Текст книги "Запретный Альянс"

Глава 49

Дерик целует меня в плечо и прижимает ближе к себе.

– Когда-нибудь я дойду с тобой до этой кровати, Джина, – шепчет он.

Приоткрываю глаза и улыбаюсь.

– На этой кровати мы уже были, опыт так себе, так что останемся здесь, – поворачивая голову, отвечаю ему.

– На пять-семь дней?

– По-моему, уговор был на четыре-пять, – прищуриваюсь я.

– Всегда можно изменить планы.

– Дерик. – Переворачиваюсь лицом к нему.

– Сделаем вид, что вчера я не был мудаком, ладно? Порой я им бываю, потому что не умею общаться с девушками. С тобой, Джина. Я не знаю, как это быть в отношениях, пусть и временных, что нужно говорить, как правильно реагировать, как не обидеть. Раньше я не задумывался об этом, но с тобой… – он замолкает и тяжело вздыхает. – Я не хочу тебя обижать, а всё равно получается.

– Так, Фредерик, скажи-ка мне, ты, случайно, не встречал одного чересчур наглого Купидона по имени Герман? – спрашивая, прищуриваюсь я.

– Нет, конечно. Я его не видел.

Скептически выгибая бровь, привстаю и слегка ударяю его в плечо.

– Да, видел. И видел до тех пор, пока он не выговорился и не дал мне нужную информацию. Пришлось слушать.

– И ты рассказал это всё, потому что он снова сдал меня? – спрашивая, приподнимаюсь и сажусь на пол.

– Нет. Джина.

Дерик тоже садится рядом и за подбородок поворачивает мою голову к себе.

– Я не мастер красивых слов. И если говорю, то по делу. Зачастую я не понимаю женщин. Всё, что я умею хорошо делать с ними – трахать их. Меня абсолютно не волнует нравится им или нет то, как я их трахаю. Но судя по крикам…

– Ты это серьёзно сейчас? – возмущаясь, дёргаю подбородком.

– Мне нравится тебя дразнить. – Дерик проводит ладонью по моей обнажённой спине, а следом по ней сразу же проносится волна тепла.

– Пять чёртовых лет я вспоминал о тебе. Мне было интересно, как ты живёшь, какой ты стала, с кем у тебя сложились отношения, дружишь ли ты до сих пор с Мег. Да, иногда я открывал свою тумбочку и смотрел на твои фото. Я псих и не скрываю этого. Вот сейчас ты со мной. Ты живая, открытая и всегда в движении. Ты не умеешь сидеть ровно на своей хорошенькой заднице и молча пить чёртов кофе. Ты вернулась в мою жизнь. Борьба с собой была долгой. Ты принадлежала ему. Он был у тебя первым…

– Тебя снова занесло не туда, – вставляю я.

– Но это правда, Джина. Мои желания идут вразрез с происходящим. Вчера я винил себя и злился на тебя, но ты была рядом. Я сорвался. Обычно никого нет рядом со мной. Никому я не могу довериться. Я один. А сейчас ты здесь. Я хочу провести с тобой время, и в тот же момент это отвлекает меня от работы. Я не могу разорваться на две части, Джина, но обещаю, что после Дня независимости буду свободнее, и тогда работа не будет так давить на меня. Я отвезу тебя туда, куда обещал, и, наконец-то, доберусь до этой чёртовой кровати. – Дерик бросает злой взгляд на мою постель.

– Тогда ты должен знать, что не стоит меня сейчас обманывать, Дерик. Герман сказал мне, что отмена коронации ещё не подтверждена. Не факт, что Дин не станет в этом году королём. Министры могут не поддержать Ферся, и заседание продолжится на следующий день. А если и тогда не будет единогласного мнения, то коронация всё же состоится. Так что я проиграла.

– Ты не проиграла, Джина. Ты боролась за справедливость и за моих людей, за мою страну, а этого уже достаточно, чтобы выиграть. – Дерик притягивает меня к себе, и я кладу голову ему на грудь.

