Читать книгу "Его новое Начало. Она согреет его сердце… она протянет ему руки"

Глава третья «Его инакомыслие»

Лучи фар уловили нечто блестящее спустя часа осмотрительной езды. Ильяс постепенно приближался. Видно, что это был плакат и он догадывался какой именно. Он был ему знаком еще из детства, когда они с отцом также проезжали здесь в каждые предновогодние дни. Прочитав надпись на ней сквозь пелену снега, он окончательно убедился в своих догадках и его это развеселило. Потому что для этого занятия ему подойдет любое время суток. Рядом с плакатом был поворот на грунтовую дорогу, которая сейчас превратилась в снежную. Он свернул на неё и снизил скорость. Фары показали ему свежие следы шин на ней. «Значит кто-то уже там есть.» – подумал Ильяс уезжая все дальше от трассы. Машина уверенно проходила сквозь малые сугробы. Спешить было некуда. Висящую на зеркале елочку раскачивало в разные стороны. Ильяс ощущал волнение машины. Так он проехал пару километров пока впереди не по виднелся свет, манящий к себе словно маяк. Вот и прибыл он на место которое замерло в своем времени. Что и пятнадцать лет назад что сейчас внешне оно почти не изменилось. Разве что название теперь светит синим неоном. То самое круглосуточное придорожное кафе «60 секунд счастья». Был виден свет сквозь деревянные окна. Ильяс припарковался рядом с фурой. «Самое время перекусить» – полез он за сумкой с едой на заднем сиденье.

Входная дверь перед ним отворилась. На бетонном полу остались его следы от ботинок. И оказался он снова здесь. И первое на него набросилась та самая теплота, в которой хочется уснуть. Уютное для него место. Старое, но в некоторой степени родное. Ильяс огляделся по сторонам и заметил тот самый столик, за которым они с отцом часто сидели. Он как раз пустовал. Двое дальнобойщиков посмотрели в сторону мальчишки и кивками поприветствовали его. Они сидели за двумя столиками от него и бурно о чем-то говорили. Местами хохоча и местами поедая горячий суп что согревал их измотанные в рейсах души. Они сами выбрали столь нелегкий путь, но они находили поводы для смеха и улыбок. Ильяс уселся поудобнее и принялся доставать приготовленную еду. Распахнулась дверь кухни и к нему неспешно подошел официант. Мальчишка попросил у него только одну тарелку на которую можно было сложить бутерброды. На обратном пути к нему официант включил радио стоящее на прилавке. Тишину развеяли песни прошлого века. Здешний владелец кафе совсем не следит за музыкальными трендами. За самым дальним столиком сидел еще кто-то. Тот, кто также заметил мальчишку у входа. Он сидел спиной ко всем остальным и с наслаждением ел гречку с котлетой, и попутная запивая свежим квасом. Рядом с его тарелкой лежала целиком исписанная тетрадь, в которую он умудрялся добавлять еще какие-то записи. Вся его правая рука была запятнана высохшими чернилами, но он писал и писал, убирая свои длинные растрепанные пакли что постоянно лезли в глаза. Ильяс же с аппетитом уминал бутерброды с горячим чаем. Это кафе служило ему своего рода первым ориентиром на маршруте. Это говорило о том, что первая четверть пути пройдена. Также это значило для него что еще не поздно вернуться. Потому что дальше искушение развернуться назад будет расти все сильнее. Но нужно ехать дальше. Он ожидает что это путешествие принесет ему эмоциональную встряску, которая может помочь. От которой позже может стать легче. И оно послужит к новому началу. Ведь не только слова Алема повлияли на него. Но и свои же убеждения, которые витали все время в его голове и которые он также тщательно скрывал. Усердное само копание в самом себе в конечном счете принесло свои плоды. Ильяс как никто другой знал, что делать с этой ситуацией и в то же время окутывала новая тревога перед неизвестностью в дальнейшем. У него зародились свои причины делать то что он сейчас делает и то чего он еще не сделал. Затворничество пустило его жизнь в рефлексию. Теперь же это стало его неотъемлемой привычкой. «Вот они последствия разрыва. Вот они последствия доверия и любви.» – понимал он прекрасно. Вот чем теперь забивается его голова даже когда он проводит простое чаепитие. И именно за этим он вырвался из города. Избавиться от всего этого. Или по крайней мере бросить на это все свои силы. Это его проверка на выдержку. Сможет ли он одолеть самого злейшего врага. Сможет ли он одолеть себя. Либо он вернется домой другим человеком, либо его мысли возьмут над ним верх, и он останется их пленником навсегда. Это его последний шанс. Потому что больше противиться им он не сможет… Ильяс так сильно ушел в свои думы что не заметил, как двое веселых дальнобойщиков расплатились за еду и покинули кафе. Только хлопок входной двери вернул его в реальность. Их фура завелась и поехали они дальше продолжать свою историю. А бутерброды на тарелке уже были съедены и чай давно остыл. Прошло только полчаса. Очень незаметно. Пришла пора ехать дальше. На сытый желудок это в разы приятнее. Ильяс положил термос в сумку и поднялся с места. Неспешно подошел ко входной двери и еще раз осмотрел кафе. «60 секунд счастья… рад был снова оказаться здесь.» – улыбнулся он. «Мгновение добра.»

