Текст книги "Всё сама"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vse-sama-156685.jpg)
Автор книги: Мэри Кларк
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– Знаю, – сказал тогда он, – маму ты помнить не можешь, но это кольцо – мой первый подарок ей на день рождения. Я купил его в год нашей свадьбы.
Селия поднялась на лифте в «Королевскую гостиную». Как она и думала, свободных мест там почти не осталось, но официант как раз убирал посуду со столика для двоих. Она села, и у нее тут же приняли заказ.
Селия попросила бокал шардоне и огляделась, заметив среди посетителей несколько знаменитостей.
– Вы кого-нибудь ждете? – вежливо спросили у нее. – Если нет, позволите мне присоединиться? Похоже, других свободных мест не найти.
Селия подняла глаза. Перед ней стоял невысокий лысеющий мужчина. Он говорил негромко, с отчетливым британским акцентом.
– Конечно.
Она заставила себя улыбнуться.
– Я вас знаю, – сказал мужчина, выдвигая стул. – Вы – Селия Килбрайд, будете читать лекцию о драгоценных камнях. А я – ваш коллега, лектор Генри Лонгворт. Моя тема – Шекспир и психология его героев.
На этот раз девушка улыбнулась искренне.
– Рада с вами познакомиться. В школе мне очень нравился Шекспир, я даже выучила несколько сонетов наизусть.
Официант принес вино. Лонгворт заказал виски со льдом.
– А какой ваш любимый сонет? – спросил он.
– Для материнских глаз ты – отраженье…[2]2
У. Шекспир, сонет 3. Пер. С. Маршака.
[Закрыть] – начала Селия.
– Давно промчавшихся апрельских дней, – подхватил профессор.
– Конечно, вы его знаете, – сказала она.
– Почему он вам нравится, если не секрет?
– Мама умерла, когда мне было два года. Эти стихи мне читал отец. Мы с ней – почти как две капли воды, если сравнить фотографии.
– Значит, она была красавицей, – констатировал профессор. – Ваш папа женился повторно?
Селия почувствовала, что к глазам подступают слезы. И как только ее угораздило втянуться в подобный разговор?
– Нет, – ответила она и добавила, чтобы покончить с личными вопросами: – Он умер два года назад.
Ей до сих пор не верилось, что это правда. Отцу было всего пятьдесят шесть, он ни разу в жизни не болел, а потом – обширный инфаркт, и все. Если бы он был жив, то сразу раскусил бы Стивена.
– Простите, – сказал профессор. – Я понимаю, какая это для вас потеря. Хорошо, что наши лекции не совпадают по времени! Очень хочу послушать вас завтра. Я ведь изучаю чудесную эпоху королевы Елизаветы. Вы расскажете что-нибудь об украшениях того периода?
– Конечно.
– Вы очень молоды. Как вам удалось приобрести такие обширные познания?
Разговор вошел в безопасное русло.
– О камнях мне рассказывал отец. С трех лет на праздники я начала просить в подарок ожерелья и браслеты для себя и своих кукол. Сначала папа удивлялся, затем увидел, как мне нравятся ювелирные изделия, и стал объяснять, как оценивают камни. В колледже я слушала лекции по геологии и минералогии, написала диплом, а потом стала членом Британской ассоциации геммологов.
Когда официант принес виски, к их столику подошла леди Эм. На ней было жемчужное ожерелье и жемчужные серьги. Селия знала, как дорого они стоят. Месяц назад леди Хейвуд приносила их в «Каррутерс», чтобы почистить и поменять нитку.
Девушка хотела встать, но леди Эм положила руку ей на плечо.
– Пожалуйста, не надо. Я только хотела сказать, что за ужином вы и мистер Лонгворт будете сидеть за моим столом.
Она обратилась к профессору:
– Я знакома с этой прекрасной молодой леди. А вы – известный знаток Шекспира. Мне приятно будет оказаться в вашем обществе.
С этими словами леди Эм направилась дальше. Следом за ней шли мужчина и две женщины.
– Кто это? – спросил Лонгворт.
– Леди Эмили Хейвуд. Немного высокомерная, но, уверяю вас, она – прекрасный собеседник.
Леди Эм усадили за свободный столик у окна.
– Наверняка его придерживали специально для нее, – заметила девушка.
– А что за люди с ней?
