Читать книгу "Светлые Атавизмы"

Глава 3

– Интересно, ты заставила нас ждать специально или просто не понимаешь, что такое приличие? – с раздражением всплеснул руками Атаэр, отреагировав на моё появление.

Я непонимающе осмотрела гинекей, заметив, что, пока я мылась, он несколько преобразился. Кровать и резной шкаф отодвинули, а посередине поставили стол, уставленный яствами. За ним с одной стороны восседали правитель с братьями, а с другой – Андерих и Леонид.

Моё изучение перестановки прервала Исна, закрыв собою обзор и указав на удерживаемое феями в воздухе платье.

Я быстро бросила взгляд на зеркало, которое, слава Дарвину, осталось недвижимым, и вопросительно уставилась на неё, не очень понимая, что от меня требуется.

– Примерь, пожалуйста, наряд, – попросила та, пытаясь скрыть раздражение. – То, что на тебе, считается исподним, так что ты правильно сделала, что закуталась.

Я покачала головой, но тут Исна, прищурившись, резко вскинула руку, сдёргивая без помощи магии с меня покрывало.

Пискнув, я юркнула за зеркало – благо, теперь был предлог, – и для убедительности принялась возмущаться.

– Что вы все себе позволяете?! – повысила я голос, прячась, и при этом рукой попыталась нащупать Ластика.

– Госпожа учёная, вы только что тут прыгали почти голой, а теперь смущаетесь, хотя на вас есть шёлковый наряд!? – с издёвкой подметил Андерих.

Я вспыхнула, негодуя, но в этот момент невидимое животное меня лизнуло, обозначив что с ним всё хорошо, и оно готово к действию. Быстро сняв с себя верёвку с привязанными к ней мешочками, я накинула её на Ластика. Гирлянда исчезла, как я и предполагала. Нащупав концы, я кое-как связала их.

– Да уже всем и так понятно, что вы любитель разглядывать девиц, – парировала я и, всё так же прячась за зеркалом, как за ширмой, обратилась уже ко всем собравшимся:

– Я вам не манекенщица, чтобы дефилировать по комнате, демонстрируя платье. Так что забирайте свою еду и покиньте, пожалуйста, комнату.

Как ни странно, никто не шелохнулся, и я чуть выглянула из укрытия. Мужчины озадаченно на меня посмотрели, явно ожидая разъяснений.

– Манекенщицы – это такие девушки, которые показывают свою одежду, – решил разъяснить присутствующим Леонид.

– А для чего они её показывают? – озадаченно переспросил его старший брат правителя.

– Для того, чтобы их купили, – ответила уже я Анарабату, надеясь, что понимание сего подтолкнёт их быстрее убраться из комнаты. – Что-то вроде шоу-рума, только на вашем торжище.

В комнате воцарилась напряжённая тишина, и мне даже показалось, что я слышу биение сердца Ластика.

– Ёля, тебе не о чем беспокоиться, мы не собираемся тебя продавать, – наконец-то заговорил правитель.

– Собственно, пока это и невозможно, – с усмешкой добавил Атаэр.

– Вы что, тут все с дуба рухнули?! – опешила я от того, как мужчины всё истолковали. – Модели показывают одежду, чтобы её продать, а сами девушки не продаются. Они выступают в качестве вешалок для её демонстрации.

Объясняя, я высунулась из-за зеркала, чтобы оценить расстановку сил. Тут же Исна, воспользовавшись моментом, сунула мне в руки платье. Спрятавшись обратно, я его всё же надела, при этом шикнув на фей, чтобы те не лезли со своей помощью.

Наряд был лёгким, состоящим из нескольких оттенков тканей, похожих на органзу, и спускался по подолу волнами.

Осознав, что дальше прятаться глупо, так как теперь я облачена, пришлось выйти из своего укрытия.

– Уважаемый эрим Аханатор Нуада, вам не кажется, что пора поговорить? – взглянула я на него с вызовом. – Конечно, я простой учёный, к тому же, без магии, но у нас с вами договор, и я требую объяснений.

– Что ты хочешь знать? – спросил у меня правитель, при этом кивнув Исне, как будто что-то утверждая.

