Читать книгу "История Финала. Книга 1. Часть 2"

Но не стоит забывать о целях несогласованной вылазки. После быстрого рывка на небесной дороге, Влад медленно начал снижаться, проходя мимо облаков. Оказалось, что за счет ускорения, ребята гораздо быстрее добрались до воздушного пространства Ленинграда. И вот, под ними предстала северная столица, еще не тронутая, но уже готовая принять бой.

Как только центр города показался под ногами, командир камнем полетел вниз, лишь изредка притормаживая, чтобы не разгоняться как бомба. По мере приближения к крышам зданий он осматривался и следил, чтобы Катя была как можно ближе и не отдалялась в сторону от него. Так, метр за метром, ребята приземлились на крышу длинного старого здания с видом на Петропавловскую крепость по ту сторону реки Невы. По левую сторону Зимний дворец, а направо Кировский мост. В лицо легкий ветерок, а в глаза летнее солнце.

– Ну, вот мы и здесь. Бывала когда-нибудь в Ленинграде? – Спросил Влад, стоя на самом козырьке крыши.

– Нет…. Здесь красиво. – Тихо ответила Катерина, глядя как по Неве проплывает буксир. – Теперь понятно, почему папа выпросил этот город для службы. Он всегда любил море, а оно здесь рядом. Но еще, он любит, когда его окружает много людей. Он ведь не деревенский, ему городская суета в радость.

– Ясно. А я вот к морю равнодушен. Наверное, это потому что я никогда на нем не был, даже на берегу…. Ну что ж. – Сказал командир и сделал шаг к краю крыши. – Могу предложить тебе прогуляться по городу в одиночестве, пока я разузнаю о месте назначения твоего отца. Что скажешь?

– Даже не знаю. А если я далеко уйду? Ты меня как потом искать будешь? Быть может мне лучше остаться на крыше…?

– Сидеть и скучать…? Нет-нет-нет. Я ведь могу и на полчаса смотаться. Лучше спустись вниз и прогуляйся, ну или посиди в летнем саду. Он как раз здесь неподалеку…. А мне нужно в одно место.

– Ладно, хорошо. – Любезно согласилась Екатерина.

Влад без лишних предисловий быстро сиганул вперед на другой берег реки. Катя проводила взглядом его быстрый силуэт и, когда он скрылся, она побежала по крышам в поисках тихого закутка, чтобы спуститься. Благо в городе Петра подобных мест предостаточно и проблем со скрытностью не возникало. Единственное что крайне бросалось в глаза, это выпирающий из-за поясницы энергоблок МЭБ. И все же, лишь раз взглянув на проходящих по улицам солдат, можно сказать, что Катя не так уж и сильно выделяется, учитывая, что они на себе носят полный комплект подсумок, плащ-палатку, по несколько фляг, походные принадлежности и бутылки с Молотовым. Были и те, кто носил за спиной ящики с боеприпасами и гранатами. Сами солдаты не обращали внимания на Катю. Точнее, они ее ни в чем не подозревали, а вот если говорить про свет в глазах парней, стоило им ее заприметить, как сразу начинали обсуждать и улыбаться, не смотря на недавний страх и тревогу. Молодым бойцам, только дай волю, потрещать о девчонках.

Катя оказалась осмотрительна и старалась не попадать на глаза неокрепшим молодым бойцам, у них ветер в голове, а в крови гормоны. Если говорить про матерых и обстрелянных воинов, то те были гораздо сдержаннее. Взрывы, огонь, пыль и близость смерти, делает людей тихими и боязливыми. Стоит оказаться на войне, и ты начинаешь верить во многие вещи, которые раньше считал уделом глупцов и суеверных фанатиков. Те бойцы были темными и безэмоциональными, их глаза были пустыми и одновременно полными слез. И все же, не смотря на все это, они пели веселые песни и старались общаться на хорошие, позитивные темы, дабы совсем не сойти с ума от горя и потерь.

Вдоль каменной набережной большой Невы расположились батареи зенитных установок плотно заложенных мешками с песком и камнями с брусчатки. Проходя мимо них, Катя замечала девушек и взрослых женщин, одетых в гражданские одежды. Они помогали бойцам возводить укрепления вокруг орудий, подготавливая город к тяжелым боям, которые ожидались уже в ближайшее время. К тому же, город уже подвергался авианалетам. К счастью, их удалось отбить, но это единичный успех.

