Читать книгу "Поколение выродков"

Глава IV. Выродки

Я даже подумываю о том, чтобы вколоть себе дозу попозже, а сейчас — встать и выйти на улицу, встретить рассвет.

Хотя хрен с ним с рассветом, — у меня свой рассвет, расфасованный по бумажным пакетикам.

Ричард Хелл

– По словам Виктора Викторовича, деградировать человечество начало еще в 2025-ом, – начинает Миша свой рассказ, пока мы небольшими улочками приближаемся к границе города. – Люди резко стали меньше двигаться, больше есть, чтов результате привело к массовому ожирению населения всех стран. Одновременно с этим практически не осталось тех, кто еще продолжал читать книги. Буквально за год повсеместно закрылись библиотеки, а издательства и книжные магазины обанкротились. Но самое страшное произошло в 2050-ом. Японские ученые научились изготавливать таблетки, которые в теории могли заменить собой практически все, что угодно. Правда, поначалу заменялись в основном простые продукты. Например, таблетка «Гамбургер» – проглотил, и у тебя появляется чувство, будто ты только что съел реальный гамбургер.

– Да, точно. Я сегодня так тарелку борща съела.

– Ну вот, значит, ты уже понимаешь, о чем я говорю. Но если вернуться к истории, то… В общем, благодаря колоссальным средствам, которые тратились на исследования, таблетки довольно быстро совершенствовались. Ученым удавалось синтезировать все более и более сложные вещи. Ну, скажем, проглотил таблетку «Аватар» – и у тебя сразу возникают ощущения и эмоции от просмотренного фильма, проглотил таблетку «Море» или «Полет» – и чувствуешь, будто бы только что поплавал или прыгнул с парашютом. Естественно, более сложные таблетки стоили баснословных денег и были доступны лишь представителям элиты. А обычные люди в огромных количествах скупали таблетки с едой, алкоголем, никотином и прочим. Многие из них совсем не соблюдали меру, и начались массовые смерти от передозировок такими таблетками. В первую очередь, конечно, алкогольными и никотиновыми. Теже, у кого получалось хоть как-то сдерживаться и не переступить опасную черту, со временем все сильней заплывали жиром, ведь цель жизни для них постепенно стала сводиться к одному: вернувшись домой с работы, съесть таблетку с ужином, потом, например, с пивом, а завершить день таблеткой с каким-нибудь сериалом. Именно отсюда и родилось понятие «выродки». В 2100-ом году из городов окончательно убрали все развлекательные и культурные объекты. Зачем идти в театр или в кино, если есть таблетки? А так как безумный спрос на эти таблетки требовал постоянного расширения производства, то повсюду строились новые заводы по их изготовлению. В каждом городе образовались особые группы людей – так называемая элита, куда входили богатые и обладающие властью люди, чьи доходы позволяли иметь доступ к таблеткам самого высокого класса. Представь: они могли съесть хоть десять, хоть сто таблеток с различными блюдами, но после принимали таблетку «Фитнес» и ни капельки не толстели. Таблетку «Никотин» они спокойно запивали таблеткой «Здоровые легкие» и не причиняли своему организму никакого вреда. Простым людям такие «высококлассные» таблетки были не по карману. Все это привело к тому, что население нашей планеты сократилось в разы. Вскоре элита приняла закон, который обязывал выродков с утра до вечера работать на заводах по изготовлению таблеток. В конце каждой смены вместо зарплаты им выдавали – да и до сих пор выдают – стандартный набор таблеток: «Еда», «Алкоголь», «Телевизор», «Секс» и «Сон». Элита знала, что выродкам такого набора вполне достаточно. И она не ошибалась. Ведь даже сейчас, спустя столько лет, ничего не изменилось. Нет, конечно, раз в квартал их «балуют», выдавая таблетки «Театр», «Музыка» или «Музей», но чаще всего выродки меняют их, опять же, на еду, алкоголь или секс…

– Но я же видела таблетки с именами классиков русской литературы! Получается, ученые научились синтезировать в таблетки и книги? Это же потрясающе… Можно таким образом прочитать все на свете!

