Читать книгу "Другой мир. Союз трех"

7
Ходульщики

Огни двигались парами, похожие на фары, светящиеся на высоте трех-четырех метров от земли. Мэтт прижался лбом к стеклу, пытаясь понять, что это такое. Полтора десятка лучей двигались между деревьев чуть быстрее, чем обычно перемещаются люди.

Мэтт встал, поднял меч – пусть оружие будет наготове – и начал взбираться по лестнице наверх башни.

Он заметил еще огни, которые двигались по улицам, граничившим с территорией парка. Полсотни ярких огней, может быть – даже больше. Вдруг пучок света скользнул по двору, и Мэтт увидел приближающуюся к замку фигуру высотой метра четыре. Фигура была одета в длинное пальто с капюшоном, из-под которого выбивались два луча. «Как прожекторы на вышках», – подумал Мэтт. Странное существо опиралось на два больших черных столба, похожие на ходули. Ходульщик, как сразу же окрестил незнакомца Мэтт, без малейшего шума пересекал заснеженное пространство двора.

Он ищет что-то. Или кого-то! Появившееся вслед за вспышками существо, которое преследует остатки жизни, чтобы их уничтожить?

Казалось, его сердце вот-вот выскочит из груди; и тут тишину разрезал голос Тобиаса:

– Мэтт! Мэтт! Где ты? – звал он снизу.

Почти не касаясь ступенек, Мэтт по перилам слетел вниз, в зал, уронив на бегу свое оружие: меч больно ударил его по лодыжке.

– Тихо! – шепнул он Тобиасу. – Снаружи бродят существа, похожие на ходульщиков, один из них уже совсем близко! Почти здесь!

– Что?!

– Огромные существа с фонарями вместо глаз.

Перед входной дверью хрустнул снег.

– Это он, – продолжил Мэтт, ища глазами укромное местечко. – Скорее, помоги мне, надо отодвинуть стол.

– Да нет же! Нельзя, чтобы он вошел!

– Поверь, стол их не задержит! Наоборот, он поймет, что внутри кто-то есть! Помоги, нет времени спорить!

Тобиас с выражением отчаяния на лице поспешил на помощь другу, они тихо перетащили стол на прежнее место.

В это время ходульщик вплотную приблизился к двери. В любое мгновение он мог войти.

Мэтт распахнул встроенный шкаф под окном и втолкнул туда Тобиаса, потом сам залез внутрь и прикрыл дверцу. Мальчики были вынуждены сидеть неподвижно, вжавшись друг в друга.

– Мне страшно, – простонал Тобиас.

Мэтт приложил палец к губам, но в темноте его жест остался незамеченным. Тогда он чуть-чуть приоткрыл дверцу шкафа – так, чтобы можно было наблюдать за происходящим в зале.

Входная дверь скрипнула и отворилась; белый луч осветил помещение. Тобиас в ужасе сжал запястье Мэтта.

Глядя в щелку, Мэтт увидел, как ходульщик, нагнувшись, вошел внутрь.

Нет, он не нагнулся, это его ноги… его ходули просто сложились под пальто!

Существо бесшумно зашло внутрь. Теперь, когда его ходули сложились, в нем было не больше трех метров. Капюшон вращался во все стороны, однако, кроме двух пучков света, Мэтт не смог под ним больше ничего разглядеть. Эти глаза…

Ходульщик стал обследовать зал, поочередно направляя свой слепящий взгляд на пол, на шкафы и стены. Капюшон повернулся в сторону мальчиков, и Мэтту пришлось зажмурить глаза: свет пронзил шкаф насквозь. Тобиас намертво вцепился в запястье друга, Мэтт пытался дышать тише. Вдруг за окном появился силуэт второго ходульщика, двигавшегося вдоль стены. Мэтт увидел, как его ходули вытянулись. Он хочет осмотреть второй этаж! Они прочесывают весь замок!

Находившийся внутри ходульщик издал странный свист, напоминающий шипение. Он заметил рюкзак Мэтта и подошел к нему.

