Читать книгу "Финиста. Сонная роза"

– Я смогу защитить тебя, если это будет необходимо, – вдруг сказала Властительница. – А вот Кайлих не сможет… Возможно, вскоре ему самому понадобится защита. – И она усмехнулась каким-то своим мыслям.

– А разве мне нужна защита? – Фини постаралась изобразить удивление. На самом деле она не сомневалась, что если ей и нужно будет защищаться, то в первую очередь от самой Уны Вальсо.

Властительница вдруг погасила взгляд, словно беседа ей наскучила.

– Хорошо, тогда еще один вопрос, Фини Велесон. Что понадобилось Кайлиху в лабиринте господина Говарда? Зачем вы все, его ученики, туда полезли?

Фини немного расслабилась. Похоже, Уна Вальсо просто выпытывала информацию о Кайлихе. Наверное, думала, что это ментор послал их в лабиринт господина Говарда за чем-то важным.

– Господин Кайлих тут ни при чем, – сказала она чистую правду. – Мы сами полезли… из любопытства.

Уна Вальсо вновь одарила Фини задумчивым взглядом.

– Из любопытства, – рассеянно повторила она. – В таком случае я предлагаю отменить обычное арт-хаусовское наказание.

– Но, мама! – почему-то взвыл Крис. – Так же нельзя! Она должна получить сполна за проникновение в лабиринт господина Говарда!

– Крис, дорогой, будь добр, принеси мой личный секретер с кошмарами.

Парень удалился, бурча что-то под нос, но уже через минуту вернулся и поставил перед Фини небольшой ларец – квадратный, с выпуклой крышкой, инкрустированной рубинами. Все это время девушка старательно делала вид, что пьет чай, пока не допила его весь. К ней тут же подлетел пузатый фарфоровый чайник и вновь наполнил чашку.

– Открой, дорогая, – велела Уна Вальсо.

Фини аккуратно подцепила ногтем крышечку ларца – та мгновенно откинулась назад. Внутри оказалось десятка три флаконов разной формы, и все с цветными жидкостями. На каждом имелась круглая наклейка с надписью.

– Это кошмары из моей личной коллекции, – объяснила Уна Вальсо. – Очень ценные. Но я разрешаю тебе выбрать один из них, дорогая.

Лицо Криса тут же скривилось – очевидно, он не одобрял расточительства матери.

Фини вытянула наугад несколько пузырьков – один оказался из прозрачного граненого стекла, другой – круглый, с жидкостью изумрудного цвета. В третьем плескалось что-то темно-синее. Фини перебирала пузырьки, но ни один не хотелось открыть, – все казались жутковатыми.

Уна Вальсо терпеливо ждала.

Под внимательным взглядом ее карих глаз девочка занервничала и схватила пузырек с темно-фиолетовой жидкостью. На пузырьке была наклейка с изображением восьмерки – знака бесконечности.

– Может, этот? – предположила Фини.

– Хороший выбор.

Лицо Властительницы ничего не выразило. Зато глаза Криса радостно вспыхнули, он даже ухмыльнулся.

Фини это не понравилось, – наверное, она вытащила какой-нибудь непростой сон, – но она уже не могла отступить. В конце концов, кошмар – он и есть кошмар.

– Сделай ровно три глотка, – четко произнесла Уна Вальсо. – Наказание будет считаться исполненным, когда ты найдешь выход и проснешься в своей реальности. Из моих кошмаров всегда выходят в реальность.

Фини нахмурилась. Что это значит? Неужели кошмар должен закончиться обязательным пробуждением?.. Почему-то вновь вспомнился родовой кинжал Криса – если бы он попал в нее, она проснулась бы в реальности, но уже никогда не смогла бы вернуться в Снореальность.

Фини взглянула на парня почти что с ненавистью. Но тот улыбался каким-то своим мыслям и даже не заметил этого.

Внезапно дримы взлетели со своих мест и принялись беспорядочно метаться по залу. Одна из них пролетела прямо перед Фини, и она увидела ее женское лицо совсем близко – миловидное, с большими черными глазами и пухлыми губами.

– Совсем обнаглели! А ну, кыш!!! – Крис так разозлился, что вскочил со своего места и замахал руками.

Уна Вальсо тоже встала и медленно подняла ладонь – дримы мгновенно успокоились и вновь вернулись на свои насесты.

