Текст книги "Не так воспитан"

В какой-то момент понимаю, что удалось очистить местность возле стены, при этом личи не атакуют, что несказанно радует, но не дает расслабиться. Передышка на руку как им, так и нам, но вот время играет против нас. Если уже появились костяные големы, то дело плохо.

На стену возвращался в тишине, даже ученики не голосили от радости. Могли бы и сказать, какой я молодец. Обидно. Но вот кого я не хотел бы сейчас видеть, это высокое начальство.

– Инсендио, через десять минут жду тебя на совещании для обсуждения дальнейших действий, – произнес майор, появляясь на моем пути.

– Не могу, – отвечаю ему с расстроенным видом.

– Что значит не могу?

– Я арестован и направляюсь во временное место дислокации для отбывания срока своего заключения, – и аккуратно так, пока майор переваривает услышанное, обхожу его и, ускоряясь, бегом устремляюсь в палатку.

– А ну стоять! – отходит майор.

– Стою!

– Ты что себе позволяешь, гаденыш? – майор буквально шипит, не замечая, как бледнеют лица у моих учеников, а у него под ногами начинает проявляться заклинание портала.

– Я позволил себе спасти лагерь от разгрома не-мертвыми. За необдуманные действия и планирование операции ответственности не несу, так как все свои выводы и предложения направил вышестоящим по званию еще в первом своем докладе. О том, каков был план уничтожения данной угрозы, не имею понятия, в целом за самовольное оставление приписанного места пребывания готов понести заслуженное наказание. Разрешите идти?

– Иди, утром чтоб был доклад о мерах противодействия этим монстрам. И проработай вариант защиты лагеря и руководства.

– Хорошо! – отдаю воинское приветствие и иду в палатку. – Ученики, за мной.

– Отставить! Наказание с вас я снимаю, – говорит майор ребятам.

Поворачиваюсь, ребята стоят и смотрят на меня, понимают, что нарушить мое указание они не могут. Ну что же, пока конфликт развивать не будем.

– Останьтесь.

В палатке заваливаюсь на кровать, даже переодеваться не стал. Подумав, решил все же пойти на кухню и перекусить. Сказано – сделано. Пока ел, на ум пришло интересное решение проблемы. Главное это же безопасность лагеря, а тем более высокого руководства… Так почему бы эту безопасность и не обеспечить.

Далее до самого вечера я возился с расчетами по улучшению защиты руководства. Я даже не обратил внимания на то, когда ко мне кто-то заходил и что-то говорил, так как полог тишины так и не снял, а отвлекаться мне было лень.

Ночью вышел на дело, накинув на себя еще и отвод глаз, да ко всему прочему надел костюмчик маминых воинов, он получше будет, чем здешний камуфляж. Ну что ж, теперь главное сделать все быстро и аккуратно. Поэтому, активировав поиски и найдя нужную мне палатку с руководством, я направился к ней…

Утро встретило меня криками Лютикова и Шахраманова на весь лагерь. Лютиков орал, что какого хрена у них уже второй раз ни с того ни с сего за ночь появляется не учтенное сооружение. При этом старший лейтенант парировал это тем, что изначально охрана лагеря на Лютикове, вот пусть он и разбирается.

Идиллию нарушил полковник, он сказал, что можно спросить у главного специалиста по магии, то есть меня. И тут все повернули голову в мою сторону… Пришлось выходить и плестись к ним.

– Инсендио, объясни, что это?

– Строение в виде колодца, только в высоту, – говорю капитану очевидные вещи. А «колодец» был высотой в десять метров.

– А как оно тут появилось?

– Не могу знать! – Ну, я ж не знаю, как его элементали построили.

– А для чего оно? – не сдается Лютиков.

– Для защиты руководства от атак не-мертвых и проникновения вражеских диверсантов.

– И как эта защита работает?

– Нужно поместить в нее руководство.

– И как это сделать, если ни входа, ни выхода нет? А руководство все перед тобой.

– Вообще-то не все… – влезает полковник.

– Твою-у-у-у же жи-и-и-знь! Инсендио, твою душу об колено, как ты его туда запихнул?

– Не могу знать, товарищ капитан! Я не запихивал! – я ведь действительно не запихивал.

