Текст книги "Запретный Альянс"

Шокированная перевариваю слова мужчины.

– Вы… простите, вы хотите… чего?

– Я сказал. И вы это слышали.

– Но… он же ваш сын. Если я захочу, чтобы ему пулю в лоб пустили…

– Мы это сделаем, мисс Хэйл. Да, вы правы, Фердинанд мой сын, но это не умаляет того, что он пошёл против своей страны. Он причинил ей вред своими руками и сам виноват в том, что его ждёт. В таких делах, мисс Хэйл, нет понятия семейных уз, есть только долг. Вы были ранены, перенесли операцию, множество людей было отравлено, и это лишь часть того, что он натворил. Я могу его наказать, но считаю честным отдать принятие решения о наказании в ваши руки.

– Я не знаю… я… это была случайность, – шепчу. Каким бы Дин ни был и что бы он ни сделал, я не могу просто сказать, чтобы ему причинили боль. Да, я, может быть, дура или слишком добрая, но сама набросилась на него. Я это сделала сама и не смогу вынести вердикт Дину. Просто не смогу.

– Мисс Хэйл, я понимаю, что вам сложно. Давайте, упростим задачу. Вы хотите наказать его максимально, средне или минимально. В любом из выбранных вами вариантов он никогда не сможет претендовать на трон, как и жить в замке, со своей семьёй, без разрешения короля. Я его не дам. Дерик, уверен, тоже.

– Среднее, это что?

– Мы отправим его на остров, который принадлежит нашей стране. Да, может показаться, что это шикарные условия для заключённого, но там ему предстоит работать руками. Чтобы есть, он будет добывать пищу сам. Он узнает всё об овощах и о том, как сложно работать под палящим солнцем целый день. Это его наказание в средней мере. Он будет находиться там под чужим именем и под страхом продления наказания на всю его жизнь. Пока это только пятнадцать лет.

– И он может вернуться сюда, чтобы убить Дерика, – шепчу я.

– Да, вы правы.

– Максимальное, это что?

– Он будет убит.

Сглатываю от неутешительного ответа.

– Минимальное?

– Даже не думайте о нём. Я запрещаю. Он не заслужил поблажек.

– Значит, выбора и нет. Среднее. Я бы никогда не смогла позволить себе принудить кого-то убить человека. И прошу, чтобы вы как-то успели уберечь Дерика от возвращения Дина, лишив его шанса для возвращения в Альору.

– Разумно. Выходит, мы пришли к единому мнению. Я удалюсь, чтобы договориться о вашей выписке и том, чтобы вас подготовили к полудню. Я пришлю машину за вами. Вы можете подписать документы. Они все направлены на защиту информационных данных Альоры. – Ферсь поднимается и без каких-либо ещё слов выходит из палаты.

Почему же принимать какие-то решения порой так сложно? И я чувствую себя виноватой перед Дином, перед Ферсем и Клаудией. Если бы подумала в тот момент, но нет, я просто сделала это. Прыгнула на него. И теперь страдают те, кто не должен был.

Мне жаль, очень жаль, что я принесла этой стране столько проблем. Видимо, нужно просто держаться от неё подальше. Особенно, от Дерика. Неизвестно во что ещё я могу влипнуть.

Глава 56

– Спасибо, что не возмутились такой щепетильности. – Проверив все документы, Ферсь, закрывает папку.

Может быть, звать его теперь Ферсандром? Не таким он уж и плохим оказался, каким я его считала.

– Это меньшее, что я могу сделать для вас, – улыбаюсь ему.

– Вы ни разу не спросили про Дерика? Вам неинтересно?

Его вопрос ставит меня в тупик. Не думала, что могу, вообще, о таком спрашивать. Особенно его.

– Я видела его по телевизору, как и вас. Также заметила, что народ вроде бы нормально воспринял правду о наследовании и о личности Дерика. Остальное разве важно? – отвечаю и отвожу взгляд, пожимая плечами.

