Текст книги "Запретный Альянс"

Глава 30

Осмысливая всё услышанное за день и сидя в темноте своей спальни, больше не понимаю, на чьей я стороне. У меня осталось только то, что и было. Я из народа. Простолюдинка с алым без голубой примеси цветом крови, и без приличной родословной. Я больше не понимаю, как относиться к Дерику и к тому, что сообщила Сабина. Я не представляю, что мне делать дальше после общения с Клаудией и её подозрений, как и её просьбы. Не думаю, что кто-то оценит мои старания в будущем. Я не принадлежу этому миру и никогда не смогу ему соответствовать. Всё это слишком запретное для меня, чтобы поверить своим чувствам и поддаться им.

Когда дверь моей спальни вновь открывается, и появляется Калеб, я уже напрягаюсь в ожидании плохих новостей. В последнее время вместе с этим парнем появляются проблемы и ещё большие страхи в головоломке из собственных потайных ходов.

– Не говори мне, что ещё кто-то хочет со мной что-то обсудить, – мрачно прошу его.

– К сожалению, это так, леди Реджина. Его Высочество…

– Нет, я не могу, Калеб, – издаю стон и прячу лицо в ладонях.

– Вы должны. Это повлияет на положение Дерика, и вы сможете убедить Его Высочество вернуть его ко двору, – убеждает он меня.

– Ты не понимаешь… посмотри на меня. Это всё сделал Дин, и мне… я просто не знаю, что сказать и как правильно отреагировать на его слова. Я вновь совершу ошибку. Я боюсь… снова подставить Дерика, – шёпотом признаюсь, исподлобья смотря на Калеба.

– Вы не подставите Дерика, леди Реджина. Вы умны и сообразительны. Вы умеете вести переговоры, и сейчас время для них наступило. Вы обязаны пойти на встречу с Его Высочеством, чтобы понять, как действовать дальше. От этого зависит не только будущее Дерика, но и ваше. Вы точно не трусиха. Вы висели над обрывом и боролись за жизнь. Так что вам не удастся меня обмануть. Предполагаю, что Его Высочество будет рассыпаться в извинениях перед вами. Воспользуйтесь ими, чтобы узнать что-то новое для себя.

Разумные мысли Калеба рождают внутри меня слабую уверенность.

– Хорошо. Прямо сейчас? – спрашиваю, поднимаясь из кресла.

– Да. Я проведу вас.

– Калеб, а Дерик не звонил? Как он? – всё же спрашиваю его.

Парень усмехается, пропуская меня вперёд из спальни.

– Звонил. Он в порядке. Интересовался событиями в замке.

– И всё? – разочарованно опускаю взгляд.

– Вы должны понимать, леди Реджина, на телефонах, находящихся в замке, установлена система прослушивания, поэтому говорить открыто небезопасно, – понижая голос, сообщает Калеб.

Немного улыбаюсь его поддержке и уверениям, что Дерик всё же думает обо мне. Но вот Кристин…

– А я могу тебя спросить ещё кое о чём? – тихо интересуюсь.

– Можете.

– Кристин. Она ночевала в замке прошлой ночью? Ты же знаешь, Калеб, ответь.

Парень бросает на меня напряжённый взгляд и отрицательно качает головой.

– Она вечером вместе с вещами покинула замок, утром вернулась и снова уехала.

– Ясно.

Значит, это правда. Кристин с Дериком. Меня он не взял, её же поселил у себя. Кому верить?

– Но, леди Реджина…

– Не надо, Калеб. Здесь всё и так ясно.

Парень поджимает губы и косится на меня виноватым взглядом. Хотя бы он честен.

Молча мы проходим по тихим коридорам погрузившегося в тишину замка и останавливаемся перед роскошными дверями, ведущими в покои принца.

– Всё будет хорошо, – шепчет Калеб, стуча по двери.

– Ваше Высочество, к вам леди Реджина…

Едва он заканчивает официальную часть, как двери распахиваются, и перед нами появляется Дин. Осунувшийся, с тёмными кругами под глазами и, кажется, даже грязными волосами. Он сухо кивает Калебу и не смотрит на меня.

– Леди Реджина… я рад, что вы приняли моё приглашение. – Его голос звучит словно натянутая струна. Если откровенно, то сейчас мне его жаль. Он отчасти не по своей вине стал таким, всё идёт из детства.

