Текст книги "Никогда не называй меня так"

Глава 11

– Я боюсь остаться одна.

Стоя перед дверью, ведущей наружу, Айрен смотрела в чёрные зрачки Руэри и ничего не могла в них прочитать.

Тот снова навестил её вечером и снова почти не говорил. Он провёл в покоях Айрен пару часов и, едва взошла луна, направился к дверям.

Руэри, уже коснувшийся пальцами двери, замер.

Какое-то время он молчал. Затем повернулся лицом к Айрен и теперь они просто смотрели друг другу в глаза.

Секунды текли бесконечно долго, пока усмешка не надломила губы нового короля.

– Это неправда, – сказал он, но голос его не походил на тот, которым мог бы говорить Верховный Король. – Айрен, ты можешь за себя постоять.

– Здесь кругом твои твари.

– Они не причинят тебе вреда.

Руэри впился пальцами в дверную ручку, чтобы не закричать. Каждым словом Айрен расцарапывала старый шрам.

– Я всё равно боюсь.

Когда Айрен произнесла это в третий раз, Руэри окончательно перестал верить её словам. Если бы Айрен боялась, она никогда бы об этом не сказала – и Руэри это знал.

– Ты должна бояться меня, – Верховный шагнул вперёд, нарушая незримые границы. Но Айрен не отступила. Она продолжала серьёзно смотреть в глаза брату, но когда заговорила, голос её всё же дрогнул:

– Я сделаю для тебя то, что ты просил тогда в тюрьме, Руэри. Я сделаю, что угодно, что бы ты ни попросил. Только не уходи.

Руэри до хруста стиснул кулаки.

– Как далеко ты готова зайти ради Пэйдина и остальных? – он сделал ещё шаг, и теперь его дыхание почти касалось губ Айрен.

– Руэри, прекрати, – Айрен попыталась поймать его ладонь. – Я делаю это не ради них.

– А ради чего? Думаешь, я верну тебе власть?

– За что ты так ненавидишь меня?

– Ты считаешь, у меня нет причин тебя ненавидеть?

Айрен молчала. Она действительно не знала.

Она попыталась найти ответ, но стоило задуматься об этом, как голова закруилась и висок пронзила боль.

– Айрен! – рявкнул Руэри и подхватил её на руки, не давая упасть на пол.

– Наверное, не поправилась до конца… – прошептала та. Она накрыла руку брата, лежавшую у неё на животе, своей ладонью и не торопилась отпускать.

– Древние, это ужасно пошлый ход… – пробормотал Руэри, но, когда их взгляды встретились, Айрен заметила искорки смеха в чёрных глазах.

Она кашлянула, но спорить не стала.

Руэри огляделся по сторонам и, поразмыслив, подхватил Айрен под колени свободной рукой. Взял на руки и отнёс в спальню. Опустил на постель и сам ненадолго присел возле неё, чтобы перевести дух.

Однако, когда он собирался встать, то обнаружил, что рука Айрен крепко держит его запястье.

– Айрен, – Руэри вздохнул.

– Останься со мной. Пожалуйста.

Недавно сказанные слова повисли в воздухе, как непролившаяся роса. «Сделаю то, что ты просил».

Руэри стиснул зубы.

– Руэри… – позвала Айрен и села. Протянула руку, чтобы провести по его щеке, но тот отвёл её в сторону и не позволил прикоснуться к себе.

– Лежи, – сказал он холодно. – Я побуду тут.

Слабая улыбка промелькнула у Айрен на губах.

– Ты больше не злишься на меня?

Руэри ничего не сказал в ответ.

***

Вот уже больше пяти сотен лет прошло с тех пор, как появились Твари.

Случилось это менее чем через год после того, как пал последний из тёмных кланов – клан Чёрного Льда. Долгожданная и невероятная победа принесла кланам Зачарованных Земель славу по всему материку и даже дальше. Торжеству и гордости светлых кланов не было предела.

Однако, только раз успело лето сменить зиму, как на земли, которые защищали Кланы, обрушилась новая напасть.