Далее на меня не обращали внимание, так как Лютиков организовал что-то вроде отряда спасения и всеми доступными способами пытался взломать «колодец». К вечеру стало окончательно ясно, что просто так разрушить стенки колодца невозможно. Даже тяжелая техника не помогла. Действовать более радикально опасались, так как обрушение могло покалечить, а то и вовсе убить майора. Ближе к ночи, когда отряд спасения уже совсем выдохся долбить ломиками стены, кто-то предложил взять лопатку у Алисы и попробовать. Попробовали, стена не поддалась, но из колодца послышался дикий необузданный вой.

– Это чё было? – вслух спросил полковник.

– Это из колодца. Воют, – спокойно пояснил я.

– Чё это он? – Лютиков повернулся к Шахраманову.

– Не знаю, может, есть хочет. С утра же не кормили.

– Да не, ему еды должны были подкинуть, – ляпнул я, и все повернулись ко мне.

– И какой же такой еды? – поинтересовался Лютиков.

– Ну, кабанчика в лесу поймали.

– И что вы из кабанчика ему сделали? – удивился полковник.

– В смысле что сделали? Ему живого кабанчика туда запустили.

– Инсендио-о-о-о-!!! – взревел Лютиков.

– Да что не так-то? Ну свинка, ну подумаешь, убьет ее…

– Я тебе тех свиней еще не забыл, так ты мне еще одну свинью подложил! Тьфу, что за тавтология! Уйди с глаз долой.

И когда я уже уходил в палатку, услышал занимательный диалог.

– Что делать будем? – это полковник.

– Тут или кран вызывать, или вертолет спасательный.

– И что мы скажем? Что у нас майор в колодце застрял? – оживился Лютиков.

– А вы знаете, а это неплохая идея.

И я почему-то представил, как старший лейтенант улыбается.

Глава 24

– Запомни, сын. Если ты что-то делаешь, делай это хорошо. Так, чтоб потом не надо было исправлять или переделывать.

– Пап, а если нужно будет переделывать, но сделано все очень хорошо, как быть?

– Тогда подумай, нужно ли это реально переделывать, можно ли сделать все на другом месте или отдельно, и стоит ли вообще переделывать то, что и так служит или работает хорошо.

– А если все же нужно?

– Тогда снеси все в прах и поставь все так, как тебе надо!

– Я понял.

– Пап, а если при этом надо объяснить всем, что то, что ты ранее сделал, было не очень хорошим, а новое станет лучше.

– Тогда лучше сказать, что ты все дорабатываешь, и это принесет им только блага.

– А если это не так?

– Тогда лучше размыто сказать, что то, что ты делаешь, делаешь для их блага и по их согласию.

– А они разве соглашались?

– Нет, но им об этом знать не надо.

* * *

Утро встретило приятным солнечным светом, но неприятным и не выспавшимся Лютиковым. Как оказалось, к ним еще ночью пришел вызванный кран, и они попытались спустить крюк в «колодец». Не получилось. Погнуло стрелу, а как так произошло, никто понять не смог. Вертолет тоже прилетал, но как таковой не смог приблизиться к данной башне. Что-то мешало. Ну да, я ж еще воздушных элементалей попросил подсобить земляным. Интересно, в каком формате они там еще взаимодействуют?

Вот это мне сразу озвучил капитан, когда я по его приказу явился в штаб. Весь поток негативных мыслей, направленных на меня, прервал вошедший Шахраманов, сказав, что в окрестностях стали часто замечать людей. На что Лютиков посмотрел на меня как-то выразительно, но правда ничего не сказал. Зато за него это сделал полковник.

– Лютиков, там из колодца вой доносится странный, – с такой фразой в палатку вошел Максимов.

– Какой такой вой? – удивился капитан.

– Вот и мне интересно, какой вой?

В итоге меня оставили в покое, и я пошел завтракать. А в целом меня занимали совсем другие мысли, надо уже заканчивать с этим лагерем. Надоело мне тут, что ни сделаешь, так ты в этом виноват. Как будто это я тут город мертвых устроил.

Завтракал в одиночестве, учеников своих не видел со вчерашнего вечера, что не сильно меня расстраивало. Даже по магической печати мне было лень узнавать, где они. Живы, да и ладно. Впереди тренировка, так что явятся, никуда не денутся.

На тренировку ученики явились зевающими и сонно потирающими глаза. Странно, но не критично. Поэтому я воспроизвел пару рун для изучения и стал рассказывать о том, что применение магии многогранно. От лечения, которым можно как и вылечить, так и убить, до момента укрепления своего тела для боя.

