Читать книгу "Короли Дрэйквилла. Отступники"

– Не понял. – Ник приподнял бровь. – Почему энциклопедия растений называется «Горячий сосед»? – Он помахал романом с цветами на обложке и вопросительно уставился на меня.

– Потому что это любовный роман, – скрестив руки на груди, проворчала я.

Мне не нравилось, когда трогали мои книги, но выгонять Ника из комнаты не хотелось. Мы редко оставались наедине. Да почти никогда! И я не могла упустить такую возможность.

– Ла-а-адно, – весело произнёс он, поставил не прошедший проверку роман на место и потянулся к чёрной книге с серебряными черепами.

– Здесь тоже история истинной любви?

– А на что похоже? – насупилась я.

– На пособие по изгнанию демонов.

– Тогда поставь на место и больше ничего не трогай.

– Нет, я хочу знать, что там. – Ник нагло улыбнулся и отступил на пару шагов. И только тогда я обратила внимание на название.

О боже… нет! Только не она! Почему из всех книг с черепами он взял именно эту?!

– Отдай, – потребовала я, но он лишь покачал головой и… нарочито медленно раскрыл книгу. – Не читай! – взмолилась я.

Мои щёки вспыхнули. Нет-нет-нет!

– И почему же я не должен? Там что-то страшное? – Ник хитро прищурился, а я закусила нижнюю губу.

Чёрт! Надо забрать её, чего бы это ни стоило.

Я бросилась к нему, но Ник оказался проворнее. Мне оставалось лишь беспомощно прыгать вокруг него. Наверняка со стороны это выглядело жалко.

– Отдай книгу! – не унималась я, отказываясь признавать поражение, и вновь потянулась к нему, но он легко блокировал мой выпад и отступил.

Небрежно отмахиваясь от моих попыток отобрать у него роман, Ник внимательно просмотрел места, где я сделала закладки. На двенадцатом стикере его брови дёрнулись.

– Вот так поворот. – Ник поднял взгляд на меня. Такой насмешливый, что я почувствовала, как запылало не только лицо, но и уши. – Интересные сейчас выпускают книжки.

Оправдываться не было смысла. В моей коллекции, помимо милых романов, имелось и кое-что не столь безобидное. Но почему он взял именно этот?! Я стеснялась его читать, однако сюжет был таким интересным и непредсказуемым, а между главными героями так сильно искрило, что даже сон отошёл на второй план. Это самая захватывающая книга, которую мне доводилось читать. И самая откровенная из имеющихся на полках.

– Не говори Блэйку, – выпалила я, не подумав.

Дважды чёрт.

Теперь Ник точно сдаст меня, а Блэйк не будет рад, когда узнает, на что я трачу деньги, которые он выделяет мне.

– Не скажу, – ответил Ник, чем удивил меня, но продолжение фразы расставило всё по местам: – если почитаешь мне вслух. Начинай отсюда, – он ткнул пальцем в середину страницы, где был наклеен предательский ярко-розовый стикер. Этим цветом я выделяла особенно горячие моменты.

– Не буду я тебе читать, извращенец, – ощетинилась я, чувствуя, что пылает уже и шея.

– И ты называешь извращенцем меня? – Он усмехнулся. – Ладно. Это будет весело.

Ник театрально прокашлялся и подмигнул мне. Его губы вновь задвигались, но лучше бы он молчал. Или конфисковал эту книгу. Но только не зачитывал её своим чёртовым сексуальным голосом, которому специально придал хрипотцы.

Он издевается надо мной? И могу ли я его винить, раз сама так беспечно оставила этот роман на видном месте?

– Не переставая целовать, Роберто насадил меня на себя и сразу задал бешеный ритм. Сжимая мои бёдра, он толкался своими мне навстречу, и я чувствовала, как его огромный, твёрдый…

– Прекрати! – вскрикнула я, закрыв полыхающее лицо руками.

Странно, но он и правда замолчал. Несколько секунд в комнате стояла оглушительная тишина, и я решилась посмотреть на него. Лучше бы не делала этого…

Ник стоял так близко, что меня бросило в дрожь. Испугавшись непонятно чего, я попятилась. И продолжала пятиться, пока не врезалась задницей в письменный стол. Ник навис надо мной, не оставив шанса отвернуться.

