Текст книги "Присвоенная"
![](/books_files/covers/thumbs_240/prisvoennaya-107408.jpg)
Автор книги: Марина Багирова
Жанр: Книги про вампиров, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Естественно, происходящее не смогло укрыться от наблюдательной Мойры.
– Ты не боишься, Диана, что я догадываюсь кое о чем?
На мгновение, впервые в ее присутствии, мне стало по-настоящему страшно!
Но стоило взглянуть в ее понимающие глаза, и страх отступил.
– Знаешь, Мойра, я не могу тебя бояться, потому что люблю. Только с тобой я бываю настоящей: не таюсь, не играю. И не зря, ведь никто другой и не заметил моего состояния – ты одна! – улыбнулась я, покачивая головой. Она не выдаст меня, я знала.
И тогда всесильная вечная Мойра по-детски обхватила меня и зарылась лицом в мои волосы. Счастливый вздох вырвался из ее груди. Как же я буду дальше без нее?
– Я бы хотела, чтобы мы никогда не разлучались… – прошептали мои губы беззвучно. Она тут же заглянула мне в глаза.
– Правда? – спросил срывающийся тоненький девчоночий голосок.
– Да, – ответила я ей. Как всегда, искренне.
***
Я ждала приезда Кристофа, и снова, как и в моей почти позабытой прошлой жизни, его приезд должен был изменить все.
Когда я покидала дом родителей, стояла осень – пора, точно соответствовавшая моему подавленному настроению. Сейчас же я мучилась, глядя, как вокруг бушует весна! Сам воздух был напоен ароматом свободы и возможностями, которых я была лишена. И я чувствовала себя птицей перед отлетом домой – неудержимой!
Наверное, меня прошлой никогда и не было, не существовало наивной юной девушки, уверенной, что не может быть ничего хуже тех идиотских ситуаций, в которые она постоянно влипала. Жизнь в роскоши виделась далеким детским сном. За это время я настолько изменилась, что теперь казалась себе совершенно другим человеком. И сама не знала, хорошо это или плохо…
Мои перелетные мысли прервал визг тормозов – Кристоф остановил машину у самых моих ног. Мне хотелось сесть сзади, но он открыл переднюю дверцу и указал глазами на место рядом с собой. Я послушно села.
Недолго же ему осталось указывать мне, что делать! Губы сами растянулись в усмешке…
Он внимательно посмотрел на меня, но я уже справилась с неуместным злорадством и теперь ощупывала маленькую полупустую сумочку, будто проверяя, все ли на месте. На месте было все: деньги, новые документы и препарат Кайла во флаконе из-под духов, герметично упакованные и обработанные, чтобы Кристоф ничего не учуял, и куча ненужной позвякивающей мелочи для маскировки.
…Кристоф сбросил скорость. Я сразу узнала солидные очертания дома родителей, просторный подъездной двор и огромный сад, издалека извещавшие посетителей о статусе владельцев данного великолепия.
Наверное, я, проведшая столько лет в этом доме и саду, должна была бы расплакаться, но наполнявшая меня холодная целеустремленность не позволяла отвлекаться на сантименты.
Я чувствовала: сегодня все изменится.
Машина остановилась, не заезжая во двор, и Кристоф резко повернулся ко мне. Его острый взгляд пытался пробить мою сосредоточенность.
– Я знаю, ты что-то задумала, Диана, и потому хочу еще раз предупредить, напомнить, если ты забыла: от нас не убежишь. Но главное, ты никогда не сможешь убежать от меня! Я буду все время рядом, начеку. Даю тебе ровно один час. Ни минутой больше. И если ты даже просто выйдешь за пределы своего дома, я расценю это как попытку к бегству! Обещаю, ты очень сильно пожалеешь. Поняла?
– Это не мой дом, – ответила я, уверенная, как никогда, что сегодня либо освобожусь, либо умру!..
Я ждала, пока он отъедет, не отводя от меня цепких глаз, и только потом повернулась и посмотрела на дом, в котором прожила восемнадцать лет и была так несчастна.
Здравствуй, милая тюрьма! Здравствуйте, непокорность и своенравие!
