Читать книгу "Чудовище"

Надежда Волгина
Чудовище

Глава 1

Этот дом на окраине поселения пробуждался раньше всех остальных. Не успевал прокричать первый петух, как в окне спальни Лиары зажигалась лучина.

Сразу за домом начинался дремучий лес, где ветер пробирался сквозь деревья, обдавая стволы таинственным шёпотом, где каждый листочек был хранителем его тайн. Но только не для Лиары – она этот лес знала с рождения и не боялась его, как другие поселенцы. Лес этот так и назывался среди людей – Страшилкой. Но и название это Лиаре не нравилось. Этот лес она любила чуть ли не сильнее всего в жизни.

Ополоснув лицо ледяной водой, Лиара накинула на плечи теплый платок и проскользнула в сени. Поблагодарила входную дверь, когда та не скрипнула и не разбудила отца. Русые волосы рассыпались по плечам, заплести их Лиара не успела. Сначала нужно было истопить печь, да обмять тесто на хлеб, которое она поставила с вечера.

В сарае, где Лиара готовила, было холодно в эти утренние часы. Но лишь пока поленья в печи весело не затрещали. К тому моменту, когда девушка разделала тесто, уже стало жарко.

Лишь когда буханки начали подниматься, да подрумяниваться, Лиара позволила себе немного расслабиться. Она присела на пенёк, заменяющий стул, разгладила волосы руками, пропуская сквозь пальцы, да сплела их в толстую тугую косу. Мечтательный взгляд Лиары был устремлён к лесу. Как обычно, он манил её, рождая самые разные фантазии в голове. А уж помечтать Лиара любила, и частенько ей за это влетало от отца. «Жизнь здесь, на земле, а не там, куда ты смотришь, дурёха!» – отчитывал её отец, когда засматривалась она на проплывающие по небу облака. И не могла она объяснить ему, что видит там красивые замки, рыцарей на конях и много ещё чего причудливого.

Отец был строг с ней, сколько Лиара себя помнила. Пока была жива мама, кажется, и батюшка был помягче, а после смерти жены, когда Лиаре едва исполнилось десять, совсем очерствел, как буханка хлеба, про которую забыли.

Дверь в доме скрипнула, и на крыльце появилась могучая мужская фигура. Лиара устремила на неё взор – отец пробудился. Он тоже заметил дочь.

– Чего сидишь, прохлаждаешься? – крикнул через двор.

– Хлеб поставила. Завтрак сейчас готовить буду.

– Так поторопись! Работа у меня ранняя, – скрылся отец в доме, а Лиара вернулась к печи.

Бросив в котелок с очищенным картофелем несколько кусков сала, она поставила его под хлеб, прямо на дно печи – так и хлеб не сгорит, и картофель скоро поспеет.

День быстро занимался, поселение просыпалось. Со дворов, которые соседствовали с их домом, стали доноситься звуки. Всё привычно, всё знакомо…

В дом Лиара вернулась, едва удерживая горячий котелок с картошкой. Готовила она много, хоть сама ела не больше птички. Зато отец охоч был до еды. Плотно завтракал и отправлялся на работу. Занимался он разными делами, в посёлке слыл рукастым. Приглашали его и печь чистить, и дрова колоть, и крышу латать… Работы было много, и порой он даже отказывался от иной, особенно когда за неё предлагали совсем мало монет.

Лиара в отсутствии отца занималась домашними делами. Возвращался он после полудня, сытно обедал, дремал прямо в сенях, да снова отправлялся на работу до самого вечера. Спать ложился с сумерками и от Лиары требовал того же.

Порой бывало засматривалась в окно Лиара на знакомых девчонок, что гуляли и веселились. Тоже ей хотелось так проводить время, а не за готовкой да вышивкой.

– Ты не должна гулять с подругами, – говорил ей отец, если замечал, куда она смотрит.

– Но почему, батюшка? Устала я сидеть в четырёх стенах, да выросла уже… Так и жизнь пройдёт.

