Текст книги "Как избавиться от наследства"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kak-izbavitsya-ot-nasledstva-175431.jpg)
Автор книги: Надежда Мамаева
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Что ж, хоть какая-то передышка. Надеюсь только, что аудиенция с местными монархами состоится не через пять минут после свадьбы.
– И не вздумай второй раз потерять сознание. Это уже не поможет. Мы не обвенчались лишь потому, что женщина не в силах сочетать узами брака, будь она хоть трижды пресветлой. Тут монахиня не солгала.
– То есть спрашивать моего согласия совсем не обязательно? Достаточно наличия тела?
Ответом мне послужил убийственный взгляд, но потом брюнет все же расщедрился на пояснение:
– Живого тела. На мертвом брачный браслет не застегнется.
– А-а-а… – начала было я.
– Слушай, – перебил «жених», – откуда ты такая разговорчивая взялась?
– Тебе и правда интересно? – Я изогнула бровь.
– Нет, – процедил брюнет. – Это был риторический вопрос. А теперь пошли.
На пороге храма возник тот самый юноша, что держал кинжал у шеи монахини.
– Мессир? – Он выглядел слегка озадаченным.
– Ойс, возвращайся в Лононер. Твоя помощь больше не понадобится. А мне придется немного задержаться.
Парень коротко кивнул и исчез за дверью храма.
Темный схватил меня за руку и, развернувшись, потащил за собой, правда, недалеко. Буквально через пару шагов я вскрикнула от боли: осколок впился в ступню, которая, казалось бы, ничего не ощущала. Ан нет, когда кожу рассекла острая грань, я убедилась, что все в этом мире относительно. В том числе и степень обморожения.
Видя, что я заскакала на одной ноге, брюнет процедил: «Да чтоб тебя» – и уже собрался подхватить на руки, как я заорала:
– Только не вниз головой!
– Зато так будет быстрее, – с убийственной мужской логикой возразил этот чернокнижный тип. – И к тому же одна рука свободна.
Меня тут же подхватили и потащили в лучших традициях первобытных охотников, когда добычу перекидывали через плечо и волокли в пещеру. Хорошо хоть, не оглушили дубиной по темечку. А то с этого «жениха» станется. Для убыстрения процесса, так сказать, чтобы ноша не дергалась.
В итоге я опять повисла вниз головой. Правда, на этот раз моему взору предстал не каменный пол, а схваченная морозом голая земля. Опять замутило, и я начала мечтать об успокоительном. Об успокоительном и патронах к нему.
Раздавшийся резкий свист заставил вздрогнуть. А потом меня посадили. На что именно – сообразила не сразу. А когда увидела…
– Держись за меня крепче, иначе упадешь и разобьешься.
Я тут же ухватилась за брюнета. Еще бы. Когда оказываешься верхом на метле, которая, едва ее оседлали, резво взмывает вверх, в темного мага не то что руками вцепишься, еще и зубами в спину вопьешься для верности.
Я бы, может, так и сделала, если бы не была занята… Я орала.
Делала я это вдохновенно и с полной самоотдачей. Жаль, недолго. И пяти минут не прошло, как брюнету мое сопрано надоело, а может, он решил, что контузия – это не то, что он хотел бы заиметь в ближайшее время… Так или иначе, но брюнетистый тип взмахнул рукой, что-то выкрикнув, и я заглохла. Совсем. Сколько ни пыталась издать хоть звук – все впустую.
Орать беззвучно было неинтересно, потому я сосредоточилась на том, чтобы не грохнуться. А если учесть, что я и самолетов-то побаивалась, вернее, летать на оных, то… В общем, как-то не так, наверное, положено сидеть на этих метлах. Ну или хотя бы не обвивать талию «водителя» не только руками, но и ногами.
В таком положении у меня быстро все затекло. В первую очередь – хватательные конечности, которые я по приземлении не смогла разжать. В результате некромант и вообще грозный маг слез с метлы вместе со мной. Причем я исполняла роль рюкзака с сильно спущенными лямками и болталась в районе чернокнижниковых ягодиц.