Прохожу в богато обставленную, словно полностью сделанную из золота спальню, и в нос ударяет неприятный аромат перегара и немытого тела. Дин запустил себя. На позолоченном столике вижу воду и нетронутые закуски.

– Реджи… – раздаётся за спиной. Собираю всю волю в кулак и поворачиваюсь.

– Да, Ваше Высочество? О чём Вы хотели поговорить? – Стараюсь не смотреть на него. Он выглядит сейчас, как побитая, бродячая собака.

– Реджи… не надо так со мной, – голос Дина дрожит. Его взгляд бегает по моему лицу, ища немедленного прощения. Смотреть на него тошно.

– Не надо? Ты абсолютно в этом уверен, Фердинанд? – цежу, складывая руки на груди.

– Я… позволь мне всё объяснить. Прошу тебя, Реджи. Позволь оправдаться…

– Думаешь, это поможет тебе? Нет. Мне не нужны ни твои извинения, ни оправдания, ни страдания. С меня достаточно твоего поведения, Фердинанд. Ты подставил всех. Ты страну подставил. Вместо того, чтобы помнить о важной для будущего Альоры встрече, ты напился до беспамятства, да ещё и наркотики употребил! Это разумное поведение короля Альоры? – громко отчитываю его.

– Нет… нет… я не принимал… это не я, это та компания… я даже не помню их. Я ничего не помню, клянусь, Реджи. Я только выпивал, а потом всё словно размылось. Я не уследил за количеством, считая, что, как и раньше, спокойно проснусь по звонку будильника. И я… не помню, что ударил тебя. Это был не я… не я, Реджи. Мне так стыдно. Да я бы никогда, могу поклясться своей жизнью, не причинил тебе боль. Никогда! Реджи, прошу! Поверь мне! Меня подставили! – в отчаянии выкрикивает Дин и падает на кровать, зарываясь пальцами в слипшиеся волосы.

– Как удобно искать виновных, да? Ты так и не научился брать на себя ответственность, Фердинанд. Не будь трусом хотя бы сейчас. Ты…

– Меня подставили, Реджи. В моей крови нашли наркотик, я сам видел, – шепчет Дин, заставляя меня замолкнуть. Так, значит, Клаудия солгала.

– Но я не принимаю их. Это табу для меня. По словам Даниса, к нам подошла какая-то крутая компания. И они точно знали нас. Я не помню их лиц, но они упоминали имя Дерика, сказав, что он с ними знаком и прислал их, чтобы мы все вместе развлеклись. А потом… всё… отец обманул маму, чтобы она не волновалась, но клянусь, что мне подмешали наркотики и всё подстроили. Реджи, меня подставили, – горько произносит Дин.

– Отец не знает, кому верить. Мне или Дерику, который настаивает на переносе коронации, но… я… папа сказал мне, что Дерик сильно изменился, и у него есть причины, чтобы больше не доверять ему. Я не верю, что Дерик мог так со мной поступить. Да, в последнее время между нами натянутые отношения, но это из-за него и… из-за меня. Я злюсь и раздражаюсь из-за того, что мне постоянно указывают, как говорить, кого любить… тебя забирают, словно специально. Сначала я думал, что Дерик помогает мне, но сейчас… после слов отца, я не знаю, какого чёрта он творит.

Хмурясь, смотрю на Дина. Мне неприятно, что теперь и Дерика выставили виновным в этой истории. Всё слишком запутанно. Дерик был со мной, увёл меня и мог подослать кого-то, чтобы Дина отвлекли, пока мы… занимались сексом. Но откуда он мог знать, что я соглашусь? В мои планы это не входило, если только Дерик не подстроил всё так, как хотел. Нет… я не должна поддаваться подобным мыслям.

– С чего ты решил, что Дерик замешан в этом? Почему я должна верить тебе, Фердинанд? Это ты обозвал Дерика прислугой. Ты постоянно унижаешь людей, которые работают на тебя. Не Дерик. Он им помогает, – разумно замечаю я.

Дин поднимает на меня взгляд и тяжело вздыхает.