Пальто распахнулось, и появилась белесая рука с толстым кожным покровом и пальцами раза в три длиннее пальцев человека. Эта рука, как отвратительный паук, ощупала стол, потом потрогала рюкзак. Казалось, ходульщик раздумывает. Затем он встал и издал несколько звуков, напоминающих крики кита, писк и ворчанье; звуки были такими пронзительными, что Мэтт сжал зубы, изо всех сил стараясь не застонать. Он хочет собрать здесь всех! Именно это и делал ходульщик: звал подкрепление. «Эти твари нас поймали, это конец». А еще – меч наверху и до него никак не добраться. Остается одно: убежать, надеясь на то, что ходульщик окажется медленнее, чем они, но в этом Мэтт сильно сомневался. Прижатый к Тобиасу, он представил себе их со стороны: четыре замотанные в одеяла конечности, голые ноги. Ни малейшего шанса.

Второй ходульщик тоже зашел внутрь. Его напарник перестал кричать, и, к великому удивлению Мэтта, они принялись разговаривать. Почти неслышные, шипящие голоса. Горловые звуки…

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш… он… был… здесь! Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш.

Заметив, что ходульщик произнес это, указав на его рюкзак, Мэтт задрожал.

– Да… ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Найти его. Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. До того, как на юг… ш-ш-ш-ш-ш…

– Да… ш-ш-ш-ш-ш-ш. До того, как на юг… Ш-ш-ш-ш-ш-ш. Этого хочет Он. Ш-ш-ш-ш-ш.

Ходульщик покрутил рюкзак в своих мерзких пальцах.

– Поймать его… ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш?

– Да… ш-ш-ш-ш-ш-ш. Для Него. Ш-ш-ш-ш-ш. Он хочет… Ш-ш-ш-ш… его видеть. Ш-ш-ш-ш-ш.

Вместе с рюкзаком пальцы скрылись под гигантским пальто. Оба ходульщика развернулись и вышли; снаружи они распрямились и бесшумно удалились.

– Ты это слышал? – выдохнул Мэтт.

– Да. О чем они говорили? О нас?

– О моем рюкзаке.

– Ой, это дурной знак. И что это еще за Он?

– Откуда я знаю? Они служат кому-то или чему-то, и когда видишь их, тебе тем более не хочется встречаться с их хозяином! Мне все это не нравится. Вдруг… они искали меня! – Голос Мэтта зазвенел от возмущения. – Господи! Как я хочу, чтобы все это уже закончилось!

Пока Тобиас испуганно смотрел на Мэтта, тот открыл дверцу и выбрался наружу – убедившись, что во дворе замка не осталось ни одного ходульщика.

Зажав рот ладонью, Мэтт сел на скамейку. Оглядевшись по сторонам, Тобиас последовал его примеру.

– Может… – робко начал он, – может, они ошиблись. И им нужен кто-то другой.

Мэтт молчал.

– Что там у тебя? – продолжал Тобиас. – В рюкзаке? Что такое, что они хотят тебя схватить?

Мэтт размышлял, но вовсе не над тем, о чем спрашивал его Тобиас. Он обдумывал слова ходульщиков и прикидывал, что надо делать. Нужно действовать быстро – это ясно. Эти существа могут вернуться, и если они с Тобиасом не поторопятся, то их схватят. Мэтт не имел ни малейшего представления, почему его ищут ходульщики, но и узнавать ответ на этот вопрос ему тоже совершенно не хотелось.

– Надо сматываться, – наконец сказал он. – Идти на юг. Они как раз этого и боялись: что я успею очутиться на юге прежде, чем они меня достанут. Не знаю, что там, на юге, но было похоже, их это тревожит.

– А что, если на юге мир остался прежним?

– Собирайся, мы уходим из города.

8
Покупки посреди ночи

Подростки натянули еще влажные брюки; Мэтт поднял меч и повесил его на плечи.

– Как мы выберемся из города? – спросил Тобиас. – Если все мосты как тот, что мы видели, то наша миссия невыполнима.

– Мост нам не нужен. Просто двинемся на юг.

– Но как мы это сделаем, с Манхэттена на юг можно попасть только по мосту!

– Слушай, мы не пойдем по мосту. Воспользуемся тоннелем Линкольна под рекой, на другом конце острова.

– А чего это ты так уверен, что он тоже не занят… мутантами?

