Читать книгу "Повитуха из другого мира. Пора вылечить тебя, дракон!"

ГЛАВА 4

Рия

Отдыхать не получалось. Как бы я ни старалась отвлечься, тягостные мысли возвращали меня в скверное расположение духа. Будь у меня больше сил, наверное, стала бы ходить по комнате, а так просто крутилась в кровати. Приходил Варриос в компании двух слуг-мужчин и избавился от щелей в окнах. Они пробыли в комнате всего несколько минут, однако после их ухода стало заметно теплее.

Меня продолжал терзать холод, идущий изнутри тела и сменяющийся жаром. Лихорадка не желала так легко отступать, хоть и я ощущала, что вскоре от неё не останется и следа. Обнимая одеяло, мысленно прокручивала в голове прошлое. Картины мелькали перед закрытыми глазами, словно красочный фильм. Я методично, расковыривая внутренние раны, вытягивала свою прошлую жизнь наружу. После попадания сюда меня медленно перекраивало под этот мир, сглаживая воспоминания и постепенно загоняя их дальний угол моего сознания. Так нельзя. Нельзя забывать прошлое, ведь без него невозможно будущее.

Детство. Счастливые и светлые дни, резко оборвавшиеся и превратившиеся в сумрачное царство скорби. Одиночество, скрытое под маской отчуждённости. Обучение, что позволило отбросить всё остальное и притупить жажду. Я всегда чего-то желала, стремилась к высотам, лишь бы получить это «нечто». Признание, любовь, тепло. Они были необходимы мне как воздух, но никто не собирался их дарить. Этот мир не исключение, он чужд и незнаком.

«Почему я теряю всё, к чему успеваю привязаться?» – мысль больно ударяла по и так слабому сердцу, ещё не принявшему гибель Глории.

Нужно было взять себя в руки, перестать жалеть, чтобы идти вперёд. Только как это сделать, если ноги вязнут в омуте сожалений? Я не знала этого и могла лишь кусать губы в попытке не кричать. Крик мог дать мне мнимое ощущение лёгкости, кратковременное и быстро проходящее. Спустя время я вернусь в эту же точку, будто всё это – бесконечный круг боли. Нет. Так нельзя, я ведь ненастоящая Глория. Я не сломлена, как она, не утратила искру и жажду жить. У меня хватит сил восстать из пепла подобно фениксу и найти своё место в этом мире.

«Я хотела стать повитухой, – решительно подумала я, открывая глаза. – Пусть не сразу, но я сделаю это. Стану той, кто ценится за свои знания и умения. Без Глории даже лучше, никто не станет мешать своими страхами».

Мана. Она едва заметно ощущалась в моём теле, и я смогла ухватить её поток. После обучения у Корлиса я могла понять, где именно искать. Крохи сил, влитые драконом, растворялись в моей собственной магической силе. Когда я сосредоточилась, мне удалось крепко схватить потоки магии и представить, как я окутываю собственное тело коконом исцеления. Метод воображения, подсказанный Глорией, работал лучше всего.

Зелёный свет засиял, пробиваясь сквозь закрытые веки, и я решительно подстегнула поток. Мысленный приказ заставил силу быстрее течь по венам, разгоняя заразу, искореняя её. Капли пота начали быстрее стекать по моему лбу, жар окутал тело, но голова продолжала работать на полную. Быстрее. Ещё быстрее, только так можно полностью выздороветь. Я не использую силу в привычном значении, она никуда не тратится и не испаряется. Только циркулирует по моим сосудам, вырываясь в мир и тут же возвращаясь. Подобно гемодиализу или переливанию крови, она стремительно лечила меня изнутри.

Пришла я в себя довольно резко, почувствовав, что жар ушёл. Медленно выдохнула, опустошая лёгкие, и открыла глаза. Зелёный свет померк, осыпаясь искорками на кровать. Усталость накатывала волнами, но я была твёрдо уверена: лечение помогло. Удивительно и странно, учитывая, что я полагалась только на своё упрямство и удачу. У меня не хватило сил на сомнения, размышления, насколько подобное может быть опасно. Когда в голове бьётся лишь одна мысль – «Я справлюсь», – сложно обращать внимание на всё остальное.