– Жаль, что ученые не научились синтезировать мозги в таблетки, – усмехнулся Миша. – Не удивлюсь, если ты видела всех этих классиков около мусорного бака. Поверь, люди настолько обленились, что им лень даже проглотить таблетку с книгой. Сама посуди, вот дадут тебе на выбор две таблетки: одна – «Секс», а другая – какая-нибудь книга. Ты что выберешь?

– Ну… Я не знаю…

– А я знаю. Конечно, таблетку с сексом. И я бы секс выбрал. И выродки его выбирают. Духовная пища – это, конечно, хорошо, но у людей с испокон веков превалируют другие потребности…

– Ну да… – с грустью вздыхаю я.

– Элита же, в свою очередь, не заинтересована в том, чтобы кто-нибудь из выродков был способен думать и рассуждать, то есть делать то, к чему как раз и приводит чтение книг. Элите нужна тупая серая масса, покорно работающая на заводах. Схема тут совсем не сложная и при этом крайне эффективная: жирдяи делают для элиты таблетки, а элита владеет технологией их производства. А выродки сейчас из-за ожирения и вредных таблеток не доживают и до 35-ти.

– Ну а все-таки, кто тогда вы, не употребляющие таблеток? Изгои? Отступники? Отчужденцы?

– Называй как хочешь. Просто мы не хотим пичкать себя этим дерьмом. Таблетки дают только остаточные ощущения, а важен ведь сам процесс. В каждом городе есть поселения таких, как мы. Мы читаем книги, гуляем, смотрим кино, готовим еду, разговариваем… Мы – люди… Мы – не выродки… А наш наставник, Виктор Викторович, за всю жизнь не принял ни одной таблетки и учит нас тоже обходиться без них. Учит жить настоящей жизнью. Хотя, признаюсь честно, когда я бываю в городе, то порой пробую некоторые… Но это только между нами, о моих экспериментах здесь больше никто не знает. Кстати, вот мы и пришли.

Глава V. Стыд

Есть преступления хуже, чем сжигать книги.

Например — не читать их.

Рэй Бредбери

Мы оказываемся в небольшом поселении, расположенном прямо среди леса и чем-то напоминающем какой-нибудь детский лагерь. По периметру стоят одинаковые, уютные с виду домики, а в центре нашлось место для столовой, кинозала, библиотеки (что это за здания, я сразу поняла по вывескам над входом в каждое из них) и детской площадки.

Засмотревшись по сторонам, я лишь в самый последний момент замечаю высокого седого мужчину, идущего к нам навстречу. Ну конечно – тот самый «профессор» из моего сна…

– Виктор Викторович! – громко приветствует его Миша. – Знакомьтесь, это – Кеша! Кеша – это Виктор Викторович.

– Эээ… Здравствуйте, – выдавливаю я из себя смущенно.

– Так, так, так… – Виктор Викторович внимательно оглядывает меня с ног до головы. – Кто тут у нас? Миша нашел себе девушку? И даже не из выродков? Элитой будете, Кеша?

– Нет, Виктор Викторович, – спешит ответить Миша. – Представляете, она из прошлого! Из 2017-го года! В своем времени она находится в коме и очутилась здесь. Это правда! Вот спросите ее что-нибудь!

– Ладно, ладно, Миш, угомонись… Думаешь, я тебе не верю? Охотно верю! – наставник снова смотрит на меня изучающе, и от его взгляда мне становится не по себе. – А давайте мы поступим так: прямо сейчас соберем всех в нашем зале, представим вас, Кеша, людям, поспрашиваем о вашем времени. Я заодно проверю, насколько хорошо у нас молодежь домашние задания выполняет. Мы как раз недавно проходили второе десятилетие 21-ого века.