– Высокая женщина – Бренда Мартин, помощница. Двух других я не знаю.
– Эта ваша леди Эм довольно властная, – сухо заметил Лонгворт. – Но я не против оказаться за ее столом. Думаю, будет интересно.
– Не сомневаюсь.
– Мисс Килбрайд! – К ним подошел официант и протянул Селии трубку. – Вас к телефону.
– К телефону? – удивилась девушка.
«Только бы не Стивен!» – мысленно взмолилась она.
Это был Рэндольф Ноулз, адвокат, к которому она обратилась, когда ее вызвали в ФБР. С чего бы ему звонить?
– Здравствуйте, Рэндольф! Что-то случилось?
– Селия, хочу вас предостеречь. Стивен дал большое интервью журналу «Пипл», номер выйдет послезавтра. Он заявил, что вы знали о мошенничестве, и ваши друзья обратились ко мне с вопросом по этому поводу. Я отказался от комментариев. В статье говорится, что вы со Стивеном вместе смеялись над ними!
Она похолодела.
– Боже, как он мог!
– Не падайте духом. Всем известно, что мистер Торн – прирожденный лжец. Мой источник в Федеральной прокуратуре сообщил, что пока вы им не интересны. Однако, возможно, они попросят ФБР еще раз поговорить с вами насчет фактов, упомянутых в статье. Боюсь, в любом случае поднимется неприятная шумиха. Весомый аргумент в нашу пользу – что вы вложили четверть миллиона в этот фонд.
Четверть миллиона – ее наследство. Все ее деньги, до последнего цента.
– Буду держать вас в курсе, – сказал Рэндольф.
А он волнуется, подумала Селия. Совсем недавно окончил юридический колледж. Может, зря она его наняла? Вдруг дело ему не по силам?
– Спасибо!
Она вернула телефон официанту.
– Вы помрачнели, Селия. Что-то не так? – спросил Лонгворт.
– Все не так, – ответила она.
И тут мелодичный звонок возвестил, что пришло время ужина.
12
Девон Майклсон с удовольствием обнаружил, что в «Королевской гостиной» нет свободных мест, и спустился в бар «Лидо» пропустить бокал джина с мартини. У стойки расположились две разодетые парочки, но они, к счастью, были увлечены разговором. Когда прозвенел сигнал, Девон отправился на ужин.
Пассажиры первого класса ели с большим изяществом. Если великолепная столовая и уступала залу «Титаника», то лишь размером. Ее выполнили в стиле английского Ренессанса. Стены кремового цвета, ценная мебель из дуба – все создавало атмосферу комфорта и роскоши. Люстры дополняли впечатление: вид у зала был королевский. Каждый стол украшали лампы в виде свечей; за шелковыми портьерами в нишах скрывались огромные окна. На возвышении тихо играл оркестр. Тонкие льняные скатерти очень гармонировали с серебром и лиможским фарфором.
Вслед за Девоном в столовую вошли мужчина и женщина лет шестидесяти. Он сел с ними рядом и представился.
– Вилли и Алвира Мехен, – ответили супруги.
Знакомые имена. Где он мог их слышать?
Пока они беседовали, подошел высокий кареглазый брюнет.
– Тед Кавано, – с теплой улыбкой сказал он.
Минутой позже к ним присоединилась еще одна дама.
– Анна Демилль, – во весь голос объявила она.
Девон подумал, что ей лет пятьдесят. Она была очень худой, острые кончики угольно-черных волос, точно крылья, сходились к подбородку, брови тоже выделялись отчаянно черным цветом. Женщина широко улыбалась.
– Настоящее приключение! – воскликнула она. – Я впервые в таком изысканном круизе!
Алвира Мехен смотрела по сторонам, широко раскрыв глаза.
– Как тут красиво! Я бывала в круизах, но подобного никогда не видела. Подумать только, как путешествовали раньше. Даже дыхание перехватывает!
– Милая, на «Титанике» людям его перехватило в буквальном смысле. Большинство из них утонули, – заметил ее муж.
– Ну, с нами такого не случится, – твердо сказала Алвира и повернулась к Теду: – Я слышала, ваш отец был послом в Египте? Всегда мечтала туда съездить. В Нью-Йорке мы с мужем ходили на выставку, посвященную Тутанхамону.
– Грандиозное зрелище, не правда ли? – отозвался Кавано.