– Ха, – выдохнула я, откидываясь на подушки. Из груди рвался смех, казалось, моё сердце сейчас разорвётся от безумного облегчения. – Ха-ха-ха, справилась… Я справилась… Здорова…

Дальнейший день пролетел, будто окутанный туманом. Вихрь чувств, что бушевали прежде, смог осесть и почти покинул меня. Так бывало всегда, когда я оказывалась на грани. Утром после пробуждения во мне оставалась лишь скорбь по Глории. Однако она утратила безумную составляющую и скорее напоминала лёгкую печаль. Выздоровление помогло очистить голову от лишнего, как и воспоминания о прошлой жизни. Не могу сказать, что полностью оправилась после всего этого кошмара. Меня поддерживала жажда жить, как и после смерти в прошлом мире.

Живот протяжно проурчал, отрывая от вновь нахлынувших мыслей. Откинув одеяло, я встала и потянулась. Боль ушла, как и противная ломота в костях. Болезнь полностью исчезла, как и её последствия. Потерев шею, я окинула взглядом комнату. Пусто, горничные должны были прийти чуть позднее. Значит, я могла спокойно принять ванну и обдумать свои дальнейшие действия. Горячая вода помогла расслабиться.

«Как там говорил Рейдолир, учитель вышел за границы дозволенного в обучении? – размышляла я, потирая подбородок. – Он с самого начала позволял себе лишнего, поэтому я даже не удивлена. Однако зачем ему всё это? Ему насолил дракон? Так они вроде бы не были знакомы… Что-то здесь нечисто».

Вышла я из ванной комнаты только тогда, когда вода полностью остыла. Покрутив последние дни, я осознала, что маг был излишне самонадеян. Он либо полный глупец, либо безумец, решивший бросить вызов дракону. И, так называемая Башня, отправила его сюда, чтобы он помог мне пройти обучение. Однако Корлис с самого своего приезда проявлял ко мне романтический интерес, намереваясь соблазнить. Что случилось бы, будь я полной дурой, которая поддалась на эти провокации?

Прикусив губу, я уставилась на своё отражение в зеркале. Кошмарное зрелище, а не девушка. Некогда красивая внешность Глории поблёкла и словно подёрнулась дымкой. Я знала, что виной всему болезнь. Пройдёт всего пара дней, и всё вернётся, но сейчас мне стало грустно. Почему дракон после полного упадка сил на следующее утро стал красавчиком, а я вот такая? Несправедливо.

Ладно, вернёмся к нашим баранам. То есть к последствиям действий Корлиса. Я всё ещё плохо знаю Рейдолира, поэтому мне сложно ответить на столь простой вопрос. Стал бы он злиться на измену своей навязанной жены? Насколько далеко могла зайти его ярость? Вопросы без ответов, но проблемы с Башней нам были бы обеспечены. Маг намеревался испортить отношения своих собратьев с драконами. Только зачем?

Я не могла этого понять. Как бы ни пыталась найти ответ, у меня ничего не получалось. Устав от тщетных попыток, я решила отпустить ситуацию и просто подождать. Отчего-то внутри зрела уверенность, что Рейдолир со всем разберётся. Ему по силам распутать клубок интриг, что сплёл этот гад Корлис.

Мне же нужно заняться болезнью. Магия – естественный враг этой заразы, а значит, лишь немногие способны ей противостоять. Как я успела узнать, большинство местных жителей не обладают маной, являясь простыми людьми. Они не смогут сопротивляться хвори, как и излечиться без помощи магов. Целителей не хватит на всех, множество жизней оборвётся, если я не найду первопричину заражения.

«С чего начать? С обитателей дворца? Как много из них успели подхватить заразу?» – это были вопросы, с которыми мне по силе справиться. Ведь я считалась лучшей на курсе и костьми лягу, но искореню болезнь из этого мира.