– И тебе нравится читать такое? – прошептал он, и хрипотца в его голосе больше не казалась наигранной. – Представляешь себя героиней романа, которую жарко любит герой?

– Не твоё дело, – буркнула я, стараясь не показывать жуткое смущение и внезапно появившуюся нервозность.

Получалось очень плохо. Однако Ник и сам уже не выглядел расслабленным. Почему-то в моём присутствии он нередко позволял себе сбрасывать защитную маску.

– Это не пошлое, – запинаясь, попыталась я оправдаться, уж не знаю зачем. – Это про чувства.

– Чувства, да? Любовь? – Ник как-то неожиданно горько усмехнулся. – Они получили свой хэппи энд, Дейзи?

– Да, там всё хорошо закончилось.

– Очень за них рад. Хорошие финалы необходимы хотя бы в книгах.

Сказав это, он вышел из моей комнаты.

Больше Ник никогда не заходил ко мне в спальню.

Сейчас я понимала, что вряд ли тогда он насмехался надо мной всерьёз: ему просто нравилось меня дразнить. Позже он сам же и дарил мне книжки, только отдавал их не лично в руки, а через друзей. Но я знала, кто покупал мне самые горячие истории, ведь Блэйк и остальные парни до сих пор думают, что я читаю невинные романы о красивой первой любви. А Ник… он словно проверял мои границы. Рядом с ним они всегда стирались и исчезали, но ему нельзя об этом знать.

– И как сильно ты ненавидишь меня, Дейз? – Реальный Ник склонился к моему лицу, совсем как Ник из прошлого. Я чувствовала его горячее дыхание на своих губах. – Ты ведь мне покажешь?

– Не сомневайся.

– Я никогда не сомневался в тебе. – Его глаза сверкнули холодом. Пальцы скользнули вниз по моей щеке, легонько коснулись шеи и замерли на ключицах. – Я сомневался в себе.

Ник шагнул от меня и вновь протянул мне вещи.

– Одевайся. Я подожду за дверью, потом отвезу тебя домой. Не спорь, Дейз, – добавил он, поняв, что хочу возразить. – Ты не поедешь ночью на такси одна.

– Только не говори, что волнуешься за меня.

– Неужели я правда должен отвечать на подобные вопросы?

Одарив меня уничтожающим взглядом, он вышел за дверь. А я приложила руку к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Надежда, которую, как я думала, удалось погасить, вновь расправила глупые крылья. Но теперь это ощущалось иначе.

Я никогда не боялась Ника.

Никогда.

Однако раньше он казался недосягаемым. А сейчас пришло осознание, что он такой же парень, как и все. И я смогу сделать так, чтобы он увлёкся мной. А потом порву с ним, ничего не объяснив. И пусть этот самодовольный засранец мучается догадками. Он сильно задолжал мне за эти годы.

Взглянув на водолазку и колготки, я бросила их в мусорный бак.

Красивые вещи у меня имелись, но в ничтожно малом количестве. Видимо, потребуется помощь Кристалл. Мне нужно обновить гардероб. И сделать это необходимо завтра, ведь на днях мы поедем забирать маму и времени бегать по магазинам уже не будет.

Ещё не придумала, каким образом буду успевать ухаживать за ней, учиться, работать и соблазнять Николаса. Однако мысленно уже представляла, как изменится его лицо, когда я скажу, что он мне больше не интересен.

Только вот смогу ли я на самом делеотказаться от него?

Это чувство… оно так напоминает одержимость.

Глава 8

Дейзи

Ник сел на водительское сиденье и захлопнул дверь, отрезав нас от уличного шума. Запах премиальной кожи окутал меня. Я знала, что Николас давно отказался от финансовых подачек отца и зарабатывает сам, занимаясь инвестициями. Но только сейчас в полной мере осознала нашу разницу в положении.

Видимо, Ник действительно отличный брокер. Ведь даже Блэйк доверил ему свой портфель акций. Ник брал с него лишь небольшой процент, хотя Блэйк настаивал на обычных расценках. И когда Гаррисон всё уничтожил, Ник был единственным, кто совсем не переживал.

То есть он буквально никогда не волновался о деньгах, потому что всегда мог позволить себе всё, в отличие от своих друзей. И от меня. Да, Ник не выставлял своё материальное положение напоказ, вёл себя с нами как с равными, не брезговал обычной едой, не зависал в вип-заведениях. Но стоило просто сесть в его машину или присмотреться к одежде и аксессуарам – и всё становилось понятно.