Обзор был, конечно, неважнецкий, но, судя по всему, мы оказались на небольшой площади какого-то городка.
– Лэрисса Лавр… – раздраженно начал темный и осекся. – Лада, слезь с меня.
Я не смогла ответить по той простой причине, что на мне все еще было заклятие немоты.
Темный сообразил и щелкнул пальцами. Фух, словно кляп изо рта вынул.
– Не шма-гу. – Четкости речи мешало то, что у меня зуб на зуб не попадал, да и вообще я слегка закоченела. Так, самую малость, всего лишь до состояния ВИП-клиента криокамеры.
– Ну слово «да» ты сможешь сказать?
Я тут же сообразила, что для церемонии все же нужно мое согласие и этот темный тип у входа в храм соврал, а точнее, недоговорил. Выходит, брак не состоялся не только по причине того, что на роль священника монахиня не подходила. Не зря я в обморок упала, ох, не зря.
– Не ш-шнаю, – прошепелявила я.
Чернокнижник заскрежетал зубами:
– Слушай, чокнутая. Еще удар колокола назад я мечтал добиться заключения брака. А вот сейчас я мечтаю об одном: добить. Добить одну чересчур говорливую светлую.
– Слушай, если на тебя так супружеская жизнь действует, может, лучше ну ее? – внесла я рацпредложение.
Но нет, этот странный тип не внял моему предложению. Он устремился к своей цели, как бабка при виде свободного места в общественном транспорте, решительно, наплевав, что за плечами у нее увесистый «багаж».
– А куда мы? – начиная немного согреваться, спросила я, все так же обвивая колдуна.
На нас глазели, тыкали дрожащими указательными пальцами, шептались. Но мне было плевать.
Зато одежде горожан, да и в целом обстановке городка я уделила пристальное внимание. Все вокруг говорило, что я угодила не в дикое Средневековье: рыцари в латах по улицам толпами не шлялись, дамы далматики с рукавами до запястий и покрывал не носили. В ходу у мужчин здесь были колеты, а у местных фрау – платья в пол. М-да, не наш двадцать первый век джинсов и кроссовок, не наш…
– В ратушу. Там точно нас обвенчают, – соизволил ответить темный.
Надо ли говорить, что внутри оной мы оказались в считаные минуты. Темный рыкнул:
– Градоначальника!
Служащий в суконном кафтане, еще совсем парнишка, так и подорвался с места. Его старт был столь стремительным, что слетел форменный картуз. А крик: «Спасайтесь! Те-о-омный!» – еще долго гулко звенел в коридоре.
– Так. Я не поняла, нас будут женить или нет? – с надеждой, что церемония все же отменяется, поинтересовалась я, глядя в уже пустую темень коридора.
– Будут, – уверенно ответил темный.
– А может…
– Еще одно слово – и я тебя упокою.
– Может, успокою? – тихо решила уточнить я.
– Я что хотел, то и сказал. И слазь с меня уже, в конце концов, чудовище!
– Не могу… Руки не разжимаются.
Темный ничего не ответил, лишь выдохнул, словно пытаясь успокоиться, а потом начал меня отдирать. Сначала магией, но она оказалась бессильна: я решительно не желала отдираться, зато плащ на чернокнижнике затрещал. Видать, нитки гнилые попались. Определенно нитки, а не потому, что мои пальцы впились в ткань железной хваткой.
– Слушай, ты, недоразумение, предупреждаю по-хорошему: отцепись!
– Слушай, ты, темный! Хватит на меня зубом цыкать. Я не могу руки разжать. Они у меня замерзли. Честно, замерзли. Я бы с радостью.
– И ноги замерзли? – подозрительно уточнил маг, глянув на мои посиневшие лодыжки.
– И ноги, – согласилась я. – А еще им страшно.