– Парень. – окликнул его голос, когда он уже собирался вот-вот выйти.

Ильяс обернулся. Некто кто сидящий за дальним столиком неспешно поднялся и повернулся к нему. Деньги за еду уже лежали на столе. Тетрадь была положена в небольшой рюкзак. Некто побрел в сторону Ильяса. Это был мужчина слегка усталого вида. Неопрятные густые волосы все равно торчали из-под шапки. Большие глаза, под которыми не менее большие мешки. Смуглое вытянутое лицо с легкой щетиной. Ильяс сразу подметил его медленный шаг вместе с немного вальяжной походкой. Наконец он уже подошел достаточно близко.

– Вы что-то хотели?

– Да… мне нужна твоя помощь.

– В чем?

– Видишь ли за мной должны были приехать, но из-за метели дороги перекрывают. Поэтому они остались. Мне бы добраться до соседнего поселка, который в сорока пяти километров от нас.

– Это который Чудный?

– Да.

– Это большой крюк для меня. Потом нужно возвращаться. Мне совсем в другую сторону.

– Я понимаю, но к утру мне нужно быть там. Я заплачу вдвое больше если нужно.

– Почему вы не поговорили с теми дальнобойщиками?

Некто улыбнулся.

– Потому что у них свой путь.

– Так и у меня тоже.

– Верно и твой сейчас важнее. Именно поэтому я прошу тебя.

– Не понял? О чем вы?

Некто добро рассмеялся.

– Расскажу по пути. – направился он к выходу.

– Я никуда вас не повезу.

– Подумай еще раз. Может это то что тебе сейчас нужно. Нежданное приключение. Оно определенно к чему-то приведет. К тому же тебе наверняка знакомо то что каждая встреча не случайна. Разве нет?

– Может быть.

– И я так считаю. Не смотри так на меня осуждающе. Я не пьян. То был всего лишь квас.

Ильяса это немного рассмешило.

– Но мне все равно не по пути с вами.

– Путь – переменчив. Ты всегда можешь вернуться на старую дорогу и не замечать остальных перекрестков. И ты так и не узнаешь, что же могло ожидать тебя за тем поворотом. Сделай выбор пока не стало совсем поздно.

Ильяс задумался над его словами. Он уловил в них иной смысл подходящий к его ситуации. Некто продолжал смотреть на мальчишку с полуулыбкой. Ожидал от него того самого ответа, который начнет те самые обстоятельства что поменяют его жизнь. Но Ильяс пока еще этого не знал. Он не мог объяснить себе причину, по которой этот незнакомец вызывал у него доверие. Было что-то такое в его поведении и манере речи. Что-то неприметное, но цепляющее. Прошла минута раздумий.

– Я согласен.

Некто сделал шаг в сторону и указал на дверь.

– После тебя. – добро он улыбнулся.