– Жаль, что многие захоронения разграбили.
– Абсолютно с вами согласен.
– Вы видели, сколько тут звезд? – спросила Анна Демилль. – Чувствуешь себя как на красной дорожке, да?
Подали первую закуску: белужью икру со сметаной на треугольничках поджаренного хлеба. Ее сопровождали рюмки с ледяной водкой.
Анна мигом проглотила свою порцию и повернулась к Девону:
– А чем вы занимаетесь?
Майклсон ответил, что он – бывший инженер, живет в Монреале, но Анна хотела знать больше.
– Путешествуете один? – продолжила она допрос.
– Да. Моя жена умерла от рака.
– Какое несчастье! Когда это случилось?
– Год назад. Мы собирались отправиться в круиз вместе. Я взял с собой урну с ее прахом, чтобы развеять его над Атлантикой. Ее последняя просьба.
Теперь расспросы должны закончиться, подумал он. Однако Анна не унималась.
– Будет ли прощальная церемония? Некоторые так делают, я читала. Если хотите, я с радостью к вам присоединюсь.
– Нет, мне лучше сделать все одному.
Он провел под глазом указательным пальцем, утирая слезу. Господи! От этой липучки, похоже, не отделаться.
Алвира Мехен заметила, что он хочет уйти от темы.
– Анна, как вам достался билет? – спросила она. – Мы с мужем выиграли джек-пот в лотерее, иначе нас бы тут не было.
Когда госпожа Демилль отстала, Девон с облегчением перевел взгляд на людей, сидевших за столом справа. Он внимательно изучил жемчуга леди Эм: великолепны, но все-таки безделушка в сравнении с ее изумрудами. Ожерелье Клеопатры – достойный трофей для международного вора! Руководство не жалело никаких средств, лишь бы агент мог держаться поближе к леди Хейвуд.
Он вдруг вспомнил, что именно слышал об Алвире Мехен: она помогала расследовать преступления. Лучше бы ей на этот раз не вмешиваться. «Алвира и Анна могут здорово усложнить мне работу», – подумал агент, помрачнев.
После икры, тарелочки супа, салата и рыбы начали подавать основные блюда. К каждому предлагали подходящее вино. Затем был десерт, а в конце трапезы перед каждым гостем поставили небольшую чашу с водой.
Вилли умоляюще взглянул на жену, а та наблюдала за Тедом Кавано. Молодой человек обмакнул в воду пальцы, вытер их салфеткой, что лежала у него на коленях, и отодвинул чашу влево от своей тарелки. Миссис Мехен последовала его примеру, Вилли повторил за ней.
– Это и есть та самая чаша для рук? – спросила Анна.
«А что же еще?» – сухо подумал Майклсон.
– Еще несколько таких ужинов, и я превращусь в бегемота, – вздохнула госпожа Демилль.
– Вам до него далеко, – улыбнулся Вилли.
Анна снова взялась за Девона.
– Вечером в бальном зале выступают танцоры. Пойдете со мной?
– Благодарю, но нет.
– А как насчет рюмочки перед сном?
– Нет, – отрезал Майклсон и встал.
Он собирался присоединиться к обществу леди Хейвуд, если той захочется посмотреть представление или выпить коктейль. Нужно было влиться в ее компанию, но если к нему пристанет кто-то вроде Анны Демилль, ничего не выйдет.
– Простите, мне нужно сделать несколько звонков, – сказал агент Интерпола. – Всем спокойной ночи.
13
За ужином леди Эм представила своих спутников профессору Лонгворту, а затем повернулась к Селии:
– Моя дорогая, вы уже встречали Бренду, но с Роджером и его женой, по-моему, не знакомы. Мистер Пирсон – мой финансовый консультант и душеприказчик, но я, конечно, надеюсь, что в этой области его услуги мне пригодятся не скоро.
Леди Хейвуд рассмеялась.
– Однажды меня назвали «жилистой курицей». Отзыв нелестный, но правдивый.
«Ах, если бы так», – с грустью подумала она.
Они вместе посмеялись, подняли бокалы, и Роджер сказал:
– За леди Эмили! Оказаться с ней рядом – большая честь для всех нас.
