Читать книгу "Одержимость дракона"

Глава 7

Вот только я не учитываю того, что королевский ревизор не будет сидеть сложа руки, а нанесет удар первым.

Три дня я всячески избегаю дракона и не являюсь на совместные ужины и, видимо, ему это надоедает. Сегодня, когда я ужинаю на кухне одна, так как Кайда уехала в город к внукам, внутрь заглядывает секретарь ректора, долговязый молодой мужчина по имени Дэвон.

– Матильда, лорд Аш Хар разыскивает вас.

Час от часу не легче! Ревизор уже и ректорским секретарем распоряжается? Плохой знак.

Видимо, Дэвон сам не в восторге, что его сделали посыльным, поэтому, кивнув мне, он быстро уходит. А вместе с ним пропадает и мой аппетит: все, о чем я могу сейчас думать, – это о том, что меня там ждет.

Поздний час, когда работники уже отдыхают, спокойствия отнюдь не добавляет. Значит, скорее всего, разговор пойдет не о работе. Но выбора у меня нет – придется идти.

Стоит мне подойти к двери кабинета и постучать, как изнутри раздается властное:

– Войдите.

Я вхожу внутрь на негнущихся ногах – еще свежи воспоминания о том, чем закончился мой приход сюда в прошлый раз. Нервы натянуты до предела, и я не жду ничего хорошего, готовая в любой момент сбежать.

Королевский ревизор расположился за рабочим столом: сидит и что-то пишет. Вижу, как быстро скользит перо по белоснежной бумаге, как мерцает джейсар на указательном пальце правой руки, и невольно вздрагиваю. Пусть я и не поддаюсь их магии, но это не означает, что ее воздействие на меня происходит без боли.

Я больше не хочу ее чувствовать.

Дракон выглядит сегодня немного иначе: он снял камзол и сейчас тот висит на спинке кресла. Черная рубашка обтягивает его идеальное тренированное тело и руки, перевитые канатами мышц. Серебристые волосы забраны в небрежный низкий хвост, отдельные пряди выбились у висков, обрамляя красивое, надменное лицо.

Грегор Аш Хар резко вскидывает взгляд, заставая меня за подглядыванием, пригвождая им к двери, возле которой я до сих пор стою, не в силах заставить себя войти внутрь.

Он медленно откладывает перо в сторону, даже не смотря на него: теперь у него есть забава поинтереснее. Вальяжно откидывается на спинку кресла и кладет руки на подлокотники – вроде бы абсолютно расслабленно. А дальше просто смотрит, ничего не говоря. Вероятно, я для него что-то вроде зверушки, за которой интересно наблюдать.

Но я не обманываюсь, знаю, что все его спокойствие напускное, поэтому настороженно смотрю на него в ответ, гадая, что он задумал на этот раз. В голове проносится масса вариантов, один другого ужаснее, но ни один из них не похож на тот, что на самом деле придумал для меня дракон.

– Госпожа Матильда Лоран, какая встреча… – его губы изгибаются в дьявольской улыбке, и я напрягаюсь как сжатая пружина, готовая услышать дальше что-то ужасное. И снова не угадываю.

– Вы знаете, что означает ваше имя?

К чему эти вопросы, вежливый тон?

– Нет, – спокойно отвечаю я, хотя и мое спокойствие напускное – в этом мы с ним похожи.

Мы оба продолжаем играть.

– Опасная красота, – я замечаю, что пальцы дракона на подлокотниках кресла с силой сжимаются. – Роковая, опасная красота.

Я молчу, не зная, как реагировать на это. В моем мире такой ассоциации с именем ни у кого не возникало. Но, кажется, я и здесь умудрилась выделиться, причем абсолютно случайно.

– Почему ты не приходишь на ужины? – дракон резко меняет тему и тон: в последнем явно слышится недовольство и угроза.

– Я ужинаю на кухне, это разрешено.

– Ошибаешься, Тиль, – Грегор усмехается, – правила изменились. Теперь все сотрудники завтракают, обедают и ужинают вместе, чтобы я знал, что они находятся на рабочих местах, а не прохлаждают свои ленивые задницы в городе.

– Ясно, – выдавливаю из себя я, не зная, что тут еще можно сказать. – Я поняла, – добавляю, понимая, что именно этого он и ждет – покорности и смирения. И я готова проиграть эту битву, чтобы выиграть войну.

– Думаю, ты поняла не совсем, – вкрадчивый голос дракона режет мои нервы тупым ножом. – Вот здесь, здесь и здесь, – он поднимает со стола какой-то лист, демонстрируя тот мне, – зафиксированы все нарушения устава академии с твоей стороны за последние дни.

Что?!

Я смотрю на него, не в силах поверить в услышанное. Неявка на общую трапезу – это нарушение устава? Он шутит?

Судя по мрачному взгляду, направленному на меня – нет.

– Я не была ознакомлена с новым уставом, – возражаю я, пытаясь оставаться вежливой и невозмутимой, хотя внутри всю колотит и трясет.

– Не моя проблема, – цедит дракон ледяным тоном, и в этот момент я отчетливо понимаю, что он окончательно перестал играть честно. Дальше будет лишь «грязная» игра.

– Все сотрудники академии были ознакомлены с приказом на ужине еще три дня назад. Под роспись. Разве твой… кудрявый приятель тебе не сказал? – он говорит это откровенно издевательским тоном, явно наслаждаясь ситуацией.