– Кстати, напомни мне, когда я увижу Германа, чтобы свернуть ему шею, – добавляет он.

Прыскаю от смеха.

– Он хороший друг, Дерик. Очень хороший и он никогда тебя не предаст.

– Я знаю. Мы всегда были ближе с ним.

– Из-за того, что оба потеряли отцов?

– Нет, из-за того, что мы оба любим наш народ и волнуемся о нём больше, чем о самих себе. Наша работа похожа.

– Признайся, ты бы сам когда-нибудь рассказал бы мне правду о себе? – Поднимаю на него взгляд.

– Не знаю. Я всегда стараюсь уберечь тебя от опасности. А такая информация очень серьёзный повод, чтобы манипулировать тобой или же мной, или Альорой. Да всем. Я знаю, что ты тоже не предашь меня, но порой бывают случаи, когда всё выходит из-под контроля, и в такие моменты только неведение может спасти. Что касается совета, то Ферсандр сделает всё, чтобы обратить их решение на благо страны. Сейчас волноваться о том, что от нас не зависит, не стоит, Джина. Мы никак не можем повлиять на эту ситуацию. – Взгляд Дерика становится слишком задумчивым.

– Или ты уже придумал, как на неё повлиять, да?

Он улыбается мне и проводит ладонью по моей щеке.

– От тебя ничего нельзя скрыть, Джина. Ты права. Хоть я и отстранён от совета, как заинтересованное лицо, но мои связи могут сыграть хорошую партию в этот раз. Я займусь этим завтра, а пока воспользуемся этой чёртовой кроватью. – Дерик весело подхватывает меня на руки и бросает на постель.

Хихикая, приподнимаюсь на локтях и смотрю, как он скользит своим торсом по моему телу. Его лицо оказывается напротив моего.

– Привет, Джина.

– Привет, Фредерик.

Он долгое время смотрит на меня, улыбающуюся ему. И в этот момент я понимаю, что ещё никогда в жизни не была такой счастливой. Пусть всё вокруг очень сложно, но с Дериком мне хорошо.

Дерик уговаривает меня пойти с ним в душ, и я не могу отклонить такое заманчивое предложение. Мы ведём себя, как обычная пара. Под брызгами тёплой воды дурачимся и снова возвращаемся в постель, где он обнимает меня, и наши обнажённые тела сплетаются в одно целое. Я с упоением могу слушать его рассказы о том, чем занимаются в каждом графстве. С интересом расспрашиваю его о многом, и Дерик отвечает, не подбирая слова, словно боится предательства, а высказывает своё мнение, делает замечания и делится тем, что именно он сделал бы и что сделает для улучшения положения. Я уверена, что лучшего короля для Альоры не найти. Если бы Дерик немного поверил в себя и свои силы, перестал бояться осуждения за грехи своего отца, прекратил винить себя и оставаться в стороне и начал открыто говорить о своих достижениях. Если бы, но я надеюсь, что судьба не настолько жестока к людям, которые совершают добрые поступки. Да, для меня это утопичные мысли, но сейчас я хочу в них верить.

Утром, проснувшись одна в кровати, сладко потягиваюсь, а затем одеваюсь. Спустившись вниз, снова нахожу Калеба занятого приготовлением завтрака для меня. Сегодня это каша с ягодами. Аромат потрясающий.

– Ещё немного и вы запоёте, леди Реджина. Была хорошая ночь? – Калеб подмигивает мне, садясь рядом за стол.

– Прекрати подглядывать. У тебя что, своей личной жизни нет? – смеюсь, принимаясь за завтрак.

– Нет. Мне это запрещено, да и подходящую девушку ещё не встретил. Мне бы немного сумасшедшую, чтобы скучно не было дома.

– И ты не боишься, что она останется… не дай бог, конечно?

Калеб пожимает плечами и отпивает кофе.

– А чего бояться, леди Реджина? Зато она будет знать, кто я и какая у меня работа. Не каждая девушка согласится на такое, а если согласится, то я вместе с ней буду брать от жизни всё. Любому человеку может кирпич на голову упасть, или он подавится косточкой. Всё может случиться, так почему я должен бояться смерти? Нет, не боюсь, меня пугает, что я никогда не смогу узнать, какие они, настоящие чувства.