Почувствовав уже привычный холодок, пробежавший по коже, я поняла, что стою посреди комнаты под всеобщим вниманием, и немного стушевалась. Всё же я не привыкла, что меня столь внимательно разглядывают. Следом Исне кивнул Андерих, затем Анарабат в своей привычной манере засмеялся и подмигнул, а Леонид ободряюще улыбнулся.

– Я так понимаю, что исследование было чисто формальным предлогом, чтобы перенести меня на Герхатон как очередную глупую безмагичку на заклание? – не стала я ходить вокруг да около и спросила напрямую.

Опять в гинекее наступила тишина, которую нарушил Атаэр, хмыкнув и тоже кивнув своей матери.

– Да, это был предлог, – подтвердил мою догадку правитель. – Двадцать лет назад из очередного странствия по мирам вернулся Алеандр. Он объявил, что нашёл безмагическую девочку, в которой увидел кровь айли. – Аханатор уставился на меня испытующе, словно это я что-то скрыла и сейчас обязана всё рассказать, да ещё и покаяться. – Перенос на Герхатон возможен только с согласия, поэтому нам пришлось ждать, пока ты подрастёшь, и, предложив тебе сделку, осуществить задуманное.

Скривив лицо от осознания, насколько я, по их мнению, глупа, что так легко попалась на удочку, я решила, что нужно подкрепиться, так сказать, заесть необдуманное. Осмотрев заинтересованно стол, я обнаружила рядом с Анарабатом знакомую вазочку, из которой он поглощал древнерусский десерт. Проводив взглядом очередную ложку, содержимое которой было закинуто в рот, я, не церемонясь, подошла и экспроприировала пареную репу.

«В конце концов, мне предстоит побег, а пускаться в предприятие на голодный желудок непрактично», – оправдалась я про себя и, устроившись в резном кресле, приступила к поглощению.

– А почему это всё не предпринял Леонид он же быстрее мог добиться моего согласия? – спросила я эрима, засовывая себе в рот сладкое месиво.

Мужчины, немного опешив от моей наглости, переглянулись и вопросительно уставились на Аханатора.

– Алеандр, вернувшись в твой мир, пропал на долгие годы, не давая о себе знать, – продолжил невозмутимо рассказывать правитель. – Мы, естественно, подумали, что он в какой-нибудь день сам перенесёт тебя на Герхатон и попытается пройти к храму. Поэтому я провёл несколько лет в поисках и, найдя его следы в вашем мире, нашёл и тебя на вашей кафедре.

Подытожил он, а я перевела взгляд на своего друга, который совсем не выглядел предателем.

– Ну и в чём было дело? – поинтересовалась в свою очередь у него я.

– Я совершил глупость, – развёл руками однокурсник.

– Это и так понятно, но вопроса не снимает, – усмехнулась я и, зачерпнув полную ложку десерта, положила её в рот, показывая, что готова к продолжению.

Леонид смотрел на меня виновато, затем, тяжело вздохнув, собрался с духом и начал рассказывать.

– Я долго искал хоть какой-то след Хранительниц, но все мои экспедиции заканчивались безрезультатно. И вдруг случайно в одном из бесперспективных, как я считал, миров я натыкаюсь на маленькую девочку явно с природным даром. Я не поверил своим глазам, увидев твою силу, когда ты сачком выбирала из лужи головастиков.

– Ха-ха-ха, и в чём тут сила? – не сдержала я смеха, решив, что мой друг просто шутит. – У вас что, головастики – агрессивное зверьё, которое не под силу вытащить из лужи маленькой девочке?

– Ты опускала сачок в воду, и все головастики в него сами собирались, но стоило тебе отойти, как лужа пересыхала, – объяснил Леонид, на что я скептически пожала плечами.

– По-моему, это в порядке вещей – заметить, что лужа скоро высохнет, и взять для испытаний того, кто обречён, возможно, этим дав ему шанс на выживание. Ну а обречённые обитатели лужи, само собой, чувствуя приближающуюся беду, готовы на всё, чтобы из неё выбраться.

