Читать книгу "Тонкости приручения магических тварей"

ГЛАВА 7. И КТО ТУТ ХОЗЯИН?

Когда ужин был готов, сын вернулся один – раскрасневшийся, с блестящими глазами и широченный улыбкой на лице.

Мне ещё добрый час рассказывали "а какие крутые перья", "летные храрастеристики круче этого, Боинга!", "когти во – прямо больше, чем у динозавра"! И вообще мам-жалко-что-я-не-тварь какая…

От последнего мама чуть на пол не села, а Яну хоть бы хны! Смотрит своими темными глазищами, невинно так, совершенно невинно.

– Лес Ирргонар сказал, что все волшебные сущности находятся под покровительством, и если бы только во мне текло немного, хоть восьмушка их крови, то они вполне мы могли бы меня обучать по-своему или забрать от магов любыми способами. И тебя, мам, тоже.

На меня посмотрели, как на немощную, и стало вдруг немного обидно. Хоть и безмагичная, загазованная и построенная на технике, Земля была моим, знакомым миром, где я не ощущала себя какой-то ущербной. А здесь…

Отогнала неприятные мысли. Глупости! И здесь множество людей отлично без магии живут, и живут припеваючи!

Это просто вокруг меня одни маги да твари, вот и чувствуешь себя… Как Шрек в королевском дворце.

Ладно, ладно… Неважно это все.

Сын умял салат из местных темно-синих овощей, похожих на помидоры и тонко наструганного сыра – выглядел белый кругляш почти как у нас, а вкусом напоминал больше плавленый. Мясо неизвестного прыгающего животного, из которого вышли отличные отбивные, тоже зашло на ура. Каша – мелкая золотистая крупа, которая после варки напоминала тягучую мерцающую и одуряюще пахнущую манку, осталась на завтра. В отличие от Земли здесь благодаря стазису – остановившемуся времени – еда не теряла свой вкус на следующий день.

А в меня тоже больше не влезало.

Идти спать было вроде ещё рановато, поэтому решила попробовать составить список первоочередных дел.

Так, перво-наперво исследовать дом до конца. Хорошо бы всё-таки выяснить, кому он принадлежал. Домыть стекла, убрать на всякий случай не только нашу будущую гостиную, но и несколько гостевых…

Тонкий темный грифель, похожий на карандаш, завис над драгоценной бумагой.

Что ещё?

Нужна литература. С грехом пополам изъясняться на местном я уже могу, иногда даже довольно бегло. Но вот читать и писать… С трудом. Большим. Время и силы – вот, что мне нужно. А начало рабочих будней не за горами! Я ведь даже не знаю до сих пор, чего именно от меня потребует господин ректор. Какие виды тварей существуют? Есть ли какая-то классификация? Какие из них опасны, какие более привычны к людям, все ли разумны? Карандаш порхал по бумаге, и в какой-то момент я поймала себя на том, что вместо списка дел из-под "пера" выходит когтистая грифонья лапа, наглый хитрый глаз, перья и… рядом, собственно, человеческий профиль.

Знакомый такой. Самоуверенный, ухмыляющийся.

Криво улыбнулась, щёлкнув неугомонную тварь на рисунке по носу.

– Ну и что это такое, а? Ты и сюда пробрался. Нет уж, господин хороший, единственная польза от тебя будет – перышки на подушку нащипать. Хотя… с твоими габаритами и на одеялко хватит.

В этот момент меня счастливо потыкали в коленку и смачно боднули.

Алтти! Дракончик хотел обнимашек, внимания, любви, нежности, маму-слюнявчик и прочие радости драконьей жизни. Интересно, что будет, когда он вырастит? Чуть не закашлялась, представив, как меня бодает здоровенная крылатая гора, а потом лихорадочно ищет улетевшую в кусты маму.

– Мама! Игать! Мясь! Кусь!

Да уж, полный укусь…

Сейчас ещё будет подкусь и укусь. И зажевась… Ценной бумаги, если я кого-то не покормлю.

Так. Стоп.

А чем ещё кормят драконов? Он сам-то знает?

Я скептически посмотрела на снующую по кухне изумрудно-синюю попу. Хвост так и вилял туда-сюда, как у порядочного собакена. Вон что-то вынюхал в одном из нижних шкафов и тут же на глазах у изумленнейшей публики в моем лице поддел дверцу когтем. Морда, ты куда полез? Куда, я тебя спрашиваю! Сырую крупу жрать?

