Читать книгу "Токсы академии Акалим. Книга 1"

Токсы академии Акалим. Книга 1

Глава 1

Перемены погоды всегда плохо действовали на меня: болела и кружилась голова, я становилась вялой и злой, как осенний дракон, много спала. Вот и сейчас тепло сменилось резким похолоданием и дождями. В Северной Неверии такое обычно происходило на пару недель раньше, но этим летом жара держалась до последнего, как полк в обороне.

Я собирала запас лечебных кореньев на зиму, когда голова закружилась особенно сильно. Оглянувшись на наш дом, стоящий на окраине Замошья, поняла, что не дойду, поэтому решила присесть и попить водички из походной фляги. Фляга, старая и изрядно помятая, принадлежала отцу и ужасно мне нравилась. В конце концов, она стала моей, а папа купил себе новую: богатую, отделанную серебром и замшей. У капитана районной стражи должны же быть преимущества перед простыми служивыми?

Но едва я опустилась в траву, и духмяный аромат накрыл меня кружевным платом, перед глазами потемнело, а затем ослепительно вспыхнуло. Я услышала чей-то отдаленный крик и треск пламени. И потеряла сознание.

Очнулась от воды, льющейся на лицо. Вскинулась, отмахиваясь, и поняла, что папа крепко держит меня за плечи. Пахло гарью, откуда-то сверху раздавалось отчаянное мычание.

– Вот этого я и боялся… – прошептал отец, и добавил несколько крепких слов, которые мне знать не полагалось.

– Что? – не поняла я. – Это Зорька мычит?

Я огляделась, и с изумлением обнаружила нашу корову на раскидистом дубе. Она застряла между ветвями и мычала скорее возмущенно, чем испуганно. И, слава богу, застряла вверх головой, а не копытами!

Повернувшись в другую сторону, с еще большим изумлением увидела сарай, в котором мы хранили запас сена, полыхающий с такой силой, будто на него дыхнул дракон.

– Па-а-ап! – протянула я. – Что произошло?

Он поднял меня и повел к дому.

– Сарай уже не потушишь, – спокойно произнес он, – а вот корову надо спасать. Тебе придется посидеть в своей комнате, дочь, пока я не вернусь из Белозерья с магом Квачем.

– А… – начала было я, но, разглядев его выражение лица, замолкла.

Такое выражение я видела у него только однажды – на похоронах мамы.

– Из дома не выходи, поняла? – сказал отец, садясь за руль онтиката и заводя мотор. – Я тебя запру на всякий случай.

Судя по крикам, раздававшимся с заднего двора, соседи уже бежали тушить сарай и ахали, заметив угнездившуюся на дереве Зорьку. Та отвечала.

Онтикат фыркнул и уехал. Дракон, поселившийся в его артефакте после Великого пакта, заключенного между нашими народами пятьдесят лет назад, был настоящий самодур. Поэтому онтикат брал с места в карьер, не давая шанса попрощаться, и иногда ехал не в ту сторону. Но не сейчас.

Надо признать, я испугалась. Да, я била окна, играя с мальчишками в мяч, таскала яблоки и сливы из соседских садов, получала фингалы и с удовольствием ставила их сама. Но я никогда не приходила в себя в окружении горящих сараев и летающих коров!

Мама, пока была жива, все время повторяла: «У тебя характер Алекса, а не мой, и это просто бедствие какое-то!» Алексом звали папу, на которого я была и внешне похожа: невысокая, крепкая, ширококостная, с черными вьющимися волосами. От матери мне досталась лишь ямочка на подбородке, да чудный изумрудный цвет глаз. Родители любили друг друга, хотя иногда ругались так, что искры летели, и все у нас было хорошо, пока мама не забеременела во второй раз и не сумела разродиться. Ребеночек тоже погиб, и мы с отцом осиротели.

