Читать книгу "Залёт под Новый год"

Глава 5

Бар, алкоголь, атмосфера… все это играло на руку и нежно приветствовало мое хмельное сознание.

На страже наших жизней был вполне трезвый жених моей кузины. Потому я и Эшли допивая маргариту, решили вкусить текилы.

– Господи, как же давно мы с тобой так не отрывались, – кричит она мне в ухо, подвигая шот и блюдце.

– Приезжай ко мне в Нью-Йорк. Этот проклятый город вообще не спит никогда.

– С удовольствием. Стив, – орет и обернувшись тут же натыкается на своего будущего мужа. – А вот и ты. Дорогой, поехали в Нью-Йорк.

Надувает губы выпрашивая.

– Прямо сейчас?

– Ну не-е-ет. Сейчас мы заправляем топливо. Давай завтра.

– Мы поговорим об этом завтра.

– Ты такой милый, – она потянулась к нему за поцелуем, а я схватилась за живот и пошла в сторону туалетов.

Очередь из девушек выстроилась приличная. Поэтому прислонившись к стене, я открыла телефон.

Заметила смс от Райли и пару его фото в сети.

«Это то, что ты делал последние несколько дней?»

Спрашиваю, отправляя ссылку на пост.

«Ага. Что скажешь?»

«Уверена, что ты выбрал блондинку».

«А ты хорошо меня изучила. А фото?»

«Супер».

«Чем занята?»

«Напиваюсь в баре с кузиной».

«А разве ты не должна делать то же самое в ресторане с семьей?»

«Ага, только там места для меня и матери оказалось как-то мало. Я ушла. Не хочу об этом сейчас. Расскажу, как прилечу обратно».

«Заметано. Я обрабатываю фото, позже позвоню».

«Позже, я буду валяться под барной стойкой. Ты можешь не успеть со мной попрощаться».

«Тогда я прилечу первым же рейсом и вызволю тебя из рабства хмельного змея».

«Одни обещания, Райли. Мне придется с тебя за это спросить».

«Разве я хоть раз сопротивлялся?»

«Все иди обрабатывай блондинистые сиськи».

«Ты такая милая».

«Не сегодня», – кидаю вдогонку злое эмодзи.

Справившись со своими делами в туалете, я выхожу и тут же сталкиваюсь с кем-то. Пьяно извиняюсь. Пытаюсь обойти. Но этот кто-то мне не позволяет.

– Поверить не могу, Харпер?

Поднимаю голову, и мой взгляд фокусирует мужчину… парня… Нет, мужчину. Знакомого.

– Ага, а ты-ы… у нас, значит…

– Харрис, Джордж Харрис.

– Джо? Господи. Ты такой огромный стал, – первое, что замечает мой пьяный мозг.

– А ты все такая же коротышка.

– Ну и ну… Пошли, скорее. Я тут с Эшли.

– Как всегда, неразлучны?

– Сегодня да.

Хватаю парня за руку и тащу за собой.

– Эшли, – кричу ей, заметив макушку за барной стойкой. – Эш… смотри, кого я нашла. Большой Джо.

Она оборачивается и начинает смеяться.

– Джорджи?

– Привет.

– Надо же…

– Я большой, я в курсе.

– Ага, это и хотела сказать.

Они обнимаются.

– О, а это мой жених Стивен.

Мужчины жмут руки, пока я сажусь на свой стул и прошу бармена сделать мне снова маргариту.

Дальнейшие события становятся более интересными, когда в нашей компании появился Джордж и его друг, имя которого я не услышала, но переспрашивать не стала.

В ход шли шутку и байки со школьной скамьи. Период взросления и выпускной. В общем, думать о произошедшем на ужине у меня не было ни времени, ни сил и что самое главное – желания.

– Эй, Харпер, тебя отвезти до дома? – спрашивает Джо, когда мы всей гурьбой вываливаемся из бара.

– М? Эш, меня подвезти до дома, как ты думаешь? – задаю вопрос подруге, потому что не могу найти ответ в своей голове.

Я пьяна и… Не знаю, не хочу я, чтобы меня подвозили.

– Спокойно приятель, – Стив подходит с моей кузиной, и они оба берут меня под руки. – Ее подвозить не надо.

– Слышал, Джорджи меня подвозить не надо. Спасибо за вечер, хорошо повеселились.