– Он и тебе мозги прополоскал. Сначала героем себя выставил, спас тебя, предоставил протекцию, а теперь ещё и это. Он слишком близко подобрался к тебе, Реджи, разве ты не видишь? Он крутится вокруг тебя не просто так, я это давно заметил. Ты очень расположена к нему. Он спас тебя тогда в лесу…

– А ну-ка, ты что, решил меня обвинить в том, что именно ты со своими друзьями спланировал это чёртово покушение на тебя, а я попала под раздачу? Ты обвиняешь, мать твою, Дерика в том, что он не дал мне сдохнуть в ледяной, чёрт бы её поимел, воде из-за тебя и твоих грандиозных планов? Ты рехнулся, придурок?! – кричу, возмущённая до предела его словами.

Дин бледнеет ещё больше, если это возможно.

– Ты… ты знаешь? – мямлит он.

– Знаю. Всё знаю. И про ваш план с лошадьми, и про то, что Данис промахнулся. Я знаю всё, поэтому не приплетай к этой истории Дерика. В ней виноват только ты сам. Ты во всём виноват, Фердинанд, и я не могу больше доверять тебе. Из-за тебя я чуть не погибла.

– Я не хотел! Я старался сделать всё так, чтобы ты осталась рядом со мной! Я люблю тебя!

– Вот это твоя любовь? – спрашиваю, указывая на своё лицо и вызывая приступ отчаяния в глазах Дина.

– Я же говорю тебе – меня подставили. Я всегда сдаю анализы, мой отец требует этого. Обвинение в употреблении мной наркотиков не первый раз исходит от Дерика, и вот теперь ему удалось всё провернуть. Мне их подсыпали, потому что в моей крови был не кокаин, который ты, по его словам, видела в отеле. Понимаю, что ты обижена и зла на меня, но, Реджи, я не вру и могу показать тебе результаты анализов, и ты сама увидишь, что обнаружили вовсе не кокаин. Там амфетамин. Малая доза. Мой отец не просто так убрал Дерика из замка, он испугался его возможных планов, понимаешь? Это уже угроза моей жизни. Я всегда был чист, Реджи. И я не идиот, чтобы перед коронацией и важной встречей принимать что-то подобное! Помимо этого, я узнал кучу всего, что от меня скрывал отец! Кристин связалась с людьми, которые в прошлом поддерживали отца Дерика, они убивали людей ради трона. Она устроила им встречу в Монте-Карло, Реджи! Он был на этой встрече! Я это знаю наверняка, за Кристин ведётся слежка, потому что ей никто не доверяет! Никто! Она фальшивая и жадная сука, слышишь? И она ловко нашёптывает Дерику, что тот должен сделать! Сделать то же, что и его отец! Убить нас! Тебя! Меня! Всех! – Дин подскакивает с кровати и направляется к своей тумбочке. Оттуда достаёт лист, скомканный и немного порванный и протягивает его мне.

– Вот… вот результаты моих анализов. Настоящие результаты, а не те, что папа показал матери. Мы скрыли это от неё, но от тебя… я не хочу никаких тайн. Я честен, Реджи. Мне стыдно, что в таком состоянии я ударил тебя. Мне очень стыдно. Посмотри, я не вру. Мне подсыпали наркотик, и всё подстроили так, чтобы выставить меня в ужасном свете и получить возможность передвинуть коронацию ещё на год. А за год нас всех могут убить. Я в курсе, что Калеб и все остальные подчиняются Дерику. Он ловко управляет ими и настроил их против меня. Я не отказываюсь от того, что был безразличен к людям, но сейчас… я боюсь за них. – Дин пихает мне под нос результаты анализов. Я бегло просматриваю их, и они похожи на реальные. Но подумать, что это сделал Дерик, я не могу. Не хочу… он не предатель.

– Я не такой плохой, как ты обо мне думаешь. Мне плевать, что скажут другие, но ты… я бы хотел не любить тебя, Реджи. Очень хотел бы, но я не в силах. Я пытался развлекаться с другими, но… не смог. Твоё лицо, улыбка, наши прогулки, встречи, поцелуи – это всё до сих пор стоит у меня перед глазами. Я скучаю без нашего общения. Я вёл себя гадко с тобой и, признаюсь, что приревновал… ко всем. Мне постоянно кажется, что тебя отнимут у меня, как и в первый раз. Дерик снова влезет в мою жизнь и разрушит её. Он влез… он герой… а я? Я ничтожество. Прости меня, пожалуйста. Прошу тебя, Реджи, дай мне ещё шанс показать тебе, что я умею думать о людях. Мне стыдно за то, что обозвал Дерика прислугой, но я был зол. Он требовал, чтобы я не приближался к тебе и обратил своё внимание на Эни, потому что именно её мне нужно будет выбрать на балу. Таков приказ матери… меня это взбесило. Они постоянно говорят мне, что я должен чувствовать. Но ты намного лучше всех их. Ты знаешь, что нужно людям, и поможешь мне понять, как улучшить их жизнь, да? Ты же не отвернёшься от меня? Реджи?