Селии показалось, что профессор немного растерян из-за того, что с ним обращаются по-свойски. Миссис Хейвуд он совсем не знал. Его буквально заставили сидеть с ней рядом, а теперь он должен был этим гордиться. Лонгворт взглянул на девушку, поднял брови, и она поняла: именно так он и думает.
Когда принесли икру, леди Эм одобрительно кивнула:
– Именно так ее подавали на лайнерах в старые времена.
– Думаю, в ресторане за такую порцию отдашь сотни две, – сказал Роджер.
– Если учесть, сколько стоил круиз, нам тазик с икрой должны принести, – ответила Бренда.
– И все же мы отведаем ее с удовольствием, – улыбнулся Пирсон.
– Бренда так бережет мои деньги, – заметила миссис Хейвуд. – Она отказалась от люкса по соседству с моим и решила поселиться этажом ниже.
– Мне и такого номера хватит, – твердо сказала Бренда.
Леди Эм повернулась к Селии.
– Помните мою любимую цитату о ювелирных украшениях?
Девушка улыбнулась.
– Помню. На вас все будут глазеть, так пусть люди хотя бы не зря потратят время.
Все засмеялись.
– Именно! Знаменитый Гарри Уинстон[3]3
Гарри Уинстон (1896–1978) – американский производитель ювелирных украшений и часов.
[Закрыть] сказал мне это, когда мы ужинали в Белом доме.
Леди Хейвуд пояснила остальным:
– Селия – специалист по драгоценным камням, и я часто обращаюсь к ней за консультацией. Мне, конечно, нравится носить мои лучшие драгоценности. Для чего же их еще покупать? Кое-кто из вас, наверное, уже слышал, что в один из вечеров на корабле я собираюсь надеть изумрудное ожерелье, которое, по слухам, принадлежало самой Клеопатре. Отец моего покойного мужа приобрел его больше века назад, и я никогда еще не выходила в нем в свет. Оно бесценно. Однако мне показалось, что среди такого великолепия будет уместно в нем появиться. Когда вернусь в Нью-Йорк, пожертвую изумруды Смитсоновскому институту. Хочу, чтобы их увидел весь мир.
– Правда, что есть статуя, изображающая царицу Египта в этом ожерелье? – спросил профессор.
– Да. Во времена Клеопатры изумруды обрабатывали иначе. Селия наверняка подтвердит. Тогда никто не старался проявить в огранке их красоту, но мастер, который работал над моими камнями, намного опередил свой век.
– Леди Эм, вы точно решили расстаться с ожерельем? – спросила Бренда.
– Точно. Пусть его оценят люди.
Леди Хейвуд повернулась к профессору.
– Во время лекций вы цитируете Шекспира?
– Да. Предлагаю слушателям выбрать, какой отрывок им больше хочется услышать.
– Я сяду в первом ряду, – многозначительно сказала леди Эм.
Все подтвердили, что придут на лекцию, и только Ивонн Пирсон не могла ничего сказать о своих планах – минутой раньше она увидела знакомых из Ист-Хэмптона и подошла к ним.
В конце ужина из-за стола, стоявшего в центре зала, поднялся капитан Фейрфакс.
– Обычно в первый день мы не даем торжественных приемов, но сегодня сделали исключение. Мы хотели, чтобы вы сразу прониклись очарованием этого путешествия. После ужина оперные певцы Джованни Ди Бьязе и Мередит Карлино споют для вас арии из «Кармен» и «Тоски». Желаю вам приятного вечера.
– С удовольствием бы послушала, – сказала леди Эм, вставая. – Однако я немного устала. Если кто-то хочет пропустить рюмочку перед сном, приглашаю в бар.
Селия отказалась, сославшись на то, что нужно готовиться к лекции. Только вернувшись в номер, она разрешила себе подумать о том, к чему приведут обвинения, которые Стивен высказал в ее адрес.
Он был прирожденным лжецом, и девушка не слышала от него ни слова правды. После ареста в прессе стали писать такое, что Селия приходила в ужас, но это было еще не самое страшное. Ей позвонил его отец, крупный инвестор из Хьюстона, связанный с добычей нефти и газа. Он сказал, что отрекся от сына и что в Техасе у Стивена остались жена и ребенок.
На работе Селии предложили отдохнуть. Она решила взять неиспользованный отпуск, и все согласились, что так будет лучше, пока шум не уляжется.
Что же они скажут завтра, когда выйдет интервью?
В ту ночь она так и не смогла уснуть.
