Электронная библиотека » Мадлен Л`Энгл » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Трещина во времени"


  • Текст добавлен: 28 ноября 2014, 20:21


Автор книги: Мадлен Л`Энгл


Жанр: Зарубежные детские книги, Детские книги


Возрастные ограничения: +6

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Мадлен Л’Энгл
Трещина во времени

Посвящается Чарльзу Уодсуорту Кемпу

и

Уоллесу Коллину Франклину


Жила-была девочка…

Книга Мадлен Л’Энгл была опубликована в 1962 году, но до сих пор не потеряла своей актуальности. Полвека спустя приключения маленькой девочки с извечными детскими проблемами – неурядицами в школе, очками и ужасными скобками на зубах, – не покажутся современному ребенку делами давно минувших дней. Помимо скобок и очков Мэг Мурри мучают и другие проблемы: она «не такая, как все», ведет себя не так, как положено, и потому ей постоянно достается от учителей и одноклассников.

Мадлен Л’Энгл писала «Трещину во времени» под впечатлением от коммунистического режима, усредняющего все и не терпящего инаковости, но вряд ли она могла подумать, что уйдет в прошлое сам режим, но требования останутся прежними.

Нет ничего для человека более неприемлемого, чем выбивающийся из «нормы» сосед, и если взрослые умеют защититься, адаптировать, то дети ощущают отчуждение болезненно, привыкают быть виноватыми или злятся, навлекая на себя все новые и новые беды.

Хорошо, когда есть такая мама, как миссис Мурри. Ее дети – дерзкая умница Мэг и необычайный ребенок-индиго Чарльз Уоллес, – дома в полной безопасности.

Миссис Мурри всегда на стороне своих детей, миссис Мурри знает и верит, что они не «белые вороны», а самые замечательные дети в мире.

Именно она помогает детям противостоять еще одному удару – сплетням и слухам, которые взрослые распространяют вокруг странного исчезновения отца Мэг, мистера Мурри.

Именно она приглашает в дом странную посетительницу, с которой недавно подружился маленький Чарльз Уоллес, старушку по имени миссис Что-такое…

Путешествия между мирами – какая обычная, на первый взгляд, тема, но не нужно забывать, какое чудо дети видят в самых обыденных вещах и каким увлекательным им покажется необычайное приключение трех маленьких друзей – Мэг Мурри, ее брата Чарльза Уоллеса и мальчика по имени Кельвин.

Кельвин – еще один персонаж, о котором стоит рассказать отдельно. Красавец и спортсмен, добрый и отзывчивый мальчик, оказался совсем не нужен своим родителям, и эта его личная трагедия и мужество, с которым он с ней борется – еще один пример веры в себя и самоуважения, которого подчас так не хватает в мире взрослых.

Путешествие друзей нелегки – каждый переход дается им с трудом, и каждый раз они оказываются на грани смерти, но упрямо преследуют поставленную цель – найти мистера Мурри и спасти Землю от наползающего на нее Зла.

Поочередно они попадают в миры то полные гармонии и красоты (такова родина миссис Что-такое и ее удивительных подруг), то в совершенно невообразимые – например, двухмерный мир, где никак не выжить трехмерным ребятам, то в мир тетушки Зверь, где уродливые на первый взгляд слепые существа оказывают детям помощь и показывают пример безусловной любви.

Такие перемены не случайны – ненавязчиво автор показывает многообразие жизни, прививает уважение к иным ее формам, даже тем, которые с непривычки могут показаться отвратительными.

Тепло тетушки Зверь, странная мудрость миссис Кто, заключающаяся в цитатах великих людей, с помощью которых она и общается, история самопожертвования звезды – все эти проявления человечности, добра и накопленного людьми опыта – путеводные знаки на нелегком пути троих друзей.

Кто же их враг? Кто может заставить добросердечную Мэг превратиться в злую капризную девчонку, а чуткого внимательного Чарльза Уоллеса – в бездушного робота, безучастную ко всему куклу?

Этот враг назван просто – Предмет.

Неодушевленная машина по производству одинаковых людей (Мэг воскликнет: «Не одинаковых, а равных!», но будет ли этого достаточно для победы над чудовищной работой усреднения, созданием иллюзии человеческого счастья?