С восхищением смотрю на Калеба, и он немного краснеет.

– Простите, я…

– Это замечательно, Калеб. Я безумно рада, что ты думаешь именно так. И ты непременно встретишь подходящую девушку, просто смотри лучше. Я надеюсь, что ты будешь счастлив. Вот если бы так думал и кое-кто другой, – говорю я, и парень хмыкает.

– Увы, леди Реджина. Прошлое накладывает свой отпечаток, отсюда идут и страхи. Он очень ответственно подходит к делам и считает, что чувства могут отвлечь от них. Но работа есть работа, а то, что творится дома, это абсолютно другое. Он просто привык так жить. Привык, что ему говорят о том, как он должен поступать, и ни в коем случае не делать того, чего в действительности хочет. Живёт, как робот. Девушки его интересовали исключительно в физическом смысле. А их было много. Простите, но это правда, как и то, что сейчас я постоянно ловлю его странную улыбку, когда он смотрит вдаль или совершает романтические поступки, чтобы как-то загладить свою вину. Он не умеет этого, но быстро учится. Многие хотели быть с ним, но пока ни одной не удавалось заставить его улыбаться. Я считаю, что вы на верном пути. Вы собираетесь остаться в Альоре, леди Реджина?

Моё настроение мрачнеет, и Калеб это замечает.

– Я не должен был спрашивать о таком. Это ваше дело, – сразу же тушуется и опускает взгляд.

– Я не могу остаться в Альоре, Калеб. В Америке у меня своя жизнь, и это всё так сложно. Меня там ждут, а здесь порой я думаю, что лишняя. Хотя так я думаю постоянно. Нажила себе множество врагов. Обидела подругу, потому что сама была зла…

– Вы о леди Сабине? Я слышал ваш разговор. Я же слежу по камерам, и они снимают всё подряд, а вас оставлять одну запрещено. Думаю, что вы всё сказали правильно. Вы из другого мира и ближе к нам, чем к королевской семье или к вашим, так называемым, подругам. Им нельзя доверять. Каждая из них преследует свои цели, используя вашу доверчивость, леди Реджина. Вы очень добры к людям.

– Ты слишком высокого мнения обо мне. Я терпеть не могу людей, – смеюсь.

– Это вряд ли. Просто вы не встречали раньше людей, готовых принять вас так, как мы. Вы нам не безразличны, в этом всё отличие.

– Но мне придётся вернуться именно в мир безразличия, Калеб. Я выросла в нём, так что, наверное, стоит оставить после себя хорошее воспоминание. Поговорю с Сабиной и Эни, чтобы не было груза на душе.

– Это ваше решение, леди Реджина. Но я бы на вашем месте шёл до конца со своими убеждениями, потому что вы намного умнее, чем они. Вы говорите правильные вещи и боретесь за них же. Вы попали сюда, в роскошь, богатство и череду балов, но не изменились. Это отличная проверка, леди Реджина. Вы остались при своём мнении, требуя для себя только то, что вы заслужили. Я не глухой и не слепой, поэтому не унижайтесь перед этими выскочками, они никогда этого не оценят, а посчитают вас слабой, а это не так. Мне нужно идти, сегодня праздник, и уже начался совет, поэтому я должен быть в комнате наблюдений, – говорит Калеб и поднимается со стула.

– А он там? То есть его не допустили или…

– Он в королевском крыле, ожидает решения.

– Понятно. Хорошо. Надеюсь, что Альора будет в надёжных руках.

Калеб кивает мне и выходит из столовой.

Очередной сложный день, и что он принесёт, неизвестно. Остаётся только ждать.

Помыв посуду за собой и расставив всё по местам, в одиночестве брожу по крылу, не находя себе места. Важно, чтобы всё решилось сегодня, иначе надежды на перемены больше не будет.