– Крис, относись к сонным существам с чуть бо́льшим почтением, – недовольно произнесла Властительница. – Снореальность живая, у нее сложный характер, поэтому следует уважать всех ее жителей.

Пока она отчитывала сына, мимо Фини вновь пролетела дрима, быстро и бесшумно взмахнув крыльями перед самым ее лицом. Девушка невольно вскинула руки, закрываясь, как вдруг ощутила в своей ладони что-то мелкое и твердое. Она опустила взгляд и увидела три ярко-синих камешка, похожие на стеклышки.

Это что, подарок дримы?! Волнуясь, Фини незаметно спрятала стекляши в карман – после разберется, что это такое…

В следующий миг госпожа Уна Вальсо вновь обернулась к девушке.

– Ну что ж… удачи, – произнесла Властительница и строго посмотрела на Фини. – Крис проследит, чтобы все прошло правильно.

Парень опять низко поклонился, очевидно показывая, что все будет исполнено, а Уна Вальсо вдруг истаяла песочно-золотистой дымкой – снизу доверху, словно кто-то развеял рисунок. Последними исчезли ее внимательные карие глаза – их взгляд Фини ощущала на себе еще некоторое время.

Глава 6. Кошмаристы

Фини давно открутила крышечку, но все смотрела на флакон с темно-фиолетовой жидкостью и не могла отделаться от предчувствия чего-то страшного, ее сердце сжималось от тревоги. Неожиданно притихший Крис только усиливал это впечатление.

Но она глотнула зелье ровно три раза, как и велела Уна Вальсо, и даже не поморщилась, хотя на вкус оно оказалось обжигающе мятным, с легкой примесью травяной горечи.

Казалось, Фини всего лишь моргнула, как вдруг очутилась в комнате с яркими красными обоями и темной деревянной мебелью. На единственном окне колыхалась полупрозрачная штора с облезшей позолотой, за ней, отбрасывая тревожную дрожащую тень, горела тонкая и длинная кроваво-алая свеча. Неожиданно комната осветилась – это вспыхнули огни на люстре, и Фини смогла разглядеть высокий книжный шкаф, плотно забитый книгами, и портрет какого-то угрюмого старика в золотой раме, висящий над камином. Возле камина стояло плюшевое кресло с бывшей некогда изумрудной обивкой, а в нем сидела Инфанта.

На ней было все то же бордовое платье с белым воротником и детские туфельки – ни дать ни взять сиротка из приюта. Инфанта, не скрываясь, оценивающе смотрела на Фини.

А вот по бокам от ее кресла стояли Крис и – Роу Сфинкс собственной персоной.

– Давно не виделись, Велесон, – ухмыльнувшись, первым поздоровался Роу Сфинкс. – А я думал, у тебя не получится, Крис.

– Мать предложила ей в качестве наказания фамильную настойку. И она вдруг выбрала самый страшный дядин кошмар – тот самый, который свел его с ума. – Крис торжествующе усмехнулся. – Ну а дальше все просто… я прекрасно знаю, откуда начинаются все дядины кошмары – из его кабинета.

– Еще бы! Здесь довольно мрачно. – Роу Сфинкс с опаской огляделся и поежился, словно ему здесь было очень неприятно.

– Мрачновато? К счастью, не для нас. – Крис осклабился.

От его намеков у Фини мороз пробежал по спине. Но внутри она постепенно закипала. В конце концов, все эти кошмаристы ввалились в ее кошмар. Разве они не должны быть заняты с другими ребятами?

Невольно она задала этот вопрос вслух.

– Мы там, где интересно, – охотно пояснил Роу. – Спасибо Крису, это он нас позвал.

– Кстати, да, спасибо за приглашение, Крис, – медленно произнесла Инфанта, продолжая сверлить Фини взглядом. – Думаю, действительно будет занятно.

Фини заглянула в холодные, выпуклые глаза своего врага и вдруг совершенно перестала бояться. Злость пересилила страх.

– Самый страшный кошмар – твоя глупая рожа, – заявила она, отбросив всякие приличия. – И что на этот раз? Снова будешь вертеть своей палочкой или другие фокусы покажешь?

– Полегче, – процедила Инфанта. – Иначе на этот раз ты точно не выплывешь.

– Ну так в чем дело? – все больше распалялась Фини. – Чего приперлись в мой кошмар?

