Текст книги "Мифы мировой истории. От Адама до Потсдама"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mify-mirovoy-istorii-ot-adama-do-potsdama-179204.jpg)
Автор книги: Мария Баганова
Жанр: Исторические приключения, Приключения
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Порядок престолонаследия в Древнем мире
Вспомните распространенный сказочный сюжет: принцесса выбирает жениха. Сотни рыцарей съезжаются на турнир: сильнейший станет ее мужем. Страшно даже подумать, насколько этот сюжет древен! Ведь именно так происходило наследование престола в самые отдаленные эпохи: трон занимал не сын царя, а муж его старшей дочери. Выбирали самого сильного воина, и царствовал он, пока не ослабевал или не начинал болеть. Древние верили, что лишь физически сильный царь способен достойно управлять страной. Неурожайный год тоже могли списать на скрытую немощь царя. Его силу могли проверить, устроив состязание, и если царь проигрывал – то победитель становился его преемником. Он получал его трон, его богатства и… его царицу.
Таким образом, роль царской дочери была очень велика: ведь от нее во многом зависели слухи о здоровье и силе царя. Если супруг ее каким-то образом не устраивал, царица легко могла распространить сплетню о его физическом недомогании. Или же наоборот – скрыть оное, если любила мужа.
Как жили особы царского рода, мы примерно представили. Ну а что было с женщинами из народа? Оказывается, они тоже выбирали мужей по принципу состязательности. Но тут все было проще: их продавали с аукциона. Да, именно так: девушек в Древней Месопотамии продавали с публичных торгов, причем за красивых брали с женихов деньги, а за некрасивых – приплачивали.
А перед этим каждая девушка должна была совершить особое паломничество. Греческий автор описал обычай храмовой проституции, согласно которому ни одна женщина не имела права вступить в брак без совершения положенного ритуала, то есть не отдавшись первому встречному в храме богини любви – «небесной блудницы».
Рассказал Страбон:
«…Согласно некоему изречению оракула, у всех вавилонянок вошло в обычай вступать в половое общение с чужеземцами, придя в какой-нибудь храм Афродиты в сопровождении множества слуг и толпы народа. Каждая женщина обвивает себе голову повязкой из веревочного жгута.
Подходящий к женщине мужчина отводит ее далеко от священного участка и кладет ей на колени столько денег, сколько считает справедливым дать. Деньги эти считаются посвящением Афродите».
Три женщины: Пуаби, Ку-баба и Энхедуанна
А теперь представьте себе XXVII век до н. э. Из глинобитного Ура выходит торжественная процессия. Впереди гордо выступают наголо обритые жрецы в торжественных одеяниях – длинных «юбках» из овечьих шкур. Их сопровождают играющие на арфах музыканты. Арф четыре: одна, медная, издает басовые звуки, две другие, серебряные, – звуки повыше, а третья, деревянная, – самые высокие. За музыкантами рабы несут носилки, возницы правят повозками, запряженными волами, идет охрана. Оружие и упряжь богато орнаментированы перламутром, синими и красно-коричневыми камнями.
В процессии участвуют знатнейшие люди Ура, нарядные дамы в ярко-красных платьях, соперничающие друг с другой пышностью уборов. На каждой – огромный парик с гигантскими, на ширину плеч, «буклями» над ушами. Эти парики украшены золотыми лентами, цепочками с подвесками, изображающими древесные листочки или цветы. Шеи, плечи и руки женщин сплошь покрыты бусами из лазурита и сердолика. Золото и сердолик очень дороги, ведь камни привозят с полуострова Индостан, а лазурит – из копей Бадахшана в Северном Афганистане.
Во втором ряду семенят царские служанки в расшитых бисером войлочных платьях (ведь ткачества шумеры не знали). Девушки тоже очень нарядны, но их украшения – из начищенного серебра. Ах, как сияют на солнце браслеты и кольца! В руке у каждой из женщин – пустой кубок.
Что же это за праздник?
Оказывается, это вовсе не праздник: это похороны! Царица Пуаби[1]1
Ранее ее имя читали как Шубат.