– Эээ… Ладно – мямлю я неуверенно, отлично понимая, чем это закончится. Вот и сбывается мой сон…

Меня заводят в просторный зал, куда тем временем уже начали потихоньку стягиваться местные жители, и усаживают на стул в центре сцены.

Черт, черт, черт… Он же меня сейчас спросит про министра иностранных дел… Ну почему я тогда так и не загуглила? Вот бестолочь…

– Итак, Кеша… – обращается ко мне Виктор Викторович, когда в зале практически не остается свободных мест. – Кстати, могу я обращаться к вам на «ты»?

– Да, да, конечно.

– Ну что ж, Кеша. Ты у нас – гостья из прошлого. Из далекого 2017-ого года. Насколько я знаю, тогда еще выродков не было, они начали появляться немного позже, в 2025-ом. В твоем времени люди по-прежнему читают, мыслят и рассуждают, верно?

– Ну да…

– Хорошо. Тогда, если ты не против, я задам тебе пару вопросов. Как раз и ваши знания проверю.

Последняя его фраза относится уже к подросткам, которые сидят на первых рядах.

– Скажи нам, Кеша, вот что. По моему мнению, как и по мнению многих других, одним из величайших литературных произведений всех времен и народов является роман Льва Николаевича Толстого «Война и мир». В твое время он обязателен для прочтения, так как входит в школьную программу. И мой вопрос очень простой. О чем же этот роман?

Ох… По правде говоря, «Войну и мир» я и в школе не читала. Ни одной странички. Так, в двух словах примерно представляю, о чем там речь, но не более того.

– Ну, там описываются события времен отечественной войны с Наполеоном…

– Таак, предположим… А какие основные проблемы затрагивает в романе гениальный писатель?

Многие ребята на первых рядах сразу же принимаются тянуть вверх руки. Некоторые даже вскакивают со своих мест, только лишь бы им дали возможность ответить любимому учителю.

А я растерянно смотрю на все это и совершенно не знаю, что сказать.

– Не помнишь? – снисходительно улыбается Виктор Викторович.

Признаться или нет? А, ладно…

– Ну… Я не читала «Войну и мир», – честно признаюсь я и попутно краснею.

– Вот как… Хм… И желания прочесть никогда не возникало?

– Да не знаю… Времени как-то не было…

Это, конечно, довольно жалкая отмазка, но ничего умного мне в голову не пришло.

– Ну хорошо. Оставим школьную программу по литературе, раз с ней такие трудности. Давай лучше поговорим о насущном. Значит, ты из 2017-ого… А скажи-ка нам, кто у вас сейчас министр иностранных дел?

Приехали… Этот дурацкий кошмар повторяется снова.

– Эээ… Нуу… Я не помню…

– Не помнишь или не знаешь?

Да что ж такое… Ну почему, почему я не узнала? Встречаюсь взглядом с Мишей, и он тут же отворачивается, пытаясь сделать вид, что занят разговором с сидящей рядом девушкой.

– Знайте, дорогие мои, – начинает громогласно вещать Виктор Викторович, – что главное отличие человека от обезьяны – в способности эволюционировать, постигать что-то новое, находить ответы на вопросы!

Ага, значит, я – обезьяна, раз так и не узнала, кто министр. Какой позор…

– Ну что ж, – продолжает тем временем Виктор Викторович. – Пожалуй, я могу сделать только один вывод: первые выродки появились не в 2025-ом, как мы видим, они были уже и в 2017-ом. И перед нами – их яркий представитель, абсолютно потерявший интерес к книгам и знаниям…

Тут я понимаю, что больше не в силах это терпеть. Резко поднявшись со стула, я пулей вылетаю на улицу. Теперь можно не сдерживаться и дать волю рвущимся наружу рыданиям…

Да, кстати, пришла пора признаться: я – та еще плакса.

Неожиданно в поле моего зрения попадает библиотека. Действительно… Нужно, наконец, восполнить этот злосчастный пробел!

