубые рты служили кукольникам руками. Один рот сжимал станнер, сделанный людьми, положив длинный разветвляющийся язык на спуск.
Луис Ву не видел кукольника Пирсона уже двадцать два года и считал, что так и должно быть.
И вот он появился ниоткуда. Впрочем, на сей раз Луис заметил мерцание в центре своего желтого травяного ковра. Тревоги его были напрасны: ARM во всем этом участия не принимала. Проблема каньонских взломщиков была решена.
– Трансферные диски! – радостно воскликнул Луис и бросился на чужака. Это должно быть просто, ведь кукольники всегда были трусами…
Но тут станнер полыхнул оранжевым светом, и Луис Ву распластался на ковре, не в силах шевельнуть ни одним мускулом. Однако сердце его работало, а перед глазами плыли черные пятна.
Кукольник осторожно обошел двух мертвецов, внимательно осмотрел их, затем потянулся своими головами к Луису. Два комплекта плоских зубов ухватили его за запястья. Кукольник затащил человека обратно на ковер и уложил на нем.
В следующую секунду комната исчезла.
Луис Ву не испытывал никаких неприятных ощущений. Бесстрастно (удовольствие, даримое электродом, позволяло мыслить абстрактно, что обычно недоступно смертным) он принялся рассматривать картину окружающего мира.
Систему трансферных дисков он встречал на родном мире кукольников Пирсона.
Это была открытая телепортационная система, гораздо более совершенная, чем закрытые трансферные кабины, использовавшиеся на человеческих мирах.
По-видимому, кукольник установил трансферный диск в жилище Луиса; он же послал двух жителей Каньона привести его, а когда это не сработало, явился сам. Кукольники должны быть злы на него.
Это было вдвойне успокоительно, поскольку ARM здесь и не пахло, а кукольники имели миллионолетние традиции, поддерживающие их философию просвещенной трусости. Вряд ли им нужна его жизнь, они могут добиться своего более просто, с меньшим риском. Их можно будет просто запугать.
Он все еще лежал на полосе желтой травы и плетеном мате, а перед ним виднелась огромная оранжевая подушка… хотя, нет, это был кзин, лежавший с открытыми глазами, спящий, парализованный или мертвый, и, конечно, это был Говорящий. Луис был рад видеть его.
Они находились на космическом корабле с корпусом Дженерал Продактс. За прозрачными стенами космически яркий солнечный свет освещал знакомые остроконечные лунные скалы. Полоса зелено-фиолетовых лишайников подсказала Луису, что он все еще на Каньоне.
Но он вовсе не тревожился.
Кукольник отпустил его запястья. На его гриве сверкали украшения, что-то вроде черных опалов. Одна плоская, лишенная мозга голова наклонилась и выдернула дроуд из гнезда на черепе Луиса. Кукольник шагнул на прямоугольную пластину и исчез вместе с дроудом.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?