Первый разрыв раскрылся далеко на севере, и твари, хлынувшие наружу, обратили в мертвецов десятки поселенцев, обитавших вдоль северного побережья материка.

Едва гонцы с севера достигли стен Зала Королей, как Верховный Король собрал Совет. Было принято решение готовиться к новой войне. Лучшие варлоки под знамёнами объединённых кланов двинулись на север, чтобы уничтожить новую напасть, но раньше, чем они добрались до цели, их ушей достигли новые вести – второй разрыв открылся на юге.

Не зная сущности и возможностей врага, варлоки светлых кланов были почти лишены оружия против них.

Много месяцев потребовалось, чтобы сильнейшие отыскали способ закрыть разрыв. Множество воинов пало от рук тварей, прежде чем научились осенять священными рунами магические клинки.

Методы, к которым привыкли воины кланов, не действовали против той силы, которая рвалась в мир с «другой стороны».

Трижды начиналась и заканчивалась война, прежде чем Логрейн – величайший из варлоков клана Золотого Рассвета – отыскал способ защитится от тварей раз и навсегда. Он изобрёл магический ритуал, который позволял соорудить новую Завесу вокруг разрыва. Разрывы продолжали появляться один за другим, но до тех пор, пока Разрыв окружала рукотворная Завеса, демоны и духи не могли распространяться вокруг него и убивать людей. Рано или поздно кто-то из варлоков приходил и запечатывал разрыв. Однако, чем больше проходило времени, тем яснее становилось, что варлоков меньше, чем разрывов, и им попросту не успеть всюду. Тогда-то Логрейн по решению Совета и предпринял последнюю попытку остановить распространение заразы – он воздвиг Завесный Круг. Созданная им Завеса окружила Бессмертный город и посевные поля вокруг – Зачарованные Земли. Остальная часть материка погрузилась в хаос и получила название Тёмных Земель.

Варлоки всё ещё предпринимали попытки очистить Тёмные Земли. Однако за все пять сотен лет о тварях и причинах появления разрывов удалось узнать не так уж много.

Вялые попытки отдельных искателей, проводивших исследования в этой области, не нашли поддержки у Совета Королей. Совет считал необходимым исследовать только то, что касалось боевых свойств завесных демонов и могло принести пользу в борьбе против них.

Со временем те крохи знаний, которые можно было отыскать в некоторых книгах, были объявлены запретным учением тьмы.

Всё, что знал о тварях варлок, который выходил против них – это то, что соприкасаться с тварью нельзя. Любое прикосновение твари может заморозить кровь. Убить тварь можно лишь рунным клинком и некоторыми заклятиями из арсенала боевой магии света. У каждого клана эти заклятия были свои и со временем их, как и другие тайные знания, стали тщательно оберегать.

Просьба, с которой обратилась к Руэри Айрен – посвятить её в тайны владения клинком Клана Снежных Псов – могла считаться очень личной, и не было ничего удивительного в том, что Руэри мог и должен был отказать.

Впрочем, кроме того, чему учили наставники, ходили о тварях и другие слухи, передававшиеся из уст в уста. Некоторые твари представляли собой лишь сгустки силы, обладавшие агрессивной волей, желанием уничтожать. Другие имели лица, но не имели глаз и рта. Если же у них были глаза, то их заволакивало белое бельмо. Но даже несмотря на это некоторые твари весьма походили на людей.

Как та, которую Руэри увидел на площади, когда Разрыв открылся в Бессмертном городе. Как та, которая смутно напомнила ему отца.

С тех пор, как Руэри попал в дом Белого Пламени, Айрен оказалась единственным человеком, который говорил с ним и которому он мог доверять. Хоть чуточку, но всё-таки мог. Потому что с самого начала и он, и другие воспитанники клана ощущали, насколько разнятся между собой.

Пэйдину по крайней мере хватало смелости говорить об этом в глаза, но Руэри чувствовал, как многие другие переглядываются у него за спиной. Какими бы ни были договорённости родителей, для них он оставался заложником, чужаком.

Только Айрен было всё равно. И всё же Руэри остро чувствовал, насколько они с Айрен отличаются друг от друга.