Увидев девушку в военной форме, женщины, немного засуетились и начали шушукаться между собой. Те, молодые девчонки студенческого возраста, разразились смехом после тихой и неуловимой шутки. Это немного насторожило Катю, и она отвлеклась на них, чувствуя давление на своем образе. Она посмотрела, как они работают стоя рядом с зениткой. Она решила сделать вид, что не замечет их сплетен и просто кого-то ждет.

– Чего встала как статуя…? – Неожиданно спросила грубоватая женщина в длинной юбке, будучи руководителем молодых студенток. – Ждешь кого-то, или просто так прохлаждаешься…?

– Прошу прощения…? – Неловко спросила Катя.

– Прощаю. Но снова задам вопрос…. Чего ты здесь стоишь милочка?

– Разве я вам мешаю…?

– Нет. Просто, ты могла бы помочь нам, а не прохлаждаться. Хотя кто вас знает. Небось, ты какая-нибудь командирская дочка…

– Наверняка так и есть Елена Васильевна! Гляньте, какие у нее руки чистые и гладкие! Точно-точно не работяга она…! – Выкрикнула одна студентка с насмешливой интонацией.

Катя почувствовала себя неловко, и ей захотелось высказаться в свою защиту и рассказать, кто она и что из себя представляет. Ее снова спровоцировали дурацким смехом и шутками и она, уже чуть было не решилась прервать молчание и сдержанность, как вдруг, за спиной послышался знакомый голос и сразу вопрос.

– Старшина, что у вас происходит? – Спокойно спросила Влад, подойдя как всегда вовремя. – Развлекаете учениц педагогического факультета своими острыми шутками про гитлеровцев? Или может, вы решили рассказать, как нацисты убегали от вас в северной Африке…?

Катя молчала в ответ, понимая, что ее слова будут лишними. Девушки-студентки и их педагог, так же молчали, закрыв рты, стоило им увидеть майора. Они были удивлены не только его внешнему виду, но и его словам, про боевые подвиги прекрасной девушки-старшины.

– Ой…. Ну что ж вы молчали, товарищ старшина? Я ж не знала что вы, ну, много где успели повоевать. – С легким испугом проговорила женщина руководитель и сразу, стала добрее. – Вы бы хоть представились тогда…. А то мы ведь не осведомлены…

– Извинения ни к чему. Старшина у меня очень сдержанная и лишнего не скажет, даже если про нее шепчутся другие девушки. – С легкой улыбкой и любезностью сказал командир. – Но лучшее ее не злить. Она без оружие фрицев била так, что они как дети малые бежали прочь…

– А вы ее командир? Вы симпатичный…. А сколько вам лет…? – Спросила одна из студенток, даже немного смутившись.

– Есть имена и цифры, которые вам знать не положено. Так что продолжаете трудиться девушки, наше дело правое…. Идем… – Так же с улыбкой проговорил командир и, положив руку Кате на плечо, развернул ее и направил прочь от зенитки, подальше от посторонних. – Я ожидал найти тебя в другом месте. Почему ты не пошла в сад…?

– Пошла и засмотрелась на реку. А потом, эти назойливые дуры, как голуби на жерди, лишь бы облить, кого грязью…. Извини…

– Ничего страшного, не обращай внимания на сплетни тех, кто тебя больше не увидит. Но вот что главное…. Я нашел. По общей документации, твой отец, старший лейтенант Кашин Григорий Осипович, сейчас должен находиться в прифронтовой зоне в составе стрелковой роты под Таллинном. Сейчас это все что есть. Больше информации у меня нет. К тому же, сейчас неразбериха такая, что погибших и пропавших, не успевают фиксировать…

– Не говорит так. Мой папа жив. Он давно служит и участвовал в Финской. Он опытный солдат и не может легко погибнуть…

– Я и не хотел сказать, что он может быть убит. Я лишь говорю как есть про общие проблемы…. Видишь, как все обстоит. Нас не решаются отправить на фронт, а роту твоего отца могут поджимать нацисты. Кошмар и дурость…

– Согласна с тобой. Хотелось бы сказать, что командованию ставки виднее, но вот так посмотреть, дак совсем идиоты…. Давай, не будем терять время. Полетели, найдем моего папу…

– Да-да, конечно. Только давай сначала в переулок зайдем, а то я не собираюсь прыгать прямо с улицы. Это будет слишком… – Сказал командир, уже свернув в темный закуток, где Катя спускалась с крыши.