– Они не видят в темноте. Тот, что был в коридоре твоего дома, все время натыкался на стены. Даже если они глупы, все равно не полезут в тесное, темное место. В тоннеле, как и везде в городе, наверняка нет электричества.

Тобиас вздохнул:

– У нас по-любому нет выбора, так?

Мэтт подошел к выходу и, удостоверившись, что путь свободен, двинулся вперед; Тобиас следовал за ним по пятам.

Вскоре они снова заметили белые лучи – ходульщики патрулировали улицы, и Мэтт предпочел идти по парку, избегая этих охотников с пронзающими взглядами. Вдруг рядом с ними хрустнула ветка, и Мэтт, думая, что это белый медведь из зоопарка, тут же собрался изо всех сил бежать прочь. Но вместо медведя они увидели человека или, скорее, мутанта, чье сморщенное лицо было покрыто гнойниками. Тот сидел, стуча банкой с мясными консервами о камень, и не замечал их. Эта картина – безобразный мужчина, ночью, посреди Центрального парка, не способный вскрыть консервную банку – причинила Мэтту не только боль, но и страх.

Мальчик попытался вытащить меч, но потом раздумал – это движение могло привлечь внимание мутанта. Тот снова врезал банкой по камню и заворчал, видя, что она так и не открылась. Мэтт и Тобиас удалились незамеченными.

Они добрались до границы парка, и Мэтт с досадой подумал, что нужно выбираться из-под крон деревьев на белый свет, а он этого так не хотел. Им предстояло пересечь широкий Бродвей, чтобы попасть на небольшие улочки, но неподалеку бродили три ходульщика.

– Быстро и бесшумно! – предупредил Мэтт. – Если нас заметит хоть один из них, он тут же завоет, привлечет внимание остальных и нам конец.

– Мы даже не сможем бежать по этому снегу, – согласился Тобиас. – Посмотри: как думаешь, мы сможем пройти там? – Он показал пальцем на вход в метро. – Спустимся, пойдем по путям и окажемся возле тоннеля Линкольна, – объяснил он.

Мэтт сразу согласился, но тут они увидели, как из подземки выходит ходульщик.

– Плохая идея… – пробормотал Тобиас.

– Будем действовать по первоначальному плану. Ты готов? Давай!

Пригнувшись, чтобы остаться незамеченным, Мэтт устремился вперед, Тобиас шел за ним. Высоко поднимая ноги, на каждом шагу они проваливались в снег по самые бедра. На втором от них перекрестке появился ходульщик – он внимательно смотрел перед собой. Мэтт ускорил шаг. Ходульщик некоторое время колебался и в конце концов двинулся по направлению к ним; его ходули оставляли в снегу глубокие дыры. Он шел намного легче и быстрее ребят. Лучи света пронизывали снег на расстоянии двух метров от ходульщика. Подними он голову – то есть свой капюшон, – он бы сразу заметил мальчиков. Мэтт взглянул на друга, старавшегося не отставать от него.

Добравшись до тротуара на противоположной стороне улицы, Тобиас заметил нишу в стене; он нырнул туда сам и втащил Мэтта. Не заметив их, ходульщик прошел мимо.

– Хотя бы на одного меньше, – вздохнул Тобиас, когда существо удалилось.

Стало проще. Друзья выбрали правильный темп, перемещаясь от одного закоулка к другому, пережидали, пока ходульщики окажутся как можно дальше от них, и тогда перебегали очередную улицу. За час им удалось миновать двенадцать кварталов, и наконец они очутились перед тоннелем Линкольна, усталые и измученные необходимостью постоянно быть начеку. В одном из переулков друзья заметили ходульщика, наткнувшегося на пару мутантов; внимательно изучив их, он направился дальше, провожаемый ошеломленными взглядами человекоподобных существ. Пусть даже они не заодно, но все равно поддерживают «благожелательный нейтралитет», отметил Мэтт. «Благожелательный нейтралитет» было любимым выражением их учителя истории. Вспомнив о нем, Мэтт ощутил в сердце боль. Размышления обо всем, что относилось к миру «до Бури», разрывали ему душу. Неужели они никогда не смогут вернуть то время? Вернуть родителей, друзей и просто обычную, повседневную жизнь? К горлу вновь подступал комок, и Мэтт решил больше не вспоминать, иначе он просто не сможет сдерживаться. Нельзя сломаться именно сейчас.