Как трудно побороть соблазн стать таким, как все, точно знать, что делать положено, а что – нет, быть уверенным в общем благе и беспрекословно подчиняться силе, которая не позволит иметь никаких сомнений!

От сомнений все беды, от инаковости все несчастья, от разнообразия все ошибки, считает Предмет, и мы до сих пор сталкиваемся с отголосками подобных рассуждений, до сих пор встречаем людей, уверенных в том, что «норма» и только «норма» – залог безбедного существования в этом мире.

Мистер Мурри не справился с Предметом – у взрослых нет против него оружия.

Вся тяжесть сражения легла на плечи детей.

И пусть в описаниях встречаются всем нам понятные строки:

«– Так вы проверяющие? – заметно оживился мальчик. – Всем известно, что в нашем поселке – самый мощный, Центральный Мыслительный Центр на планете! Мы выпускаем продукцию только самого высшего качества! Наши фабрики работают в круглосуточном режиме, и производственные линии никогда не останавливаются! А кроме того, у нас есть пять поэтов, три художника и шесть скульпторов – и все идеально настроены!», по которым легко узнается и описываемый период времени, и режим, но борьба идет не против него.

Мэг и ее друзья одерживают верх над серостью, усредненностью, общим знаменателем, под который пытаются подвести совершенно разных людей.

В 1962 году писательница Меделин Л’Энгл протянула руку помощи всем детям, которые ловят на себе косые взгляды, получают нагоняи от учителей, тычки от одноклассников и порой не могут даже обратиться за поддержкой к родителям, как не удалось это сделать Кельвину.

Ее книга учит детей главному – вере в себя и самоуважению.

Ее книга напомнит взрослому, что он когда-то тоже был «не такой, как все» и, может, добавит ему немного терпимости, немного мудрости и тепла.


Евгения Мелемина,

писатель-фантаст

Глава 1
Миссис Что-такое

Это была темная и бурная ночь. У себя в спальне на чердаке Мэг Мурри закуталась в старое лоскутное одеяло и уселась на кровати, следя за тем, как за окном деревья клонятся под порывами ветра. Над верхушками деревьев по небу с бешеной скоростью неслись облака. То и дело в разрывы между тучами выглядывала луна, и тогда по земле бежали причудливые зловещие тени.

Дом содрогался от ударов непогоды.

Мэг тоже дрожала, зябко кутаясь в одеяло.

Обычно она не боялась непогоды. Она подумала, что ей так страшно не только из-за грозы. Просто гроза стала довершением всего остального. Всего, что навалилось на Мэг Мурри. Всего, что Мэг Мурри сделала не так.

Школа. Школа – вот что было у нее не так. В своем классе она вечно тащилась в самом хвосте, среди двоечников. И сегодня их учительница сердито воскликнула:

– Право же, Мэг, я ума не приложу, как из дочки таких выдающихся родителей могла вырасти такая плохая ученица! Если ты не исправишь оценки, то придется оставить тебя на второй год!

На перемене она не сдержалась и дала выход накопившемуся отчаянию, и тогда одна из девочек презрительно заметила:

– Слушай, Мэг, мы уже больше не сопливые первоклашки! Почему ты все еще ведешь себя как младенец?

А когда она брела из школы домой, прижимая к себе тяжелую охапку книг, какой-то мальчишка пробурчал что-то по поводу ее «тупого младшего брата». В тот же миг книги полетели в одну сторону, а мальчишка – в другую, не устояв под атакой налетевшей на него Мэг. В итоге она явилась домой в изодранной кофте и со здоровенным фингалом под глазом.

Санди и Деннис, ее десятилетние братья-близнецы, вернулись из школы на час раньше и тоже набросились на нее с упреками:

– Драка – это наше дело, а не твое! – заявили они.

«Недотепа, – мрачно рассуждала она про себя. – Вот что они скажут мне сейчас. Мама не скажет. А они скажут. И все остальные тоже. Если бы папа…»

Но она до сих пор не могла думать о нем без слез. Только ее маме удавалось говорить о папе как ни в чем не бывало: «Когда твой папа вернется…»

Вернется откуда? И когда? Неужели мама не знает, о чем шепчутся у нее за спиной? И наверняка это ранит ее так же больно, как Мэг. Но даже если это и так, она никогда не подавала виду. И никогда не теряла свой безмятежный вид.

