Читать книгу "Чудовище"

Глава 5

Солнце стояло в зените, и лучи его врывались золотыми копьями в грязные окна, когда проснулась Лиара на шкуре у очага, на которой и уснула до этого. Тело было полно сил и больше не ныло. Чудо какое-то! Ногу полностью исцелила магия оборотня. А, нет! Магия леса, как он её назвал.

Лиара села, потирая глаза, и огляделась. Кажется, оборотня в доме не было. Ни рычания, ни шороха… Поляна за окном тоже дремала в полуденной жаре, лишь листья лениво трепетали на деревьях. Где-то в высоких кронах заливались счастьем птицы. Но так хорошо было там, снаружи. А внутри… От вони, что царила в доме, у Лиары аж в горле запершило.

Девушка встала и потянулась. Попутно размышляла, где может быть оборотень. Охотится или просто где-то бродит – людей пугает? Хотя, тут она была к нему не справедлива. Сколько знает этот лес, никогда не ходили слухи, что водится тут оборотень-отшельник. До сих пор ему удавалось надежно хорониться, так зачем сейчас изменять привычке?

– Ну и вонь! – пробормотала Лиара, зажимая нос.

Она остановилась у стола, откуда из мисок несло пропавшей похлёбкой. К этому примешивался запах гнилой соломы под ногами. Влажные шкуры смердели плесенью. Старое ложе пахло зверем и дымом от костра.

Лиара снова осмотрелась, на этот раз более придирчиво. Бревенчатые стены покрыты сажей, на полу обглоданные кости и обрывки кожи. Ещё эта полка с черепами – лис, зайцев, сов, кого-то ещё. Все они укоризненно смотрят на неё своими пустыми глазницами. Не дом, а нора какая-то. Но и живёт тут не человек, а дикий зверь. На этом месте Лиара призадумалась крепче. Дикий зверь не стал бы лечить её ногу. Значит, человеческого в нём больше. А если он человек, то не должен жить в такой грязи. Вот она тут сейчас и приберётся, пока его нет. И будет это её благодарность за исцеление.

За домом протекал небольшой ручей, в нём Лиара и наполнила ведро, которое нашла в доме. Из старой рубахи, валявшейся на полу, соорудила тряпку. А метла имелась – добротная из прутьев, стояла гордо в углу. Только вот, кажется, ею и не пользовались никогда. Так хотелось поскорее прибраться, что аж руки чесались. Да и привыкла она к чистоте. Отец гонял её за каждую пылинку, поколачивал частенько. Он так и говорил всегда: «Наводить порядок в доме – бабская работа!»

Начала Лиара со шкур – сердца этой берлоги. С той, на которой спала, со свалявшимися комьями. Её она выволокла наружу и встряхнула изо всех сил. Пыль взвилась облаком, но Лиара не остановилась. Продолжала вытряхивать, пока не выбила из шкуры последнюю пылинку. Нарвала жёсткой травы, сделав из неё щетку, и долго скребла ею шкуру, вырывая колтуны, удаляя засохшую грязь. В точности так же она поступила с другими шкурами, и все их оставила прожариваться под солнцем.

У дома даже не было компостной ямы, как выяснила Лиара, обойдя его по кругу. Пришлось и этим заняться, благо, в сарае имелась лопата. В эту яму Лиара побросала всю гнилую солому, комья грязи и остатки еды с пола. А потом разложила по полу нормальную солому и застелила прожаренными и пахнущими свежестью шкурами. И теперь они лежали мягко и пушисто, как в сказочном тереме.

– Видишь, волк, не так это и сложно, – бормотала Лиара себе под нос.

Оставались ещё окна, все в потёках. Через них и лес-то плохо просматривался. Зола из очага заменила ей мыло. Сажа с рам осыпалась под умелыми руками чёрным снегом, а стёкла заблестели, как натёрла их Лиара сухой тряпкой.