Сидя за столиком в садовой беседке, смотрю на природу. Дерик прав, я никак не могу повлиять на ситуацию, поэтому проще расслабиться, но ни черта не удаётся этого сделать до самого вечера. Калеб услужливо принёс мне обед, тоже не дав никаких ответов на мои невысказанные вопросы. Он напомнил мне, что я должна блистать сегодня на балу, что бы ни произошло. Но никто не знает о моей маленькой тайне. Я оставила себе козырного туза, которым непременно воспользуюсь, и дальше будь что будет, если коронацию не отменят. Мне не важно, что случится со мной, но Альору я не дам уничтожить, а вместе с ней и Дерика.

Уже сделав причёску и наложив макияж, слышу, как дверь моей спальни открывается.

– Джина?

От волнения вешалка с платьем падает из рук, и я выскакиваю из гардеробной навстречу Дерику.

– Ну что? Они решили? – Ищу ответ на его лице, оно ничего особого не выражает.

– Нет, завтра ранним утром состоится ещё один совет. Ван Досс открыто пошёл против короля, и некоторые его поддержали. Он считает, что это неразумно в последний момент откладывать коронацию, также упомянул, что король в последнее время выглядит плохо. Мало того, он выложил всем его диагноз, что привело к ужасу многих.

– Боже мой. Он до этого знал о болезни Ферся? – прикладывая руки ко рту, шепчу я.

– Нет, но его шпионы не дремлют. Вероятно, они следили за Ферсандром. Это не важно. Ввиду открывшихся обстоятельств, всё перенесено на завтра, и мне разрешено присутствовать на собрании. Я смогу их убедить.

– Хорошо… ладно. Ты уверен? Нет, я в тебе не сомневаюсь, я о Дине. Он в курсе того, что тебе дали разрешение?

– Нет. И не должен быть. Иначе всё выйдет нам боком, а я этого допустить не могу. Поэтому можно сказать, что всё уже решено. Я подготовил достаточно аргументов против проведения коронации в ближайшее время.

– Дерик, что именно ты подготовил? – напряжённо шепчу я.

– Пришлось немного изменить данные, но теперь я могу предоставить факты о хищении финансов за спиной Ферсандра и фальсификации документов, которые сделал его сын, чтобы никто ничего не заметил. Задним числом я провёл якобы расследование и узнал об этом. Я не могу подставить Ферсандра.

У меня на лице расплывается улыбка! Наконец-то, Дерик начинает открыто бороться против Дина!

– Ты молодец, слышишь? Ты поступил правильно. Нужны кардинальные меры, Дерик, и ты нашёл их.

Он приподнимает уголок губ и касается моей щеки, поглаживая её пальцем.

– Сейчас мы поступаем, как предатели, Джина.

– Не предатели, Дерик. Мы за народ Альоры. За его будущее, а не за уничтожение всего живого на этой земле, – кладу ладонь ему на запястье и целую его ладонь. – Ты всё сделал верно. Не вини себя. У Дина было достаточно шансов, чтобы всё исправить, измениться, одуматься, но он не воспользовался ни одним. И ведь его никто не убивает, никто не угрожает его жизни, просто он получит то, что заслужил за своё отношение к народу, который его кормит. Не плюй в руку дающего, иначе плевок вернётся тебе хорошей оплеухой. Я поддерживаю твоё решение и очень рада, что никто не сможет стереть улыбки с лиц этого народа.

– Спасибо, Джина. Я больше никому не могу это рассказать.

Теперь я, вообще, готова пищать от радости. Он доверился только мне!

– Пойду приму душ и переоденусь. Встретимся на балу, Джина. И да, пожалуйста, выбери что-то не очень сексуальное.

Дерик целует меня в губы и выходит из спальни.

Двоякое впечатление от новостей, но надежда ещё есть.

Бегу переодеваться и выбираю светло-голубое платье в пол. Оно чудесное. Не пышное, а спокойное, из ткани, играющей жемчужными переливами. Решаясь не надевать бюстгальтер, что, в принципе, нарушает протокол, застёгиваю платье и обуваюсь. По времени я уже должна быть готова и выйти, чтобы меня представили на моём последнем балу в этой жизни.