Мэг бесило то, что она не умела напустить на себя такую же безмятежность. Ну почему она так глупо выдает свои чувства?!

Стекла в окне задребезжали под новым ударом ветра, и она плотнее запахнулась в одеяло. Котенок, свернувшийся пушистым серым клубочком у нее на подушке, лениво потянулся и зевнул, показав розовый язычок, снова спрятал мордочку под лапку и заснул.

Все в доме спали. Все, кроме Мэг. Даже Чарльз Уоллес, ее «тупой младший брат», которому непостижимым образом всегда становилось известно, что Мэг не спит и что ей плохо. Тогда он на цыпочках поднимался на чердак, чтобы ее утешить. Но в эту ночь Чарльз Уоллес так и не проснулся.

Как они только могут сейчас спать?! Весь день по радио повторяли ураганное предупреждение. Как они могли бросить ее на разболтанной медной кровати на чердаке, где крыша такая ветхая, что ее запросто может сорвать ветром? А вдруг ее унесет сейчас вместе с крышей в ночное небо, в непроглядную тьму, где никто ее не разыщет?

От этих мыслей дрожь пробрала Мэг с новой силой. Она отчаянно попыталась успокоить себя, повторяя, что это она сама уговорила маму позволить ей занять спальню на чердаке. И мама согласилась, потому что она самая старшая. А значит, это было привилегией, а не наказанием!

– Только не во время урагана – тогда это никакая не привилегия! – не выдержав, выкрикнула девочка. Она скинула одеяло и встала. Котенок лениво потянулся и уставился на нее огромными безмятежными глазами.

– А ты спи себе! – велела Мэг. – Радуйся, что ты котенок, а не такое чудище, как я!

Она посмотрела на свое отражение в зеркале на дверце шкафа и состроила ужасную рожу, выставив напоказ скобки на зубах. Машинально напялила очки и взъерошила свои непокорные волосы, так что они встали дыбом. От этого зрелища у нее вырвался такой шумный вздох, что на миг даже не стало слышно рева урагана.

Широкие деревянные половицы неприятно холодили ноги. В щели в рамах врывался ледяной сквозняк, несмотря на все уплотнители и ставни. Она слышала, как завывает ветер в дымоходе над камином. Здесь, наверху, было отлично слышно, как взлаивает Фортинбрас, их большой черный пес. Наверное, бедняга тоже испугался. Но на кого он так лает? Фортинбрас никогда не поднимал шум без причины.

Очень некстати ей вспомнилось, что, когда она зашла на почту забрать письмо, там все только и говорили, что о каком-то бродяге, который якобы украл дюжину простынь с веревки у миссис Бунскомб, жены констебля. Его так и не поймали, и теперь он запросто мог подбираться к дому Мурри, стоявшему на отшибе, в самом конце дороги. И кто знает: вдруг на этот раз у негодяя на уме что-то похуже кражи постельного белья? Тогда, на почте, Мэг не очень-то прислушивалась к этому разговору, поскольку заведующая почтой со слащавой улыбочкой поинтересовалась, нет ли новостей от ее папочки.

Она вышла из своей тесной спальни и прошлась по чердаку, в темноте налетев на угол теннисного стола. Ну вот, только синяка на ноге ей не хватало!

Следом ей под ноги попались ее старый кукольный дом, лошадь-качалка Чарльза Уоллеса и игрушечный поезд близнецов.

– Ну почему все это должно случиться именно со мной?! – сердито спросила она у большого плюшевого медведя.

У нижней ступеньки лестницы на чердак она замерла и прислушалась. Ни звука из комнаты Чарльза Уоллеса справа. И слева, из родительской спальни, где мама одна спала в большой супружеской кровати, не доносилось ни шороха. На цыпочках она проскользнула по коридору к комнате близнецов, автоматически поправляя очки, как будто от них был какой-то прок в этой кромешной темноте. Деннис храпел. Санди бормотал что-то о бейсболе и боковом ударе. У близнецов не было никаких проблем. Они не были отличниками, но и двоечниками тоже не были. Их прекрасно устраивали средние оценки с редкими вкраплениями высших и низших тоже. Они были сильны для своих лет, быстро бегали и умели играть в команде, и в семействе Мурри трещина могла возникнуть между кем угодно, только не между Санди и Деннисом.