– Вот ты уже и стал похож на настоящий дом, – оглядела Лиара плоды своих стараний.

Оставалось разложить по местам вещи, отмыть в ручье посуду, наточить ножи на камне, да покрасивее развесить травы под потолком, чтобы сохли быстрее. Со всем этим Лиара управилась быстро. Она даже стулья подбила гвоздями, которые нашла в сарае.

– А с тобой мне что делать? – остановилась Лиара перед полкой с черепами.

Страшными они ей показались, потрескавшимися, с зубами острыми как иглы. И зачем такое старьё хранить в доме? Их она тоже отправила прямиком в компостную яму. И полка тоже засверкала чистотой. Её Лиара украсила вазой, в которую нарвала луговых цветов.

Солнце уже начало клониться к закату, когда Лиара закончила выметать очаг от золы. В лесу стремительно холодало. Растопив очаг, Лиара повесила над ним сушиться рубашки оборотня, что собрала в доме и перестирала. Сама она устала и вспотела. Хотелось обмыться. И она уже присмотрела за домом бочку, в которой можно развести воду для купания. Как раз и оборотня нет…

Пока грелась над огнём вода, Лиара любовалась домом. Брёвна в нём задышали, а тени ушли. Воздух пах теперь лесом, травами и теплом очага. Окна сияли чистотой, как и солома на полу. Шкуры манили пушистостью. Теперь его уже не назовёшь берлогой. А обителью – можно.

Вода вскипела. Кое-как Лиара оттащила тяжеленный котелок к бочке. А разбавила кипяток водой из ручья. Скинув с себя одежду, забралась в бочку. Вода дошла до самой головы, и моментально тело расслабилась, а мышцы перестали гудеть. Откинув голову на край бочки, Лиара закрыла глаза и позволила себе немного помечтать. Ведь она уже так давно этого не делала – всю минувшую ночь и весь день, прошедший в трудах.

А что, если представить, что лес этот сказочный. И не дом это вовсе с покосившимся рядом сараем, а заколдованный замок. Когда-то в этом замке жили король с королевой. И был у них сын – прекрасный принц. Беда пришла нежданно – налетели на дворец разбойники. Короля с королевой убили, а весь дворец разграбили и сожгли. Принцу удалось сбежать, и он долго бродил по лесу. Совсем одичал, пока искал дорогу домой. С каждым днём человеческого в нём оставалось всё меньше и меньше. А когда повстречался он с волком, завязалась у них драка. Волка принц убил, но прежде тот успел его укусить…

– Ого! – распахнула Лиара глаза, развеивая фантазии. – Это я про чудовище, что ли, сказку сочинила? Какая-то невесёлая она получается.

И в этот момент она поняла, что хочет узнать об оборотне побольше. Кто он? Как давно живёт здесь? Что случилось с его матерью? Почему не идёт в люди?..

– Что ты сделала с моим домом, девка?! – ворвался в мысли Лиары свирепый рык.

Пискнув, девушка ушла с головой под воду. Но даже так она умудрилась услышать тяжёлые шаги, приближающиеся к бочке.

Глава 6

– Вылезай! – глухо проник сквозь воду голос оборотня.

Лиара потрясла головой. Лучше уж она захлебнётся, чем встретиться с его звериным гневом. А то, что он зол, не сомневалась. И такова его благодарность за все её старания?

Слова больше оборотень не растрачивал – сунул руку в бочку и вцепился Лиаре в волосы. Голову прострелило болью, а сама она заскользила на поверхность.

– Отпусти! Больно же, – расплакалась девушка, когда и на поверхности оборотень продолжал удерживать её за волосы.

– Выбирайся из бочки, девка! – оставил он в покое волосы Лиары и приблизил к ней свое лицо.

Глаза его стремительно разгорались красным, а на губах появился оскал. Лиара видела, как становятся его клыки длиннее.