– Вы должны понимать, что ответственность, которую он взял на себя, огромна. Дерику предстоит стать не только моим заместителем, но и лицом страны. Это тяжёлое бремя, и мальчику нужно ещё учиться. Хотя он многое знает, но остаются некоторые нюансы, а они довольно важны для его будущего и страны. Я даже сам его теперь вижу редко. Он или в самолёте, или обдумывает решения тех заданий, которые ему дал я. Он не сдаётся. Дерик всегда был очень ответственен в подобных вопросах. Я ему их специально доверял, чтобы показать, что ему всё по силам. Теперь он на своём месте и найдёт время для вас, мисс Хэйл. А также королевский самолёт будет готов для вас в любое время, вам нужно лишь сообщить об этом кому-то из охраны, и они передадут сведения в аэропорт. За вами сюда приедет один из ребят, чтобы в целости и сохранности доставить вас в замок. На этом я прощаюсь и желаю вам окрепнуть и набраться терпения, – Ферсандр кивает мне и мягкой походкой выходит из палаты.

Вздыхая, прикрываю глаза.

Я знаю, что Дерик занят. Знаю, что всё изменилось. Знаю, что ему сложно. Я всё это прекрасно понимаю, поэтому не злюсь из-за того, что за всё это время не видела его. Возможно, я просто скучаю. Тогда всё было намного проще. Я могла капризничать или что-то выкинуть, и он сразу же появлялся. Или же он что-то делал, а я отвечала эмоциями. Сейчас же эмоции отошли на самый последний план. Не имею права требовать от Дерика внимания, ведь я ему никто, да и не стремлюсь стать кем-то большим.

Дни текут в обычном режиме. Встречи с врачом, точные указания, как правильно обрабатывать две полоски, появившиеся у меня на боку и спине, запреты, и рекомендации о том, что следует делать мне, чтобы быстрее затянулись швы и более не беспокоили. Очередная капельница, потрясающая еда, и всё. Мне выдают мои документы, хотя я не привозила их сюда, также брошюру с рекомендациями по уходу за шрамом, мазь от рубцов и витамины для восстановления организма после приёма антибиотиков. Да, действительно, сервис здесь невероятный.

– Леди Реджина.

Оказываясь на улице, оглядываюсь. Так непривычно снова быть среди людей. Они проходят мимо меня, направляясь по своим делам мимо входа в госпиталь.

– Калеб, – улыбаюсь парню, приблизившемуся ко мне.

– Я так рад вас видеть. – Он перехватывает у меня из рук подарки из больницы и указывает рукой на машину.

– Я тоже рада, что ты в порядке.

– Если бы не вы, леди Реджина, то я бы мучился дольше. Смотреть было страшно на ребят. Но вы… я ваш должник.

– Прекрати. Ты бы сделал для меня то же самое. Главное, что всё позади. Сейчас, подожди, немного тянет шов. Всё, – киваю ему, пристёгиваясь и придерживая ремень рукой, чтобы не давил на кожу.

– Мне так стыдно, что я не смог вам помочь, леди Реджина. Ни вам… ни… Его Высочеству. Так странно теперь называть Дерика Фредериком, да ещё и знать, что он наш будущий король.

– Ты в шоке?

– Да, первое время все мы были в шоке. Мы даже не подозревали об этом, ведь оказалось, что историю в буквальном смысле переписали, а теперь снова возвращают всё на свои места. Это ж надо, и вы знали об этом, леди Реджина! Вы были в курсе всего и даже ни одним словом не намекнули. Вам точно можно доверить все тайны, – улыбаюсь от смеха Калеба.

– А как Дерик? – интересуюсь я.

Он бросает на меня взгляд, останавливаясь на светофоре.

– Занят. Разбирается не только с накопившимися делами, но и с людьми. Очень много тех, кого он сместил и поставил новых. Конечно, они недовольны его политикой и называют наглым щенком… сами такие. Он всё правильно делает. Старая закалка – это хорошо, но когда они преследуют свои цели и хотят взяться за него, чтобы провернуть какую-то очередную фальшивую сделку, то им место уже вне замка и совета. Так что Дерик постоянно работает. Это так необычно, не видеть его по ночам у нас. Порой мы сидели и просто разговаривали. Не он, конечно, а мы. Он слушал. А сейчас… принц. Первое время всем будет сложно. Это ведь нужно столько работы сделать. Как будто с нуля начинаем, но это новое, и мы знаем, что Дерик всегда был за народ, и ничего не изменится, когда он станет королём.