– Я, почувствовав природный дар, естественно, был бесконечно счастлив и решил об этом оповестить Герхатон, – продолжил повествование мой приятель. – Но от чистокровных айли тебя отличал один момент, то есть наличие рудимента, которым обладаем мы, эрлы. Он нам даёт возможность менять ипостась, трансформируя тело, – объяснял мне Леонид привычными для моего мира терминами.

– Пирамидальная мышца живота, – показала я свою осведомлённость, – но, как ты знаешь, в моем мире она есть у всех Homo sapiens.

– Да, но у айли её не было! – всплеснул тот руками, сокрушаясь, что ему подсунули брак, а не то, что он заказывал.

– А у меня она в наличии! – со смешком констатировала я. – Как думаешь, может, потому что я простой человек, а не какая-то айли?

Леонид на мою издёвку ответил снисходительным взглядом и продолжил рассказывать.

– Перед тем как вернуться на Герхатон, я решил, что ты быстро растёшь и можешь влюбиться, поэтому нанял хулиганов, – признался он так, как будто это было само собой разумеющимся. – Я попросил их подпортить тебе внешность, чтобы она отталкивала мужчин, особенно, когда ты вырастешь.

Уставившись на друга, недоумевая, я воскресила в голове образ того самого толстого пацана, который меня тогда ни за что ни про что несколькими ударами почти вырубил.

– И? – поторопила я Леонида.

– Он не ожидал, что ты дашь отпор, поэтому, не рассчитав силы, повредил тебе внутренние органы. – Бывший друг взял со стола бокал и, осушив его одним махом, со стуком вернул на стол. – После этого тебе удалили аппендицит, а он-то как раз и был тем рудиментом, который присущ вымершему племени без магии, – подытожил белобрысый эрл, которого я когда-то считала своим другом. В гинекее все молчали, а я, положив очередную ложку десерта себе в рот, жуя, судорожно думала.

«Значит, Леонид не просто так со мной дружил, а уже тогда готовился перенести на Герхатон и провести по опасному пути в качестве испытания».

С горечью я осознала, что потратила кучу сил, стараясь заботиться о друге.

– А теперь, по понятным причинам, ты бракованная безмагичка, – со странными нотками в голосе подытожил Андерих. – Думаю, что её и тащить на помост не стоит, давайте, кто-нибудь из нас на ней женится, а дальше пусть решает провидение.

– Угу, мало того, что бракованная, так ещё кому-то из нас в жёны достанется, – выдавил из себя Атаэр, скривившись так, будто у него все зубы разом заболели. – Вы как хотите, а я считаю, что ей нужно пройти по помосту, тогда брак с ней хоть будет оправданным.

– Ей ещё нужно увидеть храм, – успокоила любимого сына Исна. – Пока этого не произошло, тебе не о чем беспокоится.

Аханатор резко ударил ладонью по столу, так, что подпрыгнула не только посуда, но и феи в воздухе.

– Она точно айли, и единственная за много лет, которую мы все чувствуем, – зарычал он, чуть ли не превращаясь в демона. – Я готов на ней жениться, даже если её обожжёт! И чутьё мне говорит, что она усилит нашу магию.

– И я готов на Ёле жениться! – заявил, встав со своего места, Анарабат. Обратившись ко мне, он уже с улыбкой сказал:

– Я, даже, думая, что ты – простая девушка, решил, что ты мне очень нравишься. Я готов жениться на тебе даже без «Представления городу».

Я, глядя на улыбающееся лицо Анарабата, на всякий случай понюхала десерт, который, собственно, у него и конфисковала.

– Я её нашёл, и вы на неё никакого права не имеете, – вдруг рявкнул Леонид, и его кожа подёрнулась дымкой. – И то, что Аханатор, похитив её, заблокировал мне путь назад, говорит о том, что вы сами знаете, кому эта девушка предназначена.

– Ещё раз повторяю: я ничего не блокировал, – в очередной раз рявкнул Аханатор. – А кому будет принадлежать айли, решится на пути, и выбору могут способствовать только боги.

– Я не буду жениться, пока она не докажет, что её дети будут одарёнными, – визгливым голосом заявил Атаэр.

– А я вообще не вижу смысла в браке, – поддакнул ему Андерих.

