Текст книги "Украденные мгновения"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ukradennye-mgnoveniya-5795.jpg)
Автор книги: Мишель Мартин
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Почему же? Очень даже помог, но я, если честно, ожидал другого. Угадай с первого раза, где Джейн Миллер вышла из такси, после того как удрала из «Ритца»?
– У «Гранд Сентрал» или у другого вокзала?
– Нет. Она попросила таксиста найти какую-нибудь хорошую аптеку. Он отвез ее на Шестую авеню. Там есть несколько корейских аптек, которые работают круглосуточно.
– Очень интересно, – Эмма откинулась на спинку стула и вытянула ноги.
– Мне тоже так кажется.
– Может, она простудилась?
– Да нет. Таксист сказал, что она была вся напряжена, нервничала, но выглядела абсолютно здоровой. Когда она вышла из аптеки, то попросила отвезти ее в «Шератон-Манхэттен».
Эмма вопросительно посмотрела на Дункана.
– Интересно, почему она передумала уезжать из Нью-Йорка? Она же ведь собиралась поездить по стране.
– Вот именно, – ответил Дункан. – Это не все, есть еще кое-что любопытное. Она расплатилась, дав таксисту, как и обещала, пятьдесят долларов сверху. Он сразу не уехал, а задержался, чтобы посмотреть, все ли с его пассажиркой будет нормально, поскольку час был поздний. Джейн Миллер не пошла в «Шератон-Манхэттен», а пересекла улицу и скрылась в дверях другого отеля – «Нью-Йорк-Шератон».
– Ее поведение становится все загадочнее и загадочнее.
Дункан плотно сжал губы.
– Тут есть над чем поломать голову.
– Продолжайте, мистер Шерлок Холмс.
– Менеджер довольно подробно рассказал, как ей удалось одурачить своих телохранителей, – усмехнулся Дункан. – С его слов получается, что девчонка смышленая и изобретательная. Мне кажется, она старается запутать свои следы. Я уже не понимаю некоторых ее действий. Если говорить точнее, то она ведет себя совсем не так, как я предполагал. И это настораживает.
– Меня больше интересует, почему она пошла в аптеку? Уж она-то должна знать, что в такой шикарной гостинице ей бы предложили и косметику, и любые другие туалетные принадлежности.
– Элементарно, мой дорогой доктор Ватсон. Просто у нее не было выбора. В городе ее узнает любой. Бонд Монро сказал, что ее лицо красуется на огромном рекламном щите в Таймс-сквер. Стоит ей появиться на улице, как на нее тут же набрасывается толпа восторженных поклонников. Она хотела изменить свою внешность. Я думаю, что в аптеке Джейн Миллер купила краску для волос, косметику и, может быть, очки. Наверное, сейчас она похожа на этакую красивую умненькую студентку. Придется признать, что для популярной певички мисс Миллер оказалась на редкость сообразительной и довольно изобретательной.
Дункан протянул Эмме фотографию, которую ему дал Монро:
– Вот, займись этим. Пропусти снимок через компьютер и посмотри, что можно сделать с ее внешностью. Потом напечатай все возможные варианты, допустим, что она перекрасила волосы, изменила прическу, цвет глаз, загримировалась. Да, и не забудь про очки.
– Считай, что уже сделано, – Эмма внимательно изучила фотографию.
– Потом позвони в справочную всех вокзалов и узнай про ночные и утренние поезда из Нью-Йорка. По факсу отправь туда ее фоторобот с измененной внешностью. Надежды мало, но вдруг что-нибудь да выплывет.
– Ты думаешь, что она оставила Бойду записку просто так, чтобы сбить нас с толку?
– Угадала, – Дункан поднял трубку. – Если Джейн все еще в городе, то обещаю, что уже сегодня мы ее найдем.
– Босс, вы – жуткий хвастун!
Дункан рассмеялся.
Эмма поднялась и направилась к себе, чтобы заняться фотографией Джейн. Дункан уселся за свой стол и связался через компьютер со справочной «Шератона». Он обнаружил, что между полуночью и двумя часами ночи в гостиницу въехали семь человек, из них только три женщины. Изучив список, он сразу же отбросил фамилию той, которая путешествовала вместе со своим мужем.