– Ал, стой! – я бессовестно ухватила юркий драконий хвост, а потом и само ворчащее увесистое чучелко. – Фу, брось гадость! Брось, кому говорят! У тебя пузо заболит!

На меня смотрели самые несчастные драконьи глаза на свете. Но я была жестока и неумолима. И так же неумолимо раскрыла эту пастенку и заставила-таки выплюнуть комок слипшейся крупы, похожей больше на мюсли.

А то как потом дракона лечить?

И чем кормить всё-таки? Не мал он для мяса?

Морда обиженно фырчала у меня на коленях и активно принюхивалась…

– Кусь! Ням! – облизнулся дракончик.

Спросить Лиру и Яна? Так поздно уже, будить не хочется…

"Юные Луррагские драконы едят мясо – мелко порубленное, плоды акойи для становления магии, сухарики, траву, мяту для пищеварения. Также их стоит часто поить".

Странная мысль пришла воспоминанием. Как будто где-то читала, видела, кто-то мне говорил…

И в следующую минуту я уже поймала себя на том, что мелко рублю стейк, стараясь выбрать кусочки посочнее, и обжариваю на сковородке сухарики – тонкие ломтики темного хлеба.

По кухне плывут аппетитные запахи, а на меня смотрят обожающим взглядом…

– Ал, а вот подол было жевать необязательно, – я вздыхаю, смотря на любовно обслюнявленную юбку.

Вещей не так много – и это тоже проблема.

Игрушки дракону и мало ли что понадобится прочим тварюшкам – надеюсь, будут за счёт академии. А одежда нам, помимо формы? Какие-то книги, информация о мире и магии, магах и тварях?

Какие тут развлечения? Хотя… Развлекаться нам некогда, но есть и более приземлённые вещи.

Например, растения. Садовые, культурные, дикие. Семена для будущего огорода – лучше уж сами себя обеспечивать будем.

Самые обычные вещи для обустройства быта. Инструменты или их магическая замена, посуда, удобства, запасы еды…

В общем, спать я отправилась далеко за полночь, а за мной решительно топали маленькие и наглые лапки. К слову говоря – весьма увесистые.

И тушка эта бессовестная кверху пузом разлеглась едва ли не посередке и ещё возмущалась активно, что мама его с самого уютного местечка прогоняет. Ну чисто собакен соседский!

Впрочем, спустя полчаса и мои облизанные и едва не отгрызенные пальцы мы угомонились.

В комнате пахло свежестью, наступающей грозой – вон какие тучи за окном и едва заметным запахом… Нет, не старости и затхлости. Пожалуй, я бы могла назвать этот запах… сладковатым? Нет. Хотя нотка сладости в нем и была. Конфетным? Снова нет. Свежескошенная трава на лугу, ветер в крыльях, воздух, напоенный чистотой и теплом и древние кожаные переплёты…

Засыпая, я улыбалась.

Вот только пробуждение было слишком странным. Я была уверенна, что крепко сплю, но при этом мои ступни холодили пол. В окна светили два больших светло-зеленых полумесяца, в коридорах дома царила тишина.

Тишина и… Я пригляделась и едва не охнула. Дом выглядел немного по-другому. Не так, как днём. Коридор казался шире, вдоль стен горели массивные светильники в виде драконьих голов, которые я нигде до этого не видела, пол был прикрыт роскошной ковровой дорожкой.

Я шла, легко ступая, и мои шаги тонули в темноте и тишине. Как будто кроме меня здесь никого нет, и не было…

Не знаю, сколько я шла и куда. Небольшой дом показался вдруг почти бесконечным и величественным как замок. Залы и зальчики, комнаты, лестницы, переходы, роскошное, пусть и капельку мрачноватое убранство… И тишина.

Ещё одна лестница, очень напоминающая ту, чердачную… и вот я стою у двери. Сверху овальной формы, с черными металлическими пиками и огромной круглой ручкой-кольцом. Стоило мне коснуться её, как дверь распахнулась, открывая проход.