В дверь забарабанили. Я, на всякий случай, ушла вглубь дома. Отец приказал не выходить и вообще не показываться, а я умела выполнять приказы. Поднялась на второй этаж, где располагался мамин кабинет. Я так и не поняла, зачем офицерской жене кабинет, но папа делал для мамы все, обустроил и эту комнатку, ранее бывшую чуланом. Здесь стояли стеллажи с книгами, в основном, по зельеварению и траволечению, бюро со множеством ящичков, сделанное папой в свободное от службы время, стул и, в углу у окна, уютное кресло под торшером, по сине-зеленому абажуру которого плыли лупоглазые рыбы. Это кресло я обожала еще при жизни мамы, а когда ее не стало, все свободное время проводила в нем за чтением. Впрочем, не очень много-то его у меня было: я заканчивала деревенскую школу, планируя поступать в ученицы к травнику в Белозерье, поскольку хорошо разбиралась в лечебных растениях, благодаря маме умела варить снадобья на все случаи жизни. Дом после маминой смерти тоже был на мне: готовка, уборка, глажка, Зорька, куры, кролики и огород. А еще надо было успевать пообщаться с друзьями, порубиться с ними на мечах, пострелять из арбалета и погонять мяч. Мы все как-то незаметно повзрослели, и совсем скоро наши дороги должны были разойтись.

Стук прекратился. Посовещавшись, соседи ушли – должно быть, сарай полностью выгорел. Лишь бедная Зорька взывала к несправедливому миру хриплым мычанием. Забравшись с ногами в кресло, я бесцельно листала какую-то книгу, взятую с полки, и сама не заметила, как уснула.

Папа вернулся, когда солнце клонилось к закату. Сначала я услышала незнакомый звучный голос, который произносил непонятные слова, хруст ветвей, после которого мычание затихло, а затем – звук ключа в дверной скважине. Вскочив, кинулась вниз. И остановилась так резко, что едва не навернулась с последних ступенек лестницы.

В дом входил крупный мужчина в черной мантии – мантии мага. Мантия была ему коротковата и помята, словно долгое время лежала без дела.

– Альвина Эрроч – это вы? – хорошо поставленным голосом спросил он.

За его плечом я увидела отца, не уступавшего ему в росте, который ободряюще кивнул.

– Да, это я, – ответила я.

И в следующее мгновение ощутила на шее непривычную тяжесть обруча из белого металла, появившегося неизвестно откуда.

– Не пугайтесь, милая девушка, я вам сейчас все объясню! – воскликнул мужчина, разглядывая меня с интересом. – Капитан, где мы можем поговорить?

– Проходите на кухню, мэтр Квач. Вин, предложи гостю чаю и чего-нибудь перекусить, из-за нас он остался без обеда.

Непослушными пальцами ощупывая обруч и почему-то ощущая себя в ловушке, я отправилась на кухню, где принялась накрывать на стол.

– Я вас оставлю, – сказал папа, – нужно успокоить соседей.

– И Зорьку, – мрачно добавила я.

Перспектива остаться наедине с незнакомым магом как-то не вдохновляла.

– Что? – не понял папа.

– Зорьку тоже нужно успокоить.

– Сначала ее надо поймать, – улыбнулся отец, но улыбка вышла невеселой.

Прихватив ржаную горбушку, посыпанную солью, в качестве успокоительного для буренки, папа ушел.

Квач сел и с удовольствием оглядел нехитрую еду, которую я выставила: хлеб, сыр, масло, половину копченой курицы и печенье.

– Надеюсь, вы ко мне присоединитесь, Альвина? – спросил он, кивая с благодарностью, когда я налила ему чашку чая.

– Зовите меня Вин, – бросив на него косой взгляд, посоветовала я. – Никто не зовет меня Альвиной.

– Как скажете, – поднял ладони маг. – Вин? Волшебниц с таким именем я не припомню, возможно, вы будете первой.

– Во…что? – вытаращилась я и едва не села мимо стула.

– Отец ничего не объяснил?

– Он уехал, как только запер меня в доме, – растерянно сказала я.