Я теряюсь, не зная, как реагировать сейчас на прикосновение Дина к моему плечу. Как, вообще, принять все эти факты и продолжать верить Дерику. Но ради него и себя, чтобы понять правду, я должна переступить через гордость и унижение. Я обязана хорошо сыграть свою роль.

– Дин, – шепчу, накрывая его руку своей. – Мне бы так хотелось, чтобы ты был тем парнем, которого я полюбила пять лет назад. Чтобы всё было проще, и не было всех этих запутанных историй. Ты так напугал меня… в отеле… я… боялась… мне было больно.

– Я знаю… знаю, любимая моя, знаю. Мне стыдно за это. Я обещаю, что больше не буду пить алкоголь, ничего не буду пить в незнакомых местах. Отец предупреждал меня, но я посчитал себя умнее, и вот попался. Мне так жаль, что тебе пришлось пережить это из-за меня. – Дин обходит меня сзади, и теперь обе его ладони лежат на моих плечах, он прислоняется ко мне и прижимается щекой к моей. Боже, как он него воняет. Ужасно…

– Но Дерика скоро здесь не будет, и всё успокоится…

– Что? – сбрасывая его руки, оборачиваюсь.

Дин печально вздыхает и кивает.

– Отец решил, что пора навсегда выслать его из Альоры. В последнее время политика поведения Дерика перешла все границы. Он начал открыто высказывать своё недовольство мной и будущей коронацией. Он обсуждает это с министрами за моей спиной, и они переходят на его сторону. Мой друг… он был мне как брат, мы росли вместе, Реджи. Всё делали вместе, но сейчас он изменился. Я многого не знал, отец поделился со мной своими наблюдениями, и… попросил его, чтобы он поговорил с ним, или я сам это сделаю. С Дериком что-то не так. Его настраивают против нас, я думаю, что это Кристин. Она ненавидит нас, считая, что ей мало платят за её безделье. Я уже говорил, что она связалась с плохими парнями и заставила Дерика пойти по этой дорожке. Не верю… не хочу верить в то, что Дерик может предать нас. Он не его отец. Он другой. Дерик хороший человек, но вот влияние тех, кто знает на что надавить, меня пугает. Ему нужно помочь. Вытащить из этого ада. Отец запретил мне встречаться с ним, боясь за мою жизнь. У Дерика есть оружие, и сейчас мы тайно создаём другой «Альянс», чтобы в случае нападения защищаться. А люди? О них он перестал думать. Люди, невинные люди, пострадают. Я не могу позволить этому случиться. Наверное, папа прав, нужно отправить Дерика сначала по якобы государственному поручению очень далеко, а потом уже полностью отстранить от дел королевства. Я боюсь за людей, Реджи. Боюсь, что тот ужас, который они пережили буквально недавно, вновь начнётся. Я буду поддерживать отца, он умнее меня и больше знает про Дерика, как оказалось. Его вышлют до коронации, и ты перейдёшь под протекцию моего отца, он сам это предложил. Тебе опасно возвращаться в Америку, потому что, когда Дерик догадается, то начнёт действовать через тебя, чтобы причинить мне боль. Отец на днях планирует выслать из страны всех, кто его поддерживает. И первой будет Кристин.

Замолкая, он отходит от меня, смотря куда-то вдаль, а до меня доходит, в чём суть его планов на счёт Дерика.

– Подожди… Дин, это же не значит, что Дерика… то есть… он рождён в Альоре, ведь так? Он всегда может вернуться сюда, и никто не может ему это запретить. Он альорец. У него документы и остальное…

– Да, ты права, Реджи, – кивает Дин, концентрируя на мне пустой взгляд.

– Тогда как ему запретят вернуться? Как? Нет… нет… скажи, что в ваших планах нет его убийства? – Мой голос от страха садится.

Лицо Дина сереет.

– Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы Дерик жил. Я постараюсь переубедить отца… он же мой брат… друг мой… – Глаза Дина начинают блестеть так, словно он сейчас расплачется.