14
После ужина Ивонн выпила с подругами в «Гостиной принца Георга». В номер она вернулась поздно, однако Роджера еще не было. Наверняка за ужином он дождаться не мог, когда пойдет в казино, и бросился туда сразу, как только леди Эм ушла к себе. Он всегда увлекался азартными играми, но сейчас тяга стала приобретать тревожный размах. Ивонн было все равно, как муж проводит время, но это – лишь до тех пор, пока у него хватало денег на поддержание их образа жизни.
Она легла, однако не успела заснуть: вернулся Роджер. От него разило спиртным.
– Ивонн! – позвал он нетвердым голосом.
– Тише. Кричишь так, что мертвого разбудить можно, – огрызнулась жена. – Опять проиграл?
– Не твое дело!
На этой сердечной ноте Пирсоны закончили свой первый вечер на борту «Королевы».
15
Вилли предложил не слушать оперных певцов – хотелось поскорее преподнести жене подарок на годовщину.
В номере он открыл бутылку шампанского, наполнил бокалы и вручил один Алвире.
– За самые счастливые сорок пять лет в моей жизни! Я бы ни дня без тебя не прожил, дорогая.
Она прослезилась и пылко сказала:
– А я без тебя!
Вилли полез в карман, достал коробочку в оберточной бумаге. Алвира мысленно предостерегла себя: «Не вздумай ляпнуть, что это слишком дорого и покупать ничего не стоило».
Она медленно развернула коробку. Внутри лежало кольцо с продолговатым сапфиром, окруженным небольшими бриллиантами.
– Вилли! – ахнула Алвира.
– Тебе должно быть как раз, – гордо ответил он. – Я сравнивал с одним из твоих колечек, чтобы уж наверняка. Девушка, которая помогала мне выбирать, сегодня сидела за соседним столом. Хорошенькая брюнетка, Селия Килбрайд.
– Да, я обратила внимание. Разве можно ее не заметить? Погоди-ка! Это ее жених всех облапошил с фондом?
– Да.
– Бедняжка, – сказала Алвира, пригубив шампанское. – Нужно с ней познакомиться.
Она примерила кольцо.
– Какое красивое! Мне очень нравится.
Вилли с облегчением вздохнул: не спросила, сколько стоит. Однако покупка была даже выгодной. Всего десять тысяч долларов. Селия сказала, что кольцо продала одна женщина, когда ее мать умерла. Оно бы стоило намного дороже, если бы не царапинка, которую можно разглядеть только в микроскоп.
Алвире пришла в голову новая мысль.
– А несчастный Девон Майклсон? Анна Демилль из него теперь всю душу вытрясет, ведь он признался, что хочет развеять над морем прах жены. Думаю, она бы с удовольствием сама это сделала. Конечно, я понимаю, почему Анна хочет снова выйти замуж. Девон – мужчина привлекательный. Но она выбрала неправильный подход.
– Дорогая, умоляю, только не начинай давать ей советы. Держись подальше.
– Хорошо бы ей помочь, но ты прав. А вот с леди Эмили я обязательно подружусь. Я столько про нее слышала.
На этот раз Вилли не стал переубеждать жену. Он прекрасно знал, что к концу путешествия Алвира станет лучшей подругой леди Хейвуд.
День второй
16
В семь утра по расписанию была йога. Селию только начало клонить в сон, но она усилием воли заставила себя встать. Кроме нее, на занятие пришло всего-то человек двадцать.
Селию не удивило, что занятие ведет Бетти Мэдисон, знаменитый тренер и автор бестселлера о йоге. «Любителей здесь нет, одни профессионалы», – подумала девушка, расстилая коврик и усаживаясь. Так было на всех круизных лайнерах, где она выступала с лекциями. Раньше Селия брала с собой близкую подругу, Джоан Ламотт, однако на этот раз не осмелилась: Джоан с мужем потеряли в фонде Стивена двести пятьдесят тысяч.
«И я столько же. Как иудин козел[4]4
Животное, специально обученное, чтобы вести остальных на убой.
[Закрыть], повела все стадо на бойню, – подумала она. – А ведь было столько знаков! Почему я их не видела? Почему верила ему на слово? Нам было так хорошо вместе: мы ходили в музеи, кино, театры, на пробежки в Центральный парк. А если приглашали к себе другие пары, то всегда – моих друзей. Его друзья остались в Техасе, объяснял Стивен. А с коллегами в нерабочее время лучше не общаться. Профессиональный подход, как он говорил».