– А разве ты сидишь дома?! – прикрикивал на неё отец. – По двору ходишь? Ходишь? Лес весь истоптала туда и обратно. Ишь что придумала! Выкинь эти мысли из головы. Работа помогает нам выживать. У меня – своя, у тебя – своя…

И слова против ему сказать Лиара не смела, лишь горевала тайком, да вспоминала нежные руки да ласковые речи матушки. В такие моменты она брала в руки иглу с ниткой, погружаясь в мир вышивки, где цветы были ярче, а мечты – ближе.

– …Лиара! – встрепенулась девушка от крика отца. – Опять в облаках витаешь?!

– Что батюшка?

– Я с тобой говорю, а ты в окно пялишься да молчишь.

– Я не…

– Рубаху мою нарядную приведи в порядок. В гости сегодня после вечерней работы пойду – к главе поселения. Спать ложись, не жди меня…

Лиара невольно зажмурилась. Такое случалось не часто, но возвращался из гостей отец сильно навеселе и всегда злой. Хорошо если побьёт посуду только, но мог и её растолкать да поколотить.

– Хорошо, батюшка.

– На обед что сегодня?

– Капустная похлёбка.

– С мясом ли?

– Нет мяса, батюшка.

Отец сплюнул прямо на пол:

– Опять воду хлебать, да травой заедать, – зло процедил сквозь зубы. – Так и ноги не долго протянуть. Ты бы поэкономнее продукты расходовала.

– Постараюсь, батюшка, только… в лес я собираюсь, по грибы да ягоды. Не смогу тебя встретить.

– Иди, только обед тёплым сохрани.

В дверях отец остановился и посмотрел на Лиару с уже привычным недоверием.

– Лиара, ты помнишь, что у нас нет монет на прихоти? Береги каждый грибок, каждую ягоду, – проворчал он, хмурясь. – Собирай внимательно, ничего не пропуская.

Ну вот опять. Лиара потупилась, чувствуя, как растерянность сжимает горло. «Должно быть, обуза я для него», – подумала, но ответила спокойно:

– Я всё сделаю как надо, батюшка. Обещаю.

– Смотри у меня!

Отец ушёл, шаркая ногами. Оставил дочь одну с гнетущей тишиной и бесконечными заботами. Лиара вздохнула, немного погоревала и отправилась готовить похлёбку. Горячую и ароматную замотала её во что смогла, чтобы долго ещё не остывала, да собралась в лес.

Утреннее солнце, словно золотистые нити, пробивалось сквозь густую листву, окрашивая тропинку в теплые тона. Лиара, с корзиной на сгибе локтя, шагала в лес за грибами и ягодами – единственным спасением от голода в их хоть и чистом, но убогом доме. Воздух еще не прогрелся, и Лиара плотнее замоталась в платок, подвязав его на талии. Все тропинки были ей знакомы, вились меж папоротников да мхов. Можно было и помечтать. О далёких городах (она и близких-то не видела, только слышала, что большие они да шумные), где золото, наверное, течёт рекой, о замках с хрустальными залами, о жизни без вечной нужды.

– Однажды я уйду отсюда, – шепнула Лиара, подставив разгорячённое лицо лёгкому ветерку. – От батюшки, из этого дома, где мне так тоскливо порой, где каждый день одинаков, как капли дождя. Хочу увидеть мир, о котором так сладко поют странники.

Лес становился всё гуще, а деревья всё ниже. Ветви их уже смыкались над самой головой Лиары, словно паутина. Девушка не сразу заметила, как потемнело вокруг, а ветер из ласкового превратился в жалящий холодом. Буря разразилась внезапно…

Глава 2

Ветер взвыл. Листва хлестала по лицу. Лес с угрозой загудел. Лиара замерла на месте, вмиг вернувшись в реальность из мира фантазий. Сердце стучало в унисон с громом.

Где она? Как попала сюда? Эту часть леса Лиара видела впервые, хоть думала, что уже таких не осталось. Это ведь её лес – родной, знакомый с детства. И что это за место?