«60 секунд счастья» скрылось за буйной метелью. Дорогу укрыло снежным одеялом. Ехали они почти вслепую без всяких указательных знаков. Некто неотрывно смотрел в окно. О чем-то размышлял. В руке была та самая исписанная тетрадь, вытащенная из рюкзака. В правой руке была ручка которую он временами вращал. Ильяс включил свет в салоне дабы тому было легче писать. Некто все время тяжело дышал и Ильясу казалось, что он вот-вот заснет. Но пробыв в раздумьях пару минут он возвращался к чистому листу и что-то записывал. Затем снова возвращал свой взгляд в окно. Что-то в этой темноте его манило. Загадочное и притягательное. Что-то в этой метели он находил прекрасное. То, что подталкивало его мысли в нужное русло. Он привык наблюдать за природой. Будь то солнечный день или властная гроза проливающая кристальный дождь. Слушать дыхание ветра и молчание холодного снега. Иногда ему хотелось воплотиться в свободную птицу и взмыть к небесам. Неспешно парить и любоваться красотами мира. Отбросить накопленными годами привычки о размышлении всего и вся. Всю ответственность сбросить с высоты и забыться в облаках. Эта темень за окном сильно схожа с его темнотой в голове в которой рождались различные действия и картины со всякими людьми и существами взаимодействующие друг с другом. Эти фантазии после переносились на его страницы, количество которых все возрастало. Сумев перенаправить независимое время на свою сторону, он писал и писал, забыв о начале и конечной цели. Растворяясь в этом процессе что временами отражалось для него негативными последствиями. Желая все чаще и чаще находиться в своих мыслях скрытыми за розовыми очками, он переставал ощущать реальность что конечно не сулило хорошему. Напротив, его спасение в чернилах его же и губило. Это понимание пришло к нему еще в самом начале первой книги на первых её главах. Это обмен жизнями. Свою на воображаемую. Это еще и риск. Потому что воображение всегда останется лишь его вымыслом. А реальная жизнь каждодневно уходит безвозмездно. Ты рискуешь остаться тенью своих вымыслов. Или хуже того когда и твои мысли растворяются в волне времени и никому не остаются важны. Это и была вотчиной незнакомца. То, что его временами тяготило. Но он не шел назад. Мысли, пожалуй, единственное что в нем регенерировало. Когда вместо одной книги наберется целая коллекция тогда и само развеяться это пустое волнение. Незнакомец прекрасно это понимал и этим же утешался. «Вот бы узнать, о чем он думает.» – не мог Ильяс подолгу скрывать свой интерес. Ему он показался весьма своеобразным человеком. Они около получаса ехали в такой тишине. Пора бы прервать её.

– Что вы пишите?

– Я уж думал, что не спросишь. – посмотрел он на любопытного мальчишку. – Удержанные моменты своей реальности.

– Что?

– Наброски одой истории. Глядишь что и получиться.

– Что за история?

– Да так… о том, что порой нам не хватает обыкновенного чуда в нашей одноразовой жизни. А в данном случае новогоднего.

– Вы что же верите в чудеса? – с легким скепсисом спросил он.

– А ты нет? В наше время необходимо во что-либо верить. А иначе застынешь в этой серости.

– И во что же вы верите?

– В добро. В простое добро… Потому что его уже так незаметно в наши дни.

– Не спорю.

– Но мало просто верить. Нужно предпринимать к этому шаги. Хватит и малых. Лишь бы искренними они были. И вот ты прямо сейчас делаешь для меня добро. Спасибо за это.

– Ну… может вы были и правы. Это к чему-то да приведет.

– Определенно. – записал он несколько слов в тетради.

– Это ваше увлечение? Писать истории?

– Можно и, так сказать. Некоторым нравится.

– Так вы писатель.

Некто рассмеялся.

– Это громко сказано. Я лишь излагаю мысли на бумагу за счет которых и дышится легче. И всего-то. Каждый так может.

– Как долго вы пишите?

– С семнадцати лет. Все началось с одного старика работающим в библиотеке. Там и завертелось.

– Одинокий старик библиотекарь? Звучит знакомо. – пытался вспомнить он название. – Где-то я уже такое читал.

– Да… получилось хорошо. – записал он еще пару слов в тетрадь. – Сейчас же стараюсь переключаться на малые истории. Надеюсь не разочарую.

– Говорите с семнадцати лет? А сейчас вам сколько?

– Я не помню. – весело ответил некто. – Возраст не важен если ты следуешь к своей мечте.

– Так это ваша мечта? Писать книги?

Некто призадумался.

