Текст книги "Сердце Назиании"
![](/books_files/covers/thumbs_240/serdce-nazianii-113651.jpg)
Автор книги: Наталия Летувет
Жанр: Повести, Малая форма
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Медляга вприпрыжку бежал к Синей скале. На душе у него было легко и радостно. Этот Солнечник, он так любит всех учить. Тоже мне, все-вокруг-знайка нашелся. А в чем он на самом деле разбирается, кроме своих планеролетов и других механических созданий? Вот я, к примеру, тоже много чего знаю и умею, но я же не показываю каждую секунду, какой я умный. Я просто точно знаю, что планеролет упал возле Синей скалы.
Идти было недалеко, впереди между деревьями уже темнела знакомая вершина. А возле горы было заметно какое-то шевеление. Ну вот, там явно кто-то есть, обрадовался Медляга.
В это время Солнечник уже подходил к Серым камням, предварительно обойдя весь лес вокруг. Алаи с Птицекрылом нигде не было. Этих громадных валунов тут так много, что сразу и не разберешь, есть ли кто за ними или нет, успокаивал себя Солнечник. В душе же он надеялся, что планеролет не упал на твердые камни, а оказался где-нибудь в чаще. Будет лучше, если я заберусь на самый большой валун и посмотрю сверху, наконец решил он, устав пробираться сквозь каменные лабиринты. Но и сверху Солнечник увидел только множество дымчато-серых камней. И никакого Птицекрыла.
Ну и ладно, решил круглик, Алая, наверно, действительно улетела к Синей скале. Птицекрыл – он ведь надежный и крепкий. Они обязательно найдутся. А потом вместе с Медлягой найдут и меня. Нужно только их подождать. И он растянулся на прогретом солнцем камне.
Возле Синей скалы стоял дедушка Ромаший.
– Гуляешь? – поинтересовался дедушка Ромаший, когда круглик подошел поближе.
– Угу! – Медляга решил не противоречить его версии происходящего.
– Ты случайно никого здесь не встретил?
– А должен был? – на всякий случай уточнил круглик. А про себя насторожился: неужели он все-таки знает про Алаю? Ай-я-я-я-яй!
– Нет-нет! Никого тут быть не должно, я просто так спросил, – успокоил его дедушка Ромаший.
Медляге показалось, что дедушка Ромаший чего-то не договаривает.
И его опасения тотчас же подтвердились – из леса медленно выехал легкомобиль и остановился на краю поляны. За рулем сидел нескладный дылдяй с таким серьезным лицом, что можно было предположить, что он сейчас вспоминает таблицу умножения, решает логарифмические уравнения или сочиняет симфонию, а может быть, делает все это одновременно. В этом дылдяе Медляга узнал лесогляда садовников Вдольречного леса, Многоума.
– Легкомобили… они такие бесшумные, – дедушка Ромаший зачем-то сообщил круглику этот всем известный факт.
Легкомобиль был изобретен великим механиком кругликом Летягой и называется так потому, что топливом для него служит воздух, а в языке древних эльва слова «легкий» и «воздух» звучат одинаково. Конечно, в легкомобиле присутствует и растительная магия, но ее там немного.
– Точно! – на всякий случай кивнул ему Медляга.
– Вот и ладненько, ну тогда тебе пора! Я здесь постою, на солнышке позагораю, а ты можешь идти гулять куда-нибудь дальше.
Но не тут-то было. Заставить Медлягу сделать то, чего он не хочет, оказалось не под силу даже дедушке Ромашию.
– Не получится, – возразил круглик. – Я всегда только здесь, под Синей скалой, прогуливаюсь.
Дедушка Ромаший посмотрел на Медлягу с некоторой укоризной, вздохнул и, кивнув ему напоследок, поспешил к легкомобилю. На самом деле дедушке Ромашию просто некогда было спорить, а то бы он показал этому зарвавшемуся круглику, кто здесь самый главный упрямец.