Роу Сфинкс неожиданно захохотал.

– Никогда бы не подумал, что ты такая наглая! – произнес он довольно дружелюбно. – Говори что хочешь, но у тебя все задатки кошмаристки. – И парень неожиданно подмигнул ей.

– Мать не дала бы свой фамильный кошмар, если бы эта чудачка была недостойна, – к изумлению Фини, поддакнул Крис. – Может, она из какой-то влиятельной семьи, а мы и не знаем? – И он кинул на Фини долгий оценивающий взгляд.

Инфанта вскочила, словно ужаленная.

– А вот это мы сейчас посмотрим! – прошипела она, теряя все свое показное равнодушие. – Уж я-то знаю, что она ничтожная, ни на что не годная творио!

Крис прищурился, пряча насмешку:

– И все же ты здесь, Инфанта.

Роу согласно усмехнулся. Похоже, это событие забавляло его больше всех.

– Ну что ж, давайте посмотрим на ее силу, – мягко произнес он и замер в таком предвкушении, словно собрался смотреть интересный фильм.

Фини молчала, не зная, как ей относиться к происходящему. Это что, всерьез? Они что, считают ее… сильной?

Но тут девушку снова охватило тревожное предчувствие. Она невольно оглянулась, ища выход.

– Вверх или вниз? – вдруг спросила ее Инфанта.

– Что?

– Тебе надо вверх или вниз?

– Я не знаю, – немного растерялась Фини.

Круглые глаза приблизились. Тонкие губы Инфанты насмешливо искривились.

– Вот именно. Ты даже этого не знаешь… И наверняка не представляешь, на каком уровне сна ты сейчас находишься.

Фини недоуменно нахмурилась.

– А все потому, что ты ПОТЕРЯЛАСЬ, – продолжила Инфанта и вдруг пропала, а вместе с ней исчезли и остальные кошмаристы.

Фини осталась одна.

Внезапно подул ветер. С оглушительным треском распахнулась оконная рама, и алая свеча упала. Огонь мгновенно лизнул край занавески, и легкая ткань вспыхнула.

Фини бросилась к окну, быстро подняла свечу – фитилек продолжал гореть, а пламя уже перекинулось с занавески на шкаф, и тот вспыхнул гигантским костром.

Снова дунул сквозняк. Фини бросилась к окну, чтобы закрыть его, но обнаружила вместо него зеркало.

Из зеркальной глубины на нее глядела очень старая женщина. Сильно сгорбленная, подавленная, безучастная ко всему и почему-то в лоскутном сарафане Фини. Даже зеленые кеды на ней были те же! Фини глянула на свои руки и застыла от ужаса – пальцы стали костлявыми, узловатыми, вены на них набухли, кожа сделалась прозрачной, морщинистой, в темных пятнах.

Откуда-то пришло осознание, что Фини находится здесь очень давно… Что она всю свою жизнь практически не покидала этот странный черный кабинет.

Медленно развернувшись, Фини наблюдала, как вокруг разгорается огонь, – стало так жарко, что она с трудом хватала ртом воздух.

Внезапно что-то громыхнуло, да так сильно, что люстра закачалась и пошел переливами жалобный хрустальный звон.

Огонь заполыхал вовсю; Фини схватилась за горло – легким перестало хватать воздуха. Она с усилием оглянулась, едкий дым застилал глаза. Но почему-то Фини хорошо видела стены, эти ярко-красные стены, – они давили на нее, на ее разум, ослабляли ее волю… И этот ужасный портрет над камином, он всегда ей не нравился… Постойте, так это же ее портрет! И Фини припомнила, что сама нарисовала себя, когда просидела здесь уже пятьдесят, а может, и шестьдесят лет… Как давно это было!

Фини горько заплакала. Она попыталась вспомнить лица своих родных, но почему-то не смогла и зарыдала еще пуще. Пришло ужасное ощущение, что она больше никогда не увидит ни тетю Лиз, ни своего несносного, но всегда веселого и неунывающего брата Влада, ни заносчивую, но все же очень милую сестру Эллу… Ни Кайлиха, ни ребят… постойте, а кто это?.. Кажется, у нее были родители, а еще тот парень из сна, вот по кому она точно скучает… А еще у нее была бабушка… Но разве у нее есть бабушка?! Мысли путались, то свиваясь в тугие и блестящие клубки, то распадаясь на тонкие, бессвязные нити; сознание туманилось, хотелось уснуть прямо здесь, на полу страшной комнаты с красными стенами…

Снова громыхнуло, потом еще раз и еще. И Фини словно очнулась. Надо искать выход!