[Закрыть] отправляется в мир мертвых. Двадцать пять человек сопровождают ее, чтобы служить Пуаби в загробном мире, среди них придворные дамы, певцы, арфисты и воины. Покойница лежит на носилках. На ней такой же пышный, как и у прочих женщин, парик со множеством золотых украшений. Надо лбом лента – «прелесть чела». Платье расшито зеленоватым амазонитом, темно-синим лазуритом и красноватым сердоликом, плечи и грудь закрывает накидка, свитая из лазуритовых и сердоликовых бус: это сетка «Приди, мужчина, приди», какую носила и богиня Инанна. Как и прочие женщины, покойница ярко накрашена: густо подведены глаза и брови, губы подчеркнуты карминно-красным. В руки мертвой вложен золотой кубок, он снабжен тонкой золотой соломинкой.
Музыканты, прекрасные нарядные дамы, воины один за другим спускаются в подземелье, черпают из стоящего посреди зала чана отравленное питье и усаживаются вдоль стен. Яд действует быстро: один за другим дамы, воины и музыканты погружаются в смертный сон.
Жрецы закалывают волов, поднимают с пола выпавшие из костенеющих рук кубки и музыкальные инструменты, аккуратно укладывают их на тела. Затем покидают подземелье, запечатывают двери и совершают первое жертвоприношение – это ритуальная пища. Приготовленную трапезу накрывают перевернутым блюдом и закапывают. Жрецы дают приказ рабам забросать погребение щебнем и черепками, затем – землей. И снова жертвы: умерщвленных рабов укладывают поверх могилы царицы и снова забрасывают землей.
Жрецы совершают последние возлияния (пиво и масла льют в специальные вкопанные в землю глиняные трубки, чтобы они проникли как можно глубже, туда, где находится Подземный Мир), читают молитвы… Ритуал окончен.
Археологи нашли несколько похожих захоронений. В каждом из них лежало от 25 до 70 человек. Ни на одной из жертв не было найдено следов насилия, лежали они в спокойных позах. Вероятно, все они были отравлены или одурманены сильным наркотиком. Вполне возможно, что они подчинились своей судьбе добровольно, чтобы продолжать в ином мире привычную службу своей госпоже. Во всяком случае, невероятно, чтобы воины охраны Пуаби и ее придворные женщины в их дорогом убранстве были простыми рабами.
Имя «Пуаби» прочли на массивной каменной печати, найденной в ее гробнице. Такие печати были обязательной принадлежностью каждого знатного человека, как упоминалось ранее.
Увы, нам неизвестно, кем была Пуаби при жизни. Может быть, царицей, может – жрицей. Зато две другие дамы прославились именно своими делами, а не пышностью погребений!
В XXIV веке до н. э. жила женщина по имени Ку-Баба[2]2
Баба – древнее шумерское божество, дочь верховного бога. Баба была богиней достатка и «госпожой плодородия», чья производящая энергия помогала людям и стадам иметь потомство.
[Закрыть]. Была она простой трактирщицей и торговала отменным по качеству пивом. То были опасные и страшные времена: династия, правившая ее родным городом Кишем, была полностью истреблена в борьбе в соседним городом-государством Уруком. Казалось, город потеряет независимость, а все его жители станут рабами Урука! Но не все жители Киша готовы были смириться с порабощением. В смутные времена личности смелые и отчаянные порой достигают невиданных высот, вот так и трактирщица Ку-Баба возглавила освободительное движение, остановила врага и была избрана царицей. Правила она очень долго, «укрепила основы Киша» и основала новую династию. Долгие века бывшая трактирщица Ку-Баба почиталась в Месопотамии как богиня.
Шумеры оставили миру многочисленные литературные памятники: это гимны богам, восхваления царей, сказания, плачи… Увы, их авторы нам неизвестны. Зато многое мы можем рассказать о женщине, жившей спустя четыреста лет после Пуаби, уже после того, как Шумер был завоеван соседями-аккадцами. Была она дочерью царя Саргона и звали ее Энхедуанна. Вернее, ее так называли при уважительном обращении. Энхедуанна – не личное имя, это титул верховной жрицы бога Луны, той самой, что ожидала своего возлюбленного в храме на вершине зиккурата. Перевести его можно как «Жрица украшения небес».