Чёрт. Ещё одно очко в его пользу. И как мне вообще тягаться с этим парнем? Между нами буквально пропасть во всех смыслах. Ну ничего. Буду очень стараться и сведу эту разницу к нулю.

Опустив взгляд, я посмотрела на свою юбку. Совсем не его уровень. Исправлю завтра же. Да, я всё правильно решила. Пусть брендовые вещи мне не по карману, но Кристалл поможет подобрать что-нибудь привлекательное, качественное и не особо дорогое.

Ник ничего не сказал, когда я вышла из туалета. Но абсолютно точно заметил, что водолазки и колготок на мне нет. И сейчас его злость повисла между нами тягучим молчанием.

К слову, плащ я и не подумала застегнуть. Ник припарковался недалеко от входа, температура ночью уже стала достаточно комфортной, а в машине и вовсе было тепло. Однако он явно не считал это весомыми аргументами. Сидел вроде расслаблено, но уставившись прямо перед собой. И сжимал руль так, что белели костяшки пальцев.

Возможно, злился, что мой вид оскверняет салон его дорогого автомобиля. Или психовал из-за того, что приходится возиться со мной, а не проводить время со своей девушкой. Но нельзя исключать и тот вариант, где его агрессия являлась лишь прикрытием.

Я всегда реагировала слишком эмоционально и молниеносно составляла мнение о ком-то или о чём-то. А ещё могла менять свои решения по сто раз на дню. Это мешало. Мне стоило стать более рациональной и начать смотреть на всё под другим, непривычным углом. Не додумывать за других людей. Просто наблюдать и лишь после – делать выводы на основе их действий, а не слов.

– Ты запретил ехать на такси, – картинно вздохнула я, желая его побесить, – но почему-то гипнотизируешь взглядом улицу вместо того, чтобы везти меня домой. Мы ждём твою подругу?

– Я жду, когда ты запахнёшь плащ и пристегнёшься, – холодно отрезал он.

– Тебя смущает моя одежда?

Я демонстративно оглядела себя, затем вылезла из рукавов плаща и кинула его на заднее сиденье. Вновь пришлось перебороть страх быть привлекательной, который прилип ко мне на целый год и всё ещё жил где-то внутри, даже несмотря на решение избавиться от уродливой одежды. Однако я справилась и ничем не выдала волнения. И на этот раз было гораздо легче.

– Так лучше? – невинно поинтересовалась я, застегнув ремень безопасности. Он впился в топ аккурат между грудями, что не укрылось от внимания Николаса.

Но он быстро вернул самообладание и вновь уставился прямо перед собой. Лишь его голос прозвучал как скрежет камня по стеклу, когда Ник наконец спросил:

– Ты издеваешься надо мной?

– Нет. Тебя смущал мой плащ, теперь проблема решена, можем ехать.

Я откинулась на спинку сиденья и нарочито медленно поправила волосы. А затем глянула на его отражение в зеркале заднего вида. Ник не просто злился. Он всё ещё смотрел. Не поворачивал головы, но его взгляд короткими, жадными рывками жалил мою шею, спускался к вырезу топа и к оголённой полоске кожи над юбкой.

– Вижу, ты опять чем-то недоволен. Мне стоит вызвать такси, Ник?

Он чертыхнулся и завёл мотор. Автомобиль сорвался с места так резко, что меня вжало в сиденье. Подавив усмешку, я вновь придала голосу невинности и задала вопрос:

– Что тебя так разозлило?

– И ты ещё спрашиваешь? – огрызнулся он, вцепившись в руль сильнее прежнего. Видимо, представлял, что это моя шея.

Холодная броня Николаса Вуда не просто дала трещину. На её месте зияла огромная дыра, из которой фонтаном прорывались его настоящие эмоции. О да, этот пареньмог быть настоящим вулканом, в этом я уже убеждалась. И сейчас ощутила нарастающее чувство триумфа.

Ник боится. Боится, что я могуна него действовать.

И на этот раз мне не кажется. Сейчас я не принимаю желаемое за действительное, а наблюдаю. И пазл складывается вполне определённым образом: может, я ему и не нравлюсь, но Ник определённо меня хочет. Поэтому так злится?