Она оглянулась. Тропинка за спиной исчезла. А перед ней выросла темная непроходимая чаща. Страх холодной рукой сжал сердце. Темнота сомкнулась вокруг девушки, а воздух стал вязким тяжелым, пропитанным чем-то древним и зловещим.

Послышался хруст сухих веток под ногами кого-то тяжёлого. Из чащи вышел мужчина. Таких гигантов Лиара ещё не встречала. Даже кузнец в их поселении был мельче, хоть и слыл самым крупным и сильным. У этого плечи были широченными. И рост такой, что даже на расстоянии Лиаре пришлось закинуть голову, чтобы рассмотреть грубые черты лица, словно высеченные из камня. А мышцы на руках перекатывались так, что рубаха не скрывала. Но самыми страшными показались Лиаре глаза гиганта – они горели красным, как угли в ночном костре. И в них плескалась неукротимая ярость.

Девушка окаменела, ноги приросли к земле. Дыхание перехватило, а мысли в голове стали путаться от страха.

– Что ты тут делаешь? – проговорил он низким голосом, эхом отразившимся от стволов. И вроде не кричал, а будто гром пронёсся.

– Я… Я не знаю, – заставила себя ответить Лиара, хоть язык и плохо слушался. Она попыталась отступить, но ноги не подчинились. – Случайно забрела…

– Что?! – повысил мужчина голос и сжал кулаки. Лиара приготовилась к неминуемой смерти. – Как ты смогла забрести туда, куда нет никому хода?!

– Я правда не знаю. Задумалась, а когда очнулась…

– Ты ведьма? – прищурился мужчина, а голос его стал вкрадчивым.

– Что?.. Нет же! Никакая я не ведьма! – вскричала Лиара. – Я дочь Форка из села, что начинается сразу за лесом. Я тут собирала ягоды и грибы, – показала она наполовину заполненную корзину.

Мужчина взмахнул рукой, и корзина отлетела в сторону. Лиану затрясло, на глазах выступили слёзы. Что это было? Волшебство? Кто же он?..

– Здесь мои земли. Никто не может сюда вторгаться. Граница охраняется магией. А ты!.. Как ты справилась с магией? Отвечай! – оказался вдруг мужчина рядом с Лиарой, сжимая её горло огромной лапищей.

Она бы и ответила, если смогла. Но воздуха в груди уже почти не осталось, а изо рта Лиары вырывались лишь хрипы.

Раньше, чем задушил её, гигант сообразил, что так ответа не добьётся. Выпустив горло Лиары, он встряхнул её за плечи, да так, что душа чуть не покинула тело.

– Ты понимаешь, что я могу убить тебя? – спросил он уже спокойнее, но угроза из голоса никуда не делась.

Говорить Лиара всё ещё не могла, а потому лишь кивнула, растирая горло.

– Я уйду, сейчас же… – просипела она. – Дай только отдышаться.

– Ну уж нет! Никто не покидает это место живым!..

Прощай, батюшка, мечты… – пронеслось в голове Лиары, стоило ей только услышать хруст. Не ветка дерева сломалась под порывом ветра, не сухой пенёк развалился от старости… Хрустели кости у того, кто стоял рядом и нависал над ней. А тело его изогнулось, словно в агонии. Ногти на руках превратились в длинные и острые как клинки когти, а сами руки на глазах покрылись густой темной шерстью. Через миг перед Лиарой стоял волк – огромный, с клыкастой пастью и глазами, полными первобытной злобы.

Лиара закричала, срываясь на визг. Собственный голос слышала словно издалека.

– Пожалуйста! Не трогай меня! Я... я сделаю всё, что прикажешь! Буду служить тебе вечно, только пощади!..

