![](/books_files/covers/thumbs_240/psihologiya-nedoveriya-kak-ne-popastsya-na-kryuchok-moshennikov-117413.jpg)
Автор книги: Мария Конникова
Жанр: Общая психология, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Со временем он начал привлекать к делу «статистов», которые еще больше упрощали ему задачу: это были люди, встречавшие его раньше, но сохранившие к нему положительное отношение и готовые поручиться за него, уверенные, что на этот раз он будет вести себя по-другому, честно и порядочно. Он много раз убеждал Роберта Кричтона, что вернулся к честному образу жизни – на этот раз по-настоящему, – заставляя того невольно играть роль подставного лица в своей «бумажной» игре. «Я действительно пытался устроиться на работу!» – писал он в одном письме в ноябре 1960 года. И конечно, поскольку их связывали очень близкие отношения, он ссылался на Кричтона, когда ему нужны были рекомендации. Не окажет ли ему Кричтон эту услугу? «Если они напишут вам, пожалуйста, дайте мне по-настоящему хорошую рекомендацию и подпишитесь любым именем, какое придет в голову… конечно, на солидном бланке».
В мире науки или бизнеса, виртуальном или реальном, самый эффективный способ создать иллюзию знакомства, усыпить бдительность своей мишени, чтобы она рассказала о себе как можно больше, и тем самым успешно осуществить подводку для своей аферы остается неизменным: персональный контакт. Моран Серф, ныне нейробиолог, раньше работал кем-то вроде хакера. Он был членом команды, которая помогала компаниям находить дефекты в своей системе безопасности. Самой важной частью работы, рассказывал он мне, был сбор агентурных данных. Для этого не нужны технические навыки как таковые – только умение разбираться в людях и впитывать информацию, которой они добровольно, хотя порой и неосознанно, делятся. Чем специфичнее информация, тем она полезнее и достовернее.
Несмотря на то что сама атака зависела от техники, подводка к ней оставалась делом исключительно человеческих рук. Одна женщина из их команды не имела никаких технических навыков, однако играла в проекте уникальную роль, которая заключалась в координации усилий агентов. Она заводила знакомства. Сверяла расписания. Исследовала локации. Завоевывала доверие. После этого команда могла приступать к взлому. Все, что для этого было нужно, говорит Серф, – одна-единственная точка входа.
Получить одну точку входа совсем несложно, если вы знаете, что делаете. Например, простого короткого разговора – или просто обмена приветствиями – уже достаточно, чтобы позднее человек отнесся к вам с доверием. Человек, с которым вы разговаривали, вам уже немного знаком, а значит, вы отнесетесь к нему более дружелюбно и, вероятнее всего, будете больше доверять ему позднее. В одном исследовании было установлено, что люди с большей степенью вероятности соглашаются выполнить просьбу человека, которого раньше уже видели, пусть даже всего один раз и совсем недолго. Именно на это рассчитывала команда Серфа. Вы больше не незнакомец – вы та девушка, которая пила кофе в моей любимой кофейне неподалеку от офиса. Какое совпадение! Конечно, я вам помогу.
Сообщница Серфа была исследовательницей, и эти данные были нужны ей для научной статьи, а не для дальнейшего использования в неблаговидных целях, однако она делала именно то, что делает мошенник на этапе подводки: составляла портрет потенциальной мишени, затем, ориентируясь на этот портрет, пыталась войти в доверие и наконец обращалась к нему с просьбой. Легкость, с которой ей удавалось добиться успеха, по-настоящему пугает.
Иногда для достижения нужного эффекта требуется даже меньше, чем случайный разговор за чашкой кофе. Зимой 1967 года Роберт Зайонц, социальный психолог из Стэнфордского университета, обнаружил интригующую историю в газете, изданной в городе Корваллис, Орегон. В заметке говорилось о таинственной фигуре, которая в течение двух месяцев посещала в университете штата Орегон курс под названием «Речь 113: основы убеждения». Фигура странно выглядела: она была с ног до головы закутана в черный мешок. На виду оставались только его – или ее? – ступни. Босые. Приходя на занятие, закутанная фигура молча усаживалась за дальнюю парту. Единственным человеком, знавшим, кто это на самом деле, был профессор Чарльз Гетцингер. Студенты называли загадочного посетителя лекций Черным Мешком.
