Книга: Невилл Чемберлен. Джентльмен с зонтиком - Моргана Девлин

Должно отрезвить любителей копаться в теориях заговора. После детального ознакомления с реалиями британского парламентаризма понимаешь, что заговор они способны составить только против своих же оппонентов.

Также можно похвалить Моргану за то, что она всю книгу пытается воздерживаться от резких оценок. Хотя временами проскальзывает явное осуждение оппонентов и коллег Чемберлена. Дэвлин клеймит их "Партией войны", которая мешала доброму дедушке Чемберлену замирить добряка Гитлера.

Отдельное спасибо автору за то, что она всячески нахваливает желание Чемберлена избежать войны любой ценой.

И дальше я расскажу о том, почему меня смутили тезисы из этой биографии.

Больше всего поразила интерпретация событий Мюнхенского сговора.

Как изображает это М.Д: Адольф Гитлер был ужасным диктатором, но явно не хотел мировой войны(1). Его главным стремлением было якобы собрать всех немцев под крышей одного национального государства. И будет это осуществлено военным или дипломатическим путем - ему неважно. И пока большинство политиков в Британии видело в Гитлере врага №1, добрый дедушка был готов мирным путем отдать немцам чужие территории. Якобы это способствует миру. А воевать было не вариант, потому что: Британия и Франция технически не были готовы к войне (2), Были большие сомнения в возможности переброски войск в центральную Европу (3).

Сначала о том, хотел ли Гитлер войны. Еще в конце мая 1938 года он объявил военному руководству Рейха, что вскоре собирается решить проблему с Чехословакией военным путем. К этому ситуацию подвигал аншлюс Австрии. Он позволил бы Гитлеру расширить фронт с самого начала и поставить чехов в крайне невыгодное положение. Военные элиты не просто были в курсе планов Гитлера. Они готовили открытое противодействие тому, что считали безрассудным авантюризмом зарвавшегося ефрейтора. Так зародился "Заговор Остера", в котором принимали участие: командующий военным округом Берлина, полицай-президент Берлина, начальник постдамского гарнизона и другие.

Мы еще вернемся к этой истории. Но пока сделаем вывод: Гитлер войны не просто хотел, он стратегически шел к ней, сначала присоединив Австрию, а затем открыто объявив о намерениях собственным элитам. И начало их сопротивления указывает на то, что сами германские элиты понимали серьезность ситуации и степень идиотизма фюрера. Иначе просто не стали бы готовить мятеж.

Были Франция и Англия готовы к войне на момент судетского кризиса? В книге приводятся вполне убедительные аргументы, почему это правда: кратно меньшее производство современной военной техники; политическая нестабильность внутри держав-союзников; слишком малый размер британского сухопутного корпуса для полноценной поддержки французов.

Однако важно ведь не то, как дело обстояло с техникой на самом деле. Имело значение, как на эту ситуацию смотрели в Германии. Заговор генералов против Гитлера возник в 1938 году как раз на почве опасений, что страна еще не готова к противостоянию с Францией и Великобританией. Не вполне готово было и немецкое общество, которое тоже помнило ужасы ПМВ. Я не говорю о том, что нужно было непременно воевать с 1938 года. Однако можно было использовать и другие тактики, кроме политики умиротворения. Например, попытаться установить контакты с недовольными генералами и оказать им дипломатическую поддержку после свержения Гитлера.

Теперь о том, была ли возможна переброска войск для помощи Чехословакии. Спустя почти 100 лет после этих событий нам известно, что было дальше. Гитлер наплевал на соглашения с союзниками, назвал Чемберлена "жалким червем" и уничтожил государственность уже второй по счету страны в регионе. Далее последовал ультиматум Польше, пакт с СССР и "странная война". Почему же война стала "странной"? Во многом на этот вопрос отвечает сама Моргана: потому что Чемберлен старался лишний раз не злить Гитлера (которому, вообще-то, объявил войну) и ждать нападения на границе с Францией. То есть, проблема никуда не делась, а только усугубилась в результате Мюнхена. Ведь Польша оказалась зажата теперь уже между Рейхом и СССР - двумя гигантами, которым союзникам уже нечего было противопоставить в принципе.

В общем, тезисы о "необходимости Мюнхена" в 1938 году звучат лично для меня неубедительно. Как и бесконечные попытки обелить образ Чемберлена, ведь тот "испытывал физическое отвращение к войне" и "с горечью думал о каждой потерянной жизни". Благими намерениями выстлана дорога в ад. История британского премьера это подтверждает. Единственное преимущество его политики - возможность отодвинуть войну меньше, чем на год. Однако это не спасло ни Норвегию, ни Францию от скорого падения. Правы были как раз сторонники "Партии войны", которые справедливо видели в Гитлере угрозу мировой безопасности.