Я соскучилась.
***
Удивленные взгляды прислуги сопровождали каждый мой шаг. Наверняка сейчас на их глазах рушилась легенда моего отъезда. Несмотря на то, что прислуга в родительском доме менялась непривычно часто, чтобы скрыть происходящее со мной, конечно же, утаить все было невозможно. Из уст в уста шепотом передавалась пугающая история о странном мужчине, посещавшем хозяйскую дочь из года в год…
– Диана, Дианочка! – срывающийся крик моей матери заполнил холл. Она бежала вниз по лестнице, ее рука судорожно цеплялась за перила, как если бы мать не была уверена в своих ногах. Мое имя звучало совершенно иначе, чем раньше.
Она схватила меня и крепко сжала в объятиях, чего не делала никогда в жизни. Слезы заливали лицо «безразличной ко мне» женщины.
Неожиданно я поняла, что рада ее видеть, и улыбнулась.
– Мои молитвы услышаны – ты жива! Доченька, родная, прости нас!..
В дверях в нерешительности застыл отец. Он был бледен, и я увидела, насколько он постарел: когда-то густые темные волосы поредели наполовину, и их настоящий цвет растворился в седине, яркие глаза выцвели, а у рта залегли горькие складки. В его облике ничего не осталось от былой властности. Передо мной стоял старик, переживший самое страшное горе – смерть любимого ребенка. Мою смерть.
Впустили ли они любовь в свои сердца только после того, как потеряли меня? Или же это я была слепа раньше?
Увы, сейчас у меня не хватало времени на размышления. Поэтому я просто подошла к нему и позволила себя обнять, и мы долго стояли молча, без слез, без оправданий…
– У меня всего час, – сказала я, прикладывая палец к губам в знак молчания, и на бумаге, лежавшей на столе, в то же время написала: «На самом деле всего 10 минут, потом я должна остаться одна, и никто не должен подходить ко мне, затем я уйду через черный ход. Папа, мне нужны деньги, пожалуйста. И ключ от машины для прислуги. Уничтожь эту записку немедленно».
Его долгий пристальный взгляд не оставлял сомнений в том, что он все понял. Безусловно, помощь мне была огромным риском. Но, переглянувшись с матерью, отец кивнул и сказал вслух:
– Так мало времени…
– Хорошо, что оно у нас вообще есть, – ответила я с горькой улыбкой.
Он снова кивнул и вышел.
Мы с мамой стояли, обнявшись. Сотни вопросов, которые она хотела бы задать, остались навсегда в глубине ее глаз, она лишь гладила мое лицо, волосы, руки, впитывая изменившуюся внешность собственной дочери.
Отец вернулся через пару минут с небольшим свертком в руках – деньги, тщательно упакованные в герметичный пакет. Папа явно знал больше, чем я могла бы подумать!
– Я хочу подняться в свою комнату. – Уже не оставалось даже лишней минуты.
– Конечно, доченька, – проговорила мама со слезами в голосе, снова крепко меня обняла и, с трудом оторвавшись, передала меня отцу.
«Удачи!» – беззвучно проговорили его губы.
Я, кивнув на прощание, почти бегом отправилась в комнату, где прошло мое детство. Едва закрыв за собой дверь, вытащила свои «духи» и опрыскала лицо, волосы, одежду – всю себя в избытке. Сейчас был именно тот случай, когда экономия себя не оправдывала.
В ожидании, пока подействует препарат, я обвела глазами комнату.
Все было так, как будто я ушла только вчера. Мои любимые куклы сидели на тех же высоких полках. Школьные принадлежности занимали полстола привычными ровными стопками. Шкатулки с драгоценностями толпились возле зеркала, как и всегда… Я вспомнила, как скучала по ним, и улыбнулась – таким глупым ребячеством показалось это теперь. Сегодня весь мой багаж составляла одежда, что была на мне, и деньги, которыми меня снабдили отец и Кайл. Но несмотря на то, что тугие пачки купюр занимали полсумки, я, знакомая с катастрофическими потерями, собиралась найти работу как можно быстрее. А ее я уже не боялась! Время, проведенное в доме Кристофа, начисто выбило из меня гонор избалованной девчонки, и теперь я знала, что смогу выжить где угодно…
Оставалось лишь одно. Я взяла из стола лист в клеточку и размашисто написала посредине:
«Если разыщешь – это судьба, а если нет – я свободна. И, пожалуйста, не мсти родителям, они непричастны к моему побегу».