– Мне так приятно, что ты остался с ним, Калеб. Береги его и себя, ладно?

– Обязательно, леди Реджина! Я клянусь, что буду оберегать его, как если бы это были вы.

Тихо смеюсь от слов Калеба. Милый парень. Очень милый.

Мы подъезжаем к замку, и машина останавливается у нашего крыла.

– Хм, я должен вас спросить, хотите ли вы вернуться сюда или в королевскую часть? Его Высочество теперь занимает спальню именно там, как и кабинет. Это крыло пустует… с той ночи, – Калеб делает заминку перед воспоминаниями, и я его понимаю.

– Нет, я хочу сюда. Это моя история, и в ней уже нет Дерика, – мягко улыбаясь, отстёгиваю ремень безопасности.

– Значит, так и будет. Я с радостью буду готовить для вас завтрак.

Мы выходим из машины, и ничего вокруг не изменилось. Тот же широкий вход. Тот же аромат цветов. Те же стены.

Оказываясь в своей спальне, не вижу никаких изменений. Всё прибрано. Чисто. Бездушно.

– Если вам что-нибудь понадобится, то я оставлю вам рацию, леди Реджина. Она уже лежит на столе. Всё, что захотите, вам принесут сразу же. Обед будет через пару часов, затем чай и закуски, ужин около семи вечера. У вас есть предпочтения?

– Ты это серьёзно, сейчас? – хмыкаю я.

– Таков приказ, простите. Должен об этом спросить у вас. Но я понимаю, насколько это слишком. Его Высочество Фредерик лишь хотел, чтобы вы чувствовали себя уютно… – Калеб тушуется и отступает.

– Сделаем вид, что я капризная стерва и хочу только полежать немного, идёт?

– Без проблем, но вы не такая. Вы лучшая. Вы храбрая и сильная. Я восхищён вами, леди Реджина. Спасибо, что спасли наше будущее. – Калеб кланяется мне и выходит из спальни.

Ну, хватит уже меня благодарить. Я сама ничего такого не чувствую и каждый раз, когда они упоминают, что кого-то или что-то спасла, мне становится не по себе. Я самозванка, и уж точно гордиться здесь нечем.

Всё же через пару часов мне приносят обед, и практически одновременно приходит Эни, приветствуя меня дома. Но это не мой дом.

– Выглядишь куда лучше. Соскучилась по родным стенам? – улыбаясь, она располагается в кресле напротив меня.

– Как сказать, это всё неродное… по крайней мере, я не имею права считать всё это родным. Привычки бывают губительными. Мне такие не нужны. Как твои дела?

– Потрясающе. Я счастлива, купила в Альоре дом, хотя мне и выделили новую спальню в другом крыле, но хочу что-то своё. Для нас с Греттем. Так что жду его и планирую очередную поездку Дерика в Париж. Он прислал меня узнать, как ты и что тебе нужно. Мужчины, думают, что их можно кем-то заменить, – фыркает Эни.

– Передай ему, что всё в порядке. Мне нужно как-то с семьёй связаться, чтобы сообщить им время и дату прилёта. Хотя бы дату и то, что случилось. Или лучше позже…

– Ох, я же тебе не сказала. Реджина, нам пришлось связаться с твоей сестрой и сказать ей, в каком ты состоянии. Хотя врачи нас не пугали, но мы вынуждены были это сделать, если вдруг понадобился бы орган для пересадки или что-то в этом духе. Не волнуйся, так же мы каждый день сообщали им о твоём состоянии, и сейчас они уже не хотят приехать, чтобы надрать кому-то зад. Он уже надран, – торопливо говорит Эни.

Боже, вот этого ещё не хватало.

– Кстати, о Дине. Его лишили всего и отправили одного на какой-то остров. Сюда вернуться он больше не сможет, также мы получили подтверждение от Франции, что на свою территорию его тоже не впустят.

– Правда?