Сохранился полупрозрачный алебастровый диск с изображением жрицы, совершающей обряд ритуального возлияния с надписью: «…супруга Нанны дочь Саргона». За четыреста лет мода изменилась, и теперь жители Шумера и Аккада одевались уже не так пышно. В отличие от модницы Пуаби, Энхедуанна ограничивалась небольшой овальной подвеской на лбу и серьгами в виде полумесяцев. Она подбирала волосы над ушами, переплетя их золотой ленточкой, и закалывала надо лбом плоскими локонами. А вот платье осталось такое же – длинное и украшенное бахромой из овечьей шерсти.
Но не происхождение, не высокая должность делают эту женщину уникальной. Энхедуанна – первая известная нам поэтесса на Земле. Ее стихи – первые подписанные, не анонимные поэтические произведения в истории человечества, и созданы они были в двадцать третьем, возможно, даже в XXIV веке до н. э.!
Месопотамская поэтесса была дочерью Саргона Древнего, или Саргона Аккадского. Этот царь писал о себе «мать моя была жрицей, отца я не знал». По всей видимости, он был сыном одной из девушек, пришедших исполнить долг любви у храма – Инанны-Иштар-Милитты.
Саргон в юности служил садовником в храме Инанны, а потом – чашеносцем у царя города Киша. Этот царь воевал с правителем города Уммы, проиграл в битве и лишился права занимать трон. Освободившийся престол захватил Саргон – «по особой милости Инанны» (вспомните, как происходило престолонаследие в те времена). Он действительно был прекрасным полководцем и одерживал победу за победой. Вскоре он подчинил себе все Северное Междуречье. Город Аккад он сделал столицей нового царства, которое по названию столицы тоже стало называться Аккадом.
Энхедуанна унаследовала многие таланты своего отца: сильный властный характер, умение красиво говорить, подчинять себе людей. Она получила хорошее образование и оказалась талантливой поэтессой, причем писала не на родном – аккадском, считавшемся простонародным, – а на изысканном шумерском, языке ученых и жрецов.
Перу Энхедуанны принадлежат 42 гимна, воспевающих всех божеств Шумера и Аккада. Они написаны в самые первые годы ее пребывания в должности жрицы. Гимны выстроены строго по иерархии: сначала прославляются верховные боги, затем боги и богини второго ранга, потом божества мелких городов.
Инанна, впоследствии считавшаяся покровительницей Саргона и его детей и ставшая любимой богиней Энхедуанны, в этом цикле еще оказалась в числе богов второстепенных. Именно поэтому ученые и относят этот цикл к раннему творчеству поэтессы. Напиши она этот цикл двадцатью годами позже, Инанна, без сомнения, стояла бы на первом месте, ведь именно ей посвящена самая знаменитая поэма Энхедуанны – «Нин-ме-шарра» – «Чествование Инанны». С ее созданием связана драматическая история.
После смерти Саргона власть перешла к его старшему сыну. Он правил почти десять лет, но в итоге был убит заговорщиками: изменники забили правителя насмерть тяжелыми каменными печатями, подобными той, что нашли в захоронении Пуаби. После его гибели трон достался младшему сыну Саргона, но и он тоже был убит! Престол унаследовал его сын юный Нарам-Суэн. Но сесть на трон – это одно, а удержать его – совсем другое. В стране вновь началась смута: правитель Ура провозгласил свой город отделившимся от Аккада и объявил себя царем. Энхедуанна не признала власть самозванца, оказала сопротивление и была изгнана из храма. В отчаянии жрица и дочь Саргона воззвала к своей госпоже Инанне с мольбой о помощи:
«Госпожа сильная, краше ясного дня,
Жена праведная, одетая в сияние
И дивно украшенная,
Небом и Землей возлюбленная,
Облеченная истинной властью,
Знакомая с таинствами,
Семь стрел в руке держащая!..
Подобно дракону, смерть на чужую землю ты насылаешь!
Коли вскрикнешь ты – хлеба увядают,
Гнев твой подобен потопу,
Инанна, ты – первая в Небе и на Земле!..
Выше самых высоких скал ты взлетаешь, от демона бури крыло получившая,
Любимица Энлиля, воспаряешь ты над Страной!
О моя госпожа! Перед тобой и горы склоняются».