Однако больше всего Зайонца заинтриговала не сама эта странная история. Наиболее любопытным ему показалось то, как Гетцингер описывал отношение студентов к Черному Мешку. По словам профессора, оно изменилось «от враждебности к любопытству и, наконец, дружелюбию». Черный Мешок ничего не делал, не произносил ни слова и не обращался ни к кому из студентов. Но их мнение о нем все же изменилось. Могло ли быть так, спрашивал себя Зайонц, что они привыкли к его присутствию (это все-таки был «он»), и только лишь этот факт каким-то образом сделал их отношение к нему более дружелюбным?
Идея была не нова. В 1903 году Макс Мейер регулярно давал своим студентам слушать восточную музыку (от 12 до 15 раз), и чем больше они слушали, тем больше она им нравилась. Позднее этого же эффекта удалось добиться с классической музыкой, необычными сочетаниями цветов в живописи и даже распределением мест в классе. (Вы когда-нибудь задавались вопросом, почему люди стараются сесть на одно и то же место, даже если садиться можно куда угодно?) Дело в том, что мы постепенно «втягиваемся» в регулярно повторяющиеся действия или обстоятельства. Однако в эксперименте Мейера привыкание происходило осознанно. Зайонца заинтересовали в статье слова «только лишь»: могло ли простое присутствие рядом, без сознательного осмысления, привести к тому же результату?
В 1968 году Зайонц опубликовал результаты своего исследования, дающие, возможно, один из важнейших инсайтов о человеческом восприятии, который накрепко усвоили многочисленные маркетологи, специалисты по рекламе, а также их менее порядочные коллеги – мошенники. В ходе исследования Зайонц показывал участникам наборы изображений – бессмысленные турецкие слова, иероглифы наподобие китайских или фотографии. Затем он проверял, насколько людям понравилось увиденное. Как выяснилось, чем чаще участники исследования видели то или иное изображение, тем приятнее оно им казалось. Позднее он повторил эксперимент с абстрактными фигурами, которые появлялись и исчезали на экране так быстро, что было трудно сказать, что именно там изображено, а главное, сколько раз оно появлялось. Результат оказался таким же. Раз за разом люди отмечали фигуры, которые уже видели раньше, как более приятные, хотя осознанной памяти о том, что они их видели, у них не было и отделить старое от нового они могли лишь по чистой случайности. Зайонц назвал это эффектом простого присутствия: знакомый образ вызывает симпатию. А симпатия – это источник личной информации, жизненно необходимой для успешной подводки в мошенничестве.
Концепция простого присутствия имеет по-настоящему революционное значение. Если мы видели что-то раньше и это нас не убило, значит, у нас с ним есть какие-то шансы на взаимопонимание. Так сказать, знакомый черт лучше незнакомого. Конрад Лоренц, этолог и лауреат Нобелевской премии, доказал, что любой новый предмет, будь то камера, плюшевая игрушка и т. п., вызывает у ворона немедленную реакцию – держаться подальше. Но через несколько часов, когда объект появляется в очередной раз, птица начинает приближаться к нему. То же самое происходит с маленькими детьми. Впервые услышав новый звук, младенцы начинают плакать. Но к четвертому разу они уже испытывают любопытство. Увы, как многие естественные адаптивные тенденции, нашу реакцию на простое присутствие слишком просто использовать в корыстных целях.