Хотелось верить, что моя безумная затея на них не отразится.
Я вышла из своей комнаты, не оглядываясь. Без сожалений оставляя прошлое позади. На пути до черного хода мне никто не встретился, и, легко улыбнувшись, я выскользнула за дверь…
Наверное, было бы здорово проехать рядом с Кристофом, помахав ему на прощание. Но я не хотела дразнить своенравную судьбу и, покинув родительское поместье через задние ворота, стала постепенно набирать скорость на узкой лесной дороге.
Погони не было, я знала это, даже не глядя в зеркало. Каждый последующий вдох был свободнее предыдущего, и очень скоро я опьянела от эйфории.
Мне не хотелось предполагать, что будет, если он все-таки отыщет меня. Лишь сумасшедшая стала бы думать о таком. А я не была сумасшедшей – только самой обычной мятежницей…
Часть вторая
Когда-то я была уверена, что нельзя назвать жизнью существование, насквозь пропитанное страхом. Но порой обстоятельства заставляют нас кардинально поменять взгляды. Уже долгое время моя жизнь была именно такой: страх стал моим постоянным спутником. Я боялась заснуть, потому что тогда становилась совершенно беззащитной. Боялась проснуться и снова обнаружить рядом его… Я все время боялась…
Но тем не менее я жила. Жила в страхе уже больше двух лет. Хотя нет, я жила так всегда…
***
– Девушка, вы уже выбрали?
Пухленькая продавщица выразительно смотрела на меня. Я была ее последним покупателем, и она явно торопилась отделаться побыстрее, чтобы раньше уйти домой.
– Еще пару минут, – я указала взглядом на часы, висевшие над входом – до закрытия оставалась еще уйма времени. Женщина обреченно вздохнула и взяла в руки книгу – любовный роман: страстно целующаяся пара на потертой обложке не оставляла альтернативы.
По большому счету, мне было безразлично, что она думала о «назойливой» покупательнице или как воспринимала мой меланхоличный взгляд. Просто я очень любила это место, маленький книжный магазинчик со старыми библиотечными стеллажами, в чаще которых мне всегда удавалось спрятаться от беспощадной реальности…
Но не сегодня.
К счастью, книга продавщице попалась увлекательная, и она не видела, как я застыла с журналом в руках не в силах отвести глаз. И даже перестала дышать.
С глянцевой обложки, сверкая своими опасными зубами, мне улыбался Кристоф. «Личность года», – возвещала стильная подпись. Дорогая бумага, высококачественная печать, ну конечно… «Читайте эксклюзивное интервью на странице…» В его взгляде сквозили демократичность и благодушие, скрывавшие непроницаемым занавесом современного рабовладельца, жестокого тирана, убийцу.
За прошедшие два года я, наверное, должна была бы освободиться от его власти надо мной, но стоило увидеть это лицо, и все тщательно спрятанные от себя самой воспоминания хлынули неудержимым потоком, сбивая с ног…
Моя боль, смертельная усталость, ненависть к нему, отвращение, вымученная покорность, беспокойство о Кайле, родителях, тревога о Мойре – все смешалось в гремучий коктейль, приправленный любимой специей – страхом. Моя бесценная кровь бешено понеслась по венам, вскипая от почти забытых эмоций!
– Девушка, мы закрываемся! – раздраженный голос продавщицы раздался прямо над ухом. – Выбрали что-нибудь или нет?
Как в тумане, я расплатилась и вышла на улицу, запоздало обнаружив, что вместо книги, за которой пришла, взяла только злосчастный журнал. Моим первым порывом было вышвырнуть его к чертовой матери, но победила трезвая осторожность: про врага надо знать как можно больше.
