Текст книги "Жара"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhara-215610.jpg)
Автор книги: Марина Кондрашова
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 5
Старая дружба не ржавеет
Между тем, Сергей Анатольевич, проводив Ивана, посчитал, что неплохо бы возобновить прежние знакомства. Поиски в мобильнике результатов не дали. Тогда он вынул из сейфа портфель, открыл кодовый замок и, запустив руку внутрь, извлек из потайного кармана крошечную записную книжечку в кожаном переплёте. Пока его пальцы рассеяно листали страницы, глаза внимательно разглядывали одному ему понятные сокращения. Наконец, нужная запись отыскалась и тот, взяв телефон, принялся набирать номер, периодически сверяясь с источником. Послышались гудки, и хорошо поставленное контральто доложило, что его слушает приёмная следственного комитета.
– Здравствуйте, – откашлявшись, начал абонент, – будьте добры, соедините меня с Олегом Семёновичем.
– Как вас представить?
– Скажите, что его беспокоит Чурилин, по личному вопросу.
– Оставайтесь на линии…
В трубке защёлкало, как при переключении коммутатора и тот же приятный голос произнёс: «Олег Семёнович сейчас не может уделить вам время, но готов перезвонить в течение часа по контактному телефону, который вы назовёте». «Ничего не меняется», – усмехнувшись, подумал Сергей и, сказав: «Пишите», развернул заранее приготовленную бумажку с номером «симки». Закончив диктовать, мужчина облокотился на подоконник и стал машинально провожать взглядом проезжающие мимо машины. Его мысли крутились вокруг слов секретарши. В течение часа… Хитрый лис наверняка роет базу данных, готовясь к разговору. Удача, если не забудет о нём. Хотя, вроде не должен. Когда-то ему довелось оказать, что называется, неоценимую услугу своему товарищу Олегу. В годы бурной студенческой бытности Сергей помог приятелю, запутавшемуся в отношениях с женским полом, выйти сухим из воды в довольно щекотливой ситуации. Он попросту «отмазал» его перед невестой, выдав себя за ухажера девицы, с которой дамский угодник явился на вечеринку. Будущая жена – умница, красавица, к тому же дочь влиятельного чиновника, похоже, поверила. Правда, после их свадьбы между друзьями пробежала чёрная кошка. Ещё бы! Кому захочется иметь рядом свидетеля «невинных» шалостей, учитывая, что ставки так высоки. Но, с другой стороны, уже будучи непосредственным начальником своего спасителя, Олег не раз намекал, что не склонен забывать добра.
Воспоминания разбередили старые раны, заставив их кровоточить вновь. Увольнение из органов с необоснованной формулировкой «по состоянию здоровья» произошло вскоре после известных событий с дочерью. Видимо, кому-то помешала его резистентность к гипнозу. Кто-то привык, чтобы внушаемые команды выполнялись беспрекословно, но это не про него. Что-что, а не поддаваться он умел. Спасибо, пенсию назначили, и верный долгу солдат проглотил эту горькую пилюлю, однако, долго горевать о преходящности сущего не собирался. Вынужденная праздность быстро приелась и, сколотив бригаду из приехавших на заработки гастарбайтеров, новоявленный предприниматель начал свою трудовую деятельность. Искал подряды на строительство некрупных объектов, хватался за любые предложения и дела мало-помалу пошли в гору. Зарегистрировал ИП, бухгалтерию вел аккуратно, заказы находил по рекомендации клиентов, постепенно расширяя их круг. С криминалом не связывался и вряд ли на него найдётся что-то, кроме того эпизода с Ингой. По этому поводу ему, собственно, и хотелось посоветоваться с бывшим однокашником и соратником по службе.
«Да, поддержка мне не помешает», – рассуждал Сергей Анатольевич, глядя из окна на летящий в небе самолёт. Как только серебристый фюзеляж скрылся в облаке, зазвенел телефон, но номер не определился.
– Слушаю, – ответил тот, напряженно прижимая трубку к уху.
– Это я тебя слушаю, – раздался голос из прошлого. – Говори, где встречаемся?
– Предлагаю на нашем старом месте.