Дылдяй поздоровался с дедушкой Ромашием, и они вполголоса начали что-то обсуждать. Медляга был не только вредным, но и на редкость любопытным кругликом. Ему тут же страшно захотелось узнать, о чем это говорят дедушка Ромаший и лесогляд Многоум. К счастью, как раз подул удачный ветерок и донес до круглика часть разговора.
– Как это пропала?! – воскликнул дедушка Ромаший. – Да такого быть не может!
После этих слов Медляга не выдержал. Это же они наверняка Алаю разыскивают. Медляга опустился на все четыре лапки, что круглики делают крайне редко, и хорошенько замаскировавшись в высокой траве, начал пробираться к Ромашию и садовнику. Он понимал, что поступает не слишком красиво, но ничего не мог с собой поделать.
– И все-таки я настаиваю, уважаемый Ромаший. Целая коробка грибного спороха пропала, как будто ее и не было, – услышал он слова дылдяя.
Так это они не про Алаю, облегченно вздохнул круглик, это всего-то и был какой-то грибной спорох. Но отползать обратно он почему-то не стал а наоборот, устроился поудобнее и понезаметнее, продолжая слушать дальше.
– Получается, кто-то пришел к нам… ну то есть к вам, в орденную башню, забрался в хранилище и взял себе немного спороха? Точнее много спороха… Это что это у вас, после того как я на пенсию вышел, так сильно порядки изменились? Всем подряд стали грибной спорох раздавать?
– Грибной спорох у нас по-прежнему под замком. Просто тут особый случай. Поэтому мы и решили к тебе обратиться, как к лучшему специалисту в этой области. И будет хорошо, если мы прямо туда отправимся. На место преступления.
– Так я же давно уже не следогляд, а обычный пенсионер, и в грибном спорохе я не особенно разбираюсь… хотя… – Дедушка Ромаший для вида немного посопротивлялся, но совсем недолго, чтобы Многоум не успел передумать, а потом быстренько и по-молодецки запрыгнул в легкомобиль. – Если я так всем позарез нужен, тогда, конечно же, поехали прямо сейчас на место преступления. Только захватим у меня из дома кое-что. Что-то мне подсказывает, что это кое-что нам обязательно пригодится.
Медляга увидел, как Многоум кивнул, а потом легкомобиль с дылдяем и эльва слегка приподнялся над лужайкой, повернулся вокруг своей оси и, окончательно определившись с направлением, скрылся за деревьями. Вот так-так, ну и дела тут творятся, подумал круглик, нужно срочно рассказать обо всем Солнечнику. И Алае, когда она найдется.
Мох, покрывавший валун, был таким мягким и уютным, а ветви деревьев шелестели так убаюкивающее, что Солнечник и не заметил, как задремал.
– Цветущая Долина… – вкрадчиво проскрипел кто-то совсем рядом. Солнечник повел ухом и перевернулся на другой бок.
– Ты должен туда попасть, – продолжил голос. – Никто, кроме тебя, не сможет этого сделать. Ты должен спасти Назианию.
Солнечник во сне, а ведь это был точно сон, решил, что если все так и обстоит, то он, Солнечник, конечно же, обязательно доберется до Цветущей Долины и спасет Назианию.
– Мы все в смертельной опасности. Сердце Назиании спрятано в Долине, и оно больно. Если его не вылечить, то Цветы умрут. А вместе с ними и вся Назиания.
Тут Солнечник решил, что сон, который ему снится, не так уж ему и нравится. Но он, конечно же, станет героем, если ничего другого не остается.
– Но я не уверен, что смогу это сделать, – возразил скрипучему другой, застенчивый молодой голос.
Солнечник встрепенулся. Разве это я сказал? Странно…
– Милый Хвостокрас, это легче, чем тебе кажется. Ты просто не ценишь свой талант, – возразил скрипун.
Я точно не Хвостокрас, с облегчением отметил Солнечник, но что-то в этом сне не так.
– В твоих рисунках скрыта большая сила, – продолжал скрипучий, – неужели ты еще не догадался об этом? И теперь, когда у нас есть это…
Это – это что? Солнечник во сне задумался.
– …Пока мы оставим это здесь, в пещере, а завтра, завтра ты отправишься в Долину.