ГЛАВА 5

Дождавшись прихода горничных, я с удовольствием услышала их потрясённые вздохи. Происходящее действительно напоминало настоящее чудо: только вчера я погибала от последствий болезни, а сегодня полна сил и энергии. Пусть и не красивая, как лесная нимфа, но зато полностью здорова. Возможно, мне показалось, но на мгновенье я заметила, как заблестели глаза служанок. Однако это продлилось всего мгновенье, пока они не отвернулись от меня.

«Не станут же они из-за этого плакать? – растерянно промелькнуло у меня в голове. – Всё ведь хорошо, так чего слёзы лить?»

Мариса с Кэти сноровисто занялись делами, на ходу причитая, что я слишком рано встала с постели. Да и в ванную комнату, по их мнению, мне стоило идти только в сопровождении. Мол, хворь только отступила, а я рискую вновь пострадать. Нет, в чём-то они правы, спору нет. Только вот купаться я предпочитаю в одиночестве, не хватало ещё, чтобы меня чужие руки мыли. Пока горничные подбирали наряд на сегодняшний день, не забывая спорить о платьях, я успела позавтракать.

Малиновый чай, да ещё и с ароматными сладкими булочками, политыми шоколадом, – чистое блаженство, как и тонко нарезанное мясо с парой отварных яиц. Не самый лучший завтрак для фигуры, однако я накинулась на него подобно дикому зверю. С жадностью съела всё, даже понимая, что мне может стать плохо от такого количества еды. Всё, чего мне хотелось, это кушать. Как можно больше и сытнее, подобные порывы пугали меня своей внезапностью. Казалось, мой живот просто обезумел, превратившись в бездонный колодец.

Доев, я будто очнулась ото сна. Испуганно посмотрев на свои руки, грязные от шоколадной помадки, сглотнула. Почему я это делаю? Что происходит с моим телом? Только ведь вчера сказали, что мне, кроме бульона, ничего нельзя, а тут целый пир из вредной пищи устроили. Да и я хороша, накинулась и даже не задумалась, можно ли мне подобное после болезни. Вскочив, я бросилась в ванную комнату, не обращая внимания на восклицания служанок за спиной.

Вцепившись грязными руками в раковину, уставилась на себя в зеркало. Там, в отражении, виднелась всё та же неприятная картина. Только на долю секунды мне почудилось, что в глубине голубых глаз мелькнуло нечто странное. Будто отблеск света, померкший сразу, как я обратила внимание. Умывшись холодной водой, прям ледяной, чтобы наверняка прийти в себя, я вернулась в комнату. Раздражение волной поднялось в груди, заставляя меня спросить у перепуганных горничных:

– Чей был приказ дать мне такую еду?

– Его милости, – переглянувшись, хором ответили Мариса с Кэти. – Он утром распорядился подать вам сытную пищу, несмотря на предостережения лекаря.

– Точно? – недоверчиво уточнила я, сверля девушек тяжёлым взглядом. – С чего бы ему так поступать?

– Мы не знаем, миледи! – воскликнули горничные, падая на колени и кланяясь. Они задрожали, почти ударяясь лбами о каменный пол.

– Вставайте, – со вздохом произнесла я, почти падая в кресло неподалёку. Потерев переносицу пальцами, с трудом подавила разбушевавшееся раздражение. – Где мой супруг?

– Слушаемся, миледи, – дрожащим голосом пробормотала Кэти, вставая. – Его милость в допросной, разговаривает с вашим учителем, Корлисом.

– Вот как, – задумчиво протянула я. Пришлось подвинуть внезапные порывы накричать на невиновных служанок. И извиниться, всё же девушки не были виноваты в том, что я превращаюсь в обжору. – Простите, мне не стоило повышать на вас голос.

– Всё в порядке, миледи, – натянуто улыбаясь, сказала Мариса, поглядывая на свою напарницу. – Нас предупредили, что вы можете вести себя… подобным образом.

– Неужели? – я насторожилась.

«Неужели у моего состояния есть объяснение?» – мне не нравилось, что эмоции словно взбесились и кидают меня из одной истерики в другую.

Горничные чуть кивнули, подходя ко мне ближе.