Тобиас схватил его за рукав и показал на большой спортивный магазин:

– Не думаешь, что нам стоит чем-нибудь здесь запастись? Сам понимаешь, «юг» – это что-то неопределенное, может, чтобы дойти туда, уйдет несколько дней. Нам понадобится снаряжение.

– Отличная мысль!

Дверь магазина была заперта; тогда Мэтт вытащил меч, посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости нет ходульщиков, и ударил рукоятью по витрине. Оружие отскочило, и мальчик чуть не упал. Он напряг все силы и, держа ножны обеими руками, как следует уперся в землю и перенес нагрузку на плечи. После второго удара по стеклу побежала паутина трещин, появилось небольшое отверстие, но само стекло еще держалось в раме.

– Черт! – удивился Тобиас. – Никогда не думал, что это так сложно.

После третьего удара витрина наконец сдалась. Мэтт отпрянул назад, прежде чем стекло обрушилось; к счастью, снег помешал осколкам разлететься.

– Наступил час распродаж, – безрадостно сообщил Мэтт.

Включив фонарик Тобиаса – тот, что был у Мэтта, вместе с рюкзаком унес ходульщик, – они шагнули внутрь и принялись осматривать полки. Тобиас выбрал дорожную сумку вместо рюкзака. В ней были карманы и, само собой, больше места. Мэтт предпочел взять что-нибудь поменьше; к своему удовольствию, он нашел рюкзак – почти такой же, как был у него; рюкзак и меч хорошо дополняли друг друга. Затем мальчики заглянули в отдел спальников и выбрали два, сделанные по последнему писку моды: если верить инструкции, в них можно было спать где угодно, не чувствуя холода.

– В любом случае, если реклама нам наврала, я даже не знаю, куда мы пойдем жаловаться, – заметил Тобиас, делая вид, что покупки вернулись на круги своя.

Вообще-то, он был достаточно прагматичным парнем. Перспектива большого путешествия не пугала его – при условии, что есть возможность хорошо подготовиться. В следующем отделе он взял сигнальные огни, батарейки, светящиеся неоновые трубки, сухие продукты, газовую горелку с баллоном и столовые приборы. Потом термобелье. Набив сумку и рюкзак всем необходимым до отказа, друзья уже собирались уходить, когда Тобиас заметил отдел огнестрельного оружия.

– Меня это никогда особо не интересовало, – сообщил он, – но, думаю, обстоятельства изменились. Ничего не имею против ружья или…

Он замер перед оружейным шкафом; в свете фонаря блеснули пустые металлические ячейки.

– Да… Можно сказать, оружие разошлось…

– Не все, – поправил приятеля Мэтт, зайдя с другой стороны.

На прилавках стояли в ряд спортивные луки.

– Все, что произошло вчера, – это ненормально, – заявил Тобиас. – Изменился мир? Почему бы и нет… Люди испарились или превратились в мутантов? Ладно! Но как могли исчезнуть автомобили и оружие, этого я точно не догоняю.

– Земля бунтует против человека, загрязнений и войн, которые он с собой несет, – не раздумывая, ответил Мэтт.

Тобиас повернулся к нему; вид у него был самый что ни на есть серьезный.

– Думаешь?

Мэтт пожал плечами:

– Чувак, я об этом ничего не знаю. Давай не будем тянуть время.

Тобиас быстро осмотрел все луки. Он выбрал модель средней высоты и колчан с крышкой, который до отказа набил стрелами. Уходя, парни захватили большие охотничьи ножи; один засунул нож за пояс, другой привязал его к ноге.

Пять минут спустя оба уже подходили к спуску в тоннель Линкольна.

Их внимание привлек легкий плеск. Мэтт ускорил шаг.

Перед ними обозначился вход. И тогда Мэтт замер.

Отступление оказывалось не таким уж простым делом.

9
Дорога через тьму

Тоннель был затоплен.

Улица заканчивалась большой темной дырой, в которой плескалась черная вода, наполнявшая тоннель примерно до трети высоты.