– Не могу сказать точно. Опубликовать первую книгу было целью. Оставить после себя слепок мыслей. Я её достиг. И после мышление твое меняется. Понимаешь, что мечта реализуема и стремление к ней становиться привычкой. Я догадывался что последствием последнего предложения той большой книги послужит началом для написания других. К тому моменту у меня появилась не одна идея для книг. И ты просто пишешь безостановочно понимая, что рано или поздно допишешь историю. Стиль твой отточился и изредка добавляешь в него новые элементы. И если сравнить твой начальный потенциал и нынешний, то видишь огромную разницу. В самом начале ты неугомонно исследовал новое для себя творчество. Искал разные подходы. Тебе было интересно узнать, что ты сможешь выжать из себя. Хватит ли тебе энергии и терпения на это дело. Не надоест ли оно через пару дней или же часов. Может это вовсе не твое? Или же не стоит оставлять попыток? Я же выбрал второе. И это отчасти привело меня к тому где я сейчас нахожусь. И с кем я нахожусь. И да…, наверно, это и есть мечта. И я рад что определился с ней. Но теперь же встает другой вопрос. Насколько меня хватит? Может еще на несколько лет пока мысли не иссякнут. Или больше. Время покажет.

Ильяс отнесся внимательно к его словам. Немного воодушевился. Немного призадумался. А во многом подпитывал все больший интерес.

– Вы и вправду умеете излагать свои мысли.

– Брось. – отмахнулся он. – Сейчас не это главное. Лучше поговорим о тебе. А именно о том, что ты так тщательно пытаешься скрыть.

– О чем вы?

– Может уже хватит всю дорогу думать о ней?

Ильяс резко посмотрел на него с легким страхом.

– Откуда вы знаете!?

Некто хитро улыбнулся.

– Я ведь писатель. Моя задача наблюдать за людьми. Так что тебя тревожит? Не скромничай. Можешь поделиться.

– Мне не хочется говорить об этом незнакомцу.

– Понимаю. Представь, что я твой старый друг, который знаком с твоими тяготами и секретами. Мне ты можешь не доверять. Но я отвечу тебе честно. Я как никто желаю тебе добра. Особенно в преддверии Нового года. Но чтобы новое явилось к тебе – отпусти старое. Ведь ты сам это понимаешь.

– Так вы еще больше наводите жути.

– Все что нам не ясно наводит жуть. Я же изложил свою мысль. И я могу так продолжать до утра пока ты не решишься изложить свои.

«Да ты блин кто такой!?» – подумал Ильяс. «Как он залез мне в голову? Как он узнал?» А некто вдобавок еще записывал слова в тетрадь и терпеливо ожидал откровения от мальчишки.

– Ладно. Я расскажу. Все равно это мало что поменяет.

– Вещай.

– Девушка… прекрасная девушка что буквально ворвалась в мою жизнь и перевернула наизнанку. Все произошло так быстро. Я сам не до конца осознавал. Мы общались днями. Все было так динамично. Гуляли и сидели в кафе. Ходили в кино и катались на коньках. Узнавали друг друга. Делились сокровенным. И я понял, что влюбился, и она ответила взаимностью. Время потеряло счет и это лучшее что со мной случалось. Я так её полюбил что спустя года отношений пригласил жить к себе. Все было прекрасно. Она стала всем для меня. Просто уже не видел свою жизнь без неё. Я доверился любви без оглядки на неудачу. Она потрясающая девушка. Просто лучше всех.

– Ну здесь ты лукавишь. – вернул писатель его в реальность.

– Может и так. Но я по-прежнему убежден что она лучше всех. Она лучшая для меня.

– Потому что была единственной.

– Именно.

– И затем настал тот момент, когда она без причины заявила, что разлюбила тебя и ушла, забрав свои вещи.

– Откуда вы знаете?

– Стандартная ситуация. И сердце юношеское загоревало.

– И горюет до сих пор. – добавил Ильяс.

– Понимаю. Спроси себя. Оно тебе надо? Сидеть и жалеть об этом. Когда как она давно идет вперед. Ты отдал ей всего себя, а она отступила быть может потому что понимала, что возможно не выдержит такой ответственности. Это говорит о том, что ты доверился и понадеялся на неё больше чем она заслуживала. Вот тебе и исход. Но не дрейф это все пройдет. Поверь.