Волк, который только что собирался разорвать её своими клыками, замер. Уши его дрогнули, словно прислушивались к чему-то. Ноздри раздувались, втягивая её страх. В диких кровавых глазах мелькнуло что-то человеческое – тень сомнения, сдобренная мудростью. Тело выпрямилось, шерсть постепенно сошла… Он снова стал человеком. И лишь лишь хищный блеск из красных зрачков никуда не делся.

– Служить? – прорычал он низко, с хрипотцой, словно пробуя слова на вкус. – Это ты должна доказать. Но знай – если я тебе не поверю, то сгниёшь здесь. Мои законы не прощают слабости.

Лиара сглотнула ком в горле, колени подгибались. Она бы упала, если смогла, но всё та же сила продолжала удерживать её на ногах.

– Что... что тебе нужно от меня? Скажи, и я исполню. Всё, клянусь!

Он шагнул ближе, тень накрыла её, как чёрное крыло ворона.

– Будешь работать на меня. Станешь моей тенью, моей рабыней... А потом я решу твою судьбу.

– Я... я не умею многого, – заикаясь, выдохнула Лиара. Она умоляюще смотрела на суровое и беспощадное лицо. – Лишь вышиваю узоры, тонкие, как паутина. Могу смастерить для тебя... одежду, обереги!

Он усмехнулся криво, в глазах вспыхнул сарказм.

– Обереги нужны тем, кто боится меня. Мне они без надобности. А вышивка… лишь детские забавы. А ты… Захочешь жить, станешь делать всё, что я прикажу. Своего отныне у тебя ничего нет. Всё принадлежит мне – тело, разум, душа… Согласна?

Лиара кивнула, глотая слёзы. Выбора у неё не было. То, что предлагало это чудовище, было всё же лучше, чем смерть.

Гигант схватил её за запястье. Хватка была железная, но не ранящая. Поволок сквозь чащу к заброшенному сараю, скрытому мхом и плющом. Лиара упиралась, спотыкаясь о корни деревьев.

– Куда ты меня тащишь? Пожалуйста, отпусти! – молила она.

– Молчи! – велел зверь, распахивая покосившуюся скрипучую дверь. Пахнуло затхлостью и сыростью. – Здесь будешь жить, – толкнул он Лиару, и она не удержалась, повалилась на что-то мягкое. По запаху поняла, что солома.

Звякнула цепь, и лодыжку обдало холодом. А следом захлопнулась дверь, забирая с собой тот тусклый свет, что пробивался снаружи. Лиара осталась сидеть на соломе, прикованная за ногу цепью и в кромешной тьме.

Снова завыл ветер. О чём он хотел ей нашептать? О том, что это конец всему? Что больше ей не на что надеяться? Лиара обхватила колени, спрятав в них лицо. Нахлынули воспоминания, и в голове зазвучал голос отца.

Не мечтай о невозможном, Лиара. Мир жесток к слабым…

Что же получается, что он был прав? Домечталась она, значит. А она ещё с ним спорила с пеной у рта, утверждала, что счастье – это не грех.

Счастье – роскошь для богачей. Терпеть – вот твой удел.

Теперь, в темноте, Лиара горько усмехнулась сквозь слёзы. Терпеть... Опять терпеть. Чудовище вместо отца… Но сердце не желало сдаваться. Может, это ещё не конец? Даже если придётся служить зверю, чтобы выжить.

Лес затих, словно обещая, что завтра наступит новый день, полный опасностей и тайн.

Глава 3

Лиаре снился сон – она это чётко осознавала. И в то же время, всё как будто происходило с ней наяву…

Она возвращалась домой из леса. Почему-то ночью. Как она так задержалась? Отец будет сердиться, ведь она и рубаху не приготовила ему, в которой собирался он наведаться в гости к соседу.

Несмотря на темноту, лес казался осязаемым. Луна серебрила тропинку, а воздух был пропитан запахом влаги и смолы. Босые ноги (и почему она возвращалась босая?) ступали по хвое, платье цеплялось за кусты, а сердце стучало от усталости. И как же она замерзла на ночном ветру!