Разумеется, еще удобнее, если знакомство переходит от простого присутствия к разговору – при этом важно не только поговорить, но и вспомнить подробности разговора при следующей встрече, тем самым сделав очередной шаг к доверительному контакту. Нам приятно чувствовать, что кто-то знает нас «по-настоящему». Казалось бы, нет ничего сложного в том, чтобы запомнить имя человека, но эта простая вещь может мгновенно превратить мошенника из персоны нон грата в человека, который вызывает у нас симпатию и даже восхищение и которому мы, разумеется, готовы помочь. В серии экспериментов было установлено, что люди чаще покупают товар у малознакомого человека, если тот может вспомнить их имя. Мы воспринимаем даже такую малость как комплимент: очевидно, я достаточно важная персона, чтобы запомнить мое имя, и, если этот человек так думает, значит, он действительно очень проницательный человек. Как сказал мастер манипуляции Дейл Карнеги: «Помните, в любом языке самый приятный звук для человека – это его имя». Ощущение узнавания – хлеб с маслом любого мошенника.
Некоторые мошеннические схемы целиком и полностью основаны на мнимом узнавании. Проверенный временем прием: притвориться чьим-нибудь родственником и сказать, что вы встречались на свадьбе. Все, что для этого нужно, – знать имена новобрачных. Чтобы не показаться невежливыми, мы предпочтем сделать вид, что узнали этого человека. Герман Мелвилл описал силу такого мнимого знакомства в сатирической повести «Мошенник». На борту парохода мошенник, меняя образы, подходит к разным пассажирам. Разговаривая с одним, он узнает что-то о другом, затем он наблюдает и использует полученные сведения в следующем разговоре, притворяясь старым деловым или светским знакомым. Это всегда срабатывает безотказно.
В феврале 1960 года мистер и миссис Алан Джеймс Блау из Питтсфилда, Массачусетс, поместили в газете New York Times официальное объявление о помолвке своего сына Эндрю с девушкой из Калифорнии, мисс Келли Смит Хайнс. Бракосочетание было назначено на июнь. Семью засыпали поздравлениями и пожеланиями всего наилучшего – как же, такое счастливое событие. Спустя несколько дней миссис Блау получила еще один телефонный звонок. Это была тетя невесты – Нэнси. Она проезжала через Питтсфилд и хотела увидеться с родителями Эндрю. Миссис Блау была несколько раздосадована – почему ее никто не предупредил? – но все же рада угодить. Она встретила тетю Нэнси на автобусной остановке, повела ее на ланч, и они прекрасно пообщались. Тетя Нэнси рассказала ей о своем доме в Кармеле и пригласила останавливаться у нее, когда они приедут на свадьбу. Они обсудили свадебные подарки. Фарфоровый сервиз фабрики Споуда, предложила тетя Нэнси. Чудесный выбор, согласилась миссис Блау. День склонялся к вечеру, настало время отвезти гостью обратно на автобусную остановку. Увы, тетя Нэнси оказалась довольно рассеянной дамой. С собой у нее были только дорожные чеки. Не будет ли миссис Блау так любезна одолжить ей пятьдесят долларов на дорогу? Ну конечно. Ведь они почти семья.
Тем же вечером миссис Блау позвонила своему сыну в Нью-Йорк. «Почему ты ничего не сказал мне о тете Нэнси?» – слегка раздраженно поинтересовалась она. Эндрю очень удивился. Какая еще тетя? Он позвонил Келли. Келли понимала не больше его. Келли позвонила своей матери. Ее мать была озадачена. Миссис Хайнс позвонила своей матери, бабушке Келли. Дело становилось все более запутанным. Выяснилось, что тетя Нэнси была профессиональной свадебной аферисткой. Она читала объявления в газетах, наносила визиты родителям новобрачных, пользовалась их гостеприимством и бесплатным угощением и уезжала, одолжив на дорогу небольшую сумму денег. Таким образом она поддерживала свое скромное существование. (Сегодня Келли отзывается об этом случае более снисходительно: «Бедная женщина, ей было одиноко и скучно, и она просто хотела ненадолго поучаствовать в жизни других людей».)