Сейчас ребята начали спешить. Информация есть, остается ее проверить и убедиться, что отец Екатерины действительно находиться в безопасности в тылу.

Держа путь на запад в сторону города Таллин, командир замечал источники дыма и редкие вспышки взрывов на юге. Группы армии север стремительно рвали слабую оборону торопясь к Ленинграду. Влад подумал, что если войска вермахта уже так близко, то, скорее всего, Таллин будет взят в кольцо и останется, отрезан от снабжения по суше. Он решил, что необходимо срочно найти отца Кати, чтобы предупредить об опасности, если он еще жив.

Город был уже виден, когда на горизонте появились три высотных бомбардировщика люфтваффе. Влад вырвался немного вперед и сделал три выстрела, без предупреждения. Катя подумала, что это действие могло быть замечено или иметь свои последствия, но подлетев к командиру и спросив об этом, он коротко ответил, что все в порядке. Оказалось, что он не просто так поторопился и выстрелил сейчас. Дело в том, что если бы он сбил бомбардировщики на захваченной территории, это заметили бы немцы, а если на советской, то наши зенитчики. А так, он сбил их на ничейной земле, на линии, между фронтами. Это, было разумно, ведь так, он оставался инкогнито для обеих сторон, к тому же, от самолетов ничего не осталось.

Успев сделать маленькую пакость для нацистов, ребята, наконец, прибыли в пункт назначения. Они решили не спускаться в город, так как искать нужного солдата там бессмысленно. Очевидно, что все полки находятся на передовой, а если в тылу, то непосредственно в поле, но не в городе.

В этот раз Влад действовал вместе с Катей, не позволяя ей далеко отходить. Он прибыл в командный пункт одиннадцатой армии в Таллинне и велел ей подождать его. Очевидно полагать, что внятного ответа он не получил, лишь общие сведения, но по крайней мере круг поиска сузился. Теперь нужно было просто искать ближе к фронту, который был уже совсем близко. В целом, может показаться, что найти военного не сложно, ведь кругом списки и много сведений, но проблемы возникали одна за другой. По дороге к Кате, Влад заметил легкораненых солдат с повязками и решил подойти к ним. Он спросил, не знают ли они нынешнее место ведения боев сто восемьдесят восьмой стрелковой дивизии, на что ему ответили неоднозначно. Бойцы ответили, что дивизия отступает к Таллинну из Тарту, якобы город вот-вот будет взят. Однако, они так же подметили, что их информация может быть не точной, так как они были ранены два дня назад и ситуация на фронте уже могла усугубиться. Влад поблагодарил солдат и поспешил…

Вот. Впереди фронт и слышны отдаленные взрывы от беспощадной артиллерии. Майор решил, что не стоит высоко подниматься и оставался на высоте птичьего полета, чтобы лучше видеть земную поверхность. Вскоре показались окопы и копошащиеся в них солдатики. Они рыли новые укрепления прямо посреди поля вдоль лесополосы, готовясь к обороне. Влад предположил, что именно здесь может быть отец Кати, раз он в тылу, а не на линии фронта. Спустившись в лесу, он вышел к окопам и прямым текстом спросил у первого попавшегося старлея:

– Товарищ лейтенант, не поможете мне одного человечка найти…? Я майор армии Блюхер…. Мне нужно найти старшего лейтенанта Кашина Григория, сто восемьдесят восьмая стрелковая дивизия, шестая рота.

– А-а-а…. Его я не знаю. Но сто восемьдесят восьмая дивизия не здесь. Все ее части теперь на псковском направлении…. Однако. Вроде как, чуть западнее, должна быть одна рота…. Да. Верно. Она наверняка там и есть…

– Где…? Можно поподробнее…

– Капитан…! – Громко выкрикнул старлей, не обратив внимания на новый вопрос майора. – Тут товарищ майор ищет шестую роту сто восемьдесят восьмой дивизии. Я знать не знаю где они. Может быть, вы знаете а, товарищ капитан. Я что знаю, рассказал.