Солнечник услышал, как что-то стукнуло, грохнуло и бухнуло, будто кто-то положил куда-то что-то очень тяжелое. Затем зашуршали по траве удаляющиеся шаги, а потом все стихло.
Пожалуй, этот сон уже закончился и мне пора просыпаться, решил круглик. И все-таки что там говорил скрипучий про пещеру? Здесь поблизости тоже есть пещера, совсем рядом, мы ее еще год назад с Медлягой обнаружили.
И он решил на всякий случай проверить. Вдруг этот сон вещий? Да вот же она, пещера – в расселине между валунами. Круглику ничего не оставалось, как туда залезть. Когда глаза Солнечника привыкли к полумраку, он увидел прямо перед собой большущую коробку. На коробке строгими буквами было написано следующее:
«Внимание! Внутри – грибной спорох!
Не открывать, не нюхать, не чихать – опасно для жизни,
и хорошего настроения!»
Любопытство пересилило осторожность – Солнечник снял крышку и заглянул внутрь. Но чихать он не стал, потому что коробка действительно оказалась до краев наполнена грибным спорохом. Так вот о чем говорили те двое!
Это же настоящее сокровище, обрадовался Солнечник. Он снял кепку и извлек из-за ее подкладки небольшой мешочек, сделанный из тончайшей березовой ткани, который он носил с собой просто так, на всякий случай. Осторожно, отвернувшись в сторону, чтобы случайно не вдохнуть, Солнечник отсыпал в мешочек немного спороха. Нужно показать его Алае и Медляге, а то вдруг они решат, что я все это придумал… И тут круглик вдруг понял. Если это был не сон, а ведь это был не сон, то, получается, Назиании действительно грозит опасность! От этой мысли Солнечник пришел в неописуемый ужас. Ему срочно захотелось куда-нибудь спрятаться, например – в уютную родную нору, где он жил вместе с родителями и многочисленными братьями и сестрами.
Ну, или в крайнем случае не выбираться из этой пещеры, пусть неуютной, но тоже достаточно надежной. Но нет, он не может так поступить – у него есть друзья, и им нужно обязательно рассказать о надвигающейся опасности.
И Солнечник, тщательно закрыв коробку, выбрался из пещеры и побежал к Синей скале.
Преступление в орденной башнеОрденная башня – это место в лесу, где находится штаб садовников. Свою организацию садовники называют Орденом. Их задача – следить за порядком и оказывать помощь жителям Назиании.
Больше всего орденная башня похожа на башню. Она многоэтажная и выше всех окрестных деревьев. На каждом этаже у нее по четыре окна, по одному на каждую часть света.
Орденные башни обычно выращивают из яблоневых, грушевых или сливовых деревьев. Весной орденные башни покрываются белыми цветами и издают приятное жужжание. Если, конечно, вам нравится, как жужжат пчелы. Осенью вся земля вокруг башен усыпана спелыми плодами. В это время в меню садовников всегда есть фруктовые пироги.
Орденные башни освещаются живым электричеством. Внутри в них повсюду висят прозрачные банки с электроводорослями.
– Как такое может быть? – удивился дедушка Ромаший, когда они оказались на месте преступления. – Дверь была заперта, а спорох все равно исчез.
Лесогляд в ответ только недоуменно пожал плечами.
– Так-так, – Ромаший уже в третий раз обошел хранилище, – окон нет, замок не взломан, охранник на месте. И потом я не помню, чтобы в Назиании за последние десять лет хоть что-нибудь пропало. И зачем вообще кому-то мог понадобиться этот грибной спорох? Он же такой неудобный в обращении, от него потом еще полдня чихаешь.
– Этот спорох еще к тому же и очень опасный, от него взорваться можно, – напомнил Многоум.
– Ну ладно, пора приступать к работе, – Ромаший потянулся к вместительному чемоданчику, который он привез из дома. – Придется применить мое новое изобретение. Оно очень эффективное, хотя… ни разу еще не опробованное. Гм… и поэтому сейчас все должны срочно покинуть помещение, чтобы не случилось ничего… незапланированного. И дверь за собой закройте! – он строго посмотрел на толпу набежавших со всей башни садовников, с интересом наблюдавших за происходящим.
