Текст книги "Седьмой читатель"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sedmoy-chitatel-295228.jpg)
Автор книги: Лэй Ми
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава 1
Ночной странник
В 1999 году Фан Му исполнился двадцать один год, и он учился на третьем курсе Педагогического университета города Ч.
В сентябре по вечерам стало холодно. В этом северном городе царила мрачная обстановка. Дул порывистый ветер, повсюду виднелись опавшие листья, которые хрустели под ногами. Фонари, разбросанные по территории, казались гораздо тусклее обычного, их свет ложился желтоватыми кругами на асфальт. Продавец чайных яиц[4]4
Яйца, сваренные с чаем, солью и пряностями, иногда выдержанные в рассоле несколько дней.
[Закрыть] прислонился к фонарному столбу, охраняя почти потухшую жаровню, и от скуки ковырял землю носком ботинка. Кампус опустел, если не считать гуляющие парочки. По сравнению с дневной суетой Педагогический университет казался очень тихим.
Во всех учебных корпусах неожиданно прозвенел звонок – закончились вечерние пары. Торговец выпрямился и суетливо развел огонь под жаровней. Через несколько минут из зданий высыпали полчища студентов. Они втягивали шеи, прячась от осеннего ветра, громко разговаривали и смеялись, направляясь к своим общежитиям. Время от времени догоняли и толкались, порой раздавался добродушный свист. Девушки слегка краснели, пробираясь сквозь толпу парней, а некоторые, наиболее смелые, оглядывались на тех, кто свистел громче всех, что вызывало еще более громкий смех. Последний всплеск суеты за сегодняшний день.
Второй корпус – мужская общага, самая ветхая в этом университете. Если верить истории университета, то его построили во время войны пленные японцы. Надо признать, что качество вещей, к которым приложили руку японские черти, лучше, и вот уже более пятидесяти лет это старое здание до сих пор стоит, и, пускай внутри немного сыровато, оно все еще очень крепкое. Сырость – это не так уж и плохо; предыдущие выпуски смеялись над тем, что в этом здании никогда не произойдет пожар, его даже специально-то не подожжешь. Здание, конечно, старое, но в глазах парней, живущих в этом общежитии, второй корпус – просто райское местечко, потому что, когда в университет направляют комиссию из санэпиднадзора, университетское начальство ни за что не приведет сюда проверяющих, чему здешние обитатели несказанно рады. В этом здании, полном мусора и залежей пивных бутылок, где толпами гуляют крысы, счастливо живет группа отвязных парней.
В половине двенадцатого в общежитиях вырубают свет, а перед этим во втором корпусе наступает самое оживленное время. Все курсируют между общим санузлом и комнатами с тапочками, полотенцами и тазиками. В коридорах пахнет сигаретным дымом, повсюду слышатся громкие ругательства; время от времени, пока кто-то из соседей умывается, наклонившись над своим тазом, его хватают за промежность, вызывая у окружающих приступ гомерического хохота.
В комнате № 352 один парнишка энергично сушил волосы полотенцем. Вытершись, принюхался, а потом поднес полотенце к носу.
– Блин, почему мое полотенце пахнет солеными огурцами?
Его сосед, который сидел за столом и ел лапшу быстрого приготовления, засмеялся:
– Ха-ха, кажется, Четвертый брат[5]5
Обычно соседи по комнате в китайском общежитии называют друг другу по старшинству: «Первый брат», «Второй брат» и т. д. Во времена, которые описываются в книге, в комнаты селили по пять-шесть, а то и более студентов.
[Закрыть] сегодня днем вытирал им ноги! – Он с шумом втянул в себя лапшу. – Сразу после тренировки!
Паренек швырнул полотенце обратно в таз, открыл дверь и крикнул в сторону ванной:
– Четвертый, ты чертова свинья!
Несколько человек в комнате рассмеялись.
Через несколько секунд в комнату ворвался толстяк с зубной щеткой во рту:
– Кто тут орет, черт возьми?
Парень молча потряс полотенцем. Толстяк смущенно улыбнулся:
– Шестой брат, прости.
– Прости?! Зря только башку мыл, теперь волосы воняют солеными огурцами!
– Да ладно тебе… Вон Второй брат как раз лапшички заварил; прополощи в его тарелке полотенце, а то вдруг ему соли не хватает!