Сейчас, оглядываясь назад, она отлично понимала, почему они не проводили время с друзьями Стивена: у него их попросту не было. С теми немногочисленными «друзьями», которые пришли на ужин перед свадьбой, он раз в неделю играл в баскетбол или занимался в одной тренажерке.
После йоги Селия заказала завтрак. Она боялась даже заглядывать в ежедневную газету, которую подсунули ей под дверь. Там могло быть что-то об интервью Стивена, ведь это такой лакомый кусочек для сплетников.
К счастью, про бывшего жениха не написали ни строчки. И все же в висках у нее барабанным ритмом стучала мысль: погоди, завтра выйдет журнал!
17
Капитан Рональд Фейрфакс работал на «Касл Лайнз» вот уже двадцать лет. Каждый из его кораблей был в своем роде лучшим, но «Королева» превзошла их все. Другие компании строили огромные суда на три с лишним тысячи пассажиров, а «Шарлотта» могла принять только сотню – намного меньше, чем старые лайнеры первого класса. Вот почему на борту собралось столько звезд, жаждавших попасть в число избранных.
Фейрфакс начал выходить в море сразу после колледжа. Его внешность производила сильное впечатление: это был высокого роста, широкоплечий мужчина с пышной, абсолютно седой шевелюрой и загорелым, покрытым морщинами лицом. Его считали превосходным капитаном и отличным хозяином, который был на короткой ноге даже с самыми важными гостями.
Все, кто понимал, что он за человек, мечтали отужинать с ним за одним столом или посетить закрытую вечеринку в его прекрасном просторном люксе. Такая честь выпадала только лучшим из лучших, и те, кому повезло оказаться в их числе, получали приглашение, написанное администратором от руки.
Однако сейчас капитан Фейрфакс, стоявший на мостике, думал совсем о другом. На строительство корабля ушло чуть ли не вдвое больше денег, чем планировалось. Поэтому Грегори Моррисон, владелец «Касл Лайнз», был непреклонен: первый вояж должен пройти идеально! Журналистов хлебом не корми, только дай написать о какой-нибудь неприятности. Они уже подхватили сравнение с «Титаником», и стало ясно, какую ошибку допустили рекламщики, упомянув о сходстве двух роскошных кораблей.
А тут еще прогнозы обещали шторм вскоре после Саутгемптона.
Капитан взглянул на часы. Агент Интерпола, известный другим пассажирам как Девон Майклсон, хотел поговорить с ним с глазу на глаз. Капитану уже доложили, что на борту может находиться вор – Тысячеликий, как он себя называет.
Фейрфакс покинул мостик и направился к себе в номер. Почти сразу, как только он вошел, в дверь постучали.
Капитан протянул агенту руку:
– Мистер Майклсон, не могу выразить, как я рад видеть вас среди пассажиров.
– И я тоже рад здесь оказаться, – вежливо ответил мужчина. – Уверен, вы уже знаете: в последнее время в социальных сетях не раз появлялись сообщения от человека по прозвищу Тысячеликий. Час назад он сообщил, что находится на борту «Шарлотты» и купается в роскоши, а затем обещал пополнить свою коллекцию драгоценностей.
Капитан мысленно сжал кулаки.
– Есть вероятность, что эти сообщения – розыгрыш?
– Боюсь, что нет. Они не похожи на фальшивку. К тому же он так делал и раньше. Ему мало просто украсть – он получает удовольствие, рассказывая о своих планах, а затем смакует неудачи полиции.
– Все хуже, чем я думал, – сказал Фейрфакс. – Мистер Майклсон, вы ведь понимаете, как важно, чтобы наш круиз прошел без малейшего намека на скандал. Что мы можем сделать, чтобы предотвратить беду?
– Просто держитесь настороже, как я.
– Хороший совет. Благодарю вас.
Капитан проводил Майклсона до двери и остался один на один со своими мыслями. Его успокаивало, что на корабле находится агент Интерпола. Да и начальник охраны Джон Сондерс был парень не промах. Фейрфакс работал с ним на других кораблях и знал, что у Сондерса отличная репутация, он может аккуратно уладить любой конфликт. Всех членов интернациональной команды тщательно проверяли, прежде чем нанять на работу. Однако знаменитый похититель драгоценностей представлял собой проблему совсем иного уровня.