Выпроводив всех, включая Многоума, из хранилища, Ромаший наклонился над чемоданчиком и скомандовал:
– Реп, выбирайся!
В чемоданчике что-то зашуршало, завозилось, а потом оттуда вылезло небольших размеров существо, отдаленно напоминающее зеленого сухопутного осьминожку. Только вместо щупалец-ног у него было длинные колючие листья, а голова походила на огромный цветок репейника, растущий прямо из желтого туловища-корнеплода. При этом голова «осьминожки» постоянно поворачивалась в разные стороны, а листья-лапы непрестанно шевелились. Казалось, любое пребывание в относительном покое стоит ему огромных усилий.
– Реп, можешь ты остановиться хоть на минуту?! – прикрикнул на него Ромаший. – Постарайся быть внимательным. Ведь это наше первое серьезное дело!
Реп прекратил размахивать листолапами, хотя и с видимой неохотой.
– Вчера в этой комнате была коробка с грибным спорохом, сегодня она пропала. А прямо сейчас мы станем искать похитителя. Ты все понял?
Реп закивал цветоголовой в знак согласия.
– Ну и что ты тут видишь?
Реп покрутил головой по сторонам, а потом застыл, уставившись в одну точку. Казалось, он рассматривает нечто, видимое только ему.
– Много теплых, все кричат, – наконец сообщил репополох. Голос у него оказался шелестящий и негромкий, похожий на шум листвы во время несильного ветра.
– Так, хорошо, это садовники. А что именно они кричат?
– «Здесь была коробка с грибным спорохом! Куда она могла запропаститься?»
– Гм… а ты видишь, кто побывал в комнате до этого?
– Один молодой теплый длинный.
– Он взял коробку?
– Он рисовал коробку.
– Нет, Реп, ты снова позабыл все слова! Коробку не нарисовали, а украли!
– Реп не позабыл слова, Реп помнит, – репополох замотал головой в знак крайнего несогласия. – Одну коробку нарисовали, а другую украли.
– Так, а где же тогда нарисованная?
Реп зачем-то принюхался.
– Нарисованная здесь.
– Ты о чем? Нет тут никакой коробки, ни настоящей, ни нарисованной!
– А вот и есть, Реп покажет! – и репополох ткнул листолапой в сторону стула, стоящего посредине комнаты.
– Это же стул, и он настоящий, – дедушка Ромаший потянулся к стулу и поставил его перед Репом. – Вот, смотри.
Но Реп не смотрел на стул, он смотрел на то место, откуда его только что убрали.
– Коробка с грибным спорохом, – напомнил репополох.
Дедушка Ромаший на всякий случай посмотрел туда же. ТАМ СТОЯЛА КОРОБКА С ГРИБНЫМ СПОРОХОМ.
– Она все-таки нашлась! – обрадовался дедушка Ромаший. – Не может быть!
– Не может быть, – согласился репополох.
Дедушка Ромаший подбежал к коробке и… При ближайшем рассмотрении коробка оказалась… нарисованной прямо на полу, но так виртуозно, что выглядела совершенно настоящей.
– И долго она тут была… такая? – наконец-то обрел да речи Многоум, чем очень обрадовал дедушку Ромашия. Тот было уже начал опасаться за лесогляда, как-то не по-хорошему застывшего над рисунком.
– Реп, ну то есть репополох, говорит, что уже три дня.
– Значит, и спорох украли тогда же. И все это время мы принимали нарисованную коробку за настоящую…
– А потом кто-то передвинул стул, и коробку не стало видно, – кивнул Ромаший. – Реп говорит, что это сделал какой-то молодой дылдяй.
– Украл спорох?
– Нарисовал коробку.
– А спорох?
– Он его тоже нарисовал, – отметил один из садовников. – Даже слишком похоже получилось, я возле этого рисунка чихать начинаю.
– А потом он же эту коробку и украл, – предположил Многоум.