Тетя Нэнси – великолепный образец мнимого знакомства: выполните небольшую домашнюю работу – и стадия подводки пройдет легко и быстро. Не нужно тратить много усилий на предварительные наработки, составляющие основу реального знакомства, – вы можете получить те же психологические преимущества, просто притворившись, будто знаете человека лучше, чем на самом деле.
* * *
Серф оставил хакерский бизнес более десяти лет назад. Но он рассказал, что недавно снова вышел на связь со старыми товарищами по команде. Наверное, теперь, когда люди и компании сделались гораздо более продвинутыми в техническом отношении, их работа стала труднее? Совсем наоборот. Она стала даже легче. Теперь их разведчикам даже не приходится столько заниматься «полевой» работой, как раньше. Все, что нужно, – это подружиться с кем-нибудь на Facebook или в другой социальной сети, и, если вам удастся войти в доверие к этому человеку, достаточно будет, чтобы он щелкнул всего по одной ссылке или скачал всего один файл, – и вся система в конечном итоге будет вашей. Одна точка входа – все, что вам требуется.
Мы многое раскрываем о себе, не всегда это осознавая. И все, что мы раскрываем, становится идеальной почвой для подводки мошенника и будет затем использовано для завоевания нашего доверия. Даже новичок сможет найти нашу историю торгов и покупательские предпочтения на eBay, а любой находящийся в открытом доступе вишлист, будь то перечень запланированных покупок на Amazon или список подарков к свадьбе или рождению ребенка, расскажет не только о наших желаниях, но и о том, что происходит в нашей жизни. Ответ на контрольный вопрос, такой как девичья фамилия матери, несложно отыскать с помощью быстрого поиска в общественных архивах. Все, что нужно мошеннику, – сделать свою домашнюю работу.
Для мошенника хлопоты неизменно окупаются, не важно, каким бы трудоемким и запутанным ни был этот процесс. В конце концов, подводка – это основа его благосостояния. 14 июля 1975 года Сандип Мадан потерял своего младшего брата Гуниша. Ему было всего тринадцать лет, и его гибель стала для всех огромным ударом. Мать была раздавлена горем. «Долгие годы после этого она была безутешна, – рассказывал мне Мадан, – и искала духовного утешения». Весной 1978 года среди бесконечной депрессии для нее мелькнул луч надежды. Близкий друг семьи рассказал им, что в Нью-Дели приезжает знаменитый садху, индуистский аскет, по слухам обладающий божественной благодатью. Его звали Бхутнат. И он мог привести всю семью на встречу с ним.
Семья Мадана прибыла во временную резиденцию Бхутната. Комната ожидания была заполнена почитателями и просителями. Напряжение буквально висело в воздухе. Одни рассказывали о том, какую помощь надеются получить от святого, другие превозносили его былые деяния. Это был действительно необыкновенный человек.
После недолгого ожидания их провели к самому Бхутнату. «Мы встретились как незнакомцы, он ничего о нас не знал», – говорит Мадан. Но вскоре он начал рассказывать такие вещи, которые ему неоткуда было узнать. «Невероятно, но он знал, что моя мать потеряла ребенка и что это терзает ее». Он сказал, что видел душу мальчика. Тот в загробном мире и счастлив. И он хочет, чтобы его мать тоже была счастлива. По крайней мере, чтобы она смогла утешиться. Она была поражена – и кто на ее месте не был бы? Она никому об этом не рассказывала. Но одновременно она испытала облегчение. Может быть, они действительно нашли святого человека.
Неожиданно Бхутнат посмотрел прямо на Сандипа. Он только что заглянул в его будущее, сказал он. Он поступит на государственную службу. Сандип был потрясен. Он действительно очень на это надеялся. Но откуда садху об этом узнал?
Аудиенция была окончена. Бхутнат поднял руки, и, откуда ни возьмись, перед ним появился прасад – святая пища, орехи и изюм. Он благословил семью Мадана и отпустил их.