– А вы кто собственно… майор? – Недоверчиво спросил капитан, подойдя к незваному гостю.

– Блюхер, Владислав Илларионович. Мне нужно найти этого человека. – Сказал командир, просто подав вперед свои документы и фотографию с припиской отца Екатерины.

– … Майор…. Специальный отдел НКВД номер девять? Что же вас сюда занесло, если не секрет…? Неужели этот Кашин так понадобился комитету, что вы решили лично его разыскать…? – Спросил капитан, вернув документы и фото Блюхеру.

– Нет. Здесь ничего антиреволюционного. Нам лишь нужно убедиться, что этот человек жив и находиться в добром здравии.

– Ясно. Тогда поторопитесь…. Если мне не изменяет память, то они должны быть в двадцати километрах западнее от наших позиций, если конечно их не разбомбили. Так же, они могли отступить…. Могу лишь пожелать удачи.

– Благодарю за помощь капитан. Я вам тоже желаю удачи… – Сказал Блюхер, прежде чем стремительно покинуть позиции и уйти в лес.

Катя все это время не высовывалась и оставалась в зарослях. Влад подошел к ней и сразу же приказал немедленно следовать за ним, так как нужно торопиться. Найдя подходящее открытое место на опушке, ребята взмыли в воздух и полетели чуть выше крон деревьев. Они держались указанного направления на запад и одновременно с этим следили с высоты за происходящим на земле. Видя внизу позиции и возводимые укрепления было понятно, что новый эшелон готовиться встретить противника. Однако нужно двигаться дальше на двадцать километров.

Вдруг впереди стали видны очаги пожаров и открытый огонь. Пламя сжирало небольшие постройки из древесины и укрепления, а вокруг них, были видны неглубокие воронки от взрывов минометных снарядов. Немного приблизившись, Влад заметил как с позиций, медленно отступают покалеченные, но еще уцелевшие силы. Обратив свой взор немного севернее, он заметил, как в трех километрах от первой линии возводят новые позиции, это было отчетливо видно, по большим земляным отвалам на фоне зеленого поля. Раз войска уходят туда, то стоит лететь именно в этом направлении. Так, сменив курс, ребята рванули к свежим позициям.

Влад решил, что нужно приземлиться как всегда незаметно и чуть дальше от самих окопов, чтобы его и Катю не заметили. Он так и поступил, уйдя в небольшую лесополосу позади линии обороны.

– Ну что ж. Если рота твоего отца не здесь, то я не знаю, где они могут быть. Будем надеяться, что мы попали по адресу. – Сказал Влад, выходя из леса к окопам.

Несколько солдат, которые рыли траншею, заметили его, но не отреагировали, хотя и были насторожены. Влад поспешил найти командира роты и узнать она это или нет, быть может, это и не шестая рота вовсе.

– Вы кто такие?! – Выкрикнул офицер, выскочив из окопа.

– Майор армии Блюхер. Вы командир шестой роты…?

– Нет. Но мы шестая рота… – Недовольно гаркнул невысокий мужичек в звании старшины и, перебирая короткими ножками, подошел к майору. – А вас майор, каким ветром сюда занесло? Здесь идет война, между прочем…

– Да уж спасибо, я в курсе. Мне нужен старший лейтенант армии Григорий Кашин. Здесь служит такой…?

– Вроде да. Я не просвещен. Если он жив, конечно. Мы сорок ребят потеряли и отступили. Так что, черт знает…. Вам бы идти отсюда. С вами еще и девчонка…! Ну, вы совсем…

– Да уж старшина. Вы слегка неучтивы. Но я прощаю вам ваше невежество, раз вы пережили несколько атак…. Позволите мне прошерстить окопы? Мне нужно найти нужного человека. – Спокойно спросил Влад, не переходя на личности и грубость.

Старшина просто развел руки в стороны дав понять, что ему все равно. Командир направился к окопам, но в них не спускался, а ходил по отвалам и смотрел на солдат. Он предложил Кате пойти в другую сторону и посмотреть там, чтобы сэкономить время.