– Запомните, чтобы укреплять магией тело, нужен высокий контроль. Лучше всего на ранних этапах это получается у лекарей, у них это все на подсознательном уровне. Остальные же, пока не достигнут хорошего результата в дозировании своей силы, приступить к таким тренировкам не могут. Ясно?

Ученики закивали головами.

Далее отрабатывали быстрое воспроизведение вязи щита, и мне пришлось объяснять, как рассчитывать построение рун для вязи. Что есть руны антагонисты, есть те, что самоуничтожаются при размещении вместе, а есть просто те, что нивелируют силу друг друга.

И, казалось бы, такая идиллия продлится до вечера, но все прервал крик Лютикова, в котором смешались обида и непонимание. Пришлось идти на его крики о моем природном таланте портить даже то, что уже испорчено.

Причина же гнева Лютикова оказалась прозаичной, он матерился на то, почему по воздуху пролетают люди прямиком в башню.

– Да откуда я знаю? – честно ответил я.

– А какого черта они летят в башню? – успокоился резко Лютиков.

– Может, это команда спасения? – подошел Шахраманов.

– Шах, ты в это веришь? – уставился на него капитан. – Что за бардак! Кто мне объяснит, что вообще происходит.

Объяснить попытался Никита. Оказалось, что он вместе со Светланой тренировались. И так уж получилось, что наш друид опять наткнулся на одного из диверсантов. Сказав об этом Светлане, он не придумал ничего умней, как погонять диверсанта, устроив загонную охоту. А кто у них может выступать в роли загонщиков? После ночи забегов диверсант сам вышел на лагерь, а тут уже среди учеников и караульных образован тотализатор. И этот гаденыш посмел сдаться в самый разгар. Стоит ли прерывать веселье? Нет, конечно. В итоге было решено продолжить. А то, что нельзя, пока начальство спит – можно.

Бедолагу спеленали и дали на выбор два варианта: идти в лагерь мертвых или штурмовать башню. В лагерь мертвых диверсант очень не хотел, а посему решил штурмовать башню. И вот тут оказалось, что его к башне не пускают. Пробовали по-разному, но буквально за два метра до стены возникал барьер, который не пропускал только диверсанта.

Был созван консилиум. Веселье хотелось продолжить, но как это сделать? С одной стороны, вот он шпион, подопытный, которого в принципе не жалко, тем более Никита сказал, что еще двух заметил. С другой стороны, к башне его не пускает какая-то сила. Решили, что пока Никита разбирается с башней, Светлана натравит еще на двоих шпионов пару рыцарей.

В какой-то момент дум один из солдат предложил Никите, что с допингом думается лучше, и угостил ученика спиртным. Много ли выпил ученик, то история умалчивает, но то, что он поймал вдохновение, – это точно. Чего уж там смог Никита, он не помнит, но точно помнит, что договорился с кем-то на предмет отлова диверсионных групп. Для последующего их использования в развлечениях.

И вот тут встал вопрос, где держать «игрушки»? Ничего умней наш друид не придумал, как всех собрать в «колодец», мотивировав это тем, что там за ними майор присмотрит. Самое интересное выяснилось потом, оказывается, с этим согласились все присутствующие. Чую, не один Никита там пил.

– Да, едрить того налево, через коромысло по хребтине! – выдал загадочную фразу капитан.

– Ничего не понял, но очень интересно! – честно признался я.

– Мало того, что там сейчас куча диверсантов, так у них в заложниках еще и майор получается… – пояснил мне Шахраманов.

– Почему это он в заложниках? – опять не понял я.

– Потому, как майор один, а диверсантов много, – вежливо поясняет старлей.

– Все равно не пойму…

– Чего непонятного-то? Майор в окружении потенциальных врагов! А значит, они могут выпытать все нужные сведения. Считай мы сами в руки им дали источник информации. Как в штаб докладывать будем? – сплюнул Лютиков.

– Доложите, что в рамках мероприятий по отлову диверсионных групп майору было предоставлено отдельное помещение с экранированием радиопередач, оборудованное современными средствами сдерживания противника. А если он разболтает какую информацию, то это сговор с целью получения выгоды.

– А как объяснить то, что майор там количественно представляет меньшую сторону? – удивленно взирает на меня полковник.

– Ой, да сошлитесь на то, что это не ваша вина, что человек, не обладающий должным умением и силой, решил допросить сразу столько диверсантов, – машу рукой.