И весь вечер вместо уютного чтения перед сном в постели я просидела за столом, прямая, как палка, не в силах встать и прекратить, наконец, перечитывать это дурацкое интервью и сверлить взглядом фотографию Кристофа.
Как и следовало ожидать, всю ночь меня душили кошмары.
***
Маленький серый городок в соседней стране, где я укрылась от прошлого, прекрасно обходился без бешеного темпа мегаполисов. Туда не дотянулись широкие дороги и огромные магазины, машины проезжали лишь изредка, и шум на улицах по большей части создавали птицы. Местные жители знали друг друга по имени и никогда никуда не спешили. Обилие зелени и убаюкивающая тишина окутывали городок.
Все это настолько резко контрастировало с моей прежней жизнью, с нечеловеческими, безумными переживаниями последних месяцев, что первое время у меня было состояние, близкое к летаргическому сну, – пару недель я провела в местном отеле, почти не выходя из номера.
Когда же оцепенение отступило, я купила крохотный домик и машину, подержанную, но в хорошем состоянии, потратив гораздо меньше денег, чем ожидала. Грязь и запустение в доме окончательно вернули меня на землю, и, приводя все в порядок, я уже строила планы по покупке самого необходимого…
Чужая речь могла бы стать проблемой для кого-то другого, но в нашей состоятельной семье знание нескольких иностранных языков прививалось с раннего детства, да и культурных отличий было не так много. Все это дало мне возможность быстро адаптироваться.
Благодаря новым документам, я устроилась работать в местную школу учительницей младших классов. К счастью, здесь остро стояла проблема с кадрами (кому хотелось жить в такой дыре?), поэтому на мой юный возраст и отсутствие опыта просто закрыли глаза.
Детей в городе было немного, и, к своему удивлению, я обнаружила, что у меня получается с ними ладить, да и объяснение простых вещей оказалось не таким утомительным, как я опасалась. Жизнь на новом месте постепенно налаживалась…
Главной и неожиданной проблемой в первые месяцы стал избыток свободного времени: к двум часам я уже была дома и не представляла, чем занять себя до вечера. Но в моем захолустном городке обнаружился неплохой книжный магазинчик, и очень скоро я поняла, почему многие люди находят удовольствие в чтении, занятии, казавшемся мне раньше непередаваемо скучным.
Главной же радостью был дом, мой дом. Сначала я даже не осознавала важности этого факта – что у меня появилось место, где все решала я сама. Никогда прежде его не имевшая, сейчас я начинала улыбаться и напевать, стоило лишь закрыть входную дверь, оставляя весь мир снаружи!..
Да, теперь у меня был мой дом на холме, книги, мой любимый кофе, за которым приходилось ездить в соседний городок, деревянная кружка, купленная на местной выставке народных промыслов и удачно прижившаяся на кухне. Была теплая постель у окна, на которой я сидела вечерами и в темноте наблюдала за звездами, думая о бесшабашной девушке, которой я была так недавно… И так давно.
Иногда я вспоминала того, от кого пряталась в тусклом городишке. Рядом с ним мне часто виделась не способная отвести влюбленных глаз жертва с букетом мертвых красных роз в руках. Холодное равнодушие, отдаленность в его глазах, без сомнения, были причиной мучений всю ее недолгую жизнь…
Сон умело обходил барьеры, которые я возвела вокруг болезненных воспоминаний, и стоило подумать, что новая жизнь заполнила меня всю, как ночью приходил Кайл. Иногда мне снилось, что мы занимаемся любовью, я ощущала его вкус и запах, будто наяву, слышала его страстный шепот: «Диана, любимая…», и весь мир взрывался моим удовольствием!.. А иногда он искал меня здесь, в доме, отчаяние искажало черты дорогого лица, и его горестный крик «Диана, любимая!..» заставлял быстрее пульсировать от боли мое сердце. Я, преодолевая сопротивление сна, бежала к нему, чтобы заключить в объятия одну пустоту… И утром открыть глаза на мокрой подушке.
Он так и не нашел меня. Ни во сне, ни в жизни.