– Почему ты не оделась? – разрезал он резким вопросом повисшую ненадолго тишину.

– Я одета.

– Конечно, – язвительно усмехнулся он. – А на топике светится надпись: «Потрогай меня, ищу приключений на свою аппетитную попку».

– Ты считаешь мою задницу аппетитной? Хочешь потрогать?

– Господи, Дейз! – Ник ударил ладонью в центр руля, заставив машину возмущённо пискнуть. – Какой дурой надо быть, чтобы раздеться на глазах у всего клуба? И что ты сделала потом? Ушла на танцпол одна. Одна! Где твои мозги?

– Не подражай Блэйку.

– О нет, я не буду называть тебя… – Он запнулся, повернув голову, и наконец посмотрел мне в глаза. Его взгляд в свете уличных фонарей казался диким. – Но сегодня ты повела себя очень неосторожно. Ты буквально напрашивалась на неприятности. И продолжаешь это делать.

– И что, Ник? Я должна провести всю жизнь в страхе и избегать людей, потому что в прошлом году со мной чуть не произошло ужасное?

– Разумеется, нет, – процедил он, вернув взгляд на дорогу. – Но не надо вести себя как идиотка.

– Тебе не нравится, как я выгляжу? Но ты сказал, что любишь красивых и ярких девушек. Яркость не подразумевает стеснение, так ведь? И в этом ты прав, я никогда не умела флиртовать, а произошедшее год назад сильно повлияло на меня. Но я больше не хочу бояться и скрывать тело под мешковатой одеждой. Так что либо помоги мне вновь обрести уверенность, либо не мешай. Что ты выберешь, Ник: отойдёшь в сторону или примешь активное участие?

Я подалась к нему и положила ладонь на его бедро. С Ником можно было провернуть такое, не опасаясь, что он как-то навредит мне. Это знание придавало смелости. Однако вести себя непринуждённо с парнем, в которого влюблена уже долгое время, было не так-то просто. Но я справлялась и не показывала, насколько сильнонервничаю. Пока справлялась. Даже голос не дрожал, хотя меня потряхивало.

– Не паясничай, – рявкнул он, однако мою руку не скинул. Лишь бросил на неё предупреждающий взгляд. – Тебе не идёт.

– А что мне идёт, Ник? Быть удобной? Скромной? Легко заменимой? Но я никогда не была тихой, даже когда те ублюдки сломали меня. Однако ты меня не замечал или делал вид, что не замечаешь. И всё же ты смотрел, я видела. Даже сейчас не можешь перестать это делать. Ты бесишься, потому что тебе хочется не только смотреть, правда? Может, я тебе и не нравлюсь, но ты хочешь сделать со мной слишком много разных вещей. – Я переместила ладонь чуть ближе к его паху. – А это точно не входит в твой идеальный план. И сто процентов не понравится Блэйку.

Он затормозил так резко, что меня бросило вперёд. А в следующую секунду Ник жёстко припечатал мои плечи к сиденью и навис надо мной. Его глаза горели опасным огнём, но прикосновения пальцев к моей оголённой коже опалили куда сильнее. От Ника пахло дорогим парфюмом, однако этот аромат был едва уловим. Зато его собственный запах – опасный и одуряющий – буквально забился мне в ноздри, заставив мою кровь забурлить.

– Всё, что я хочу с тобой сделать, это заткнуть тебе рот кляпом.

– Тебя возбуждает связывание? Всегда знала, что ты из этих.

– Не играй со мной, Дейзи, – отчеканил он, отстраняясь, однако не прерывая зрительного контакта. – Исход тебе не понравится. Надевай чёртов плащ, иначе я выкину тебя из машины прямо здесь.

– Не выкинешь. – Я улыбнулась и провела пальцами по его щеке, с удовольствием отметив, как изменился его взгляд. – И признайся, ты не хочешь, чтобы я надела плащ: тебе слишком нравится на меня смотреть, ведь только это ты и можешь. Смотри, Ник. Мне не жалко.

Секунду мне казалось, что он сорвётся. Как тогда, в прошлом, когда поцеловал меня. Однако на этот раз Ник сдержался. Даже не выругавшись, отвернулся и вновь нажал на газ.