– Проклятый толстяк! – Паренек подскочил и занес руку, как для удара, но Четвертый брат с хохотом уклонился.
– Я тут ни при чем! Кто виноват, что у тебя полотенце по цвету как мое?!
– Да иди ты!.. У тебя полотенце синее, а у меня белое!
Обитатели комнаты снова громко расхохотались.
Шестой брат потер волосы и понюхал пальцы:
– Хрен с тобой! Завтра поговорим.
Он быстро разделся, небрежно взял «Спортивный ежедневник», лежавший рядом с подушкой, укутался в одеяло и принялся листать газету. Соседи по комнате читали книги и слушали музыку, спокойно ожидая, когда погаснет свет.
Вдруг дверь толкнули, и в комнату вошел еще один парнишка невысокого роста, несший миску для риса из нержавеющей стали. Он сразу же направился к термосам с теплой водой, которые стояли под окном. Взял один, потряс – пусто, взял другой – то же самое.
– Черт! Почему у нас в комнате такие лентяи? Даже кипятка нет… Скорее сбегайте вниз, принесите мне термос, а лучше два; я хочу заварить лапшу, а потом еще ноги помыть нужно!
Раздался хор голосов:
– А не пошел бы ты…
Шестой брат отложил газету и с улыбкой сказал:
– У меня остался кипяток.
Коротышка подошел к нему. Шестой брат приподнял одеяло:
– Ну, не прям кипяток-кипяток, тридцать шесть и восемь, будешь?
Коротышка бросился к Шестому брату и с силой ущипнул его за шею. Тот рассмеялся и вывернулся, а потом одним толчком повалил Коротышку на кровать.
– Домогательства! – преувеличенно громко крикнул Коротышка. Несколько соседей присоединились к веселью и бросились к нему, образовав кучу-малу.
Коротышка без остановки молил о пощаде:
– Прекратите, прекратите; если вы еще надавите, то из меня дерьмо потечет.
Шестой брат поспешно сказал:
– Хватит, мне еще спать в этой кровати!
Соседи засмеялись и отпустили его. Коротышка встал, ойкнув:
– Мать вашу, даже поесть не успел, теперь надо в сортир бежать… Фан Му, у тебя есть туалетная бумага?
Шестой брат, рассмеявшись, выругался:
– Черт, Чжоу Цзюнь, у тебя даже туалетной бумаги нет?
Сказав это, он протянул руку, достал из подушки полрулона бумаги и бросил ему. Чжоу Цзюнь взял бумагу, но не ушел, а сел на край деревянной кровати и принялся сплетничать с соседями.
Фан Му нетерпеливо пнул его:
– Почему бы тебе не поторопиться, а то сейчас свет отрубят!
Чжоу Цзюнь серьезно ответил:
– Попозже, сейчас сил нет.
Пятый брат, который читал книгу, лежа на верхней койке, заметил:
– Чжоу Цзюнь, странный ты… Другие утром ходят по-большому, а ты предпочитаешь на ночь глядя в туалет ходить. У тебя ж ужин не успел перевариться!
Силы спорить у Чжоу Цзюня сразу же нашлись:
– Ничего ты не понимаешь, перед сном полезнее всего ходить! Ты подумай, столько лишнего в кишечнике за ночь нагревается, как это вредно для организма…
Фан Му нахмурился:
– Чушь собачья! Каждый раз, когда я иду в туалет после выключения света, в темноте, я боюсь встретить призрака…
– Эй, эй, чего ты боишься! Если я встречу призрака-мужика, то он меня оприходует, а если женщину, то я ее!
– Спи давай! Смотри не помри от спермотоксикоза! – загалдели парни.
Тут погас свет, и общежитие погрузилось в темноту. Те, кто читал, хором ахнули, затем зашуршали одеялами.
Чжоу Цзюнь встал и торжественно сказал:
– Его величеству пора вернуться во дворец. Выпью воды и схожу в туалет, надеюсь встретить призрака-женщину!
– О, вали!
Чжоу Цзюнь в темноте погрозил Фан Му, громко рассмеялся, открыл дверь и вышел.
Старший брат включил фонарик и помахал:
– Все на месте, да? Шестой брат, запри дверь.