– Тогда до встречи. Приятно было познакомиться.

Парни обмениваются кивком головы, пока мы с моей двоюродной сестренкой падаем на заднее сиденье такси.

– Черт, как же давно я так не отдыхала, – признаюсь Эшли, опуская голову на ее плечо.

– И я тоже.

– Я только и делаю, что работаю, – жалуюсь ей снова.

– А мы выплачиваем кредит за дом. Родители Стива и мои пытаются помочь, но мы в этом упрямы. Не разрешаем. Нам по тридцать. Пусть откладывают на пенсию. Еще спасибо скажут.

– Согласна. Это так странно вернуться сюда спустя столько лет и не чувствовать себя как дома.

– Прости, но с твоей мамой это невозможно. То, что она сделала, было ужасно.

– Жаль, она этого не понимает.

Когда мы подъезжаем к дому, свет не горит. Значит, все спят.

– Как в таком состоянии играть в женщину кошку? – шепчу Эшли, тихо выбираясь из машины. – Мне словно снова шестнадцать, и я убежала на дискотеку. А теперь пробираться обратно надо.

– А я говорила, оставайся у нас.

– Спасибо за все ребята. Пока.

– Мы приедем на обед и попрощаемся.

– Окей. Доброй ночи.

Стараюсь тихо закрыть дверь. И пробираюсь к двери.

Преодолеваю вход, гостиную, ступаю к лестнице и точно, как в школьные времена, свет загорается за моей спиной.

– В семнадцать ты была такой же шумной Харпер.

Все тело замирает, и также отмирает.

Я оборачиваюсь и вижу маму в халате, сидящую в кресле.

– Надеюсь, что ты не станешь читать мне лекции как в семнадцать?

– Нет. Для них ты слишком взрослая.

– Я для многих вещей уже повзрослела, мама. Публичного унижения, например.

Она опустила голову и тронула рукой свое лицо, прикрывая его. Поэтому я прошла в гостиную и села на диван.

– Что с нами произошло, ма? А какой момент я стала врагом.

– Харпер, – воскликнула она ошеломленно.

– Что? Ты меня будто презираешь. Ты хотя бы знаешь, каких высот я достигла своим трудом и упорством?

– Могу только догадываться. Но я не презираю тебя, дочка… Я беспокоюсь.

– Нет. Это что угодно, но не беспокойство.

– Мы не можем даже поговорить спокойно пять минут.

– Это не так и мне жаль, что ты стала думать, что это факт.

– Мне не приходится думать. Так считают многие. А я лишь пытаюсь понять, почему я должна жить так, как ты, Кейтлин и другие, кого ты боготворишь. Я Харпер, мам. И у меня свое мнение, свои взгляды на многие вещи.

– Все так милая, но… Я за тебя переживаю. Тебе тридцать Харпер. Да ты с характером гораздо более сильным, чем Кейт или же у меня, но время не стоит на месте.

– Думаю, что я заметила это, когда праздновала свое тридцатилетие в августе.

– Ты меня не слышишь, – ее тон становится выше, и разговор скоро превратится в очередной скандал, поэтому спешу его завершить.

– Я бы хотела слышать тебя. Слышать, как ты гордишься мной, или хотя бы просто рада за меня. Но все это достается другой твоей дочери. А мне остаются лишь упреки и недовольство.

Встаю со своего места и ухожу к лестнице.

– Знаешь, мам. Однажды во мне умрет последнее светлое, что связано с тобой, и тогда все будет кончено между нами, – говорю напоследок и поднимаюсь к себе в комнату.

Приняв душ, я еще долго лежу в постели, прежде чем уснуть.

Глава 6

Спускаться к завтраку не хотелось. Во-первых, у меня было дикое похмелье и мне казалось, что за мной вот-вот спустятся ангелы и заберут с собой. Хотя я отрицала нужность моего унылого лица там на небесах. Нет уж если кто и придет за мной, то это будут ребята снизу. Во-вторых, я не хотела никого видеть.

Почему-то наутро я похожа на надутого ежика после подобных гулянок, которые на самом деле случаются нечасто.

У Райли есть на этот счет свое мнение. А если конкретно, он говорит, что мой организм в состоянии эйфории рассчитывает на клевый трах. А когда его не случается, я похожа на «вялую киску».