– Поэтому давайте я женюсь, – радостно предложил свою кандидатуру Лёнька.

У меня от услышанного спора глаза настолько округлились, что заболели веки, а мышцы лба свело. Я, с усилием проморгавшись, дотянулась до десерта и, зачерпнув очередную ложку, скушала.

– Алеандр, я как старший в роду не давал тебе разрешения жениться, – вдруг рявкнул Андерих на моего сокурсника. – Она не чистой крови, и непонятно, чем такой союз может кончиться.

– Ну да, только теперь Гестион её одному из нас предназначил, и нам придётся выбрать, кому она достанется, – опять завёл свою шарманку Атаэр истеричным голосом.

Все, как по команде, обернувшись ко мне, прищурились, словно на полном серьёзе решая, кто готов пожертвовать собой и на мне жениться.

– Мда… – озадаченно сказала я, про себя думая, как высказаться помягче. – Честно говоря, слуга господина Керра – самый вменяемый из вас, по крайней мере, понимает отсутствие брачной необходимости, – выпалила я, сжимая в руке вазочку с пареной репой, про себя думая, что на данный момент это – моё единственное оружие. – Замуж я за вас не собираюсь, можете даже не мечтать. У меня с эримом Герхатона договор, который я намерена выполнить, и в нём ни словом о браке не говорится.

В следующий момент я с удовольствием пронаблюдала, как у Аханатора скривилось лицо, Леонид дёрнул щекой, как всегда, когда нервничал, а Анарабат засмеялся.

– Я никакой не слуга, а наследник чистой крови! – возмущённо воскликнул Андерих.

– А мне-то, собственно, что с этого? – с деланным непониманием поинтересовалась я. – У меня к вам может быть только научный интерес в рамках запланированного исследования. Да и то, вы – другая ветвь, поэтому на изучение вас и вашей родословной я не планирую закладывать много времени.

Андерих несколько раз моргнул и со свистом втянул воздух, испепеляя меня ненавидящим взглядом. Резко поднявшись, он откинул стул в сторону и демонстративно покинул комнату.

– Ну, слава Дарвину! – воскликнула я, радуясь, что хоть от одного избавилась, и, повернувшись к остальным, улыбнулась. – Возможно, я и пройдусь по вашему пути в качестве эксперимента, но вы должны мне обещать, что я не услышу больше ни слова о браке и с завтрашнего дня приступлю к исследованию.

– Ёля, это невозможно, – нахмурившись, сказал Леонид.

– Ну нет так нет, – с лёгкостью согласилась я, вставая. – Я, собственно, и не напрашивалась.

– Чего ты о себе возомнила? – зашипела Исна. – Безмагичек полно, и каждая будет счастлива вступить на путь.

– И каждая из них готовится к этому с самого детства, – поддакнул Атаэр.

– Ну так их и ведите, а меня верните туда, откуда похитили! – развела я руками, улыбаясь.

Исна взглянула на сыновей, которые удивлённо сверлили меня взглядом.

«Увы, но, похоже, на Герхатоне привыкли, что девушки без магии не обладают большим умом и от пути не отказываются», – подумала я и, нахмурившись, посмотрела на Лёньку.

– Я не пойму, чего ты добиваешься? – с раздражением поинтересовался Аханатор.

– Чтобы мы вернули её домой, – ответил за меня Анарабат, на что я ему благодарно улыбнулась.

Аханатор с минуту помолчал, сверля брата взглядом, потом посмотрел на Леонида и мать и, кивнув каким-то своим мыслям, высказался:

– Давай всё же договоримся, – взглянул он на меня, вставая, и по привычке начал наклонять голову. – Если ты пройдёшь хотя бы часть пути, мы дадим тебе неделю на исследование. Если ты действительно что-то обнаружишь, то вернёшься домой, как и договаривались.

– М-м-м… – отреагировал Анарабат, вернув укоризненный взгляд брату.

– У неё защита договора, тут я сплоховал, но так и у нас, и у неё появится шанс кое в чём убедиться, – развёл руками правитель.