Далее следовало описание, как жрица, взяв корзину для жертвоприношений, отправилась поклониться своей госпоже, но была жестоко обижена самозванцем: ее голову и плечи опалило солнце, рот наполнился песком, а дары, предназначавшиеся богине, были вышвырнуты наземь. О заступничестве просила свою госпожу Энхедуанна и о справедливости.
Молитва возымела действие: по преданию, Инанна послала Нарам-Суэну девять побед и сама незримо присутствовала в рядах аккадцев. Молодой царь смог вновь объединить страну, Энхедуанна была восстановлена в своей должности, а Инанна с тех пор считалась покровительницей правящей династии.
Самый древний театр
Мы не знаем, как исполнялись гимны, написанные Энхедуанной. Несомненно, их перекладывали на музыку и пели, но египтяне пошли еще дальше в плане выразительности исполнения: они придумали театр!
Да, именно так: распространенное мнение, что театр придумали греки, является, увы, ошибочным: театр создали египтяне!
Гимн богу надо было пропеть. Делать это следовало не только благозвучно, но и в торжественной обстановке, аккомпанируя себе на каком-нибудь музыкальном инструменте: арфе или хотя бы погремушке-систре.
Порой гимны писали сразу на два голоса. Именно таким был «Плач Исиды и Нефтиды» о гибели Осириса. Актерами могли быть жрицы или члены царской семьи, прошедшие особую подготовку: «Да будет очищен весь храм, и да будут введены две женщины, чистые телом, девственницы, и да удалены волосы с их тела и надеты парики на их головы… бубны в руках их, и да будут написаны имена их на плечах их, чтобы изображать Исиду и Нефтиду, и да поют они из песен этого свитка пред этим богом».
Наверное, бритье головы сильно бы огорчило современную женщину, но для египтянки это было не столь неприятно: они часто коротко стригли или обривали свои локоны в гигиенических целях. К тому же нечто подобное следовало совершить и в знак траура по фараону.
«О прекрасный юноша, приди в свой дом!
Давно уже, давно мы не видим тебя!
О прекрасный сотрясателъ систра, приди в свой дом!
Прекрасный юноша, ушедший безвременно,
Цветущим не во время свое!»
Этот куплет запевали дуэтом обе богини, но затем Нефтида умолкала, и пение продолжала лишь одна Исида: «О брат мой владыка, отошедший в край безмолвия! Вернись же к нам в прежнем образе твоем!» Следом в диалог вступал еще и мужчина-жрец: «Боги ищут тебя, о юный, о владыка!»
Таким образом, песня превращалась в некое подобие пьесы. Сохранились даже комментарии, которые мог читать кто-то из младших жрецов, чтобы публике было понятнее. Вот они:
«Приближается Исида,
Приближается Нефтида,
Одна – справа,
Другая – слева,
Одна в образе птицы Хат,
Другая в образе соколицы.
Нашли они Осириса,
Когда убил его брат Сет в земле Недит».
Так и видишь эту постановку: посредине сцены лежит мертвое тело, на сцену с разных сторон выходят две красавицы-жрицы, изображающие богинь. Предполагают, что подобное действо могло происходить на похоронах фараона и, следовательно, мертвого Осириса изображала мумия.
Сохранилась и другая пьеса, где Осирис выступает уже в качестве царя загробного мира. Он восседает на троне, а вокруг него разворачивается действие, причем все участники обращаются к Осирису как к верховному судье. А сам судья не произносит в ответ ни слова! Он, являясь центральным действующим лицом, молчит! Объяснение может быть только одно: главную роль в этой древнеегипетской пьесе тоже играла мумия усопшего фараона.
Особенно был знаменит своими мистериями храм Гора в Эдфу. Там ставились уже не отдельные сценки, а длинные полноценные пьесы со множеством действующих лиц. Одна из таких мистерий называлась «Сказание о Горе Бехдетском», в числе ее персонажей были бог Тот, бог Гор, Исида, духи оружия, фараон, жрец Имхотеп, а злого Сета изображали жертвенные животные, которых убивали прямо во время представления. Изображая борьбу Гора с Сетом в образе бегемота, происходившую на Ниле, на сцену на канатах вытягивали даже декоративную ладью. Актеры, исполнявшие роли богов, надевали маски: сокола – для Гора, шакала – для Анубиса и др.