– Решено, за тобой уже едут.
Написав записку Ивану о том, что вернётся поздно, он вышел на улицу. У подъезда действительно дожидался автомобиль, а сидящий за рулем человек в приоткрытое окно негромко назвал его по имени. Поехали с ветерком. Водитель, практически не пользуясь педалью тормоза, как-то умудрялся не нарушать правил дорожного движения. Перемещаясь таким манером, они незаметно достигли пункта назначения. Раньше это кафе было чрезвычайно популярно у молодёжи района. Свежий ремонт кардинально изменил исконный облик здания, хотя, кое-где сквозь толстый слой декоративной штукатурки нет-нет да и проступали следы утраченного колорита. Сюда стекались самые весёлые и самые бесшабашные представители студенческого сообщества. Воздух, насыщенный ароматом желаний и надежд, рождал ни с чем не сравнимую атмосферу непринуждённости и свободы. Особенно людно здесь бывало по окончании сессии. Эти стены слышали бесчисленное множество клятв в любви и верности. Где же теперь авторы этих обещаний? Судьба раскидала их по земле, словно ветер семена растений. Кто-то пророс ровным крепким деревом, кто-то – вьюном, нуждающимся в опоре; но любой, попадая туда, где прошли юные годы, становился хоть немного прежним.
В настоящий момент заведение позиционировало себя в качестве элитного клуба в охотничьем стиле. На потолке висели величественные люстры наподобие оленьих рогов, стены украшали чучела животных. Грандиозный камин, со стоящими на каменной столешнице фигурками уток и фазанов, довершал картину. Воспользовавшись тем, что народу было не густо, Сергей выбрал столик у огня и, провалившись в мягкое кожаное кресло, занялся его созерцанием. Высокие спинка и подлокотники изолировали от пространства зала, создавая чувство защищённости, и он, поддавшись расслабляющему влиянию обстановки, поначалу даже не узнал того, кого так ждал. Ни один мускул не дрогнул на волевом лице подошедшего к нему мужчины, когда их взгляды пересеклись. Безупречная выправка и прекрасно сшитый костюм формировали образ успешного, наделённого властью, человека; но при более пристальном изучении внятно проступили знакомые черты. Разделенные пробором волосы по-прежнему эффектно ниспадали на лоб русой волной, выигрышно подчёркивая индивидуальность и позволяя с честью отстаивать звание «любимца дам». А что до морщин, то сильный пол лишь выигрывает от их наличия.
– Ну ты красавец! – не сдержался Сергей. – Прям «Ален Делон не пьет одеколон».
Губы Олега дрогнули в попытке спрятать улыбку. Лёд в глазах, оттаяв, пошёл трещинками, и из них брызнула синева.
– Ладно, держи пять, – сказал тот, протянув руку для пожатия.
Официант принёс меню и оба, едва переглянувшись, пришли к консенсусу. Вскоре на столе стояло всё необходимое для тёплой встречи двух добрых товарищей. А то, что они ими остались, не подлежало сомнению. Талант дружить выпадает не всем, а в наш меркантильный век и подавно. Жаль, но условности иногда стоят превыше простых сердечных отношений, ведь никто не волен в своих поступках. По этой причине Вольский, прежде чем отпустить на волю эмоции, решил прозондировать почву и удостовериться в лояльности бывшего сослуживца. Кидая пробные камушки в омут чужой души, хитрый лис быстро сообразил: ему нечего бояться за свою репутацию и, осознав себя в полнейшей безопасности, предался беспечному отдыху в славной компании без оглядки на вероятные последствия. Впрочем, радоваться было рано. Не успел благородный напиток заполнить пузатые фужеры и прозвучать первый тост, как выяснилось, что поводом для встречи послужили весьма печальные события для Сергея Анатольевича и его семьи.
– Мне нужны исчерпывающие сведения о том происшествии с Ингой, из-за которого меня уволили, – махом выложил он. – Кто-то следит за ней, и я должен знать, кто конкретно.