– Понятно. Вин, вы – носительница Источника магии. Его первые проявления бывают спонтанными и могут причинять различные разрушения. Вам повезло, что вы отделались сгоревшим сараем и… – он хихикнул, – левитирующей коровой. Обруч на вашей шее призван запереть эту первозданную силу до того момента, как вы научитесь ею управлять. Теперь вы можете быть спокойны и за имущество, и за жизни окружающих.

Я молчала, переваривая свалившиеся на меня новости. Источник? Волшебница? Сила?!.. Да быть того не может!

– Дракону под хвост это все! – воскликнула я, вскакивая. – Господин маг, заберите у меня эту силу, она мне не нужна! Я этого не хочу! Я не мечтала об этом!

Квач на меня не смотрел – отдавал должное курице и хлебу с сыром.

– Сядьте, Вин, и не орите как дракон, которому наступили на хвост, – махнул он рукой. – Деваться вам некуда – магию нельзя отдать, подарить, элиминировать и т.д. Она – в вашей крови. Вы сможете жить без крови? Нет? Вот видите. Но теперь вы не сможете и жить без магии. Вам повезло, что с вами это случилось до начала учебного года. Теперь вам не придется нагонять ушедший вперед курс!

– Какой курс? – я смотрела на него, как на умалишенного, но холодок понимания уже полз по венам, подводя к полному осознанию.

– Первый курс магической академии Акалим, в которую вы, естественно, обязаны поступить, поскольку являетесь гражданкой Неверии. Кстати, обруч снимут только там и то не сразу. До того момента он – гарантия, что вы ничего не натворите.

Глядя, как Квач с аппетитом поедает курицу и вообще все, что стоит на столе, я думала о том, что моя прежняя жизнь внезапно подошла к концу. И точкой стали сгоревший сарай и… корова на дубе.

Глава 2

«После включения Неверии в состав нового Норрофинда она какое-то время существовала, как единая провинция, а затем, для удобства управления, была разделена на три части: Южную, Северную и Восточную. Южная Неверия расположена сразу за Неверийским кряжем и наиболее близка к центральной части страны. Главные горнодобывающие производства расположены именно там. Северная Неверия граничит с провинцией Рослинсберг и, в основном, покрыта лесами, кроме того, здесь находятся обширные плантации пуффлей. Восточная Неверия расположена на побережье. Это холмистая местность с развитым земледелием, также на ее территории распложены алмазные и золотоносные шахты. Основная часть драгоценных металлов и камней Норрофинда добывается именно здесь…».

Я отложила учебник по истории и потянулась к столу, на котором стояла тарелка с пуффлями. Их аромат обожала с детства – он всегда приводил меня в хорошее настроение. Сейчас это было вовсе не лишним.

– Па-а-ап! – крикнула я. – А в Восточной Неверии тебе доводилось бывать?

Отец зашел в комнату. При взгляде на дорожный кофр, стоящий у стены, лицо его помрачнело.

– Вин, ты когда будешь собираться? – спросил он, поскольку кофр до сих пор был пуст.

– Вся ночь впереди, – отмахнулась я. – Будешь пуффлю? А то я все слопаю.

– Лопай, в Квайтхилле они – редкость.

Я с изумлением посмотрела на него.

– Ты никогда не рассказывал про Квайтхилл!

– Я там был всего один раз.

– И как тебе город?

Отец сел на край кровати, приподнял книгу, чтобы посмотреть, что я читаю, и одобрительно кивнул. Он был не против образования, только за, но против того, что я уезжаю так далеко и надолго. Неверия – самая крупная земля нового Норрофинда, была так велика, что переезд из одной провинции в другую папой воспринимался, как отъезд в столицу государства – Валентайн.

– Туманный, промозглый, сырой. Летом там, наверное, красиво – кусты, цветы и все такое. Но я был ранней весной. Снег еще лежал на холмах. Небо низкое, как потолок у нас в погребе.

– А океан ты видел? – спросила я, затаив дыхание.

Увидеть океан было моей мечтой примерно с того возраста, как я начала лопать пуффли.