Мистерии не удержались в стенах храмов и вскоре выплеснулись… нет, не на площади – на воды Нила. Известно, что по большим праздникам по Нилу плыли барки с актерами, каждая группа ставила одну сцену из длинной пьесы и, подплывая к очередной деревне, проигрывала ее для скопившихся на берегу жителей. Затем барка уплывала к другой деревне, а к этой подплывала следующая, и находящиеся в ней актеры исполняли следующую сцену. Такое торжество могло длиться весь день, начинаясь рано утром и заканчиваясь уже на закате.
Египет Нового царства. Хатшепсут
Обычно женщины приходили к власти в трудные для страны времена. Трон доставался им почти принудительно, так как не было наследника мужского пола или этот наследник был слишком мал. Однако в XIV веке до н. э. В Египте женщина намеренно захватила власть, свергнув с престола своего мужа. Именно при ней страна достигла наивысшего расцвета. Звали ту царицу Хатшепсут, что значит «Находящаяся впереди благородных дам».
Она была дочерью третьего фараона XVIII династии Тутмоса I и царицы Яхмес. Еще юной девушкой Хатшепсут стала «Супругой Бога» – верховной жрицей бога Амона, а потом ее выдали замуж – по обычаю египтян – за ее сводного брата, Тутмоса II, сына Тутмоса от наложницы. Тут надо сразу отметить, что имя «Тутмос» было обычным для фараонов Восемнадцатой династии: отца, мужа и пасынка Хатшепсут звали одинаково, и это даже породило путаницу в датировке.
Мужа молодая царица не любила и не уважала. Она была намного умнее и сильнее характером, нежели он, и, по мнению многих ученых, фактически правила за него. Ее супруг не отличался ни особым умом, ни крепким здоровьем и умер после неполных четырех лет царствования, оставив Хатшепсут дочь по имени Нефрура. Как прежде ее мать, девочка носила титул «Супруги Бога». Кроме нее у Тутмоса от наложниц были сын, тоже Тутмос, и дочь Меритра. Этого Тутмоса и объявили фараоном после смерти отца, а Хатшепсут считалась при нем всего лишь регентшей. Но она недолго мирилась с таким положением дел!
Во время церемонии в храме верховного фиванского бога Амона жрецы, несшие тяжелую барку со статуей бога, внезапно устали и, чтобы передохнуть, опустились на колени прямо возле царицы. Случайно это произошло или было подстроено, мы не можем сказать, но честолюбивая царица тут же во всеуслышание объявила этот эпизод знамением: сам Амон преклонил перед ней колени, избрав ее божественным правителем Египта.
Маленький Тутмос III был отправлен на воспитание в храм, а Хатшепсут объявлена фараоном под «хоровым», то есть царским именем Мааткара Хенеметамон.
Чтобы обосновать захват престола, Хатшепсут придумала целый миф о своем рождении, назвав себя дочерью Амона-Ра, который якобы вошел в спальню ее матери в образе ее мужа-фараона. Эта история была запечатлена в виде барельефов и текстов на стенах храма в Дейр-эль-Бахри, построенном визирем Сенмутом – фаворитом царицы.
На первом рельефе бог Амон произносит речь перед собранием остальных богов, рассказывая о том, как он полюбил царицу Египта, которая должна родить нового царя – девочку Хатшепсут. Далее рассказывается о том, какой замечательной правительницей должна стать Хатшепсут: «Буду я защитой плоти ее… Будет сооружать она храмы ваши, освятит она дома ваши… сделает постоянными она приношения ваши, сделает процветающими она алтари ваши. Тот, кто будет чтить ее, истинно, будет он жить… Тот, кто скажет худое в отношении имени величества ее, сделаю я, что умрет он тотчас».
Боги, само собой, обрадовались, услышав это, и пообещали любить и охранять Хатшепсут. Бог Хнум вылепил ее тело, прекраснейшее на Земле, его жена Хекет наделила младенца жизненной силой, бог Тот наделил мудростью, богиня Хатор – женским очарованием… Знакомый сюжет, не правда ли?