По канонам фильмов ужасов надо бы руки в ноги бежать отсюда! Но откуда-то изнутри снова поднималось ощущение, что мне не причинят вреда. Меня ждут. По мне скучают…

Я шагнула вперёд, дверь беззвучно закрылась за спиной, но я уже не обращала на это никакого внимания! Я была в раю, честное тварье!

Потому что только здесь могут уходить вдаль большие книжные шкафы. Рядов десять насчитала – и это только то, что видно. Между ними большие проходы, иногда попадаются витрины с мерцающими вокруг них магическими защитами.

А у огромного витражного окна стоят три кресла и круглый уютный столик. На столике лежит раскрытая книга.

Я нерешительно сделала несколько шагов вперёд, чувствуя, что в горле пересохло.

Такое ощущение, что хозяин этого места отошёл буквально на минутку!

Ещё шаг. Книга, кажется, призывно шелестит страничками. Медленно и осторожно я ухватила за корешок и прочитала – во сне это было так легко и просто! – "Бестиарий: о тварях живых и мертвых, разумных, животных и магических. Составитель: С.К. Илдрэгон".

На открытой странице, смешно поднимая лапки, бегал Луррагский дракончик.

Как зачарованная, я опустилась в кресло, перетащив книгу на колени.

Было тепло. Разве что пледа не хватает и чашки чая…

Спустя несколько минут я уже полностью погрузилась в текст. Кто бы ни составил этот Бестиарий – он был великолепным учёным и противнейшего характера человеком с прекрасно подвешенным языком и непередаваемо злым, но шикарным чувством юмора.

Не мужик, а золото! Хорошо, что не мой! Но тонкие комментарии к тексту, сделанные летящим острым почерком заставляли то фыркать одобрительно, то хохотать в голос, то с трудом сдерживать улыбку.

Доставалось всем!

Не знаю, сколько прошло времени. Не знаю, можно ли было снова уснуть во сне, но в какой-то момент я резко дернулась и открыла глаза.

Та же библиотека. Лёгкий свет ламп. Тишина. А… Где книга? Уронила?! Я завертела головой и вдруг услышала негромкое:

– Не это ищешь? И как, понравилось?

Вскинула голову – и с изумлением увидела замершую напротив фигуру, которая держала в руках заветный Бестиарий.

– Занятое чтение. Крайне увлекает. Особенно радует подача материала и покоряющие душу подробности про возможность укрощения и добиения несчастных тварей, – ответила машинально.

Дернулась от тихого довольного смешка. Есть тут что тяжёлое, люди?

– А ты забавная. Пожалуй, не стану тебя сразу убивать, – милостиво поощрили мое поведение.

Любезный маньяк сделал шаг вперёд, на свет. И я не сдержала вскрика.

Эти породистые резкие черты лица. Темные волосы. Мерцающие тьмой глаза. И рука, на которой светился голубым светом до боли знакомый перстень.

Оживший незнакомец с древнего портрета смотрел… Пожалуй, с лёгким пренебрежительным интересом.

Вот и верь после этого мужской натуре! Эх, какая порода пропадает…

Порода подозрительно посмотрела на меня ещё раз, задумчиво наморщила нос и вдруг, словно что-то ощутив, дернулась ко мне ближе, раздувая ноздри.

– Занятно… – процедил мужчина с древнего портрета.

В чужих темно-стальных глазах выла голодная вьюга. Да. Это самое правильное определение незнакомца… Он был… Голодным.

Теперь отчётливо бросалась в глаза почти прозрачная кожа с черными венками жил, мелькающие из-под ресниц алые сполохи, резко выпирающие скулы, паучьи пальцы.

Мрак, я что же, его жалею?

Наверное, что-то такое он увидел в моем взгляде, потому что в следующий миг я оказалась спелената прозрачными жгутами. Судьба такая, что вечно меня подвесить где-то пытаются?

– Ты! Человечка! Ш-шалеть вздумала? Бесполезный корм, – и столько презрения было в чужих словах, что внутри что-то ёкнуло.

– Я к вам в гости не напрашивалась, – просипела, чувствуя, как резко перестает хватать воздуха и немеет язык.

Но, одновременно с этим… Странное чувство. Странное и пугающее, как будто чужая прохладная магия входит в мои вены, ласкает меня, гладит, щекочет, заставляя желать коснуться снова и снова.