Забежав внутрь, я вижу длинные ряды книжных шкафов и кидаюсь к тому, на котором написано «История по годам». После недолгих поисков нахожу 2017-ый год, затем – раздел «Политика». Ага, вот и справочник с именами политических деятелей. Беру его с полки, листаю… Министр иностранных дел РФ – Сергей Лавров. Точно… Лавров же… Вот я дура…

Чья-то рука мягко ложится мне на плечо. Оборачиваюсь – передо мной улыбающийся Миша. Интересно, он вообще бывает когда-нибудь грустным?

– Просто ничего не говори. Я – выродок.

– Кеш, ну ладно тебе, не принимай его слова близко к сердцу. Однажды, помню, он и меня выродком назвал, когда я не смог правильно указать годы Второй мировой войны. Такой уж Виктор Викторович человек. Хочет, чтобы мы никогда не стали, как… как эти…

Миша осторожно сжимает мои ладони в своих. Теперь он совсем близко. Я чувствую его теплое дыхание и сладкий запах меда, исходящий от его бороды. Ох, только бы не сойти с ума…

– Пойми, существует очень простое доказательство того, что ты – не выродок. Стыд. Видела бы ты свое лицо там, в зале. У выродков чувство стыда отсутствует напрочь… Поэтому еще далеко не все потеряно! Разве многие в твоем 2017-ом постеснялись бы, что чего-то не знают или что совсем перестали читать книги?

– Ну… – я на секунду задумываюсь. – Моя подруга Светка уж точно бы даже не покраснела.

– Полагаю, – у Миши загораются глаза, – Виктор Викторович прав в том, что выродки начали появляться раньше, чем это принято считать официально, но ведь есть в твоем времени и такие, как ты. Которые стыдятся. Что ты сделала, когда выбежала из зала? Отправилась в библиотеку. Значит, ты не утратила способность эволюционировать. И благодаря тебе у твоего поколения еще есть шанс. Шанс не стать поколением выродков.

Миша замолкает, а потом вдруг добавляет с улыбкой:

– И не думай, будто из-за этой ситуации ты стала мне меньше нравиться.

Что?! Я ему нравлюсь??? Да это просто чудо какое-то… Хотя… Я же в коме. Тогда понятно…

– Меня сегодня пригласили на бал к элите. Пойдешь со мной?

Мое сердце едва не выпрыгивает из груди.

– Ты еще спрашиваешь.

Кажется, я никогда не была так счастлива. Именно в этот момент, именно в этом непонятном будущем с его выродками, я – самая счастливая девушка на всей чертовой планете…

Глава VI. Элитные выродки

Грех сотворен человеком, но вкус у него божественный.

Мэй Уэст

Мы идем, держась за руки. Я глупо улыбаюсь. На мне – восхитительное небесно-голубое платье. Где Миша нашел его и почему оно как раз моего размера – ума не приложу. Сам Миша, кстати, тоже принарядился.

– И что же там будет, на этом балу? – интересуюсь я.

– О, там будет много всего… – Миша мечтательно закатывает глаза. – Уверен, тебе понравится. Как я уже говорил, представителям элиты доступны особые таблетки, некоторые из которых обладают совершенно уникальными характеристиками. И на подобных балах у гостей нередко бывает возможность бесплатно попробовать самые последние разработки. Однажды, например, всем желающим раздавали таблетки, продлевающие жизнь…

– Создается впечатление, что ты восхищаешься элитой, – удивляюсь я.

– Нет, почему же… Просто люди из элиты действительно отличаются от выродков. И сейчас ты это увидишь. Нам сюда.

Мы оказываемся перед огромным роскошным замком в средневековом стиле. У меня от его красоты аж дух захватывает.

– Ух ты… – только и могу произнести я.

– Да… Представляешь, чтобы выстроить такой, строителям понадобилась буквально одна ночь и по несколько таблеток «Сила и выносливость».