Я усмехнулась, поняв, что передо мной разыгрывают представление, и сейчас все будут против, но Аханатор, словно джентльмен, будет отстаивать то, на что я должна буду согласиться, естественно, за неимением лучшего. Поэтому, изобразив мыслительный процесс, я вопросительно взглянула на Лёньку, надеясь, что он подскажет, как мне выпутаться.

Тот дружески улыбнулся, демонстрируя, что всё в порядке, и, выставив вперёд ладонь показал на Аханатора, как бы призывая принять предложение.

«Учитывая, что на Герхатоне обнаружились предметы из наших мифов и небылиц, можно отчасти использовать наши сказки как руководство. Все сделки с демонами – не в мою пользу, но, по идее, их тоже можно обмануть, а для этого придётся торговаться!»

– На исследование мне нужны месяц полевых работ и месяц, чтобы написать заключение! – безапелляционно объявила я.

– Два месяца? – хватая воздух ртом, переспросила Исна.

– Ёля, тут хватит двух недель, – возразил Леонид. – Поверь, я сам пытался и даже притаскивал биологический материал к нам в лабораторию.

Я, вспомнив, как он меня просил сделать спектрографический анализ неизвестной для меня субстанции, нахмурилась. Слишком странные получились образцы после разделения на фракции. Да и анализ, в конечном итоге, я отдала не весь, так как, поместив остатки плазмы в холодильник, про них забыла. Но потом, спустя несколько месяцев, когда Леонид уже пропал, я, обнаружив материал, завершила исследование.

Глава 4

– Хорошо, остановимся на двух неделях, – согласился Аханатор, но, заметив мою усмешку, аргументировал:

– Ёля, я – правитель, и бегать за тобой целый месяц, чтобы защитить, возможности не имею. Да и ты – девушка не глупая, и достаточно быстро поймёшь, что наш мир – магический, и не подчиняется биологическим законам.

Правитель замолчал, ожидая моего согласия, а я, на всех посмотрев, подумала: «Если я сейчас отступлю, то не только потеряю шанс вернуться домой, но и уважение».

– Тогда месяц и одна неделя на полевые работы и столько же, чтобы описать результат, – объявила я и, увидев в глазах оппонентов непонимание, объяснила:

– В моих планах не было торговаться, я объявила те сроки, за которые обычно берусь. Но если вы мне любезно ещё время предоставили, я с благодарностью соглашаюсь.

– Это было время не «ещё», а «вместо», – с усмешкой оповестил меня Анарабат.

– В нашем договоре сроки не прописаны, и поэтому, устанавливая их, я иду вам навстречу, – парировала я, в ответ улыбнувшись старшему брату правителя, и, уже серьёзно взглянув на Аханатора, объявила:

– И да, если говорить о требованиях, то позвольте объявить, что меня в экспедиции будет сопровождать он. – Я указала на Леонида, принимая тот факт, что он – единственный, кто может мне помочь в научных изысканиях.

В следующий момент объёмистый кусок дерева отделился от стола, оставшись в руке старшего брата правителя. Анарабат, странно улыбаясь Леониду, растёр дерево в пыль пальцами.

Мои глаза от удивления расширились, но, чтобы не обострять момент, я решила оправдаться.

– Он не только знает Герхатон, но и в курсе технологий моего мира, и, в отличие от любого из вас, владеет научными методами. И если мне так и не вернут артефакт понимания, то сможет переводить, что для работы очень существенно.

Все замолчали – кто обдумывая, а кто многообещающе уставившись на Леонида. А я начала барабанить костяшками пальцев по подлокотнику кресла, вторя ритму сердца, доносившемуся из-за зеркала.

Аханатор сидел, нахмурившись, глядя в пол, Леонид буравил меня радостным взглядом, а Анарабат, ухмыльнувшись, встал и, шлёпнув ладонью по пострадавшему столу, высказался:

– Я, в принципе, не против дать тебе запрашиваемое время, – сказал он, как всегда, по-дружески подмигнув, – но только после того, как ты пройдёшь ритуал «Представление городу». Возможно, что на этом пути всё само и разрешится, тогда мы поймём, как дальше быть и сколько дать тебе времени.

– Я не буду тебе больше лгать и обещать, что дадим запрашиваема тобой, – тоже вышел из-за стола правитель и, вскинув руку, останавливая мои возражения, добавил:

– Кто будет тебя сопровождать, определят боги и проведение, и об этом станет известно через несколько часов.