Фабио промолчал… Я пытаюсь осознать этот факт. Да, мы с ним отдалились друг от друга за несколько дней, общаясь лишь по рабочим вопросам. Больше не было выходов в город, улыбок, шуток и пустой болтовни. Но он мог бы…

Я сглатываю колючий ком в горле, но молчу. Думаю сейчас о том, а случаен ли отъезд Кайды в город на несколько дней, якобы к заболевшему внуку, или его тоже организовал этот дракон? Уверена, будь она в замке – предупредила бы меня.

– Ну так что, Тиль, тебе есть, что еще сказать в свое оправдание? – продолжает издеваться дракон.

Сказать я могу много чего, но знаю, что сделаю только хуже себе. Поэтому лишь качаю головой и жду, что последует дальше.

Кажется, Грегор разочарован моей сдержанной реакцией. Возможно, просто привык, что человечки рыдают у его ног, моля о прощении. Или становятся на колени, чтобы заслужить его – вроде бы он такой способ предпочитает.

Его черные глаза прячутся под полуопущенными длинными ресницами, тени от свечей подчеркивают резкие, хищные черты лица и острые скулы. Серебристые волосы красиво мерцают, делая его притягательным, слишком красивым. Но эта красота холодная и безжалостная. Из тьмы его глаз возврата нет.

– Что ж… – нарочито лениво тянет дракон. – В таком случае, боюсь, у меня для тебя плохие новости.

Я вскидываю на него взгляд. Сердце глухо ударяется о ребра последний раз, а потом камнем падает вниз. Прелюдия закончилась, сейчас я услышу то, для чего он на самом деле меня сюда позвал.

А еще я отчетливо понимаю в этот самый момент, что это не я бегала от него три дня. Он сам позволил мне иллюзию спокойствия и свободы, чтобы потом вывернуть с пользой для себя. Все просчитал, подготовился и поймал жертву в ловушку.

Дракон поднимается с кресла, обходит стол и начинает приближаться ко мне. Медленно, никуда не спеша. Словно смакуя каждую секунду моего смятения и страха.

Что он задумал?

Останавливается в двух шагах от меня. Гипнотизирует. Давит. Крушит мое спокойствие. Ждет, когда я сломаюсь, что-то сделаю или скажу.

Я молчу, превратившись в статую, по-прежнему не дышу. Живы только мои глаза, напряженно смотрящие на дракона.

Ну же, скажи, не тяни, что на этот раз ты мне приготовил.

Черные глаза сужаются в опасном прищуре, как будто он понимает, что я бросаю ему очередной вызов – на этот раз молчаливый. На скулах ходят желваки, и он буквально цедит сквозь зубы:

– Я могу сдать тебя властям и вернуть обратно в пансион. Или под конвоем отправить в свой особняк. Могу обвинить в обмане. Я много чего могу, Матильда, – он растягивает мое имя, изгибая губы в жесткой ухмылке.

Я бледнею, понимая, что он прав. Он действительно все это может, и закон будет на его стороне.

– Что скажешь? – он делает шаг и теперь угрожающе нависает надо мной. И… кажется, ждет какого-то ответа?

Что именно я должна ему сказать? Вариантов не так много, и ни один из них мне не подходит, поэтому я отвожу глаза.

– Ясно, – зло выдыхает дракон и преодолевает последний разделяющий нас шаг, прижимая меня к двери, распластывая на ней тяжестью своего тела. Одна его рука ложится мне на горло, фиксируя его плотным захватом. Я еще могу дышать, двигаться – уже нет.

Вторую руку он заводит мне за голову и тянет заколку, удерживающую волосы в строгом пучке. Они тут же рассыпаются по плечам, спине и груди – тугие, вьющиеся иссиня-черные локоны.

Грегор смотрит на них несколько секунд, а потом переводит взгляд выше, и я дергаюсь, понимая, что в нем не осталось ничего адекватного. Человеческого я бы сказала, только он и так не человек. В его глазах звериная жажда. Во мне. Ртутный зрачок затопил собой радужку, и теперь глаза кажутся серебристыми, с черной мерцающей каймой вокруг. Завораживающее зрелище, слишком пугающее.

– Ты заводишь меня, человечка, – практически рычит он, склонившись ко мне. Одна рука по-прежнему сжимает мое горло, вторая ныряет под талию, прижимая к своей возбужденной плоти, что я чувствую даже сквозь все слои одежды между нами. – Почему ты сопротивляешься, что с тобой не так? – дракон наклоняется еще ниже.

Так близко, что в его серебристых глазах, как в зеркале, я вижу отражение своих – ярко-синих, похожих на сапфиры и чувствую исходящий от него запах ледяной мяты с примесью злости.

Что со мной не так? Да со мной все не так, если уж на то пошло! Мое попадение на Арракс. Содержание в пансионе против воли. Смерть моей подруги от такого же, как он, безжалостного зверя. Роль, уготованная архэ – подстилки, игрушки, инкубатора, с которой я никогда не смирюсь.

Но, прежде чем я успеваю решить, в какой последовательности и что именно я могу ему сказать, дракон впивается в мои губы поцелуем.

*****

Этот поцелуй еще более безумный, чем предыдущий. Он больше не пробует, не изучает. Он уже освоился на новой территории и теперь яростно ее клеймит. Жалит меня. Кусает. Властно раздвигает губы, проникая внутрь языком, сминая любое сопротивление. Скользит внутрь в том ритме, который удобен ему. Не обращает внимания на мои попытки освободиться.