Иду по коридорам в сопровождении парня из охраны Дерика, и он подводит меня к дверям, у которых уже толпятся гости. Их называют по одному, я удивляюсь в который раз сколько здесь высокопоставленных лиц со всего мира. Наконец-то, произносят моё имя, и я оказываюсь на балконе. Да, на меня до сих пор пялятся, как на диковинку. Перешёптывания никуда не исчезли, но сейчас я чувствую себя уверенно, смотря в наполненные восхищением чёрные, бездонные глаза Дерика, встречающего меня.

– Что я говорил о сексуальности, Джина? – шепчет он, провожая меня к гостям.

– Что я должна быть самой сексуальной для тебя? – Игриво бросаю на него взгляд.

– Чёрт возьми, тебе это удалось…

– Реджина.

Поворачиваясь, улыбаюсь спешащей ко мне Эни в пышном розовом платье. Она выглядит, как очень красивое розовое безе, и ей, несомненно, идёт этот цвет.

– Дорогая, рада тебя видеть.

– Дамы, оставлю вас, – Дерик кивает нам и отходит в сторону, но недалеко. Он не сводит с меня глаз, и эта воображаемая, связующая нас нить не даёт и мне отвести от него взгляд. Столько обещаний в этой безмолвной нити, связавшей нас.

– Сабина мне всё рассказала. Надеюсь, что ты не будешь извиняться перед ней? – кривится Эни, делая глоток шампанского.

– Что? – переспрашиваю я.

– Ох, видимо, ты очень занята чем-то или кем-то другим. Герман как раз появился на горизонте, – оборачиваясь, Эни указывает на мужчину, стоящего немного дальше, чем Дерик.

– Да… да…

А мы с Дериком всё смотрим друг другу в глаза.

– Развлекайся, – усмехается Эни и оставляет меня.

Дерик сразу же отходит от группы мужчин и подхватывает два бокала с шампанским.

– Леди Реджина, – предлагает один мне.

– С вашей стороны это так любезно, сэр, или мне стоит сказать просто Дерик?

– Просто Дерик сойдёт. Обойдёмся без всех этих титулов.

– Да, кому они нужны.

Он улыбается моим словам.

Все гости уже собрались, и Ферсь выходит вместе со своей семьёй, поднимая бокал с шампанским. Дерик кладёт ладонь мне на поясницу и делает вид, что немного подталкивает вперёд.

– Мне так и хочется ударить тебя по заднице, Джина, – шепчет он.

Ферсь поздравляет всех с праздником, но я ничего не слышу, кроме возбуждённого, ароматного дыхания и шёпота Дерика.

– Мне нравится, когда ты меня ударяешь по ней. В определённые моменты, – кошусь на него, отпивая шампанское.

– Ты меня заводишь уже прямо сейчас. Ты меня завела. – Дерик прислоняется ко мне пахом, и я ощущаю твёрдость в его брюках. Охаю и чувствую, как горят мои щёки.

– Здесь люди. Ты с ума сошёл?

– Может быть. Если я трахну тебя за одной из этих штор, это будет считаться неуважением?

Отпиваю хороший глоток шампанского, чтобы спокойно пережить эту реплику.

– Когда всё закончится, то я научу тебя тому, что мне очень нравится. Одна из моих фантазий – забраться тебе под юбку тогда, когда людей будет много, но чтобы никто из них не знал, как я тебя ласкаю…

Краски становятся гуще, как и моё дыхание рваным. Ладонь Дерика скользит ниже и касается моих ягодиц.

– Только подумай. Все эти люди, высокомерные и лживые, станут нечаянными свидетелями того, как ты кончишь. Мои пальцы будут в тебе. Так легко отодвинуть все эти ненужные ткани, чтобы оголить твою грудь…

– Дерик, хватит, – прошу я.

Он придвигается ближе. На нас никто не смотрит, все взгляды обращены на королевскую чету.