Два года – ничтожный срок для такой задачи, уговаривала я себя, ведь проще найти иголку в стоге сена, чем человека в мире, когда не знаешь, где искать. Жалкий самообман! В глубине души я прекрасно понимала, что дело в ином: приложив все усилия, чтобы помочь мне спастись, он не сумел избежать мести, которую гарантировал ему черный взгляд Кристофа. Там, внутри, где невозможно отвернуться от правды, я знала, что никогда больше не увижу Кайла, не расслаблюсь под его защитой, не согреюсь в его тепле.
И он снился мне все реже…
Я сделала все так, как было нужно: проводила дни, недели, месяцы незаметно, в серой провинции, ни с кем не сближаясь, не делясь глупыми откровениями, тихо. Очень тихо.
И тем не менее я совершила одну непростительную ошибку. Я подумала, что он никогда меня не найдет.
***
Все началось в обычный летний день, когда Наташа, ведущая класс, параллельный моему, заглянула ко мне на чай и предложила съездить с ней на концерт в соседний город. Ее широкое лицо с милыми веснушками и чуть великоватым ртом резко контрастировало с холеным обликом моей сестры, ее тезки, стоявшим сейчас перед моим мысленным взором. Не то чтобы Наташа-учительница была чем-то хуже Наташи Снеговой, нет, просто она была такая обыкновенная. «Обыкновенная – значит, безопасная», – рассудила я и согласилась подвезти ее на машине.
Вечером, выбирая одежду для поездки, я разглядывала свое отражение и радовалась: как здорово смотрится мой лучший наряд – расшитый корсет, гармонирующие с ним бриджи и элегантные босоножки на высоком каблуке, пока не поймала свой собственный взгляд.
«Зачем? Зачем наряжаться, если обречена на одиночество?» – спросила я без улыбки легкомысленную покорительницу сердец.
«Затем, что ты еще жива!» – насмешливо показав язык, ответила мне девушка в зеркале.
Рано утром меня разбудил противный дребезжащий звук – стекло входной двери было плохо закреплено, а Наташа не сдерживала своей кипучей натуры и изо всех сил ломилась в мою старенькую дверь. Глянув на часы, я застонала: было чуть больше шести. Полусонная и злая, я побрела открывать. Дверь еще не отворилась до конца, как Наташа прошмыгнула мимо меня прямиком на кухню – мою кухню!
– Извини, но что ты здесь делаешь в такую рань? – настроение у меня было неважное.
– Как что? А поездка? – Ее глаза наивно округлились.
Связалась же я с ней на свою голову, теперь проблем не оберусь!
– Дура ты, Наташка! Крыша поехала? Какая поездка в шесть часов утра?! До твоего концерта еще полдня!
Но незатейливая Наташа, махнув на меня рукой, уже ставила кофе. М-да, выбора не было… И я поплелась умываться и одеваться.
Скоро, слегка перекусив, мы садились в машину.
Нельзя сказать, что поездка была приятной. Я много раз успела пожалеть о своем согласии. Вначале Наташа неумолимо долго рассказывала о своем слабо запоминающемся хобби, потом о глупом племяннике, который обожал шокировать взрослых, поедая насекомых. Но ничто не вечно – она, наконец, вырубилась, и наступила благодатная тишина.
«В будущем подумай семь раз, – поучала я себя, – нет, еще лучше десять раз! – как минимум, прежде чем на что-либо соглашаться».
Естественно, это было глупо. Мне не стоило покидать свое убежище! Вне его я чувствовала себя голой.
Самобичевание продолжалось долго. Но за окном бескрайней чередой мелькали деревья, дорога монотонно ложилась под колеса, и постепенно я расслабилась…
Город, в котором проходил злополучный концерт, отдаленно напоминал мегаполис, возле которого жили мои родители, и не имел ничего общего с сонным царством, где я обитала сейчас. Бурлящая вокруг активность застала меня врасплох. Движение на дорогах потребовало максимальной концентрации внимания…
Оставив машину на удобной нам стоянке, мы нашли кафе, где и провели целых два часа до начала концерта. И было бы хорошо, если бы сам концерт оказался стоящим потраченного времени. Но, увы, и он был под стать этой идиотской поездке!