Юная наследница дома Белого Пламени никогда в жизни не испытывала потерь. Несмотря на то, что мать её утратила статус любимой жены, отец по-прежнему ей благоволил. Айрен была его величайшей ценностью, и стоило наследнице оступиться, как десяток дружинников тут же бросались ей на помощь.

Рядом с ней Руэри чувствовал себя лишним. Бесполезным. Он ничего не мог ей дать и понятия не имел, почему Айрен проводит с ним время.

«Очередной каприз», – с горечью думал он.

Руэри не оставляла мысль, что Айрен исчезнет, как только дело дойдёт до серьёзных проблем. До тех пор, пока не раскрылся тот самый Разлом.

Руэри думал, что Айрен сбежит – но она не ушла. Она приняла бой, а когда одна из тварей полоснула Руэри мечом, подхватила его на руки и потратила немало сил, чтобы влить в него жизнь, смягчить смертельный озноб. Если бы не она – варлоки из дома Белого Пламени ничем не успели бы помочь.

Но даже Айрен Руэри не мог рассказать о том, кто именно нанёс этот удар. Почему он, воин из дома Снежных Псов, замешкался и позволил вражескому клинку войти в свою плоть.

Он видел лицо того, кому не было иного имени среди варлоков, кроме слова «тварь», но видел не демона. Это был его отец.

Сидя в одиночестве в своих покоях в усадьбе Белого Пламени, он не мог отделаться от чувства, что отец наблюдает за ним. Но если раньше Руэри мечтал, чтобы тот приехал его навестить, то теперь испытывал страх.

Руэри не понимал.

Письма от отца приходили каждую неделю. Их приносили серые ястребы с чёрными отметинами на спине – эта порода не слушалась никого, кроме варлоков из дома Серых Псов.

Но вот уже девятый день письма не было, и до сих пор Руэри не придавал этому значения. Теперь же он не знал, что делать и чего ждать.

«Всё равно…» – думал он. «Если с ним что-то случилось… Твари же здесь не при чём. Он не мог… стать одним из них? Или мог?»

– Айрен, что такое эти твари? – спросил он в ту ночь, сжимая горячую руку названной сестры.

Руэри сам не знал, как отважился попросить её остаться. В то мгновение до предела натянутая струна порвалась внутри, и он побоялся, что расплачется, не дождавшись, когда дверь захлопнется у Айрен за спиной.

Он долго молчал, не позволяя дрожи в голосе выдать страх, и только когда солнце совсем опустилось за горизонт, а Айрен всё ещё продолжала сидеть возле него, Руэри решился заговорить.

Айрен помолчала. Если она и знала что-то, то, видимо, не хотела об этом говорить. И Руэри хотел уже было сказать, чтобы она не отвечала, когда Айрен внезапно произнесла:

– О чём ты думаешь, Руэри? Мог ли это быть двойник того, кого ты знал?.. Или могла ли та тварь быть им самим?

Руэри долго молчал. Потом вздохнул.

– Я не знаю, – признался он. – И даже не знаю, хотел бы я, чтобы это был он… или нет.

Глава 12

Остаток осени Руэри не давали покоя воспоминания о том разрыве. Он расспрашивал учителей и копался в библиотеке в попытках выяснить хоть что-нибудь о завесных тварях, но всё, что узнал – это некоторые руны и заклинания, чтобы уничтожать духов из разломов эффективней и быстрей.

Учителя кричали на него, едва он пытался завести об этом разговор. А в книгах повторялось одно и то же. Но Руэри с рождения был очень упрям.

Отец больше не писал.

Руэри не находил покоя. Всё сильнее он разочаровывался в наставниках, которые требовали от него бесконечных медитаций, но ничего не могли дать взамен. Обучение у прославленного магистра Конлаэда ничуть не продвинуло его на пути управления силой, и всё чаще он пропускал занятия, предпочитая потратить время на изучение свитков в библиотеке.

Чем сильнее становилось пренебрежение Руэри, тем сильнее презирал его Конлаэд. Чем более свысока смотрел на него мастер, тем меньше Руэри его уважал.