Неужели они действительно стали свидетелями Божественного промысла? Однако кое-что все же вызывало сомнения. В последнюю минуту к ним решили присоединиться Анита, новоиспеченная жена Сандипа, и его тетка Ранжит, младшая сестра матери. Об этих женщинах Бхутнат не мог сказать ничего определенного и даже несколько раз ошибался. Как он мог быть настолько точен в одном случае и так глупо попасть впросак в другом?
Ответ не имел ничего общего со святостью и благодатью. Тот же друг семьи, который устроил их визит, сообщил Бхутнату нужную информацию, чтобы подготовить его к встрече. А подробности, которых он не мог знать? Об этом позаботились почитатели в передней, которые тоже были не теми, кем казались. Это были сообщники, притворявшиеся бесхитростными прихлебателями: они внимательно слушали, что рассказывают приходящие к святому просители, и извлекали из их историй важные сведения.
По словам Мадана, несколько месяцев кряду Бхутнат оставался достопримечательностью Нью-Дели. Все были от него без ума. Журналы и газеты наперебой писали о нем. К нему рекой стекались щедрые жертвователи. Но после очередной ошибки, которая оказалась лишней, он был забыт так же стремительно, как вознесся. Вскоре его место занял следующий чудотворец.
Даже при отсутствии Facebook и готового помочь друга мошенники бывают весьма предприимчивы. Любая информация кажется им достойной внимания, любые усилия, чтобы ее раздобыть ее, – оправданными. В 1898 году Молли Бернс, школьная учительница и машинистка, почувствовала себя дурно в трамвае на окраине Манхэттена. К счастью, мир не без добрых людей: Элизабет Фицджеральд пожалела бедную девушку и проводила ее до отеля. «Вы родом не из города?» – спросила она, поддерживая ее под локоть на тротуаре. Бернс сказала, что давно живет здесь, но недавно поссорилась с матерью, поэтому на время ушла из дома. Этим и объясняется, почему она живет в отеле. Фицджеральд искренне посочувствовала ей – с матерями и впрямь бывает очень сложно – и, убедившись, что Молли больше не требуется помощь, отправилась по своим делам: сегодня ей еще многое нужно успеть.
Однако все ее дела в этот день почему-то крутились вокруг случайной новой знакомой. В Гарлеме, где жила Фицджеральд, она была известна как мадам Зингара, знаменитая ясновидящая. И она просто не могла позволить себе упустить эту прекрасную возможность. Такой бывалой мошеннице, как она, ничего не стоило выяснить, где живет мать Молли Бернс. Заглянув к ней, она в доверительной беседе за чашкой чая выяснила, что причиной ссоры с дочерью послужил роман Молли с женатым мужчиной – неким Э. Т. Харлоу.
Мадам Зингара быстро связалась с Молли Бернс. У нее было видение, сказала она. И в этом видении ей открылись «шокирующие подробности» ее личной жизни, которые она за умеренную плату согласится и впредь держать при себе. Бернс, страстно желая уберечь свою репутацию, рассталась с несколькими сотнями долларов, отдав почти все, что у нее было.
Через неделю мадам Зингара появилась снова. Теперь ей стало известно, что имя Бернс обязательно будет упомянуто в бракоразводном иске. Но за небольшую плату она снова может устроить так, чтобы этого не случилось. Бернс без промедления отдала ей остатки своих сбережений. И она была не единственной. Ясновидящая хорошо знала свое дело. Она сумела убедить всю семью, что скандальный развод оставит неизгладимое пятно на их добром имени. Впрочем, им повезло. За 1000 долларов она сможет предотвратить крах семьи. Но затем она слишком увлеклась и выследила самого Харлоу. Ей было откровение, сказала она ему. Она знает о его романе с Молли Бернс и о том, что против него ополчились «злые духи». Стоимость экзорцизма (по особым расценкам) – 500 долларов. В отличие от Бернсов Харлоу не стал слушать ее и отправился в полицию. А мадам Зингара отправилась в тюрьму.