Капитан вернулся на мостик с тяжелым сердцем – он понимал, чем все это грозит.
18
Ивонн, как и Селия Килбрайд, решила не пропускать урок йоги. Стройная фигура и молодость были для нее важнее всего.
Роджер еще спал, но когда она вернулась, его и след простыл. «Наверное, таскается за леди Эм и ловит каждое слово», – с презрением подумала Ивонн.
Она приняла душ, позавтракала и отправилась в СПА-салон, где ее ждали массаж и маски для лица. Ближе к вечеру был назначен поход к визажисту.
Ивонн уже начала привыкать к удобствам на борту, и все-таки ее приятно удивили прекрасные помещения салона и мастерство первоклассных косметологов.
Близилось время обеда. Она вышла на палубу, устроилась в шезлонге, и тут кто-то постучал пальцем по ее плечу.
– Меня зовут Анна Демилль, – представилась женщина, сидевшая слева. – Только знаменитому режиссеру Демиллю я, к сожалению, не родственница. Вы о нем, конечно же, слышали. Знаете анекдот? Сесил Демилль снимал батальную сцену с кучей актеров и был в восторге от их игры. Потом спрашивает оператора: «Ну как? Снял?» А тот ему: «Жду твоей команды, Си».
Анна от души рассмеялась.
– Разве не замечательная история?
«Господи, – подумала Ивонн, – и как меня угораздило тут сесть?» Она выдавила из себя пару вежливых фраз, встала и солгала:
– Приятно было поболтать.
Как только Ивонн ушла, Анна повернулась к женщине справа. Той было лет шестьдесят, и она только что закрыла книгу, которую читала.
– Меня зовут Анна Демилль. Какое прекрасное путешествие! Я бы никогда здесь не оказалась, если бы не церковная лотерея. Вы только представьте, все расходы включены в стоимость! До сих пор не верится, что это происходит со мной!
– Разумеется.
Тон был ледяной, но Анна не обратила внимания.
– Как вас зовут? – спросила она.
– Робин Ривз, – быстро ответила женщина и снова открыла книгу.
«Сегодня все неразговорчивые, – подумала Анна. – Пойду пройдусь. Может, встречу беднягу Девона. Ему, наверное, так одиноко».
19
Ивонн обедала с подругами, Даной Террейс и Валери Конрад, в ресторанчике, стилизованном под английскую чайную. Мужей они отпустили заниматься чем душе угодно – очень уж хотелось вволю посплетничать.
– Мой на корте играет в сквош, – сообщила Дана.
– И мой, – кивнула Валери.
Ивонн промолчала: Роджер, конечно же, отправился в казино. Она втайне завидовала подругам. Как бы ей хотелось иметь такое происхождение, как у них! Дана вела свою родословную от первых поселенцев с корабля «Мейфлауэр»[5]5
Судно, на котором прибыли основатели одной из первых британских колоний в Северной Америке, называемые в американской традиции «отцами-пилигримами».
[Закрыть]. Отец Валери не только был из знатного семейства, но и с умом вложил свой капитал.
Ивонн еще в детстве поставила себе цель: хорошо выйти замуж, стать богатой и занять положение в обществе.
Ее родители были учителями средней школы, потом ушли на пенсию и, к счастью, переехали во Флориду. Ивонн говорила всем, что они профессора. Она прекрасно знала французский, на первом курсе полгода училась в Сорбонне, однако сейчас притворялась, будто получила там высшее образование.
Дана и Валери вместе учились в элитных школах. Обе подруги, как и сама Ивонн, были красавицами слегка за сорок. Однако им повезло с родословной, а ей пришлось пробиваться наверх своими силами.
Ивонн встретила Роджера, когда ей исполнилось двадцать шесть, а ему – тридцать два. Он еще довольно хорошо выглядел. Пирсон шел по стопам отца и деда: окончил Гарвард, был членом привилегированных студенческих клубов, получил диплом бухгалтера высшей квалификации. Только не слишком увлекался карьерой – больше любил выпивку и азартные игры. Роджер скрывал свои пристрастия, но вот брюшко, выросшее за двадцать лет их брака, было не спрятать.