– Кому им? – не понял чернокнижник.
– Ногам. И рукам страшно. И мне всей тоже.
Больше я ничего не услышала. Зато почувствовала, как теплые сильные мозолистые руки коснулись моей кожи и по телу пробежала волна жара. Я смогла расцепить пальцы и наконец слезла с мага.
Как раз вовремя. Сначала в глубине коридора, а потом все ближе и ближе зазвучали шаги. Точнее, не шаги, а легкий галоп. К нам бежали наши «регистраторы». Надо сказать, что к церемонии они подготовились основательно: заряженные арбалеты, копья, перепуганные лица…
– Ч-ч-что извол-л-лит т-т-темный м-м-маг? – одновременно грозно и заискивающе уточнил толстяк, тряся двумя своими подбородками. Как у него получилось сочетать в одной интонации несочетаемое – ума не приложу. Но факт остается фактом.
– Изволит, чтобы его с его невестой обвенчали.
При этих словах на пол упал кошель. Глухой удар подтвердил: мешочек весьма тяжел и почти полон. Толстяк проводил его внимательным взглядом, сглотнул и… Жадность поборола страх. На лице любителя поесть тут же расцвела улыбка, и он залебезил:
– Ну что же вы сразу не сказали, господин темнейший… Я, градоначальник приграничного Майрика, с большим удовольствием… – Он сам же оборвал себя вопросом: – Когда изволите провести церемонию?
– Здесь и сейчас. Начинайте.
Градоначальник закашлялся. Я невольно попятилась.
– Дорогая, ты куда? – столь сладким голосом спросил темный, что я прямо почувствовала, как в крови поднялся уровень глюкозы.
Замерла как мышь перед удавом.
– У меня… предсвадебный мандраж, – сглотнув, выпалила я. – И вообще, я в свадьбах еще неопытная, я их боюсь.
Говорить о том, что этих церемоний повидала в объектив камеры столько, сколько темному и в кошмаре не приснится, я не стала.
Зато градоначальник, то ли недослышав, то ли с перепугу, уловил только «неопытная» и поспешил заверить, что это дело легко поправимое и после первого раза проходит.
Тут уже нервно дернул глазом чернокнижник, которому и одной свадьбы было выше крыши.
– Начинайте уже, – буркнул Дэймон сквозь зубы. – Брачные браслеты – вот.
И он показал два витых украшения, изображавших змей, кусающих свои хвосты.
Вид золотых наручней испортил мое плохое настроение окончательно, поскольку я поняла: в этот раз не отвертеться. Или…
Глава 2
«Или» не случилось. Темный лишь назвал имена – Дэймон Райос и Кэролайн Лавронс, как стража выдохнула. Даже наконечники стрел перестали угрожающе трепетать, и арбалеты опустились вниз.
Градоначальник, лихо оттарабанив вступительную часть про быстротечность времени, про то, какое большое сокровище любовь, про то, что молодожены – два хрупких сосуда, спустя полминуты перешел к главному вопросу: согласны ли мы, собственно, вступить в брак?
Толстячок ни разу не сбился, хотя тараторил так, что Тина Канделаки от зависти язык могла проглотить. Да уж… У местного городского главы не просто рука на свадьбы набита, такое ощущение, что он темных магов каждый день пачками женит, как на конвейере. Или просто нашему регистратору дюже захотелось денег?
Скорее второе. Поскольку, когда жених ответил «да» и взоры всех присутствующих переместились на меня, а я на миг застыла в немом молчании, этот городской шельма хлопнул в ладоши и громко возвестил:
– Дорогая невеста онемела от восторга, но я по глазам вижу, что она согласна. Ведь так, лэрисса Лавронс? Просто кивните.
Даже кивать мне не хотелось. Решительно не хотелось. Но темный щелкнул пальцами, выдохнув столь тихо, что я едва услышала: «Эрастис!» – и в носу начало нещадно щипать. Я оглушительно чихнула.