Ох, что это? Низ живота на миг налился странным тягучим желанием, жёстким, резким, почти неестественным.

Я хватанула ртом воздух и услышала холодное:

– Забавно. А если так?..

Магии вокруг стало больше, она была гуще, гораздо тяжелее. Она обволакивала меня с ног до головы, колола иголочками, обнимала, просачиваясь в рот, уши, ноздри. Я словно плыла в розовом тумане эйфории и желания. Мне казалось, что меня ласкает умелый любовник, опытный, напористый, наглый, но точно знающий, что нужно сделать, чтобы женщина, уже давно забывшая, да и толком не знавшая, что такое наслаждение, стонала, как безумная, сгорая в огне страсти.

Но что-то было не так. Меня обожгло – и палец, и грудь, да так, как будто в кипяток окунули!

Так что орала я в следующую секунду, кроя загробного ловеласа последними словечками, отнюдь не от страсти!

Миг – и я стою на полу на своих двоих, а вот мужчина… он выглядит посвежевшим и… довольным? Накушался, значит, гаденыш?

– Убью, – прошипела.

Меня как будто переполняла энергия. Хотелось бегать, прыгать, кричать, двигаться, сделать хоть что-то, чтобы перестать напоминать собой раздутый шарик!

– Это вряд ли, – на бесящем до звёздочек холеном лице застыла усмешка, – опыта пока не хватит. Хотя наелась ты неплохо, да…

Но я как представила, что сын мог остаться без меня по вине давно сдохшего агрессивного жутика…

Жутик был бы забит тапком, если бы этот самый тапок у меня был. А так я просто попыталась убрать странное чувство распирания – а то ещё ежа рожу! Дернулась, ощущая, как из меня вырывается странная белесая энергия, окатывая довольно фыркнувшего мужчину.

Тот сделал шаг назад каким-то хищным танцевальным движением.

Легко увернулся от ещё одной волны, а потом я пошатнулась – и еле успела отшагнуть и упасть в кресло, а не на пол. Что-то подсказывало, что ловить меня никто не собирался.

Снова пристальный изучающий взгляд. До мурашек. Как будто мне залезли под кожу и вытащили оттуда все самое сокровенное. А теперь просто нагло трясут моим грязным бельем.

Белье! Дракон их забери, а стирают-то как в этом мире? Амулеты? Прачки на мостках с огромными тазами? Порошок, аналог стиральной машины? Вот вечно я забуду что-то важное!

– Знаешь, это даже немного оскорбительно, слабое мое звено, – раздалось задумчиво за спиной.

Прежде, чем я успела пошевелиться, на мои плечи легли неожиданно сильные когтистые руки.

– После встречи со мной думать про какие-то стиральные машины! А бытовые артефакты тебе на что?

– Нет у меня артефактов, – откликнулась устало. Что делать и как себя вести – совершенно неясно, но жрать меня вроде бы передумали, – в вашем доме вообще ничего нет. Видимо, потому что вы всеми постояльцами питаетесь!

Меньше всего я ожидала получить откровение:

– Редко кто забредает в последнее время в мое родовое Гнездо, – с лёгким шипением рассмеялись за моей спиной.

Когтистые грабки легко легли на голову, массируя затылок и виски.

Даже приятно стало!

– И как, – уточняю как можно более ровно, стараясь задавить панику, – до этого всех съели?

– Мало. Их было мало… Мало пищи. Тишина. Тоска. Пленник в собственном доме.

Шепот в голосе мешался с шуршанием, тихие, но довольно сильные прикосновения заставляли тело плавиться, расслабляться, растекаться уже без малейшего намека на страсть.

– Но мы… Что нам делать? Нам некуда идти, – честно признала, – никто не говорил, что дом проклят или занят, просто сказали, что давно пустует. Кажется, никто и не знает, что вы там жили…

– Мы? Ты… И кто-то ещё в доме… Мало было сил, не увидел. Интересно. Рассказывай, – потребовали, явно не приемля отказа. Как у нас там с дрессировкой тварей?

– Если я расскажу, то вы не убьете нас? Вам же здесь наверняка скучно стало за столько лет, правильно? Вы ведь и не знаете, что там в мире творится, наверняка же… питались, – как смогла только без заикания выговорить – довольно давно! Давайте поиграем… – идея озарила неожиданно, – я рассказываю вам интересные факты о себе, а потом по вашему запросу узнаю, что в мире творится. Один факт – одна ночь в доме.