– Хана майору, – улыбается Шах, – но мне нравится!

– С кем я связался! – вздыхает Лютиков. – Ладно, вопрос в другом, чем их там занять все это время?

– Ну, мы вообще-то их тренировать думали, – робко говорит Никита.

– Чего? – вылупляется на него капитан.

– Ну, мы туда пару не-мертвых скинули, чтоб привыкали…

– Твою жжжж жизнь… – выдыхает сквозь сжатые зубы Лютиков.

В итоге, пока одна часть руководства докладывала «свежие новости», другая организовывала спасение «утопающих». При этом на фразу «утопающие» Алексей сказал, что это дело рук самих утопающих, при чем тут они. Я был полностью согласен с Алексеем, но Лютиков наоборот – в корне не согласен.

Пришлось мне брать все в свои руки и чертить легкую пентаграмму призыва элементалей. Когда в круге появились те, с кем у меня был заключен контракт, мне пришлось войти в транс и мысленно договариваться на предмет того, что в «колодце» появится отверстие на уровне земли и воздуха, и в целом можно будет входить и выходить в «колодец». Договорился. Правда устал, так как в понимании элементалей отверстие уже было, и в него входили люди, а то, что выйти не могут, ну так это их проблемы.

Когда через пару минут образовалось отверстие рядом с нами, из него первым выбежал, по словам друида, их первый претендент в гладиаторы. Претендент, правда, увидев Светлану, развернулся и попытался опять попасть в «колодец», но потерпел неудачу, его снес вылетевший кабанчик.

За кабанчиком выбежал спасаемый майор, за которым уже появились еще четыре человека разной степени помятости и ошалевшими глазами взирали на нас.

– Ну, если учесть, что кабан напал на диверсанта, то в целом можно сказать, что у майора был напарник, – резюмировал я в конце.

– Ты сейчас серьезно? – уставился на меня Шахраманов.

– Ну да. А чего, вон Никита же может зверей в помощь призывать? Может. Так и майор мог с кабаном договориться.

На это мне ничего не ответили, а только послали парочку солдат, проверить, что внутри. Те вернулись довольно быстро, сказав, что нашли двух не-мертвых, укутанных в разрезанную палатку.

– Тоже неплохой способ. В случае чего можно было разрезать путы и натравить их на противника. В общем, четыре против пятерых. Неплохой расклад.

– Тьфу! – сплюнул Лютиков.

А вечером в лагерь прилетели два пузатых вертолета и пять военных в сопровождении. Из вертолетов стали выходить люди в военной форме, но при этом без знаков различия. Посмотрев на них и на то, как их слушается даже наш полковник, я решил, что про меня забыли, но как оказалось – зря.

В итоге меня пригласили на совещание штаба для проработки вариантов решения проблемы возникновения проблемы с не-мертвыми. Пришлось долго и упорно рассказывать, почему нельзя воевать шумным оружием, что не-мертвых привлекает шум. Далее рассказывал о классификациях не-мертвых и их особенностях. После каждой особенности все думали. Кто-то предложил накрыть все это какой-то там баллистической ракетой. Не знаю, что это, но заранее предупредил, что при угрозе личи могут создать совместный щит, что в целом может удержать попадание кометы. Небольшой, правда, всего с город. Задумались.

Потом были долгие и нудные споры о совместных действиях и подготовке к атаке. Один из главных сказал, что нам предоставят все нужные вещи, вплоть до заказанных мной мечей и прочей средневековой утвари. Не понял, при чем тут средневековье, но заранее еще попросил арбалетов. На меня махнули рукой, мол, дадут.

– И луки! – наглеть так наглеть.

– Да дадут тебе всё! – это Лютиков меня так успокаивает.

Далее мне пришлось очень сильно отстаивать мнение, что на подготовку нужна неделя. Но мне сказали, что столько времени нет, и надо управиться за день. Выторговал три. Закончили на том, что передали всех диверсантов на руки прилетевшим и разошлись по палаткам.

А утром прилетел сначала один грузовой вертолет, с которого сгрузили оперативно два десятка ящиков, к обеду прибыл еще один и тоже с «подарками». Как сообщил полковник, к нам на вооружение прибыло оружие спецподразделений для бесшумной стрельбы. Какие-то там винторезы в двадцатом поколении.

Мне было не интересно, мне показали ящики, в которых лежали луки и арбалеты. На мечи и копья даже не смотрел, так как мое оружие было лучше в разы, но вот солдатам пойдут. А вечером началось всеобщее перевооружение армии.