– А если она – как наша бабка? – озадаченно спросил Атаэр. – Увидит храм, но лучи Ярила не позволят впитать магию?!

– Тогда, как подлечится, сама определит, кого мы отрядим ей в сопровождение, – разведя руками, ответил ему Аханатор.

***

Когда все покидали мой гинекей, заявив, что через час ждут меня внизу, я продолжала сидеть в кресле и судорожно пыталась всё спланировать.

Ко мне подошёл невидимый эласмотерий и, тыча мордой в бок, стал выпрашивать чего-нибудь вкусного.

– Верить демонам не стоит, тем более, они так и не дали мне запрашиваемого обещания, – произнесла я вслух, протягивая Ластику пирожок с неизвестной начинкой.

Он его располовинил и, увидев там мясо, с радостью его из теста вылизал.

«Отлично, тут даже безобидное травоядное – хищник», – сделала я неутешительный вывод и, потянувшись к столу, спустила на пол чью-то недоеденную ногу.

«Единственный выход – это побег и выполнение договора, чтобы Аханатор уже не мог пойти на попятную».

Я, сорвавшись с кресла, направилась к зеркалу и, засучив рукава, осмотрела изображения на моей коже.

«Так! С каплей не всё ясно, но основное свойство определено, и с ней я могу попасть куда угодно беспрепятственно», – произнесла я про себя, рассматривая округлый контур.

На мгновение мне показалось, что рисунок стал ярче и разросся вширь, словно его что-то подпитывало. Списав всё на нервы и разбушевавшуюся фантазию, я продолжила рассматривать своё отражение.

«Контур лягушки даёт метаморфозу и возможность отравления ядами», – перевела я взгляд на сгиб локтя, заметив, что на голове изображения появился странный зазубренный выступ.

«Хм, может, это отпечаток жезла влияет на мои художества», – подумала я и, взглянув на тыльную сторону руки, потёрла запястье.

Контур Гестиона сразу засиял, и странное свечение, отразившись в зеркале, заставило меня поднять голову.

От увиденного я онемела.

На моей голове сияла странного вида диадема, на шее – кулон-капелька, а на пальце – массивное кольцо. Но самое странное – на лице под глазом чётко проступил контур яблока, выведенный пунктиром.

– Это что за плодовый паттерн? – спросила я, рассматривая себя, и добавила, расстроившись:

– Как говорится, преобразование из лягушки в красотку бесследно не прошло, обязательно найдётся фрукт, который всё испортит.

Тяжело вздохнув, я провела пальцами по пунктиру, ощущая выпуклость прерывистой линии. Почувствовав, как мешает массивное кольцо, попыталась его снять, но безрезультатно. Я поднесла кольцо к глазам и рассмотрела подробно. Дизайн явно устарел и подходил, скорее, бабушке, – такие носили в средние века, когда считалось, что чем массивнее украшение, тем дороже. Вычурные лепестки и завитушки, обрамляющие камни разного цвета и чистоты, которые наверняка что-то значили.

Взглянув на диадему, торчащую из моей копны волос, я удивилась венчающему её украшению. В перекрещении жезла и шара, который был похож на державу, на небольшом выступе сидел кот с раздвоенным хвостом, которого я уже видела.

– Так! На изучение этой бижутерии у меня времени нет! – сказала я своему отражению, крутя пальцами кулон-капельку. Решила попробовать повторить свои действия обратно – может, тогда всё это опять станет невидимым?!

Обвела контур яблока рукой, а затем потёрла жезл.

Набор из старомодных украшений исчез, а вот кольцо чуть видоизменилось, став похожим на тонкий ободок. Я его повертела на пальце, и только тогда оно словно растаяло.

Контур яблока под глазом стал невидимым, но сохранил едва различимую выпуклость. Я, чуть расстроившись этому факту, покачала головой и, пригладив волосы, пошла собираться.

***

– Ластик, на площади старайся, чтобы на тебя не наткнулись, – напутствовала я эласмотерия, решив, что он достаточно умён и воспримет мои наставления. – И, как я только засвищу, беги ко мне. Мы попробуем оттуда смыться.