– Я не могу, – снова затрясла она головой. – Я не одета…

– Вылезай, если не хочешь, чтобы я вытряхнул тебя из бочки!

А ведь он выполнит угрозу, и сил хватит. Что для него эта бочка, полная воды? Нет ничего.

– Можешь… отвернуться? – жалобно попросила Лиара.

– Чтобы ты ещё что-то натворила? И не подумаю!

Но как же ей быть? Как может она предстать перед глазами мужчины нагая? Стыд-то какой. И одежда, как назло, далеко. Платье она повесила на сук дерева. И вообще… она не подумала, как будет выбираться из бочки. Только сейчас поняла, что сделать это намного труднее, чем погрузиться в неё.

– Да что такого я сделала?! – вскричала Лиара. – Почему ты злишься? Я же вымыла твой дом до блеска!

– А я просил тебя об этом? – снова зарычал волк. – Отвечай!

– Нет, но…

– Нет! – прокатился его рык по поляне, отражаясь от деревьев за её пределами. – Ты не должна была ничего трогать.

– Да я только мусор повыбрасывала, всякий хлам… – отозвалась Лиара, но думала она о другом. В лесу стремительно темнело. Густели сумерки и на поляне. Ещё чуть-чуть…

– Надоела ты мне! – с этими словами оборотень подхватил её подмышки и вытащил из воды. Не церемонясь, бросил прямо на траву.

Сообразить ничего не успела, как оказалась перед ним, в чём мать родила. И сумерки пока ещё не в силах были скрыть её наготу.

Вскрикнув, Лиара вскочила на ноги и метнулась к дереву. Сдёрнув платье с сучка, старалась как можно быстрее облачиться в него. Но получалось плохо. Ткань липла к мокрому телу, платье перекручивалось и трещало по швам… К тому времени, как натянула его на себя, снова умудрилась вспотеть. Ну а наградой ей стал остановившийся взгляд оборотня. Всё то время, что мучилась она с платьем, он пожирал глазами её голое тело. Срам-то какой!

– Что смотришь?! Девок голых не видел? – закричала Лиара, чувствуя, как пылают от стыда щёки. Из глаз снова покатились слёзы. Даже во сне она никогда так не позорилась!

Оборотень словно отмер. Потряс головой и развернулся спиной к Лиаре. А почему раньше так не сделал? Зачем заставил её пройти через срам?

– Где мои черепа? – глухо спросил волк, и Лиара заметила, как сжались его кулаки.

– Там же, где и остальной хлам – на помойке.

– Что?! – взрычал он и повернулся к ней. Снова она разглядела его клыки. Не иначе, как разорвёт сейчас.

– Да они же все старые, трухлявые, как те пни! Только пыль и собирают. На помойке им и самое место…

– Где? – в один шаг сократил оборотень между ними расстояние. Ворот платья схватил в охапку, отчего оно снова затрещало, а ноги Лиары, к её ужасу, оторвались от земли. – Где то место, что называешь ты помойкой? – обдало звериное дыхание её лицо.

– Там, – пискнула Лиара, покосившись на сарай, возле которого и вырыла компостную яму.

– Иди! И принеси мне черепа! – откинул её оборотень в сторону. Снова упала она в траву, и на этот раз падение было более твёрдым.

Глотая злые слёзы, Лиара копалась в мусоре. Ещё и стемнело, приходилось действовать наощупь. Не отправляться же за лучиной в дом. Там зверь, и вернись она без черепов…

Не скоро она откопала все черепа. А потом ещё каждый очищала от грязи. Обида жгла сердце, ведь она так старалась для него. Зверь он и есть зверь. Эх, сбежать бы сейчас с этой поляны. И ночь не страшила. Ноги бы сами привели к дому. Так не получится ведь, пробовала уже. Магия леса надёжно охраняла это место, прятала его от чужих глаз. Каждый раз, как приближалась к кромке леса, будто бы на стену натыкалась – невидимую глазу. И каждый раз Лиара задавалась вопросом – как же эта магия пропустила её сюда?