– Океан… – задумчиво произнес отец, глядя в окно. – Он такой… Как огромный зверь, который спит, и только шкура колышется от дыхания. Но ты понимаешь, что, когда он проснется, ты увидишь и пасть, и клыки, и ужасные глаза. Океан испугал меня!

– Испугал тебя? – фыркнула я. Села и легонько дернула его за роскошный ус, как делала в детстве. – Невозможно испугать командира районной стражи, бравого капитана Эрроча!

Папа погладил меня по голове и поцеловал в макушку. Он всегда так делал, когда я была маленькой, но перестал, когда выросла.

Сердце сжалось – впервые я покидала его, впервые за его и мою жизнь. Как он тут будет, один? Кто приготовит ему завтрак и погладит рубашку? Кто разложит его трубки на курительном столике в том порядке, который он любит?

– Я буду приезжать на каникулах, – чувствуя глаза на мокром месте, всхлипнула я. – А потом эта дурацкая учеба закончится. Конечно, мне придется отработать три года на государство, которое оплатит обучение, но после я вернусь домой дипломированным магом! Господин Квач живет в Белозерье, каждый день к нему не наездишься, а это значит, в Замошье у меня будет непыльная и высокооплачиваемая работа, а ты сможешь уйти на пенсию и заняться столярным делом, как всегда хотел…

Папа за подбородок поднял мое лицо.

– Это что, слезы? – нахмурился он. – Вин, а ну-ка прекрати. Не дело моей дочери плакать, как какой-то изнеженной аристократке!

– Есть, мой капитан! – отрапортовала я, быстро стирая слезы с щек. – А еще я буду писать тебе письма. Я обещаю просто завалить тебя письмами: что ела на завтрак, на обед и ужин, какие у меня будут занятия, кто мои преподы, какие мальчики будут на нашем курсе…

– Винни! – рявкнул отец.

– Отставить мальчиков! – в том же тоне ответила я. – Буду писать про подружек и их секреты!

Папа не выдержал и рассмеялся.

– Бросай книгу и, давай, собирайся. Выезжаем завтра в семь, чтобы к обеду быть в Белозерье. Заночуем у Алесты, а с утра отправимся к магу. Не забудь написать в первом письме, какие ощущения испытаешь, когда пойдешь через портал.

– Обязательно, – обещала я. – Па-а-ап, я еще полчасика почитаю и буду собираться, а? Тут как раз про Акалим должно быть!

– Ну хорошо, – смилостивился он. – Но только полчаса!

Он ушел. Я слышала, как скрипнуло старое кресло, стоящее рядом с курительным столиком, а затем до меня донесся успокаивающий аромат папиного табака. Я буду скучать по всему этому, ох, как буду!

Заставив себя не думать об этом, я снова взяла книгу.

«Магическая академия Акалим расположена в Квайтхилле – столице Восточной Неверии, однако находится за чертой города. Этот грандиозный замок, возведенный на развалинах древнего драконария, возвышается над побережьем, располагаясь на одной линии с Квайтхилльским маяком, является крайним восточным ориентиром Норрофинда…».

Закрыв глаза, я попыталась представить себе это. Замок из черного камня, острые башенки и висячие мосты, открытые галереи, на которых беснуется ветер, приносящий запахи океана. И сам океан. Огромный, мерно дышащий зверь, чьи клыки и глаза сокрыты до поры. Мне казалось, в шуме волн и криках чаек я слышу его дыхание, и оно становится все громче, громче, громче…

Глава 3

Я расстроенно оперлась на край раковины в ванной дома тети Алесты. Утром я, конечно, проспала. Отец дал на сборы полчаса, поэтому я металась по комнате, кидая в кофр все, что попадалось на глаза, и, естественно, многое забыла, например, зубную щетку. Удивительно, что пасту взяла! И о чем думала? Придется идти к тете и спрашивать, нет ли у нее запасной зубной щетки?