– Два, – перебили меня, замораживая голосом все льды в округе.

– Хорошо, два, – согласилась поспешно.

– И если мне понравится, я не буду вас есть. Будете моими, – заявили безапелляционно.

И прежде, чем я успела отказаться, возмутиться и вообще добавить хоть что-то, мне на затылок ласково надавили – и над сознанием сомкнулась спокойная и тихая темнота.

ГЛАВА 8. УЖ ЗАМУЖ НЕ НАПАСТЬ!

А день начался с воплей маленьких неандертальцев. Вернее, сначала слух уловил что-то вроде:

"Завтракать, ректор, маму, занятия, срочно!"

Потом мозг подхватился и перешёл в активный режим, лихорадочно прикидывая, что несёт нам новый день и какие пакости готовит.

А потом вернулась и память, отчего уже я подскочила, хватая ртом воздух.

– Приснилось?

Словно в ответ на мой неуверенный, чуть хрипловатый голос, воздух в комнате взметнулся, складываясь… в буквы.

"Шесть великих медальонов в нашем мире есть.

Могущество подарят, но мне нужна лишь месть.

Поможешь и спасёшься. Сбежишь лишь на беду.

Потомка моей крови всегда, везде найду.

С гастрономической любовью и удушающими объятиями.

Навечно твой, Сейлир Кастелл Иллдрэггона

И да, сделка обратной силы не имеет".

Издевательски подмигнув мне, надпись растаяла, оставляя искреннее недоумение и головную боль. Очередную по счету.

Палец обожгло. Перстень проявился и подмигнул мне не менее издевательски. Снять его не получалось. Ну и куда мы влипли, господа?

Я оделась, осмотрела форменное платье на предмет дырочек и неуставных дефектов, но… вроде бы все было нормально. С кем только посоветоваться по поводу ночного гостя?

Я уже была на лестнице, когда при мысли об этом горло отчётливо сжало, а на сердце захолодело. Не могу – вдруг как-то поняла. Ни полслова не скажу. Ох уж эти магические штучки!

Внизу царил бедлам. Дракончик носился кругами по небольшому холлу, сшибая лапами стулья, стойку с одеждой и обувью, вешалку, какие-то коробки…

Сына было не видно, зато слышно.

Он о чем-то радостно трещал в кухне, попутно, кажется, пытаясь что-то… передвинуть? Что там за грохот?

Я буквально вмелась в кухню, с трудом хватая ребенка за шкирку, останавливая от падения на пол табурет, а кому-то на голову – большую медную миску.

– Ну и? – смотрела в бесстыжие темно-карие глаза. – И как ты мне это объяснишь, господин будущий великий маг? – Что творим? Если завтрак – так у нас там с вечера в холодильном шкафу – классный амулет, кстати, – заготовлены блинчики с вареньем. Блинчики отдельно, варенье – отдельно – только разогреть. Будешь?

– Ой, ма, я просто хотел налить воды в миску Алу, он с утра уже набегался и пить хочет, вон аж под кран лез, – сын кивнул в сторону мойки, где и правда отчетливо виднелись царапины прямо на деревянной полированной поверхности.

– Уф, большая миска для Ала стоит под столом в углу, – выдохнула я, – лезть было необязательно. Ладно уж, деловые, давайте, пять минут готовность – завтрак – и что ты там говорил про ректора?

– Ой, – дернулся Ян, ероша волосы на затылке, – там это, ректор связывался, сказал, что собрание перенесли на сегодня, тебе быть обязательно! А я хотел с тобой пойти, – сын просительно нахмурил брови и начал переминаться с ноги на ногу.

– И что будешь там делать? – уточнила с легкой иронией.

Все-таки беспокойно. Маги – и мой неугомонный сынок. То ещё сочетание.

– Ну, у меня вроде как приятели, со второго года обучения, и ещё с подготовительных… мы хотели в библиотеку сходить, – ага, ага, я так и верю, что именно слово «библиотека» вызывает горящие глаза и бешеный энтузиазм.