– Я прекрасно это понимаю. Но…

– Но в тебе засела надежда на то что она вернется. Бывает и такое. Но лучше не обнадеживай себя.

– Вы так считаете?

– Конечно.

– А вам разбивали сердце?

– Я перестал вести счет.

– И как вы поступали?

– Делал выводы и жил дальше. Поверь юнец, последнее что тебе сейчас нужно так это убиваться по ней. И не важно какой сильной была любовь и что вы по наобещали друг другу. Отныне это воспоминание. Забудь и займись чем-нибудь. Время идет не забывай.

– Я постоянно пытаюсь чем-то отвлечься. Мало что помогает. Чем вы занимаетесь?

Писатель повел тетрадью перед его лицом.

– Будь то счастье или очередной отказ я всегда пишу. Не важно в каком я состоянии. Важно дело. Эта та стабильность, к которой я всегда могу обратиться дабы забыться и разобраться в себе. Прояснить голову и продолжать творить. Это мой рычаг спасения. Это мое. И этого не отнять.

– Вот бы и мне найти такое дело.

– Дело это лишь способ унять боль. Главное сменить образ мышления. Ответь, для тебя это сейчас проблема?

– Да… я наконец восстал против неё. Постараюсь изо всех сил покончить с этим. Для этого и поехал.

– Как много прошло с момента разрыва?

– Два года.

– И были вы вместе также два года?

– Верно.

– Значит дело подходит к концу.

– О чем вы?

– Обычно дабы полностью отойти от прошлых отношений требуется такое же количество времени, когда вы были вместе.

– Серьезно? Вы это где-то вычитали?

– Скорее это наблюдение. Говоря проще то ты на правильном пути. Не сворачивай с него и не возвращайся назад.

– Порой бывает искушение позвонить ей.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– И я так считаю. Держусь как могу.

– Не зацикливайся на одной девчонке. Их полно. Каждая лучше предыдущей. Каждая уникальна. Отбрось сантименты. Займись собой. Развивайся. Не трать время впустую. У тебя определенное есть то в чем ты хорош. Улучшай этот навык и самое главное не дай хорошему пропасть впустую. Ведь до встречи с ней ты был независим от неё. Верно? Так вот считай, что ты просто вернулся к тому откуда начал. Научись жить самостоятельно. Сделай из себя личность. Стань мужчиной. Затем ты поймешь, что сейчас у тебя и без этого хлопот хватает. И глядя на тебя я более чем уверен, что все это ты давно понял. Но возможно тебе нужно было услышать их от кого-то другого. Я уверен, что и друзья тебе об этом не раз говорили. По тебе видно, что ты рассудителен. Не торопи события. И когда перестанешь допускать мыслей о ней тогда и попадешь в крепкие объятия момента которая нам известна как неожиданность. Счастливая неожиданность. Вот увидишь.

– Вы просто сказали то что я так отчаянно не хотел признавать. Но как бы я себя не обманывал все же от этого не скрыться.

– Все пройдет. Главное оставь эту надобность одинокого страдальца. Оно ни к чему. Вовремя сделай шаг дабы выйти из этого.

«А он дело говорит.» – убедился Ильяс. «Прав все же.»

– Я попытаюсь. – твердо ответил он.

– Ты справишься. – похлопал он его по плечу. – Я уверен.

– А вы?

– Что я?

– Чувствуете себя одиноким?

– Я давно перестал рассматривать это как одиночество. Я вижу в этом уединение. – повел он рукой по щетине. – Конечно в плане отношений я мог быть чуточку настойчивее и возможно добился бы своего. Черт его знает. Но это сделало меня тем, кем я стал. И привело туда где я и должен быть. Я там, где мне и место. Любовь это лучшее что может дать и принять человек. Особенно если она искренняя. Ничем не поддельная и не преследует никакой выгоды. Вот это я понимаю любовь. Без всякой мишуры. Однажды я к этому приду. А если нет, то это не так страшно… Ведь есть дело, которое должен кто-то выполнять. И моей одной любви вполне хватит дабы продолжать жить дальше.

– То есть вы не боитесь остаться один?

Писатель задумчиво ухмыльнулся.