Да, она старая, даже дряхлая, очень дряхлая! Но все равно должна найти решение и спастись!

Внезапно одну из стен прорвало, разом скинув с нее ненавистный портрет, и через образовавшуюся дыру мощной волной хлынул черный песок. Он все сыпался и сыпался, и Фини поняла, что скоро ее накроет с головой.

«Не надо бороться, зачем… – вдруг шепнул ей в самое ухо чей-то страшный голос. – Не сопротивляйся, лучше сядь на пол, закрой глаза, сдайся… и кошмар закончится».

Песок все струился и струился из дыры в стене и вскоре заполонил комнату на треть – Фини уже засыпало по пояс! Но она все равно не теряла надежды: в конце концов, это всего лишь сон!

Рядом что-то заскрипело, словно ожил старый, ржавый механизм, и потолок начал медленно, неровными толчками, опускаться.

Фини поняла, что сейчас будет раздавлена. Она снова зарыдала, попыталась вспомнить лица родных, но опять безуспешно.

И вдруг перед ее мысленным взором предстало лицо Кая. Вспомнилось, что он живет один, на трамвайной остановке. И что у него очень красивые, серьезные глаза стального цвета. И добрая, мягкая улыбка – когда он в хорошем настроении, конечно.

И тут Фини поняла, что очень, очень, очень хотела бы увидеть эту улыбку еще раз…

– Я же соннэр! – громко сказала она сама себе. – А значит, могу все!

В следующий миг девушка превратилась в ветер и бесстрашно сиганула в самую глубину песка, чтобы уже через несколько минут увидеть яркое, сияющее солнце.

Фини проснулась.

Тетя Лиз, как всегда, колдовала на кухне. Пахло клубникой и карамелью – наверняка на завтрак будет очередной кулинарный шедевр.

Фини подбежала к ней и обняла изо всех сил.

– Какое счастье, что я еще такая молодая! – сообщила она и обняла тетю Лиз еще крепче. – И ты молодая, и Влад, и Элла! И мама с папой! И у нас нет страшных комнат!

Фини была счастлива и не собиралась этого скрывать.

– А уж я-то как рада, что еще молодая, – ответила ей тетя, хмыкнув. – Кошмар приснился, дружок? Садись за стол, выпей чаю и съешь тарталетку с клубникой – это лучшее средство от любых ужасов. Только иди сначала приведи себя в порядок, смотри, какая ты взъерошенная.

Фини радостно кивнула и побежала в ванную умываться.

Но, едва открыв дверь в ванную, она снова попала в комнату с красными обоями. Мало того, вся компания кошмаристов встретила ее злым дружным смехом.

– Даже минуты не прошло! – отсмеявшись, фыркнул Роу Сфинкс.

Фини не успела среагировать, потому что вновь проснулась, но почему-то в саду. Неожиданно она увидела Глеба. Парень стоял, скрестив руки на груди.

При виде Фини он почему-то нахмурился, но спросил:

– Влад уже вышел? Мы на тренировку опаздываем.

– Сейчас потороплю его, – быстро произнесла Фини и припустила к Дому.

Она открыла входную дверь – и вновь попала в комнату с красными обоями. Как-то некстати вспомнилось, что именно этот сон свел с ума дядю проклятого Криса Вальсо.

Кошмаристы опять захохотали, и даже Инфанта позволила себе кривую усмешку.

Фини вновь проснулась, на этот раз в своей комнате, но дядин кабинет оказался сразу же за дверью, в коридоре.

Когда это повторилось раз в десятый, Фини серьезно встревожилась. Что она только не пробовала: превращалась в разных птиц и зверей, становилась пламенем, проходила сквозь двери, прыгая как мячик, и все равно оказывалась в кабинете с красными стенами.

Кошмаристы уже не смеялись – кажется, им порядком наскучило.

– Все, она закольцевалась, можем расходиться. – Крис демонстративно зевнул.

– Печальное зрелище, – поддакнул Роу Сфинкс.