В завершение такого «чудесного» дня ошалевшая от возможностей большого города Наташка подцепила какого-то подозрительного парня, который потащил ее на свидание, и мне пришлось ждать окончания их приключений, чтобы отвезти ее домой – к сожалению, без меня она никак не могла добраться…
Сидеть истуканом в машине не хотелось, и я решила прогуляться по городу.
Казалось бы, окруженная знакомыми с детства звуками и запахами, я должна была почувствовать себя хорошо. Но ни мелькание вечерних огней, ни магазины, в которые я праздно заглядывала, не приносили мне радости. Я стала совсем другой, и я «другая» искала тишины и покоя…
Возле парка работал маленький ресторанчик – белели столики, выставленные прямо на лужайку. Я решила: вот хорошее место, где можно скоротать время, – высокие деревья отделяли кулисой уютный уголок от шумного города. На каждом столике стояла свеча в стеклянном сосуде, и танцующие огоньки освещали влюбленную пару, сидевшую в отдалении, делая их лица немного потусторонними – так, наверное, и должна выглядеть истинная любовь.
Я села за крайний столик и заказала чашку горячего шоколада. В ожидании я скользила взглядом по прохожим, пытаясь прочесть их переживания. Грусть, одиночество, радость, злость, лукавство – все можно встретить в нашем мире. Эта простая мысль дарила надежду, что у меня получится затеряться в океане страстей, бушующем вокруг, что Кристоф не будет помнить обо мне вечно, и пусть не скоро, когда-нибудь в старости, но наступит день, когда я смогу наконец вернуться домой. Вот только зачем? Разве меня там кто-нибудь ждет?..
– Вам грустно? – в голосе не было и намека на флирт. За мой столик, не спросив разрешения, подсел мужчина лет тридцати с темными вьющимися волосами и аккуратной ухоженной щетиной. Что-то в нем показалось мне знакомым. Я взглянула ему в глаза…
– Иди за мной!
И я пошла. Он вел меня за руку, а я смотрела и не могла отвести глаз от его прекрасного лица. Я чувствовала, как радостная улыбка сияет на моих губах. Это был момент совершенного счастья, эйфории!.. Мы отошли всего на пару шагов, а могли бы идти вечно – мне не было ни капельки страшно! Я доверяла ему полностью. «Остановись! – крик разума разорвал тишину транса. – Остановись, тебя ждет смерть!»
– Стой… – неуверенно произнесла я, все еще улыбаясь, как умалишенная. – Стой. Постой же!
Незнакомец казался потрясенным. До этого он едва сжимал мою руку, но тут я ощутила настолько дикую боль, что задалась вопросом, целы ли мои кости.
– Противишься? – удивленно спросил он и тем же мягким гипнотическим тоном, что и раньше, повторил: – Иди за мной!
Но моя воля уже превозмогла силу его приказа, и я стала вырываться! Впрочем, безуспешно – его холодные руки были железными оковами.
Внезапно я поняла… и затряслась от смеха! Он смотрел на меня, явно не веря своим глазам. А я уже хохотала во весь голос: только я, впервые за два года высунув нос из своей норы, могла вляпаться в это! На нас оглядывались посетители ресторана и прохожие: в мой смех вползали истерические нотки. Интересно, что делать, если у него от моей нестандартной реакции случится нервный срыв? Хлопать по щекам? Давать нашатырь?
Это было безумно смешно и… безумно страшно!
Мной вдруг овладела какая-то нездоровая бесшабашность, и я, все еще нервно посмеиваясь, сказала ему строго, как нашкодившему мальчишке:
– Если не отпустишь, я закричу!
– Кричи, – его голос звучал уверенно, но взгляд был обескураженным.
Я широко улыбнулась и увидела, что он в конце концов пришел в себя – в глазах появилась злость.
– Ты не понимаешь, я заору, кто ты есть на самом деле. Конечно, мне вряд ли поверят, но внимание толпы это должно привлечь, согласен? – мой голос удивлял меня саму спокойствием и собранностью.