– Черт, опять мне бегать…
– Хватит уже ныть. Кто ж виноват, что ты спишь ближе всех к двери! – И Старший брат рассмеялся.
Фан Му с неохотой вылез из-под одеяла, спрыгнул с кровати, подбежал к двери, закрыл на засов и юркнул обратно. Укутавшись в одеяло, он бросил взгляд на противоположную кровать – верхняя койка пустовала.
– Эй! У Хань еще не вернулся.
– Третий брат сегодня дежурит.
Некоторое время все молчали, потом кто-то тихо спросил:
– Третий брат в этом году сдает экзамены в базовую группу?
– Не знаю, – сказал приглушенным голосом Старший брат. – Третьему брату не везет – он совершенно точно прошел порог, а его почему-то завалили…
– Думаю, ему придется пересдавать, – проворчал Четвертый брат. – Когда я вернулся, то видел, как он зубрил в дежурке.
Фан Му задумался и спросил:
– А за его обучение уже заплатили?
Четвертый брат ответил:
– Еще рано; кажется, не хватает четыре с лишним тысячи.
Фан Му не издал ни звука, он поплотнее укутался в одеяло и обдумывал услышанное.
На юридическом факультете есть особая группа, которую называли базовой, но правильнее было бы назвать ее «экспресс-группой». Студенты, которые учились в этой группе, могут напрямую получить степень магистра после сдачи экзаменов бакалавриата. При допуске к вступительным экзаменам проходной балл для зачисления сюда гораздо выше, чем у остальных. Конечно, конкуренция внутри группы тоже была очень жестокая – согласно требованиям юридического факультета, в конце каждого года десять процентов студентов отсеивали на экзамене, а отчисленных перераспределяли в обычные группы. Соответственно, студенты из обычных групп могли поступить в базовую группу, сдав экзамен. У Хань попробовал сдать в этом семестре и, судя по результатам, почти наверняка мог пройти, однако в результате оказался на последнем месте. Еще большее недоумение вызывал тот факт, что несколько студентов с гораздо более низкими баллами, чем у него, были успешно зачислены. Факультет объяснил это тем, что У Хань недостаточно хорошо владеет английским. Очевидно, что это всего лишь отговорка. Соседи по общежитию подговаривали У Ханя подать апелляцию, но, как ни странно, тот, похоже, не слишком роптал – несколько дней пребывал в депрессии, а потом начал готовиться к следующему разу.
У Хань родом из горного района на севере, из бедной крестьянской семьи. Единственный способ изменить судьбу для такого парня – учиться. За три года, что они жили в одной комнате, Фан Му понял, что у У Ханя сильный характер и железная воля. Возможно, Третий брат хотел с помощью оценок доказать это.
Подумав об этом, Фан Му почувствовал, что его веки тяжелеют…
Сквозь сон он услышал, как в дверь комнаты 351 постучали, и оттуда кто-то вышел, мурлыкая под нос песню. Услышав этот голос, Фан Му мгновенно проснулся, приподнялся на локтях и крикнул в сторону двери:
– Спермотоксикоз!
Песня резко оборвалась, и тут же послышался голос Чжоу Цзюня:
– Тупой ты хер!
Те, кто еще не успел заснуть, заржали.
Чжоу Цзюнь ударил ногой в их дверь, после чего звук шаркающих тапочек угас. Снова стало тихо.
Обитатели общежития медленно погружались в сон, а звуки храпа то нарастали, то утихали. За окном по-прежнему дул ветер, и время от времени сухие листья кружились и бились о стекло, но никто не слышал этих тихих звуков, поскольку шестеро – нет, пятеро парней, – как обычно, сладко спали в этой грязной полуразрушенной комнате.
Все здание было окутано тишиной. Узкий сырой коридор был пуст, если не считать мыши, шнырявшей вдоль стен в поисках съестного. Закрытые деревянные двери по обеим сторонам коридора молчали, словно множество глаз взирали на крошечного ночного странника.
Внезапно тот замер на месте, его крошечные ушки настороженно приподнялись. Он быстро повернулся на маленьких лапках и бросился наутек.
Вы тоже слышите тяжелое дыхание в углу?