Вот и дом у самой опушки. Её с отцом дом. Бедный, с соломенной крышей, он манил Лиару теплом очага.

Она толкнула скрипучую дверь, вошла в сени, потом в горницу, освещенную дрожащим светом лучины. У стола сидел отец. Он был пьян. Глаза мутные от хмельного зелья, а на столе недопитая бутылка. Видно, вернулся с пира у соседей и продолжил дома. И рубаха на нём помятая, ведь она не успела разгладить её.

– Где бродила, девка?! – прорычал он, завидев её. – Ночь на дворе, а тебя нет!

– Батюшка, так я... в лесу была, за ягодами... – прошептала Лиара, пятясь к стене.

Слов её отец не слушал. Встал со стула и пошёл в её сторону, пошатываясь. Лиара уперлась в стену – отступать уже было некуда. Схватив дочь за волосы, отец рванул что есть силы, чуть не оторвал голову. Могучий кулак ударил в хрупкое плечо, но боли Лиара не почувствовал, словно тело было чужое.

Она попыталась вырваться, но ноги запутались в подоле, и она упала. Отец молотил куда попало, ногами: по ребрам, по спине, по лицу… Тело тряслось от толчков, губы разбились в кровь, но боли не было. Только лодыжка странно ныла, пульсировала, будто ее кто-то жалил. А отец наносил удар за ударом. Когда Лиара решила, что вот сейчас он её убьет, то проснулась.

Она рывком села и тут же застонала от боли. Её лодыжка!.. Лиара села на соломе, ощупывая ногу. Почему так темно? Неужели проспала она до самой ночи? Лес шумел за стенами сарая, ветви стучали по прогнившим доскам, где-то выли волки. По телу Лиары пробежала дрожь. Тоска съедала душу. И нога растёрта в кровь железным кольцом. Только бы не началось заражение…

Оторвав от юбки кусок ткани, Лиара обмотала им ногу под кольцом. Болеть стало меньше, и она рискнула встать. Хотелось размяться хоть немного, но цепь была такая короткая, что получилось сделать лишь шаг.

Вот почему её сон пах влагой, потому что полил дождь. Вода просачивалась внутрь сарая, земляной пол размок. Сухим осталось только то место, где была постелена солома, на которой и сидела Лиара. Холод пробирал до костей. Хоть бы лучина была или очаг. Нет же, только тьма, густая, как смола.

Лиара подтянула колени к груди и обхватила их руками в попытке согреться. Слёзы жгли глаза, но она сжала зубы, запретила себе плакать. Злость закипала в душе.

– Эй! – крикнула она в темноту. – Зачем держать меня на цепи, если сбежать отсюда не могу?..

Это был крик отчаяния, на ответ Лиара не рассчитывала. И как же она удивилась, когда кольцо на её ноге разжалось и отлетело в сторону. Сначала стало страшно, а следом пришло облегчение. Значит, чудовище услышало её. Позволит ли оно ей покинуть сарай? Или хотя бы просто подышать воздухом?

Лодыжка болела, каждый шаг давался с трудом. Лиара, стиснув зубы, толкнула дверь сарая плечом, не надеясь, что та открыта. Дерево скрипнуло, как старая кость, и ночь просочилась внутрь. Она показалась Лиаре живой, дышащей. Ливень обрушился на неё, и Лиара отскочила вглубь сарая.

Откуда ни возьмись появилась луна – полная, ядовито-белая. Она висела низко,прямо над кронами деревьев, слишком яркая для такой бури. Её неестественно густой свет лился, окрашивая траву в призрачный перламутр.

– Такой луны не бывает, – прошептала Лиара. – Но она есть здесь…

Это была крохотная поляна – совершенно круглая, словно выжженная в сердце леса. Да и сам лес уже не казался Лиаре обычным. Может быть не весь, но это место точно. Это место было ИНЫМ. Даже дождь здесь был не таким, к какому привыкла Лиара. Его капли сверкали как звёзды. А грибы на краю поляны… Их шляпки сияли фиолетовым.