Так случилось не только с прославленным магистром, который должен был обучать его управлению ветрами, но и с другими учителями.

Руэри по-прежнему ни с кем не ладил. И когда в месяц первого снега весь двор князя Лонана гудел от новостей о приближении праздника Середины Зимы, Руэри оставался от общего веселья в стороне.

Руэри, но не Айрен.

Она отыскала брата, сидевшего в полумраке библиотеки за изучением очередной полузапретной книги, и отобрала фолиант.

– Руэри, время сделать перерыв.

Тот поднял на неё усталый взгляд. Под глазами у Снежного Пса залегли тёмные круги. Он истощился и побледнел, но упорно продолжал поиски.

– Зачем?

– Два дня до ночи Звезды. Ты уже подобрал костюм? Приготовил для меня подарок?

– По… – Руэри покраснел и замолчал. Ему в голову не пришло, что Айрен ждёт подарка. Хотя это было правильно. Весь прошедший год они провели вдвоём, Айрен поддерживала его, когда Руэри только попал в дом, когда был ранен, когда его преследовали приступы тоски. Айрен всегда была рядом, и Руэри по-настоящему это ценил.

А ещё Айрен была красива… И эта неземная красота неожиданно отдаляла её от Руэри.

Он сам не понимал своих чувств, но его преследовало ощущение, что дружба – совсем не то, к чему он стремился, если речь шла об Айрен. Руэри хотел носить её на руках, хотел поставить на пьедестал и возносить молитвы по утрам. Он хотел, чтобы Айрен была солнцем, которое озаряло бы каждый его день.

И теперь, когда это солнце ворвалось в сумрак библиотечного зала, тьма, поселившаяся в сердце Руэри, расступилась, и он заставил себя улыбнуться.

– Конечно, приготовил, – соврал он.

Денег у Руэри было немного. Взрослые варлоки получали жалование и выполняли поручения главы клана, или же сами собирали пожертвования за выполненную работу с тех, кому брались помогать. Но Руэри не имел никакого авторитета в глазах Лонана, и тот не стал бы поручать ему работу. Князь редко справлялся об успехах приёмного сына, и то немногое, что доходило до его ушей, лишь убеждало его в том, что из Руэри не выйдет никакого толка. Если бы даже Руэри уже пересёк пору совершеннолетия и выковал собственный магический амулет, вряд ли ему стоило ожидать каких-то денег из клановой казны.

В клане ему давали еду и воду, простую одежду, в какой ходили ученики… Но от глаз Руэри не ускользало, что Айрен и другие любимые ученики имеют гораздо больше всего. Наследница почти не надевала ученическую тунику, а если и носила, то поверх неё всегда лежало шёлковое одеяние нежно-голубого цвета. Она любила драгоценные пояса из разноцветных камней. Волосы её частенько украшали белые гребни с бирюзой разных оттенков.

Всё это заставляло Руэри любоваться сестрой и немного смущало, но никогда не вызывало зависти. До этого дня.

Руэри думал о своей одежде всего раз – в начале осени, когда рубаха, в которой он приехал в дом Белого Пламени, порвалась. Это была белая рубаха, в которой он покинул отцовский дом. Отец и другие варлоки дома Снежных Псов носили поверх таких алые одеяния – так они показывали, что не боятся быть замеченными на снегу и всегда готовы принять бой. Ученическое же одеяние, которое дали Руэри здесь, было украшено вышивкой с изображением серебряного пламени в золотом кольце.

Руэри не хотел надевать на себя этот знак. Что бы не говорил князь Лонан, он не считал себя его сыном и сыном дома Белого Пламени.

Тогда он единственный раз решил рискнуть и пошёл в город искать работу. Руэри был строен, и хотя привык тренироваться с мечом, физическая работа на базаре была совсем не тем, на что он рассчитывал. Потому он впервые в жизни вошёл в гильдию бродячих варлоков и взялся за самое лёгкое из поручений, которые были на доске заказов – отыскать в Тёмных Землях сбежавшего кота.