Пока я объясняла, привязала невидимому животному на спину пустую сумку и, нащупав единственный рог, накинула на него верёвочную петлю, пытаясь наспех продумать минимальное управление.

– Прости, дружище, но я надеюсь, что ты не против, – покаялась я, погладив шерстяную мордочку. – Мне нужно будет тобой управлять, а это один из способов.

Привязав на ощупь конец верёвки к сумке, я засунула туда сменное бельё и, тяжело вздохнув, открыла дверь гинекея.

***

Пока я шла по пустому коридору к лестнице, слышала, как невидимый зверь старается ступать аккуратно, чтобы не цокать по полу копытами.

– Молодец, Ластик, – похвалила я его и, завернув за угол, резко остановилась.

На стене напротив проступило изображение трёх девиц, и смотрели они на меня как-то даже угрожающе. Одна девица, чуть повыше ростом, с длинными кудрявыми волосами, притопнула ногой и скривила рожу, приставив руки к ушам, изображая одноименное вьючное животное.

– Ну уж дудки! – опешила я от наглости изображения. – Я, конечно, понимаю, что вас кто-то наколдовал, но оскорбляющие прохожих рисунки, простите, это уже совсем за рамками приличия, – высказалась я и, бросив на девушку осуждающий взгляд, продефилировала к лестнице.

Спустившись с первого пролёта на широкую площадку, я опять наткнулась на девиц, но уже с покрытыми косынками головами.

– Теперь Алёнушек изображаем? – со смешком поинтересовалась я, сворачивая на следующий пролёт.

Но три настырных изображения перемещались по стене за мной, пытаясь что-то показать и усердно жестикулируя. Я, засмотревшись на них, по инерции сделала шаг вниз, на ступеньку, и наткнулась на невидимого Ластика. Охнув, комично махнула руками, стараясь обрести равновесие, и, опершись на стену, что-то на ней зацепила и всё же сверзилась.

Оказавшись на четвереньках, почувствовала боль в колене и, вскочив на ноги, задрала подол, почувствовав, как по разбитому колену заструилась горячая струйка.

– С-с-с… Гедрить твою перекись… – зашипела я, приложив к ране зелёный платок, правда, не поняв, как он у меня оказался.

В тот же миг под глазом что-то дёрнулось, и на моих глазах рана стянулась, оставив после себя только красный засохший след от вытекшей из несуществующей раны крови.

Я потёрла его платком, в очередной раз надеясь, что мне это всё привиделось. Но на зелёной ткани остались следы, и я, недоумевая, откуда у меня взялась косынка и как так быстро рана зажила, медленно подняла голову.

Узрев изображения всё тех же девиц, уставившихся на меня со странным выражением, я, подбоченясь, разогнулась. Две из них, как и прежде, стояли в косынках, а третья, показывавшая мне ослиные уши, теперь была с растрёпанной гривой волос, как это бывает у меня по утрам, то есть в разные стороны.

– Ну и что вы мне хотели сообщить? – спросила я озадаченно, крутя в руке кусок зелёной ткани.

Две девицы, синхронно, подняв руки, указали мне на горизонт, изображённый на стене в конце пролёта, и я увидела, как на нём зажглись первые лучи. Как только красное свечение залило стену, две девицы синхронно сдёрнули с себя платки и пустили их по ветру.

– Э-э-м… – призадумалась я, хотя всегда считала себя сообразительной. – Мне нужно снять платок, когда встанет Ярило? Или надеть его до вступления на путь, а потом прилюдно опростоволоситься?

Две девицы закатили глаза к небу, показывая всё, что обо мне думают. А третья кивнула на мою руку с платком, который теперь был окровавлен.

– Его надеть? – спросила я озадаченно. – Он же испачкан кровью!

Девушка, как-то коварно растянув губы, топнула ногой, так что я, не став препираться, напялила кровавый головной убор и, кивнув, поспешно направилась в нужную сторону.

***

– Ёлька, у тебя что, в гинекее не нашлось гребня? – со смехом поинтересовался Леонид, когда я спустилась в холл к ожидающим меня эрлам.