– Да. Так что он наказан, и насколько я знаю, то наказание выбрала именно ты. Кстати, Дерик даже не сомневался, что ты предпочтёшь смерти ссылку. Ты слишком добрая. Он ведь тебя чуть не убил… но это моё мнение. Чёрт, мне пора. Заскочу завтра… нет, не смогу, буду в западном графстве готовить всё для встречи Дерика с народом. Значит, послезавтра. Отдыхай, Реджина.

Эни так быстро выскакивает из моей комнаты, что это кажется уже подозрительным. Они как будто все бегут от меня, да это и понятно.

Я немного поела, и горничная забрала посуду, оставив меня в одиночестве. Вхожу в гардеробную и достаю свою сумку. Проверяю всё, складывая туда то, что взяла в больнице. Оставляю всю одежду на местах и тяжело вздыхаю. Да, прощаться даже с одеждой сложно.

Вечером мне приносят ужин, который не лезет в горло. За окном смеркается, и я нахожусь в странном, подвешенном состоянии, отказываясь от чая и других блюд. Девушка-горничная явно старается мне угодить, но, правда, еда сейчас последнее, о чём я думаю. Конечно, я осознаю, что мир не вращается вокруг меня, да и мешать не стану.

Гуляю по саду, кажется, что я выспалась на несколько недель вперёд. Оглядывая город, уже практически погрузившийся в сон, маюсь от безделья. Так я не могу. Вернувшись к себе, переодеваюсь в ночную сорочку и сажусь в кресло, смотря в стену перед собой. Так проходят минуты, затем час, второй, третий. Вспоминаю, что мне нужно смазать мазью шрам, но так лень вставать. Заставляю себя поднять задницу и иду к сумке.

Шорох от двери заставляет остановиться и медленно приблизиться к ней. Дверная ручка движется вниз, и я отскакиваю назад, прячась за распахнутой дверью. Моё дыхание нарушается. Я испуганно прижимаюсь к стене, наблюдая за тем, как кто-то входит в спальню. До меня доносится знакомый аромат. Терпкий. Тяжёлый. Мускусный.

– Дерик? – шепчу, толкая дверь.

Он оборачивается, озадаченно глядя на меня. Ничуть не изменился. Даже его одежда не стала на тон светлее. Но он пришёл. Он здесь. Не важно, сколько времени ему на это понадобилось. Дерик стоит напротив меня.

Облегчение наваливается таким радостным комом. Срываюсь с места и чуть ли не запрыгиваю на него, обнимая за шею. Дерик дёргается, не ожидая такого порыва. Да я и сама не думала, так соскучилась по нему. Как мне его не хватало. Сильного. Уверенного. Всегда знающего, что делать. С готовым планом. С чёткими инструкциями.

Сначала он не обнимает меня в ответ, и это убивает всю радость от встречи, но потом робко, словно боясь причинить мне боль, его ладони ложатся мне на спину.

– Джина, – выдыхает он.

Улыбка вновь озаряет моё лицо. Наплевав на тянущие швы, крепче обнимаю его.

– Мне так тебя не хватало, – шепчу я.

Отклоняясь назад, рассматриваю его лицо. А он моё. Он гладит ладонью меня по щеке, и я прижимаюсь к ней, словно кошка, ожидающая немного ласки.

– Джина, – повторяет он громче.

– Поздравляю, Ваше Высочество, теперь Вы на всех альорских каналах. И да, Вам бы немного расширить программу, а то я все дни смотрела одно и то же.

Дерик усмехается, отпуская меня.

– Мне сообщили, что ты отказалась от ужина. Тебе нужно откуда-то брать силы, и в твоём случае это еда.

– Правда? Ты сейчас начнёшь меня отчитывать из-за ужина? Прекращай, это смешно, – цокая, подхожу к кровати и поворачиваюсь к Дерику. Он стоит и не двигается, словно решается на что-то. Я знаю на что.

– Хочешь поговорить о том, что случилось? Или о том, какие у тебя обязанности теперь? – мягко интересуюсь.

– Нет… я… не хочу, – хмурясь, мотает головой.

– Хорошо. Спасибо, что зашёл ко мне. Ждала тебя в больнице, но ты был занят, я это понимаю. Наверное, это так сложно, да? Конечно, сложно. Прости, несу всякую чепуху. Может быть, ты голоден? Мне оставили рацию, и я могу заказать всё что угодно и в любое время, – нервничая, предлагаю ему.