Задание оказалось куда более муторным, чем можно было ожидать. Хотя место, где потерялся кот, было указано заказчиком достаточно точно, кошак носился как угорелый и отпрыгивал каждый раз, когда Руэри почти удавалось его поймать.

К счастью, исцарапанный, но гордый своей победой, уже к вечеру Руэри вернулся в город и первым делом отправился к портному. Рубаха, которую он купил, была красной. На ней не было вообще никаких гербовых знаков, и уже позже Руэри сам вышил по её краю защитные руны.

Сейчас, глядя на улыбающееся лицо Айрен, Руэри оставался серьёзен и думал больше не о том, какой выбрать костюм, а о том, где взять денег на подарок. Он уже знал, куда идти, но боялся, что не успеет за два дня.

– Только может быть, я подарю его тебе утром. Всё равно не собираюсь идти на торжество.

– Это ещё почему?

Руэри не хотел объяснять. Местные обряды и этикет давили на него. Всё здесь было не так, как он привык и как хотел.

– Я не умею танцевать, – буркнул он и тут же пожалел о собственных словах.

Глаза Айрен загорелись.

– А ну-ка, пошли!

– Айрен! Я пошутил!

– Хватит стесняться!

Айрен выволокла его в холл библиотеки. Руэри оставалось лишь радоваться, что в этом просторном мраморном зале больше никого нет.

Осторожная рука Айрен с длинными красивыми пальцами опустилась ему на плечо. Другая легла на локоть и Руэри замер, поражённый идеальной правильностью её кисти.

– Руэри! – окликнула его Айрен. – Давай же, повторяй за мной.

– Что толку, что я буду повторять за тобой? Мне же мужскую, а не женскую партию придётся танцевать!

– Точно… – Айрен на некоторое время задумалась, а потом решила: – Ладно, тогда ты начинай, а я буду повторять за тобой.

– Я не знаю, что начинать.

Айрен вздохнула и выпустила его из рук. Сделала несколько шагов.

– Запомнил? А теперь так же, но со мной в паре.

Руэри запомнил и на сей раз повторил.

Мягкое и горячее тело Айрен прогибалось в его руках.

За окнами падал снег, и между свинцовых туч едва заметно белел серебристый диск луны.

В холле библиотеки было тепло. Никто так и не вошёл. До поздней ночи они кружились между белых мраморных колонн, пока Айрен не выдохлась и не разрешила ему идти домой.

– Продолжим завтра. По-моему, ты хороший ученик, – улыбка озарила её лицо.

Руэри проводил Айрен в её покои, но к себе так и не пошёл. Обещание наследницы не сбылось, потому что они не увиделись ни на следующий день, ни в ночь восхождения Звезды.

Руэри направился в город. Он знал, что хотел бы купить для сестры. И знал, что этот подарок весьма не дёшев. Он долго изучал заказы на доске объявлении, пока не пришёл к выводу, что ему не подходит ни один.

В конце концов Руэри вошёл в здание Гильдии и обратился к мастеру, чтобы тот помог найти работу, которая принесёт пять сотен монет.

Мастер хмурился и недоверчиво смотрел на него.

– Ты уже сталкивался с тварями? – спросил он.

– Да. Я – последний Повелитель Вихрей из дома Снежных Псов.

Взгляд мастера оставался всё так же хмур. Руэри видел, что тот не верит его словам, но он не собирался убеждать. Так никогда не стал бы делать отец.

– Больно молод ты для Повелителя Вихрей, – буркнул тот. – Но дело твоё, если хочешь умереть.

Мастер перегнулся через стол, за которым сидел, и начал рассказ.

***

Когда воины с клинками, покрытыми изморозью, ворвались в Зал Королей, Айрен не сопротивлялась. Просто стояла и не могла поверить своим глазам.

«Руэри…» – имя брата увязло на языке.

Руэри, который умер у неё на глазах, стоял перед ней. Белый, как завесная тварь. С чёрными, как угли, глазами, в которых не было белков.

«Руэри…»

Если бы Айрен и захотела, она не смогла бы нанести удар. Любому, только не ему.

А Руэри, казалось, вовсе её не узнавал.