Инфанта ничего не сказала, но на ее губах играла торжествующая усмешка.

Фини готова была зарыдать от отчаяния. Во-первых, она не знала, как выйти из кошмара, а во-вторых, ей не хотелось принимать поражение перед этими заносчивыми кошмаристами.

Внезапно в ее голове раздался спокойный голос Кая: «Они держат твой кошмар под контролем, поэтому ты не можешь выбраться. Ты что, забыла, что должна их удивить, Фини? Или испугать, сделать что-то яркое… – Голос запнулся, но насмешливо продолжил: – Это же твой конек – выбираться из кошмара таким способом».

Фини проснулась вновь, теперь на кухне, открыла дверь во двор и снова попала в комнату с красными обоями.

Кошмаристы даже не повернули головы в ее сторону – они с интересом что-то обсуждали.

«Можешь говорить и делать что угодно, – вновь прошелестел у нее в голове голос Кая. – Они этого не вспомнят».

– Я – Хозяйка последнего Сонного Дома!!! – громко и властно произнесла Фини, удивляясь самой себе.

Крис, Роу и Инфанта мгновенно обернулись к ней, награждая одинаково изумленными взглядами.

Воодушевленная успехом, Фини продолжила:

– И я сейчас прикажу моему Сонному Дому навеки запереть вас в этом кошмаре!

«И поклянись госпожой великой Фантагрюэль, – вдруг подсказал ехидный голос Арта. – Поверь, все они – и топ-команда, и Властители, да и вообще весь Арт-Хаус – до дрожи в коленках боятся великую и ужасную Фантагрюэль».

– Вы трое навечно останетесь в этой комнате! – поддав настоящей ярости в голосе, тут же провозгласила Фини. – Клянусь великой госпожой Фантагрюэль!!!

К удивлению Фини, кошмаристы бросились врассыпную, а Инфанта вообще рыбкой сиганула в окно. Потолок в комнате вздулся большими серыми пузырями, словно через него прорывался огромный поток воды, по нему пошли черные ветвистые трещины, а затем он вдруг обрушился огромными пластами штукатурки.

Фини проснулась.

Глава 7. Гости

Некоторое время Фини лежала молча, заново переживая кошмар, потом встала и осторожно приоткрыла дверь. По коридору пронесся Влад, чуть не испугав ее до икоты. Она замерла, прислушиваясь к его быстро удаляющимся шагам.

– Иди завтракать, Финька! – донесся голос брата уже снизу.

Наверное, тетя Лиз попросила позвать.

На всякий случай Фини обошла весь дом, но двери открывались как обычно. Она даже заглянула в комнату Эллы, нарвавшись на сердитое восклицание и приказ немедленно убраться с глаз долой. Лишь тогда, издав шумный вздох облегчения, Фини занялась привычными утренними делами: умылась, причесалась и отправилась завтракать.

Уже спускаясь по лестнице, девушка снова счастливо вздохнула: она все-таки победила страшный сон из фамильной коллекции Уны Вальсо. Особенно приятно было вспомнить, как сиганули в разные стороны кошмаристы после ее столь смелого заявления.

Тетя Лиз уже пила кофе на своей любимой веранде, а Влад налегал на тосты с маслом и вареньем. Элла тоже была здесь, готовила себе в огромном стакане смузи жуткого зеленого цвета.

Вяло жуя тост с клубничным вареньем, Фини гадала про себя, как она могла услышать в кошмаре голоса Кая и Арта? Надо будет обязательно спросить их об этом… Ну хотя бы Арта, потому что Кай, скорее всего, просто не ответит.

День выдался приятный: ласково светило солнце, дул легкий ветерок, гоняя паутинки бабьего лета; в воздухе пахло сухой травой и медом.

К Владу пришел Глеб, и они заняли беседку – судя по запасу чипсов и бутербродов, решили смотреть какой-то фильм на ноутбуке. Элла уехала к подруге готовить проект, а тетя Лиз засела на веранде с большой кружкой кофе и смартфоном.

Фини очень надеялась вечером пойти в Сонный Дом, увидеть ребят и расспросить, какие кошмары достались им и как они их преодолели. Поэтому днем она решила немного порисовать и даже изобразила во всех деталях комнату с пылающей занавеской, черным песком и ужасным портретом дяди Криса Вальсо над камином.