– Хочешь, чтобы я разглашал секретную информацию? – спросил Олег Семенович, старательно рассматривая огонь в камине через стекла бокала. – А ты отдаёшь отчет, какими неприятными осложнениями чревато это для меня и моих близких?
– Ну, во-первых, подробности того дела были мне известны ещё до увольнения и таким образом секретом не являются, а во-вторых, я только хотел понять, не попало ли оно опять в разработку. Если да, то, какие фигуранты в нём задействованы. Вот, пожалуй, и всё, о чём я прошу на текущем этапе.
– Ну, спасибо, что только об этом. Подумаю, чем тут можно помочь, – обнадёжил Олег, одним глотком допивая коньяк, видимо, для удобства наблюдения за языками пламени.
– Думай живее, а то у меня дурные предчувствия.
Не прошло и часа, а ужин уже перешёл в формат «без галстуков», а затем и «без пиджаков». Количество посетителей в ресторане стремительно увеличивалось, но это обстоятельство не смогло разрушить единства родственных душ. Скоро обоим стало казаться, будто они и не уходили отсюда с той поры, как сдали экзамен по сопромату; словно ещё и не случилось ничего, единственно молодость и волнующее предвкушение грядущих приключений.
Раскрепостившегося Вольского потянуло на откровенность:
– Ты не представляешь, насколько тяжело мне приходится, – жаловался он, убирая со лба непокорную прядь длинными пальцами. – На службе я вечно имею за спиной тень своего тестя, а дома ловлю подозрительные взгляды жены. Иной раз мне кажется: даже моя секретарша шпионит за мной.
– Ты же знал, какая у неё семья. Приходится учитывать все плюсы и минусы. Ищи позитив, – увещевал Сергей. – Лично мне всегда импонировал добрый нрав и лёгкий характер твоей Натальи. Может, ты слишком нагнетаешь?
– Может – нагнетаю, может – не нагнетаю, – язык уже не слушался хозяина, но тот не сдавался, продолжая излияния. – Главное сейчас не это, а то, что я хочу доверить тебе одну тайну…
Сергей отважился заткнуть фонтан красноречия, попытавшись провозгласить тост. Но Олег, «раскусив» уловку, обиженно отвернулся к камину и, демонстрируя чеканный профиль, картинно замер в молчании.
– Не сердись, я и впрямь перебивал умышленно. Представил, как проснувшись назавтра, ты станешь сожалеть о сказанном в порыве вдохновения.
– Я никогда не говорю лишнего, – гордо выдал собеседник. – Собирался открыться другу, а тот отказывается выслушать.
Похоже, с алкоголем пора завязывать, – догадался Сергей и, рассчитывая завершить мероприятие без потерь, твёрдо потребовал закругляться. «Давай вызовем такси, – предложил он. – Первым закинем тебя, потом меня, а заодно я выражу почтение твоей супруге». При словах о супруге захмелевший соратник заметно подобрался и вопреки опасениям, тут же согласился. Правда, с апломбом заявил об ожидающей на улице машине. Водитель, манерой вождения напоминавший того, что привёз Сергея в ресторан, пулей доставил их к коттеджному поселку. Створки ворот приветливо раздвинулись перед капотом, и автомобиль въехал во двор. В открывшемся дверном проёме застеклённой террасы появился женский силуэт. Подсвеченная сзади причёска, походила на золотую корону, а царственная осанка внушала уважение. Оробевшие гуляки притихли, полностью попав под обаяние красоты. Первым опомнился Сергей. У него отпала охота оправдывать приятеля, хотя в уме уже созрела целая речь.
– Слушай, дружище, мне кажется, мой визит неуместен. Лучше перенесём его на более удобное время. Нет, если ты настаиваешь, то я готов.
– Ты прав! Проблема моя и я улажу её сам. Тебя отвезут, куда скажешь, а насчет Инги – не сомневайся, похлопочу.