* * *
Фан Му резко проснулся – точнее, его разбудил шум. С трудом открыв глаза, он обнаружил, что в комнате пусто, только на кроватях свалены в кучу блеклые одеяла.
«Почему эти ленивые ублюдки сегодня вдруг так рано встали»? – недоумевал Фан Му, услышав дикий шум в коридоре. Он нацепил очки, сел, потянулся, сунул ноги в тапочки, открыл дверь и вышел.
Ого!
Как будто весь второй корпус собрался в коридоре. Одеты все были кто во что горазд: кто-то в спортивном костюме для утренней пробежки, кто-то завернулся в одеяло, а кто-то просто стоял в трусах и майке. Но выражение лица у всех было одинаковым – студенты с ужасом смотрели в сторону туалета.
Фан Му тоже посмотрел туда. Тетушка Сунь, комендантша общежития, держалась за дверную коробку, заглядывая внутрь. Рядом с ней у стены стоял Старший брат из комнаты 351 и протирал глаза. Казалось, он в любой момент может потерять сознание.
Фан Му увидел в толпе Четвертого брата и дернул его за руку:
– Что случилось?
Тот обернулся и уставился на Фан Му, не произнося ни слова.
– Что происходит? Туалет снова засорился? – Фан Му посмотрел на окружающую толпу. – Уже не в первый раз, не так уж интересно…
Старший брат из комнаты 351 покачал головой и тихо сказал:
– Кажется, это Чжоу Цзюнь. Он умер в туалете…
Глава 2
Расследование
Даже после стольких лет работы в службе безопасности педагогического университета начальник Чэнь Бинь впервые сталкивается с подобным.
С тех пор как звонок заместителя ректора выдернул его из постели, Чэнь Бинь бо́льшую часть утра постоянно чем-то был занят: сопровождал сотрудников Бюро общественной безопасности, чтобы осмотреть место происшествия, успокаивал студентов, отчитывался перед руководством университета… Только он собрался перевести дух и сходить в столовую, чтобы перекусить парой пампушек, как ему перезвонили из Бюро общественной безопасности и велели быстро возвращаться, поскольку в университет прибыл чиновник из Отдела по культурной и экономической защите городского бюро.
За столом сидел немолодой мужчина с усталым лицом. Прибывший ранее офицер криминальной полиции докладывал ему о результатах осмотра места происшествия. Мужчина молча слушал, не поднимая глаз. При появлении Чэнь Биня он вскинул подбородок и оглядел его с ног до головы. Сотрудник службы безопасности рядом с ним деловито представил их:
– Это начальник службы безопасности Чэнь Бинь. Это Син Чжисэнь, глава отдела по культурной и экономической защите городского бюро.
Чэнь Бинь сдержанно кивнул. Син Чжисэнь не собирался вставать, просто слегка кивнул, сочтя это за приветствие.
Полицейские, прибывшие первыми, быстро закончили предварительное расследование. Син Чжисэнь, выслушав их, долгое время ничего не говорил. На какое-то время в кабинете отдела обороны повисла тишина. Чэнь Бинь немного смутился, откашлялся и сказал:
– Случилось такое несчастье… Мы очень опечалены, поскольку это означает, что меры, принятые по защите кампуса, недостаточны. Ректор поручил нам активно сотрудничать с отделом общественной безопасности, чтобы как можно скорее раскрыть это дело…
Не дожидаясь, пока он договорит, Син Чжисэнь встал и буркнул:
– Идем на место преступления.
Через пять минут он стоял перед вторым корпусом, глядя на вековое здание. Деревянные окна. Стены из красного кирпича; на них все еще виднелись пестрые слова «пролетариат» и «революция». Син Чжисэнь посмотрел на железные решетки на окнах первого этажа, подумал немного и вошел внутрь. Буквально сразу он уперся в пролет из пяти ступеней. На лестнице перед небольшой доской худая высокая женщина средних лет выводила на доске красивым почерком объявления типа «такому-то из 221-й комнаты получить посылку». Син Чжисэнь невольно уставился на нее в оба глаза. Услышав шорох позади себя, комендантша обернулась, собираясь задать вопрос, но увидела Чэнь Биня.
Тот махнул рукой:
– Это сотрудники Бюро общественной безопасности, пришли осмотреть место происшествия.