Она вышла из спальни близнецов и спустилась на первый этаж, стараясь не наступить на скрипучую седьмую ступеньку. Фортинбрас уже замолчал. Значит, на этот раз бродяга к ним не полез, иначе пес своим лаем переполошил бы весь дом.

А что, если этот тип все-таки пришел?! А если у него нож? Их дом стоял так далеко от соседей, что никто не услышит, сколько бы они ни кричали. Впрочем, даже если бы и услышали, никто не пришел бы на помощь.

Девочка решила, что стоит сварить себе горячего какао. Это немного приободрит ее, и даже если крышу сорвет ветром, Мэг не унесет вместе с нею.

На кухне уже горел свет, и Чарльз Уоллес сидел за столом, уплетая бутерброд с джемом. Он показался особенно маленьким и хрупким, когда сидел один-одинешенек в их просторной кухне под старину: белокурый малыш в выцветшей синей футболке. Его ноги сантиметров двадцать не доставали до пола.

– Привет! – дружелюбно приветствовал он сестру. – Я тебя ждал.

Со своего любимого места под ногами у Чарльза Уоллеса, где ему иногда перепадал лакомый кусочек, Фортинбрас приподнял узкую черную морду и поздоровался с Мэг, застучав хвостом по полу. Фортинбраса подбросили им на крыльцо холодной зимней ночью. Тогда он был тощим заморышем. Папа Мэг решил, что это помесь ирландского сеттера и гончей. Пес обладал неповторимой красотой и грацией и сильно отличался от других собак.

– Почему ты не пришел ко мне на чердак? – Мэг обратилась к младшему брату как к равному. – Я испугалась до смерти!

– У тебя на верхотуре слишком сильный ветер, – отвечал брат. – И я знал, что ты сама спустишься. Я поставил на плиту молоко и для тебя. Наверное, оно уже согрелось.

И откуда Чарльз Уоллес умудряется все про нее узнать? Как он сам об этом говорит, что ему неизвестно, да и безразлично, что думают Деннис и Санди. Зато он так часто копается в мозгу их мамы и самой Мэг, что даже страшно становится.

Не оттого ли люди побаиваются младшего сынишку Мурри, который вроде как не блещет талантами? «Я слышал, что у слишком умных людей часто рождаются ненормальные дети, – как-то услышала она за спиной боязливый шепот. – Двое старших мальчиков кажутся милыми, воспитанными детьми, но эта жуткая девчонка и малыш словно из другой семьи!»

Сказать по правде, Чарльз Уоллес редко открывал рот, когда поблизости находился кто-то чужой, отчего в городке поползли слухи, будто он вообще не умеет разговаривать. Правдой было и то, что он не говорил до четырех лет. Но Мэг все равно бесило, когда она замечала, с каким презрением смотрят на него окружающие и как многозначительно хмыкают при этом.

– Ты можешь не тревожиться из-за Чарльза Уоллеса, Мэг, – как-то сказал ей папа. Мэг отлично помнила тот разговор, потому что он состоялся незадолго до его исчезновения. – С головой у него все в порядке. Просто он делает все по-своему и в свое время.

– Не хочу, чтобы он вырос таким же тупым, как я, – возразила Мэг.

– Ох, милая, но ты же вовсе не тупая! – воскликнул папа. – Ты такая же, как Чарльз Уоллес. Ты развиваешься в своем собственном темпе. Ты не виновата, что он не совпадает с темпом обычного человека.

– А ты откуда знаешь? – сердито спросила Мэг. – С чего ты взял, что я не тупая? Ты веришь в это, потому что меня любишь?

– Конечно, я тебя люблю, но говорю так вовсе не поэтому. Ты же знаешь, через сколько тестов мы с мамой тебя провели!

Да, это верно. Мэг отлично понимала, что «игры», в которые предлагали ей поиграть родители, в половине случаев оказывались тестами и что им с Чарльзом Уоллесом такие тесты предлагались гораздо чаще, чем близнецам.

– Ты имеешь в виду тесты на IQ?

– Да, некоторые из них были и такими.

– И с моим IQ все в порядке?

– Более чем.

– И что это значит?