Он молчит. Смотрит на меня и молчит. Его тёмный взгляд наполняется яростью. Снова. Вот чёрт!

– Только не кричи, ладно? Я знаю, что поступила глупо, и ты бы нашёл иной выход. Но… но это произошло само собой. В тот момент я не думала ни о чём, кроме тебя. Прости меня… да, я идиотка, которая подвергла себя риску, но всё же закончилось хорошо. Не напоминай, чем это могло закончиться, идёт? Это я тоже знаю. И да, я признаю свою вину. Теперь ты счастлив? Есть ещё темы, из-за которых мы можем поругаться? – Теперь и я буравлю его взглядом.

– Ты сделала всё за меня, Джина. Я бы добавил, что если ты ещё раз такое сделаешь, я тебя придушу сам. Своими руками, – цедит он.

– Волкодав вернулся. Привет, я, правда, по тебе скучала, – улыбаясь, приближаюсь к нему.

– Джина, это серьёзно. Я не шучу. Ты понятия не имеешь, что я чувствовал в тот момент. Ты даже представить себе не можешь, сколько раз я хватался за пистолет, чтобы убить его. Ты хоть знаешь, как бесконечно долго могут тянуться минуты? Ты ни хрена не знаешь, потому что была под наркозом! Рискни ещё раз и пеняй на себя! – Все его чувства вырываются наружу. Я боялась, что он будет молчать и просто не приближаться ко мне. Именно так я расценила его нежелание меня видеть. Но сейчас в моём теле вспыхивает уже забытая волна возбуждения.

– Я не жалею, слышишь? Не жалею о том, что сделала. Жалею, что не сделала этого раньше. Ты достоин рисков, Дерик. Ты этого достоин. – Мои ладони ложатся ему на грудь, и я медленно расстёгиваю рубашку.

– Джина, какого чёрта ты делаешь? Мы говорим об очень важных вещах…

– Ты говори. Продолжай это делать, а мне нужен твой запах. Твоя кожа и твоё тепло. Продолжай говорить, а мне можно побыть наглой, – произношу и касаюсь губами его шеи.

Дерик шумно вздыхает и хватает меня за плечи, отодвигая от себя.

– Нет, Джина. Ты подумаешь над своим поведением прямо сейчас, пока я принимаю душ. Ты будешь долго думать о нём, ясно? – рычит он.

– Плохой волкодав. Злобный. Мне он не нравится, – фыркая, дёргаюсь, причиняя себе боль, но плевать.

Отхожу от Дерика и обиженно отворачиваюсь.

– Иди куда хочешь, я буду делать то, что хочу. Ты мне не король, – добавляю я.

– А я помню совсем другое. Ты назвала меня именно своим королём, – напоминает он.

– Я думала, что умираю. Вообще, я тогда ни о чём не думала. Мне хотелось это сказать, я это сказала. Всё, доволен? Ну и чёрт с тобой, – отмахиваясь от него, откидываю одеяло и собираюсь лечь спать. Поговорили.

– А ну-ка, пошли со мной. Живо, Джина, – приказывая, он разворачивается и открывает дверь спальни.

Закатывая глаза, сползаю с кровати и иду за ним. Он направляется к своей старой комнате и входит внутрь. Включая бра, Дерик хватает меня за руку и толкает вперёд. Воспоминания сразу же врываются в голову.

– Вот здесь ты лежала вся в крови. Вот здесь я держал тебя и пытался остановить твою, мать её, кровь. Вот здесь я уже прощался с тобой. Ты умирала у меня на руках. Вот здесь ты заставила меня принять себя таким, какой я есть. Вот здесь я услышал твой шёпот. Именно здесь. – Дерик постоянно тычет пальцем в пол, злобно выговаривая мне.

– Вот на этом самом месте я решился на то, чтобы ты мной гордилась. Вот на этом месте я увидел, как мне плохо, когда тебе больно. Вот на этом месте я чувствовал себя беспомощным впервые в жизни. Вот на этом месте я был слабым. Несколько секунд, которые изменили всё. Теперь я поругался с тобой. – Он выпрямляется и отпускает мою руку.