Некоторое время она любовалась своей работой. Признаться, рисунок ей даже понравился: во-первых, она потратила много времени на детализацию, а во-вторых, было особенно приятно, что теперь этот кошмар останется лишь на рисунке.

– Достойно, – неожиданно похвалил знакомый голос. – И правдоподобно выглядит. РЕАЛЬНО.

Фини показалось, что она каким-то образом снова провалилась в сон. Не выдержав, она скосила глаза и охнула, напоровшись на взгляд больших выпуклых глаз с едва заметными точками зрачков. Сегодня Инфанта вырядилась в длинное и просторное желтое платье с большими карманами, которое совершенно не шло ей.

– Может, нарисуешь всем нам новую Снореальность? – не скрывая иронии, продолжила кошмаристка. – С такими-то талантами.

И, словно опровергая собственный комплимент, Инфанта презрительно фыркнула.

Некоторое время они молчали. Фини все не могла оправиться от изумления – что эта психопатка забыла у нее дома? Да и как вошла?

– Ну и? – наконец не выдержала Фини.

– Что «и»?

– Чего притащилась? И как ты вообще попала в мой дом?

В дверь постучали, и на пороге появилась тетя Лиз, как всегда, с чайником, чашками и вазой печенья на подносе.

Аромат свежеиспеченного финикового печенья мгновенно заполонил комнату.

– Угощайтесь, девочки, – сказала тетя Лиз с улыбкой. – Как здорово, Фини, что у тебя появились подруги в школе. И конечно, я не против, чтобы вы вместе готовили домашнее задание. Если что-то понадобится, только скажите.

Она подмигнула им и тут же исчезла за дверью.

Фини недовольно поджала губы: что-что, а кормить печеньем пучеглазую она не собиралась.

– Что ты наплела моей тете? – сердито спросила она.

Не спрашивая разрешения, Инфанта присела на стул и шумно втянула носом воздух.

– Узнаю аромат. – На ее бледных губах мелькнула усмешка. – Так это твоя тетя испекла? Хм… Интересная у тебя семейка… Они догадываются о твоих снах? О походах на Глубину, скажем…

– Хочешь рассказать? – подняла брови Фини. – Иди, не бойся. Начни с моего брата Влада, он тебе сразу поверит. – Она не сдержалась и хмыкнула, представив такую картину.

Инфанта равнодушно качнула головой:

– Мне все равно. Я пришла к тебе по другому поводу.

– Наконец-то, – повела плечами Фини. – Я уж подумала, что никогда не дождусь твоих откровений.

Честно говоря, она сильно жалела, что не выгнала Инфанту сразу. Кто знает, какими способностями обладает эта кошмаристка и какой вред может нанести даже в реальности.

– В общем, так… – Инфанта рассеянно побарабанила пальцами по столу. По всему было видно, что ей тяжело произнести следующую фразу. – Мне нужна… – Она глубоко вздохнула. – Мне нужна твоя помощь.

От изумления Фини на какое-то время перестала дышать.

– Ты издеваешься? Еще недавно ты собиралась запереть меня в кошмаре с трамваем. Навечно!

– Да, – коротко согласилась Инфанта.

– Да-а?! – Фини чуть не задохнулась от возмущения.

– Но ты же выбралась, – заметила гостья. – Так чего старое вспоминать?

Она протянула руку к тарелке, схватила печенье и с наслаждением откусила.

– Да-а, не проста твоя тетя. Печенье-то правильное, может вытащить из самого ужасного сна… Ну так что, согласна?

Фини покачала головой. Наглость девчонки ее просто поражала.

– Какой смысл мне помогать тебе? – выдохнула она.

– Я хочу попасть в один очень старый сон… Возможно, тебе это тоже будет интересно.

В голосе Инфанты промелькнуло нечто, и Фини, уже решившая съязвить, вдруг передумала. Мало того, ей действительно стало интересно.

– Ну и что это за сон? – осторожно спросила она.

Но кошмаристка покачала головой:

– Сначала скажи, согласна ли ты, а потом будет видно, стоит ли нам вообще продолжать этот разговор.

В комнату неожиданно заглянул Влад. Увидев гостью сестры, он так изумился, что даже рот открыл.

Фини его понимала. Когда она встретила Инфанту первый раз, тоже была ошарашена: тощая и бледная, с выпученными глазами, похожая на куклу из самого страшного кошмара.