– Не нарисованную, а настоящую, – на всякий случай уточнил дедушка Ромаший.
– Именно!
– Тогда все просто. Реп найдет этого дылдяя, – тут дедушка Ромаший запнулся. – Если, конечно, сможет взять след. Сейчас мы это проверим.
Дедушка Ромаший подозвал к себе Репа, который был занят изучением самого темного угла хранилища.
– Реп, ты должен взять след! След того теплого, длинного, который украл коробку со спорохом, – пояснил он на всякий случай.
– Коробку украл не длинный, а другой. Реп далеко видит.
– Другой?
– Маленький, теплый, в шляпе с ушами.
– Этого еще не хватало!
– Я не совсем еще понимаю этого… ммм… репополоха, – сказал Многоум. – Что значит «в шляпе с ушами»?
– В шляпе с ушами…в шляпе в ушами, – на самом деле дедушка Ромаший тоже не всегда понимал Репа, хотя и с неохотой в этом признавался. – Это он черного эльва имеет в виду. Потому что тот в шляпе. А с ушами, так разве бывают эльва без ушей? Не бывают. У нас, у эльва, уши – ого-го-го, выдающиеся уши, что у зеленых, что у белых, что у черных.
Черные эльва очень любят шляпы, а также шапки, колпаки и иногда шлемы. Некоторые из них даже спят в головных уборах. Говорят, что такая мода у черных эльва появилась из-за их увлечения подземными грибами, когда много времени приходится проводить в мокрых пещерах, с потолка которых постоянно льет вода.
– Выходит, что коробку забрал не дылдяй, а его сообщник – черный эльва небольшого роста и с выдающимися ушами?
– Именно так! И мы их всех обязательно найдем и отберем у них спорох, – к дедушке Ромашию наконец-то вернулась его самоуверенность. – Реп, след! – скомандовал он.
– Реп далеко видит, – напомнил репополох. – Реп видит маленького теплого в шляпе с коробкой и длинного… без коробки.
– Замечательно! – обрадовался дедушка Ромаший. – Репополохи должны, ну, по крайней мере, я их такими представлял… должны видеть объект на расстоянии примерно пятисот сосен. Так что эти злоумышленники сейчас находятся не так уж и далеко.
В Назиании большинство расстояний измеряется в соснах. В метрах это будет примерно так:
1 сосна = 30 метров.
Есть тут и другие меры длины:
1 камыш = 2 метра,
1 травинка = 5 см и
1 мох = 5 мм.
– Мы должны их срочно поймать! Пока они не ушли куда-нибудь подальше. На легкомобиле мы быстро до них доберемся.
– На легкомобиле не получится, – вздохнул дедушка Ромаший.
– Это почему? У нас их тут целых три, все поместимся.
– Дело не в этом. У меня, ну то есть у Репа, остались некоторые недоработки в конструкции. На легкомобиле он обязательно след потеряет. От тряски у Репа чувствительность снижается.
– И что же, нам пешком их разыскивать, что ли? Мы ведь так и до вечера не управимся! – возмутился Многоум.
– У нас нет другого выхода.
– Тогда часть садовников отправится с Репом, Ромашием и мной, а остальные вместе со всем снаряжением поедут за нами на легкомобилях, – решил Многоум. – Очень медленно поедут, чтобы Репу не мешать.
Тут только дедушка Ромаший вспомнил о внучке. Как же она одна, без меня целый день будет? Хотя Алая самостоятельная, справится, успокоил себя дедушка Ромаший.
Преступления множатсяСолнечник даже помечтать особо не успел, как он будет пугать Медлягу таинственной историей, которая с ним приключилась. А все потому, что только он добрался до Синей скалы, как из зарослей можжевельника на тропинку прямо перед ним выскочил жутко взъерошенный круглик и, выпучив глаза, заорал:
– У нас тут преступление случилось! Прямо в орденной башне! – после чего Медляга, а это был он, внимательно посмотрел на Солнечника, чтобы оценить, какое сногсшибательное впечатление он произвел своею новостью.