Один из рельефов изображает царицу на последнем месяце беременности, в то время как бог Хнум и богиня Хекет готовятся принимать у нее роды. На следующем богиня Хатор протягивает младенца счастливому отцу – Амону: «Явился бог этот великолепный, чтобы увидеть дочь его, любимую им, царя Верхнего и Нижнего Египта Мааткара, да живет она. После того как родилась она, была истинно, сладостность сердца его велика весьма…»
Вне всякого сомнения, что такая девочка должна была быть необыкновенным ребенком:
«Образ ее божествен, характер ее божествен, делает она вещь всякую, как Бог, просветленность ее, как у Бога».
И конечно же в надписях утверждалось, что ее земной отец – старый фараон Тутмос I именно ее считал своим наследником и именно ей передал власть над Египтом.
Но существовала одна трудность: фараон считался воплощением Гора на Земле. А Гор – бог мужского пола. Как женщина Хатшепсут могла воплощать мужское божество, самые ученые жрецы так и не смогли до конца обосновать. Да и сама Хатшепсут не желала полностью отказываться от женской роли. Она называла себя прекраснейшей из женщин и отказалась от одного из царских титулов – «Могучий бык».
Поэтому ее изображали то одетой по-мужски, с накладной бородкой, которую носили фараоны, в короне Нижнего и Верхнего Египта со священным уреем; то в виде стройной красавицы в обтягивающем платье, что было уже неприкрытой лестью: под конец жизни царица сильно располнела и страдала от артрита.
Ее дочь Нефруру также часто изображали с накладной бородкой и локоном юности, как принца. Видимо, в ее лице Хатшепсут готовила себе наследницу; отношения с пасынком Тутмосом складывались не лучшим образом.
Желая достичь компромисса, Хатшепсут поженила Тутмоса и Нефруру, но судьба готовила ей удар: Нефрура умерла совсем молодой, не успев родить наследника. Женой Тутмоса стала вторая принцесса – Меритра.
Воспитателем Нефруры был Сенмут, фаворит Хатшепсут. Человек он был умный, талантливый, образованный, но незнатный и к тому же – провинциал. Многие готовы считать Сенмута ее любовником. Однако доказательств этому не так много, самым веским является изображение Сенмута, обращающегося с молитвой к своей госпоже в образе богини любви Хатор. В ее храмах и даже в ее гробнице сохранились и более интимные портреты визиря, например очень реалистичный рисунок углем, на котором Сенмут изобразил себя вразрез с каноном, не скрыв ни полных щек, ни двойного подбородка.
Правление Хатшепсут было весьма полезным для Египта: она вела немного войн, зато много строила и приводила в порядок хозяйство страны, еще не полностью оправившееся от последствий набегов царей-пастухов.
Царица не только восстановила разрушенные завоевателями-гиксосами храмы, но и создала много новых. «Я восстановила то, что лежало в развалинах. Я воздвигла то, что оставалось неоконченным, с тех пор как азиаты были в Аваре, в Северной Стране, и среди них варвары, низвергая то, что было сделано, когда они правили в неведении Ра», – писала Хатшепсут о своих деяниях.
Самыми красивыми считаются святилище Амона в Карнаке, прозванное Красным (оно знаменито гигантскими обелисками), и уже упоминавшийся храм в Дейр-эль-Бахри к западу от Фив, носивший название Джесер Джесеру – «Священнейший из священных». Архитектор Сенмут строил его целых девять лет! Здесь были алтари Амона и других богов, а также самой Хатшепсут и ее обожествленного отца. Храм состоял из трех террас, украшенных колоннами из белого известняка. К первой из террас вела длинная широкая аллея, по обеим сторонам которой стояли сфинксы с лицом Хатшепсут. Перед самим храмом был разбит сад с прудами, окруженными миртовыми и другими экзотическими деревьями.
На стенах храма сохранилось много рельефов, среди которых – рассказ об удивительной экспедиции в далекую страну Пунт, снаряженной Хатшепсут на девятом году правления.
Надо заметить, что согласно принятой идеологии, Египет считался царем над соседними странами. Власть над ними была вручена Египту богами, и любое сопротивление его воле расценивалось как святотатство. Фараоны вели войны с соседями, стремясь упрочить верховенство. Но экспедиция Хатшепсут была не военным походом! Ее уникальность состояла в том, что, отправляя в дальнюю даль корабли, царица преследовала исследовательские и торговые цели.