В салоне всё ещё висело напряжение, но оно больше не тяготило меня. Я улыбалась. Улыбалась, потому что пребывала в шоке от самой себя.

Смогла, я смогла!

Да, флиртовать не умела, но меня действительно нельзя было назвать тихой скромницей. Несмотря на то, что шумным тусовкам предпочитала чтение или приготовление еды, я всё равно отстаивала свои границы и не скупилась на высказывания. Но тем ублюдкам правда удалось сломать меня, на целый год сделав бледной тенью себя прежней. Я скрывала тело под уродливой мешковатой одеждой, чтобы не выглядеть привлекательно. Обросла комплексами. Закрылась от всех. Позволила своей самооценке и решительности пошатнуться.

Но хватит.

Пора прежней Дейзи вернуться. Нет, даже не так. Пришло время новойДейзи заявить о себе. И только что я сделала первый шаг.

– И всё-таки зачем ты пошёл сегодня в клуб? – задала я главный вопрос, когда мы почти подъехали. – Га́бриэль жаждет мести, а ты развлекаешься со своей девушкой. Не слишком умный поступок. И ещё мне что-то выговариваешь.

– Она не моя девушка.

– Тогда кто же она? Незнакомка, которая свалилась тебе на колени?

– Дилан привёл их.

– Ах, Дилан! Ну конечно, это всё объясняет.

Ник притормозил у моего дома и медленно развернулся ко мне. Смотрел он долго, словно совсем не хотел отвечать. И всё же произнёс:

– Га́бриэль жаждет крови, в этом ты права. Но не моей. Рассказать не могу, просто передай брату: вы в безопасности. Молчите об этом. Обо всём, что произошло. Вы ничего не знаете, понятно?

– Всё разрешилось? Поэтому ты пошёл в клуб с Диланом?

– Я не могу ничего рассказывать, Дейз. Мы с Диланом не развлекались сегодня. Девушки были нужны для антуража. Не волнуйся, моё сердце свободно.

– И всё ещё ледяное, – буркнула я.

– Хочешь растопить? – Ник усмехнулся. – А выдержишь ли?

Я с вызовом посмотрела на него.

– Ты сомневаешься?

– Милая моя Дейзи. – Он подался вперёд, прижал меня к сиденью и выдохнул в ухо: – Я же говорил, что никогда не сомневался в тебе.

Второй рукой Ник скользнул мне под юбку и, едва касаясь, провёл пальцами по внутренней стороне оголённого бедра, заставив меня изумлённо охнуть.

– Я хорошо изучил тебя и точно знаю: ты обломаешь свои прекрасные зубки, если хотя бы попробуешь меня на вкус. А если я распробую тебя, то всё пойдёт по сценарию одной из твоих грязных книжек. Я читал их, Дейз. Перед тем, как передать, я прочёл каждую. Тебе нравится, когда герой охотится за героиней, подчиняет её и трахает. Нравится, когда мужской персонаж ведёт себя как придурок. Но ты точно не будешь в восторге, если этот сюжет воплотится в жизнь. Если я поймаю тебя, то не ограничусь книжными изощрениями. Так что беги, маленькая Дейзи. Беги от меня, пока ещё можешь. И не забудь грёбаный плащ.

Последнюю фразу Ник практически прорычал. Затем отстранился от меня и, шумно выдохнув, откинулся на спинку сиденья. А я, оглушённая его внезапным откровением, действительно сбежала, прикрыв хвост надетым в спешке плащом.

Однако на этом потрясения не закончились.

Разумеется, как только вошла в дом, на меня накинулся Блэйк. Отмахиваясь от его гневных выкриков, кое-как извинилась, пообещала больше так не делать и понеслась в свою комнату. Влетев туда, закрыла дверь, бросила сумочку на комод и рухнула на кровать.

Но, пусть и сбежала сейчас, это не значит, что я отступлю.

Ещё посмотрим, кто об кого обломает зубы.

Да, чёрт подери! Николас Вуд, ты теперь моя цель.

Глава 9

Николас

– Упрямая девчонка, – процедил я, смотря вслед убегающей Дейзи. – Но всё ещё сломленная. А я совсем не тот, кто может тебе помочь, малышка.