Когда вошла Лиара в дом, застала оборотня сидящим перед огромной тушей кабана. Ловко он её разделывал ножом, а над огнем в очаге уже кипела вода, куда он и отправлял большие куски мяса. Запах еды разносил по дому, и Лиара поняла, что ужасно проголодалась.

– Вот твои черепа! – высыпала она из подола платья прямо на ноги оборотня.

Сама ушла в дальний угол и села на шкуру, очень надеясь, что не погонит её зверь в сарай. С темнотой пришёл и холод, а в доме было тепло и сухо.

– Чего затаилась как степная мышь? Возьми травы, да отвар сделай… – беззлобно буркнул оборотень, аккуратно отодвигая черепа в сторону и не переставая разделывать тушу. – Вон миска с варом, только слил… – кивнул он в сторону стола.

Лиара немного размякла – от тепла, да мысли, что не прогонит её оборотень. Да и руки требовали дела – не привыкла она сидеть вот так, да глазеть по сторонам.

Нащипав из пучков сухой травы, ссыпала ею всю в миску, да накрыла другой миской, чтобы настоялся отвар.

– Похлёбка ещё должна повариться, – сообщил ей оборотень. – Подойди, – велел.

На негнущихся от страха ногах Лиара приблизилась к нему. Что ещё он от неё хочет?..

– Садись, – кивнул он на свободное место рядом с собой.

Лиара послушно опустилась на шкуру.

– Черепа эти не простые, – не сразу заговорил оборотень. Все их он держал в ладонях и любовно рассматривал. – Зовутся они шептунами. И в каждом из них живёт магия леса. Каждый из них ключ к духу зверя. Например, этот, – достал он один череп. – Лисий. Видишь руны? – поднёс он череп к глазам Лиары. И как она раньше не заметила на темени черепа завиток, а на скулах – кресты? Сейчас они, правда, светились. – Этот шептун – хитрец. Помогает скрывать тропы от глаз врагов. Зажмёшь его в лапе, следы исчезают…

Оборотень осторожно отложил череп в сторону и взял другой.

– А это зайца, – показал череп Лиаре. – Бегун зовётся. Делает обладателя сильным и быстрым. Одним прыжком можно реку перепрыгнуть и мчаться потом быстрее стрелы… Это Зоркий страж – череп совы. Её глазницы горят в ночи, смотри, – дунул оборотень на череп, и из пустых глазниц вырвались два яркий пучка света. – Он помогает видеть сквозь тьму, обходить опасные места. А если коснуться руны на лбу, то можешь прочитать душу… Барсук – Хранитель и целитель. Помогает искать целебные корни в земле от любой хвори. И раны залечивает – твою вот вчера залечил…

Надо же! А она и не заметила, как прибегнул оборотень к помощи черепа вчера. Словно слепая была.

Лиара несмело протянула руку и коснулась черепа совы. Почувствовала, как завибрировал он под пальцами и отдёрнула руку.

– Я не знала, – прошептала она.

– Дура-девка, – беззлобно буркнул оборотень.

Черепа он расставил на полке, как и прежде было.

– Ужинать будем. Собирай на стол, – вернулась к нему привычная суровость.

Похлёбка показалась Лиаре вкусной. А ещё сонной. Глаза принялись слипаться, как только опустилась на шкуру возле очага, перемыв всю посуду. Грея ладони о кружку с отваром, девушка посматривала на оборотня, что точил ножи у окна. Мускулы его перекатывались под рубахой, а глаза ловили луну за окном. И черепа на полке мерцали в отблесках пламени из очага. Сейчас Лиаре они казались живыми.

– А… имя у тебя есть? – спросила она.

Почему-то раньше она об этом и не задумывалась. Оборотень, да оборотень. Зверь, чудовище, волк… Но ещё он и человек, ведь. А у каждого человека должно быть имя. Да и любопытство жгло.