В центре поляны стоял дом из тёмных брёвен, приземистый, как спящий зверь. Мох на крыше шевелился, будто живой мех под порывами ветра. Окна темнели пустотой – ни блика огня, ни дыма из трубы. Только бездонная чернота, в которой плясали тени, скользя по стенам, как пальцы призрака.

Сарай был совсем рядом с домом. Ничего удивительного, что чудовище её услышало. А это что?.. Лиара пригляделась к косяку двери. На нём были выжжены руны в форме волчьих клыков. И в ночи эти руны светились.

Чудовища не было видно. Ни рыка, ни шороха лап по мокрой земле. Но оно было здесь, рядом, Лиара это чувствовала. Оборотень-отшельник, хозяин этой заколдованной обители. Волчий голод и человеческое одиночество смешались в воздухе. Чего ждать от зверя? Вонзит ли он ей клыки в горло? Или, напротив, позволит жить рядом?

Даже молнии тут не такие, как обычно. Не золотые, а серебристо-синие. Они озаряли поляну вспышками, в которых ветви деревьев корчились, как живые змеи. Гром гремел низко, близко. Это был не небесный хор, а вой из-под земли.

Долго или нет простояла, Лиара не поняла. Только в какой-то момент сильно захотелось спать. Она втянула дверь, отступая в сарай. Прилегла на солому, свернувшись калачиком. Закрыла глаза, стараясь не думать о холоде. Засыпая, видела взгляд луны. Светило то ли обещало что-то, то ли проклинало. А утром Лиару ждала встреча с оборотнем.

Глава 4

Светало… Серый рассветный туман проникал в сарай сквозь щели. Солома в этом свете казалась почему-то бледно-розовой.

Лиара уже не спала. Да и раньше это нельзя было назвать сном. Так, дремала урывками, пыталась хоть как-то согреться. Но влажное платье не помогало, как и тонкий слой соломы. Лиаре уже казалось, что холод впитался в кости, а дрожать не осталось сил. Всё тело ломило и рёбра ныли, словно от того сна про отца. Но это, наверное, ей только чудилось.

А вот вид ноги Лиару напугал нешуточно, когда приподняла подол платья. Лодыжка опухла, став вдвое толще, побагровела, а темные вены пульсировали прямо под кожей. Прикосновение вызвало такую резкую боль, что Лиара застонала.

Она слышала про такие раны… Сначала они краснеют, а потом синеют, и… наступает смерть. Неужели именно в этом и заключается её судьба – умереть в заброшенном сарае? Слёзы жалости к себе навернулись на глаза. Не заслужила она такой участи!

Следом пришли мысли об отце. Даже если, вернувшись ночью от гостей, он не понял, что дочь пропала, то на утро, когда разум стал ясным, точно осознал. Постель пуста и не тронута, завтрак не приготовлен, в доме не прибрано… Зная его нрав, Лиара не усомнилась, как сильно разозлился батюшка. А дальше что? Дальше он пойдёт по соседям – искать её. Когда поймёт, что нигде в поселении её нет, ринется в лес с собаками и топором. И лучше тогда никому не попадаться на его пути. И ведь искать её станет не из любви. Из злости, чтобы не позорила перед соседями…

А если отец набредёт на это место? Что тогда будет? Прольётся кровь! Лиара замерла и похолодела от этой мысли. Будет схватка, и кто выйдет победителем, она даже предположить не могла. Оба они сильные – отец и оборотень. Но волк, кажется, сильнее, да ещё и магией владеет какой-то древней. Убьёт он отца, точно убьёт. И никакие мольбы его не остановят. Тогда уж лучше отцу её совсем не найти. Пусть живёт, как знает, без неё. Горевать не станет, потому как не любит. А она… По дому, конечно, тосковать будет, но и то только потому, что живёт там память о матушке.