На том и расстались, а вскоре Сергей Анатольевич уже подъезжал к дому детей. Спать не хотелось, и он вознамерился посидеть в скверике возле дома. Ночь, пронизанная несмолкающими звуками города и оранжевыми огнями фонарей, опьяняла пряными запахами увядания. Свидание со старым товарищем растревожило глубинные пласты памяти, подняв на поверхность позабытые подробности жизни. Настроение поразительно гармонировало с антуражем, будто нарочно выбранным для данного случая. Природа – величайший декоратор, в мгновение ока преображающий сцену действия до неузнаваемости. Ей легко накрыть землю белыми коврами или усыпать золотом листвы, скрыв всё неприглядное и уродливое под покровом прекрасного одеяния. Найдётся немало почитателей подобного рода натурального искусства среди признательных зрителей, и Сергей явно входил в их число. Его взгляд неторопливо скользил вдоль окон, изредка задерживаясь на кронах деревьев, озарённых отражённым светом.
Неожиданно из подъезда крадучись вышла стройная дама на высоченных каблуках. В её планы, очевидно, не входило привлекать к себе внимания, и ей бы это удалось, не обладай она столь яркой внешностью. Мужчина с любопытством наблюдал как грация, пробираясь между припаркованными автомобилями, то замирала пантерой перед прыжком, то, повернувшись боком извивалась змеёй. Так шаг за шагом таинственная незнакомка, судя по всему, достигла цели – оказалась у своей машины; но протянув руку к дверце, внезапно что-то почувствовала и вперилась глазами в темноту. Разобрать, кто скрывается в глубине сумрачной аллеи, та не могла, а вот Сергей однозначно угадал в ней давнюю приятельницу дочери Аллу Репнинскую. Чтобы не выдать себя, он прикрыл веки, сделав сознание «прозрачным». Точнее, попытался ни о чем не думать, но хитрость не сработала. Юркие мурашки побежали по позвоночнику и, опутав затылок, приподняли волосы у корней. Сейчас они накроют всю голову, и наступит конец.
С ним уже случалось такое. Принимая участие в спецоперации, ему пришлось много часов кряду отсиживаться в засаде в условиях тропического леса и понимание, что чужак контролирует волю сильно запоздало. Неспособность к молниеносной реакции чуть не сыграла роковую роль. Выручил напарник, открывший шквальный огонь по противнику, заметив, как на виду у всех молодой боец беспечно вышел из укрытия и медленно побрёл в сторону вражеской позиции. Тогда впервые и произошло его знакомство с манипулятором, едва не закончившееся трагедией. Это значительно позже, благодаря упорным тренировкам, разовьётся умение отвечать на вызовы врага до того, как тот поймёт, что рассекречен.
Страх быть обнаруженным помог воскресить навыки. Воспоминания об Алкиной нелюбви к собакам подвигли на эксперимент – создать в воображении облик бродячего пса, нашедшего приют в кустах. Он тщательно прорисовал каждую деталь: грязную всклокоченную шерсть, шрам на злобной морде и острые желтоватые зубы. Затем, установив визуальный контакт с объектом влияния, постарался создать иллюзию присутствия изображаемого зверя. Внушение шло тяжело, мешала какая-то защита, которая откидывала волны обратно к источнику, сбивая процесс. Но, так как посыл нёс исключительно информативную составляющую, то вреда не причинил. Отразился второй раз и, усилившись, наконец, пробил барьер. На лице женщины проступило отвращение, подтвердив правильность выбранной тактики. Сев в автомобиль, она резво уехала, оставив поле боя за победителем, который ещё с полчаса томился на скамейке, пока не убедился, что нежданная гостья не вернётся.
Квартира встретила тишиной. Иван, похоже, спал. В воздухе витал запах табака, смешанный с ментолом. В мусорном ведре между фантиками из-под конфет обнаружился окурок тонкой сигареты, испачканный в помаде. Отказываясь верить собственным глазам, Сергей Анатольевич лихорадочно искал объяснение происходящему безобразию, но кроме аморального поведения ничего не усмотрел. Факт измены был налицо, но мозг его отторгал, протестуя против очевидности обмана пульсирующими толчками. Только благими намерениями сыт не будешь. Вмешиваться в семейные отношения взрослых дочерей – дело неблагодарное и чрезвычайно энергоёмкое. Перевалило за полночь, и находить в себе силы реагировать адекватно становилось сложнее и сложнее. Обида, как известно, застит глаза, да и усталость брала своё, поэтому отложив на неопределённый срок нравственную дилемму под названием «Коммуникации полов в современном обществе», он отправился отдыхать. Наутро, обнаружив, что проспал уход Ивана, сварил кофе, по пути проверив мусорное ведро. Окурок исчез – значит зять заметает следы пребывания посторонних. Ситуация вырисовывалась весьма щекотливая. Даже бездействие при подобных обстоятельствах можно трактовать как предательство и тот решается набрать Ингу.