Интересно он прав? И кто вообще так выражается?

В дверь кто-то стал тихо скрести, и я открыла глаза, повернув голову.

Под массивным деревом не доходящем до пола примерно пару сантиметров была заметна тень ног.

– Мама, входи, я не сплю.

Спустя секунду всегда прекрасная Оливия Ньюман впорхнула в мою комнату.

– Рада, что не разбудила тебя.

– У тебя в руках таблетка?

– Да, – она тут же подошла и поставила небольшой поднос, на котором лежало лекарство со стаканом воды и кофе, а сама села на кровать рядом со мной.

– Эм… спасибо.

Это было странно, если честно. И куда более неожиданно.

Перенеся свое тело в вертикальное положение, я приняла лекарство и благодарно выпила всю воду.

– Впервые спасаю свою дочь от похмелья, – заметила мама и мне вдруг стало неловко.

– Прости.

– Все в порядке. Моя мать пережила это, когда я начала встречаться с твоим отцом, и мы сходили на первую вечеринку Моники Левински. Это была девочка с первого курса нашего колледжа. После той ночи я поклялась, что не стану больше пить до самой смерти. А через две недели моя мама снова стояла надо мной и поклялась, что не выпустит больше из дома. Так я и съехала в общежитие.

– Забавно, – глотнув свежесваренный кофе, я посмотрела на маму. – Никогда бы не поверила, что это история из твоей жизни.

– Я была еще той зажигалкой.

– Мам, так уже никто не говорит, – я рассмеялась.

– Но это правда.

– Я поняла.

Мы неловко замолчали, оставляя на лицах улыбки.

– Не помню уже, в какой момент я перестала быть той самой Оливией. Сначала родился Маркус, затем ты, Кейтлин… Потом эта потеря. Может, я просто… Просто боялась потерять и вас обеих тоже. Мне хотелось, чтобы вы как можно скорее поняли как невероятна эта жизнь, но скоротечна и от нас порой так мало зависит, Харпер.

– Ну, мам…

Поставила чашку на тумбу и придвинулась к ней, чтобы обнять ее в знак поддержки.

Когда мы потеряли брата, это нанесло нам большой удар. Но он был слаб здоровьем с самого рождения. И, в конце концов, мы знали, что так будет. Просто к такому не подготовишься настолько, чтобы без ущерба.

Смерть ранит тех, кто остается жить…

– Прости меня, Харпер… Я не должна была…

– Ш-ш-ш… мы потом поговорим. Не стоит сейчас, мам…

Она отстраняется и снимает свои очки, чтобы вытереть глаза от слез. Я делаю то же самое, и мы смотрим друг на друга снова улыбаясь.

Нет, это не значит, что мы помирились. Или что мы с ней начнем с чистого листа именно сейчас. Нет. Это не происходит так просто и быстро. Это был долгий процесс, когда мы отдалялись и вряд ли, резко свернем обратно. Нам придется поговорить о многом, но потом.

– Что ж… Вставай, принимай душ и спускайся. Папа хочет устроить воскресные покупки к Рождеству.

– Он не изменяет традициям.

– Ни за что.

Когда за ней закрылась дверь, я снова упала на подушку, чтобы затем вскочить и побежать в душ.

Я любила этот ритуал с самого детства.

И всегда хотела, чтобы в этот день лежал снег. Чтобы взаправду мороз и как по телевизору в фильмах. Но его не было ни разу. Ни на Рождество, ни на Новый год. Однако семья Ньюман всегда была веселой и находила причину веселого настроения на все праздники. Эта причина заключалась в нас самих.

За столом к моему выходу уже сидела сестра, мама с отцом и, видимо, ждали меня.

Мы сели в минивэн сестры, потому что это было удобней, чем несколько машин.

– А твои дети?

– Остались с Полом. У него выходной. Не могла же я пропустить нашу традицию, – лучезарно улыбнулась сестра и мое настроение тут же упало ниже земного ядра.

– И правда, – не осталась в долгу. – Зачем придумывать традиции своей семьи, если можно каждый год ее бросать и тащиться туда, где все уже давно за тебя придумали. Удобно, сестренка. Браво.

На это она ахнула. Но мне стыдно не было. К черту такт и прочее дерьмо, которому нас учат. Хватит подставлять вторую щеку, Харпер.