Так крепко Лиара задумалась, что не сразу поняла, что изменилось. Только заметив фигуру оборотня в дверном проёме, очнулась от тяжёлых мыслей. Ладно хоть не заявился волком. Но даже в человеческом обличье он пугал одним своим видом. Высоченный, что аж в дверь не проходил, пришлось нагнуться. И глаза… Сегодня они у него были не красными, а жёлтыми. Точно волк, воющий на луну!

Оборотень принюхался, ступая в сарай. Лиара заметила, что он босой, и ноги испачканы грязью. Рубаха на нём была порвана в нескольких местах. А вот штаны из оленьей кожи выглядели самыми целыми и новыми.

– Вставай, девка, – прорычал он низко, голосом, в котором сквозила не злоба, а усталость. – Рассвет уже…

Тут взгляд его упал на лодыжку Лиары, которую она забыла спрятать под платье. Оборотень нахмурился.

Лиара сделала попытку сесть, но ноги не слушались, а лодыжка пульсировала болью так сильно, что она снова не сдержала стона, зажимая рот рукой. Почему-то думалось, что стоны её разозлят оборотня. Да и отец её всегда учил быть сильной, не распускать нюни.

Стон не остался незамеченным. Глаза оборотня сузились, а ноздри раздулись. Сделав шаг, он опустился перед Лиарой на корточки. Так близко стал, что она учуяла его запах: мускус, мокрый мех и дым от костра. Только она мысленно взмолилась, чтобы оборотень её не трогал, как он уже принялся ощупывать её лодыжку грубыми пальцами. И что особенно удивило Лиару, боли не было. Он касался её ноги так осторожно, что почти нежно. Снова мелькнула мысль об отце. Увидев дочь такую, он бы ещё и пнул её для острастки.

– Чёртова цепь натёрла до кости, – пробормотал оборотень, хмурясь. – Замёрзла как сука. Не хватало ещё гнили… – это прозвучало обидно до слёз, которые уже и так жгли глаза.

Что будет дальше, Лиара и подумать не успела. Оборотень подхватил её на руки, словно весила она не больше пёрышка.

Куда он её несёт?! – билась в голове шальная мысль, когда покинули они сарай. Хочет убить? Но почему не здесь?..

Лиаре казалось, что сердце её колотится о рёбра оборотня. А тепло его огромного тела проникало под платье и согревало, отгоняя холод. Странное смятение испытывала девушка – запретное облегчение.

Рассвет на поляне золотил траву. Зловещие ночные грибы угасли, а лес не гудел, а что-то нашёптывал – тихо и нежно. Лишь дом по-прежнему зиял чёрнотой открытых окон. Дверь в дом оборотень пнул ногой и вошёл.

Так вот оно какое – жилище дикого отшельника? Лиара завертела головой, не в силах скрыть любопытства. Пол устлан грязной соломой и шкурами с комьями земли и костями, видно, от недавнего ужина. Стол, грубо сколоченный из цельного пня, завален мисками с остатками похлёбки, ржавыми ножами и сушёными травами. Стулья – два бревна с поперечинами. Один покосился. Кровать в углу – просто настил из досок, покрытый свёрнутой шкурой медведя, без подушки, без белья… Всё сырое и грязное. Окна в потёках дождя и сажи, без занавесок, словно чтобы лес в них подсматривал. В углах паутина. Пыль в лучах рассвета плясала, как злые духи. Воздух тяжёлый от запаха плесени, дыма и звериной мускусности. Ни ликов святых, ни книг – только полка с черепами мелких зверей и пучками трав, висящими на верёвках.

Живёт как животное. Да он и есть животное, чудовище. Но всё равно, как так можно жить? Самому-то ему приятно тут находиться? Отец вот любит порядок. Он бы точно сейчас сказал: «Мужик должен порядок держать!» А тут грязи по самые уши…

А тем временем оборотень опустил Лиару на шкуру у очага, в котором ещё тлели угли. Сразу же по телу разлилось волной тепло. Не выдержала и заговорила – слова вырвались сами:

– Ты... всегда здесь один живёшь? – шепнула и тут же уперлась взглядом в пол. Вот же глупая! Ну кто её только за язык тянет? Разозлит же зверя…

Оборотень замер у очага, подбрасывая поленья. Спина напряглась, плечи вздыбились. Долго не оборачивался, только кулаки сжал.