Кусаю нижнюю губу и виновато смотрю на него. Конечно, он винил себя. У Дерика пунктик на этом. И, конечно, ничего как раньше не будет.

– Прости, ладно? Просто прости меня. Они все говорят мне слова благодарности, а я знаю, что не заслуживаю их. Они улыбаются мне, а я ощущаю себя ничтожеством. Прости меня, Дерик. Мне очень жаль, что я вынудила тебя испытать всё это. Я не хотела… последнее, чтобы я хотела это увидеть твою боль. Пусть мне будет больно сотню раз, но не тебе. Я не могу изменить свои мысли. Не могу отказаться от них и не буду. Да, я поступила опрометчиво, но для меня главное, что ты жив. Ты живёшь. Ты дышишь. Ты станешь великим. Остальное такие пустяки. Всё это ерунда по сравнению с тем, что ты сделал. И я тобой безумно горжусь. Ты мой герой. Мой король. Я буду помнить тебя сильным и уверенным в своих решениях, Фредерик. Прости, – произношу и поднимаю на него взгляд.

Глаза наполняются слезами от муки в его взгляде. Я всё понимаю и разумно мыслю, поэтому и сказала ему правду. Я не откажусь от своих слов, не предам его. Я буду всегда думать о нём.

Перевожу взгляд вбок, и в этот момент Дерик срывается с места. Испуганно распахиваю глаза. Он нападает на меня. Его руки обхватывают моё лицо. Губы впиваются в мои. Дерик до боли сжимает меня в своих объятиях, жарко целуя, и я отвечаю ему тем же. В моём теле рождается новая надежда, и она ведёт мной.

– Ты меня напугала. Чёрт, как же ты меня напугала, – шепчет он, прижимая меня к себе. Пищу от боли в боку.

– Прости меня… Я не подумал…

– Нет, не отпускай. Не сегодня, Дерик. Не отпускай меня этой ночью. От твоих рук боль слаще, чем от жизни. – Хватаю его за рубашку и притягиваю обратно к себе.

– Ты уверена?

– А ты?

– Абсолютно. В своих желаниях я не могу лгать. Когда я вижу тебя, то тупею от желания дотронуться. А сейчас всё так обострилось. Я думал о тебе, видел тебя. Хотел обнять, наорать, а потом целовать, пока ты не простишь меня за то, что я не уберёг тебя.

– Ты уберёг. Ты дал мне больше, чем я могла себе представить. Дай мне ещё. Немного. Ты это умеешь. – Легко касаюсь его губ, вырывая из его груди стон.

– Сегодня в кровати. Не в той чёртовой, а в этой. Один раз я уже касался тебя, сходил с ума рядом с тобой. Сегодня ты моя. Ты вернулась ко мне, Джина.

– Я здесь для тебя, – шепчу ему в губы.

Дерик резко поднимает меня на руки и быстрым шагом идёт к кровати. Бережно укладывает меня, не причинив ни капли боли. Наши губы сливаются в поцелуе. Бретелька пеньюара спадает с плеча, и он припадает к ямке на шее, забираясь на постель, и сам расстёгивает свою рубашку, которая летит в сторону.

– Я не смогу отпустить тебя, – его шёпот скользит по моему телу, как и тонкий шёлк. Он медленно раздевает меня, целуя каждый участок моей кожи. Особенно шрам под пластырем.

– Прости… прости меня…

– Не останавливайся, – прошу, запрокидывая голову и отдаваясь его рукам, ласкающим мои бёдра.

Дерик целует мой живот, внутреннюю поверхность бёдер, проводит языком выше и впивается в сосок. Издаю стон и, превозмогая боль, выгибаюсь, прося его о большем. Наверное, секс с ним это для меня, как кислород, чтобы вздохнуть. Целовать его, ощущать его тело под своими руками, отдаваться полностью ему это всё, о чём мечтала в жизни.