Дожидаться, когда к машине подойдёт разъярённый Блэйк, не стал. Действие обезболивающего подходило к концу, голова и тело раскалывались. Хватит и Тайлера, который точно набросится на меня прямо с порога. Но, притормозив рядом с домом, я ощутил острое желание развернуть автомобиль и поехать назад. Ещё раз шумно выдохнув, стукнул ладонью по лбу. Резкая вспышка боли слегка отрезвила.

– Возьми себя в руки.

Но как можно оставаться разумным рядом с ней, особенно когда она буквально умоляет отхлестать её аппетитную задницу?

Даже когда она мне не дерзила и лишь краснела в моём присутствии, это всё равно ощущалось как испытание моей стойкости.

И сейчас чётко помню тот день, когда дыхание впервые сбилось от чего-то щемяще-приятного. Я ждал Блэйка на кухне, но вошла она. В коротких шортах и растянутой белой майке с дурацкой надписью «Чтение – это сексуально». Её невысохшие после душа волосы волнистыми прядями спадали на плечи, и это выглядело так красиво. В тот день я увидел её, по-настоящему увидел. И понял, что пропал.

Надпись нужно было поменять на «Дейзи – это секс» и поместить не на майку, а на саму девушку. Я твердил себе, что справлюсь и смогу держаться подальше… Оптимист. Или идиот, который вёл себя с ней подчёркнуто отстранённо и при этом скринил каждый её пост в социальных сетях.

– Эй, ты собираешься выходить? – Тайлер ударил кулаком по стеклу, заставив меня вздрогнуть. – Или будешь сидеть тут всю ночь? У меня к тебе много вопросов.

Он отступил на шаг, и мой взгляд зацепился за Круэллу. Ну конечно, куда он без неё. Наверное, даже в туалет с ней ходит. Они вместе принимают ванну и спят в одной кровати.

Выйдя из машины, я указал на биту.

– А когда ты трахаешься, девушки не ревнуют к сопернице? И где в этот момент находится Круэлла? Между вами?

Тайлер прищурился.

– Ты это… пошутил сейчас?

– Вот ты мне и скажи, пошутил я или ты и правда маньяк, Ти.

Он хмыкнул, проигнорировав ненавистное сокращение, затем махнул в сторону дома. Как только мы зашли внутрь, начался допрос:

– Во-первых, где ты был и почему я не мог до тебя дозвониться? Во-вторых, какого чёрта ты вообще делал в «Яме»? После всего, что тебе пришлось вытерпеть от отца, зачем ты…

– Остынь, Тай. Понимаю, ты злишься из-за ситуации с Бэном, но…

– Злюсь? Из-за Бэна? Да плевать мне на Бэна! Но ты прав: я охренеть в каком бешенстве! – Он толкнул меня к стене и упёр конец биты мне в плечо. – Тебя могли покалечить. Тебя могли убить. Зачем ты пошёл туда, где нанесение увечий – норма? Ты хоть помнишь, в каком состоянии нарисовался на пороге моего дома, когда попросился переночевать? Как ты мог добровольно пойти туда, где точно получишь по морде? После того, как столько времени скрывался от отца, ты…

– Не трать слова, – прервал я его.

– Не тратить, – кивнул он и отступил. В его взгляде блеснула горечь разочарования. Вот только вряд ли Тайлер действительно понял. Никто бы не понял.– То есть тебе плевать на себя и на нас, я учту. Но хотя бы скажи, почему Дилан утверждает, что мы не должны беспокоиться по поводу Га́бриэля? Он ничего не объяснил, лишь сказал, что ты в курсе и за тебя можно не переживать.

– Я тоже ничего не смогу объяснить. Дилан прав: Га́бриэль вас не тронет. Как и меня. Но об этом никто не должен знать. Если кто-то спросит, вы ничего не знаете, ясно?

– Погоди. – Тайлер прислонил Круэллу к стене. – То есть ты в курсе, Дилан в курсе, а мы – за бортом? Даже мне не расскажешь? Не доверяешь? Видимо да, раз пошёл в «Яму» вместо того, чтобы поговорить со мной, да с кем угодно из нас! Это был твой способ справиться с демонами? Хреновое решение. Но идти на поводу у Га́бриэля – ещё хуже.

Прислонившись к противоположной стене и сложив руки на груди, он буравил меня взглядом. Теперь серые глаза сверкали подозрением, а ещё в них проступала обида.