– А вот этого я тебе не скажу. Но они уверили меня, что и ты, и Чарльз Уоллес окажетесь талантливы в любом деле, которое вам понравится, когда дорастете до этого. Ты будешь удивлена, когда Чарльз Уоллес заговорит. Только погоди.

Ах, как он был прав! Хотя ему самому не довелось убедиться в этой правоте, потому что он исчез до того, как Чарльз Уоллес заговорил. Это произошло разом и без всякого детского сюсюканья. Малыш выдавал законченные связные предложения, и папа наверняка бы им гордился!

– Посмотри за молоком, а то убежит, – напомнил Чарльз Уоллес, выговаривая звуки так четко, что трудно было поверить, будто ему пять лет. – Потом сама же будешь беситься, если пенка пригорит.

– Но тут молока больше, чем на две большие кружки! – удивилась Мэг, заглянув в кастрюльку.

– Я подумал, что мама тоже захочет, – безмятежно кивнул Чарльз Уоллес.

– Чего я захочу? – послышалось из коридора, и вот уже на пороге кухни показалась их мама.

– Какао, – объяснил Чарльз Уоллес. – Сделать тебе бутерброд с паштетом и сыром? Я с удовольствием тебе приготовлю.

– Это звучит заманчиво, – ответила миссис Мурри, – но я могу и сама его приготовить, если тебе трудно.

– Никаких трудностей, – Чарльз Уоллес соскользнул со своего кресла и прошел к холодильнику, ступая мягко, как котенок. – А тебе, Мэг? – предложил малыш. – Хочешь бутерброд?

– Да, пожалуйста, – кивнула Мэг. – Только без паштета. У нас остались помидоры?

Чарльз Уоллес заглянул в отделение для овощей и ответил:

– Один. Мама, можно я отдам его Мэг?

– Разве можно придумать лучший способ его использовать? – улыбнулась миссис Мурри. – Только, пожалуйста, потише, Чарльз Уоллес, а то близнецов разбудишь!

– Вот, эксклюзивный вариант, – сказал Чарльз Уоллес. – Это мое новое слово на этот день. Неплохо, да?

– Невероятно, – откликнулась миссис Мурри. – Мэг, поди-ка сюда, дай мне взглянуть на твой синяк.

Мэг встала перед мамой на колени. Свет и тепло на кухне успокоили ее настолько, что почти забылись страхи на чердаке. От кастрюльки шел ароматный дух какао, в горшках на подоконниках пышно цвела герань, и посередине стола стояла ваза с букетом изящных желтых хризантем. Красные занавески с сине-зелеными геометрическими узорами были плотно задернуты, создавая атмосферу безопасности и уюта. Огонь в камине мурлыкал, как большой сонный зверь, лампы горели ровно и ярко. И хотя где-то снаружи, за стенами дома, ветер ярился по-прежнему, его жестокая сила, так напугавшая Мэг, когда она была одна наверху, уже не казалась такой страшной благодаря знакомому уюту кухни. Фортинбрас, перебравшийся под кресло к миссис Мурри, довольно вздохнул.

Миссис Мурри осторожно прикоснулась к синяку на лице Мэг. Девочка смотрела на нее снизу вверх, охваченная смесью немого обожания и смущения. Это было совсем не просто – иметь такую удивительную маму, которая была не только талантливым ученым, но и настоящей красавицей. Пламенно-рыжие волосы миссис Мурри, белая гладкая кожа и фиалковые глаза в обрамлении длинных ресниц казались еще более прекрасными в сравнении с невыносимой, бездарной бесцветностью Мэг. Волосы у Мэг не торчали дыбом только в том случае, если их туго-натуго заплетали в две косички. Когда она пошла в средние классы, их постригли, и теперь короткие пряди ни за что не желали укладываться в прическу, отнюдь не добавляя Мэг привлекательности.

– Ты так и не постигла, что такое терпение, моя милая? – спросила миссис Мурри. – Да, хотела бы я знать, научишься ли ты хоть когда-нибудь держаться золотой середины. А этот мальчишка Хендерсонов поставил тебе жуткий синяк. Кстати, не успела ты пойти спать, как мне позвонила его мама и стала кричать, что ты изуродовала ее сыночка. Я возразила, что, коль скоро он на год старше тебя и по меньшей мере на десять килограмм тяжелее, это не она должна жаловаться, а я. Но судя по всему, она считает, что это ты во всем виновата.