– Я буду посасывать один за другим твои соски, пока ты не прекратишь думать. Я буду целовать твою грудь, и мои пальцы утонут в твоей смазке…

– Я готова уйти прямо сейчас, – признаюсь.

Дерик широко улыбается и скрывает смех, опуская голову вниз.

– Видишь, как ты меня заводишь, Джина. Я теряю все разумные мысли, когда вижу тебя.

– Ты просто извращенец.

– Я просто слишком возбуждён тобой.

Раздаются аплодисменты, и Дерик немного отходит от меня, кивая, хотя ни черта не слышал, как и я.

Мы допиваем шампанское и ставим бокалы на поднос.

– Ещё есть время развить мои фантазии, – шепчет Дерик мне на ухо.

– Уже достаточно. Ты меня тоже завёл, – подмигиваю ему.

– Ещё несколько минут, и мы можем уйти. Секс на пляже? Или в нашей пещере?

– О которой ты рассказал Кристин?

– Там была только ты, Джина. У меня вырвалось, куда я возил тебя. И как же хотелось тебя там трахнуть. Особенно когда ты ни о чём не догадывалась. А танец…

– Ты меня трахал уже там?

– Особенно, там.

Боже, это самый вульгарный разговор на королевском приёме, который, вообще, может быть. Мы нарушаем все правила, но мне так нравится настроение Дерика. Он расслаблен, значит, завтра всё будет хорошо.

– Поэтому сегодня я хотел бы сделать заявление.

Бросаю взгляд на Дина, произносящего речь.

– Мне уже не терпится туда уехать, – шёпотом признаюсь.

– Вряд ли мы туда доедем. Я до кровати твоей дойти не могу. А это платье слишком откровенное. Придётся отключить все камеры в нашем крыле. – Дерик проводит пальцем между моих лопаток, и я охаю от возбуждения.

Неожиданно краем глаза замечаю, что люди начинают расходиться, и шум становится более явным.

– Что происходит? – недоумённо шепчу.

С лица Дерика стирает улыбку. Его глаза превращаются в ледяные осколки, и это пугает меня.

– Чёрт бы его подрал…

Но Дерик делает два шага назад и склоняет голову, а я поворачиваюсь, увидев перед собой улыбающегося Дина. Все присутствующие расступились, создав живой круг рядом с нами.

Бросаю взгляд на Дерика и, умоляюще, прошу его одними глазами: «Не бросай меня с ним одну!». Но Дерик смотрит в пол. Его кулаки сжаты. Точно не к добру.

Что случилось? Я всё пропустила и явно не готова к танцу.

– Реджина, лишь увидев тебя, с первого взгляда я понял, что ты станешь особенной девушкой в моей жизни, но никогда не предполагал, что именно с тобой я захочу быть лучше. Ты умная, дальновидная, гордая, и рядом с тобой я могу не прятаться. Сама судьба вернула мне тебя, и я благодарен ей за это. Согласно нашей традиции, я должен был сообщить имя своей суженой. Нельзя заставлять сердце страдать. Нельзя ему приказывать, кого любить. Нельзя жестоко изводить людей, пусть даже и принцев, требуя от них отдать свою жизнь в неподходящие руки. Поэтому я буду делать то, что хочу, полагаясь на то, что живёт внутри меня…

Глисты живут у него внутри!

– Я устал скрываться и прятаться. Ты просила меня сделать решающий шаг, и я его сделаю, ради нас с тобой. Ради нашего будущего и будущего Альоры. Я официально заявляю, что моё сердце принадлежит тебе, и моя судьба в твоих руках.

Глаза расширяются от ужаса, когда до меня доходит смысл его слов.

Дин опускается передо мной на одно колено и открывает коробочку, в которой сверкает невероятных размеров бриллиант.

– Реджина Хэйл, окажешь ли ты мне честь стать моей женой и будущей королевой-консорт Альоры?

Да провалиться мне прямо сейчас сквозь землю! Пусть меня черти заберут! Пуля, вперёд, твой выход!