Я мог его понять. Тайлер сделал для меня столько, что не хватит жизни, чтобы с ним расплатиться. Но сейчас я «выбрал не его». Так он думает. И как, не нарушив условия договора, мне объяснить ему, что только незнание защитит его? Защитит их всех.

В той бумажке, которую Га́бриэль заставил меня подписать, очень красочно описывалось, что случится, если я скажу больше, чем следует. Пострадаю не только я, но и те, ради кого я не задумываясь отдал бы жизнь. Пусть и отдалился в последнее время, но ближе них у меня никого нет. И вряд ли когда-нибудь будет.

– Послушай. – Я приблизился и положил ладонь ему на плечо. – Я правда не могу ничего тебе рассказать. Но сделай это ещё раз, Тайлер: поверь в меня и останься на моей стороне.

Он ничего не ответил. Стряхнул мою руку и прошёл в гостиную. Я последовал за ним.

Тайлер остановился у окна, спиной ко мне, и долго всматривался в темноту улицы. А затем тихо произнёс:

– Соглашение о неразглашении – всегда плохой признак. Я не стану спрашивать, зачем ты пошёл на это и что Га́бриэль предложил тебе. Как не спрашивал об этом и Дилана.

Он вздохнул и продолжил:

– Со временем люди и отношения между ними меняются. Ты давно от меня что-то скрываешь. От всех нас. Думал, я не замечаю, как ты исчезаешь куда-то? Я не лез, надеясь, что сам расскажешь. Что ж, – Тайлер невесело усмехнулся, – правда о «Яме» вскрылась, но сколько у тебя ещё секретов, Ник? А сколько их у Дилана? Мне казалось, мы друзья. И если я прав, сделай то же самое и для меня: останься на моей стороне. Не забывай, кому на самом деле ты можешь доверять. И кому ты по-настоящему не безразличен.

Я сглотнул противный ком и кивнул. Конечно, Тайлер не мог этого видеть. Ещё тише он добавил:

– И, пожалуйста, напомни об этом Дилану. Иногда мне кажется, мы потеряли его. Я бы хотел, чтобы ты помог вернуть друга, а не сгинул вместе с ним. – Он развернулся и встретился со мной взглядом. – Я иду спать. Еда в холодильнике.

Не остановив его и никак не опровергнув его подозрения, я лишь наблюдал, как Тайлер поднимается по лестнице. Круэллу он оставил в прихожей. Впервые на моей памяти.

Паршивое чувство засело в груди. Никогда раньше Тайлер не вёл себя со мной столь серьёзно. Я обидел его. И не знал, как это исправить.

Телефон пискнул входящим сообщением от Дилана.

«Послезавтра кое-кто хочет с тобой встретиться. Это проверка. Им нужно убедиться, что ты действительно будешь полезен, поэтому придётся принести какую-нибудь личную вещь отца. За ней отправимся завтра до обеда. Заеду за тобой в половине одиннадцатого, будь готов».

– Что за…

Я швырнул телефон на диван и обхватил голову руками.

– Чёрт.

Лучше уж отправиться в жерло вулкана, чем в родительский дом. Разумеется, в одиннадцать утра отца не будет дома, однако он всё равно узнает. Ему доложат сразу же, как я подойду к воротам.

Ладно, нужно просто сделать это. Не запрёт же он меня. Возможно, попытается. Но я уже не тот Николас, которого он помнит. Да и в мой прошлый визит проблем с уходом не возникло.

Взяв телефон, я зашёл на кухню, чтобы выпить обезболивающее, а затем поднялся наверх.

Ничего особо важного мы с Диланом сегодня не выяснили, но с некоторыми людьми в клубе удалось пообщаться.

Бэн пользовался популярностью, поэтому и хейтеров у него имелось немало. Один даже заделался моим фанатом и всучил свой номер телефона. Судя по тону его рассказа, он всегда завидовал Бэну. А потому был рад его «внезапному недугу» и заискивал передо мной.

Зато друзья Бэна рвались набить мне морду. Либо они действительно не знали, что Бэна отравили, либо скрывали свою осведомлённость.

Как же это всё утомительно.

Звонок будильника обрушился на меня, точно камнепад. Я не сразу понял, где нахожусь. Не помнил даже, как разделся и уснул. Еле-еле содрав себя с кровати, прошёл в ванную и уставился в зеркало. Вчера не придал этому значения, но сегодня увиденное разозлило.