У входа нас встречает настоящий швейцар, подмигнувший Мише как старому знакомому. Мы заходим внутрь и попадаем в просторный, с высоченными потолками зал. Нам навстречу тут же спешит какой-то рыжеволосый паренек.

– Явился не запылился! – бодро приветствует он Мишу. – Да еще, смотрю, и не один!

– Привет, Тох, – отвечает Миша. – Знакомься, это Кеша. Кеша – Антон. Я тебе про него рассказывал.

Точно, Антон… Тот самый «элитный»мишин друг.

– Здравствуй, новая пассия Миши, – обращается он ко мне, ухмыльнувшись.

Новая пассия? Хм… Их что, много? И я всего лишь очередная?..

– Ну вы не стойте, угощайтесь. А я пока ненадолго отлучусь.

С этими словами Антон куда-то уходит, и ясразу нападаю на Мишу с вопросами:

– А как вы дружите? Ну, в смысле, он же из элиты… Разве у них не принято общаться только между своими?

– По правде говоря, раньше Антон жил с нами, но, скажем так, не сошелся в некоторых вопросах с Виктором Викторовичем и поэтому… Поэтому теперь он здесь.

Только сейчас я вдруг понимаю, что до сих пор толком не осмотрелась вокруг.

Повсюду в зале стоят небольшие круглые столики, и на каждом из них – сверкающие хрустальные вазы, в которых, конечно же, лежат таблетки. Десятки мужчин и женщин в красивых вечерних нарядах ходят между столиками, заглядывают в вазы, и, выбрав понравившиеся таблетки, торопятся переместиться на диваны, чтобы поскорее испытать непередаваемые, как обещают многочисленные рекламные плакаты, ощущения. Хотя все эти мужчины и женщины невероятно стройные и так красиво разодетые, каких-то отличий от выродков я не увидела. Те же самые тупо-блаженные выражения лиц. Те же мгновения безумного экстаза… В общем, и тут сплошные выродки. Только элитные…

Я подхожу к одному из столиков и принимаюсь изучать названия таблеток. «Вино», «Шампанское», «Виски», «Мартини» и так далее. Многие гости сбились в тесные кучки и обсуждают… Ну естественно – таблетки. Кто какую попробовал, какой кайф получил… Похоже, вот и вся разница между выродками и элитой: первые обсуждают какие-нибудь посредственные сериалы или бургеры, а вторые – невесомость, американские горки, дорогие автомобили, героин или фуа-гра.

– Кстати, здесь много отдельных комнат, если хочешь, можешь пройтись, – предлагает мне Миша. – Они вон в том коридоре.

Воспользовавшись его предложением, я покидаю зал. В длинном и узком коридоре непривычно тихо. Первая комната, куда я захожу, встречает меня приглушенным светом. Вся мебель и стены – термоядерного ярко-красного цвета. Даже вазы с таблетками гармонично дополняют интерьер. Но самое интересное – это девушка, сидящая на диване и явно пребывающая в состоянии нирваны. Начинаю рассматривать таблетки: бриллианты, золото, жемчужное колье, три миллиона долларов, норковая шуба… Эээ… Прикольно, конечно, однако соблазна поэкспериментировать как-то не возникает. Сидеть будто наркоманка, закатив глаза от ощущения, что подержала в руках кучу денег или поносила норковую шубу… Это, уж извините, тупость.

Что происходит в соседней комнате, я уже заранее догадываюсь по недвусмысленным стонам. Аккуратно заглянув внутрь, обнаруживаю там нескольких девушек и парней (кстати, стариков среди элиты нет вовсе – спасибо таблеткам «Молодость»), одетых и вальяжно раскинувшихся в отдельных креслах, но при этом определенно находящихся в послеоргазменном состоянии… Пожалуй, названия таблеток можно не уточнять. Я и так прекрасно знаю, какие существуют виды секса…

На пороге следующей комнаты я едва не сталкиваюсь с симпатичной блондинкой, которая неожиданно хватает меня за руку и громким шепотом восклицает: «Попробуйте устрицы, не пожалеете!»