Пройдя мимо Аханатора, о чём-то спорившего с Анарабатом и Андерихом, я, заметив большое зеркало, скосила на него глаза и удивлённо застыла. Платка на мне не было, а волосы оказались неровным пучком завязаны на затылке. Я же точно помнила, что волосы не завязывала, а оставила распущенными.

– Да, собственно, какая разница, причёсанной она сгорит или с этим гнездом на затылке?! – раздражённо высказал моему сокурснику Атаэр. – Давайте уже быстрее покончим с этим. И так выступим перед городом посмешищем.

– Что, не всех ещё проигравших отбор невест посетил? – с насмешкой спросил его Андерих.

Атаэр, резко сжав кулаки, посмотрел исподлобья, и у меня создалось впечатление, что он вот-вот бросится на того.

– Лучше просветите, сколько займёт времени это мероприятие? – спросила я, пытаясь не допустить мордобоя, но, увидев озадаченные взгляды мужчин, пояснила:

– Я бы хотела после ритуала погулять по городу и ознакомиться с местным бытом, даже если он демонический.

Сказав это, я засмеялась над получившимся каламбуром, но эрлы застыли каменными статуями и теперь напоминали заколдованных животных из подземного зала. Первым пришёл в себя Аханатор. Почему-то прочистив горло, он, подойдя, чуть нагнулся и вкрадчивым шёпотом произнёс:

– Елена Алексеевна, мы – эрлы, а не демоны. Мы – высшие маги.

Я кивнула, соглашаясь, так как с моей стороны высказывание было явно неосмотрительным.

– Не хотела показаться невежливой, – натянуто извинилась я.

Аханатор в ответ хмыкнул, показывая, что принимает извинения, и указал на вешалку рядом с господином Керром.

– Мы все будем в черных плащах с капюшонами, полностью скрывающими нас, и не сможем с тобой разговаривать, – сказал он многозначительно, обведя присутствующих рукой. – Это непременное условие, и делается для того, чтобы никто не мог тебе подсказывать.

– Ты будешь в белом плаще, тоже под капюшоном, – подхватил за правителем Анарабат, показывая, что мой плащ перекинут у него через руку. – В него мейсты вплели специальную нить, нейтрализующую почти все излучения.

– Вообще-то, это жульничество, – с усмешкой прервал правителя Андерих. – Насколько я помню, есть описания, что девица должна быть с непокрытой головой, и даже раньше, в некоторых случаях, её пускали на путь голой.

– Дерих, как разбогатеешь, купи себе безмагичку, а то мы знаем, что твоя сестра унаследовала всё состояние, – с явным укором высказал ему господин Керр, протягивая Атаэру один из плащей с вешалки.

– Меня уговорили на этот фарс, пообещав, что ваша собственность, – ответил ему Андерих специально выделив последнее слово, покосившись с усмешкой на меня, – которую, надо сказать, никто не покупал, а затащил на Герхатон обманом, откроет мой сундук, и я, как ты выразился, наконец-то разбогатею.

Вдруг его лицо подёрнулось чёрной дымкой, и он, еле сдерживаясь, прорычал угрожающе:

– Эт экво формати, феверос доминтом!

Эти слова даже без перевода прозвучали так, что господин Керр, испугавшись, поспешно отступив, согнулся.

«Повадки, словно у животных!» – сделала вывод я.

– Ёля, сосредоточься, тебе нужно идти за скоморохами, никуда не сворачивая с помоста, – продолжил инструктировать меня Аханатор, не обращая ни на кого внимания. – Если ты вдруг что-то увидишь или почувствуешь, просто махни рукой, чтобы мы это поняли.

– А если вдруг тебя начнёт жечь, главное – закрой лицо, – вставил зачем-то Атаэр.

Я непонимающе взглянула на брата правителя, пытаясь уловить смысл дополнения, но его напутствие поддержал Анарабат:

– Действительно, если вдруг почувствуешь, что начнет припекать, прикройся руками, и мы с Аханатором тебя вытащим, – сказал мне старший брат правителя, а у меня в голове всплыла одна из фресок коридора – именно та, где девушка, идущая по пути, заживо горела.