Друзья долго стояли неподвижно и просто смотрели. Наконец Тобиас произнес:

– Была бы лодка, мы бы поплыли. От поверхности воды до потолка тоннеля метра два-три, вполне достаточно.

Мэтт посмотрел на приятеля. Его порадовал оптимистичный тон Тобиаса.

– А где мы возьмем лодку?

– Надо вернуться в спортивный магазин, точно тебе говорю.

Мэтт одобрительно кивнул, потом добавил:

– Грести придется долго. Под землей и в темноте. Ты готов?

Тобиас подумал и ответил:

– Если выбирать между этим и необходимостью провести в городе еще одну ночь, я все-таки предпочту поплыть.

– Тогда идем.

Они повернули обратно, и тут Мэтт внезапно остановился возле каменного крыльца. Ступеньки вели к стеклянной двери; рядом ней лежала синяя униформа полицейского, в свете фонарика блеснул значок. Мэтт наклонился. Здесь дежурил полицейский, от которого остался только ворох одежды. Кобура тоже исчезла, однако куртка и бронежилет уцелели. Мэтт поднял бронежилет и надел его поверх свитера.

– Это кевлар. Лучше, чем доспехи! – радостно сказал мальчик.

Он увидел, что Тобиас, не отрываясь, смотрит на кучу одежды. Мэтт положил руку на плечо друга.

– Попробуй не думать об этом, – посоветовал он. – Это сложно, но так надо, иначе мы не выберемся отсюда.

Тобиас тяжело вздохнул, и они отправились в магазин. Там они разыскали надувную лодку с автоматическим поддувом и три весла: Мэтт настоял, что лучше взять все – вдруг одно потеряется.

Вернувшись ко входу в тоннель, они развязали ремешки, и Тобиас быстро прочитал инструкцию, как накачать лодку. Он выдернул чеку патрона, и в течение пятнадцати секунд лодка была готова.

– Как спасательный плот на самолете, – сравнил мальчик.

Положив сумки и забравшись внутрь, никем не замеченные, друзья взяли весла и приготовились плыть. Мэтт ощущал в сердце покалывание – он покидал свой родной город, оставлял позади квартиру. Родителей. Что с ними стало? Ни малейшей уверенности, что когда-нибудь он сможет это узнать, увидеть их вновь, увидеть живыми. Увидеть всех, кого они с Тобиасом знали до того, как начался весь этот кошмар. Он, конечно, посоветовал другу ни о чем подобном не думать, но было видно, что оба сейчас поддались отчаянию и страху, и казалось, что малейшая неожиданность позволит этим чувствам взять над ними верх.

Мэтт отвлекся от грустных мыслей, увидев, как Тобиас прилепил фонарь скотчем к носу лодки.

– А я еще был против того, чтобы ты брал скотч, – вспомнил Мэтт.

Тобиас нажал кнопку на фонарике, и луч света озарил темную воду. Они были готовы, каждый на своем месте, весла в руках.

Друзья прикинули, что глубина воды достигает двух с половиной метров. С потолка падали частые капли, почти струйки воды, вызывая беспокойство Мэтта и Тобиаса.

Через полчаса они уже оказались под Гудзоном, вода просачивалась в тоннель все интенсивнее. Не рухнет ли потолок? Не сговариваясь, оба приятеля стали грести сильнее, руки онемели, плечи болели.

Мэтт вдруг увидел, как из-под воды вылетели пузыри – сначала крошечные, поэтому он не сразу обратил на них внимание, затем другие, размером с пиццу, и он уже не мог их не заметить.

– Видал? – тихо спросил он.

– Да. Как будто они нас преследуют.

– Они прямо под нами и не пускают нас вперед ни на метр.

– Я больше не смогу грести с прежней силой, у меня все болит.

Поскольку беда не приходит одна – начал гаснуть фонарик на носу. Тобиас постучал по нему веслом, но тот, замигав, погас совсем. Мэтт услышал, как Тобиас отдирает скотч, затем щелкает выключателем – напрасно.

– Хьюстон, у нас проблемы, – без малейшего оттенка иронии произнес Тобиас, и в его голосе чувствовался страх.

Мэтт вытащил свой фонарь и попытался включить. Не работает.