Их было трое – тварей, пришедших с другой стороны. Руэри шёл первым. Ещё двое – по правое и левое плечо от него.

Их клинки взлетали со смертоносной скоростью.

У Руэри не было клинка. Он просто стоял, не оглядываясь на двух других. Просто смотрел ей в глаза.

Когда же Айрен решилась шевельнуться и потянулась к клинку, рука Отступника взметнулась вверх. Смертельный холод охватил тело королевы, и Айрен рухнула на пол, парализованная волей врага.

Она видела всё. Как её привязали к коню. Как тащили в тюрьму. Она потеряла сознание только когда оказалась в темноте.

И всё то время, пока она лежала связанная, и потом, когда явились стражи и приковали её к стене, Айрен пыталась уложить в голове то, что произошло.

***

Руэри лежал на кровати возле неё.

Айрен проснулась, когда луна стояла высоко в небе, озаряя матовым светом золотистую листву в саду.

Во сне она так и не выпустила руки брата – а Руэри не выпустил её.

Он задремал, склонившись над телом пленницы, и теперь Айрен осторожно уложила его на постель возле себя, стараясь не разбудить.

Долго смотрела в лицо отступника – немного более живое, чем тогда в тюрьме.

Рука скользила над щекой спящего.

– Что же с тобой произошло? – прошептала она.

Айрен хотелось обнять Руэри, прогнать тот холод, что исходил от него, своим теплом. Но она лишь замерла в темноте, на боку, поддерживая висок одной рукой, но так и не решилась прикоснуться к королю.

Глава 13

Поручение смотрителя гильдии не выглядело особенно сложным. В трёх часах езды от города находились руины – крепость, разрушенная одной из междоусобных войн шесть сотен лет назад.

Никто толком и не помнил, когда в этих руинах открылся разрыв, потому как честные люди много десятков лет обходили это место стороной.

И вот теперь глава одной состоятельной купеческой семьи поставил себе задачу отыскать реликвию, потеряную, по всей видимости, в этой крепости ещё тогда, шесть сотен лет назад, и доказать своё родство с кланом Серебряных Вод. Само собой, будучи купеческой семьёй, дом Золотого Руна не имел собственных варлоков, а те немногие, кто соглашался служить смертному дому, очевидно не обладали достаточными навыками или смелостью, чтобы сунуться в это место.

Руэри ни капли не смущал тот факт, что руины обходят стороной взрослые варлоки, находящиеся на службе у какого-то там купца. По его мнению, никто из имевших доступ к настоящему искусству никогда не пошёл бы на подобную службу. А значит, несмотря на возраст, он имел перед ними неоспоримое преимущество – потому что был последним варлоком дома Снежных Псов.

Зимой «Тёмные земли» не так уж отличались от Бессмертного города. Шёл густой снег, который к вечеру грозил превратиться в настоящую метель. Редкие деревья, видневшиеся вдалеке, были лишены листвы. В сумраке маячили двускатные крыши деревенских домов.

В то время, как тут и там в любую минуту могли открыться разрывы, жизнь продолжалась. Далеко не всем хватило места в пределах занавеса, окружившего зачарованные земли. И хотя здесь, в отличие от Бессмертного города, в любой момент можно было встретить завесную тварь, обычный деревенский быт шёл своим чередом. Слышались звуки музыки из придорожного трактира, и Руэри замедлил ход, раздумывая, стоит ли войти и перекусить.

У него оставалось несколько монет и немного еды, но он куда больше хотел согреться, чем есть.

Руэри постоял какое-то время, издалека наблюдая за входом в таверну, а затем решительно отвернулся и двинулся дальше в направлении заброшенной крепости. Ему нужно было вернуться раньше, чем начнётся ночь Звезды.

Он обошёл деревню по краю, стараясь скрываться в тени и никому не попадаться на глаза. Руэри не знал, как встретят варлока из Зачарованных земель здесь, в месте, которое варлоки оставили на съедение тварям. Он не знал и кому принадлежат эти земли. Они походили на те, в которых он жил со своей семьёй – и в то же время разительно от них отличались.