Подумав об этом, я поморщилась. Не то чтобы папина старшая сестра относилась ко мне плохо, но иногда я ловила на себе ее взгляд, приводящий в замешательство. Она так смотрела, будто предполагала, что, когда меня никто не видит, я превращаюсь в дракона и жру соседский скот.

Гостевая комната с ванной располагались на втором этаже. Я спустилась вниз, обнаружила, что дверь в кухню закрыта и уже протянула руку, чтобы толкнуть створку, как услышала голос тети:

– А ведь я тебя предупреждала, Алекс – свяжись с волшебницей, и спокойной жизни конец! А если бы Вин кого-нибудь убила во время этого своего… спонтанного выброса?

– Спокойной жизнь с Джен, действительно, нельзя было назвать, – я услышала тихий смех отца. – Но я ни о чем не жалею, сестренка… Только о том, что она покинула меня! Я ведь любил ее, Лесс.

– Я знаю, – вздохнула тетя. Послышался звон стекла и звук льющейся жидкости. – Ладно, теперь уже ничего не исправить, все свои тайны твоя жена унесла в могилу. Давай-ка выпьем – и баиньки, завтра такой волнительный день…

Прижавшись лбом к двери, я постаралась успокоиться. Мама была волшебницей? Но почему мне никто не говорил об этом? Почему она никогда не пользовалась магией?

В кухне скрипнул стул, и я белкой взлетела вверх по лестнице и шмыгнула в ванную. Дракон с ней, с щеткой, как бы уснуть после таких новостей? Но, к собственному удивлению, уснула я быстро и крепко, и проснулась оттого, что папа тряс меня за плечо.

За завтраком я не съела ни кусочка, просто не лезло. А потряхивать от нервного возбуждения меня начало еще на улице, не доезжая до дома Квача.

Маг ждал на пороге, словно чувствовал, что мы скоро будем, а увидев, расплылся в улыбке.

– Пока мы с вами заполним необходимые документы, офицер Эрроч, Вин может подождать в моей библиотеке. Вы взяли с собой свидетельство о рождении и другие бумаги, о которых я говорил? Они понадобятся для заключения договора на государственное обучение в академии Акалим.

– Да, все со мной, – кинув на меня короткий взгляд, ответил папа.

Внешне он выглядел совершенно спокойным, но я понимала, что нервничает он не меньше меня.

Несмотря на то, что библиотека мне понравилась, я не стала разглядывать книги, стоящие на полках, и портреты на стенах, а присела на край кресла, поставив кофр у ног. Мама учила радоваться тому, что имеешь, а меня буквально через несколько минут ждала потеря всего, что казалось важным: дома, папы, друзей, уже распланированного будущего… Зорьки, наконец! Слишком быстро все поменялось. Слишком резко магия ворвалась в нашу размеренную жизнь! Если бы мама рассказывала мне о ней с детства, если бы учила пользоваться, как учат детей в семьях потомственных магов – едва ли не с пеленок, но она ничего из этого не делала. Я даже не слышала, чтобы они с отцом хотя бы раз обсуждали магов или магию! Оба просто делали вид, что ее не существует. Почему?

– Винни…

Я вскинула взгляд. На пороге стоял папа, а за его плечом, будто надувной шар, парило сытое лицо мэтра Квача.

– Время пришло, курсантка Эрроч! – торжественно возгласил маг.

Кажется, мой бледный вид его ужасно забавлял.

– Курсантка? Почему не студентка? – переспросила я, уже ничему не удивляясь.

– Поскольку средств на обучение у вашего отца нет, за вас заплатит государство, а это значит, вам придется отслужить три года в СОМРе в качестве боевого мага, – пояснил Квач. – О, пусть вас это не расстраивает, Вин! После службы карьеру построить гораздо легче.

Я встала, подняла кофр, закинула на плечо и подошла к отцу. Он взял меня за руку, словно маленькую, и повел следом за магом.

Мы спустились вниз по лестнице, в подвал без окон, стены которого были отделаны черным с искрами камнем, какого я никогда не видела.

– Прощайтесь, – сказал Квач, и мое сердце сжалось.