Впрочем, ненадолго. Один из ее клиентов, Генри Штраус, которого она убедила в том, что поможет ему найти золото, внес за нее залог, и она, не теряя времени, бежала в Чикаго. Зимой 1899 года ее снова арестовали, но она снова бежала. Наконец, в 1900 году ее окончательно поймали и осудили за мошенничество.
В руках мошенника-виртуоза игра в чтение мыслей совершает полный круг. Чем более знакомым и похожим на вас кажется мошенник, тем больше он вам нравится, тем больше вы делитесь с ним подробностями своей жизни, тем больше информации он получает и тем больше может скормить вам, чтобы прочнее привязать вас к себе. Круг выходит на новый виток.
Но боже упаси того, кто стал мишенью, использовать этот подход, чтобы разгадать самого мошенника и игру, которую он ведет. Чтобы этого не произошло, мошенник старается вывести нас из равновесия – в этом он достиг совершенства. Тщательно подготавливая почву для собственного следующего хода, он знает, как отбить нам чутье, сделать так, чтобы мы улавливали социальные сигналы на порядок хуже, чем обычно. Назовите это антиподводкой: мошенник должен заморочить голову своей мишени, одновременно следя за тем, чтобы она не заморочила голову ему самому. К вещам, которые выводят нас из равновесия, относятся, как выяснил Эпли, давление – временное, эмоциональное, ситуационное – и ощущение собственной силы и власти. Находясь под давлением, мы теряем способность рассуждать трезво и логично. Ощущая свою силу и власть, мы, наоборот, преисполняемся уверенности, что нам совершенно не нужна ничья поддержка, поэтому способность читать сигналы, которые подают окружающие, нас подводит. Адам Галински с коллегами провели свою версию самопроверки (нарисовать на лбу букву Q) – они просили участников нарисовать у себя на лбу букву E. Если вы сейчас подумали о том случае, когда находились в позиции силы, вы нарисовали Е так, как смотрите на нее сами (зубцами вправо). Однако если вы вспомнили про те времена, когда у вас было сравнительно мало власти, ваша буква нарисована так, чтобы ее мог прочитать человек, который стоит перед вами. Перевернутая буква сигнализирует о более выраженном желании принимать во внимание чужую точку зрения и о способности точнее улавливать социальные сигналы. Мошенник просто обожает делать так, чтобы мы чувствовали свою власть и думали, будто держим все под контролем. Это мы отдаем распоряжения, делаем выбор, все обдумываем – а он просто исполняет нашу волю. И мы, давая ему все больше подсказок, становимся совершенно слепы к подсказкам и сигналам, которые подают другие.
Возьмите аферу Демары на канадском военном корабле. Отчасти его успех – то есть причина, почему его сразу же не разоблачили и почему ему удавалось какое-то время изображать врача при полном отсутствии медицинского опыта, – обусловлен тем, что он прекрасно разбирался в динамике власти и с удовольствием внушал окружающим чувство компетентности и превосходства. Для того чтобы его коллега-врач составил «полевой справочник», якобы предназначенный для солдат, оставшихся без медицинского обслуживания, он польстил его опыту. Он настолько опытнее, сказал Демара, что сам он по сравнению с ним чувствует себя зеленым новичком. Замысел сработал безотказно, и Демара получил все медицинские советы, о которых только мог мечтать. Позднее на корабле он разыграл практически ту же партию с капитаном и старшими офицерами. Он неизменно уважительно относился к их власти и старшинству, хотя в силу своего положения тоже мог претендовать на высокий статус. Таким образом он мог добиться от них чего угодно, а они, в свою очередь, были слишком польщены, чтобы придирчиво следить за ним.