На лице градоначальника расцвела такая фальшивая улыбка, словно он купил ее на «Алиэкспресс». А вот чернокнижник радости не источал, он был занят делом – ловко окольцов… в смысле обраслечивал меня. Буквально секунда – и на моем запястье сомкнулась застежка: золотая змея накрепко впилась в свой хвост.
Я опустила взгляд: на руке темного красовался такой же браслет, только более массивный.
Градоначальник, с облегчением выдохнув, провозгласил, что на территории Светлой империи появилась еще одна семья, зажегся новый очаг…
Но тут главу местного городка перебил чернокнижник, нагло заявив, что достаточно будет записи в зачарованной книге ратуши. Толстяк спохватился, схватил себя за горло, словно испытал приступ удушья. Но нет, он всего лишь нащупал на шее шнурок и, выудив его из выреза рубахи, сжал в руках какую-то висюльку. Воздух перед градоначальником озарился светом, и появилась книга с лежащим между страниц пером.
Как я позже узнала, это было перо огненного грифона. Записи, сделанные им, не поддаются влиянию чар, и их не подделать.
Пока же я лишь наблюдала, как градоначальник, диктуя сам себе, выводит строчки: «Пятнадцатого числа месяца полузимника сочетались браком пресветлая лэрисса Кэролайн Лавронс и темный маг, страж Дэймон Райос». И под это бормотание толстяка я поняла: вот теперь я точно влипла!
Едва градоначальник захлопнул книгу, чернокнижник пнул кошель с деньгами в его сторону, а затем, не говоря ни слова, в своей излюбленной манере перекинул меня через плечо и понес вон из ратуши.
Я взвыла:
– Ты добился своего, женился. Теперь-то хотя бы можно не тащить меня вниз головой?
– Можно, – покладисто согласился темный. – Но тогда ты либо отморозишь ноги, либо рассечешь ступни. А скорее всего – и то и другое. Нет, перед владыкой ты должна предстать живой и желательно невредимой.
Чернокнижник вскинул голову и взглянул на небо, потом на горизонт, где маячили горные пики, и пробормотал себе под нос:
– Надвигается снегопад. Но должны успеть.
Куда успеть, зачем и почему – уточнить не смогла. Меня вновь посадили на метлу. На этот раз чернокнижник, наученный горьким опытом, поместил меня перед собой. Выяснилось, что у темного руки не только сильные, но и длинные, потому что он с легкостью обнял меня и схватился за черенок метлы ровно перед моими руками.
Я оказалась притиснута к Дэймону.
– Пригнись, обзор закрываешь, – процедил он.
А я что? Я ничего! Сгорбилась, как могла, и вообще стала тихой мышкой на полставки.
То ли сейчас я сидела боком и мои ноги были закрыты полами плаща, то ли меня грели руки чернокнижника и его дыхание, но в ледышку я превратилась лишь частично.
Уже совсем смеркалось, когда меж заснеженных горных вершин показался замок – мрачный, величественный. Создавалось впечатление, что острыми шпилями сторожевых башен он пропарывал брюхатые снегом облака.
Мы пошли на снижение. Внизу во дворе замка кто-то закричал, замахал руками. Я напряглась, ожидая, что через мгновение появится группа поддержки с факелами, копьями и стрелами. Но нет. Это просто слуги приветствовали своего хозяина.
Едва метла остановилась, моего уха коснулись губы чернокнижника. Я вздрогнула.
– Для всех ты благородная Кэролайн Лавронс, дочь второго паладина империи светлых, и никак иначе. Ясно?
– Д-да, – лязгнула зубами я. Видимо, все же основательно замерзла.
Мелькнула мысль, что вполне можно после таких перелетов схватить воспаление легких. Но додумать ее я не успела. Темный уже спешился и уверенным шагом пошел к парадному крыльцу. Одна несчастная новобрачная так и осталась сидеть на метле.
Маг уже преодолел половину лестницы, когда его догнал мой окрик:
– Эй, а как же я?!