Бросив кофр, я развернулась к папе и уткнулась в него лицом.

– Отставить реветь! – рявкнул он, но в этот раз его рык прозвучал совсем не убедительно.

Я почувствовала, как он целует меня в макушку.

– Ты обещала писать, Винни, помнишь?

Кивнула, подхватила кофр и шагнула к магу, не глядя на отца, чтобы, действительно, не разреветься.

Снова заболела голова, как тогда, на поле. В центре помещения появился огненный обруч, завертелся с угрожающей скоростью. Надеюсь, Квач не предложит мне прыгнуть в него? Алле-ап! И студентка, то есть курсантка Эрроч совершает прыжок в новую жизнь.

– Идите вперед и не бойтесь, это совсем не больно, – маг ободряюще улыбнулся.

Папа тоже так однажды сказал, когда вправлял мне вывих плеча после того, как я упала с лошади. Насчет «совсем» я бы поспорила.

Сжав зубы, зашагала навстречу огню. Он увеличился в размерах и стал походить на зубастую пасть, полную пламени. «Черта с два я закрою глаза!» – подумала я, и в этот момент пасть поглотила меня вместе с кофром и сожалениями о прошлой жизни, которая, кажется закончилась.

Глава 4

Ощущение было такое, будто меня бросили в темный мешок, а мешок – со скалы в пропасть. Поэтому, когда я, наконец, из мешка выпала, не удержалась на ногах. Как учил отец, перекатилась, прижимая к себе кофр, вскочила, на всякий случай приняв боевую стойку и… услышала одиночные аплодисменты.

Оглядевшись, увидела сначала круглый зал, облицованный камнем, похожим на тот, что был в подвале господина Квача, двустворчатые двери и в них – высокую фигуру. Поскольку смотрела я против света, не сразу поняла, кто это – мужчина или женщина? Но гулко раздавшийся голос, в котором явственно слышалась усмешка, расставил все по своим местам.

– Ваша фамилия, курсантка?

– Эрроч, Вин, – ответила я, щурясь и пытаясь разглядеть первого встреченного здесь мужчину.

– В документах написано, что вас зовут Альвина…

– Вин, – с нажимом повторила я. – Никто не зовет меня Альвиной!

Незнакомец сделал пометку в блокноте и сообщил:

– Вин Эрроч, по традиции академии первый прибывший в Акалим назначается старостой первой группы. Подойдите ко мне.

Только этого не хватало!

Я подошла и остановилась напротив, разглядывая собеседника.

На две головы выше меня, гибкий, он казался худым, но я отметила рельеф мышц под идеально сшитым черным сюртуком, который сейчас был распахнут, являя белоснежную рубашку, и узкими черными брюками. Светлые волосы незнакомца были взлохмачены, а серые глаза смотрели внимательно. Узкое лицо, правильные черты, которые не портил заметный шрам, перечеркнувший левую щеку.

– Меня зовут Декарт Сноворс, я – ваш декан и куратор. Добро пожаловать в Акалим.

– Так декан или куратор? – хмуро спросила я – интересно, этот день когда-нибудь закончится?

– Обращайтесь ко мне «куратор». Ваша задача, Эрроч, вместе со мной встретить всех поступивших в академию в этом году и развести по комнатам, – он вырвал лист из блокнота и сунул мне вместе с каким-то свитком. – Жилые блоки для вашей группы уже распределены, вот номера и фамилии.

Я осознала, что все это время нежно обнимаю кофр, и, бросив его на пол, прибавила тон, пытаясь донести важность того, что собираюсь сказать:

– Куратор, а можно…?

– Не орите так, курсантка, – поморщился он. – Командный голос на первом курсе вам не пригодится.

– Очень хорошо, просто прекрасно, – пробормотала я. – Куратор, а может старостой вместе меня побыть кто-то другой?

– Может, – он улыбнулся так заразительно, что захотелось улыбнуться в ответ, – если кто-то вызовется самостоятельно, вы сможете сложить с себя полномочия старосты.