– Его милость сказал, что это последствие болезни и траты вашего резерва маны. Скачки эмоций характерны этому состоянию и могут сохраняться в течение нескольких дней.

– Понятно, – я кивнула, прикусив губу.

Мне помогли одеться, нарядив в светлое платье голубого оттенка с множеством мелких перламутровых пуговиц спереди. Ткань легла как вторая кожа, плотно охватив тело и струясь до самого пола. Накинув на плечи шерстяную шаль, я решительно направилась к двери. Кэти попыталась меня остановить, однако я просто отмахнулась от её излишней заботы. Раз Рейдолир занят допросом, мне тоже не стоит сидеть сложа руки.

Первым делом я спустилась на кухню, желая проверить кухонных работников на признаки болезни. Там многие не имели маны, поэтому и подвергались риску подхватить хворь. Ещё нужно было поговорить с лекарем, который лечил меня, и узнать, что ему уже удалось выяснить. Горничные, подобно двум теням, неотступно следовали за мной.

В обители жара, сковородок и казанов царила привычная суматоха. Меня заметили сразу, но от дел не оторвались. Многие работники казались здоровыми на первый взгляд, но я не стала верить своим глазам. Болезнь может скрываться, выжидая удобный момент и не проявляя себя. Найдя взглядом главного повара, я поспешила к ней. Осторожно огибая трудящихся поваров, я достигла своей цели. Уголки губ сами собой поползли вверх, стоило мне увидеть, чем занята женщина. Она доделывала мясной рулет, сочный и огромный, от которого исходил умопомрачительный аромат специй.

– Добрый день, – сглотнув, поздоровалась я.

– Слава Создающему, вы выглядите гораздо лучше, – обрадовалась главный повар, отвлекаясь от своего занятия и вытирая руки о передник. – Что привело вас сюда? Разве лекарь позволил вам выходить?

– Да, позволил, – немного смущённо протянула я, хоть и не любила врать. – Я хочу осмотреть ваших работников, возможно, кто-то заразился той же болезнью. Это возможно?

– Миледи, я не уверена, что вам следует заниматься подобным, – осторожно произнесла женщина, старательно подбирая слова. – Лекарь уже занялся нами, так что ваше вмешательство… Тем более после столь тяжёлого лечения…

– Я поняла вас, госпожа Элеонора, – оборвала я сбившуюся речь повара, стараясь не показать своего недовольства. – Тогда больше не буду вас отвлекать. Хорошего дня.

– Миледи… – растерянно пробормотала женщина, но я не стала дожидаться, пока она договорит.

«Раз так, пойду сразу к лекарю. Мне стоило сразу так сделать, а не идти сюда», – раздражённо подумала я, сжимая кулаки.

ГЛАВА 6

Обогнув своих горничных, что стояли в растерянности возле двери, ведущей на кухню, я решительно направилась в сторону выхода из замка. Пристройка, в которой находился лекарь, была неподалёку от казарм. Это сделали ради того, чтобы раненых вояк сразу несли туда, не теряя времени. На ходу я бросила своим служанкам, куда собираюсь идти, те даже облегчённо вздохнули. Возможно, подумали, что лекарь сможет убедить меня повременить с прогулками. Я чувствовала их неодобрение спиной, будто её пронзали противные иголочки чужих взглядов.

Кутаясь плотнее в шаль, я вышла во двор. От вчерашней метели не осталось и следа, лишь земля погрязла в толстом слое снега. Я старалась не смотреть по сторонам, поскольку липкое осуждение так и сочилось со всех сторон. Слуги таращились на меня, стоило им завидеть мою фигуру, идущую по коридорам замка. Раздражало, как же это раздражало. Я была здоровой, но все считали меня больной. И дай бог, чтобы не на голову.

Пристройка лекаря встретила меня запахом трав и зелий. Открыв дверь, я сразу окунулась в царство настоек, что лишь недавно поселились в этих стенах. До моего появления лекарь отбыл в путешествие в поисках редких снадобий и только недавно вернулся в замок. Как раз незадолго до происшествия с моей болезнью. Однако мне так и не довелось познакомиться с лекарем дома Невелиоров. Меня снедало любопытство, смешанное с досадой. Этого человека считали светочем медицины, в то время как меня – обычной девочкой, нашедшей интересное хобби.