– Не разбудил?
– Нет, дети поспать не дадут. У них внутри, наверное, вечный двигатель – ни секунды покоя.
Услышав дочь, Сергей понял, что ничего не станет рассказывать и, почувствовав от этого огромное облегчение, просто спросил:
– Как вы там без нас, надеюсь, справляетесь?
– Да, пап, – ответила Инга, – главное, ящик на входе хорошо открывается… не заедает, – немного помолчав, добавила она.
Отец судорожно «переваривал» информацию, догадываясь, каково было дочери в одиночку противостоять нападкам и радовался, что не нагрузил её историями про похождения мужа.
– А полиция?!.. Ты вызывала полицию?
– Всё обошлось и так.
– Слушай, я разберусь с делами и тут же к вам. Продержитесь?
– Куда мы денемся! К тому же, на подмогу обещала приехать Алка. Ей почему-то не захотелось сопровождать мужа в заграничную командировку.
– И когда же «звезда» планирует осчастливить нас своим появлением? – фальшиво-равнодушно осведомился Сергей Анатольевич, стараясь не выдать волнения.
– На следующей неделе, а что? – Инга, кажется, заподозрила неладное.
– Ничего, поболтаем заодно и с твоей Алкой, – пообещал мужчина и торопливо простился, от греха подальше.
В дверь позвонили.
– Кто?
– Ва-а-аша пи-и-ицца, – пропел бодрый девичий голосок.
– Я ничего не заказывал, вы ошиблись, – возразил несговорчивый клиент, разглядывая картинку на домофоне.
Снаружи стояла девица в весёлом переднике и, демонстрируя обезоруживающую улыбку, протягивала потенциальному потребителю плоскую коробку с надписью: «Я от Олега Семёновича». Клиент, моментально созрев, открыл со словами: «Пожалуй, возьму на пробу, уж очень вкусно пахнет». Расплатился, бережно взял ценное приобретение под мышку, а затем, демонстрируя крайнюю поспешность, энергичной поступью покинул помещение вслед за курьершей. На улице он не заметил ничего необычного и, сев в машину, поехал к себе на квартиру. Там шёл ремонт, но сомнений в том, что в родном доме отыщется свободный уголок, у него не возникало. Припарковался во дворе, поднялся на свой этаж и постучал. На пороге появился высокого роста молодец в комбинезоне со шпателем в руках. То был Роман – лучший специалист из всех, работавших у него ранее. К слову, гражданство у него было белорусское, но трудиться ему нравилось в России. Никто, впрочем, и не возражал.
– Добрый день, а мы вас сегодня не ждали, – заволновался парень, смущённо отряхивая испачканную краской штанину.
– Здравствуй, дорогой. Вижу, скучать вам не приходится. Хвалю! Ударными темпами опередите все сроки. Как любили повторять товарищи: «пятилетку за три года».
Привлечённые разговором, подошли ещё двое под стать бригадиру и поздоровались.
– Я не помешаю, если посижу здесь немного? – скромно молвил начальник, озираясь в поисках подходящего местечка.
– Не-е-ет, не помешаете! – хором грянули, привыкшие к синхронным действиям строители и с радостью показали относительно чистую комнату, где даже стояло кресло. Сергей снял с него защитную плёнку, устроился поудобней и, еле сдерживая нетерпение, вскрыл коробку. Там лежала остывшая пицца, источающая слабый аромат специй. Примерно с минуту мужчина разглядывал сырные разводы на тесте, затем принялся приподнимать каждый ломтик по очереди. Под третьим по счёту нашлась карта памяти, аккуратно приклеенная скотчем ко дну упаковки и, вынув из портфеля тонкий ноутбук, тот вставил её в разъём.