Ну, это полковник так думал, я же решил, что это еще один повод потренировать своих учеников. В итоге с согласия Лютикова поставил каждому из учеников стол и заставил учиться накладывать специальные руны на мечи. Так земляные накладывали руны усиления и остроты. Светлана при этом накладывала руны упокоения. Ринат при этом делал руны огня, что при сражении с некоторой нежитью в целом могут хорошо пригодиться.

Алиса при этом трудилась отдельно, ей приходилось хуже всех, она создавала лечебные амулеты и делала их с запасом, накладывая лечебные вязи на любые возможные предметы экипировки.

А вот наш лекарь тренировалась в наложении рун ветра на мечи, ей полезно поработать с другой стихией. Друид же в это время наполнял магией природы пару выданных мной накопителей.

Все заняты, все при деле. Солдаты в срочном порядке осваивали новое оружие, начальство следило за исполнением указаний. Благодать. Даже мне нашлось чем заняться, я просто стал расплетать то заклинание, что все еще набирало форму. Мне нужно, чтоб оно накрыло всю область. А для этого его нужно «распутать» и обозначить область применения. По вечерам же заполнял колчаны стрелами, предварительно накладывая на них вязи рун.

За три дня мы конечно же не управились. Да и не реально это. Тут не мастера артефакторики работали, а следовательно, времени на наложение даже простых рун уходило значительно больше. Но из-за нас менять свои планы, по словам полковника, генералы не будут.

И вот утреннее небо озарили росчерки ракет, что были выпущены далеко от нас, но при этом долетели до расположения не-мертвых и накрыли плотным попаданием. Взрывы, грохот и вой снарядов. В воздух подняло клубы пыли и земли, отчего разглядеть, что творится в лагере не-мертвых, было совершенно невозможно.

Обстрел был недолгим, но вот пыль стала оседать только спустя десяток минут, все это время мы стояли на «стене», ожидая атаки. Как только пыль осела, то тут же загрохотали выстрелы артиллерии, направленной на големов плоти. Кто уж их направлял, мне было неведомо, но урон они наносили существенный.

– Через спутники наводят, – пояснил мне Никита.

Какие такие спутники должны быть у артиллерии, я не понял. Но заморачиваться не стал, так как в магическом зрении видел, что готовился ответ, и вот как раз начало этого ответа я хотел бы не пропустить.

Прошло еще долгих, томительных пять минут, когда личи установили купол кроваво-черного цвета. И выстрелы артиллерии перестали приносить результат. Тогда «наши» опять решили применить финт с ракетами, но тут неожиданно из земли в небо ударил темный луч, от которого в стороны стала разрастаться серая дымка и свет стал меркнуть.

– Апокалипсис, мать его, – выразил свое мнение Ринат.

– Учитель, что это за магия? – спросила Алиса.

– Обычная магия. С примесью некроэнергии, призванная защитить от солнца.

– Неплохой ход, так их спутники не увидят, – высказался Никита.

– А зачем нужна такая магия? – не сдавалась Алиса.

– Обычно, чтоб в солнечный день выпустить или призвать тех, кто боится солнечного света.

– То есть нас ждет сюрприз? – на этот вопрос друида повернулись все.

– Конечно, куда ж в магии и без сюрпризов? – улыбнулся я.

И в этот момент личи выпустили тех, для кого заволокли небеса.

– Смотрите, кто это? – первым новых противников увидела Маша.

– Это те, кто начнет сегодняшнее сражение. Гончие Инферно с их погонщиками.

– А? – это уже Лютиков.

– Огонь их не остановит. Только железо. И лучше всего осветленное.

– Святая вода? – оживляется Светлана.

– При чем тут святая и вода? – не понимаю я.

– Ну, как же! Освятить воду и ей окропить железо! – воодушевленно отвечает некромантка.

– После боя напомни тебе голову знаниями осветлить. Осветленное железо, это железо – с примесью магического серебра. А магическое, оно же лунное, серебро очень хорошо помогает от не-мертвых и нежити.

– А-а-а-э? – не находит, что сказать, Светлана.

– А тебе дополнительное занятие! Всё! Приготовились, сейчас они их спустят с поводка. Стрелять в голову, стараясь попасть в глаза. Близко не подходить, рубить сначала конечности и только потом добивать через глаза.