– Кто-то, кажется, хотел прогуляться пешком…
– Но не босиком же по снегу?
Я выразительно оглядела двор, запорошенный холодной белой крупой.
Темный выдохнул, будто пытаясь успокоиться, и, развернувшись, пошел ко мне. Не говоря ни слова, закинул к себе на плечо и потащил. Я уже не протестовала. Глядишь, еще чуть-чуть – и совсем привыкну к такому способу транспортировки.
Внутри замок оказался едва ли не больше, чем выглядел снаружи: огромные залы, высокие потолки, утопающие в сумраке… И холод. Не такой, как снаружи. Нет. Здесь гулял холод глухой тоски и одиночества.
Меня поставили на ковер рядом с разожженным камином. Я непроизвольно потянулась к теплу. Маг сел в кресло и принялся безмолвно наблюдать за мной. Плевать. Пусть хоть глаза об меня сломает. Главное – согреться.
Но едва я почувствовала, что я все же больше человек, чем клиент патологоанатома, как прозвучало хлесткое, словно удар кнута, требование:
– А теперь ты мне подробно расскажешь, кто ты, как умерла и откуда тебя притащили эти две прохиндейки.
Что именно за прохиндейки, магу уточнять не требовалось. И рыжая, и костлявая врезались мне в память.
– Расскажу, куда же я денусь. Как нужно, в подробностях или кратко?
Я повертела головой, нашла взглядом кресло, стоявшее почти за моей спиной, и под хмыканье темного забралась в него с ногами.
– Можно кратко, – разрешил темный.
Уперев руку в подлокотник, он смотрел на меня так, словно прикидывал размер могильной плиты.
– Меня, как ты выразился, «притащили» издалека. – Выкать после всего, что между нами случилось, мне показалось излишним.
– Огненные земли? – тут же уточнил темный.
– Нет. Наверное, все же чуть дальше, хотя я понятия не имею, где эти земли находятся. – Я закутала руки в складки плаща, стараясь сберечь тепло. – Судя по всему, я из другого мира…
Повисла пауза. Нехорошая такая, с матерным душком, я бы сказала.
– То есть как из другого? – наконец совладал с собой темный, осознав, что ему в мешке подсунули даже не кота, а какую-то заморскую игуану. – И из какого же?
Я призадумалась: как объяснить магу в двух словах, откуда я, если я сама толком не знала, считая свой мир единственным на всю вселенную?
– Из мира, где вместо магии – вай-фай, а в воздух поднимаются не на метле, а за счет работы турбин и подъемной силы крыла…
– Крыла? У вас есть драконы? – Темный посмотрел на меня с прищуром.
– Нет. Только второй закон Ньютона, на нем и летаем. Как вверх, так и вниз.
– Вниз можно улететь и без всяких законов. Просто свалиться с метлы, – заметил чернокнижник.
Со знанием дела заметил, будто не раз сам лично ронялся со своей леталки на землю.
Я усмехнулась, подумав, что наш разговор уходит куда-то не туда, а потом поняла: да этот гад просто прощупывает меня. Не получив внятного ответа на прямой вопрос, он пытается ослабить мою бдительность. Наверняка чтобы спустя какое-то время снова спросить о том, откуда я такая взялась.
Не ошиблась.
– И все же откуда ты? Сколько тебе лет? Как умерла? – Тон был уже иной. Не командирский, а словно собеседник зверски устал, но держится из последних сил.
Я внимательнее посмотрела на мага: темные волосы, правильные черты лица. И круги под глазами, точно он не спал несколько суток подряд.
– А сколько тебе? – задала я встречный вопрос.
– Сколько дашь… – не спрашивая, а будто оборвав фразу на середине, ответил маг. Так и просилось окончание: «…столько и будет».
– Если я скажу правду, то ты обидишься.
– Ну, тогда соври, – усмехнулся темный.