На экране отобразились две папки с фотографиями. В одной из них находились протоколы допросов его самого, жены и соседей по двору, оказавшихся невольными свидетелями давнего происшествия на дороге, а во второй – заключения медиков по результатам обследования основных участников. На изучение документов ушло часа полтора. В итоге цепочка событий была подробно восстановлена, но это не привнесло ясности в дело. Зато стало очевидным, что им никто с тех пор не интересовался. Бумаги в целости и сохранности пылились в архиве, а вопрос: кто же досаждает его дочери? – повис в воздухе.
Почувствовав голод, Сергей Анатольевич прервал изыскания и, прихватив с собой коробку с содержимым, прошествовал на кухню. Его визит совпал с обеденным перерывом. Под приветственные возгласы молодых людей пицца отправилась в микроволновку, а картонная оболочка – в мусорное ведро. Запахло едой. Жизнь налаживалась, в очередной раз подтверждая простую истину: главное – это вовремя подкрепиться. Тем более компания подобралась что надо: все ребята хорошие и общаться с ними было одно удовольствие, особенно с Романом. Знакомство с ним произошло четыре года назад. Его отец – Лёша Зимин учился вместе с ним в институте, по окончании которого был направлен по распределению в Минск и там женился на белорусской девушке, не замедлившей родить ему мальчика. В течение нескольких лет друзья поддерживали связь по телефону, потом долго не общались, но, когда однажды раздался звонок, и почти забытый голос назвал его по имени, он обрадовался. Выяснилось, что сын однокашника, получивший диплом архитектора, ничего по специальности не нашёл и маялся впустую. «Помоги, – попросил Лёша, – жаль парня, пропадёт». Сергей к тому моменту организовал фирму и охотно взял юношу к себе. Тот зарекомендовал себя как нельзя лучше. Не прошло и года, и он уже возглавлял бригаду, отлично справляясь с возложенными обязанностями.
Расправившись с обедом, работники возобновили свою деятельность, а их директор остался допивать кофе. Но едва заслышав шум дрели, открыл форточку, вытащил коробку из ведра и, пристроив её в раковине, поджёг. Тут же на запах гари прибежал бдительный Роман, узнать: не горит ли случаем вверенный ему объект? «Всё нормально», – успокоил шеф и, смыв водой пепел, вернулся в импровизированный кабинет, чтобы продолжить анализ документов медицинского характера. Однако, пролистав изображения срезов мозга, смог разобрать только, кому какое принадлежит. Первые три были подписаны инициалами дочери, жены и его самого, а четвёртое – пустое. Видимо, бумажка отклеилась от гладкой поверхности, так и сфотографировали. Снимки ни о чём не говорили дилетанту от естественных наук; пришлось удовлетвориться описанием, оставленным под каждым из них.
Начал с Инги. В тексте фигурировало множество мудрёных терминов, но вердикт гласил однозначно: «Строение нетипичное. Наличие полостей в лобной кости позволяет усиливать мощность принимаемых и передаваемых электромагнитных сигналов…». Крепла убеждённость, что при грамотной подготовке дочь могла бы стать настоящим телепатом и непонятно, почему последнее посещение клиники не подтвердило данного факта. «Надо навестить чудо-эксперта, – решил Сергей Анатольевич. – Как же его называла дочь? – он сжал руками виски, мучительно пытаясь вспомнить фамилию. – Придётся завтра справиться в регистратуре. А карту памяти хорошо бы убрать подальше, чтобы не дай бог не подставить Олега. В какое-то место, где ремонт уже завершился». Ванная полностью отвечала его требованиями: стены сияли чистотой кафеля, а мебель органично подчёркивала стилистическую направленность интерьера. Опустившись на колено, великий конспиратор старательно приклеил карту кусочком скотча к нижней части тумбы для белья и крайне довольный вышел попрощаться с ребятами. Те дали подержать себя за запястья, сжав перепачканные ладони в кулак, и отпустили с миром.