Ну хоть так!

Краем глаза я поймала какое-то движение внизу и посмотрела туда.

Существо грязно-серого цвета, размером с новорожденного теленочка, четырехлапое и украшенное гребнем из острых костяных пластин, застенчиво тянуло в пасть мою дорожную кладь.

– А ну, отдай! – возмутилась я и, схватив кофр, потащила в обратную сторону.

Существо прижало головные пластины, и, возмущенно зашипев, дернуло кофр с такой силой, что тот затрещал.

– Я тебе сейчас уши оборву! – пообещала я, глядя в похожие на плошки оранжевые глаза с вертикальным зрачком.

Ушей у существа не было, но я столько раз произносила эту угрозу в Замошье, что она прозвучала машинально.

– И сядете в тюрьму, курсантка, по статье 52 Объединенного Магического кодекса, за причинение вреда дракону в возрасте от одного до пятидесяти лет.

От изумления я выпустила лямку кофра, за которую тянула. Глаза существа вспыхнули торжеством. Топая, как лошадь-тяжеловоз, оно умчалось по коридору вдаль, унося мои вещи.

Хохот куратора привел меня в себя.

– Который год наблюдаю подобную сцену, и каждый раз она смешит меня до слез, – заявил он, действительно, вытирая слезы. – Вы вообще что-нибудь читали об академии Акалим?

Я мрачно покосилась на него. Наверное, я родилась не в тот день, не в том месте, не под той звездой, и что там еще бывает? За что мне такое наказание?

– Вы только что познакомились с дракусем, – отсмеявшись, пояснил Сноворс. – Так называют драконов с момента появления из яиц и до пятидесяти лет. В академии их много, и все, естественно, под защитой государства. Так что обрывать им что-либо, включая отсутствующие уши, то есть причинять любой вред, чревато исключением из Акалим и уголовным наказанием. Это понятно?

Не получив ответа, Сноворс взглянул на меня внимательнее.

– Вы, что, никогда не видели живых драконов, Эрроч?

– Никогда, куратор. Там, где я живу, только их призраки – в артефактах.

– Ясно. Напомните мне потом, дам вам список книг по этой теме. Для общего развития.

Для общего развития? Ну вообще замечательно. Теперь этот хлыщ будет считать меня деревенской дурочкой.

От невеселых мыслей меня отвлек портал, который засветился и выплюнул субтильного парнишку с буйно вьющимися черными кудрями. Он не упал, как я, а выпрыгнул из огненного обруча, из чего я сделала вывод, что «Ап!», тьфу, то есть перемещения через портал, ему уже знакомы.

– Ваша фамилия, курсант? – спросил куратор.

Я навострила уши. Курсант? Как и я?

– Джеффорд Новач к вашим услугам, – поклонился новенький.

– Подойдите сюда и встаньте справа от меня.

Когда парнишка приблизился, я обратила внимание на его руки с тонкими, длинными и очень красивыми пальцами, которые явно не держали ничего тяжелее вилки. К ним прилагалось худое лицо с высоким лбом, живыми черными глазами и неожиданно пухлыми губами. На шее новоприбывшего, под расстегнутым воротом белоснежной рубашки, я увидела такой же обруч, как свой.

– Ко мне следует обращаться «куратор», Новач, а это – староста вашей группы, курсантка Вин Эрроч. С любыми проблемами, касающимися обучения или проживания, можете обращаться к ней.

Недобро покосившись на Сноворса, я кивнула новенькому, а он неожиданно протянул мне руку и обезоруживающе улыбнулся:

– Рад познакомиться, Вин! Ну что, освоим государственные денежки?

Я невольно улыбнулась в ответ и бережно пожала тонкие пальцы – их ведь можно и сломать, не рассчитав силу!

Между тем из портала, один за другим, «посыпались» остальные студенты. Судя по повадкам и одежде, они принадлежали к разным слоям населения, но большинство, все-таки, были горожанами, не привыкшими к работе на земле. На некоторых из них красовались такие же обручи, как у меня.