– Он не виноват, что попал под дурное влияние. Я потерял с ним связь, отвлёкся, и вот что вышло. Я обещаю, Реджи, что поговорю с отцом, но он… он помнит, словно это было вчера, скольких родных он потерял тогда, сколько людей было убито. Отец просто хочет таким образом защитить Альору, но я против. Я не дам им убить Дерика. Найду решение, клянусь, но пока он должен находиться подальше от замка. Это всё, что я могу сделать, – Дин горько хмыкает и мотает головой, быстро моргая.

Нет, я не могу поверить, что так легко и просто они готовы убить человека, ради собственной безопасности. Дерик не враг. Дерик… он… я не знаю, что думать. Мне нужно поговорить с ним и узнать правду.

– Я верю, что ты сможешь что-то придумать, Дин. Мне нужно идти… голова разболелась, и я плохо себя чувствую. После того, что ты сообщил, мне нужно подумать, – шепчу я.

– Прости, что вывалил на тебя всё это, Реджи. Я доверяю тебе, знаю, что не предашь меня. И ты единственная, кто может меня понять и помочь справиться с таким давлением. Меня пугает политика и отца, и Дерика. Прости меня… прости… – тихо произносит он.

Кивая, направляюсь к двери в абсолютно потерянных чувствах.

Глава 31

Оказавшись в коридоре, где меня ожидает Калеб, стараюсь взять себя в руки. В моей голове хаос. Там сущий бардак, словно я попала в эпицентр какого-то запутанного лабиринта. Я пытаюсь, правда, пытаюсь изо всех сил верить Дерику и своим чувствам. Это сложно. Если учесть, что Кристин, действительно, находилась у него, и я понятия не имею, чем занимался Дерик в Монте-Карло, а потом ещё и признался, что потребовал перенести коронацию… я попросту запуталась.

– Реджина?

Вздрагиваю, когда в тишине коридора раздаётся удивлённый голос Эни, появившейся на пороге одной из комнат.

– Привет, – останавливаясь, сухо говорю.

– Хорошо, что я тебя увидела. Есть разговор, – она подзывает меня к себе с милой улыбкой.

– Калеб, я сейчас вернусь. Девичьи секреты, – бросаю парню, который, прищурившись, наблюдает за мной.

Эни склоняется к моему уху и быстро шепчет:

– Я узнала. Герман официально ещё не отказался от трона. Перед коронацией он должен подписать бумагу, но Клаудия торопит Ферсандра, чтобы Герман подписал всё уже завтра. Нужно действовать быстро.

И вот что мне делать дальше с этой информацией? Я не понимаю.

– Хорошо. Тогда позавтракаем вместе с тобой завтра и обсудим предстоящую прогулку, – произношу я так, чтобы Калеб услышал.

– Отлично. Если что, то я буду читать и пока не сплю. Вдруг ты тоже будешь маяться бессонницей, тогда приходи ко мне, – говорит Эни и с намёком показывает на дверь своей спальни.

– С радостью воспользуюсь приглашением, если не усну. День выдался тяжёлым, – натягиваю улыбку и возвращаюсь к Калебу.

Эни не входит к себе, а идёт дальше по коридору и юркает в спальню Дина. Мне это не нравится. Вообще, всё, что здесь происходит, мне не нравится.

– Я бы не советовал вам доверять ей, леди Реджина. Здесь для вас все враги. Особенно эта девушка, – предостерегая, шепчет Калеб.

– Она милая, – замечаю я. – И к тому же относится ко мне хорошо.

– Она, вероятно, будущая королева Альоры, леди Реджина, и какой бы милой ни была, вы её соперница. Вы та, кто стоит между её желаниями и ей самой. Не верьте никому, кроме своих суждений. Змеиный улей. Не меньше, – фыркает Калеб, указывая мне следовать за ним.

Оставляю его слова без ответа, потому что не готова вот так разом перечеркнуть всё. Я ещё не разобралась с Дериком и Дином…

Времени нет, чтобы думать. Я должна действовать. Не могу полностью доверять Дину и его словам. Мне ближе Дерик, и, может быть, я дура, раз хочу помочь ему остаться в живых. Плевать, с кем он будет, кого выберет, но убить его я никому не позволю.

Когда мы оказываемся в нашем крыле, останавливаю Калеба.