Обратный путь дался нелегко: обилие мелких аварий усложняло без того тяжёлую дорожную обстановку и только добравшись до места удалось перевести дух. Иван ждал его и со словами: «давненько не виделись» распахнул дверь.
– Да уж! Наши режимы дня, как я погляжу, ощутимо разнятся. Что новенького? – забросил пробный камушек тесть.
– Проблем много, кручусь юлой. Скорее бы на дачу, – ответствовал зять, имея вид человека, которому нечего скрывать.
– Неужели ловко притворяется? – подумал Сергей, а вслух спросил: – Может, сходим на рыбалку с ночевкой? Наварим ухи, выпьем водки, поболтаем при луне».
– Хорошо бы, – быстро согласился Иван, то ли желая разрушить подозрения искренностью интонации, то ли торопясь вычеркнуть из памяти досадный эпизод.
На другой день Сергей Анатольевич наведался в клинику, где лечилась Инга. В окошке за стеклом сидела пухлая особа бальзаковского возраста с ореолом седых кудряшек и при его приближении что-то проворно спрятала в ящик стола. Судя по застрявшей спице – своё вязание.
– Здравствуйте, э-э-э… забыл фамилию врача. К нему посоветовал записаться приятель. Буркин кажется… или Бурков.
– Буров, но он у нас больше не числится.
– Как же так?! – в голосе мужчины сквозило разочарование, смешанное с тревогой.
– Сами в шоке! – возмущённо затараторила регистраторша. – Уволился без объяснения причины, даже документы из кадров не забрал. Сколько живу – такого не припомню. А с виду вполне приличный; бледноватый правда, но это уж не моё дело.
– Куда же мне податься? К кому обратиться? Уж невмоготу терпеть головные боли.
– Наиболее опытный у нас – заведующий отделением, но расценки у него повыше и если не жалко доплатить за высшую категорию, то добро пожаловать.
– Здоровье дороже. Я могу сегодня воспользоваться его услугами?
– Да, пожалуйста. Фёдор Михайлович как раз ведёт прием.
Заплатив требуемую сумму, новоиспечённый больной подался на поиски указанного в талончике кабинета и без особых усилий нашёл табличку с нужным номером. Рядом никого не было, а над косяком горело «Войдите». Сергей последовал указаниям и оказался внутри просторной комнаты. За столом восседал колоритный господин лет шестидесяти в стильных очках и бородке, отдалённо напоминая вождя мирового пролетариата на пенсии.
– Добрый день… проходите, – заговорил тот с нарочито подчёркнутым дружелюбием. – Что беспокоит?
– Извините, – проникновенным тоном ответил пациент, – я к вам с не совсем обычной просьбой.
– Так, так, надеюсь ничего противозаконного? – лукаво щурясь, полюбопытствовало светило.
– Как можно?! Конечно нет! Вопрос в следующем: я хотел проконсультироваться по поводу дочери. В моём компьютере есть изображение магнитно-резонансной томографии, которую ей делали в детстве. Словом, кабы вы дали профессиональную оценку, я был бы весьма признателен.
– Давайте посмотрим, – засуетился лекарь и, потирая руки в предвкушении интересной работы, принялся увлечённо рассматривать заблаговременно открытый файл. – Видите ли, аналогичное строение я наблюдал всего однажды, годков эдак двадцать тому назад. Меня тогда вызвали на Лубянку, где я и написал заключение для данного снимка.
– А это часом не оно? – поинтересовался Сергей, сдвинув курсор в конец документа.
– Почерк мой. Выходит, вы оттуда? – спросил медик, театрально закатив глаза к потолку, намекая на высокое положение своих заказчиков.
– Не скрою, вы меня раскусили, – скромно потупившись, признался визитёр и сразу же добавил: – Полагаю, мне не надо напоминать о конфиденциальности нашего разговора?
– О! На мой счёт не сомневайтесь – я нем, как рыба; но добавить к вышесказанному мне нечего.
– А что вы скажете об этом изображении, доктор?