Я поняла это только сегодня, когда госпожа Элеонора не дала даже посмотреть своих работников. Заскрипев зубами, я оглядела небольшую комнату, что служила прихожей. Ничего необычного, светлые стены и большие окна, пропускающие солнечные лучи. Слегка сбив на пороге прилипший снежок, я прошла вовнутрь. За мной проскользнули горничные, замерев у стеночки. В прихожей была только широкая арка, за которой виднелся тёмный коридор, да диванчик у входа. Даже растений, которые источали невероятный аромат на всю пристройку, не было видно.

Идя по коридору, я потирала замёрзшие руки. Всё же не стоило нестись сломя голову, надо было хоть плащ потеплее надеть. Однако сожалеть об этом поздно, я надеялась, что лекарь угостит меня горячим чаем. Нам предстоял долгий разговор, грех не разбавить его теплом. Пока шла, я заметила закрытые двери, от них несло терпким запахом лекарств. Видимо, там лежали больные. В конце коридора виднелась ещё одна арка, в которую я быстро нырнула.

Перед глазами предстал полноценный кабинет врача, который жил в средневековье. Травы на стенах и в длинном шкафу, колбочки и скляночки с разными жидкостями, стоящие на специальном алхимическом столе. По центру комнаты расположили большой стол, явно предназначенный для пациентов. Меня поразила обстановка, руки зачесались испробовать всё в работе.

– Миледи! Кто позволил вам вставать с постели?! – воскликнул старческий голос за моей спиной.

Резко обернувшись, я увидела фигуру пожилого мужчины, что выходил из закрытой комнаты. Сухой и тощий старик, будто проживший не одну сотню лет, был одет в белую мантию. Опираясь на длинную трость и держа второй рукой поднос со скляночками, он направился в мою сторону. Я бросилась помочь лекарю – его я не могла спутать ни с кем другим, слишком уж от него несло лекарствами и травами. Выхватив поднос, дождалась, пока старик войдёт в комнату, а после зашла сама.

– Я полностью здорова, – спокойно ответила я на возглас лекаря, ставя поднос на стол для пациентов.

– Этого не может быть! – рассерженно пробулькал старик, сверля меня крайне неодобрительным взглядом. – С вашей проблемой восстанавливаются по меньшей мере неделю, а то и все три. Вы даже на ногах стоять не должны, не то что бегать!

– Но посмотрите сами, я полностью здорова, – примирительно произнесла я, поднимая руки.

– Хм… – скептически хмыкнул старик и подошёл ко мне вплотную. – Хм…

Он, словно фокусник, вытащил из невидимого кармана халата длинный древний стетоскоп в виде деревяной трубки. Повинуясь беззвучному приказу, я сняла с себя шаль и повернулась спиной. Не знаю, что он рассчитывал услышать через многослойную одежду, но лекарь продолжал хмыкать и цокать языком. Его дрожащие руки ощупали меня, не переходя границы дозволенного, а после довольно жёстко усадили на край стола.

Старик проверил всё: горло, глаза, уши – и провёл ряд проверок на моё общее состояние. Даже кровь взял, сразу отправившись к алхимическому столу. Старческие руки явно не утратили навыков, а разум – остроты. Я видела в действиях старика профессионала, хоть и старой закалки. Теперь мне была понятна вера в него, такой действительно мог разобраться со всем происходящим. Но теперь меня терзал один вопрос: почему именно он не стал руководить лечебницей в городе? Из-за возраста или причина была иной?.

Пока лекарь проводил свои исследования, используя слабую целительскую магию, я развлекалась изучением его кабинета. Прошлась вдоль рядов с травами, заглянула в ящички и заметила, что всё было разложено по алфавиту. Старик скрупулёзно записывал степень ядовитости и название, дабы не перепутать травы. С одной стороны, это было умно и полезно, в суматохе не возьмёшь другой ингредиент, а вот с другой… Любой злоумышленник мог легко найти отраву, используя вот такие подсказочки.