Катя чувствовала себя ужасно. Услыхав слова о тяжелых потерях, она еле сдерживала себя, проходя по позициям в поисках отца. Понимание того, что его уже может не быть, заставляло ее задыхаться и чувствовать тяжесть в ногах. Она подходила к краю и спрашивала бойцов, не знают ли они Григория Кашина, на что они отвечали, что не уверены в этом. Пройдя далее, ей попался раненный боец, который предложил ей пойти в другую сторону, так как здесь, на этом участке, работают только молодые парни, разделившись с матерыми вояками. Катя решила поискать в центральной оборонительной линии, но и там ничего. Ей становилось плохо…

Влад шел дальше до зигзагообразного излома линии окопа. Он увидел как в широкой выработке, на бревнышке, сидят трое взрослых мужчин и медленно, не спеша кушают из жестяных банок. Майор подошел не слишком близко и свысока спросил: – Товарищи бойцы. Старший лейтенант Григорий Кашин вам знаком? Не знаете где его здесь можно найти?

– Гриша…? – Удивленно произнес стерший сержант. – Вроде видел. Он, поди, вон…. Поглядите майор, вон там. Видите, в небольшой яме, лопата мелькает. Для пушки позицию готовит, без отдыха робит. Вы туда подойдите, это он, наверняка…

– Благодарю сержант.

Влад спешно пошел к указанному месту. Он увидел, как из ямы вырывается земля выбрасываемая лопатой. Взглянув туда, он увидал взрослого мужчину с винтовкой на плече и неполным комплектом патронов. Он был легко одет, по-летнему, а на голове держалась пилотка.

– Кашин Григорий Осипович…? – Осторожно спросил командир, не представляя, как его встретит отец Кати, если конечно это он.

– Что…? А вы кто…? – Обернувшись, спросил мужчина.

– Майор армии. Ответьте. Вы, старший лейтенант Кашин Григорий?

– … Ох-х. – Неохотно и устало промычал в ответ. – Я-я, старший лейтенант Кашин. Зачем я вам нужен, товарищ майор…?

Влад, даже не моргая посмотрел в глаза этому человеку, подумав, что самое страшное обошлось. Ну, наконец. Благо это он, отец Кати. Нашелся. Глядя на его лицо майор видел усталость и страх вперемешку с безысходностью. Он был вспотевший, со щетиной и с землей на плечах после обстрела. Влад застыл на секунду, понимая, что нашел его, но потом ответил: – Я вас искал…

– Зачем? Я в чем-то виноват…?

– Нет. Что вы… – Даже улыбнувшись, ответил командир и обернулся, чтобы найти глазами Катю. – Старшина…!

Она была как раз неподалеку и разговаривала с солдатами, расспрашивая их о своем отце. Влад крикнул, а потом громко свистнул, как умел, чтобы привлечь ее внимание. Она подняла голову и сначала не заметила, кто свистел. Но командир махал ей рукой, и она заметила его, и не только его. Ноги сами подались вперед, когда не очень знакомый вдалеке образ, стоял рядом с командиром, вселяя надежду. Отец Григорий сначала ничего не понял и даже не узнал свою дочь вдали, но стоило ей приблизиться и оказаться совсем близко, его лицо и глаза стали совсем другими, полными счастья и радости. Катя остановилась рядом с командиром и посмотрела на отца, чтобы увидеть его близко, в полный рост. Ну а потом…

– Папа… – С улыбкой и слегка промокшими глазами сказала Катя и подалась вперед к родному человеку. – Папа…!

Глаза отца наполнились слезами. Он явно такого не ожидал, что его дочь появиться здесь, рядом с ним и найдет его на этой войне. Он сделал два шага вперед и крепко прижал Катю, заключив в цепкие объятия. Он плотно зажмурил глаза и его лицо и губы, приняли скорченный вид, будто он сейчас громко заревет. Он весь был напряжен и соленая струя, прокатилась по щеке.

– Катюшка…! Доченька…. Ты живая. Родная моя. Живая, целая и невредимая…. Как я испугался…. Я так испугался.

– А я как. Папа. Я тебя еле нашла. Я уж думала…. Я думала все.

– Дочка…. Не могу…! – Проговорил отец Григорий и, прижавшись ко лбу своей дочери тихонько заплакал.

Командир был рад что родня в сборе. Он сунул руки в карманы и с довольным видом наблюдал за происходящим. Отец Григорий не мог нарадоваться такому событию.

Тишину нарушил тихий и далекий треск пулемета. Влад насторожился и в целях наибольшей безопасности возвел со стороны фронта незримое поле для защиты и, как оказалось не зря. После второй очереди перед позициями в землю упали несколько шальных пуль. В ту же секунду, командир насторожился еще больше, услыхав глухой, но знакомый звук немецкого карабина. Возможно, это был снайпер или отряд стрелков в небольшом лесу на правом фланге. Однако стрельба была четкой и не казалась обычной перестрелкой между группами бойцов.

– Катя, лейтенант, немедленно в окоп. Не стоит стоять вот так на виду. – Срочно приказал майор и быстро спрыгнул в ближайшую глубокую траншею.

Встав в полный рост, Влад хорошо видел все, что происходит за отвалом. Он отчетливо слышал выстрелы, но не видел где и кто стреляет, ведь это было не близко. Ну, по крайней мере, сейчас, можно на время расслабиться и пообниматься, заодно и поговорить. Катин папа продолжил общаться с дочкой и плакаться на ее плече, не успокаиваясь.

– Ой-ой…. Я уж столько всего себе навыдумывал. Столько представил и так боялся…. Такие вещи в голову лезли. А ты, вот, живая. – Сквозь непозволительный солдату рев, Григорий продолжал лить слезы от радости.

– Папа, ну ты чего так убиваешься…? Ну…? Что стряслось? Почему ты столько себе напридумывал…? – Спросила Катя, успокаивая отца.

– Ох…. Дак ведь, было за что бояться. Десятого июня, от матери письмо пришло. Я тогда в Ленинграде был. Она написала, что тебя повысили в звании, что Пашка, и ты теперь вместе служите в особом отряде, мол, разведчики вы теперь…. А я…! Так обрадовался. Думаю, вот, дочка и сын теперь, как и я, что вы теперь настоящие солдаты. Так радовался что у вас впереди замечательный путь и интересная жизнь…. А потом. Двадцать второго числа, сообщили, что началась война…. Я то решил, что мы быстро отобьем все атаки, а оно вон как вышло. Я как вспомнил что вы с Пашей давно в строю, так и подумал…. Вот ведь дурак! И чему я так радовался…?!

– Папа…. Папуль. Ну, все, все. С Пашей тоже все хорошо. Он на базе остался, в Москве…. Ты представляешь, у него теперь девушка. У него теперь любовь. Он очень поменялся после первых операций на территории Германии.

– Девочку любит? Ох, какой он…. А раньше ведь, все время сторонился да обходил как крапиву…. Дак вить, говоришь, в Германии вы были…? А зачем, если не секрет…?

– Это секрет. Лучше не болтайте про это. – Спокойно проговорил Влад, мягко намекая на конспиративность разговора.

– Ух ты, как у вас все, ребята…. А вы молодой человек, если не секрет. Кем приходитесь моей дочери…?

– Пап. Ты так говоришь, будто он обязательно кем-то должен быть. – Покраснев влезла в разговор Катя. – Не выдумывай. Он мой командир. Очень хороший командир…. Знаешь какими страшными именами его немцы прозвали…? Бояться они его как огня небесного.

– Прям уж так? Как огня небесного…? С виду то хороший парень. И лицо его мне кажется знакомым, или я ошибаюсь ненароком…? – Спросил Григорий Осипович, успокоив свои эмоции.

– Папа, ты не обознался. Ты командира моего должен помнить. Правда, он для меня больше очень хороший друг, чем начальник…. Помнишь? Когда я была маленькой, в школу еще ходила, со мной мальчик учился, который мне помогал с некоторыми предметами…. Звали его Владик. Владислав Блюхер. Он жил в доме на горке в старом поселке. Помнишь…?

– В том доме на горе? В доме Или Блюхера…? Иллариона, который еще с чекистами водился и его, ученым звали…? – Удивленно спросил Григорий.

– Да…. Да пап, Илларион Блюхер. Влад его сын. Вернее, крестный сын. Там все не так просто. Сложно объяснять…. Но. Это он, мой командир. – Взглянув на майора, сказала Катя, улыбаясь своему папе и Владу.

– Командир Блюхер…? Ну, надо же…. А я ведь вспомнил. Он ведь таким маленьким мальчишкой был, а сейчас на голову выше меня. Удивительно, как летит время, мы все гонимся за ним, а оно вон, такие прекрасные вещи создает…. Молодой, а уже майор. Ила то хоть, где сейчас…? – Спросил Григорий Осипович, отчего Катя опустила глаза. – Чего стряслось? Неужто, случилось чего с ним…?

– Он погиб в тридцатом году. Мне было десять лет. – Ответил Влад, стараясь не акцентировать особого внимания на этом моменте. – С тех пор я и стал на попечении военного ведомства. Получил звание в двенадцать, а потом пошел на подъем. Родни у меня, по сути, нет…. Я даже лучших друзей, Пашу с Катей позабыл, хотя мне всегда казалось, что я кого-то упускаю в своей жизни. Когда я их снова встретил, даже не понял что это они. Ну а потом, когда мы втроем поняли кто мы друг для друга, я…. Я уже не мог без друзей. Катя помогла мне заглянуть в прошлое, чтобы я мог понять, что мне нужно в будущем и что нужно сейчас.

– Вот оно что…. О-хо-хой…. Да уж. Илларион был не простым человеком. Насколько я помню, у него родители умерли от недуга, а сестра…. Ох! Это конечно та еще мадам! Я как то ее встретил, дак она меня обматерила, мама не горюй…! Ну а ты, майор Блюхер, сильно не унывай. Вон, какой вымахал! Такой человек рядом к счастью. Я даже рад, что вы вместе и вот так встретились. Так что командир, следи за дочкой моей и воспитывай, но не обижай…. А ты Кать, слушайся, если он требует! Друзья, это вы дома друзья и товарищи, а в окопе и на задании, вы бойцы, воины…

После слов Григория Осиповича, Катя хотела еще немного добавить свои мысли, но в этот момент, со стороны фронта раздался громкий выстрел, а за ним и второй. Вроде все было хорошо и тихо, но…

Взрыв! За ним второй! На задней линии, где папа Гриша копал яму для орудия разорвался снаряд, подняв в воздух клочки черной земли и дерна. Катя пригнулась, слыша свист пуль и шорох пролетающего снаряда в воздухе, а Влад, продолжал выглядывать из траншеи, наблюдая за надвигающейся мощью танковых соединений вермахта. С прежних позиций, откуда часом ранее отступила шестая рота, зигзагом, шли восемь танков, поочередно постреливая в сторону позиций и медленно проползая по непаханому полю.

– Видно, что там?! Орудия, танки, пехота, что?! – Прижавшись с дочкой к краю траншеи, громко спросил Григорий Осипович.

– Панцири, семьдесят пятые, коротконосые! Их там семь-восемь! Идут ровно, артиллерией их легко загасить можно…! – Ответил командир.

– Арт-поддержки у нас нет! На позициях только четыре сорок пятые пушки, да гранат противотанковых полны ящики! И все…!

– Это не здорово. Необходима большая огневая мощь чтобы уничтожить панцири, либо противотанковые орудия, либо гаубичная артиллерия…. Но. Ни того, ни другого, не имеется…. Беда…

– А что делать?! Чем может, тем и воюем! У нас были пушки, да только самолеты фрицев все разбомбили! Семьдесят шестые ЗИС были, тридцать седьмые зенитные были, но все разбомбили! Нечем сейчас отстреливаться…! – Недовольно прокричал Григорий Осипович.

– Что ж, значит, мы будем работать…. Кать, не желаешь пострелять…?

– А…?! Я…? Но ведь здесь нельзя… – Удивилась Екатерина.

– А кто сказал что здесь. Нужно действовать незаметно, чтобы ни наши, ни Боши не увидели…. Подойди поближе, я объясню. – Сказал командир.