Оборотень замер, нож блеснул в его руке. Рык раздался едва различимый, низкий.

– Как же без имени, – задумчиво проговорил. – Лесные духи зовут Велимар.

Лиара повторила про себя: «Велимар». Красиво и сильно звучит его имя.

– Велимар, – произнесла его вслух, словно пробуя на вкус. – Но оно же не настоящее?

– С чего взяла? – зыркнул на неё оборотень.

– Так… подумалось…

– Мать звала меня Сарвулом, что значит серый волк.

Это имя больше пришлось Лиаре по душе. Сарвул – короткое и подходящее зверю имя.

– А можно и я тебя буду так звать?

– Мне всё равно, – пожал оборотень плечами. – Спи девка! Завтра будет новый день, – велел, отправляясь на своё ложе.

Но ещё долго Лиара не могла уснуть, слушая ровное дыхание зверя. Что принесёт ей новый день?

Глава 7

Что-то щекотало лицо, нежно так, приятно. Но глаза никак не хотели открываться. Лиара смахнула со щеки невидимую помеху, но она никуда не делась. И тогда только девушка проснулась, сразу же вспомнив всё. Оказывается, это солнечные лучи резвились, падая на её лицо через окно. Они же окрашивали поляну в цвета мёда и янтаря.

Ещё было очень рано, и туман стелился по траве, да у корней древних дубов. Птицы только пробуждались и несмело заливались трелями. А воздух дышал росой.

Кроме Лиары в доме никого не было. Должно быть, Сарвул ушёл, когда ещё было темно. Постель не прибрал, и за него это сделала Лиара. Взбила солому, расправила на ней шкуры. Слишком тихо было вокруг, и тишина эта давила, как тяжёлый плащ.

Тоска подкрадывалась издалека, но очень решительно. Лиара села на пенёк и потёрла виски. Голову отпустило немного, а сердце перестало так сильно колотиться.

Вчера, засыпая, она дала себе слово не унывать. Что бы с ней ни приключилось дальше, обещала себе оставаться сильной. Она выживет любым способом. И вернётся домой… к отцу!

Как Лиара не гнала, мысли её постоянно возвращались к отцу, к родной хижине на краю поселения. Батюшка, седой и сильный как корень старого дерева, теперь совсем один. Сначала его бросила мама, забрав с собой смех и тепло, а потом и дочь пропала. Злится ли на неё отец? Бродит ли по лесу в поисках? Не спит ли ночами? А хозяйство…Кто печёт хлеб, убирается в избе, стирает бельё? Эх, хоть бы глазком взглянуть, увидеть дом, отца. Душа Лиары была не на месте.

Не долго получилось просидеть на пеньке, да погоревать. Не привыкла Лиара бездельничать – руки сами тянулись к делу. Ещё вчера, когда наводила в доме порядок, в старом сундуке нашла нитки из грубого льна, да иглы в кожаном свёртке. Не пользовался ими Сарвул никогда, видно, но сейчас точно настал их черёд.

Лиара села за стол, который щедро заливал свет из окна, и принялась штопать рубахи оборотня, рваные от звериных когтей, да шипов растений. Нашла двое штанов с дырами на коленях. Их тоже починила. Заодно и платье своё привела в порядок, которое порвала вчера, одеваясь в спешке.

Стоило только вспомнить о вчерашнем позоре, как жар затопил щёки, а злость взбудоражила душу. Всё же, не должен был смотреть на неё голую Сарвул! Не гоже это! Не смотрел ещё не неё ни один мужчина так. Лиара помнила, какие глаза вчера были у оборотня. Дрожь пробежала по телу и что-то ещё, отчего низ живота стал тяжёлым, а по телу разлилась слабость. Даже шитьё выпало из рук. Что это с ней? Уж не заболела ли?