– И правда, зараза полностью исчезла, – поражённо воскликнул лекарь, заставляя меня повернуться в свою сторону. – Как вам это удалось?

– Давайте сначала познакомимся, – дружелюбно предложила я, видя в этом старце одного из своих преподавателей. Учитель биологии в универе был таким же дотошным. – Меня зовут Глория Невелиорская.

– Знаю, миледи. Моё имя – Ролан Полосский, – по-доброму улыбнувшись, ответил лекарь. – Так, может, вы расскажете, как вам удалось избавиться от этой пакости? Столько всего уже перепробовал, но так и не смог уничтожить хворь.

– Я использовала свою магию, – поделилась я, не став делать из своего излечения секрет.

– Магию? – удивлённо переспросил Ролан, вскидывая кустистые брови. В его мутных карих глазах мелькнуло недоверие, а морщины словно стали глубже.

– Именно так, – я кивнула и подняла указательный палец вверх. – Я заставила свою магию разгонять кровь, вливая силу, и таким образом очистила её от болезни. Вы ведь уже определили, что эта хворь не выносит присутствие маны?

– Поразительно, – недоверчиво выдохнул лекарь, падая на незамеченный мною ранее стул у алхимической установки.

ГЛАВА 7

– Да, этот метод оказался действенным, – довольно сказала я, чуть задирая нос. Похоже, здесь были не знакомы с подобным лечением, что не удивительно, учитывая разницу во времени. – Хотя я не слишком верила в его успех, если быть откровенной.

– Это настоящий прорыв в моих исследованиях, – восторженно сказал Ролан, его глаза буквально вспыхнули от восхищения. – Если попробовать повторить ваш опыт на других, возможно…

Вскочив на ноги бодренько для его почтенного возраста, лекарь поспешил к своему шкафу. Там виднелась неприметная полочка, заставленная толстыми тетрадями. Постукивая тростью от нетерпения, он принялся что-то искать в своих записях. Издав довольное кряхтение, Ролан вытащил тонкую кожаную тетрадь и вернулся к столу. К нему подлетело подобие перьевой ручки, после чего лекарь начал допрашивать меня о методе, которым я вылечила себя.

Пока старик писал, а я рассказывала всё в мельчайших деталях, решила изучить алхимический стол. Ещё со времён учёбы меня привлекали подобные конструкции, помогавшие древним врачам создавать свои лекарства. Сколько в мире ходило историй про алхимиков, про ведьм и травников… Не сосчитать, а теперь я могла вживую увидеть и даже потрогать это произведение искусства.

– К слову, миледи, у вас довольно необычная кровь, – внезапно произнёс лекарь, отрывая меня от созерцания его алхимического стола.

– В каком смысле – необычная? – удивлённо переспросила я, поворачиваясь к пишущему старику.

– Она не совсем похожа на человеческую, однако я затрудняюсь с точными определениями, – не отрываясь от тетради, пояснил Ролан. Выждав пару минут, он спросил: – Ваши родители точно люди?

– Д-да, – сглотнув, ответила я.

«Родители Глории? Я видела только отца, а мать давно погибла… Была ли она человеком? – столь простой вопрос вогнал меня в ступор, поскольку мы никогда не поднимали с Глорией тему её семьи. – Я ничего не знаю про родителей, мне и в голову не приходило поинтересоваться этим».

– Странно, – пробормотал лекарь, замолкая.

Сосредоточиться больше не получалось, мысли то и дело возвращались к родословной моей погибшей соседки по телу. Я впервые заинтересовалась тем, как всё же получилось рождение внебрачного ребёнка у лорда. Он не казался каким-то красавцем, способным заполучить внимание толпы женщин. Его отталкивающее поведение и нрав с трудом вязались с моим представлением о герое-любовнике.

Замерев у стола для пациентов, я потёрла подбородок. Почему кровь Глории отличается от обычной? Возможно, это просто случай сбоя генетики, прошедшего без видимых последствий для носителя. Такое ведь бывает? В магическом мире точно может быть, а отследить без современных технологий это невозможно. Голова постепенно начинала пухнуть от вопросов, на которые в данный момент никак не ответить, поэтому я решила переключить внимание на насущные проблемы. Кровь и её странности могут подождать в отличие от больных людей.