Незнакомец отпустил мою измученную руку.
«Ближайшую неделю придется носить блузку с длинными рукавами», – подумалось мне совсем некстати.
Но не было похоже, что он собирался отступать. Вне сомнений, он принадлежал к высшим, а у таких достаточно слуг для добычи еды. То, что он преследовал меня лично, говорило о том, что это – развлечение, удовольствие. Верилось с трудом, что он бросит охоту просто так.
– Кто ты такая?
Странно, но я сама затруднялась ответить на данный вопрос.
– Не знаю… Наверное, мертвая.
Шаг, другой, третий… Я отступала назад, пока он изучающе смотрел на меня. Влившись в людской поток, я выхватила из сумочки «духи», с которыми не расставалась ни на минуту. И затем долго кружила по городу, ныряя из толпы в транспорт и наоборот, не чувствуя времени, занемев от напряжения…
Когда же я решила, что он потерял мой след (если это было вообще возможно), и вернулась к машине, на стоянке меня ждала Наташка, немного навеселе, но очень довольная сегодняшним днем.
Не знаю как ей, но мне приключений хватило в избытке.
***
Страхи имеют свойство усиливаться, если о них напомнить.
После едва не ставшей фатальной поездки прошло больше месяца, начался новый учебный год. Я снова ходила к моим малышам, заполняя каждый день привычными делами: школа, дом, книги, звезды за окном – круг за кругом… Но все было уже по-другому. Мой недавно созданный мир покоя начал рушиться…
На первый взгляд, особо бояться не стоило. Элементарная логика подсказывала, что если бы этот любитель острых охотничьих ощущений не потерял мой след, я сейчас была бы мертва. С другой стороны, будь он ищейкой, тот, кто спустил его с поводка, давно бы вернул меня в ненавистную тюрьму своего дома.
Но все равно я стала хуже спать. Приступы бессонницы, полной пугающих размышлений, сменялись сном лишь затем, чтобы измучить меня кошмарами. Любимые вещи и занятия перестали приносить удовольствие.
С каждым днем нить тревожного ожидания натягивалась все туже…
Я шла на работу с чувством недостатка сна, ставшим теперь привычным. За последние дни мысль о том, что надо было покупать дом, расположенный не столь уединенно, успела порядком мне надоесть. Как будто это могло что-то изменить!
Но в состоянии постоянной усталости не так просто себя контролировать. И всю дорогу казалось, что по мне ползает какое-то насекомое – я ощущала его назойливое щекотание на шее, на щеке, за ухом, в конце концов мне показалось, что оно ползет в вырез блузки. Я извелась, безуспешно пытаясь его стряхнуть! Кроме того, меня раздражала сама улица, и я шла, беспрестанно оглядываясь по сторонам, как шпион-любитель из бездарного фильма. Наверное, это выглядело на редкость глупо, потому что идущий навстречу мужчина в светлом плаще усмехнулся. В довершение паранойи этот человек показался мне смутно знакомым, но его лицо скрывала шляпа, и не было никакой возможности разглядеть что-либо, кроме его пугающей плотоядной улыбки. Но такую улыбку я часто видела на обращенных ко мне лицах местных мужчин и потому лишь разозлилась на себя за потакание страхам.
Зайдя в школу, я не сразу поняла причину оживления, царившего возле моего кабинета. Девочки перешептывались между собой, улыбаясь и посматривая в мою сторону. Из соседнего класса высунулась пожилая учительница и впилась в меня острым взглядом. Да что с ними всеми такое?!
Рванув на себя дверь кабинета, я застыла не в силах сделать и шагу – мой стол занимал огромный букет. Букет из красных роз. Длинные колючие стебли держали огромные полураскрытые бутоны цвета венозной крови. Они были так нереально свежи, что казались неживыми. И хотя я знала, что такие цветы никогда не пахнут, кладбищенский аромат увядания заполнил мои легкие…
– Дианочка, смотри, какие красивые цветы! – восхищенно запричитала Наташа откуда-то сзади и протолкнулась мимо в класс, но, глянув на меня, тут же совсем другим голосом спросила: – Тебе плохо, что ли?.. Люди, люди! Воды! Ей плохо!