Вскоре Ивонн поняла, чего он стоит. Пять лет назад, после смерти отца, Роджер возглавил семейную фирму, управляющую частными капиталами. Он сохранил большинство клиентов, а самое главное, с ним осталась леди Эмили, которая доверила Роджеру свое состояние.
В присутствии леди Эм Роджер становился другим человеком – с апломбом рассуждал о мировой финансовой системе, политике, искусстве.
Пирсоны всем казались счастливой парой, они вместе появлялись в обществе, ходили на благотворительные концерты. Однако Ивонн уже присматривала себе разведенного мужчину, а лучше – вдовца. Дана и Валери удачно вышли замуж во второй раз, и ей не терпелось к ним присоединиться.
Сейчас они пили белое итальянское вино, ели салаты и обсуждали пассажиров лайнера. Валери и Дана восхищались леди Хейвуд. Их очень удивляло, что Ивонн считает ее занудой.
– Истории про покойного сэра Ричарда я слышала сотню раз, если не больше, – поделилась та, отодвигая на край тарелки дольку помидора.
«Почему я все время забываю предупредить официанта, чтобы в салат их не клали?» – подумала Ивонн.
Валери взяла расписание дневных мероприятий.
– Можем сходить на бывшего дипломата. Будет лекция о сложных отношениях между Западом и Ближним Востоком.
– Вот скучища! – сказала Дана, сделав большой глоток из бокала.
– Ладно, пропустим. А как насчет этого? Шеф-повар покажет, как превратить простое блюдо в угощение для гурманов.
– Интересно послушать, – заметила Ивонн.
– У нас дома свои повара, – отозвалась Дана. – Мы с Валери сами не готовим.
– Вот это, наверное, забавно, – не сдавалась Ивонн. – Книга Эмили Пост, посвященная этикету. Манеры конца девятнадцатого и начала двадцатого века. А почему нет? Я бы послушала, как вели себя тогда.
Валери улыбнулась.
– Моя прабабушка жила в то время. После свадьбы она переехала на Пятую авеню. Гости у них оставляли визитки дворецкому. Когда прадед умер, все в доме задрапировали траурной тканью, а посетителей встречали слуги в черных ливреях.
– Мой дед увлекся современным искусством и начал собирать коллекцию, – отозвалась Дана. – Твоя Эмили Пост называла ее «образчиками дурного вкуса». Бабушка уговаривала деда выбросить картины, но он, слава богу, не послушал. Сейчас они стоят огромных денег.
– Если мы хотим стать настоящими леди, нужно начать с этой лекции, – пошутила Ивонн. – Может, там будет раздел о том, как правильно развестись и снова выйти замуж?
Они все рассмеялись. Валери махнула официанту и показала на пустые бокалы.
– Хорошо, – согласилась Дана. – А что еще сегодня будет?
– Лекция о Шекспире, – сказала Ивонн.
– Профессор Лонгворт сидел с тобой за ужином, – заметила Валери. – Что он за человек?
– Довольно скучный и постоянно вскидывает брови. Наверное, от этого у него столько морщин на лбу.
– А как насчет Селии Килбрайд? – спросила Дана. – Говорят, она замешана в той афере с фондом. Как ее пригласили в круиз? Капитан клялся нам, что на корабле все самое лучшее, и пожалуйста – взял на борт мошенницу!
– Она утверждает, что и сама потеряла деньги, – отозвалась Ивонн. – И ее считают очень хорошим специалистом по драгоценным камням.
– Вот бы показать ей подарок моего первого мужа, – засмеялась Валери. – На помолвку он преподнес мне кольцо своей бабушки. Бриллиант можно было разглядеть, только если прищуриться. После развода я вернула ему подарок и сказала: не хочу лишать какую-нибудь счастливицу такого украшения.
Пока они смеялись, Ивонн подумала, что обе подруги в первый раз вышли за мужчин из высшего общества, а во второй – за богачей. Нужно не зевать.
Когда они хорошенько выпили, она ввернула:
– У меня есть к вам дело.
Женщины вопросительно посмотрели на нее.
– Когда вы разводились, второй кандидат уже появился на горизонте?
– У меня да, – подтвердила Валери.
– У меня тоже, – кивнула Дана.
– По правде говоря, между мной и Роджером давно уже нет былых чувств. Так что поглядывайте по сторонам.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?