– Чтобы врать, у меня нет вдохновения, – устало выдохнула я, – и сил.
– Ну, уже хорошо, что хотя бы лгать умеешь. У нас в Темных землях без этого никуда. Жаль, что только по вдохновению и когда не ленишься.
Не ленишься? Ах вот как?!
– Ты уже не наливное яблочко, но пока еще и не засохший огрызок…
– Прости? – Чернокнижник даже кашлянул.
– Я про твой возраст… – невинно пояснила я. И, видя, как Дэймон прищурил глаз, решила не доводить до ссоры и миролюбиво добавила: – Но не переживай. Мне вот тоже двадцать шесть.
Мой взгляд упал на женскую, ныне тонкую изящную руку, и я уточнила:
– В душе.
– Я уже понял, что не в теле, – сухо парировал темный. – Настоящей Кэролайн Лавронс только исполнилось восемнадцать. Отец берег ее целомудрие даже от светлых. Она ни разу не бывала при дворе императора, а всех кандидатов в мужья ее отец разворачивал. Зато лэрисса Кэролайн отличалась особой набожностью, благо было в кого. А уж когда лэр Лавронс узнал, что император повелел выдать ее замуж за темного… Посчитал, что монастырь для его дочери предпочтительнее, чем жизнь в скверне с чернокнижником.
Я слушала внимательно. Очень внимательно, поскольку уже поняла: мой собеседник дважды повторять не привык.
– К чему это я рассказываю? Чтобы ты знала, какой должна будешь предстать перед темным владыкой: кроткой, тихой, покорной…
– Дурой, – подхватила я. – Согласиться замуровать себя заживо в каменном мешке, именуемом монастырем, лишь потому, что в отце взыграла спесь, – это не от большого ума.
Да, я ничего не знала об этом мире. И кто такие чернокнижники, представляла весьма смутно. Но передо мной были самые упрямые в мире вещи – факты.
По ним выходило, что отец упрятал дочь в монастырь, где ее убили. Фактически смерть медленная, отсроченная на пару десятков лет, проведенных в келье, просто сменилась смертью быстрой.
А вот спас, вернее, попытался спасти эту Кэролайн как раз тот, кто был страшнее монастыря. Ну не получилось у мужика вернуть душу… Но он приложил немало сил, чтобы вдохнуть в эту девицу жизнь.
К тому же сидевший передо мной чернокнижник оказался не так страшен: его лицо не было изуродовано шрамами, да и характер, насколько я успела убедиться, хоть и скверный, но встречается и похуже.
Меня изучали пристальным взглядом. Я сбилась со счета, каким уже за последний вечер.
– Что ж… В чем-то мне даже повезло, – с расстановкой проговорил Дэймон.
Я вскинула бровь.
– У тебя хотя бы есть голова на плечах. Жаль, что при этом ты абсолютно ничего не знаешь о нашем мире.
– Скажи… А если моя душа в теле Кэролайн, то у себя я… – я резко сменила тему, задав вопрос, мучивший меня все то время, что я жила и дышала здесь.
– Умерла. Тело не может существовать без души дольше четверти удара колокола. Именно поэтому я, обнаружив… – он на мгновение замолчал, словно подбирая слова, – тебя бездыханной, не тратил времени на то, чтобы найти подходящее место для призыва. Раскинул пентаграмму прямо посреди храма.
Я четко осознала: мне некуда возвращаться. Рыжая и костлявая обманом вытащили мою душу из тела, и там, на кровати, осталась уже мертвая Ада.
– Чувствую, этот обряд дорого тебе стоил, – первой заговорила я и поежилась.
Дрова в камине почти прогорели, и стало заметно холоднее. Или это я начала заболевать?
– Десять лет жизни, – сухо уточнил Дэймон. – Но я отдал бы и больше за возможность избежать войны.
– Войны?
– Не уверен, что тебе стоит об этом знать и забивать голову…
– Стоит. Знаешь, я тут резко поняла, что очень хочу жить.