Ее лицо, беззвучно что-то крича, приближалось ко мне, пока не исчезло в темноте…
Я пришла в себя в медпункте. Из-за бледного вида медсестра предложила отправить меня в больницу, но я отмахнулась. Как будто это могло помочь! Как будто вообще что-то могло теперь помочь!!!
Рабочий день прошел, как в тумане, и я почти ничего не замечала вокруг. Наташа забрала проклятый букет из кабинета по моей просьбе, я наплела ей что-то невразумительное про сильную аллергию на розы и назойливого поклонника. Насколько достоверно все это звучало, меня не заботило.
Глупо оттягивать неизбежное. Поэтому после окончания уроков я собрала вещи и пошла домой.
По дороге я думала о том, что каждый шаг приближает меня к смерти. В том, что Кристоф ждет меня дома, сомнений не было. Вопрос лишь в том, нужна ли я еще Мойре. Мне вспомнился заброшенный с виду завод, внутри обросший современной техникой…
Подойдя к дому, я остановилась на крыльце, глубоко вдохнула и решительно открыла дверь. Стекло громко задребезжало, посылая заунывный звук внутрь дома.
– Я знаю, ты здесь. Нечего прятаться, – мой негромкий голос звучал твердо. – Давай покончим с этим! Мне надоело тебя бояться.
Тишина. Густые тени пасмурного дня бродили в углах, и он мог укрыться в любой из них. Не слышно ни шороха, ни дыхания, но я чувствовала, что он здесь, хоть и не показывался мне на глаза. Убегать с криками о помощи не имело никакого смысла – не существовало места, где я могла бы укрыться от него, не было в мире человека, который мог бы меня защитить…
Поэтому, не дождавшись ответа, я прошла в кухню и… стала готовить обед.
Это был очень странный день. Я занималась обычными делами, не имевшими больше никакого значения, потому что они касались будущего, которого у меня не осталось: стирала одежду, проверяла тетради, поливала цветы… И все это, ощущая на себе его взгляд.
За день никто не произнес и слова.
С удивлением дожив до вечера, я легла спать и, закрыв глаза, решила помечтать перед сном. Я представила, что на этот букет месяц зарабатывал наш почтальон, пожилой мужчина, красневший при виде меня, как помидор. Или что на эти розы сбросились все мальчишки из старших классов, которые дрались за честь открыть мне дверь. Я представила, что никого чужого в моем доме нет, что я здесь одна, в безопасности… или в крайнем случае что я просто сошла с ума.
А утром я отправилась на работу. Мое тело выполняло все, что должно было делать, без консультации с рассудком. На взводе я ощущала его присутствие везде: в ванной утром, на улице рядом с собой, на перемене, стоя у окна, – за спиной…
День пролетел незаметно, и вот я уже возвращалась домой с соседской девочкой, которая иногда составляла мне компанию. Ее имя проскочило сквозь сито моей памяти сразу, как только она представилась, но это не мешало нам частенько оживленно разговаривать по дороге из школы. Вот и сегодня я надеялась, что милое лицо и звонкий голосок малышки помогут снизить напряжение безумной ситуации.
– А откуда вы приехали?
– Я жила в другой стране, в большом городе…
– А сюда приехали зачем?
«Зачем?» – шепнули кусты справа от меня. Я вздрогнула и против своей воли посмотрела в ту сторону.
– Вас кто-то обидел? – по-взрослому догадалась девятилетняя девчушка, и ее глаза зажглись огнем подлинного женского интереса. – Человек, которого вы любили?
– Не совсем так… Ты знаешь, что такое свобода?
Она не могла меня понять в силу своего возраста, но я хотела объясниться.
– Поверь, она крайне важна для любого человека! Например, когда ты дышишь, то этого не замечаешь, но стоит лишиться возможности вдохнуть, и ты поймешь: важнее ничего нет! Со свободой то же самое. Так вот, у меня ее не было. И я уехала, чтобы никто и никогда не приказывал мне, как жить.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?