– Вот как? Читать будете? – я зарылась в холодильный шкаф, доставая нужную миску с блинами и баночку с вареньем – сладковатая малька – один в один наша малина, а ещё местный деликатес – синеватая с мелкими косточками ларша, похожая на клубнику.

Кстати, по ягоды надо бы в лес сходить, посмотреть, что там имеется, запасы нам не помешают… И выяснить, какие здесь грибы есть, да и чем вообще леса богаты – взяла на заметку.

– Будем, ну и не только… меня обещали научить в магические фанты играть, а ещё в огне-болл, может, удастся посмотреть и на тренировку боевых факультетов… – сын фонтанировал восторгом.

Я собиралась поставить блинчики на искра-камень – большой плоский блин, напоминающий нашу конфорку. Он нагревался автоматически, как только на него ставили еду. Чтобы прекратить действие камня, достаточно было убрать с него готовящуюся пищу. Так вот, я как раз поставила небольшую сковороду с блинами, решила разложить варенье по нескольким маленьким блюдцам, когда ощутила легкий толчок.

И завороженное за спиной:

– Вот это да-ааа!

Не зная, чего ожидать, я обернулась и почувствовала, что пол сейчас уйдет из-под ног. Потому что… кухня изменилась. Она стала раза в два больше, появилось несколько больших и вместительных шкафов из темного дерева, стол раздвинулся и заблестел, плита стала шире, на восемь больших конфорок…

Стулья теперь у нас резные, настолько монументальные, что страшно прикоснуться, честно говоря. А ещё… в дальнем уголке кухни виднеется небольшой огороженный загон. С подстилкой, сплетенной из странных светлых стеблей, с тремя мисками, одна из которых сейчас наполнена темно-синими грушевидными плодами акойи, большой поилкой в виде закрепленной на стене емкости вроде канистры с длинный «хоботком», как у грызунов, за который мелкому дракону удобнее цепляться, заодно и зубки почесать.

Да что там – в другом углу загона лежали игрушки. Несколько фигурок мелких грызунов и птиц, какая-то косточка, смешной шарик с присосками, внутри которого застыло мерцание… И что-то вроде… заводного насекомого? Не знаю откуда, но я совершенно точно знала, что вот это фиолетовое насекомовидное типа кузнечика запускается импульсом магии в воздух, чтобы дракончик тренировал крылья.

– Ничего себе, очешуеть! – зачарованно повторял сын за спиной. – Ма, это что же, у нас дом волшебный?

– Да, – ответила, помолчав несколько секунд. – Очень волшебный. Знаешь, думаю, нам стоит поблагодарить его за заботу.

– Слушай, а правда! Отличная идея! Ой, поспрашиваю пацанов про магические дома и…

– Ян, не стоит, – серьезно заметила, положив руку сыну на плечо.

Он у меня вообще понятливый…

– Но ма… – прикусил губу, мотнув головой. Посмотрел на меня ещё раз, уже куда более внимательно, – ты что-то знаешь, да? А мне сказать не хочешь? Не можешь?

Я улыбнулась молча, прижав палец к губам.

– Нам лучше, чтобы никто посторонний о доме не знал, да? – сын стащил первый блинчик и радостно, прямо пальцами запихал в рот.

Вот учи его столовому этикету!

– Точно, – заметила серьезно, – я сама пока всего не знаю, но гости у нас вряд ли часто будут, поэтому лишний раз не стоит распространяться… мы слишком многого не знаем об этом мире.

– М, – пробормотали мне, активно шевеля челюстями над тарелкой. – вкушно как, ма, обалденно!

– Жуй давай, – улыбнулась, чувствуя, как настроение неумолимо поднимается, – я пойду приведу себя в порядок тогда, перекушу и отправимся.

Выглянула из кухни:

– Алтти, беги есть!

Так, детей, покормили, мясо дракончику во вторую миску измельченное положила. Надо будет, кстати, узнать, есть ли здесь что-то вроде мясорубки?

В холле я осталась уже почти спокойной при виде огромной залы, в которой балетом можно заниматься, мраморного, мерцающего песочными искрами пола, витых колонн и ниши, в которой поместили монументальные вешалки. Все вещи были на месте.