Вполне вероятно, что одной из двух оставшихся окажется Джейн. Если верить регистрационной службе отеля, их имена были Дженет Миллер и X. Смит. С кого из них начать? Логично, если Джейн назвалась именем, похожим на ее собственное. Таким образом в его коротеньком списке первым номером будет стоять Дженет Миллер!
Укрепившись во мнении, что ему удастся завершить дело еще до конца дня, Дункан, насвистывая, вышел из офиса и направился в «Нью-Йорк-Шератон». В отеле он поднялся на восемнадцатый этаж и начал терпеливо ждать, когда Дженет Миллер вернется к себе в номер.
Часа через три появилась мисс Миллер. Она подошла к двери и вставила в замок магнитную карточку. Разочарованию Дункана не было предела, поскольку возраст этой дамы приближался к пятидесяти. Она не была ни стройной, ни рыжеволосой, ни голубоглазой. Мисс Дженет Миллер оказалась тучной, седоволосой женщиной.
В его списке осталась только X. Смит. К сожалению, она еще утром выехала из отеля. Просматривая счет за гостиницу, Дункан наткнулся на запись, которая подсказала ему, что беглянка скорее всего X. Смит. Ночью она заказала себе в номер на ужин: чизбургер, молочный коктейль и картофельные чипсы. Он улыбнулся. Джейн Миллер вырвалась на свободу и все делает наперекор своему менеджеру.
Дункан по достоинству оценил ее бунтарский дух. Это было ему знакомо. Как-то раз он решил воспользоваться кредитной карточкой отца, чтобы досадить тому и купить пластинки своей любимой группы «Токинг Хедз». Отец почему-то терпеть не мог этих музыкантов и методично уничтожал все альбомы, которые приносил Дункан.
Естественно, что, покидая отель, мисс Миллер не оставила свой новый адрес, однако швейцар оказался весьма наблюдателен. Внимательно изучив десяток фотороботов, составленных Эммой, он узнал на одном из снимков мисс Миллер. Теперь ее прическа стала короткой, а волосы приобрели каштановый оттенок, глаза же были по-прежнему голубыми.
Дункан позвонил Эмме и приказал срочно проверить через компьютерную сеть все отели Нью-Йорка, надеясь на то, что в каком-нибудь из них обнаружится мисс X. Смит. Поиск ничего не дал. И это означало, что теперь ему придется изрядно побегать.
Дункан находился в отличной физической форме, но он терпеть не мог за кем-либо гоняться. Он предпочитал работать головой, а не ногами. Однако сегодня в офисе не было свободных людей, и ему вряд ли удастся найти себе замену, чтобы отвертеться от нелюбимого дела.
До самого полудня он ходил из отеля в отель, пока наконец не наткнулся на след беглянки. Швейцару отеля «Ройал», что на 55-й Западной улице, показалось, что он узнал мисс Миллер на одном компьютерном фото. Ее волосы оставались каштановыми, а вот глаза теперь стали карими. Значит, она раздобыла контактные линзы.
Сегодня утром в половине одиннадцатого швейцар видел, что она вошла в отель и вещей при ней никаких не было. Дункан быстро позвонил Эмме и попросил через компьютер проверить, под каким именем мисс Миллер зарегистрировалась на этот раз. Через несколько секунд секретарша ему сообщила, что теперь Джейн зовут Грейс Смит и она уже оплатила свое проживание в отеле за одну ночь, причем наличными.
Дункан задумался. Откуда у нее, черт возьми, наличные? Она что, собирается менять отели каждый день? Похоже, что она делает все, чтобы ни Бойд Монро, ни кто-либо другой не могли ее отыскать. Девица-то не так уж и глупа!
Итак, он хотел достойного противника, и он его получил в лице мисс Харли Джейн Миллер. Но ей не провести его в любом случае. Сколько бы отелей ему ни пришлось обойти и какую бы прическу она себе ни сделала, от него она не ускользнет. Дункан продолжил свой разговор со швейцаром и вскоре узнал, что Джейн, поселившись в отеле, не стала задерживаться в номере, а сразу же спустилась в холл и куда-то уехала на такси.