Замки бессмертных кланов часто располагались за пределами Занавеса, потому что внутри на всех не хватило бы земель и еды. Руэри не знал, как управляются со своими владениями остальные кланы, а клан Снежных Псов три раза в день рассылал по окрестным территориям патрули. Все, кто мог держать оружие, участвовали в них – и Руэри не был исключением.

Такой подход обеспечивал крестьянам пусть не абсолютную, но всё же безопасность. Разрывы удавалось вовремя заметить и изолировать, чтобы затем варлоки из дружины отца могли от них избавиться.

В землях Снежных Псов зимой было ещё холодней, чем здесь. И всё же Руэри казалось, что ночи там, на севере, не были так мрачны.

Кому принадлежат эти земли он понял уже на выходе из деревни и тут же увидел первого завесного демона.

Деревня, судя по знаку на деревянной табличке, принадлежала клану Золотого Рассвета. А тварь, лишённая человеческого тела, парила в воздухе бесцельными кругами.

Некоторое время Руэри наблюдал за ней, размышляя, что делать. Тварь не проявляла враждебности. В то же время Руэри не знал, что будет, если рядом появится кто-то из обитателей деревни – не накинется ли она на него.

Среди тех видов тварей, с которыми он уже сталкивался, этот был наиболее неприятный для него. Твари, обладавшие физическими телами, легко поддавались ударам рунного меча. Но подобные духи не только были быстрыми, но и легко пропускали сквозь себя материальное оружие. Куда легче было справиться с ними при помощи магии, которая Руэри по-прежнему толком не поддавалась. Он владел заклятьями, которые могли усилить его оружие, заговорами, которые укрепляли его собственное тело… Но дар отца по-прежнему в нём не раскрылся, и атакующая магия дома Белого Пламени тоже оставалась ему недоступна.

Поразмыслив, Руэри в конце концов решил, что это дело его не касается, и, перемахнув через забор, окружным путём двинулся дальше в ту сторону, где на вершине холма темнел силуэт разрушенной крепости.

Добравшись до каменной арки, некогда служившей воротами, он ненадолго замедлил ход. Какие бы катаклизмы не произошли здесь в последние шесть сотен лет, то теперь крепость оказалась наполовину погребена под землёй. Вход вёл в тёмное нутро холма, и Руэри видел, что по другую сторону мраморный пол полого опускается дальше вниз.

Клановый знак, вырезанный на камне над аркой, давно истёрся, так что разобрать, что на нём изображено, не представлялось возможным.

Руэри чувствовал, как что-то почти физически мешает ему войти внутри. Он начинал злиться на себя. Варлок напомнил себе, зачем пришёл, и, вынув клинок из ножен, решительно шагнул вперёд.

В коридорах крепости царила кромешная тьма. Где-то далеко внизу слышалось лёгкое перезвякивание металла и сухие смешки.

Холодок пробежал у Руэри по спине. Кто-то освоил крепость или это твари переговариваются между собой? Руэри не знал.

– Тхас, – скомандовал Руэри, и клинок замерцал слабым морозным светом. Его едва хватало, чтобы различить, что делается в двух шагах впереди, и всё же это было лучше, чем ничего.

Руэри осторожно двинулся вниз, приготовившись в любое мгновение нанести удар.

Не успел Руэри сделать и десятка шагов, как едва не полетел кувырком – что-то большое и твёрдое преградило путь. Лишь присев на корточки и опустив меч, он сумел разглядеть что это, и невольно закусил губу.

Перед ним лежала мёртвая девушка, одетая в латные доспехи клана Стальной Крови.

Клан Стальной Крови был единственным из кланов Круга Пяти, члены которого отбирались не по кровному родству. В Клан Стальной Крови мог вступить каждый, кто был готов принести клятву верности на мече, а хватало у него способностей, чтобы выжить, существуя по законам клана или нет – зависело только от него.

Однако у девушки, которая лежала перед Руэри, судя по чёрному знаку на потускневшей нагрудной пластине, не только хватило способностей, чтобы закончить обучение. Она входила в дружину князя Дорана – главы клана Стальной Крови. «Конечно, до того, как умерла», – поправил Руэри себя.