Еще одна вещь, начисто лишающая нас способности разбираться в мотивах окружающих, – деньги. В частности, мысли о деньгах. В ходе серии из девяти исследований психолог Кэтлин Вос, глава отделения маркетинга Школы менеджмента Карлсона при Университете Миннесоты, обнаружила, что люди, получившие хотя бы мимолетное напоминание о деньгах, в итоге уделяли меньше внимания окружающим и существенно увеличивали дистанцию между собой и другими. Мошенники прекрасно знают об этой особенности. Поэтому в начале и в конце своей подводки они упоминают о финансовых затруднениях (или, наоборот, сулят золотые горы). Так поступала со своими жертвами Сильвия Митчелл: она сразу же переводила разговор на финансовые темы, утверждая, будто ее клиенты слишком привязаны к деньгам, они находятся в эмоциональном затруднении, потому что у них нездоровые отношения с материальными ценностями, и так далее. Пока они были заняты осмыслением возможных последствий, она пристально наблюдала за ними.
* * *
Ли Чунг была родом из Сингапура. Она получила диплом Университета Нью-Йорка и работала по специальности в крупном инвестиционном банке. Однако в ее жизни как будто чего-то не хватало. В карьере наступило затишье. Был 2007 год. Она работала по 80–100 часов в неделю. У нее была хорошая работа и вполне достойная зарплата. Множество людей в это время вообще не имели работы, поэтому ей стоило радоваться тому, что у нее есть. Но ей почему-то казалось, что она тратит все эти часы впустую. Она скучала по своей семье, особенно по матери, которая болела и нуждалась в заботе. В личной жизни у Чунг все тоже было не слишком радужно: она питала нежные чувства к коллеге. Конечно, она знала, что заводить служебный роман – плохая идея, но ничего не могла с собой поделать. Коллеге, как водится, было невдомек, что происходит. Кроме того, имелась еще одна сложность: коллега тоже была женщиной. Чунг пыталась свыкнуться со своей новой сексуальностью, оказавшейся к тому же такого свойства, которое в ее родной культуре не слишком одобряли. Она чувствовала себя одинокой, потерянной, уязвимой и беззащитной.
И однажды она наткнулась на удивительное место. Приветливый теплый свет декоративных светильников. Занавеска из бусин. Доброжелательная ободряющая улыбка, как будто говорившая, что здесь рады приходу Чунг, более того, здесь она в безопасности.
Сильвия Митчелл сразу же почувствовала, что энергетическое поле Чунг в ужасном состоянии. Негативная энергия, сказала она, пропитывает всю ее жизнь. Но надежда все-таки есть. Сильвия может изгнать эту негативную энергию – если только Чунг согласится положить 18 000 долларов в сосуд, который будет храниться у Сильвии. Это просто упражнение. Жест доверия, который поможет развеять темные силы, собравшиеся вокруг нее.
Затем Митчелл пошла еще дальше. В прошлой жизни, сказала она, семья Чунг очень жестоко поступила с предметом ее страсти, поэтому в нынешней жизни она испытывает муки безответной любви. Но счастливое совместное будущее все же возможно, заверила она. Она это чувствует. Однако, чтобы воплотить эту возможность в жизнь, потребуется много работы. Настоящей работы. Такую работу нельзя проделать за один визит – и даже за несколько.
В течение следующих двух лет женщины медитировали вместе, чтобы совместно сфокусировать энергию на ожидающем Чунг в будущем любовном блаженстве. Со своей стороны, Митчелл сказала, что проведет некоторые ритуалы, чтобы помочь процессу. На это потребуется время, предупредила она. Обида, нанесенная в прошлой жизни, была очень серьезной. Поэтому нужно время – и 128 000 долларов, которые Чунг постепенно, по частям передавала своей новой наперснице.
Их отношения становились все ближе, но, как ни удивительно, проблемы Чунг оставались так же далеки от разрешения. Даже наоборот, они стали еще серьезнее. Сотрудница, в которую Чунг была влюблена, пожаловалась на сексуальные домогательства, и вскоре после этого Чунг уволили.
Мать Чунг по-прежнему болела. Женщина осталась без любви, без работы, с тающими на глазах сбережениями. Митчелл забрала почти все, что у нее было.