– Исчезни, – сказала ему Инфанта.

К удивлению Фини, брат, лишь недоуменно помотав головой, закрыл дверь.

– Ну так что? – вновь напомнила Инфанта. И взяла еще одно финиковое печенье.

Фини прищурилась:

– А почему ты не попросишь своих друзей помочь тебе? Эту Злату Фонтеблайн или напыщенного сынка Уны Вальсо? Или этого ненормального Роу Сфинкса? – Фини сделала вид, будто ее сейчас стошнит.

– Они не подходят, – усмехнулась Инфанта. – Никто из них не забирался так глубоко…

– Ты же про тот случай, когда хотела превратить меня в дриму и присвоить мое достижение? Гм… – Фини невольно запнулась, потому что спасение Кая вряд ли можно было записать как достижение. Она же искренне пыталась помочь ему…

– Возможно, этим я оказала тебе услугу… – Инфанта снова посмотрела на нее в упор, будто пыталась прожечь насквозь. – И запомни, я предлагаю только раз.

– Что именно предлагаешь?

– Интересное дело. Признаться, довольно сложное… И неизвестно еще, будет ли оно тебе по плечу…

– Ты все-таки сначала расскажи, а я подумаю, – заявила Фини, немного задетая снисходительным тоном Инфанты.

Та шумно и неодобрительно вздохнула и вдруг придвинулась – на Фини уставились два ужасных глаза кошмаристки.

– Есть один старый сон, очень-очень старый… – начала Инфанта. – В нем спрятана ценная вещь… которую я бы очень хотела найти.

– Что это за вещь? – мигом уточнила Фини.

– Не могу сказать. Не потому, что не хочу, а потому, что не знаю, как она выглядит. Никто не знает… Но она даст могущество. Возможность все изменить.

– Снореальность?

Инфанта сердито выдохнула. Ее рука потянулась к финиковому печенью, но застыла на полпути к тарелке.

– Послушай, а кто у тебя в семье всем заправляет? – вдруг спросила она. – Кто всеми вами командует?

Фини удивилась вопросу, но машинально ответила:

– Если командует, то бабушка Эльвира. А что?

Инфанта откинулась на спинку стула. Ее лицо приняло странное выражение – заинтересованное и вместе с тем немного злорадное.

– И какие у тебя отношения с бабушкой?

– Странные, – честно ответила Фини. – Она меня вечно достает.

– Чем, учебой?

– И учебой тоже… Но главное, она не хочет, чтобы я ходила в Снореальность.

– Вот как? – Светлые бровки Инфанты поползли вверх. – Занятно… На твоем месте я опасалась бы этой женщины.

Фини пожала плечами:

– Да я с детства ее опасаюсь. Когда-то она хотела забрать меня к себе жить. Хорошо, что мама с папой были против.

– И где же сейчас твои родители? – Инфанта быстро оглянулась, словно ожидала увидеть родителей Фини здесь, прячущимися в комнате.

– Они получили хорошую работу и пока живут за границей, – рассеянно ответила Фини. Ей вдруг пришло в голову, что родители давно не звонили. Заняты, наверное…

– Какое совпадение, – криво усмехнулась Инфанта. – Выходит, бабушка все-таки добилась своего? Ведь она у вас дома единственная взрослая, которая тебя… как это сказать… опекает.

– Еще тетя Лиз… – не согласилась Фини. – Вообще-то она и есть наша главная взрослая.

– Уверена, что она знает о Снореальности, – сообщила Инфанта. – Твоя бабуля.

– Да, я в курсе, – холодно произнесла Фини. Ее начал доставать их разговор: уж больно много эта Инфанта выспрашивала. Все же она пояснила: – Но теперь бабушка не может ходить в сон… скажем так, давняя проблема.

– Вот как? – вновь подняла бровки Инфанта. – Но раньше-то она ходила туда.

– Почему ты так считаешь?

Инфанта усмехнулась краешком рта:

– Потому что странно это выглядит. Твоя тетя умеет печь печенье, способное вывести из Глубины, а твоя бабуля запрещает тебе ходить в ОбщеСон. Мне надо над этим подумать.

– Может, меня посвятишь? – не сдержала иронии Фини.