Снова вернулась к шитью, и постепенно успокоилась, прогнала ненужные и будоражащие мысли. Стежки снова стали ровными и крепкими. Вот такой же и воля её должна быть.

Много времени не ушло на шитьё – с этим делом Лиара с детства научилась справляться быстро. И в доме делать было нечего – ни пылинки, ни паутинки не осталось. А вот обед приготовить следует, чтобы накормить Сарвула, когда вернётся. Глядишь, и нрав его суровый на сытый желудок смягчится.

Из мяса, корнеплодов, что нашла в сарае, да трав разных приготовила Лиара сытный обед. Ароматная получилась похлёбка, густая. А в золе она испекла лепёшки. Сама немного поела, но аппетит ещё не проснулся. Пусть теперь всё это добро дожидается оборотня. А пока можно прогуляться, воздухом подышать.

Лиара вышла на полянку. Ветер ласкал кожу, солнце согревало всё сильнее, а цветы радовали глаз красками. Ещё бы мысли всякие не лезли в голову…

Думала Лиара о черепах. Вспоминала вчерашний рассказ Сарвула. Верила, что хранят они в себе магию леса. Один показывает видения, другой исцеляет, третий... делает быстрым, как стрела. Помнила Лиара, как блестели черепа в ночи. И манили они её, как запретный плод. Несколько раз она за утро подходила к полке, но тронуть не решалась, лишь любовалась. И сейчас опять отправилась в дом.

Какие они все белые, полированные. И руны заметны, а раньше она их не видела. Череп ворона чёрный, как сама ночь. Что там он делает? Ах, да! Приносит вести издалека. А вот и череп совы с огромными глазницами. Он ведёт сквозь сны и дали, открывает врата… Для чего же? Лиара напрягла память. Точно! Именно он может показать ей отца! Может, стоит попробовать?

Сердце заколотилось как ненормальное. Листья шептали «Не делай этого», но дрожащая рука уже сама тянулась к черепу.

Какой же он лёгкий и тёплый! Словно сердце живое держишь в руках.

Лиара села на пол и прижала череп к груди.

– Покажи мне отца, – испросила дрожащим голосом.

Сначала ничего не происходило, но вскоре девушка почувствовала, как череп начал нагреваться в руках. Глазницы его вспыхнули лазурью, ослепляя на миг. А когда прозрела, увидела свой дом, поляну перед ним и отца на поляне, колющего дрова. Как живого видела батюшку. Его морщинистое лицо, натруженные большие руки. Вот замахивается он колуном и опускает тот на полено. Как по маслу раскалывается дерево на две половинки. А отец уже тянется за следующим.

Лиара всматривалась в родное лицо, искала признаки волнения. Но отец выглядел как всегда – суровым и погружённым в себя. Словно забыл про дочь.

Слёзы обиды выступили на глазах Лиары. Не тоскует, значит, по ней. Не волнуется, не ищет.

– Батюшка, я тут, – прошептала она. – В лесной чаще, в хижине зверя… И я хочу вернуться домой!

Стоило ей только вымолвить последнюю фразу, как всё вокруг закружилось, завертелось. Ветер засвистел в ушах, а серебряная дымка заволокла глаза. Сквозь неё отец почти не просматривался.

Череп раскалился, что держать его стало невозможно. Как только Лиара выпустила его из рук, так сразу же тело её стало невесомым. Подхватило его ветром и понесло через лес. Да так быстро, что лишь деревья мелькали по бокам. Ничего разглядеть не получалось. А когда ветер стих, Лиара поняла, что стоит на пороге родного дома. И глаза её наполнились слезами счастья.

Но длилось счастье недолго. Отец её тоже увидел. Отбросив колун в сторону, повернулся к дочери, упирая кулаки в бока.

– Вернулась, проклятая потаскуха! – медленно пошёл он в её сторону.

Дверь дома оказалась заперта, отступать Лиаре было некуда. Ужас прокрался в душу. И этот ужас был настоящим, а не из сна.