Книга: Записки Ларионова - Михаил Шишкин

«А у нас ведь в России как — не вы побьёте вашего слугу, так он побьёт вас»

⠀ ⠀Вернувшись к тётке и матери, он обнаруживает повзрослевшей девочку-сироту Нину, которую его тётка давно приютила. И тут роман Шишкина прекрасно иллюстрирует поднятую Достоевским проблему "любить или жалеть". Больше из жалости к Нине Ларионов женится на ней, а со временем охладевает, уезжает на службу в Казань. ⠀Обычная бумажная кабинетная жизнь на государевой службе, толки, слухи, приятельство, влюблённости, политические споры... Ларионов предстаёт как человек искренний и дорожащий своей честью... Но история с Ситниковым разрушает с виду такой гармоничный строй воспоминаний, которые Ларионов описывает в виде мемуаров благородного мужа, прожившего жизнь посреди такой вот России и такой вот действительности... Эпидемия холеры в 1820-х годах с её бунтами (очень созвучно с тем, как люди противостоят вакцинации в России сейчас), польское восстание против власти Российской империи (очень созвучно с тем, как в России разделилось общество по отношению к Украине после 2014 года)... — в жизнь постоянно вмешиваются события, которые проверяют на прочность и на честность. Ларионов вынужден скрывать свои политические убеждения и взгляды на фоне всеобщих антипольских настроений, думать одно, а говорить другое...

⠀Здесь будет и безответная любовь, и любовный треугольник, и некое подобие Настасьи Филипповны из Достоевского, и дуэль... Всё в традициях романов Пушкина и Лермонтов, только вот смотрелось это несколько театрально на фоне того, что происходило с самим героем. Рано или поздно приходится поступиться своими убеждениями и даже предать того, кого считал единомышленником, братом по взглядам и убеждениям. Кто писал доносы на Ларионова? Это так и останется загадкой, сам он винит во всём Ситникова, который хотел его однажды даже застрелить ненароком... ⠀

«Кто, кроме русских, умеет так ненавидеть свою страну?»

⠀ ⠀Этот роман о такой жизни, в которой ты хочешь казаться хорошим и правильным, но боишься быть смешанным с говном, когда доходит до дела. Легко говорить в лицо местного прокурора, что он покрывает местных чиновников, пьёт и ест с ними, а за их спинами страдает и поносит за их преступления... Думается мне, роман Шишкина — о молчащей массе умных интеллигентных людей, которые видят все пороки России, её системы, где царь словно скоморох, кукла в театре, где воруют на государственном уровне, декларируют одно, а делают другое, где сила побеждает гуманность, где не к кому обратиться с наболевшей проблемой (разве только на "прямую линию президента"), где пьют и пьют, ругают власть, живут как живётся и ничего с этим поделать не могут... Обыкновенная история про обыкновенного Ларионова, рассказанная им самим... ⠀ ⠀Надо отдать должное автору, он сумел написать роман, который меня захватил и заставил над многим подумать, вновь доставил мне удовольствие читать прекрасную русскую прозу, сумел задеть болезненные проблемы, которые с 19 века так и остаются открытым вопросом к нам сегодняшним. ⠀ ⠀После прочитанного «Письмовника» этот роман мне показался больше политическим и остросоциальным, попыткой проанализировать пассивность в русском человеке, эдакая "обломовщина" в перспективе сегодняшнего дня... Примечательно, что лишь в виде воспоминаний такое и можно написать, повздыхать и сказать, что "ну вот так оно произошло"...

Может, и хорошо. Мир этот насквозь больной, и волны его болезни одна за другой накрывают читателя. Количество водки и пьянства на единицу текста, пожалуй, может соперничать с им же в произведениях Венички Ерофеева. Болезни и смерти (привет, холера 1820х) косят людей с упорством бульдозера. Люди работать не могут (смысла не хватает), в безделии и скотстве спиваются. Экзистенциальный кризис уничтожает медленно, но верно: отношения едва держатся и чаще всего рушатся, работа делается через пень-колоду, людей лихорадит — кого-то громко и скандально, других — тихо и незаметно под градусом.

Про главного героя писать сложно — и невозможно коротко. Слишком похож на настоящего, живого человека со всем комплексом внутренних проблем и противоречий. Способность вылепить из воздуха полноценную личность в тексте делает автору честь, но и это не самое большое его достижение. Пришлось отдельно оценить, как по-своему проваливают миссию жить жизнь и протагонисты (честные, горячие, мечтающие построить лучшую версию России), и их относительные противники (мужики врут господам, господа врут авторитетам, авторитет врет царю, а дальше? Круг замыкается). 

Шишкин — беспощадный автор, и в своем эстетизме все-таки садист. Бесконечно воспевая яблоневые сады и родственные им явления, он не дает просто понаслаждаться красотой так искусно воссозданной атмосферы старины, узнаваемых родных звуков, запахов, вкусов и прочих ощущений, не дает просто повздыхать над незаметной судьбой очередного обломова. Он хватает русского человека за сердце, вырывает его и показывает всем на открытой ладони. Безнадежно больное, истекающее кровью, дорогое только потому, что свое. 