– По-моему, это зависит от точки зрения, – сказала Мэг. – Как правило, все считают виноватой меня независимо от того, как все было на самом деле, даже если я вообще ничего не сделала. Но я жалею, что так на него набросилась. Это просто неделя выдалась ужасная. И я была ужасно злая.

– А ты понимаешь, почему? – спросила миссис Мурри, ласково гладя ее по взъерошенным лохмам.

– Я терпеть не могу быть белой вороной. И я знаю, что это не нравится Санди и Деннису тоже. Я до сих пор не могу понять, действительно они такие, как все, или только притворяются. Я вот пыталась притворяться, да ничего хорошего не выходит.

– Ты слишком прямодушная личность, чтобы пытаться притвориться тем, кем на самом деле не являешься, – уверенно заявила миссис Мурри. – Мне очень жаль, Мэгги. Может быть, папа смог бы тебе помочь, если бы был здесь, но я, боюсь, бессильна что-то сделать, пока ты не подрастешь немного. Тогда все станет для тебя проще. Но это мало утешает тебя сейчас, верно?

– Может, если бы я не была такой уродиной, может, если бы я была такой же симпатичной, как ты…

– Мама не просто симпатичная, она прекрасная, – провозгласил Чарльз Уоллес, намазывая новый бутерброд. – Из чего я могу сделать вывод, что в твоем возрасте она выглядела просто жутко.

– И будешь совершенно прав, – кивнула миссис Мурри. – Просто дай себе достаточно времени, Мэг.

– Мама, тебе положить салат? – предложил Чарльз Уоллес.

– Нет, спасибо.

Мальчик аккуратно порезал бутерброд на кусочки, положил на тарелку и поставил перед мамой.

– Сейчас я и тебе приготовлю, Мэг. Думаю, надо поговорить о тебе с миссис Что-такое.

– Кто это: миссис Что-такое? – удивилась Мэг.

– Думаю, что некоторое время она была эксклюзивным вариантом, – загадочно ответил Чарльз Уоллес. – Лук, соль?

– Да, пожалуйста.

– А чем занимается миссис Что-такое? – поинтересовалась миссис Мурри.

– Это так ее зовут, – отвечал Чарльз Уоллес. – Знаешь тот старый заброшенный дом с провалившейся крышей в лесу? Дети еще боятся туда ходить из-за привидений? Вот там они и живут.

– Они?

– Миссис Что-такое и две ее подруги. Пару дней назад я гулял в лесу с Фортинбрасом: вы с близнецами тогда были в школе, Мэг. Мы с нашим псом любим гулять в лесу, и вдруг он погнался за белкой, а я за ним, и мы выскочили прямо к дому с привидениями, так что можно сказать, что я повстречался с ними случайно.

– Но там же никто не живет! – воскликнула Мэг.

– А миссис Что-такое и ее подруги живут. Они очень приятные дамы.

– А почему ты до сих пор ничего мне об этом не говорил? – удивилась миссис Мурри. – И ты отлично знаешь, что я не разрешаю тебе уходить за ограду без разрешения, Чарльз.

– Знаю, – кивнул Чарльз. – И это одна из причин, по которой я тебе ничего не сказал. Я просто не подумал о запрете, когда погнался за Фортин-брасом. И тогда я решил: ну что ж, все равно я их приберегу на крайний случай.

Новый удар ветра так налетел на стену, что весь дом содрогнулся, и в тот же миг окна залили потоки дождя.

– Что-то не нравится мне этот ветер, – с тревогой заметила Мэг. – Наверняка с крыши сорвет пару кусков жести.

– Мэг, этот дом уже простоял целым и невредимым две сотни лет, – возразила миссис Мурри, – и я думаю, что он продержится еще немного. Этот холм встречает уже не первую бурю на своем веку.

– Но сегодня же это ураган! – жалобно заныла Мэг. – По радио все время повторяли про ураган!

– На дворе октябрь, – не сдавалась миссис Мурри. – А в октябре всегда бывают штормы.

Не успел Чарльз Уоллес передать Мэг ее бутерброд, как Фортинбрас выскочил из-под стола. Он низко угрожающе зарычал, и все увидели, как шерсть у него на загривке встала дыбом. Мэг почувствовала, как по спине побежали мурашки.