Были среди них и представители аристократии. Больше всего меня поразила девица по имени Сильвана Оливия Рэчерч. Уже по одному имени можно было понять, что она принадлежит древнему роду, возможно даже одному из тех, в которых принято добавлять к имени уточнение «урожденная». На ней было платье цвета топленых сливок, роскошнее него я ничего в своей жизни не видела; скромный гарнитур из золотистого жемчуга стоимостью в десять Зорек; изящные туфельки для ходьбы по воздуху, не иначе. Девица была худая, светловолосая и даже симпатичная, если бы не высокомерное выражение лица. Когда Сноворс указал на меня, как на старосту, она просто перевела взгляд куда-то вдаль.

Откуда не возьмись набежала целая толпа дракусей. Теперь уже я, как ранее куратор, наблюдала «битву» за багаж с теми первокурсниками, которые подобного не ожидали, и едва сдерживала смех, памятуя, как сама опростоволосилась. Драконьи дети размером от собаки до бычка радостно хватали кофры, чемоданы и мешки, и уносились прочь, трепеща смешными крылышками, похожими на крылья летучих мышей. Даже не знаю, умели ли они летать или были слишком малы для этого? Наверное, я узнаю об этом не раньше получения от куратора обещанного списка литературы.

Всего прибыло около пятидесяти студентов. После пятнадцатого я потеряла счет, потому что лихорадочно пыталась запомнить, кто есть кто. У меня была хорошая память, но, когда твое имя выучила примерно половина из всех, а ты – пока – различаешь от силы десятерых, путаница неизбежна.

– Ну, вроде, все, – с облегчением сказал куратор, когда портал начал бледнеть. – Группа два, те, кто стоят слева от меня – идут за мной, вам предстоит выбрать старосту, такова традиция академии. Те, кто справа, группа один – за старостой Эрроч. Мы покажем вам ваши комнаты. У вас час на разбор багажа, затем жду в столовой для завтрака и последующего инструктажа.

В этот момент портал засветился и из него выпрыгнул жилистый черноволосый парень, взглянув на которого, я позабыла обо всем. Такие красавчики в Замошье не водились! Рельеф его мышц вызвал невольное уважение, взгляд насмешливых голубых глаз ударил в самое сердечко, но больше всего меня поразила уверенность в собственной неотразимости, сквозящая в каждом движении.

– Куратор Сноворс, простите за опоздание, – подойдя, сказал он, спокойно отдавая кофр подкравшемуся дракусю. – Мое имя Лиам…

– Я знаю ваше имя, студент, можете не продолжать, – поморщился куратор. – Вставайте слева.

Красавчик Лиам присоединился к остальным, даже не взглянув на меня.

– Куратор, как я размещу свою группу, если не знаю… – сердито начала я.

– А карта вам на что? – поднял брови он. – Вот же она, у вас в руках.

Я с недоумением посмотрела на лист из его блокнота и свиток, которые он дал.

– Выбирай свиток, токс, не ошибешься, – вдруг услышала я и, подняв глаза, увидела, что Лиам смотрит на меня.

В его глазах хотелось раствориться. Без остатка.

С трудом отведя взгляд, развернула свиток с поэтажными схемами здания академии. На том месте, где, судя по схеме, я сейчас находилась, был нарисован смешной лупоглазый дракусь. Будто заметив, что я смотрю на него, он принялся подпрыгивать на месте. Бред какой-то! Может быть, я попала в сумасшедший дом?

– Куратор, она из деревни, что ли? – наблюдая за мной, поинтересовался Лиам так, что услышали все. – Этот токс не знает, как пользоваться дракартой!

Токс? Это ругательство какое-то? Вспыхнув, я послала ему яростный взгляд, но он только хмыкнул.

– Скажите дракону-путеводителю, куда вам нужно, и он покажет путь, – тяжело вздохнув, пояснил Сноворс.

В его глазах читалось сожаление о том, что портал выплюнул первой меня, а не какого-нибудь потомственного мага.