Понятно, еда… Значит, заходить туда бессмысленно. Что-то нет особого желания наблюдать дебильные лица людей после поедания каких-нибудь изысканных суперблюд.

Дальше по коридору мне встречается уже не комната, а, скорее, небольшой зал. Внутри стоит такая тишина, что поначалу даже непонятно, есть ли там кто-нибудь. Но все же есть: на расставленных вдоль стен кроватях спят десятка полтора человек, и каждый из них блаженно улыбается во сне. Разгадка этих улыбок, само собой, кроется в таблетках – «Трехчасовой послеобеденный сон», «Гамак на берегу Индийского океана», «Расслабляющий массаж», «Отдых на Мальдивах»…Мда… И от чего же вы, элитные, устали? Разве кого-то из вас пичкают таблетками «Работа»?

Оставив спящих наедине с их чудесными снами, я решаю заглянуть в зал напротив. Это светлое, правильной квадратной формы помещение. На широких кожаных диванах в самых разных позах сидят люди, по выражениям лиц которых так сразу и не скажешь, с чем здесь таблетки. Да, они, то есть лица, традиционно выражают крайнее удовлетворение, но, знаете, смешанное со злобными, чуть ли не садистскими ухмылками. Пожалуй, стоит посмотреть, что там в вазах… Ох… Увиденное вызывает у меня шок. «Расчленение», «Бензопила», «Наезд машиной», «Удушение», «Утопление», «Выстрел в сердце»… Серьезно? Эти люди получают кайф от убийства других? Фу, какая мерзость…

Я бросаюсь к выходу и уже в коридоре едва не налетаю на какую-то странную девушку. Совсем, кстати, юную. Вид у девушки такой, будто ее только что переехал грузовик, но ей даже понравилось. Диковато улыбаясь, она сует мне в руку несколько таблеток и таинственным голосом шепчет: «Попробуйте их смешать, это что-то…»

Таблеток оказалось ровно четыре: одна «Мучительная смерть» (ни фига себе таблеточка) и три «Наслаждения». Жесть… По-моему, они тут все окончательно сбрендили.

Я прислоняюсь к стене, в голове – целый ворох мыслей… И вдруг меня буквально пронзает поразительная догадка. Ну конечно! Быстрей, нужно срочно найти Мишу!

Долго искать не пришлось: мы буквально лоб в лоб сталкиваемся недалеко от входа в главный зал.

– Слушай, я сейчас такую таблетку пробовал! Называется «Охота на спортбайке»! Полный улет! Эмоции зашкаливают! Я там…

– Миш, постой, – прерываю я его восторженную речь. – Неужели ты не понимаешь? Это же ад!

– Ты о чем? – Миша искренне недоумевает.

– Обо всем, что здесь происходит. Люди в комнатах глотают таблетки, олицетворяющие смертные грехи: алчность, похоть, чревоугодие, гнев, лень… Очнись! Ваше будущее – самый настоящий ад!

– Кеш, успокойся. Ты утрируешь.

– Утрирую? Скажи мне, чем вы отличаетесь от выродков?

– Чем? Я тебе сейчас покажу, чем!

Он хватает меня за руку и тащит в одну из комнат. Там, на удивление, никого.

– Прочитай названия таблеток, – говорит Миша.

Подхожу к вазам, читаю: «Гюго», «Гете», «Цветаева», «Мандельштам», «Тургенев»…

– Ну и что ты хотел мне этим показать?

– Ну… Что имеются и такие таблетки. Просто до них еще не добрались…

– Я тебе больше скажу: и не доберутся! Пока есть таблетки с бухлом, куревом и порнухой – никто даже не вспомнит про таблетки с литературными произведениями… Элита – это те же выродки, только богатые…