Но Солнечник совершенно не собирался впечатляться и сногсшибаться.
– Так, значит, еще одно? – совершенно по-будничному уточнил он.
– Еще одно что?
– Еще одно преступление, разумеется – сообщил Солнечник, с таким видом, будто в Назиании это вещь обычная.
– Ну вот, ты все испортил, – огорчился Медляга, но тут же не удержался и полюбопытствовал. – А про что твое?
– Мое преступление Очень Страшное. И еще оно Таинственное, – тут Солнечник перешел на шепот.
И на всякий случай огляделся по сторонам. И Медляга тоже огляделся. Вокруг никого не было.
– Так вот, это преступление, он такое ужасное, что… – продолжил было Солнечник.
Но тут над ними что-то громко хлопнуло, грохнуло и угрожающе зашумело. С дерева, под которым они стояли, на них явно что-то летело. Или кто-то.
Это злоумышленники, подумали круглики, сейчас они нас поймают и совершат еще одно преступление. Третье.
Они еще даже не успели додуматься отбежать от дерева, как прямо им на головы свалился…
– А-а-а! Это же мой Птицекрыл! – завопил Солнечник. И только после этого отскочил в сторону.
– И еще Алая! – уточнил Медляга. И отскочил в другую сторону.
– Он все-таки не удержался! – констатировала Алая, спрыгивая с дерева и одновременно уворачиваясь от крыла планеролета.
– Мой планеролет! – Солнечник бросился к Птицекрылу, приземлившемуся в зарослях дикой малины.
– По-моему, он не особенно рад тому, что со мной ничего не случилось, – отметила Алая.
– Ну, ты же знаешь Солнечника, он хорошо разбирается в механизмах, но ничего не понимает в живых существах. Мы для него слишком сложные.
– Ура! Он невредим! – из малинового куста раздался вопль Солнечника. – Только руль немного подправить и крыло залатать. И можно устраивать новые испытания, – Привет, Алая, ты, надеюсь, не ушиблась? – поинтересовался он преувеличенно заботливым тоном, выкатывая Птицекрыла на поляну.
– Со мной все в порядке. Хотя для этого мне пришлось сильно постараться. И даже научиться управлять планетолетом.
– Ну да, конечно, научиться, – в голосе Солнечника послышалось явное сомнение.
– Летать – это оказалось здорово! И, кстати, пролетая над нашим лесом, я увидела сегодня одного незнакомца. Который показался мне странно знакомым.
– Мы все сегодня увидели и узнали много странного, – отметил Медляга.
– Но на голове у незнакомца была шляпа, – продолжала свой рассказ Алая. – Думаю, она была сделана из кожи тигрового мухомора. И именно такую шляпу носил Лиховред Подземелий!
Кожа тигрового мухомора – особым образом выделанная кожица со шляпок тигрового мухомора, очень редкого в Назиании гриба. По своим свойствам она одновременно похожа и на ткань, и на кожу.
– Может, тебе просто показалось? – предположил Медляга. – Может, это были просто солнечные полосы на шляпе какого-то черного эльва? Всем известно, что Лиховред Подземелий давно погиб на Дрожащих болотах. И никто другой в Назиании не станет надевать такую же, как у него, шляпу. А если и наденет, то сразу же на месте просто умрет от отвращения!
– Нет, я точно видела черные и белые полоски!
– Да ладно, это у тебя просто фантазия разыгралась, – успокоил ее Медляга. – А я вот только что твоего дедушку встретил вместе с нашим лесоглядом.
– Теперь понятно, почему дедушка убежал с утра пораньше. Интересно было бы узнать, зачем это они встречались.
– Зачем-зачем, а затем, что из орденной башни похитили кое-что важное!
– Как это похитили? – не поняла Алая. – Как такое могло случиться? Кто же мог такое сделать?
– Вот и дедушка Ромаший все время повторял: «Как такое могло случиться? Кто же мог такое сделать? Как это смогли целую коробку грибного спороха прямо из хранилища похитить?»