– Зачем тебе?.. – прорычал, наконец, всё ещё стоя спиной. Голос прозвучал глухо, как из могилы.

– Просто... Здесь так... пусто, – выдавила Лиара, стараясь не обращать внимания на то, как колотится сердце в груди. Слова уже вылетели, значит, нужно держать лицо. Может, не убьёт сразу, пожалеет. Смягчится из-за её больной ноги?

Вроде как звериная злоба отступила, Лиара это почувствовала. Оборотень лишь фыркнул, да подкинул ещё дров в очаг. Искры взвились, а поленья сразу же занялись огнём. Стало так тепло, хорошо…

Но молчание растянулось, а лес за окном отчего-то зашумел.

Оборотень отошёл от очага, скрылся в углу с травами и оттуда буркнул, не глядя на Лиару:

– Когда-то жил… С матерью…

Голос его на слове «матерью» дрогнул – едва заметно, но Лиара уловила. А когда повернулся он, в жёлтых глазах мелькнуло нечто человеческое: тень боли от старой раны, что никак не заживает. Глубокая, как пропасть, боль. Должно быть, мать его убили, – подумала Лиара. А он до сих пор страдает. Что же получается? Что внутри он больше человек, чем зверь? И боль его была Лиаре понятна, ведь она тоже потеряла матушку.

Лиара сглотнула комок в горле, кивнула, но спросить больше ни о чём не рискнула. Оборотень тряхнул головой, отгоняя тень прошлого, и опустился перед девушкой на колени. Молча взял ногу в ладони. Лиара вздрогнула, но не отстранилась. Даже интересно стало, что же будет дальше.

– Сиди смирно, – велел он, глядя на неё своими жёлтыми глазами. – Магия леса не любит суеты. И не бойся…

Его ладони засветились – сначала тускло, зелёно-золотым, как рассвет в листве. Руны проступили на коже: волчьи следы, ветвистые корни, какие-то древние знаки... Он провёл пальцами по ране – тепло разлилось по телу Лиары, как горячий мёд. Даже жарко стало. Широко отрытыми глазами она смотрела, как кожа на ноге зашевелилась, словно ожила сама по себе. Краснота исчезала, опухоль спадала на глазах. Вены переставали пульсировать, а потом и вовсе успокоились, стали обычными. На ране проступила тонкая корка, на которую оборотень дунул, и она осыпалась пылью. Нога стала гладкой, как прежде. Боль ушла окончательно. Лиара сидела, боясь пошевелиться и разозлить магию леса, как сказал оборотень. Она-то думала, что такое возможно лишь в сказках, какие читала в детстве. Но тут же явь… И магия существует на самом деле!

– Как... Ты... Это... – выдавила она, трогая кожу пальцами и ловя себя на том, что сидит с открытым ртом. Внутри неё творилось какое-то чудо. Тепло стало лёгким, а шёпот леса будто пробрался под кожу.

Оборотень усмехнулся криво, гася руны. Свет погас, забирая с собой и тепло.

– Лес учит, если слушать…

Он поднялся и отошёл к очагу. Вернулся с миской и сунул ту в руки Лиары.

– Ешь, силы вернёшь, – хмуро буркнул.

Только увидев ароматную и дымящуюся в миске кашу, Лиара поняла, как же сильно проголодалась. Она набросилась на еду, словно она тут была голодной волчицей, а не оборотень. Съела всё до крошечки, чуть миску не вылезала. Добавки просить не рискнула. Да и оборотня уже след простыл.

После сытной еды сон сморил Лиару. Перед тем, как уснуть, она подумала, что отец, должно быть, уже рыщет по лесу, грязно ругаясь. И поймала себя на мысли, что не хочет быть найденной им.