Итак, капризная принцесса решила развлечься в этом огромном многоликом городе.
Спрятав в сумочку магнитную карточку, Харли Джейн Миллер, а теперь Грейс Смит, вышла из отеля. Ее сердце отчаянно билось, когда она вертела головой, наблюдая, не околачивается ли где-нибудь поблизости коварный Бойд Монро. К ее удивлению, его нигде не было видно. Она кивнула молодому швейцару в строгой униформе, когда он перед ней распахнул дверцу такси.
– Куда прикажете? – спросил ее черноволосый водитель, очевидно, эмигрант из Пакистана, когда она уселась на заднее сиденье.
– В фирменный магазин джинсовой одежды, что в центре города, на пересечении Бродвея и Спринг-стрит.
Такси как пришпоренное сорвалось с места, и Джейн пришлось ухватиться за боковую ручку, чтобы сохранить равновесие. Она все еще не могла привыкнуть к передвижению по городу в шумных такси. В течение девяти лет она ездила в салоне шикарного лимузина, который спокойно и плавно трогался с места, теперь же все таксисты казались ей лихими гонщиками. Она призналась себе, что за какие-то полдня ее жизнь изменилась полностью.
Надо же, еще вчера вечером она пела в «Мэдисон-Сквер-Гарден»! Харли с улыбкой вспомнила то ликование, которое ее охватило во время выступления, когда она увидела восторженные и счастливые лица своих многочисленных поклонников. Но ей стало не до веселья, когда она подумала о Бойде.
Харли сидела на заднем сиденье в своем белом лимузине и чувствовала себя глубоко несчастной и подавленной. Концерт уже закончился, и они возвращались в «Ритц».
– Просто дай мне две недели, я хочу их провести так, как мне нравится, – она уже устала спорить с ним и поняла, что ничего не добьется. – Всего лишь две недели.
– Что это значит? – Бойд решил, что она над ним подшучивает. – Да ты минуты не сможешь прожить так, как тебе нравится.
«Отлично, Бойд, теперь мне твое разрешение уже не нужно, я удрала от тебя», – усмехнулась Харли. Ее вдавило в сиденье, когда таксист слишком резко свернул на перекрестке.
«От кого я убегаю? От Джейн Миллер? Но куда я бегу? Разве что в прошлое?» – подумала Харли. Ее устраивал такой вариант. Она действительно была счастлива, когда увлеклась тяжелым роком. Но мать считала эту ее музыкальную привязанность просто кошмаром. Она хотела сделать из дочери вторую Оливию Ньютон-Джон, и громкий рев жестких гитарных ритмов, часами доносившийся из их гаража, ей надоел очень быстро. Наконец Харли сдалась и, уступив просьбам матери, выступила на конкурсе песни с какой-то слащавой балладой о любви. Мать была просто в восторге: ведь ее дочь заняла первое место и на нее обратил внимание сам Бойд Монро, уже тогда известный в мире шоу-бизнеса человек, который создавал поп-звезд.
Но самое смешное то, что больше всех виновата в своем сегодняшнем положении была сама Харли. Конечно, Бойд напористо и решительно создавал ее имидж, ему поддакивала ее мать, а Харли была еще совсем ребенок и не могла с ними обоими спорить. Одним словом, она сдалась и, пойдя у них на поводу, сделала успешную карьеру поп-певицы. Вся ее жизнь теперь контролировалась Бойдом. Он диктовал, что и как она должна петь, как одеваться и улыбаться. Он заранее все планировал. У Харли просто не было сил ему противостоять. Может быть, если бы она более решительно боролась за свою свободу, то сейчас бы не выступала с этими дурацкими, незатейливыми песенками?
Что же, она решила помериться силами с Бойдом, с этим чудовищем, жившим за ее счет. И теперь ей удалось вырваться из его клетки!
Чтобы проехать по Манхэттену, им потребовалось целых двадцать минут. Все улицы была забиты машинами. Можно было подумать, что тысячи, нет, миллионы жителей города решили в одно и то же время проехаться по Манхэттену. Наконец таксист резко затормозил напротив магазина, о котором говорила Харли.
– Спасибо, – после столь утомительной поездки она с трудом произнесла это слово.