– Мне нужно встретиться с Дериком прямо сейчас. Я не приму отказа. Если не предоставишь мне машину, я найду другой способ добраться до него этой ночью. Ни один пистолет меня не остановит. Ты уловил мою мысль? – мой резкий и властный голос, раздаётся в тишине холла.

– Леди Реджина, я бы не советовал…

– Значит, ты меня не понял. Что ж, это твоё решение, – злясь, разворачиваюсь и направляюсь на второй этаж.

– Нет! Стойте! Вы не подумайте, что я против.

Замираю на лестнице и оборачиваюсь.

– Дело не в моих решениях. Дерик… он попросил меня не выпускать вас из замка. Мне неприятно это говорить, но он приказал мне не позволять вам увидеть его и везти вас туда, где он сейчас, пока не последует иной приказ.

Меня бросает в холодный пот от подозрений и неприятного подтекста, прозвучавшего в словах Калеба. Слова Дина звенят в голове.

– Мне плевать на его приказы. Это касается моего разговора с Дином. Если Дерику нужны подробности его и вашего возможного будущего, то он вытерпит моё появление, как я терплю его хамство. Буду готова через пять минут, – цежу я, быстро поднимаясь к себе.

Меня так злит, что Дерик сам заставляет меня сомневаться. Но я намерена дойти до конца. Пусть будет больно, но хотя бы сделаю всё, чтобы совесть меня не загрызла в Америке. И уж точно, я не собираюсь смотреть на завершение всей этой истории. Я сыта по горло их интригами, в которые они меня втянули.

Умывшись и немного придя в себя, чтобы держать свои эмоции под контролем, переодеваюсь в чёрный брючный костюм и даже туфли надеваю, чтобы понравиться Дерику. Так бесит, что я прихорашиваюсь для него. Но даже проигрывать надо красиво. Так всегда говорила Инга.

Спустившись вниз, вижу машину и Калеба, стоящего рядом с ней.

– Вас отвезут к Дерику, леди Реджина. Но машина остановится перед воротами, он её дальше не пропустит. Нужно будет выйти, чтобы он увидел вас в камерах наблюдения. Если не будет никакой реакции, то есть звонок на воротах, – инструктирует он.

– Хорошо. Спасибо.

– Будьте осторожны, леди Реджина.

С кивком Калеб открывает мне дверь автомобиля, и я опускаюсь на сиденье. Мы спускаемся вниз по дороге, и пока у меня ещё есть время обдумать, что сказать Дерику и что постараться узнать у него. Мне нужна правда. Я устала от бесконечных тайн этой страны. Неожиданно на меня нападает странная апатия ко всему. Бегать за мужчиной, который морочит мне голову и ведёт какую-то понятную только ему одному игру, унизительно. Я выполню своё обещание, и всё. На этом закончим.

Вокруг всё становится мрачнее и темнее из-за растущих вдоль дороги густых ветвистых деревьев, мимо которых мы проезжаем. Наш путь ведёт только к одному-единственному дому. Моё сердце бешено колотится внутри, когда я вижу свет в окнах дома Дерика и закрытые ворота.

Машина притормаживает в нескольких метрах от ворот.

– Мне приказано высадить вас здесь, леди Реджина. Я буду ожидать чуть дальше. Это приказ, – сухо произносит водитель.

Ничего. Дойду.

Выйдя из салона иномарки, пытаюсь удержать равновесие, когда шпильки туфелек утопают в гравии и грозятся попросту сломаться под моим весом. Но, наконец-то, я добираюсь до ворот. Калеб велел подождать, но я так устала ждать. Заметив кнопку звонка, нажимаю на неё. Никакого ответа. Снова жму, зная, что Дерик там. Через некоторое время слышу его запыхавшийся голос:

– Стой на месте, Джина. Выхожу.

Отчего у него такое дыхание? Не важно. Я должна сконцентрироваться на главном, на информации, из-за которой приехала.

Ворота медленно открываются, и я делаю шаг по направлению дома, замечая машину Дерика на подъездной лужайке, а потом и его самого. Он выскакивает на крыльцо и сбегает по лестнице, натягивая футболку. Его волосы взлохмачены, и вид очень помятый. Наверное, он спал.

– Привет, – выдавливаю из себя улыбку. – Мне помнится, что ты пригласил меня посетить тебя в любое время, волкодав. Любое время для меня сегодня.