Он мгновенно вспомнил существо, до ужаса походившее на его отца, и по спине пробежал холодок.

Руэри невольно отодвинулся назад, опасаясь, что девушка шевельнётся и набросится на него – но нет. Она продолжала лежать неподвижно, и, осмелев, Руэри потянул за серебряную цепочку, обхватившую её шею, и выудил из-под нагрудника амулет.

Однако стоило вещице оказаться у него в руках, как Руэри боковым зрением заметил какое-то движение.

Удерживая цепочку одной рукой, другой он машинально рубанул в том направлении, откуда исходила угроза, и мертвенно бледная завесная тварь обрушилась к его ногам, рассечённая пополам.

Руэри нахмурился.

Воины Стальной Крови не отличались знатностью, но все, получившие амулет этого клана, безусловно были опытными наёмниками. Трудно было представить, что девушка пала от руки твари, которую одним ударом одолел неофит.

Внизу, в глубине руин, должно было таиться что-то ещё.

Руэри быстро оглянулся назад на вход. Однако, он не мог позволить себе отступить.

Снова посмотрел на девушку. Её открытые глаза много дней глядели в потолок, и Руэри поспешил их закрыть. Будь на его месте кто-то более искусный в магическом ремесле, он мог бы попытаться разглядеть события последних минут её жизни в зрачках. Но Руэри пока ещё ничего не знал о таком колдовстве.

Решив не тратить более времени на сомнения, он снова двинулся вперёд.

Ещё дважды Руэри атаковали такие же обезумевшие, лишённые лиц существа.

Оба раза он выходил победителем из короткой схватки.

Коридоры всё тянулись и тянулись, сменяясь сторожевыми комнатами. Постепенно они спускались вниз. Случалось, залы оказывались достаточно большими, чтобы Руэри удавалось обойти обитавших там тварей стороной. В других местах приходилось давать бой.

Он порядком устал, замёрз и окончательно проголодался, когда оказался в круглом зале, в центре которого парили двое призраков.

Руэри опасался вступать в бой сразу с двумя, тем более с двумя устойчивыми к атакам его меча.

Он выбрал укромное место, устроился в углу. Достал из рюкзака булку и надкусил. Потом, не прекращая жевать, достал из-за пазухи карту и принялся изучать.

Комната, которую он искал, располагалась несколько в стороне от основного пути. По дороге Руэри заметил, что некоторые ответвления преграждают завалы, но он надеялся, что ему повезёт и верный путь окажется свободен.

Так или иначе пробраться к нужному повороту можно было только через эту круглую залу.

Руэри спрятал карту и, издалека разглядывая призраков, принялся вспоминать, есть ли в его арсенале какие-то приёмы, которые могли бы позволить миновать опасное место.

За время своей работы в библиотеке Руэри выучил некоторые заклятия других магических школ. Все они были не слишком сильными – иначе кланы, разработавшие их, не позволили бы свиткам храниться в чужой библиотеке. Однако, хуже было то, что до сих пор в руках Руэри не сработало ни одно. Он сидел и смотрел на свои пальцы – такие же длинные и мозолистые, как у отца, однако по какой-то причине совсем не способные к магии. Он злился и ненавидел себя за беспомощность. Руэри не боялся выйти против любого из магистров с мечом в руках, но он слишком хорошо понимал, что этим двум призракам абсолютно безразлично, насколько ловко он обращается с клинком. Их эфемерные тела попросту расступятся под ударами лезвия, чтобы затем вернуться в исходное состояние и атаковать в ответ.

Кроме того, Руэри знал, что, хотя эти твари не имеют тел и настоящих рук, прикосновения их вызывают онемение. Он подумывал о том, чтобы просто ворваться в зал и пробежать мимо – но понимал, что стоит одной из тварей хотя бы зацепить его краем призрачного одеяния, и дальше он не сделает и шага.

Наконец, глубоко вздохнув, Руэри решился испробовать одно заклинание, которому пыталась учить его Айрен.

Поднявшись на ноги, он спрятал в ножны потухший клинок. Размял пальцы и решительно шагнул вперёд.