Расплатившись с таксистом и оставив ему щедрые чаевые, поскольку медицинской страховки тому все равно не хватит, чтобы оплатить свое лечение в клинике, куда он непременно попадет, если не сменит профессию, Харли вошла в магазин.
У нее вырвалось восторженное восклицание, когда она посмотрела вокруг. Ей вдруг захотелось упасть на колени перед буйством ярких красок – ничего серенького! Одежда была всех цветов радуги, от красного до фиолетового. Все наряды, о которых она мечтала еще до того, как стала Джейн Миллер, и даже уже после, были собраны сразу в одном магазине. Ей показалось, что она попала на небеса.
– Господи! – выдохнула Харли.
Она обвела взглядом служащих магазина, одетых в клетчатые фланелевые рубашки и черные джинсы, и из всей этой скучающей толпы продавцов сразу же выбрала одну девушку в джинсовой мини-юбке и ультрамодной майке в сеточку, на ногах которой красовались лиловые туфли на здоровенной платформе и черные гольфы. Волосы продавщицы были выкрашены в темно-пурпурный цвет, а макияжу могли бы позавидовать гримеры японского театра кабуки. Харли она очень понравилась.
Пока какой-нибудь покупатель не обратился к ней за помощью, Харли подлетела к этой раскрашенной девице и поздоровалась с ней, прочитав ее имя на нагрудной карточке:
– Привет, Деннис! Ты поможешь мне сделать кое-какие покупки? Я думаю, это займет пару часов.
Девица смерила ее взглядом.
– Вот повеселимся-то.
– Это я тебе обещаю, – усмехнулась Харли. Пусть для Джейн Миллер Бойд Монро заказывает белые или бежевые платья. Харли же, попав в магазин, отведет душу! – Начнем, пожалуй, с черного цвета, а там дальше посмотрим, договорились?
Харли вернулась в отель часа в три дня. Запыхавшись, она стрелой промчалась через холл, хотя многочисленные пакеты с покупками так и норовили выскользнуть из рук. Харли торопилась, потому что хотела успеть разобрать обновки, принять душ переодеться, а еще, она вдруг вспомнила, что со вчерашней ночи ничего не ела – в суматохе дня она совсем забыла о еде. А после всего этого она хотела совершить свой первый самостоятельный поход по Бродвею.
Она подлетела к лифту, когда его двери раскрылись и оттуда вышла хорошо одетая парочка. Обоим было лет по тридцать с небольшим. Она их пропустила, а затем вошла внутрь. Ей было легко и радостно от того, что теперь Бойд собьется с ног, разыскивая ее. Достаточно перекрасить волосы, изменить немного прическу, поставить цветные контактные линзы, чтобы стать просто неузнаваемой. Бонду придется изрядно попотеть, чтобы вернуть ее в «Ритц».
Выйдя из лифта, Харли направилась в свой люкс. Когда она распахнула двери, то попала в уютную небольшую гостиную, выдержанную в сочных зеленых тонах. Кроме гостиной, в номере была спальная комната, которую практически всю занимала огромная кровать, и просторная ванная из розового мрамора.
Харли оставила свои покупки прямо на ковре у порога и с тихим стоном опустилась в кресло. Но отдыхала она недолго. Ей предстояло столько всего сделать, что рассиживаться было некогда.
Она быстро приняла душ, затем достала из зеркального стенного шкафа черное короткое платье, а из только что принесенных пакетов – черные шелковые трусики и бюстгальтер, такие сексуальные, что до конца своих дней стыдливая мисс Джейн Миллер краснела бы от смущения. Затем она извлекла из коробки высокие ковбойские сапоги. Назло Бойду она решила не надевать чулки. Сегодня Харли собиралась быть сексуальной и неотразимой. Пусть Бойду не один раз икнется, когда она со злорадством будет его вспоминать.
Харли медленно поворачивалась то в одну, то в другую сторону, разглядывая себя в зеркало. Перед ней стояла эффектная шатенка в черном облегающем платье. Когда она увидела в зеркале очаровательную незнакомку, Харли испытала шок, хотя и была готова к разительным переменам в своем облике. Но она не стала долго переживать ни за Бойда, ни за Джейн Миллер, поскольку это была ее личная жизнь и она имела на нее право.