– Отрадно слышать. Может, ты будешь осторожнее, чем лэрисса Лавронс, и тебя не убьют до представления императору.
– Почему так важно появиться перед взором твоего владыки?
– Владык. Я подчиняюсь лишь моему темному властелину. А ты – обоим. По рождению – светлому, а выйдя за меня замуж – и темному. Я должен представить тебя двору как свою жену и наследницу земель Лавронсов.
В моей голове из разрозненных фактов о «войне», «наследнице», «но я отдал бы и больше…» выросло осознание, что я угодила в какой-то крупный политический переплет, где юная Кэролайн – пешка.
– А…
– Давай завтра. Сегодня я смертельно устал. Главное, убедился, что ты вроде бы не сумасшедшая и не самоубийца.
Я, вспомнив шизофреническую белочку, не была так уверена в первой своей характеристике.
Между тем чернокнижник продолжил:
– Здесь, в моем замке, ты в относительной безопасности. Внутри нет живых слуг. Но на улицу выходить все же не советую. Там есть кого подкупить не деньгами, так страхом.
Я нервно икнула, запоздало сообразив, что мы до сих пор одни и к нам даже не подошел ни один из слуг. И только успела об этом подумать, как из стены выплыл призрак.
Я завизжала. Бешеным тушканчиком стартанула с кресла и в один прыжок оказалась висящей на шее у того единственного в зале, кто в этих самых призраках разбирался. Я бы и за спину чернокнижнику спряталась, если бы тот не сидел в кресле.
– Ик! – ошалело выдала я, а потом все же совладала с членораздельной речью: – Привидение!
– Дор-р-рогая, – пытаясь расцепить мои руки на своей шее, просипел темный, – это всего лишь Гринро. Отпусти.
Я чуть ослабила хватку.
– Добрый вечер, мессир. Прошу прощения, я не хотел напугать вашу спут… э-э-э… – Тут его блеклый полупрозрачный взгляд упал на мое оголившееся запястье, и он полувопросительно закончил: – Супругу?
– Она светлая, это нормальная реакция, – сказал маг и, уже обращаясь ко мне, добавил: – Гринро не какое-то привидение, он лич и управляющий замком.
– Ты же сказал, что тут нет живых слуг, – ошарашенно отозвалась я.
– Но я ничего не говорил про мертвых, – невозмутимо ответил брюнет.
– А еду тебе тоже мертвые готовят? – сглотнула я.
– Да, – отчего-то озадачился Дэймон.
При упоминании о съестном у меня в животе заурчало, рот наполнился слюной, и мне стало абсолютно плевать на какого-то там оскорбившегося лича, которого я обозвала привидением. Мне хотелось есть. Желательно горячего. И как следует согреться. А еще – супчика, и чтобы в нем помимо воды имелись обязательно имбирь, гвоздика, корица, сахар и вино.
Кажется, последнее я сказала вслух, потому как лица и чернокнижника, и призрака вытянулись.
– Кхм, – кашлянул призрак, – однако интересный у светлых рецепт супа.
Я лишь пожала плечами: поздно пытаться поймать свои слова обратно, если их уже услышали. Это все равно что утверждать, что ты не беременна, когда уже вовсю идут схватки. И в конце-то концов, я действительно хотела горячего.
Мне не восемнадцать, и я уже давно вступила в тот возраст, когда у женщин появляются не только первые морщины, но и первые мозги. Оттого понимала, что если я сейчас как следует не согреюсь, то схвачу простуду.
В подтверждение этих мыслей в носу нестерпимо защипало, и я оглушительно чихнула.
– Пошли на кухню готовить твой супчик… – хмыкнул Дэймон. – Я тоже основательно промерз и устал. А вино и мясо лучше всего восполняют силы.
Я слезла с кресла и, собственно, с чернокнижника, сидевшего в оном. Пятки тут же укусил холод камня. Поморщилась и переступила с ноги на ногу.