Комендантша охнула, потом снова вернулась к объявлению на доске.
– Это Сунь Мэй, комендант второго корпуса. – Чэнь Бинь обернулся к Син Чжисэню. – Она дежурила прошлой ночью.
Син Чжисэнь, тут же остановившись, повернулся к ней.
– У вас найдется пара минут?
Сунь Мэй нервно кивнула:
– Входите, поговорим.
Группа вошла в дежурку, отчего и без того небольшое помещение показалось еще более тесным. Син Чжисэнь, казалось, не собирался задавать вопросы, а лишь осматривал дежурку. Это было прямоугольное помещение площадью около семи квадратных метров. В левом углу стояла кровать, справа располагалось небольшое окно, а под ним – стол и стул. Комната, несмотря на тесноту, казалась чистой и опрятной.
Син Чжисэнь заметил, что в левой стене есть еще одна дверь.
– Что там? – Он указал на нее.
– Там отдыхает дежурный студент, – сказала Сунь Мэй.
Син Чжисэнь толкнул дверь. Внутри оказалась небольшая узкая комнатка без окон, где из мебели была только койка.
Син Чжисэнь закрыл дверь, обернулся и увидел, что Сунь Мэй все еще стоит. Он сделал знак рукой:
– Присаживайтесь. Мы здесь только для того, чтобы кое-что узнать.
Сунь Мэй посмотрела на Чэнь Биня и попятилась к кровати, чтобы сесть. Син Чжисэнь, заняв стул у стола, спросил:
– Сколько лет вы здесь работаете?
– Пять.
– Постоянно?
– Ага.
– Студенты не доставляют проблем?
– Ну так… Это ж мужское общежитие. Да, иногда находятся какие-то шалопаи, но в целом все они простые хорошие мальчишки.
– Во сколько закрывается общежитие?
– В половине десятого.
– Может ли кто-нибудь попасть внутрь после закрытия?
– Ни в коем случае! – Сунь Мэй внезапно повысила голос и с тревогой посмотрела на Чэнь Биня.
Син Чжисэнь слегка улыбнулся:
– Не нервничайте так… А что, если студент опоздает к закрытию?
Чэнь Бинь вмешался в разговор:
– Если студент вернется после закрытия общежития, ему нужно будет объяснить ситуацию в службе безопасности, и тогда наш ночной дежурный проводит его в здание общежития.
Син Чжисэнь кивнул:
– Другими словами, убийцей может быть только тот, кто прошлой ночью находился в здании?
Чэнь Бинь на мгновение потерял дар речи.
В это время дверь в дежурку распахнулась, и в нее ворвался худенький паренек, который говорил на ходу:
– Тетушка Сунь, на втором этаже несколько окон…
Не успев договорить, молодой человек понял, что в комнате целая толпа народу, и так испугался, что быстро захлопнул рот.
– Что случилось с окнами на втором этаже? – Син Чжисэнь посмотрел на паренька, и его взгляд вдруг стал сосредоточенным: – Не бойся и не тараторь.
Юноша посмотрел на Син Чжисэня, а затем на Чэнь Биня. Последний нетерпеливо произнес:
– Просто отвечай.
Паренек прошептал:
– Тетушка Сунь сказала, что, возможно, это сделал кто-то из посторонних, и попросила меня подняться и проверить, все ли окна на втором этаже закрыты. Я поднялся и увидел, что в туалетах в обоих концах коридора несколько окон разбиты и не закрываются.
Чэнь Бинь, забеспокоившись, повернул голову, чтобы посмотреть на Сунь Мэй:
– Разве я не предупредил, чтобы вы ничего не трогали?!
Комендантша покраснела; она не осмеливалась поднять голову.
– Дин, сходи посмотри, – распорядился Син Чжисэнь.
Полицейский по фамилии Дин ответил «слушаюсь!», открыл дверь и вместе с двумя сотрудниками службы безопасности удалился.
Син Чжисэнь посмотрел на паренька, в недоумении разинувшего рот, и спросил:
– Как тебя зовут?
Тот, слегка побледнев, назвался:
– У Хань.
Чэнь Бинь деловито сообщил:
– Это наш студент, которому приходится работать, чтобы оплатить учебу. Он дежурил прошлой ночью.