Но стоило глянуть на грустное лицо папы в зеркале заднего вида, я прикусила язык.

Через час наших хождений по рождественскому рынку к нам присоединились тетя Конни и Эшли со Стивеном.

Все стало в разы веселей.

Мама же держалась рядом. С радостью примеряла оленьи рога, уговорив купить всем такие, чтобы получились красивые фото и стало ясно одно… Меня на этих фото не будет.

На мгновение я забылась… И забыла, что улетаю сегодня. Буквально через несколько часов.

– В чем дело? – мама, как по волшебству оказалась рядом.

– Все в порядке, – не стала делиться с ней своими мыслями. – Давайте купим их, они и правда клевые.

Если мама и поняла, что-то, виду не подала.

Далее, мы как обычно, купили по чашке горячего шоколада и сели за столик у кофейни. Что-то было в этом. Греть руки о свою чашку сидя снаружи и вести разговоры обо всем на свете.

Этот момент станет первым за долгие годы, который я с радостью сохраню в своей памяти. Жаль, рядом нет Райли, он бы сделал отличные снимки.

– Что скажешь, Харпер?

– М? Вы о чем, я упустила суть.

– Об утке, милая, – мама смотрит с улыбкой и теплом.

– Утке?

– На рождественский ужин.

Как только ее слова слетают с губ, все разом замолкают.

– Ты ведь останешься?

Она задает свой вопрос, ставя меня почти в тупик.

Будто мы уже это обсуждали и я почти склонила весы в положительную сторону.

Но это было не так.

– Мам…

– Но это было бы прекрасно, – сразу же перебивает, зная, что ставит меня в это положение нарочно. – Оставайся на праздники.

– Я…

– А что, почему нет? – подхватывает папа и все смотрят с надеждой на лицах.

Но я встаю и быстро ухожу в сторону уборных. Мне просто срочно нужно уйти.

Однако мама догоняет, видимо, как самая провинившаяся.

– Дорогая! Харпер! – она снова зовет меня, и я останавливаюсь.

– Что?

– Ты злишься?

– Боже, мама. Конечно, я злюсь. Зачем ты так поступаешь?

– Как? Это преступление, что я хочу видеть всю свою семью за рождественским ужином?

– Нет, если не ты причина тому, что твоя дочь остается в другом городе, на другом конце страны из-за тебя.

– Из-за меня?

– Ну разумеется, ты никогда ни в чем не виновата. Не так ли?

– Нет, я признаю, что наседала на тебя со своими идеалами и мыслями, но я твоя мать…

– Конечно, и я бы уважала и любила тебя больше, если бы ты помнила, что я твоя дочь, которая теряет свою безоговорочную любовь, из-за твоего собственного Я.

Она ахает, но я не иду в обратный путь своих слов.

– Хватит, мама. Ты манипулируешь мной и моими чувствами. Чувствами других. Если ты желаешь видеть свою семью за одним столом не раз в шесть лет, будь добра стать той, кого они сами хотят видеть рядом в семейные праздники.

Когда я заканчиваю из ее глаз катиться слезы, а я, роняя свои собственные ухожу и ловлю такси.

Стоит уложить последнюю вещь в сумку, я слышу, как все возвращаются домой.

Забираю чемодан и спускаюсь с самой душераздирающей веселой улыбкой.

Никто не говорит ни слова против.

Я обнимаю каждого. Даже маму.

– Мы со Стивом тебя отвезем, хорошо? – спрашивает Эшли, и я молча соглашаюсь.

– Ну что ж, всем пока. Всех люблю. Увидимся…

– Через шесть лет? – язвит Кейтлин.

– С тобой, может, и чуть позже. Я люблю вас.

Мой взгляд задерживается на маме, которая не поднимает глаз, и я ухожу. Но когда сажусь в машину кузины, знаю, что она стоит у окна, и поворачиваю голову.

Мы машем друг другу, пока машина не сворачивает на перекрестке и я скрываюсь из виду.

Глава 7

Почти до самого аэропорта я не включаюсь в разговор Эшли и Стивена. Пребывая в своих не самых позитивных мыслях. Об этом уик-энде, который превратился в итоге в катастрофу глобального по моим меркам масштаба. Размышляла и о том, что не стоило вообще пытаться. Приезжать и что-то там менять.