Заглянула по комнатам – нет, вроде бы пока больше ничего не изменилось. Однако, ещё раз хорошенько причесавшись и освежив форму у зеркала, я все равно вышла на середину комнаты:

– Спасибо вам, Сейлир Кастелл Иллддрэггона. Какой бы мести вы ни искали, верю, что вы выполните наш договор, пока его выполняю и я. Знаю, что вы не обязаны были нам помогать, но у вас удивительно красивый дом. И очень уютный. Надеюсь, когда-нибудь я смогу вам сказать это и наяву.

Не раздалось шепота, не дрогнула занавеска на окне, ничего не изменилось.

А потом от медальона на груди пришла волна… пожалуй, принятия и признательности – как я её охарактеризовала. Впрочем, рассуждать больше было некогда.

Десять-пятнадцать минут – и на выход! Волнуюсь, конечно. Как-то меня примут все эти маги? Пусть мне с ними детей не крестить, чай не пить, да и вообще – равнофигственно в целом, как говорил один чудесный книжный персонаж на Земле. Но пакости от коллектива – это всегда тяжело. Поэтому, если можно будет этого избежать – я очень постараюсь.

С этими мыслями я, насвистывая под нос незатейливую песенку про утро, спустилась по лестнице вниз. Завтракать. И в путь.

***

Путь до Академии прошел… быстро, наверное. Было тепло, здешнее светило не жарило слишком сильно, скрываясь то и дело в розовых облаках, а вокруг царил запах разнотравья, свежести, и, наверное, свободы. Сложно описать то ощущение, с которым сталкивается городской человек, оказавшись на природе. Для меня это было словно что-то старое, давно забытое, из далекого детства.

Хотя, пожалуй, даже в детстве я не видела настолько девственно-чистой природы, не загаженной человеком.

В общем, в Академию я входила совершенно умиротворённая. Шум-гам на миг оглушил. Разноцветье нарядов и мантий ослепило, и только Ян чувствовал себя как рыба в воде. К нему почти сразу же подбежали трое парней – один чуть постарше, лет двенадцати, два других – блондины-близнецы, примерно одного возраста.

– Лесса, – коротко поклонились мне, запыхавшись.

– Ма? – просительное.

– Бегите, – махнула рукой.

Тем более что Лира сидела у сына за пазухой, топорща уши. Решили не выставлять её напоказ и не привлекать лишнего внимания к Яну. Все же звери-хранители были далеко не у всех магов.

Я же направилась к главному зданию.

Уж не знаю, как бы стала реагировать, если бы здесь в самом деле водились эльфы, демоны, орки, тролли и ещё какой стандартный набор любителей фэнтези. Пока же мне попадались маги и твари. И вот твари, конечно, внешне довольно сильно отличались от людей, но, все же, воспринимались в глубине души мною как люди с особенностями. Наверное, организм таким образом защищался от передоза волшебности.

Маги же… ну что в них такого особенного? Люди и люди. Со своими причудами и талантами. Стоит ли говорить, что я немного даже расслабилась? И потому удивленно-злорадный оклик стал полнейшей неожиданностью:

– Лесса-воровка, вы ли это? – ко мне, пробиваясь через толпу будущих адептов, продирался тот самый брюнет, в чей дом мы так неосмотрительно вломились порталом.

Признаюсь, расстались мы не слишком радужно, но разве это повод сейчас ухмыляться так кровожадно?

Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Нет, я ни в чем перед ним не виновата, скорее, наоборот. Он вздумал отобрать у меня Яна. Из глубины души вдруг поднялась тяжелая, тягучая волна, странно мне знакомая. Кажется, нечто подобное я испытала ночью, в том странном сне…

Только сейчас все было взаправду.

Я не обернулась. Молча прошла – благо, как раз студенты стояли между мной и этим ненормальным магом – вверх по лестнице. Где кабинет ректора я не знала. Поправочка – объяснить-то мне объяснили, и даже… Да, точно, указатель!

Поспешно зашла за угол, свернула в какой-то небольшой коридор и, сунув руку в сумочку, вытащила оттуда маленький лиловый шарик. Прямо игрушка-антистресс.

Я смяла его в руке, а шарик взлетел вверх и засветился.

– Кабинет ректора, – произнесла отчетливо.

Шарик замигал, дернулся – и неспешно поплыл назад, в большой коридор, откуда я сбежала.