Харли резко отвернулась от зеркала. Схватив с кровати пояс с деньгами, она сунула его в сейф. Специально для нового черного платья она купила маленькую дамскую сумочку. Харли пересчитала деньги и положила туда на всякий случай две двадцатидолларовые бумажки, билет в театр и вышла из номера. Пришло ее время – мечты стали сбываться.
Она отправляется в свободное плавание.
Харли открыла дверь и нос к носу столкнулась с менеджером отеля. Молодой мужчина, облаченный в темно-синий костюм, напоминающий униформу морских офицеров, уже занес руку, чтобы постучать в дверь ее номера. Он быстро отступил от двери.
– Вы – мисс Миллер?
– Да, – осторожно произнесла Харли. Въезжая в отель, она зарегистрировалась под вымышленным именем, но призналась, что ее настоящее имя Джейн Миллер. Менеджер пообещал держать это в тайне.
– Меня зовут Грег Крэндл. Я обычно работаю в гостинице в дневную смену. Боюсь, что у вас могут возникнуть неприятности. Буквально несколько минут назад вами интересовался один мужчина.
У Харли холодок пробежал по спине при мысли, что ее мог выследить Бойд.
– Мужчина? Шатен, среднего роста, с короткой стрижкой? Носит ковбойские сапоги?
– Нет. Он высокого роста, брюнет, весьма привлекательный, носит кожаные туфли, явно изготовленные на заказ.
– Он интересовался мною?
– Да. С ним разговаривал один из наших швейцаров. Боюсь, что этот человек – сыщик, и он вас выслеживает.
«Бойд кого-то нанял, чтобы меня найти, и похоже, что скоро он меня сцапает», – уныло подумала Харли. Безнадежное отчаяние охватило ее, не оставив и следа от недавнего приподнятого настроения.
– А как его зовут?
– Дункан Ланг, он из «Колангко интернэшнл».
Харли поняла, что часы, отпущенные ей для вольной жизни, сочтены. Бойд доверил ее поиски лучшей частной сыскной службе Нью-Йорка. В газетах и журналах она то и дело натыкалась на восторженные отклики в адрес фирмы «Колангко»: то они организовали охрану такой-то выставки, ценных картин, то раскрыли очередное сверхзапутанное дело.
– А где он сейчас?
– Мне кажется, – мистер Крэндл выдержал паузу, – он поехал в Международный торговый центр. Наш швейцар направил его туда, сказав, что вы собирались пообедать там в ресторане.
Харли схватила его руку и энергично ее потрясла.
– Мистер Крэндл, я вам крайне признательна. Я немедленно уезжаю отсюда.
Внезапно ей в голову пришла спасительная идея. Харли умоляюще посмотрела на менеджера.
– Мистер Крэндл, я нуждаюсь в вашей помощи.
Около одиннадцати вечера Харли вышла из театра Ричарда Роджерса. Решив немного пройтись, она свернула на 46-ю Западную улицу. У нее было прекрасное настроение, и она тихо напевала веселый мотивчик. Это не была какая-то исключительная, выдающаяся музыка, но Харли понравился мюзикл. Кроме того, в пьесе, которую она только что просмотрела, торжествовал хэппи-энд, а Харли любила, чтобы все хорошо кончалось.
Поначалу она чувствовала себя не в своей тарелке. Казалось странным, что она одна, без своей обычной свиты, находится в зале, а рядом сидят незнакомые люди. Впервые Харли слушала, как поют другие. Сама она всегда пела для тех, кто в зале. Войдя в зал, пробежав глазами по рядам, высматривая Бойда, Харли успокоилась, вскоре позабыла обо всем на свете, увлеченная событиями, разворачивавшимися на сцене.
После спектакля Харли решила пройтись по Бродвею. Пьянящее ощущение свободы не покидало ее. Она была вольна выбирать сама – идти, куда глаза глядят, делать то, что ей хочется.
Она буквально впитывала новые впечатления, разглядывая прогуливающихся по улице людей, сверкающие витрины магазинов, разноцветные, яркие огни неоновой рекламы. Было светло как днем.
– Вот это здорово! Прямо как на Рождество, – тихо проговорила Харли, крутя головой по сторонам.