* * *
Ни Салфилд, ни Чунг не были наивными и легковерными. Они были профессионально состоятельными, умными, успешными женщинами. И, как они позднее публично заявили, Сильвия Митчелл отнюдь не вызывала у них безусловного доверия. Но вместе с тем они обе находились в эмоционально уязвимом состоянии – и Митчелл оказалась именно той, кто был им нужен, и появилась в их жизни именно в тот момент, когда это было нужно. Она очень хорошо делала свое дело. «Я интеллигентная и образованная женщина, и для меня это происшествие было одним из самых унизительных в жизни», – призналась позднее Салфилд.
В каком-то смысле роль эзотерика значительно упрощает подводку к выполнению мошеннической схемы: мишень приходит уже подготовленной. Приходя в эзотерический салон, вы показываете, что готовы верить и открыты для предложений. Кроме того, вы, очевидно, ищете простое решение для своей проблемы или трудной ситуации. То же относится и к другим видам мошенничества. В эпоху интернета осуществить подводку проще, чем когда-либо: вам нужны те люди, которые отвечают на фальшивую рекламу, «письма счастья» и другие фишинговые схемы. Больше не нужно быть психологом и уметь разбираться в людях с первого взгляда. Все, что вам требуется, – создать достаточно убедительную витрину интернет-магазина или сочинить послание, которое заинтересует вашу потенциальную добычу. (Грамматические ошибки, как и явно подозрительное содержание подобных писем, допускаются отнюдь не по глупости. На самом деле это хорошо обдуманный прием. Мошенники на собственном горьком опыте убедились, что чересчур солидные с виду послания привлекают слишком много рыбы, что делает процесс отсева подходящих кандидатов слишком трудоемким. Наживку попроще заглатывают только простаки, с которыми легче иметь дело.)
И все же потребность в интуитивной психологии на этапе подводки – быть хорошим человеком и хорошо разбираться в людях – никогда не теряет актуальности. Как бы искусно вы ни расставили ловушку, вам все равно следует быть мастером холодного чтения, чтобы подцепить крупную рыбу. Человек может, как Дебра Салфилд, зайти в эзотерический салон из сиюминутной прихоти или чувства противоречия. Не будь Митчелл такой искусной актрисой, Дебра оставила бы в салоне всего 75 долларов. Не маленькие деньги, но и не конец света. Но благодаря правильному подходу Митчелл ее клиентка Дебра Салфилд, несмотря на весь свой скептицизм, потеряла намного больше – не просто больше денег, а денег, которых у нее на самом деле не было.
Тщательная подводка очень важна для мошенника. Выбирать свою жертву нужно осмотрительно. Один неверный шаг – и вся карьера может рухнуть, как это произошло с мадам Зингарой. Демара не просто позволил Роберту Кричтону написать свою биографию. Сначала он все о нем разузнал, навел справки, прежде чем ответить на первое письмо, а после этого много раз назначал ему в Нью-Йорке встречи, на которые не являлся. Пока Кричтон ждал прихода Демары, обманщик незаметно наблюдал за ним из надежного укрытия и замечал, как тот себя ведет. Он хотел убедиться, что ему достанется не просто первый попавшийся писатель. Он хотел заполучить писателя, который напишет историю так, как ему было нужно. Он хотел получить не только биографа, но мишень.
В конце концов он получил именно то, чего хотел. Кричтон переписывал свою книгу дважды. Первая рукопись была более четкой и публицистичной. В ней рассказывалось о человеке, который причинил много вреда и был, возможно, не только обманщиком, но и имел более темную сторону: многочисленные иски и жалобы явно давали понять, что он склонен к жестокости и непристойному поведению в отношении мальчиков. Этот черновик отклонили. Слишком мрачно и пессимистично, сказали в редакции. Об аферисте нужно писать легко – больше фарса и дерзких проделок, меньше разбитых сердец. Кричтон хорошенько все обдумал. Он был серьезным писателем и хотел рассказать серьезную историю. Он не хотел приукрашивать действительность.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?