Где именно находилась таинственная страна Пунт, «родина благовоний», многократно упоминаемая древними авторами, современные ученые могут лишь предполагать. Скорее всего, это побережье Восточной Африки в районе Африканского Рога – полуострова Сомали. Эту местность называли также Та-Нечер – «Земля Бога».
Пунт являлся основным экспортером миррового дерева, благовоний и различных косметических средств, что было весьма важно для привыкших к роскоши египтян. Однако контакты с Пунтом были прерваны из-за завоевания гиксосов, и с тех пор египтянки вынуждены были довольствоваться лишь местными, далеко не столь изысканными ароматами. Вне всякого сомнения, красивая женщина, ставшая царем Египта, не могла мириться с таким безобразием и отправила в Пунт пять кораблей с более чем двумястами матросов. Командовал экспедицией вельможа Нехси.
Он справился с задачей! Почти без потерь корабли достигли берегов Пунта и вернулись назад. Примечательно, что местные жители уже успели забыть о существовании Египта и долго не могли понять, откуда и зачем к ним явились эти светлокожие люди. Но затем египтянам все же удалось достигнуть взаимопонимания, среди жрецов Пунта отыскались те, кто слышал о выгодных торговых связях в прошлом, испуг и недоверие были преодолены, и началась торговля. Египтяне закупили в Пунте древесину черного дерева, мирровое дерево (не только древесину, но и саженцы в горшках), разнообразные благовония, в том числе ладан, черную краску для глаз, слоновую кость, ручных обезьян, золото, рабов и шкуры неведомых египтянам животных. Рельефы храма в Дейр эль-Бахри представляют все подробности этой кампании. Художники детально изобразили флот Хатшепсут, особенности ландшафта Пунта с лесами благовонных деревьев, экзотическими животными и домами на сваях. Также на стенах храма есть сцена признания правителями Пунта формальной власти Хатшепсут. Эта сцена получила большую популярность у иллюстраторов в первую очередь из-за непомерной, чудовищной по сегодняшним меркам полноты африканской царицы.
Хатшепсут умерла около 1468 года до н. э, процарствовав 22 года или чуть меньше – 21 год и 9 месяцев. Поскольку она еще далеко не достигла преклонного возраста, выдвигались версии как естественной кончины, так и насильственной смерти царицы.
Ее любимец Сенмут то ли умер, то ли попал в опалу примерно за год или за два до кончины своей госпожи. Весьма вероятно, что он вынужден был покинуть Фивы: обе его гробницы оказались пустыми и не похоже, чтобы там вообще кого-то хоронили. Его место занял другой молодой человек, даже имени которого не сохранилось: он сумел вызвать к себе столь жгучую ненависть, что все иероглифы с его именем были старательно соскоблены.
С памятью самой Хатшепсут тоже обошлись без уважения: взошедший на престол Тутмос III приказал обложить кирпичом и скрыть от людских глаз возведенные ею обелиски, со стен храмов сбивались ее изображения, сфинксы были убраны с аллеи перед храмом и закопаны поблизости, даже само имя Хатшепсут было исключено из официальных храмовых списков фараонов Египта. Гробница великой царицы была найдена опустошенной, и долгое время считалось, что ее мумия была уничтожена.
Однако это оказалось не так! Друзья Хатшепсут сумели спасти от осквернения ее тело и скрыли его в небольшой гробнице, выстроенной для кормилицы великой царицы. Там ее нашли в 1906 году и привезли в Каир. Более ста лет тело великой царицы хранилось в Египетском музее неопознанным под номером KV60, правильная идентификация состоялась лишь в 2007 году благодаря генетической экспертизе. Выводы анализа ДНК подтвердило рентгеновское сканирование, показавшее, что у мумии недостает одного зуба. Но именно этот зуб хранился в том же музее в маленькой деревянной шкатулке с изображением картуша Хатшепсут!
Это же сканирование показало, что на момент смерти царице было приблизительно 50 лет и скончалась она от тяжелой болезни: у нее были диабет, рак, кожная болезнь и очень плохие зубы. Эти зубы и стали той малостью, что свела ее в могилу: развившийся абсцесс приносил царице изматывающие мучения; ей тяжело было есть, мучила сильная боль. Придворные врачи в конце концов вырвали зуб, но было поздно – инфекция распространилась по организму, и царица умерла.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?