Только сейчас Харли поняла, почему говорят, что в этой части города всегда царит день. Естественно, откуда тут взяться ночной темноте, когда все освещено яркими огнями.
Харли захотелось застыть на месте и просто смотреть на оживленные лица людей, таких разных, непохожих друг на друга. Она стояла и глупо улыбалась – Манхэттен ее просто очаровал. Потом к радостному чувству примешалась горечь. Харли вдруг испытала гнев на Бойда, который лишил ее этого праздника жизни.
Пора было возвращаться в отель. Брать такси ей не хотелось, и она решила проделать весь обратный путь пешком. В людской толпе Харли чувствовала себя в полной безопасности. Ей казалось маловероятным, что сыщик, нанятый Бойдом, сумеет выследить ее в этой толчее.
С помощью Грега Крэндла ей удалось хоть на какое-то время сбить со следа детектива, который сегодня заявился в отель и наводил справки о Джейн Миллер. Она могла наслаждаться своей свободой и сказочной красотой ночного города.
Ей было приятно идти одной по улице и вдыхать теплый, немного влажный воздух, поскольку за девять лет кондиционеры ей изрядно надоели. Теперь ее мечта свершилась, и она наконец-то попала в Нью-Йорк, о котором грезила с детства. В предыдущие поездки сюда она видела город только из окна номера в отеле или из лимузина, когда Бойд вез ее на выступления. Было бы смешно считать это знакомством с городом – многоликим, шумным, ярким.
Нет, в этот приезд в Нью-Йорк все будет иначе: она проведет время так, как хочется ей, а не Бонду. А этот мифический Дункан Ланг, высокий и красивый сыщик, как его описал служащий отеля, может хоть в лепешку разбиться, но не найдет ее, и она от своего не отступится и две недели проведет, гуляя по городу, который заочно любила всю свою жизнь, но который абсолютно не знала. Придется «Колангко интернэшнл» смириться со своим поражением.
Было уже почти семь часов вечера, когда Дункан, поймав такси, поехал в отель «Ройал». Сыщик понял, что его ловко одурачили и он напрасно потратил столько времени в Международном торговом центре. Сегодня Дункан провел весь день в бесплодной погоне за своей жертвой, и поэтому он был, мягко говоря, взбешен неудачей.
Теперь ему ничего не оставалось, как устроить здесь засаду, дождаться ее возвращения – должна же она когда-нибудь вернуться в свой номер, – а затем схватить и передать бедную пташку в руки Бойда Монро. Если только она, конечно, вернется в отель.
Однажды ему довелось вести наблюдение за номером одной богатой наследницы, приехавшей из Мельбурна. Он устроился в номере напротив ее двери и спокойно прождал – сколько вы думаете? – целых тринадцать часов кряду, а может, чуть больше. В тот раз администрация отеля, сжалившись над бедным сыщиком, снабжала его в течение этого времени всем необходимым для поддержания жизненных сил. В конце концов богатая австралийка появилась в своем номере. Сейчас ему было приятно вспомнить, как весело они провели время, после того как она смирилась с тем, что Дункан ее выследил.
Он надеялся, что выслеживание поп-звезды тоже так или иначе вознаградится. На этот раз его бы даже устроило просто моральное удовлетворение от успешного завершения этого дела.
Он поднялся на лифте на пятидесятый этаж и решительно постучал в номер Грейс Смит, известной так же под именем Харли Джейн Миллер.
Когда дверь распахнулась, Дункан от изумления просто потерял дар речи. На пороге стоял немолодой японец в светлой рубашке и помятых широких брюках и вопросительно смотрел на незваного гостя.
Дункан, поскольку ожидал увидеть кого угодно, но только не рассерженного представителя Страны восходящего солнца, застыл на месте.
– Простите, – он чуть поклонился, соблюдая этикет далекой восточной страны, – я не ошибся – это номер мисс Грейс Смит?
– Ошиблись, – раздраженно буркнул в ответ японец. – Здесь живу я. Спокойной ночи.