Эскулап, поправив круглые очки на мясистом носу, начал тщательно изучать детали и в итоге определил её принадлежность ребёнку двух-трёх лет. Но, так как организм на тот момент находился в стадии роста, утверждать точно, как пойдёт процесс формирования он не брался. Хотя, по косвенным признакам предрёк высокую вероятность нетипичного развития и отметил явное сходство с предыдущим объектом исследования. «Оставьте мне снимок, я напишу подробнее», – предложил добродетель. «Нет, нет, достаточно устного вывода, – заверил заранее благодарный посетитель, – меня больше занимает другое: может ли обладатель нетипичного, как вы выразились, мозга, повзрослев, превратиться в обычного человека с заурядными способностями и без каких-либо генетических аномалий?»
Врача, видно по всему, позабавил вопрос. Его рот, обрамлённый ухоженной растительностью, растянулся в скептической улыбке, а из глубин дородного туловища вырвался отрывистый смешок. «Нет, голубчик, я категорически протестую против дилетантского подхода к проблеме, – отрезал учёный муж. – Эволюция – чрезвычайно тонкий процесс, который не повернуть вспять. Что произошло – то произошло и обратного пути в обозримом будущем не предвидится. Первостихия, похоже, не потеряла интереса к любимому творению, неустанно совершенствуя его тело и душу. Меняется среда обитания (то есть мы её меняем) и возникают полезные мутации, закрепляющиеся в следующих поколениях. Взять нашего древнего предка, ему и года не протянуть в условиях мегаполиса, а мы ничего – живём и радуемся. Поэтому представить наших потомков, контактирующих на телепатическом уровне и дышащих углекислым газом, становится всё легче».
Консультация грозила перетечь в лекцию. Профессор оседлал любимого конька и привычно понёсся на нём в дебри научных построений. Но роль студента не устраивала Сергея и он, улучшив момент, откланялся. Тем более, что ему стало ясно: кто-то водит Ингу за нос, вселяя ложные надежды стать обыкновенной женщиной. Это, как если идёшь на задание с пистолетом в кармане, а противник смог внушить, что ты забыл его дома. Только собрался открыть сейф, как кто-то окликнул тебя, и оружие осталось внутри. Картинка, созданная чужой волей, затмевает доводы рассудка и разрушает связь с реальностью. Надо уметь стряхнуть оковы иллюзий, чтобы спастись самому и не дать заморочить голову дочери неверными диагнозами. Лучше ей знать правду о себе, чем вечно ходить на коротком поводке и плясать под чужую дудку.
Встреча с доктором произвела двоякое впечатление. Собеседник говорил много, а не сказал ничего. Зато энергии высосал порядочно, даже есть захотелось. Мелькнула подходящая вывеска и тот ударил по тормозам. Голод обостряет восприятие, повышает изворотливость и помогает припарковаться в самых труднодоступных местах мегаполиса, даже у кафе. Внутри царил дух беззаботного веселья. Офисный люд, зашедший подкрепиться между важными делами, парочки, назначившие свидания – все они создавали своим присутствием особое ощущение радостной приподнятости. Кто-то разговаривал по телефону, кто-то «зависал в сети», не забывая при этом активно жевать.
В ожидании заказа было время обратиться к событиям прошедшего дня, и обнаружилась масса поразительных совпадений, требующих осмысления. Тот, кто поставил Инге неверный диагноз, куда-то внезапно исчезает, а тот, кто давным-давно приложил руку к её обследованию, чудесным манером вырастает как из-под земли. Чем не повод насторожиться? В слепые случайности не верилось – слишком просто, слишком заманчиво, а потому невозможно. Насчёт дочери сомнений не возникало. Её исключительный дар проистекал из своеобразия анатомического устройства, также как и у подружки. Только та использовала свои таланты уже давно, в отличие от Инги. Ещё известно: стоящие за всем этим силы не связаны со спецслужбами, поскольку документы пылились в архиве, и никто кроме него ими не интересовался. Сообщать Ивану о том, что я знаю про Алку нельзя, мысли окружающих для неё лёгкая добыча. Да-а-а, в уравнении слишком много переменных и решить его «в лоб» вряд ли удастся. Завтра суббота… надо ехать на дачу разбираться, кто там хулиганит».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?