– Уже нет. Меня перестало тяготить. Но ты не должен брать пример с меня. Пока ты молод ты должен ощутить любовь… еще раз. За неё стоит бороться. Даже если будет больно. Особенно если будет больно. Не отчуждайся от всех. Одна неудача не должна опустить твоих рук. Закали ими себя. Иди своим шагом. Не останавливаясь. Жизнь не оставит без внимания, твое упорство которое на первый взгляд может показаться никому не нужным. Это не так. Она повернется к тебе… посмотрит в твои глаза и любяще протянет руку. И сведет она тебя с тем чего ты заслуживаешь. В твоем случае будет встреча с еще более прекрасной девушкой, которая своей рукой уведет тебя от всех невзгод и обогреет твое сердце. – и закончил он переносить мысли в тетрадь.

– Надо же. Вам удалось дать мне надежду.

– Нет. Она была в тебе изначально. Я лишь направил тебя к ней.

– Да уж. – засмеялся Ильяс. – Разговор с вами в самом деле получился своеобразным.

Писатель также добро рассмеялся.

– Да… к черту плохое. – включил он магнитолу. – У нас свой рок-н-ролл.

В салоне заиграл динамичный рок, и путники в смехе стали пританцовывать. Ветер отступил вместе с ночью. Метель понемногу стихала. Степь вновь оголилась растущему солнцу. Они ехали к рассвету. Они ехали к новому дню…

Вот и подъехали они к той развилке, на которой писатель попросил остановиться.

– Уверен, что здесь сойдете? До поселка еще километра три не меньше.

– Да… нужно продышаться воздухом. – полез он в свой рюкзак за бумажником. – Вот, возьми. Этого хватит?

– Вполне. Этого даже много.

– Ты заслужил. Спасибо за помощь.

– Спасибо вам за советы.

– Брось. Я всего-то поделился с мыслями. – вернул он бумажник в рюкзак.

– Это все ваши записи? – Ильяс обратил внимание на кипу рукописей в рюкзаке.

– Да… однажды люди прочтут их. А пока история не закончилась. Впереди еще несколько глав. – посмотрел он по-доброму на мальчишку. По родному. – Все у тебя будет хорошо.

Ильяс искренне улыбнулся его ответу. Но в душе еще оставался вопрос. И было бы правильным задать его пока он не ушел.

– А как мне быть с ней?

– Искренне пожелай ей всего хорошего и ступай дальше. У тебя свой путь. Нет времени думать о плохом. Помни. Тебе будет плохо до тех пор, пока ты сам этого хочешь. – Ильяс продолжал скромно улыбаться, размышляя над его словами. А писатель вырвал клочок бумаги из тетради и что-то в нем записал и сложил надвое. – Держи.

– Прочтешь, когда вернешься домой. Только когда вернешься домой. Пообещай мне.

Ильяс взял записку и положил в карман.

– Обещаю.

– И последнее. Видишь поворот направо?

– Вижу.

– Эта дорога приведет тебя туда куда нужно.

– Что? С чего вы взяли?

– Вместо того чтобы разворачиваться и ехать назад ты можешь выбрать новый путь, который полон новых чудес. Кто знает. Может это и послужит новым началом. Решать тебе. – писатель вышел из машины. В салон тут же проникла утренняя свежесть зимы. – Еще раз спасибо. С наступающим Новым годом.

– Вас тоже также. – не выходили его слова из головы.

– В добрый путь, Ильяс. Давай покончи с этим.

– Постойте?! Откуда вы знаете мое имя!?

В ответ писатель загадочно улыбнулся и захлопнул за собой дверь. Прошелся он по снегу пару метров проваливаясь по колено. И ожидал нужных действий от мальчишки. А Ильяс сидел в машине и все думал, как поехать. Слова писателя проносились эхом в голове. Он еще не догадывался что находиться на развилке ключевого момента. Время на раздумья прошли и Ильяс сделал выбор. В этот момент уже уйдя на далекое расстояние писатель остановился и обернулся. Он видел, как мальчишка завернул направо и поехал навстречу к неизвестности. Писатель довольно улыбнулся его выбору. «Да пустит время новый счет. И близится любовь, укрытая в снегах. И близится счастье в согревающих лучах.» – остался лишь его шепот, развеянный по степи. «В этой истории мне был нужен именно ты. Еще увидимся.» И силуэт писателя скрылся вдали.