Решительно повернувшись к Ролану, я подошла поближе. Заглядывать через плечо неприлично, но я побоялась отвлечь старика от записей. Смогла рассмотреть лишь мелкий неразборчивый почерк. Подавив печальный вздох, сделала шаг назад.

– Вы можете показать мне людей, которые подхватили болезнь? – осторожно спросила я, устав от бездействия.

– Подождите, миледи, – добродушно хохотнул старик, погладив куцую бородку. – Давайте сперва разберёмся с вашим методом излечения. Сможете продемонстрировать процесс?

– Да, конечно, – с готовностью кивнула я и сосредоточилась.

Пришлось по крупицам выстраивать события ночи, когда решилась на эксперимент с магией. Я не знала, как это выглядело со стороны, однако начала ускорять свою кровь силой, что спала внутри этого тела. Мана отозвалась быстро – подобно игривому щенку пробежала ветерком по коже, а после влилась в мои сосуды. Я чувствовала, как кровь начинает ускоряться, а под прикрытые веки пробивался неяркий зелёный свет. Мой процесс очищения работал как заводные часы, не сбиваясь.

Продержавшись так несколько минут, я решила, что пора заканчивать. Пусть мана так не тратилась, но всё равно её работа слегка выматывала. Медленно вздохнув, я прекратила колдовать. Открыв глаза, увидела старика, что смотрел на меня хищными глазами. Вздрогнув, сглотнула. Так смотрел один из наших преподавателей, прежде чем начать оперировать манекен. В лекаре читалось желание пустить меня на опыты, чтобы досконально изучить способ самоочищения крови от болезней.

Не теряя времени, я подскочила к тетради с записями и ткнула её под нос Ролану. Не отрывая взгляда от меня, чем изрядно пугал, старик выхватил у меня свой «конспект». Перьевая ручка подлетела следом, начиная записывать с помощью магии.

– Вы смогли рассмотреть принцип? – осторожно спросила я, желая хоть как-то отвлечь внимание лекаря от своей персоны.

– Да, миледи, – воодушевлённо сказал старик, наконец-то переключаясь на перо. – Пусть я и не смогу повторить это, однако можно создать артефакт с похожим принципом работы.

– Почему не сможете? – я удивлённо приподняла брови, не понимая, что сложного в моём способе.

– Ваше заклинание довольно мощное, простой лекарь с каплей сил не сможет его воспроизвести, – покачал головой Ролан. – Вы очень сильная магесса, миледи. Я думаю, сможете многого добиться в целительстве, при должном обучении, само собой.

Я чуть покраснела, услышав похвалу от старика. Мне показалось, что он был не из тех, у кого можно легко заработать признание. Радость момента слегка портило осознание, что для больных магическое самоочищение крови недоступно.

«Возможно, я бы смогла проводить его на других, однако в таком случае моя мана будет убывать», – я задумалась, насколько реально помогать больным в моей ситуации.

Учитывая, что моя магия нестабильна из-за метки истинной пары, это превращалось в рискованное дело. Лучше уж довериться Ролану и сделать артефакт, который сможет работать вместо меня. Но справятся ли местные мастера с этим? Что представляют собой артефакты этого мира? Я слышала в прошлом, что это такие предметы, наделённые магией и способные на многие современные штучки.

Я попросила у лекаря разрешения посетить больных, однако тот был категоричен. Я слишком слаба после болезни, хоть и здорова физически. Он опасался, что хворь вновь засядет в моём организме и будет выжидать, пока я потрачу всю свою ману. Пришлось, скрипя зубами, согласится. Он в этом месте главный, не хватало ещё устраивать скандалы из-за подобного. Подожду немного, окрепну и уже точно напрошусь на участие в лечении пациентов. Сейчас же я решила оставить Ролана в одиночестве и отправиться на поиски Рейдолира, думаю, он должен был закончить с допросом Корлиса.

«Интересно, что там наговорила эта сволочь парнокопытная?»