И книгу читать тяжело. То и дело хочется крикнуть: эй, автор, опомнись, не может быть, чтобы мы жили в этом порочном круге, чтобы все как заодно воровали, не уважали ничей труд и ничье достоинство, плевали на день завтрашний и считали рубль мерилом всего. Чтобы так любили власть, чтобы настолько считали себя правыми перед завоеванными и униженными народами. Оно как будто не может быть совсем уж так... но в конечном счете — разве нет? Здесь Россия похожа на инфантильного капризного дядьку 45 лет, который и сам не научился жить достойно, и тиранит других (все еще пытаясь выяснить, кем он станет, когда вырастет), и что хуже всего: полномочий для этого у него предостаточно.

К сожалению, дядька давно вырос и по большей части не очень настроен на саморазвитие и всякие там лучшие версии. И нет, образованием вопрос не решился (сто раз говорила и буду говорить, что знание не спасает). И уже не хочется ничего кричать автору, только выразить как-нибудь потише свое «спасибо за честность».

Vacuum horrendum — еще одно название тоски русской обыкновенной, прямо объявленное доктором отцу гг в качестве диагноза. То есть я бы точно вручила книгу тем иностранцам, которые желают ознакомиться с этим загадочным явлением. Если читать внимательно, то все станет ясно. И еще очень тоскливо.

*

Дочитывала за ужином. На ужин были блины со сметаной, маринованные грибы и морс. 

Да, признаюсь не раз во время прочтения данной книги меня поражало то, как она написана. Книга, вышедшая из-под пера современного литератора, но написанная в соответствии со строгими канонами русского классического романа, и сюжетными, и языковыми, словно отсылает нас к творчеству Лермонтова, Куприна, Тургенева, Чехова, мягко и ненавязчиво, но весьма ощутимо. Не зная, кто написал роман, его вполне можно было бы принять за произведение любого из упомянутых классиков. Бережное обращение со словом и вообще русским языком, глубина нравственно-философских вопросов, поднимаемых по ходу развития действия, яркие и характерные типажи, сама форма повествования (а это что-то вроде мемуаров, записок) не только настраивают нас на соответствующий лад, но погружают в особую атмосферу. Ведь для писателей-классиков девятнадцатое столетие было не минувшим, а настоящим, живым, то, что они переживали, как это модно сейчас говорить, в режиме реального времени. Это был не анализ, это было наблюдение за действительностью. И читая роман Михаила Шишкина, словно переносишься в то самое запечатленное настоящее. Не знаю, тонкая ли это стилизация или же новая форма современного исторического романа (роман детален и насыщен подробностями тех лет), но выполнено необычайно искусно.

Описание жизни (с младых лет до преклонного возраста) обыкновенного симбирского помещика не выглядит скучным или банальным, читается очень увлекательного, ведь чего только в жизни нашего главного героя, Александра Ларионова не было: полная тяжелых испытаний служба в полку, нелегкое ведение своего хозяйства в деревне, работа в Казанской канцелярии, несколько поистине драматичных любовных линий. А сколько было встреч с удивительными людьми! Жизнеописание и бытописание может быть захватывающим, особенно когда мы дойдем до аракчеевских военных поселений, дуэлей, возмутителей общественного порядка, вздумавших учинить госпереворот и скрывающихся под личиной тихого и скромного человека. Не обойдется без любовных треугольников (ну куда же без них?), бедных сироток, безумцев, тетушек, всегда знающих, как лучше...Я же говорю - в традициях русских классических романов, в которых удивительным образом переплетутся абсолютно все стороны жизни русского человека (да и не только русских: по традиции опять же, здесь будет и весьма колоритный образ доктора-немца Шрайбера). Женские персонажи на фоне мужских выглядят бледновато и чуть размытыми, но и в том есть своя неуловимая прелесть: любовь, как и женщина, должна оставаться загадкой...

Красивый, напряженный, волнующий роман, который хочется посоветовать всем любителям классики: по крайней мере, удивитесь, что и в наше время можно так писать...

То приятное книжное открытие, которое не скоро и забудешь)

Состарившись , он пишет историю своей жизни . И читатель вместе с ним попытается его понять , а может и пожалеть .

«Надежды юношей питают...»

Вот и Ларионов был полон энтузиазма и мечтал жить не так как его родители . Хотел честно трудиться , любить , творить . Но , столкнувшись с реалиями и несправедливостью , сдулся , скис , стал равнодушным , а испугавшись , совершил подлый поступок .

Читая Михаила Шишкина , каждый раз решаю для себя : пессимист он или реалист ? И , несмотря на критику России и проживание с середины 90-х в Швейцарии, остаётся ли он патриотом . Мне кажется , что да . Советую к прочтению .