Дверь захлопнулась перед самым носом Дункана. Это его не смутило, поскольку он привык к тому, что перед ним часто захлопывались двери, по крайней мере некоторые женщины так поступали. Его беспокоило то, что Джейн Миллер не вернулась в отель. Может быть, он случайно перепутал номер? Наверное, Эмма ошиблась, сообщив ему неправильные сведения. Однако он по своему многолетнему опыту знал, что Эмма никогда не ошибается. Никогда!
Дункан спустился на лифте на первый этаж. В холле отеля было тихо и немноголюдно. Он уселся в широкое кожаное кресло и по сотовому телефону позвонил в офис. Трубку подняли почти сразу же.
– Эмма, это ты? – он старался, чтобы она по его голосу не поняла, как сильно он разочарован.
– Привет, Шерлок, как дела? – весело прощебетала она в трубку. – Дело можно считать закрытым?
– Пока нет. Произошла накладка, а если быть более точным, то очень большая накладка. Мне кажется, ты кое в чем ошиблась.
– Я? У меня не бывает ошибок. Никогда!
– Случаются исключения из правил. Наша подопечная, которая выдает себя за Грейс Смит, больше не живет в люксе в отеле «Ройал», или же ты ошиблась, дав мне неправильный номер комнаты.
– Сейчас я проверю, – упавшим голосом быстро проговорила Эмма. Дункан услышал стук клавиш компьютера, а затем до него донесся растерянный голос помощницы: – Ну и дела!
– Что случилось? – всполошился Дункан.
– Сегодня в шесть десять вечера Грейс Смит выехала из гостиницы, она не оставила адрес, куда направляется. Как ты думаешь?.. – Эмма замялась. – Она не заметила, что ты висишь у нее на хвосте?
– Как ты можешь говорить такое? – возмутился Дункан. – Я не первый день занимаюсь этим делом. Если я ее не видел, значит, и она не могла меня видеть.
– Может, кто-нибудь ее предупредил? – осторожно высказала предположение Эмма.
Дункан даже обиделся. Как она может сомневаться в его профессиональных качествах. Хотя в ее словах была доля правды.
– Я надеялся, что певичка не обнаружит слежки, но скорее всего ты права: я был недостаточно осторожен, когда задавал вопросы служащим гостиницы. Кто-то просветил мисс Миллер насчет меня и при этом неплохо заработал.
– Ну-ну, перестань, – успокаивающе произнесла Эмма, – не принимай так близко к сердцу. Ведь такие накладки случаются в любом деле. Это не твоя вина.
– Мой любезный родитель будет иного мнения, – удрученно сказал Дункан. – Ты же знаешь, что он любит говорить: «А вот у Брэндона в работе накладок не бывает», – произнес он, копируя язвительные интонации отца. – Эмма, обзвони все гостиницы в районе Манхэттена. Ищи фамилии типа Смит, Миллер и Джонс. Может, кто и найдется. Я буду в офисе через десять минут.
– К твоему приезду я все сделаю.
Дункан убрал телефон в карман пиджака и, тяжело вздохнув, поднялся. Теперь ему придется проверять все таксомоторные компании в поисках таксиста, который сегодня вечером забрал из «Ройала» пассажирку с большим количеством багажа. Если Дункан такого обнаружит, то ему придется выяснять, куда он ее отвез. Вряд ли певичка останется в этом районе. Обнаружив слежку, она уберется куда-нибудь подальше из Манхэттена.
А вдруг этой своенравной Джейн Миллер взбредет в голову все же отправиться в обещанное турне по Америке? От такой капризной особы всего можно ожидать. Делать ему в отеле было больше нечего, и Дункан покинул уютный холл. Подумать только! Это его первое самостоятельное дело, а он в своем родном городе не может отыскать какую-то сбежавшую девицу. Нет, никогда ему не возглавить их семейную фирму. Вновь вздохнув, Дункан подумал, что отец абсолютно прав: у его сына нет ни таланта, ни навыков ведения сыскной работы. А может, он просто ленив от природы?
К восьми часам вечера Эмма не смогла найти никаких следов Джейн Миллер, и Дункан, отправив помощницу домой, остался в офисе один. Он развернулся в кресле к окну и, созерцая быстро темнеющее закатное небо, принялся размышлять.