– Коробку какого спороха? – перебил его Солнечник. – Вот такого? – И он продемонстрировал друзьям мешочек со спорохом из пещеры.
– Так это был ты! – завопил Медляга. – Как ты мог! Зачем ты его украл?
– Я?
– Не отпирайся! Мы же видим. Это первосортный грибной спорох. Все улики налицо. – Медляга грозно посмотрел на Солнечника.
– Нет! Ты не правильно меня понял! – возмутился Солнечник. – Ты совсем меня не понял. Я этот спорох не украл. Я его нашел! Там еще почти целая коробка осталась.
– Так ты нашел украденный спорох? – догадалась Алая.
– Получается, что так.
– И где же он сейчас?
– В пещере, под Серыми камнями.
– Его нужно срочно оттуда забрать и вернуть в орденную башню, – сказала Алая.
– А как же те, кто его украл? – напомнил Медляга. – Вдруг они этот спорох караулят?
– Да ерунда, не было там никого, – возразил Солнечник. – Хотя…
– Что значит «хотя»? Давай договаривай! – прикрикнул на него Медляга.
– Дело в том… что возле Серых камней я услышал один разговор. Когда задремал на солнышке. Я сначала решил, что это сон, то есть даже кошмар. Потому что они говорили о жутких вещах, о которых и подумать страшно, а не то чтобы наяву столкнуться.
– О каких таких жутких вещах? Выкладывай по порядку. И помни, что ты у нас под подозрением, – строго сказал Медляга.
– Они говорили, что Сердце Назиании больно, Цветы в Цветущей Долине могут из-за этого погибнуть, а значит, можем погибнуть и все мы… – и Солнечник пересказал друзьям разговор незнакомцев.
– Да не может такого быть, – сказала Алая. – Наверняка тебе все это просто приснилось.
– Не приснилось, – вздохнул Солнечник. – Незнакомцы говорили о спорохе, а потом я его нашел. Наяву.
– Получается, они этот спорох в орденной башне украли? – сказал Медляга. – Нет, не сходится, они не могут быть злоумышленниками!
– Это еще почему? – удивился Солнечник.
– Ну, ты же сам говорил, что они собираются при помощи этого спороха попасть в Цветущую Долину. Чтобы вылечить Сердце.
– А почему тогда они никого не предупредили? – задумалась Алая. – Почему сами решили в Долину отправиться? Что-то тут нечисто.
– Надо рассказать обо всем садовникам, – сказал Медляга. – Пусть они сами разбираются.
– Стойте! – вдруг воскликнул Солнечник. – Мы забыли коробке со спорохом. Он опасен. Его нужно охранять.
– И что ты предлагаешь?
– Я останусь возле пещеры, а вы отправитесь за садовниками.
– Да вот еще! – возмутился Медляга. – Ты будешь преспокойненько охранять чудесный грибной спорох, а мы с Алаей бегать по лесу. Так не пойдет!
– Давайте сначала доберемся до Серых камней, – примирительно сказала Алая, – а потом решим, кто останется возле спороха.
– Хорошо, – согласился Солнечник. – Но только мы должны забрать с собой Птицекрыла.
– Это еще зачем? – спросил Медляга. – Завтра его заберешь. Ничего с ним не случится.
– Ему тут страшно станет, – вздохнул Солнечник. – Птицекрыл не привык быть один. Он стоял в сарае, возле нашей норы, а я всегда был рядом.
– Он неживой, – напомнила Алая.
– Это ты так думаешь. А мне так не кажется. И ему. Так что или мы берем Птицекрыла с собой, или я с ним здесь остаюсь.
– Ну и как мы будем его по лесу тащить? Он же между деревьями застрянет.
– А зачем тащить-то? – удивился Солнечник. – Мы на нем полетим.
– Ну, не знаю, – поежилась Алая, вспоминая свое недавнее приземление. – А ты уверен, что мы все на нем поместимся?
– Поместимся.
– Тогда чего мы ждем? – встрепенулся Медляга, который немного завидовал успевшей полетать Алае. – И я даже согласен поохранять спорох, пока вы с Алаей садовников предупреждать станете.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?