Син Чжисэнь протянул «о-о-о» и продолжил:
– Где ты был прошлой ночью, когда выключили свет?
– Здесь. Я поболтал с тетушкой Сунь, а потом лег спать.
– Я могу это подтвердить. – Сунь Мэй подняла голову, увидела, что все смотрят на нее, и от испуга снова потупилась.
– А вы сами?
– Я? Вязала на спицах и слушала радио до пяти часов.
Син Чжисэнь кивнул, слегка нахмурившись.
В это время вернулся полицейский Дин и, отряхиваясь от пыли, сказал:
– Все верно. В туалете на втором этаже действительно несколько окон разбиты и не закрываются. Я уже пригласил сотрудников бюро, чтобы там был произведен тщательный осмотр.
Чэнь Бинь изменился в лице.
– Сколько раз я вам говорил! – Он указал на Сунь Мэй и повысил голос: – Сломанные двери и окна нужно сразу же ремонтировать, чтобы этим не могли воспользоваться всякие преступные элементы. И вот теперь…
– Забудьте об этом! – Син Чжисэнь встал. – Пойдемте на место преступления.
Оно находилось в туалете в левом конце коридора на третьем этаже второго корпуса. Это был общественный туалет, разделенный на два помещения: внешнее – умывальная и внутреннее – уборная. Общая площадь туалета составляла около двадцати квадратных метров. Слева – писсуары, справа – кабинки: четыре дырки в полу, разделенные тремя бетонными стенами высотой около полутора метров. Полицейский указал на самый дальний отсек:
– Тело нашли в первой кабинке.
Син Чжисэнь прошел вперед: это было помещение без двери площадью около квадратного метра, сырое и грязное. Пятен крови нигде не было видно.
– Закончили осмотр места происшествия?
– Да. Причина смерти – механическая асфиксия, предварительное заключение – убийство. Отчет об осмотре места происшествия и протокол вскрытия будут готовы сегодня днем.
Син Чжисэнь кивнул, посмотрел на бетонную стену и повернулся, чтобы выйти из туалета. Вернувшись в коридор, он взглянул на ряды дверей и повернулся к Чэнь Биню:
– Где студент, который нашел тело?
– Он в общежитии. Немного напуган и отпросился с занятий.
Син Чжисэнь жестом показал, чтобы Чэнь показал дорогу.
Группа подошла к двери комнаты 351. Чэнь Бинь постучал, и изнутри раздался мужской голос:
– Кто там?
– Служба безопасности.
– Минутку… – Дверь быстро открылась, и на пороге появился бледный парень. – Пожалуйста, входите.
Визитеры пошли внутрь, при этом едва ли не каждый, кто проходил мимо парня, оглядывал его с ног до головы, отчего тот нервничал все сильнее.
Син Чжисэнь подошел к единственному столу в комнате, выдвинул стул и сел. Увидев, что юноша мнется на месте, он слегка улыбнулся и махнул рукой:
– Садись.
Студент кивнул, подошел к одной из кроватей и осторожно присел на край.
– Как тебя зовут?
– Сунь Циндун.
– Это ты нашел тело?
– Да.
– Расскажи, как все было.
Сунь Циндун сглотнул и нахмурился, похоже, не желая вспоминать эту сцену.
Вчера вечером около половины одиннадцатого его сосед по комнате Чжоу Цзюнь вышел в туалет. Вскоре после этого Сунь Циндун уснул. Около часа ночи он встал, чтобы сходить по нужде. Спросонок ему показалось, что Чжоу Цзюнь сидит на корточках в туалете. Сунь Циндун пробормотал: «Ничего себе ты заседаешь… Не боишься, что кишка выпадет?» Он не помнил, ответил ли ему что-либо Чжоу Цзюнь, и вернулся в постель. В половине шестого утра снова встал в туалет и увидел, что Чжоу Цзюнь по-прежнему сидит на корточках на том же месте. Сунь Циндун удивился и растерялся, подошел и потрепал соседа по голове. И тут Чжоу Цзюнь повалился вперед, все так же на корточках. Сунь Циндун перепугался, буквально кубарем скатился по лестнице, чтобы поставить в известность коменданта Сунь Мэй, а та сразу же сообщила в полицию.