Губа и бровь разбиты, нос отёк и окрасился в красный, лицо припухло и местами расцвело оттенками фиолетового и лилового, рёбра – один сплошной синяк. Про самочувствие даже говорить нечего: полнейший спектр отвратительнейших ощущений.

– Га́бриэль, чёртов ты ублюдок, – прохрипело отражение. – Выглядит хуже, чем грёбаный флешбэк.

Кроме последнего раза, отец никогда не бил меня по лицу. В тот вечер он понял, что теперь я не стану молча терпеть побои, и окончательно вышел из себя. Но я не уклонился. До последнего смотрел ему в глаза, взглядом обещая, что он заплатит за всё. Выражение его лица доставило мне наслаждение.

Однако сейчас, после кулаков Га́бриэля, я едва мог себя узнать. И мне это совсем не нравилось. Ещё раз выругавшись, умылся, надел спортивные штаны и лонг и поковылял к лестнице.

Пробежка далась тяжко, но вот уже много лет я старался не пропускать ни дня. Если в планах не было общих или индивидуальных тренировок, то занимался сам. Чуть не выплёвывая внутренности, вернулся в дом и отправился прямиком в душ. И не переставал ругаться, пока стоял под струями воды. Это ощущалось так, словно по коже водили наждачной бумагой. А ткань выглаженной рубашки, надетой после душа, казалась пыточным мешком.

Дилан позвонил, когда я пытался впихнуть в себя яичницу и кофе, и сказал, что подъедет через полчаса. Времени как раз хватило, чтобы расправиться с едой и прибраться.

Проверять, дома ли Тайлер я не стал, но Круэллы в прихожей не оказалось. Возможно, он всё же спустился за ней или уже ушёл на работу. Хотя он вроде заезжал туда вчера, так что сегодня мог позволить себе проспать до обеда. Машину Тайлер всегда ставил в гараж, а заходить туда не хотелось. Лишние движения ни к чему, лучше приберечь силы для вечерней тренировки.

– Готов? – спросил Дилан, когда я сел в машину. На мой вид он даже внимания не обратил.

– К чему?

– Стащить у мэра что-то личное.

– Что именно? Трусы? В чём вообще смысл?

– Они хотят убедиться, что у тебя необходимый уровень доступа и доверия.

– А потом прикажут принести компромат? Не хочу их расстраивать, но мэр Вуд не доверяет никому, тем более – мне. Я не знаю пароли от его сейфов или гаджетов и понятия не имею, где именноон хранит важные документы. Могу лишь спровоцировать, чтобы он меня избил. Но им же не это нужно, так ведь? А в том, что касается работы, он чист. По крайней мере, на первый взгляд. У него целый штат людей, которые тщательно следят за его репутацией в сети и прописывают стратегию общения с прессой. Он отлично играет на публику. Образ идеального семьянина и честного политика выстраивался годами, вряд ли что-то сможет его пошатнуть.

– Не переживай, указания будут предельно чёткими.

– Жду не дождусь, – буркнул я.

– Не выспался? – с наигранным сочувствием поинтересовался Дилан.

Я покосился на него.

– А как бы ты себя чувствовал, если бы тебя использовали вместо боксёрской груши? Лично я не вижу никакой разницы между Эдвардом Вудом и Га́бриэлем Лангом: что один, что второй – ублюдки. Ты уверен, что после того, как мы выполним свою задачу, Га́бриэль и его тайные покровители оставят нас в живых? Зачем ты вообще согласился на них работать? Я имею в виду не коллекторов, а этих… кто там за ними стоит. В смысле, за Га́бриэлем.

Дилан ответил не сразу. И когда заговорил, его голос звучал тише, чем обычно:

– Я и согласился лишь по этой причине. Га́бриэль знал, что меня вышвырнули из полицейской академии, но он верил нам, понимаешь? Верил, что мы не делали того, в чём нас подозревали, и предложил альтернативный вариант. Пусть я никогда не надену полицейскую форму, но я помогаю ловить плохих парней, а не только долги выбиваю. Я всегда хотел этого, и мне неважно, что меня самого теперь считают бандитом. Зато у меня развязаны руки, могу использовать разные методы.