Игриво склоняю голову, только вот Дерик абсолютно не готов к флирту. Он смотрит с такой злостью, отчего внутри меня всё переворачивается.

– Ты не вовремя, Джина. Я сообщу Калебу, когда буду готов тебя видеть.

Его недовольный тон для меня как нож по коже.

– Ничего, как-нибудь переживёшь мою компанию, – едко фыркаю.

– Не пригласишь в дом? У меня к тебе не уличный разговор. И, думаю, Калеб уже доложил, что я еду, – с вызовом добавляю.

– Я был занят и не проверял телефон. Поговорим в другой раз, Джина. Сейчас я крайне занят. – Он настойчиво наступает меня, отчего приходится сделать несколько шагов назад. Он выгоняет меня. Правда? После всех слов и признаний? После тех обещаний, что дал мне в последнюю встречу? Не узнаю его. Дерика словно подменили. Он косится в сторону дома, а затем, явно нервничая, переводит взгляд на меня. Что-то не так. Дерик всегда умел держать себя в руках, а этот мужчина, стоящий передо мной, как на иголках.

– Тогда тебе придётся отложить все дела и выслушать меня. Я говорила с Дином, – резко произношу, вскидывая подбородок. Я с миссией здесь. С последней миссией для него.

– Меня не это не интересует, Джина. Уходи. Мы поговорим в другой раз…

– Тебя собираются убить, – зло перебиваю его.

Дерик недоумённо приподнимает брови.

– Дин убеждён, что именно ты его подставил с наркотиками, и в его крови обнаружили амфетамин, Дерик, а не кокаин, который я видела. Надеюсь, теперь ты готов продолжить со мной диалог? – спрашивая, язвительно искривляю губы.

– Продолжай, – мрачно кивает.

– Помимо этого, и Ферсь решительно настроен против тебя. Он хочет выслать тебя из страны до коронации. Они собирают новый «Альянс» против вас. Герман тоже может пострадать. Могут пострадать все, кто присутствует в вашем списке. Они считают, что все заступятся за тебя и пойдут в бой, если ты прикажешь. Ферсь отправит тебя с государственным заданием очень далеко, а потом планирует твоё убийство, представив это, как несчастный случай. Он боится тебя, Дерик. Также Калеб прямо мне сказал, что не будет смотреть, как тебя вычёркивают из жизни из-за чьих-то прихотей и опасности, которую ты в себе скрываешь. Он не против восстания и свержения существующей власти, и возведения Германа на трон Альоры, как наследника со стороны Клаудии. Что же касается последней, то она тоже была у меня. Просила помочь Дину справиться с его депрессией. Выглядит он, кстати, ужасно и тоже уверен, что ты играешь против них.

– Это всё?

– Тебе мало? Дерик, очнись, тебя собираются убить за то, что ты мешаешь им, и они боятся тебя. Калеб фанатик и…

– Я понял. Это всё, Джина? – сквозь зубы перебивает он.

– Всё, – так же отвечаю, разозлённая его отношением ко мне. Да я столько информации добыла, а он настолько бесчувственен! Козёл!

– Тогда до встречи, – кивает мне.

– Это вряд ли. Разбирайся со всем сам, Дерик, раз тебе не нужна моя помощь. Я, как дура, каждую минуту волновалась о тебе. Как ты? Что ты? А ты, придурок, приказал Калебу не выпускать меня из замка. Да пошёл ты, Дерик. Лживый мудак ты, вот кто, – ядовитые слова всё же вырываются из глубины груди, в которой отчаянно и так болезненно бьётся сердце, разочарованное этой встречей.

Разворачиваясь, успеваю сделать лишь шаг, как меня хватают за руку. Из-за неустойчивых каблуков, будь они неладны, теряю равновесие и со сдавленным писком падаю прямо Дерику на грудь. Он крепко обхватывает меня за талию, прижимая к себе.

– Джина, – тембр его голоса меняется, становясь мягче, разрушая все оборонительные стены, выросшие между нами несколькими минутами ранее.

– Не смей меня подавлять своим голосом, Дерик. Ведёшь себя, как урод, – стараюсь держаться.

Он приподнимает уголок губ и касается ладонью моей щеки настолько нежно, что мои коленки начинают дрожать, а знакомое волнение от его рук проносится по всему телу. Дерик замечает это, улыбаясь шире.