– Что случилось? – испуганно воскликнула она.

Фортинбрас не сводил взгляда с двери в старую лабораторию миссис Мурри, под которую переделали бывшую маслобойню. Из нее дверь выходила на задний двор, однако миссис Мурри давно приучила свою семью попадать в дом либо через парадное крыльцо, либо через дверь гаража, но не через ее лабораторию. Но Фортинбрас рычал именно на дверь в лабораторию, а не в гараж.

– Мама, ты ведь не забыла колбу с какими-нибудь особо вонючими реактивами над горелкой Бунзена? – вежливо поинтересовался Чарльз Уоллес.

– Нет, – поднялась с места миссис Мурри. – Но я все равно пойду посмотрю, что так насторожило нашего Форта.

– Это бродяга, – нервно выпалила Мэг. – Я уверена, что это бродяга!

– Какой бродяга? – спросил Чарльз Уоллес.

– Сегодня на почте все только и говорили о том, что какой-то бродяга мог украсть простыни с веревки у миссис Бунскомб.

– Ну, значит, нам сегодня не грозит спать на голых матрасах, – весело заметила миссис Мурри. – Потому что в такую погоду даже бродяга носа наружу не высунет.

– А что, если именно для того он и высунет, – захныкала Мэг, – чтобы не оставаться снаружи?

– В таком случае я предложу ему переночевать в сарае, – заявила миссис Мурри, решительно шагнув к двери.

– Я с тобой! – от испуга Мэг чуть не визжала.

– Нет, Мэг, ты останешься с Чарльзом и съешь свой бутерброд.

– Съешь! – передразнила Мэг, когда миссис Мурри скрылась в лаборатории. – И она считает, что я могу сейчас есть?

– Мама не даст себя в обиду, – возразил Чарльз Уоллес, – физически уж точно, – он уселся в папино кресло так неловко, что его ноги ударились о ножки кресла. В отличие от многих своих сверстников Чарльз Уоллес умел сидеть не шелохнувшись.

Через несколько минут, показавшихся Мэг вечностью, миссис Мурри вернулась и вежливо придержала дверь перед… Неужели это все-таки оказался бродяга?! Но по понятиям Мэг, бродяга должен был оказаться намного больше. Определить возраст и пол этого существа было невозможно из-за множества слоев намотанных на него шалей и накидок. Голова тоже пряталась под узлом из нескольких шарфов, а поверх всего этого сооружения была нахлобучена мужская шляпа. Поношенное пальто украшал накинутый на плечи и завязанный тугим узлом ослепительно розовый паланкин, а на ногах красовались грубые коричневые ботинки.

– Миссис Что-такое, – подозрительно осведомился Чарльз Уоллес, – вы что здесь делаете? И к тому же так поздно, посреди ночи?

– Ну-ну, мой милый, не надо бояться, – раздался голос откуда-то из самой середины этого странного узла. Он был глухим и скрипучим, как несмазанная дверь, но тем не менее весьма приятным.

– Миссис… Гм… Что-такое… она сказала, что заблудилась, – пояснила миссис Мурри. – Ты не приготовишь для миссис Что-такое немного горячего шоколада?

– О, это было бы очаровательно! – с живостью отозвалась миссис Что-такое, сняв с себя шляпу и шаль. – Я бы ни за что не заблудилась, если бы ураган не сдул меня с курса. А когда я обнаружила, что оказалась рядом с домом малыша Чарльза Уоллеса, то подумала, что загляну на минуту и передохну, прежде чем продолжить путь.

– Но откуда вы узнали, что это дом Чарльза Уоллеса? – удивилась Мэг.

– По запаху! – тем временем миссис Что-такое уже успела размотать сине-зеленый шерстяной шарф, желтую бандану с цветами, и золотую бандану со статуей Свободы, и еще красно-черную бандану. Теперь было видно, что редкие седенькие волосы собраны у нее в тугой узелок на макушке. Ее глаза ярко сверкали, носик был круглый и вздернутый, а рот морщинистый, как вялое яблоко. – Ну надо же, как здесь тепло и уютно! – воскликнула она.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – миссис Мурри указала на кресло. – Хотите бутерброд, миссис Что-такое? Я ем с паштетом и сыром, у Чарльза с джемом, а у Мэг с помидором.