Выслушав его рассказ, Син Чжисэнь помолчал некоторое время и задал еще несколько вопросов, после чего встал, чтобы уйти. Сунь Циндун время от времени бросал на него взгляды, словно хотел что-то добавить. Син Чжисэнь заметил это и спросил, что еще он хочет сообщить. Студент долго заикался, а потом решительно заявил, что Чжоу Цзюнь вчера вечером, когда вышел в туалет, разговаривал в коридоре с кем-то еще, да еще и отругал этого человека. Син Чжисэнь спросил, кто это был. Сунь Циндун на мгновение замешкался и сказал, что, судя по голосу, это был Фан Му из комнаты напротив. Затем поспешил добавить, что он лишь смутно что-то слышал, необязательно все так и было. Тогда Син Чжисэнь попросил Чэнь Биня позвать Фан Му.
Этим утром у студентов было занятие по истории западной правовой мысли. Хотя оно должно было начаться через несколько минут, аудитория все еще бурлила, как горшок с кашей. Для большинства студентов смерть всегда казалась чем-то очень далеким – но на сей раз речь шла о сверстнике, и шок этих молодых людей, большинству которых было около двадцати, казался физически ощутимым.
Студенты из комнаты 351 стали центром внимания: вокруг них постоянно собиралась целая толпа, снова и снова расспрашивая об утренних событиях. Студентки с любопытством и страхом интересовались деталями, а несколько девушек, которые приятельствовали с Чжоу Цзюнем, даже поплакали. В аудитории царила странная атмосфера возбуждения; все тайком изучали друг друга, время от времени громко переговаривались, обмениваясь друг с другом растерянными или понимающими взглядами.
Прозвенел звонок, и почти одновременно с ним, запыхавшись, вбежал преподаватель Чэнь, который вел занятия по истории западной правовой мысли.
Аудитория продолжала шуметь. Господин Чэнь, терпеливо постояв несколько секунд, понял, что так и не привлек внимания аудитории, как обычно, а потому рассердился. Он похлопал конспектом лекции по кафедре:
– Вы в курсе, что пара уже началась?!
Только тут студенты увидели, что Чэнь на месте, и те, кто покинул свои места, в панике побежали обратно, а не успевшие открыть сумки в спешке достали учебники. В аудитории быстро воцарилась тишина.
Учитель Чэнь с суровым лицом огляделся по сторонам и обнаружил, что присутствуют явно не все, кто должен был. Поскольку его гнев еще не успел рассеяться, он достал список и начал перекличку.
– Лю Линь!
– Здесь!
– Чэнь Цзин!
– Здесь!
– Чжоу Цзюнь.
Ответом ему была мертвая тишина.
– Чжоу Цзюнь! – Учитель Чэнь поднял голову. – Отсутствует? – Красной ручкой он нацарапал «н/я» рядом с именем Чжоу Цзюня. – Передайте ему, чтобы зашел ко мне после занятий.
Студенты в недоумении переглядывались. Кто-то прошептал:
– Учитель, он умер.
Несмотря на то что голос был негромким, учитель Чэнь все равно его услышал.
– Что?! – пронзительно воскликнул он.
Никто не ответил.
Через несколько секунд староста поднялся с места:
– Учитель, Чжоу Цзюнь не отсутствует, он… умер.
– Умер? – Глаза учителя расширились от удивления. – Когда?!
– Сегодня утром.
Учитель Чэнь на мгновение замер.
– Тогда ему не нужно приходить ко мне…
По аудитории прокатился негромкий смех.
Фан Му не смеялся. Он практически лежал на парте, время от времени поднимая глаза, чтобы взглянуть на место перед собой слева, где раньше сидел Чжоу Цзюнь.
Умер. Этот паренек, который любил поболтать и посмеяться, мертв…
Ощущение было… странным. Ведь менее десяти часов назад Чжоу Цзюнь смеялся, ругался и шумел, и тогда его тело было мягким, теплым и полным жизни. А сейчас он лежал холодный и окоченевший в каком-то неизвестном месте, и его вскрывала группа бесстрастных судмедэкспертов. Имя Чжоу Цзюня больше не имело никакого значения, теперь его называют «покойным».
Вот так человек внезапно исчезает из вашей жизни без предупреждения. Неважно, имел он для вас значение или нет, это печально.