Моё тело горит от поцелуев. Изнеможение достигает пика. Расстёгиваю его ширинку на брюках Дерика и нахожу его возбуждённый член. Он стонет мне в губы, когда я обхватываю его ладонью и вожу ей ладонью вверх-вниз. Дерик привстаёт и сбрасывает штаны, затем стягивает с меня трусики и разводит мои ноги в стороны. Губами припадает с жадным рычанием к клитору и всасывает его, как безумный, играя языком. Моя кровь бурлит от страсти нещадно. Голова мечется из стороны в сторону, и я цепляюсь за его волосы, получая невероятное удовольствие. Он проводит языком вокруг моей дырочки и врывается внутрь. Вскрикиваю, и по телу проносится волна возбуждения.

– Дерик, прямо сейчас…

Я умоляю его. Тяну его на себя за волосы, и он подчиняется. Впиваюсь ему в губы, ощущая солоноватый привкус. Дерик медленно входит в меня, но я дёргаю бёдрами ему навстречу. Стон в унисон. Его рука подхватывает моё бедро и закидывает себе на поясницу. Он медленно двигает бёдрами, целуя мою шею. Мои ногти впиваются в его спину, заставляя рычать в ответ. И он наказывает меня глубоким толчком. Затем ещё одним. Ещё одним. Пока моя голова не начинает кружиться. Пока туман извращённых чувств не наполняет тело. Горячее дыхание на моих губах. Жаркие поцелуи и наши тела, двигающиеся в особом танце.

Дерик наращивает темп, обнимая меня за шею. Я не могу дышать и от боли в боку, и от того, как же мне хорошо сейчас. Целую его кожу, издаю стон за стоном, выкрикивая его имя до тех пор, пока тело отвечает ему благодарно. Пульсация внутри меня возрастает до немыслимых частот. И я знаю, что ему это нравится. Он кончает от того, как я сжимаю его. Ласкаю его внутри себя. Дерик прижимается ко мне губами, и мы вместе достигаем оргазма, содрогаясь телами. Сердцами. Душами.

Нега наполняет воздух вокруг нас. Он становится горячим, душным, невыносимо сладким.

– Я найду для тебя время, Джина. Я всегда найду его для тебя и выполню каждое обещание, которое дал тебе, – Дерик облизывает губы и, шумно дыша, гладит моё лицо.

– Я знаю. Но сейчас ты должен думать о другом…

– Чёрт, – он кривится и скатывается с меня.

– Больно? Я включу свет, чтобы посмотреть. Я мог разорвать швы…

– Нет, всё в порядке. Я в порядке. – Хватаю его за руку и прижимаюсь к нему.

– Ты говоришь, что готова испытать боль сотню раз, а я миллион, лишь бы больше не держать тебя, истекающую кровью, на своих руках. Не делай этого со мной, Джина, – Дерик целует меня в макушку.

Мы лежим в обнимку долгое время. Просто наслаждаемся минутами тишины, которой скоро будет очень мало.

Дерик засыпает, и я накрываю его одеялом. Не могу позволить ему тратить время на меня впустую. Я знаю, что он будет разрываться. Он говорил про это. И точно я не желаю ему проблем.

Увы, я не умею прощаться нормально. Боюсь сказать об этом ему в лицо. Но я принимаю решение в его пользу. Только в пользу Дерика и будущего Альоры. Для меня важен лишь он, а остальное я переживу.

– Леди Реджина, вы звали меня? Что-то случилось? – Калеб влетает в мою спальню.

Кладу на стол записку и кулон с парусником. Я не должна больше сюда возвращаться. Я не собиралась оставлять своё сердце здесь, но, кажется, оставляю его навсегда с Дериком.

– Я хочу улететь немедленно, Калеб. Никому ни слова. Не буди его. Мне нужен самолёт прямо сейчас. Я уже собрала вещи, – уверенно произношу.

На лице Калеба пробегает удивление, но потом он тяжело вздыхает.

– Как прикажете, леди Реджина.

Прощай, Дерик. Надеюсь, что ты не будешь меня винить в трусости. Но с тобой я так боюсь остаться здесь навсегда. Боюсь испортить тебе жизнь. Боюсь создать альянс ещё более сложный, чем у нас уже был. Прости меня, что я такая слабая. Прости, но для тебя так будет лучше.