На поверхность воды всплывали многочисленные пузыри; булькая, они лопались. Мэтт пошарил вокруг и наткнулся на светящуюся трубку. Он разломил ее пополам, и зеленый свет озарил лодку, упершуюся во влажную стену.

Увидев новый источник света, Тобиас вздохнул с облегчением.

– А я уж подумал, что мы превратились в проклятых кротов, – выдохнул он.

Мэтт наклонился и стал разглядывать пузыри, казалось образовавшие вокруг лодки замкнутый круг.

– Они нас окружают, – произнес он.

Вдруг что-то ткнулось в дно, вещи подпрыгнули, и вновь все стихло. Мальчики вцепились в весла. Они напряженно смотрели на зеленое свечение, а потом, не сговариваясь, принялись грести. Тоннель казался бесконечным, плечи и руки пылали. Вода заходила ходуном, но Мэтту никак не удавалось понять, что вызвало бесчисленные водовороты вокруг. Мэтт представил себе огромного червя и скорее почувствовал, чем понял, что был прав. Потом он увидел его. Странное существо, помесь червя с угрем в несколько метров длиной, плавало рядом, как изголодавшийся хищник, зажимающий в угол добычу.

Вдруг вдалеке на темном фоне появилось бледное пятно.

– Выход! – завопил Тобиас.

Пот катился градом, мальчики из последних сил напрягали мышцы.

Угорь ударил в дно, на сей раз сильнее, отбросив лодку к стене. От столкновения Тобиас опрокинулся назад, но, к счастью, свалился внутрь лодки.

– Быстрее! – закричал Мэтт, поймав выпущенное другом весло. – Эта штука становится агрессивнее!

С удвоенной энергией и перекошенными лицами они налегли на весла; пальцы побелели… выход был все ближе. Вода вокруг бурлила, угорь еще дважды выпрыгнул на поверхность, стараясь достать лодку. Мэтт боялся укусов, он почти чувствовал, как полная острых зубов пасть норовит схватить их и утащить в чернеющую воду.

Тоннель приближался к концу, делая небольшой поворот, где разбивались волны.

Еще двадцать метров.

Неожиданно лодка содрогнулась от очередного удара, и Мэтт едва не вылетел за борт. Угорь вновь прошел под лодкой. Край лодки задрался, и мальчики только чудом не перевернулись. В течение секунды они старались удержать равновесие; потом Мэтт бросил весло и рванулся на поднявшийся край. Лодка пришла в горизонтальное положение и хлопнула днищем по воде, лицо Мэтта оказалось в десяти сантиметрах от очередного водоворота. Он почувствовал, как по пальцам скользнула чешуя, и вздрогнул. От соприкосновения с телом Мэтта угорь тоже затрясся, и Мэтт догадался, что тот сейчас развернется. Чтобы разинуть пасть. И вцепиться! Он напряг мышцы и резко дернулся назад в тот момент, когда холодное тело вновь коснулось его ладоней.

Тобиас отчаянно работал веслом.

До выхода оставалось совсем чуть-чуть.

Неожиданно вода успокоилась. Пузыри и угрожающие воронки вокруг пропали. Угорь уплыл.

Лодка ткнулась в асфальт. Тяжело дыша, Тобиас спрыгнул на землю. Он протянул руку товарищу, помогая ему выбраться; подхватив сумки, ребята поспешили прочь.

Мальчики вышли из тоннеля, освещая дорогу неоновыми трубками. Пока они находились под землей, стало светать, но солнца не было видно, вокруг висел плотный туман, скрывавший все. Тем не менее Мэтт и Тобиас поняли, что здесь все иначе. Мэтт помнил, что тоннель Линкольна выходит из-под земли возле гигантской автомобильной эстакады и нескольких зданий; раньше здесь не было никаких растений. Теперь же они услышали шум ветра в густой листве.

Едва мальчики вышли из тоннеля, как подошвы заскрипели о корни и выстилавшую дорогу листву. Через десяток шагов асфальт полностью исчез, скрытый ковром из лиан и плющей.

– Здесь тоже что-то случилось. Что-то другое, – мрачно произнес Мэтт. – Я уже совсем ничего не понимаю.