– Сейчас, правда, не время, Джина. Я не хочу подставлять тебя. За мной ведётся слежка. Я не могу быть уверен в том, что никто не узнает, что ты была здесь сегодня. Скорее всего, ты приехала сразу же после разговора с Дином.

– Но у тебя есть камеры, не так ли? О какой опасности здесь ты можешь говорить? Не проще ли провести меня в дом и закрыть ворота на несколько часов? – шепчу я. От вульгарного подтекста этих слов даже у меня горят уши, но Дерику это нравится. Он проводит пальцем по моим губам и обжигает меня своим загадочным, глубоким, чёрным взглядом.

– Заманчивое предложение, Джина. Мне тебя не хватало. – Его палец замирает между моих губ. Отвечать в такой позе абсолютно не удобно.

Целую его, не отводя взгляда от глаз Дерика. В них загорается похотливый огонёк страсти.

– Чёрт возьми, Джина…

Его губы накрывают мои так быстро, что я на некоторое время перестаю понимать, почему вдруг стало так жарко. Но инстинкты срабатывают моментально. Цепляясь за шею Дерика, впускаю его язык в свой рот и касаюсь его своим. Он словно пожирает меня губами, целует беспощадно, быстро и горячо, выбивая все мысли из головы. Я готова прямо здесь сорвать с него одежду и повалить на землю, что, в принципе, готов сделать и он со мной. Его руки шарят по моему телу, сжимают ягодицы и прижимают к вздувшемуся, твёрдому паху. Издаю стон от возбуждения.

– Завтра, согласна? – тяжело дыша, спрашивает он и немного отстраняется.

– Завтра. После полудня. Я весь твой. Калеб привезёт тебя ко мне, – даря ещё один поцелуй, добавляет он.

– Хорошо… завтра.

– Ты сможешь остаться у меня столько, сколько захочешь.

– Дерик, а если… если они прямо сейчас захотят тебя отослать? – волнуюсь, неожиданно вспоминая свои опасения.

– С этим я разберусь.

– Так просто? Разберусь? Ты не кронпринц и даже не родственник им. Ты для них враг. Дерик, я так боюсь за тебя. Боюсь, что тебе причинят боль. Это меня выматывает. Ни о чём другом я и думать не могу, как только найти способ спасти тебя. Пожалуйста, живи… я прошу тебя. – От эмоций в моих глазах появляются слёзы. Мои ладони ласково гладят его лицо.

– Ты так сильно волнуешься, Джина…

– Конечно, да. Ты идиот? Ты для меня важнее всего здесь. Ради тебя я осталась в Альоре и буду делать всё, чтобы ты был невредим. Не верю россказням Дина. Я верю тебе. Я обещала тебе верить, кто бы что ни говорил. Верю своим чувствам. И понимаю… теперь понимаю, почему люди готовы отдавать свои жизни ради других. Я поняла, Дерик, потому что порой кто-то в мире становится таким дорогим и нужным, что дышать сложно без него, жить сложно. Моя жизнь стала настоящей рядом с тобой. Я стала настоящей и хочу бороться за тебя. Я помогу всем, что тебе понадобится, но только не обманывай меня. Не скрывай важное, я прошу тебя…

– Джина, я…

– Ничего не говори. Просто прими это, ладно? Знай, что у тебя есть я. Что бы ни случилось, я у тебя буду всегда, – быстро шепчу.

Его тяжёлый и странный взгляд рождает во мне страх. Я не должна была говорить это ему сейчас. Но времени так мало, я боюсь не успеть. Боюсь, что Дерик начнёт сомневаться во мне и будет рисковать собой.

– Ты не веришь Дину?

– Нет. Он удачно подготовился к разговору со мной. Он не мылся, не спал и не ел, чтобы выглядеть как человек, который во всём раскаивается. Дин играл роль жертвы, и я тоже играла роль, чтобы он не понял, насколько мне плевать на него. Я вытащила из него информацию о тебе, и не думаю, что в ней была правда. Но то, что они угрожают твоей жизни, правда. Я чувствую это. Чувствую боль и отчаяние, которые грядут в ближайшие дни. Не могу это объяснить, но знаю, насколько они боятся тебя и твоей власти. Дин готов на всё, только бы сохранить за собой трон. Но у меня… у меня есть идея, как ему не дать это сделать.