Глаза Фан Му слегка увлажнились, и все воспоминания о приятеле мгновенно пронеслись в его голове.
Но люди не могут вернуться из мертвых, а живые должны жить дальше. Учитель Чэнь собрался с духом и начал лекцию. В середине занятия дверь внезапно толкнули. Вошел сотрудник службы безопасности и кивнул преподавателю.
– Я из службы безопасности. Мне нужен один из студентов. – Он обвел взглядом аудиторию. – Фан Му. Где Фан Му?
Тот на мгновение замялся, и сосед по парте ткнул его локтем в бок. Фан Му встал:
– Я здесь.
– Выйди на минутку. – Сотрудник службы безопасности с серьезным выражением лица махнул рукой в сторону двери.
– Я? – переспросил озадаченный Фан Му.
– Да, поторопись.
Юноша наскоро собрал сумку и вышел, сопровождаемый удивленными взглядами остальных. Как только дверь за ним закрылась, аудитория зашумела.
По дороге Фан Му несколько раз хотел спросить сотрудника службы безопасности, зачем его вызвали, но, видя непроницаемое лицо, промолчал.
Фан Му отвели прямо в офис службы безопасности. Как только он вошел, несколько человек в комнате сфокусировали на нем взгляды. Начальник отдела Чэнь Бинь с недобрым выражением лица указал на стул:
– Садись. – Затем кивнул на нескольких мужчин в штатском. – Это товарищи из Бюро общественной безопасности, они хотят кое-что спросить у тебя.
Фан Му кивнул и послушно сел, но в голове у него все еще крутилась череда вопросов.
– Тебя зовут Фан Му? – спросил полицейский помоложе.
– Да.
– На каком ты факультете?
– На юридическом.
– Где родился?
– В этом городе.
– Где ты был с половины двенадцатого вечера до часа ночи?
– Я никуда не выходил, спал в своей комнате в общежитии. – Фан Му добавил: – Соседи по комнате могут подтвердить.
Молодой полицейский улыбнулся:
– Не нервничай, мы просто собираем информацию.
Фан Му немного смутился, опустил голову и пробормотал:
– Я и не нервничаю.
– Вы общались с покойным вчера вечером?
– М-м-м?
– Разговаривали?
– Ну да, разговаривали.
Фан Му уже догадался, к чему клонит собеседник, поэтому он описал, что случилось вчера, когда Чжоу Цзюнь пришел попросить кипятка и туалетной бумаги.
– А после выключения света?
Фан Му задумался и беспокойно поерзал на стуле.
– Вроде как… мы перекинулись парой слов.
– Что это значит? – уточнил молодой полицейский. В комнате стало тихо, и все присутствующие уставились на него.
– Я слышал, как он вышел в туалет. – Покраснев, Фан Му тихо пробормотал: – Я кое-что крикнул ему через дверь…
– Что именно ты крикнул?
– Про спермотоксикоз. Это просто шутка, – поспешно добавил Фан Му. – Он заявил, что идет в туалет, чтобы встретиться с женщиной-призраком, поэтому я и сказал это.
Несколько молодых людей рассмеялись. Чэнь Бинь, которому было уже за сорок, все еще выглядел неуверенно.
– А он что сказал?
Фан Му посмотрел на полицейского и промолчал.
– Ну, говори!
– Выругался.
– Как именно?
– Сказал, что я тупой хер.
Никто не засмеялся.
Фан Му показалось, что немолодой полицейский, сидевший за столом, пристально смотрел на него все время, что шел допрос. Юноша перевел взгляд на него. У мужчины было холодное и неподвижное лицо, какое бывает только у полицейских. Он не отвел взгляд, но Фан Му чувствовал, что в его глазах нет враждебности, и это успокаивало.
Молодой полицейский задал еще несколько вопросов, прежде чем отпустить Фан Му. Как только тот открыл дверь, пожилой полицейский внезапно спросил:
– Как думаешь, что за человек Чжоу Цзюнь?
Фан Му взялся за ручку двери и, на мгновение задумавшись, произнес:
– Нормальный человек, любил пошутить, только… временами был надоедливым.
Пожилой полицейский задумчиво кивнул и жестом разрешил Фан Му выйти.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?