– Нет, дайте-ка мне подумать, – сказала миссис Что-такое. – Ах, да, я вспомнила, что обожаю бутерброды с русской икрой!

– Вы подсматривали! – заявил Чарльз Уоллес. – Мы держим банку на мамин день рождения, и вам она не достанется!

Миссис Что-такое издала длительный горестный вздох.

– Нет! – отрезал Чарльз Уоллес. – И ты, мама, учти и не поддавайся ей, не то я жутко разозлюсь. Как насчет салата с тунцом?

– Сойдет, – благодушно согласилась миссис Что-такое.

– Я принесу, – и Мэг поспешила в кладовку за банкой консервированного тунца.

Ничего себе! Какая-то тетка вломилась к ним в дом в ураган посреди ночи, и мама ведет себя с ней так, будто такое случается сплошь и рядом! Как пить дать, она и есть тот самый бродяга! Мэг готова была поспорить на что угодно: именно она сперла те простыни! И она явно не подходила на роль близкой подруги Чарльза Уоллеса, который вообще не разговаривает с чужими!

– Я совсем недавно поселилась тут по соседству, – трещала без умолку миссис Что-такое, пока Мэг выключила свет в кладовке и вернулась на кухню с банкой тунца, – и даже не думала, что кто-то из соседей придется мне по душе, пока милый Чарльз не налетел на нас со своей собакой.

– Миссис Что-такое, – строго осведомился Чарльз Уоллес, – почему вы сперли простыни у миссис Бунскомб?

– Ну… Они были мне нужны, милый Чарльз.

– Вам следует вернуть их немедленно!

– Но Чарльз, дорогой, я не могу! Я их использовала!

– Это очень нехорошо с вашей стороны, – упрекнул Чарльз Уоллес. – Если вам так до зарезу понадобились простыни, вы могли бы обратиться ко мне!

– Но ты не смог бы одолжить мне пару простынок, – с ухмылкой потупилась миссис Что-такое. – А миссис Бунскомб могла.

Мэг уже накрошила сельдерей и принялась смешивать его с тунцом. Немного поколебавшись, она все же достала из холодильника открытую баночку мелких сладких пикулей. Все еще удивляясь тому, как покорно она готовит салат для этой тетки, которой не доверяет ни на грош, девочка порезала пикули.

– Объясни сестре, что меня не надо бояться, – обратилась к Чарльзу Уоллесу миссис Что-такое. – Скажи, что у меня благие намерения.

– Благими намерениями выстлана дорога в ад, – наставительно сообщил Чарльз Уоллес.

– Ах, какой умничка! – так и просияла миссис Что-такое. – И какая удача, что рядом есть кто-то, кто его понимает!

– Но я боюсь, что это не так, – возразила миссис Мурри. – Никто из нас толком не понимает Чарльза.

– Но вы же, по крайней мере не пытаетесь его раздавить, – истово закивала миссис Что-такое. – Вы позволяете ему оставаться самим собой.

– Вот, угощайтесь, – и Мэг протянула миссис Что-такое готовый бутерброд.

– Вы не возражаете, если я разуюсь перед приемом пищи? – спросила миссис Что-такое, уже успев откусить от бутерброда изрядный кусок. – Вот, послушайте, – она пошевелила ногами в башмаках, и все услышали, как в них хлюпает вода. – У меня промокли ноги. Но главная неприятность в том, что эти башмаки мне тесноваты и я не могу стянуть их с ног сама!

– Давайте, я помогу, – предложил Чарльз.

– Нет, не ты. У тебя силы не хватит.

– Лучше я, – миссис Мурри опустилась на пол рядом с гостьей и ухватилась за мокрый башмак. Он соскочил с ноги внезапно, рывком, отчего миссис Мурри плюхнулась прямо на пол. Миссис Что-такое вместе с креслом отлетела в другую сторону, отчаянно стиснув бутерброд в морщинистой руке, похожей на птичью лапу. В башмаке оказалось столько воды, что по полу и ободранному ковру растеклась целая лужа.

– Ох, батюшки! – воскликнула миссис Что-такое, лежа на спине в опрокинутом кресле: ноги задраны вверх, одна в носке в яркую белую и красную полоску и другая все еще обута.


Страницы книги >> 1 2 3 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации