Читать книгу "Из золота в свинец 2"

– Эй! – окликнул меня Бойлеров, когда я проходил мимо.

Он стоял перед своим столом, сжав кулаки в карманах. На лице у него не застыло, а скорее переливалось выражение крайнего напряжения. Будто под кожей боролись два человека. Один хотел ободряюще улыбнуться и даже, возможно, мне, а второй хотел сожрать с потрохами. И совершенно точно меня. То, что Бойлеров собирался сказать, явно было для него нетипичным.

Поэтому я остановился, чтобы послушать.

– На этой работе порой приходится принимать непростые решения, – заговорил он хриплым голосом. – Очень непростые. Просто поверь мне. Ты все сделал правильно.

– Вы про крысу или удар в челюсть? – хмыкнул я с улыбкой.

– Ой, да вали уже! – взорвался Иван Степанович.

– Обязательно, но сперва сделаю вот что.

Я потянулся к нему, широко раскрыв объятия.

– Только попробуй меня обнять, Исаев! Клянусь, если ты сделаешь это, я перегрызу тебе артерию зубами, – шепнул он, когда я приблизился. – А потом себе, чтобы забыть об этом.

Мне стоило больших усилий, чтобы не расхохотаться, но я ответил:

– Я знаю, что втайне вы мечтаете о теплых дружеских объятиях, но этому не бывать.

Пока по его лицу маршировала целая гамма эмоций, начиная от раздражения и кончая обидой, я нащупал на его воротнике сзади комочек и распустил узел. Поймал в ладонь вшитый там недавно артефакт и тут же спрятал его.

– Что ты… Привкус… он пропал! – трогал свои губы Бойлеров. – Что ты сделал, Исаев? Я больше не чувствую вкуса яичного латте!

– Эта тайна умрет вместе со мной! – махнул я ему рукой на прощание и вылетел из кабинета.

Девушки ждали меня за его пределами.

– Алиса, твое предложение отметить окончание испытательного срока все еще в силе?

– Я думала, ты никогда не спросишь! – чуть не подпрыгнула от радости рыжая.

– О нет… – вздохнула Марина. – Не верю, что скажу это, но я с вами.

***

Местечко оказалось вполне себе неплохим. Списанный теплоход пришвартовали навечно и превратили в ресторан с несколькими ярусами. На самом нижнем – танцпол с баром, выше – ложи для привилегированных персон и прогулочная палуба, откуда можно было любоваться, как по реке идут прогулочные катера, баржи, яхты.

Вход через фейсконтроль, который мы миновали без особых проблем. Охранник, открывший нам цепочку трапа, с завистью посмотрел на меня. Честно говоря, Исаев внутри меня сам себе завидовал. Иду в бар с одной горячей и одной холодной красотками. А сам я не сказать, что красавец. Но женщины и не на внешнюю красоту падки, а на кое-что другое. Я называю это внутренним стержнем.

Внутренним! А не внешним. Но он тоже влияет…

Что-то я отвлекся. Алиса сразу провела нас на нижнюю палубу, где мы расположились за небольшим круглым столиком с диванами – подальше от колонок. Музыка здесь долбила не так сильно.

– Как давно я мечтала сюда попасть! – подпрыгивала на месте, будто под задницей иголки, Алиса.

– Обычная забегаловка, – пожала плечами Марина.

Но по ее взгляду я видел, что и ей как минимум интересно.

Официант принес меню, которое сразу убавило пыл рыжей, а у брюнетки вызвало скептическую ухмылку.

– Да, с нашей зарплатой тут не разгуляешься… – расстроилась Алиса.

Я положил руку поверх ее меню, придавив к столу, и произнес:

– Не беспокойтесь, дамы. Я сегодня одержал победу в дуэли и выиграл очень ценную вещь. Так что угощаю!

– Ура! – сразу завизжала рыжая.

Марина не разделила ее радости.

– Женщина, имей хоть капельку самоуважения. Я сама за себя заплачу, Исаев.

– Не заплатишь, – пожал плечом. – Даже не пытайся. Не сегодня, наша ты гордость и независимость.

Ее стальные глаза превратились в узкие щелочки, брови сошлись на переносице.

– И откуда у тебя такие деньги, Исаев?

– Много будешь знать, скоро состаришься, Мариночка! – оборвала ее Алиса и чуть верхом на нее не залезла, пытаясь подозвать официанта. – Сюда! К нам!

Тот подошел и принял наш заказ. Девушки выбрали закуски и дорогие коктейли (да, даже Хлебникова, но она скорее мстила мне за наглость… наивная), а я сделал выбор в пользу двенадцатилетнего виски. Хотелось попробовать, какой он здесь, в этом мире.

Контингент для такого заведения был обычный. За столиками располагались компании девушек и парней, иногда мужчин в возрасте и девушек. Все одеты дорого и модно. На танцполе извивались тела в такт музыке. У шестов крутились плохо одетые красотки. Между столиками сновали официанты и официантки. Последние были одеты более развязно, чем их коллеги-парни.

Если подумать, обычный клуб, но посетители и расположение делали его дорогим. Я не видел здесь парней, вроде Славика и его друзей. Ну, тех ребят, что гнались за нами в парке, и с которыми я теперь тренировался.

Отвык я от подобных заведений. Даже не вспомню, когда был в таком в последний раз. Полтора века назад? Около того.

Вскоре нам принесли заказ и после пары порций выпивки, пришло расслабление. Бледные щеки Хлебниковой быстро порозовели, а в глазах появился сдержанный лукавый блеск. Алиса же и так была весела.

Мы болтали обо всем и ни о чем сразу, вспоминали дуэль и хаяли коварство Коршунова. Тему с крысой старательно обходили стороной. Не хотели вспоминать лишний раз. Главное, что все уже было позади.

– Надеюсь, его уволят! – потрясала кулачком Алиса.

А Марина ей возражала:

– Вряд ли – он способный работник. Возможно, понизят, и то только если начальство узнает.

– Тогда… Тогда… – Алиса беспорядочно шарила глазами по столу, ища, как выплеснуть накопившиеся чувства. Схватила свой бокал. – Тогда за крыса! За маленького мученика!

– За крыса! – согласилась Хлебникова.

– За крыса. – Поднял свой бокал.

Чокнулись и выпили.

О Коршунове постепенно забыли. Слишком приятная компания, чтобы о нем думать. Виски оказался хорош, и я заказал еще пару порций. Сходили и на танцпол, где я поймал множество любопытных и завистливых взглядов. Женские вопрошали, что эти две красотки во мне нашли, а мужские: «А почему он, а не я?»

Хлебникова оставила очки на столике, распустила свой вечно тугой узел на затылке, и волосы черным водопадом упали ей на плечи. В танце двигалась она сдержанно и пластично, словно пантера. Алиса же горячилась, как лесной пожар. Это было прекрасное зрелище, которым я любовался слегка пьяным взглядом. Музыка выбивала из головы все мысли, свет мелькал разноцветными вспышками, сердце гнало по венам раскаленную этой ночью кровь.

– Должна признать, это было весело, – сказала непривычно румяная Марина, когда мы оба упали за наш столик.

– Да, пожалуй. Стоило выбраться после всех этих напряженных дней… – кивнул ей, откидываясь на спинку дивана.

– Я о дуэли. Давно… не испытывала такого азарта. Приятно было наблюдать за твоей работой, Исаев. Я болела за тебя.

– И именно благодаря этому я победил… да? – специально поддел я ее.

– Максим, ты иногда такой засранец… – хмыкнула Марина.

Ого! Крепкое словцо из ее уст все равно что снег в июле!

– Ладно, приятно было отвлечься, но через полчаса я должна спать. Придерживаюсь режима. – Хлебникова зажала в зубах заколку, свернула волосы в пучок и надела очки. – Пригляди за нашей ржавой красотой, а то к ней уже одна парочка клинья подбивает…

– Алиса взрослая девочка, а я не нянька. Доброй ночи, Марина.

– Доброй, – бросила она и пошла к выходу. Снова сдержанная, холодная и грациозная.

На всякий случай осмотрел стол, но Хлебниковой хватило ума не упорствовать и не оставлять деньги за себя.

Несмотря на сказанное, я все же огляделся в поисках Селезневой. Не то чтобы ревновал или что-то такое – все мы взрослые люди. Просто неприятно сосало под ложечкой, как будто я что-то упускал из виду.

Толпа погустела, но я все же отыскал глазами яркую рыжую шевелюру возле барной стойки. Сердце екнуло. Марина была права: двое молодчиков криминального вида постепенно оттирали девушку от остальной толпы. Я вскочил и направился туда, уже внутренне ожидая неприятностей.

Они не заставили себя ждать. Когда бармен поставил перед нею коктейль, левый парень, курносый, смачно шлепнул девушку по заднице.

Я был уже в двух метрах от них – меня задержала толпа – и горько сожалел, что не успел перехватить его руку. Алиса подпрыгнула, взвизгнув.

– Отличная попка, детка! Не смог удержаться! – сказал курносый.

Селезнева вспыхнула и вмазала ему звонкую пощечину. Парень аж слегка окосел и пошатнулся.

Звук получился громкий, инцидент вверг девушку в краску и привлек внимание всех вокруг. Но не мое.

Я четко видел, как второй парень с зализанными черными волосами, оказавшийся за спиной Алисы, вытащил пакетик с белым порошком и всыпал в ее коктейль.

– Эй ты! – рявкнул я, наконец продравшись сквозь толпу.

Парень оглянулся как раз вовремя, чтобы схлопотать прямой удар в нос. Боль ослепила его, он взвыл, упав на барную стойку.

– Исаев! – удивилась Алиса. Да и остальные, кто был рядом, тоже. – Это не он лапал меня!

– И до того очередь дойдет! – огрызнулся я, хватая за шкирку зализанного.

Перевернул его спиной вперед и влил ему в рот коктейль Алисы.

– Да какого фига ты творишь?!

Парень пытался выплюнуть отравленный напиток, но я зажал ему челюсть руками, а пальцами сдавил ноздри. Ему пришлось проглотить.

– Ай! – вырвался он, наконец. – Да ты хоть знаешь, кто я такой?

– Нет. А ты знаешь, кто я… – начал было говорить, но гад зашатался и упал, а миг спустя захрапел.

Увидев, что произошло с его дружком, тот курносый нырнул в толпу и растворился в ней.

– Они меня хотели отравить! – догадалась Алиса, трезвея на глазах.

Если такое творится прямо под носом у бармена и камер, то эти парни точно действовали не одни. И сейчас курносый пошел за подмогой. Даже если нет, рисковать я не собирался. Схватил рыжую за руку, и мы вместе выбежали на улицу. Благо все наши вещи были при нас. Бросились в такси, дежурившее у входа, и увидели в окно, как несколько парней во главе с курносым выбежали на улицу.

Когда сияющий теплоход скрылся за поворотом, Алису накрыло.

Глава 6

В машине было на удивление тихо. Чувствовалась только легкая вибрация да работа подвески на трещинах в асфальте и небольших ямах. А вот Алису натурально трясло. Адреналин схлынул, и девушку накрыло осознание того, что могло произойти. Она безотчетно схватила мою руку и крепко ее обняла, прижалась щекой к плечу. Ткань куртки тут же пропиталась влагой.

– Что… что они собирались сделать? – шептала она. – Что вообще произошло?

В такой ситуации можно повести себя двумя разными способами. Первый: сказать, что все позади, все хорошо, и сделать так, чтобы человек как можно скорее забыл произошедшее. Не самый плохой вариант. Бережный для психики. Но вот усвоит ли человек урок? Будет ли готов к подобному в следующий раз? Вряд ли.

Поэтому я пошел вторым путем.

– Их было двое. Один отвлек твое внимание, когда ты получила напиток, второй подсыпал в него какой-то порошок. Именно это я и увидел, когда шел к тебе. Не будь меня, первый бы после твоей пощечины отвалил, и ты забрала свой коктейль. Пошла бы обратно к столику, по пути сделала глоток и потеряла сознание, а они подхватили тебя. Что они планировали делать дальше – не знаю. Но вряд ли хотели, чтобы ты выспалась.

Я закончил речь и замолчал. Алиса тоже молчала, но я видел, как ее все еще трясет, а мокрые губы что-то шепчут. Думаю, ценный урок усвоен. И в следующий раз она отвесит пощечину и первому и второму.

– Кстати, отличный вышел удар, – решил переключить внимание девушки с негатива на позитив. – Я думал, у него мозги вылетят.

Она хмыкнула.

– Спасибо. Я старалась.

Я высвободил свою руку из ослабевшей хватки и обнял девушку. Она не стала этому противиться. Помнится, в первый день нашей встречи у меня сложилось впечатление, что Алиса, как вчерашний подросток, еще хватается за какой-то свой старый иллюзорный мир, прячется в нем, как в ракушке, которая по швам трещит. Сегодня этот мир рухнул окончательно. Теперь она будет старательно собирать новый.

– Голубки, а куда едем-то? – спросил молчавший до этого водитель.

– Не хочу оставаться одна сегодня, – шепнула Селезнева, и я назвал свой адрес.

***

Свет в прихожей включать я не стал – стянул ботинки и прошел сразу налево, на кухню, где и щелкнул выключателем. Не хотел разбудить Романа, если он уже пришел со смены. Девушку усадил в угол стола, а сам занялся приготовлением успокаивающего отвара. Ничего алхимического. Немного Leonurus cardiaca, корень Valeriana officinalis, листья Mentha piperitaи тертая Cinnamomum verum. Вскоре по кухне распространился тягучий травяной запах с коричной пряностью.

– Как будто травяной глинтвейн, – сказала Алиса. – Ой, а мы ведь не заплатили за столик!

– С таким сервисом они нам еще должны остались.

– Тоже верно.

– Вот, держи. Поможет уснуть сегодня.

Протянул девушке дымящуюся кружку. Она с благодарностью приняла ее и подула на горячую, слегка зеленоватую поверхность.

Вдруг в коридоре раздался скрип, а следом звук шаркающих шагов. В коридоре появился заспанный Роман в майке в облипку и боксерах.

– Макс, только не шуми… – сонно скользнул он по кухне взглядом и вошел в туалет, щелкнув выключателем. Спустя секунду его голова показалась вновь, но на этот раз глаза были широко раскрыты от удивления. – Макс, как ты такую крас…

Закончить он не смог. Так сильно отклонился назад, стоя возле белого трона, что не удержал равновесие и вылетел обратно в коридор.

Пришлось идти и проверять, не ударился ли он головой. Роман лежал в коридоре, лупая в темноте глазами.

– Да ну на хер! – выдавил он, когда я поднял его. – Не, ну ты видел? Видел? Она же просто сногсшибательная! Как ты…

– Ш-ш-ш… – попросил его. – Уверен, зеркалом она пользоваться умеет.

– А еще я все слышу! – донесся насмешливый голос.

– Пойдем, познакомлю со своей коллегой.

Я вытянул Романа на кухню, где познакомил с Алисой. Вкратце мы вдвоем пересказали события этого вечера. На середине истории я даже пожалел об этом. Друг очень близко к сердцу воспринял дуэль, вытирая слезы на глазах, выдал:

– Мышку жалко!

Пришлось ему тоже успокаивающий отвар налить. Зрелище плачущего мускулистого мужика странным исцеляющим образом подействовало на Алису. Она мягко улыбалась, поглядывая на меня, пила отвар и живо и эмоционально рассказывала свою часть истории.

После окончания Роман резко посерьезнел.

– В каком клубе, говорите, были?

Алиса назвала и спросила:

– А что? Это важно?

– Пока не знаю, но история точно паршивая. – Как будто мы этого не знали. – Последнее время участились пропажи девушек. В наше отделение поступило уже пять заявлений от родственников за последний месяц. Слышал, что в других районах ситуация не лучше.

– И что говорит следствие? – задал вопрос я.

Роман в ответ нахмурился и огрызнулся:

– Откуда я знаю? Я же не следователь, а просто патрульный. Пока…

– Ладно. Выпей еще отвара, а я пойду постелю Алисе свежее белье. Ты пока развлеки гостью.

– О! Это я с радостью! – вскочил друг. – Сейчас схожу за маслом…

– На фига?

– Как на фига? Подчеркнуть рельеф мышц, – он напряг массивный бицепс с сеткой вен. – Устрою ей шоу!

М-да… Все мозги в бицепс, что ли, ушли?

– Придурок, – осадил я его пыл. – Беседой развлеки.

– А-а-а…

Алиса спрятала лицо в ладонях, а ее плечи мелко тряслись.

– Ты прав, ты прав, – покивал Роман. – Алиса, я прошу прощения, при виде такой красоты у меня просто мозги набекрень сразу встают. Хотите, расскажу пару случаев со своей работы?..

Нужно прибраться в комнате, прежде чем укладывать туда Алису спать. Во-первых, как уже сказал, сменить белье, а во-вторых, убрать всякие алхимические штуки в шкаф. Например, атманит, завернутый в ее платок, кое-какие остатки рога гриборога. Да и вообще все опасное сложить в шкаф и запереть на ключ. А то понюхает споры Cornufungus profundus, и сны реальностью станут. Или наоборот.

Сделал все, как и планировал. Как-то даже в мыслях не было Алису укладывать на пол или на диван в зале. Вернулся на кухню, где Роман заканчивал историю:

– …а он и кричит: «Димо-о-он!» А Димон уже на лыжи встал. Тут остальных и повязали. А вот и Макс! Значит, пора спать… Спокойной ночи, Алиса.

– С-спокойной… после такой-то истории.

Алиса встала с дивана и прошла в коридор мимо меня. Пока она не видела, Роман корчил рожи, общий смысл которых был таков: боже, какая красота! Просто бомба, а не задница. Почему ты ее привел, а не я!

– Доброй ночи, Роман, – пожелал ему, покачав головой.

Вот что с человеком делает присутствие в жизни только работы и полное отсутствие личной жизни. Последней девушкой, которую он держал в руках, была, пожалуй, только дочка Листницкого. Но я в него верил.

Проводил Алису до своей комнаты и показал постель.

– Пахнет, как на весеннем лугу, – сказала она, глядя на гирлянды развешанных под потолком трав. – Выходит, Коршунов был прав насчет тебя? Ты все-таки алхимик?

Вздохнув, пояснил:

– Считай меня просто ботаником. Здесь ничего алхимического нет, только травы. Ты, кстати, из них отвар пила успокаивающий. Так что переодевайся, умывайся и ложись спать. Здесь тебе ничего не грозит… – на секунду задумался и показал на один подвешенный пучок. – Если, конечно, не съешь вон ту траву полностью. Она ядовита.

– С-спасибо… – отвечала Алиса с округлившимися глазами. – А ты… где будешь спать?

– На диване, – кивнул в сторону зала. – И не вздумай ко мне ночью приставать!

– Даже не собиралась! – вспыхнула румянцем рыжая.

А я закрыл дверь в комнату, умылся и нырнул под одеяло, отдаваясь на остаток ночи в лапы сна.

Жаль, продлился он недолго. Проснулся от того, что что-то теплое коснулось моей щеки. Потом это теплое забралось ко мне под одеяло, прижалось горячим телом и прошептало:

– Сказала же, не хочу спать одна, – обожгла шепотом ухо Алиса.

Затем ее губы нашли мои.

***

Секс – он как яд. Им можно убить или ранить. Устроить профилактику организму, чтобы он стал сильнее. Забыться с его помощью. Проявить любовь. А можно исцелиться. Все зависит от дозы и способа применения.

Для Алисы, кажется, он стал даже не забвением, а лекарством. Чтобы вновь почувствовать себя цельной, живой и принадлежащей самой себе.

Для меня? Ну, скажем так, я не верю в любовь с первого секса. Но верю, что это прекрасное занятие дает тебе жажду жизни.

Утром проснулся первым. Хоть и не выспался, но чувствовал себя на высоте. Сварил кофе, и на его запах вышла Алиса в моей футболке, что едва скрывала ее стройные красивые ноги и сочную упругую попку. Из-под ткани на уровне груди задорно торчали два островерхих бугорка.

Молча улыбнувшись мне, Алиса сделала большой глоток кофе и так же молча взялась за приготовление завтрака: поджаренные тосты с глазуньей вместо сердцевины и несколько ломтиков бекона.

Пожалуй, зрелище соблазнительной женщины у плиты – одно из тех, за которым можно наблюдать вечно.

За этим занятием меня и застал Роман, грохнув ладонью о мутное стекло кухонной двери.

– Я… не спал… всю ночь! – взревел он, буравя меня красными от недосыпа глазами.

Краем глаза увидел, как заалели щеки Алисы.

– Прости, друг, – с улыбкой развел руками. – Мы малость увлеклись.

– Увлеклись? Увлеклись?! Ты забыл, что я сплю за стенкой? Это не так называется!

Алиса начал краснеть не только лицом, но и всеми голыми участками тела. Роман прошел в кухню, сел напротив меня.

– Знаешь что? Я отомщу! Я… я приведу сразу двух и устрою оргию прямо у тебя под дверью!

– Ром, – вкрадчиво ответил ему, сделав глоток кофе, – да ради бога. Я не против, если их не будут звать Правая и Левая.

Алиса фыркнула и громко засмеялась, чуть не уронив сковородку. Я тоже заржал, глядя на обескураженное лицо друга. А потом и он присоединился: когда до него дошел смысл сказанного, захохотал до слез.

Завтрак прошел в абсолютно дружественной атмосфере. Вскоре Роман ушел на работу, а мы с Селезневой еще разок закрепили ее исцеление в утреннем душе. После этого она отправилась домой на такси. Проводил ее до подъехавшей машины, а сам пешком отправился на тренировку.

Да, они шли только вечером, но я заметил, что Тренер живет в своем зале. Надеюсь, не откажет мне в тренировке из-за слишком раннего визита. Сегодня выходной, и я хотел использовать его на полную катушку.

Настроение было хорошим, погода – отличный легкий морозец. Даже если из меня захотят все соки выжать – я готов!

Ожидаемо дверь зала оказалась заперта, и я настойчиво постучал в нее. Скоро щелкнули замки, и проход открылся.

– Исаев? – хмуро спросил Тренер. На нем был спортивный костюм с мелким пурпурным узором и кепи, на носу – очки. – Когда я говорил приходить к семи, я имел в виду к семи вечера, а не утра.

– Большие планы на вечер, Тренер.

– Ладно, заходи – вместе со мной разомнешься.

Честно говоря, после двух тренировок я уже заметил небольшой прогресс. Организм слегка окреп, стал выносливее (особенно это было заметно ночью), мышцы послушнее. Это дало мне повод думать, что буду легче переносить тренировки.

Как же жестоко я ошибся.

Когда переоделся в форму, Тренер уже разогревался, махая руками в наклоне.

Кстати, надо бы себе свою форму купить, а то до сих пор ношу и стираю одежду Романа. Блин, даже звучит так себе.

– Эй, а с руками что? – показал на мои кулаки Тренер. Один был перебинтован Алисой, второй – сбит после двух сильных ударов.

– Ну… – вспомнил я череду событий. – Одной рукой я вчера спас жизнь, второй – отнял ее.

Тренер протер очки и прищурился.

– Исаев, меня не интересует, чем ты занимаешься вне моего зала. Но у меня есть два правила, которые надо соблюдать. Первое: ко мне не должны прийти менты посреди ночи из-за тебя. Второе: мы не деремся за пределами зала.

– А Славик в курсе? – хмыкнул я, припоминая погоню и нож в подворотне.

– А Слава для тебя – мерило чести и достоинства? Мне здесь не нужны люди, которые ответственность за себя взваливают на других. Или ты все-таки из тех, кто своей головой думает?

– Туше. – Память Исаева подсказала подходящее выражение.

– Тогда начинай разогреваться.

Я стал повторять те упражнения, которым меня научила в прошлый раз Лиза. Прыжки, махи и вот это вот все, чтобы кровь насытила мышцы кислородом, разогрела их, сделав эластичными.

– А что Славик? – как бы между прочим спросил Тренер.

– Да так, ничего.

Я уже понял, что сболтнул лишнего сгоряча. Не собирался перекладывать свои проблемы на Тренера или сводить счеты его руками. Это не по мне, сам разберусь. К тому же стукачей никто не любит. Я в том числе.

Через полчаса я понял, что ошибся, когда оценивал свои силы. Еще через полчаса бега, отжиманий, приседаний и прочего я задумался, а есть ли жизнь за пределами этого зала? А еще через полчаса Тренер сказал:

– Ну все, размялись – начнем тренировку.

Хах! Прямо как мой старый наставник. Скучаю по этому брюзге.

Ладно, тренировка так тренировка!

***

– Корпусом! Корпусом доворачивай! – покрикивал Тренер, и я доворачивал. – Вот так. Вот так. Ладно, ямэ, на сегодня с тебя хватит. Не забудь закрыть белково-углеводное окно. Тут неплохая шаурмяшечная за углом.

– Спасибо, Тренер, – едва смог выдохнуть.

Последние полчаса я снова ощущал себя пушинкой. Очень мокрой от пота пушинкой. Мышцы сначала ныли от нагрузки, а затем просто онемели. Нервы отказались передавать от них сигналы – мол, все равно не помогает тебя остановить.

Тренер поработал со мной на славу.

Кое-как довел до раздевалки и закинул свое тело в горячий душ. Стало легче, мышцы ожили. Переоделся и направился на выход, где нос к носу столкнулся с Лизой.

– О! Какие люди! – Она подалась вперед и совершенно неожиданно шлепнула меня по заднице.

Я даже возмутиться не успел, как нога подкосилась и пришлось встать на колено.

– Да… Тренер гоняет тех, кто приходит не по расписанию, – криво улыбнулась она.

– Я догадался уже, – простонал, с трудом поднимаясь. – А ты здесь что делаешь?

– Люблю пожестче, – подмигнула чертовка с косой. – Тренировки, а не то, что ты подумал.

А я вообще не успел что-то подумать. Соображал очень плохо пока что.

– Драться с самыми сильными – вот единственный способ стать сильнее. – продолжила она.

– Насчет единственного я бы поспорил, но в остальном согласен. Ладно, удачной тренировки, Лиза.

– Ага, еще увидимся, – махнула она рукой и пошла мимо.

А я извернулся и шлепнул по заднице уже ее.

– Эй! – взвилась девушка.

– Квиты!

Улыбнулся, пожал плечами и направился в окно. Белково-углеводное. Прямо за соседним углом.

***

Шаурма придала мне сил, и дома я занялся приготовлением простенького укрепляющего зелья. Простенького в обычном состоянии, а у меня сейчас слегка тряслись руки. Но это прошло через несколько часов. А когда закончил с зельем и оставил его «доходить», чтобы узел Нитей, что я сплел, как следует набрал магической прочности, решил заняться еще одним важным делом.

Точнее, двумя. Перво-наперво сделал небольшую уборку, сменил на диване и кровати белье, кинул в стирку потную форму.

А вот теперь черед второго важного дела. Я отпер ключиком отсек в шкафу и вытащил на свет сверток зеленой батистовой ткани. Положил на стол и стал разворачивать.

– …ен моржовый! – сразу донеслось оттуда, едва я ослабил узел. – Поматросил и бросил! Кто так делает?! Дай еще магии! Дай-дай-дай…

– Это ты до буквы «Д» дошла, Морвина? – перебил я разговорчивый атманит, развернув артефакт до конца.

Атманит, лежа вверх лицом, вперил в меня свои злобные глазки.

– До ручки я дошла! До ручки! Три дня! Три дня ни крошки магии во рту! Ты хоть знаешь, чем это чревато для меня?

– Похудением?

Крохотная женщина с сотней острых, как иглы, зубов, угрожающе зашипела. Будь она побольше, у меня бы мурашки побежали по спине.

– Парень, – глухо зарычала она, – ты сейчас ходишь по офигенно тонкому льду. Я ведь в прошлом женщина, не забывай… И ты не мой хозяин. Вот соберу сейчас последние крохи магии и… Верни меня моему хозяину! Или я тебе гортань отгрызу! Нет… кочерыжку твою на лоскуты разорву, понял меня?

– А вот тут ты ошибаешься… – залез я в карман джинсов и нащупал там диск.

– Что? Кочерыжкой не вышел? Нечего рвать? – не прекращала сквернословить маленькая железная женщина.

– Нет, Морвина, не в этом дело. Просто я теперь твой Хозяин…

Вытащил из кармана диск и замолчал, наслаждаясь эффектом. Атманит открыла рот и глупо хлопала глазами. Знала, что это такое. Потом выдохнула:

– Сука…