Как это Джейн Миллер сегодня так легко его обвела вокруг пальца? Каким образом этой невинной овечке – а именно так о ней отзывался Бойд Монро – удалось водить за нос опытного сыщика в течение всего дня?
Возможно, она и избалованная, и капризная, и даже стервозная девица. Но отнюдь не дура. Сегодня эта Принцесса доказала ему, что она гораздо изобретательнее, чем о ней думают. Дункан полагал, что, перекрасив волосы, изменив прическу и поставив себе цветные контактные линзы, Джейн Миллер на этом остановится. Увы, он заблуждался.
Он решил поставить себя на ее место. Куда бы он направился, если бы ему удалось вырваться из ненавистного заточения? Глядя на переливающийся огнями город, Дункан напряженно думал, но никакие плодотворные идеи не приходили ему в голову.
Проведя еще пару часов в офисе, Дункан отправился домой, так и не имея реального плана действий.
Во вторник Дункан пришел на работу в семь утра. В восемь появилась Эмма и вывалила ему на стол целую кипу утренних газет.
– Ты уже это видел? – поинтересовалась она. Дункан оторвался от досье, которое завел на Джейн Миллер, и посмотрел на секретаршу.
– Ты об этой певичке? – вяло отреагировал он. – Да, первые полосы я уже прочитал.
Эмма ткнула пальцем в одну из газет, затем в другую, третью…
«ЗВЕЗДА ПОП-МУЗЫКИ ИСЧЕЗЛА!», «ГДЕ ДЖЕЙН МИЛЛЕР?», «ТАИНСТВЕННОЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЕ», «ПОПУЛЯРНАЯ ПЕВИЦА СБЕЖАЛА ИЗ ГОРОДА» – такими были заголовки передовиц утренних газет, причем из всех это были еще самые сдержанные.
– Это ты известил журналистов об исчезновении Джейн? – Эмма посмотрела на него с искренним недоумением.
– Бог с тобой! Я предпочитаю избегать шумихи вокруг дел такого рода, – Дункан вновь стал бесцельно перебирать бумаги, лежавшие на столе.
– В таком случае, кто все это затеял, как ты думаешь?
– Уверен, что это дело на совести Бойда Монро, нашего дражайшего клиента. Думаю, он решил играть на повышение.
– Допустим, но скажи мне, зачем ему потребовалась огласка? Ведь, связавшись с прессой, он тем самым раструбил на весь мир, что курочка, несшая золотые яйца, от него сбежала.
Дункан откинулся на спинку кресла и сцепил руки на затылке.
– Эм, ну сама подумай, кому это выгодно. От этой шумихи выиграет только он сам, поскольку теперь вместо одного блестящего сыщика, которым я несомненно являюсь, каждый, кому не лень, кинется искать Джейн Миллер. А поклонников у нее в Нью-Йорке, сама знаешь, тысячи и тысячи…
– Ты уверен? – недоверчиво спросила Эмма.
– Абсолютно. Я сразу, как только его увидел, понял, что он – хитрый лис. Хотя Бойд Монро и обратился к нам за помощью, но он, как мне кажется, уже тогда подумывал и о том, чтобы подключить прессу. Я уверен – это его проделки. Но, имея дело с Бойдом Монро, надо быть готовыми ко всему. Кто знает, какую игру затеял этот тип. Неужели он так переживает за Джейн и боится, что с ней случится что-нибудь страшное за эти две недели? Вот в это я ни за что не поверю.
– Хорошо, скажи мне, а какие последствия эта газетная шумиха может иметь для нас? – поинтересовалась Эмма.
– Монро, видимо, всех отсылает за информацией в наше агентство. Я уже приказал секретарше ни с кем меня не соединять, потому что идет просто лавина звонков. Себе я заказал пачку аспирина.
– Ты, случайно, не был скаутом в детстве?
Дункан довольно хмыкнул.
– Меня выгнали из отряда, когда мне было двенадцать лет. Мы в очередной раз отправились в поход в лес. Скука была страшная, и я подбил мальчишек сыграть в карты на деньги. Нас засекли, ну и… об остальном сама догадаешься. Все, Эмма, хватит болтать! Пора заняться делом. Найди мне отель, в котором остановилась Харли Джейн Миллер.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?