Брюнет, видя это, устало приказал:
– Гринро, принеси лэриссе обувь, чтобы она не мерзла. А потом приготовь горячую ванну.
– Одну? – педантично уточнил призрачный слуга.
– Две! – синхронно отозвались мы с темным и переглянулись.
Призрак тут же исчез в стене, бормоча себе под нос: «Всегда же одну на двоих требовал… А как женился…»
Впрочем, вернулся лич быстро, и передо мной появились тапочки. Розовые. С помпончиками. Маленькие, аккуратные. И явно не Дэймона.
– Я позволил себе взять их у Милериссы. Хотя она оставила их у вас в замке исключительно для себя на случай, если заночует… Но других по размеру ноги вашей супруги просто не было.
М-да, в тапках любовниц мне ходить еще не доводилось. Но привередничать не стала. Подумаешь! Зато тепло и удобно.
В черном меховом плаще на голое тело и в розовых тапочках я пошла вслед за чернокнижником на его кухню. Надо сказать, оная впечатляла хотя бы тем, что там были самые настоящие колонны. Пусть всего несколько, но они подпирали высокий потолок. Кухня была белая, с добротными столами из обтесанных досок. Она казалась теплой и, несмотря на большой размер, какой-то… уютной. А наличие проточной горячей и холодной воды и вертел, что сам собой вращался над огнем, заставили меня возрадоваться. Хотя, возможно, если бы этот самый вертел крутился над пламенем без насаженного на него цыпленка, то и радость моя была бы куда меньше.
Хозяин замка собственноручно достал хлеб, снял с огня жареную птицу и разрезал ее на несколько частей. А потом жестом фокусника извлек из стоявшей на лавке корзины бутыль с вином и колотый сахар.
– Что ты там говорила о супе? – Он вопросительно взглянул на меня.
Пройдясь взглядом по полкам, я нашла металлический ковш. Он был слегка великоват, но и я перфекционизмом во всем, что не касалось фотосъемок, не страдала. Ковш был водружен на огонь, и я приступила к священнодействию над глинтвейном, стребовав с хмурого чернокнижника еще и приправы.
Когда все было готово и я разлила дымящийся напиток по кружкам, то удостоилась от чернокнижника взгляда, полного сомнения.
– За вкус не ручаюсь, но горячо будет, – заверила я оптимистично и отхлебнула первой.
Ну что я могу сказать… Тем, кто пробовал перец чили вместе с васаби, бояться нечего. А вот темный, похоже, не пробовал.
– Учту, что тебе нельзя доверять варить не то что зелья, даже суп, – прокашлявшись, выдохнул он.
– Ну зато ты не заболеешь… – попыталась утешить я.
– Я и так никогда не болею, – процедил темный. – Давай ешь гевейка и спать.
Моя рука, уже было потянувшаяся к предполагаемой курице, так и замерла.
– Гевейк? Я думала, это цыпленок.
– Если тебя это успокоит, он тоже был с крыльями и клювом.
Не то чтобы сии знания были мне жизненно необходимы, но голодному желудку оказалось плевать, гевейк это или курица.
Я впилась зубами в ножку, когда темный добавил:
– Правда, в Шумерлинской топи данная тварь попыталась меня убить, выстрелив ядовитыми перьями. Я посчитал, что съесть ее в ответ будет справедливо. – Брюнет испытующе посмотрел на меня.
– То-то я думаю, что мясо такое твердое. А оно, оказывается, за тобой долго бегало, прежде чем умереть.
Судя по всему, нужной от меня реакции Дэймон так и не дождался. Еще немного побуравил взглядом, а потом молча принялся за еду.
Когда с поздним ужином было покончено, из стены появился лич.
– Я провожу вас, лэрисса, в комнату.
Я обрадовалась: теплая ванна и спать – как раз то, что мне сейчас нужно. Эх, если бы я знала, насколько обидчив может быть этот полупрозрачный га… Привидение!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?