Пришлось возвращаться. К счастью для меня, мага, похоже, что-то задержало. Но это отсрочка. Сердце билось неровно, тревожно. Вот же згыр, как же некстати!

Мне казалось, что я иду еле-еле, но почему-то коридоры и гудящие группки людей сливались в одно бесформенное пятно. Не знаю, сколько прошло времени. Возникло ощущение, что буквально спустя несколько секунд я оказалась возле светлой резной двери с круглой позолоченной ручкой.

«Арх. Виарн Даласский» – гласила серебристая табличка.

Что же, постучим, как вежливые люди

– Да, входите лесса Рейна, – раздался голос ректора.

Все-таки невероятный мужчина. Голос. Стать. Походка.

Я на миг залипла, признаю, любуясь им скорее как произведением искусства, чем как живым человеком. Судя по кривой усмешке – ректор это понял.

Красавец-брюнет повел рукой, указывая мне на одно из кресел.

Кабинет был неожиданно большим и, мягко говоря, непустым.

Здесь уже было, как минимум, шестеро человек, из них две женщины, которые сейчас взирали на меня со смесью брезгливого недоумения и жгучей злости. Одна – эффектная молодая блондинка, на вид лет двадцати пяти. Другая – брюнетка лет сорока с брюзгливо поджатыми губами. Из-под края её мантии виднелся край роскошной юбки.

Четверо мужчин – все довольно молодые, по крайней мере, внешне ровесники ректора, взирали на меня с четко уловимым любопытством.

– Позвольте представить, коллеги, лесса Рейна Марис, вдова моего верного вассала и дама исключительных качеств, благодаря которым она теперь будет часто составлять нам компанию, – Виарн говорил мягко, но я ощущала силу и холод, идущие от него. Они словно волнами расходились по комнате и давили на собеседников.

Неповиновения ректор бы не потерпел.

– И чем же будет заниматься лесса? – вполне добродушно спросил рыжеволосый мужчина с хитрым лисьим лицом и едва заметным шрамом над бровью.

Бросила быстрый взгляд на ректора и получила одобряющий кивок. Ну ладно. Когда-нибудь придётся начинать.

– Лесса будет смотрителем заповедника, – ответила с широкой вежливой улыбкой, – ну а какие-либо вспомогательные мои функции определит уже лесс ректор, не так ли?

– Все верно, – брюнет наблюдал за нами с задумчивой полуулыбкой.

– Ты все-таки решил осуществить эту свою дурацкую идею, – раздался резкий каркающий голос и в кабинет вошел прямой как палка, сухой старик.

Шагал как на параде, да и одет был в строгий черный костюм, напоминающий военный мундир.

– Конечно, уважаемый лесс Гарадский, ведь я всегда добиваюсь того, что хочу, – пропел Виарн с такой приторной дозой сладости в голосе, что меня передернуло.

Серые глаза из-под белесых бровей уставились на меня. Старик бесцеремонно ткнул тростью – еле успела увернуться.

– Безмагичная. Бесполезная. Быстро пойдешь на корм тварям, – и захихикал так мерзко, что искренне захотелось залепить ему оплеуху. Какое тут уважение к старости!

Преподаватели прибывали один за другим – и далеко не всем я нравилась. А уж когда в кабинет заявился лесс Крейдор…

Шатен зыркнул на меня так, что самое лучшее, что я могла сейчас сделать – это закопаться. Орать при всех не стал. Видимо, что-то такое понял для себя. Но улыбнулся крайне неприятно. Хотелось бы мне знать, отчего он так не любит женщин? И всех ли – или только тех, кто не желает отдавать отцам своих любимых детей? Детская травма? Взрослая?

Моя благоприобретенная интуиция шептала, что правду я вряд ли узнаю, но, скорее всего, она стара как мир. Когда-то встретил, как мой недоброй памяти муженек, женщину на Земле, влюбился, полетал на крыльях эйфории, а потом… потом что-то случилось. Возможно, та девушка действительно его предала. Ушла к другому, может, ушла вместе с ещё не рожденным или только рожденным ребенком, который теперь зовёт отцом другого. Я так ярко представила это себе, что почему-то даже увидела смешливую блондиночку с младенцем на руках, которая уходила по вымощенной красным камнем дорожке к воротам, не оглядываясь.