– Пока не знаю, – рассеянно отозвалась Инфанта. – Ты тоже подумай над моим предложением. Хорошо подумай. – Она встала. – А иначе…

– Что иначе? – Фини почувствовала, что начинает закипать.

Некоторое время Инфанта молча смотрела на нее, засунув руки в карманы своей желтой хламиды и раскачиваясь на носках обычных белых кроссовок.

– Мне пора. Давай я выйду через дверь, чтобы не пугать твою главную взрослую.

Фини молча кивнула. Она была рада, что Инфанта уже уходит. Все-таки странная она девчонка.

Фини уже закрывала за ней входную дверь, когда Инфанта вдруг обернулась и придержала ее.

– Никогда не знаешь, кто твой главный враг, Фини Велесон. Возможно, он очень близко. И это не я, представляешь?

Инфанта осклабилась и, даже не махнув рукой на прощание, истаяла зелено-алой дымкой.

Пока Фини стояла у входа, пытаясь осмыслить визит своей гостьи, входная дверь снова открылась, пропуская Влада. В руках он держал пустую тарелку – наверное, они с Глебом уже съели все бутерброды.

– Это что за моль только что вылетела из нашего дома? – поинтересовался брат. – Странная какая-то. Такое впечатление, что она давно не ела… Она на меня так посмотрела, будто собралась пообедать мной. Или тобой.

– Ты почти угадал, – кисло произнесла Фини. – Она очень опасная.

Брат пренебрежительно хмыкнул:

– Дай только знать, если она будет приставать к тебе, я эти ножки-ручки мигом переломаю.

И он, насвистывая, ушел на кухню.

Словно почувствовав, что сегодня в этом доме упоминали ее имя, вечером пришла бабушка. Влад, лишь завидев над калиткой седовласую прическу-ракушку, тут же перемахнул через забор вместе с Глебом, прихватив весь запас оставшихся чипсов.

Фини все еще корпела над рисунком, и голос тети Лиз, звавшей на веранду пить чай, застал ее врасплох.

Бабушка сидела в кресле из синей лозы, чем-то неуловимо напоминая Шаль-Которая-Себя-Вяжет, только без вязания. Фини инстинктивно попятилась, но умоляющий взгляд Лиз ее остановил. Судя по поджатым губам бабушки Эльвиры, они уже успели перекинуться с тетей парой колких фраз.

Да и сливовый пирог с сахарной корочкой на столе выглядел очень аппетитно. И целая миска финикового печенья, за лето действительно ставшего в их семье самым любимым.

Фини обреченно уселась на небольшую табуретку, оказавшись прямо напротив бабушки.

Пока тетя Лиз слегка дрожащими руками раскладывала по тарелкам аппетитные куски пирога, бабушка не сводила с Фини цепкого, изучающего взгляда.

– Итак, Финиста, как твои дела? – спросила она, когда молчание довольно опасно затянулось.

– Ну, в общем, неплохо.

– Неплохо… – повторила бабушка. В ее голосе сквозило недовольство. – И чем ты занимаешься целыми сутками?

– Рисую.

– И что рисуешь?

– Разное… – уклончиво ответила Фини.

– И все-таки?

– Ну-у, всякое фантастическое… из головы.

Бабушка неодобрительно крякнула. Подвинула к себе чашку чая, сделала небольшой глоток. И снова продолжила допрос:

– Как твои сны, ты хорошо спишь?

Фини вскинула непонимающие глаза:

– В целом нормально…

– А кошмары? Кошмары бывают?

– Бывают, – не стала кривить душой Фини. – Но нечасто. И я умею с ними справляться.

Бабушка протяжно и насмешливо хмыкнула.

Фини нахмурилась. Честно говоря, она не знала, как относиться к бабушке. Раньше та была сноволшебницей, но после того, как на нее наложили Сонную Розу, она не могла пройти в Снореальность… Так стоило ли ей рассказывать о сномагии? Наверняка это ее огорчит.

Лучше сделать вид, что все у них, в общем-то, обычно и нормально. Фини откусила большой кусок пирога.

– Как твоя новая школа? – снова задала вопрос бабушка. – Я слышала, там преподают изобразительное искусство?

– Креативное рисование, – мужественно поправила тетя Лиз. – К нам приходил учитель. Он выглядел очень… компетентно. Такой харизматичный. – И она кокетливым жестом заправила прядку волос за ухо.

Бабушке это, конечно, не понравилось.