Катя быстро, в приседе подкралась к Владу и присела перед ним на колено. Он огляделся, убедившись, что их может мельком услышать лишь отец Григорий и только после этого, приблизившись максимально близко сказал: – Ты ведь хочешь испытать свои навыки против брони? Хочешь устроить обстрел по-взрослому…? Посмотришь, как оно, когда лучи прилетают в стальные листы и рвут их на щепки…

– Разве тогда на полигоне было недостаточно…? Я, конечно, могу, но что если меня заметят…? И вообще…

– Не заметят, если все сделаешь, как я сейчас скажу…. Смотри. Тебе нужно убежать под щитом в лес, щит обязательно, ради безопасности. Там ты поднимаешься в воздух и летишь к танкам, на высоте около двухсот метров. Как только окажешься над ними, оглядись и вставай на большой щит, чтобы быстро не снижаться…. Ну и наконец, начинаешь беглый огонь. В общем, выжигай все что видишь. Если увидишь еще пушки, или солдат, или другие танки с той стороны, не церемонься и стреляй…. Все понятно…?

– Да. Я думаю, справлюсь в одиночку.

– Я верю, что справишься. Ты же в тот раз в качестве командира на разведку пошла…. Все у тебя получиться. Главное без паники. Лети строго, рассудительно, без сантиментов и с каменным лицом…. Давай. Покажи, чему научилась, за все время, проведенное на горном полигоне…

– Покажу…. Ладно, я полетела…! – Сказала Катя, сорвавшись с места.

Она стремительно и складно побежала к лесополосе, прикрывая спину создаваемым энергетическим щитом. Она четко помнила последовательность действий, но при этом, имела право импровизировать. Скрывшись среди деревьев, ей оставалось лишь подняться в небо.

– Куда! Куда она побежала…?! Катя!!! – Запаниковал Григорий Осипович, обнаружив, что дочка покинула окоп.

– Тихо-тихо! Спокойно…! С ней все в порядке. Уже скоро увидите, куда она полетела. Она разгромит эти танки…

– Это как же…?! Чем поможете…?

– Увидите…. У вас бинокль есть…?

– Есть…. Секундочку…

Григорий Осипович достал из солдатского мешка кожаный футляр с чистым блестящим биноклем. Он передал его в руки майору и тот, сразу прижался к краю траншеи и обратил взор на вражеские танки. Вскоре он поднял линзы выше и стал следить за небом, пытаясь увидеть пролетающую Катю. Он смотрел довольно пристально и вскоре сказал: – Отлично…. Она вышла на позицию. Сейчас будет салют. Будет громко…

Папа Гриша высунул голову из окопа, когда немецкие танки перевели огонь на правый фланг. Он наблюдал, как они стреляют и через секунду один из них разлетелся в пыль! Вслед за первым взрывом последовала целая серия мощных ударов, которые как огонь полковых реактивных минометов выжигали танковое построение. Вскоре, до позиции дошел звук. Канонада была такой силы, что хотелось немедленно заткнуть уши. Земля затряслась от вибрации, и рыхлая почва осыпалась со стенок траншей. Все поле вдалеке накрыл мощный шквал огня. Вспышки все не прекращались, вспахивая землю. На несколько секунд грохот прекратился, но дав передышку, снова возобновился с новой силой, правда уже немного дальше и тише.

Григорий Осипович наблюдал за высоким, черным облаком пыли и дыма, которое поднялось на той стороне. Солдаты в окопах с ужасом и одновременно с трепетом в груди восприняли нежданную подмогу огнем, который все не стихал. Катя стреляла то туда, то сюда, то в место где были танки, то далеко вперед. Но, через восемь минут мощи, наступила тишина и временное спокойствие.

Легкий гул и неприветливая тишь. Медленно падающие наземь густые облака пыли как мгла закрывали от глаз солдат последствия обстрела. Влад продолжал смотреть в бинокль, отслеживая перемещение Кати на небе. Он видел, как она маневрирует, следя за прыгающей по облакам темной точкой. Вскоре, она направилась обратно и стала возвращаться к лесополосе, чтобы незаметно приземлиться.

– Мать моя женщина…. Это и есть, то, что немцы называют огнем небес? – Спросил Григорий Осипович, выглядывая из траншеи.