Книга: Гойя, или Тяжкий путь познания - Лион Фейхтвангер

Дело всё в том, что роман перенасыщен политикой. Это и понятно, ведь речь идёт о настоящей исторической фигуре, жившей в Испании в конце 18 века - художнике, придворном живописце Франсиско де Гойи. Поэтому, для того чтобы как можно понятнее отобразить атмосферу и самого героя, автору необходимо было ввести читателя в курс дела, познакомив его с особенностями жизни людей того времени, политическим строем и другими историческими фигурами, оказывающими влияние на ход событий и нашего героя.

Продираясь сквозь дебри скучной истории, я держу в поле зрения эту неординарную личность, пытаюсь понять, что за человек был этот художник и почему он побудил автора написать о нём художественную книгу.

Движимый непомерными амбициями, Гойя мечтает построить карьеру и стать придворным живописцем. Он всегда вращается в кругах самых влиятельных людей государства. Он работает на заказ - пишет портреты грандов за деньги, а иногда просто за милость и расположение.

Он постоянный свидетель всех событий, политической возни и дворцовых интриг. Мало того, верша свои, зачастую грязные дела, политики стараются использовать его, как рычаг влияния на короля и не только. А время в Испании очень опасное - святая инквизиция не дремлет и в каждом пытается узреть еретика - отступника, покарать его, призвав к ответу и изгнать с глаз долой.

Сам не без греха, Франсиско приговорён собственною волей любить очень влиятельную и богатую даму, графиню Альба, от чего его жизнь превращается в бесконечное самоистязание. Он прекрасно видит и понимает, из чего состоит его возлюбленная - насколько она грешна и нечиста душой, но не в силах побороть свою страсть.

Художник, вдоволь насытившийся жизнью при дворе, начинает видеть все пороки лиц его окружающих, их уродливые черты, скрытые под масками лживых натур. Его портреты начинают приобретать уже несколько иной характер, подчёркивая основные наклонности человека и не всегда прекрасные. Гойя осознаёт обе стороны своей личности - тёмную и светлую. Он чувствует и себя и других. И та истина, которая рождается в нём, находит выход в коллекции рисунков, которые совершают переворот в его творчестве. Они - его фантазия, словно страшный сон, обнажающий весь ужас человеческой сущности, грязь придворной и политической жизни богатых, а так же пороки, пожирающие многих людей, независимо от их положения и достатка.

Франсиско де Гойя проходит тяжкий путь познания и переоценки своих ценностей, теряя на этом пути родных, близких и любимых. Внутренние потрясения наносят непоправимый ущерб здоровью мастера. Он ходит по краю, чудом уворачиваясь от коварных цепей инквизиции, но остаётся верным своему новому мировоззрению.

Мне понравилось как автор, не смотря на то, что его книга зачастую напоминала учебник истории, пытался оживить эту неординарную личность, придавая ему человеческий неповторимый облик со своими наклонностями и особенностями характера.

Мне было сложно, но интересно и познавательно! А главное - я испытала неслыханное удовольствие от прецедента разоблачения пороков героев, описываемых в романе, от которых у меня часто возникало чувство тошноты и абсолютная антипатия.

Кому я не порекомендую: людям, очень трепетно относящимся к фигуре Гойи (как-то слишком тенденциозно Гойя показывается: резким, грубым...). Я вот даже не фанат Гойи, но меня слегка задело. Не порекомендую роман тем, кто знает хорошо историю художника. Кстати, герцогиня Альба в романе, скорее, плод фантазии писателя, ибо в романе "Лже-Нерон" по тому же лекалу слеплена Акта. Не порекомендую людям, ищущим книгу для отдыха, позитивную литературу и так далее. В целом, роман довольно сильный. Хорошая книга.

Фейхтвангер задумывал написать две книги о Гойе, но написал только первую. Сюжет охватывает десятилетие примерно с 1794 по вторую половину 1802. Для тех, кто изучает картины и биографию художника, книга пригодится для понимания мира, в котором жил Гойя. Становится ясен смысл многих вещей в его картинах.

Здесь рассказывается о пути Гойи от талантливого середнячка к должности первого королевского живописца, а затем - к отшельничеству и безумию. Будет история создания парадного портрета королевской семьи и объяснение его ценности. Видно, из чего вырастали идеи рисунков. Наблюдаем роспись церкви, Венер и мах, портреты, портреты, портреты... В самом конце мы застаём создание и публикацию "Капричос", и на последних страницах появляется замысел "Сатурна". Очень жаль, что Фейхтвангер не дописал историю, там дальше же самое интересное должно быть. Гойя дорос до положения, при котором он может писать всё, что хочет, не завися от заказов. Душевное состояние - одиночество и тоска, всюду призраки и демоны. И тогда появляются самые знаменитые картины...

В центре повествования - любовная линия Гойи и истории возникновения ранних картин. Большое место занимают описания придворных интриг, внешняя и внутренняя политика испанских монархов и их советников. Показаны все слои общества: придворные дамы и министры, купцы и простолюдины - махи и махо.

Гойя предстаёт настоящим испанцем, гордым и горячим. Он хорошо знает этот народ, культуру, обычаи. Его мысли пересыпаны народными поговорками. Терпеть не может лицемерия и интриг, в которые всё время оказывается втянут. Я ему скорее симпатизировала, как главному герою. Но по-настоящему мне понравилась королева Мария-Луиза. Она тут скорее антигероиня, но очень крутая: умная, стервозная, сильная. А бесила дико герцогиня Альба, она здесь показана капризной, гордой и высокомерной до идиотизма.

Рекомендую тем, кто интересуется историей живописи, биографией Гойи, историей Испании. Не советую тем, кто хочет лёгкого чтения: здесь много драмы, размышлений, политики, исторических зарисовок, во всё нужно вникать. Мне понравилось, но вряд ли буду перечитывать.

Вот она выходит из-за кулисы, на этот раз одна и без кастаньет. Но за сценой монотонно притопывают в такт ногами и хлопают в ладоши, и низкий грудной голос поет песню на избитые, но вечно мудрые слова:

Так давай же Окунемся В море страсти И любви. Жизнь промчится, Словно птица, И от смерти Не уйти.

Вскоре слова становятся неразличимы, одинокий голос тянет в такт одно лишь монотонное, почти что жалобное, а-а-а, песня льется медлительно, но яростно и страстно. И так же медлительно, яростно и страстно танцует девушка, все одинаково и все по-разному, танцует спокойно и неистово, танцует всем телом; танцовщица явно преподносит себя возлюбленному, показывает ему, сколько наслаждения, неги и дикой страсти сулит ее тело. Зрители сидят не шевелясь. Монотонный, неистовый топот будоражит их, но они не шелохнутся, они застыли в созерцании. Ничего предосудительного не происходит на сцене, там не видно наготы, но с полным целомудрием и в малейших оттенках изображают там самое естественное из всех вожделений – плотскую страсть, слитую с ритмом танца.