Текст книги "Анатомия шпионства. Ищите женщину"
![](/books_files/covers/thumbs_240/anatomiya-shpionstva-ischite-zhenschinu-276230.jpg)
Автор книги: Наталья Томасе
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
2
Белль не любила подчиняться, а сейчас ей пришла в голову мысль, что, возможно, Николь права, и ее обуяла откровенная злость. В таком состоянии с чувством раздражения, гнева и досады она выскочила из комнаты и натолкнулась на молодого человека, проходящего мимо ее дверей. Резкий запах лаванды, исходящий от мужчины, ударил ей в нос. Она чертыхнулась и вскинув глаза на незнакомца, грубо выпалила:
– Вы что глаза дома оставляете, когда отправляетесь в путешествие?! Там же надпись «Вход воспрещен».
Девушка выглядела, будто взбалмошный арабский скакун с горячим темпераментом и нравом, темные выразительные глаза бесстрастно смотрели на мужчину, метая «огненные стрелы», словно Зевс со своей колесницы молнии на землю. Мужчина в замешательстве остановился.
– Я… мне… я…к г-ну Д'Амбре, – неуверенно бормотал он, не в состоянии оторвать взгляд от дерзкой бесцеремонной девицы.
– О боже! Мало того, что вы, сударь, без глаз, вы еще и без языка. Не можете связать двух слов, чтобы объясниться, – презрительно бросила она и легко, словно порхающая бабочка, сбежала по лестнице вниз.
Она произвела неотразимое впечатление на молодого человека. Какой-то чувственный, возбуждающий подтекст читался абсолютно во всем: в ее манере общения, в ее голосе, во внешнем виде. Да, он был поражен. С одной стороны, она была груба и нахальна, а с другой, в ней чувствовалась какая-то порода: прямая осанка, гордо поднятая голова, прямой взгляд, изящество движений.
«Интересно, кто это? Сама сеньорита или кто-то из служанок? – усмехнулся про себя гость, и медленно спустился в общую залу.
Белль выскочила во двор и поспешила в конюшню.
– Шарль! – позвала она грума.
Парень откликнулся, и она пошла на его голос.
– В какой карете приехал испанец? И сколько с ним людей? – она пристально посмотрела на конюшего.
– Ни в какой, – пожал плечами Шарль, – он верхом. Сильный малый, – заключил грум, – по-видимому, привычный к седлу.
– И смелый, – дополнила Белль, – раз без сопровождения в такое время.
Она не спеша возвращалась в центральное здание постоялого двора и размышляла, что же могла передать ей бабушка, если ее посыльный налегке. «А если Николетта права, и он и есть мой подарок?! – ужаснулась девушка, – тогда, бежать. Лоренцо? О, нет, только не с ним!» – хихикнула Белль
После ее возвращения из монастыря шесть месяцев назад она пожелала брать уроки танцев. После небольшого конкурса учителей она остановила свой выбор на синьоре Лоренцо, молодом, улыбчивом, невысоком жгучем брюнете родом из Неаполя. Он был удостоен внимания вовсе не по тому, что он был симпатичный, учтивый и темпераментный, и уж вовсе не за его профессиональные навыки. Мадмуазель Изабелла Д'Амбре изначально имела план, осуществить который мог бы ей помочь только «роковой обольститель», каким ей показался Лоренцо. Ей надо было, чтобы молодой человек, пытаясь обольстить ученицу (в надежде, что она будет платить ему больше), попался сам в ее сети. Что успешно и произошло. Лоренцо и не заметил, как влюбился в красивую, страстную и непокорную синьорину. Любительница шахмат, разыграла партию, в которой не она платила учителю, а он ей. Вернее, деньги, которые она брала у отца для оплаты уроков, спокойно оседали у нее в ларце, а бедному учителю доставалась еда и вино в «Жирном гусе», ну, и немного жарких поцелуев с уверением, что после ее дня рождения, он может надеяться на большее.
Вспоминая это, Бель пришла к решению, что если «ЭТОТ» ее жених, она сбежит в Париж, благо деньги на это есть.
А в это время Диего Альварес, посыльный его Величества короля Испании Филиппа IV, сидел в углу за дубовым столом и наслаждался поеданием жареных куропаток, гусиного паштета и дегустацией отличного «Шардоне» из Лангедока.
Вдруг импровизированный хор из множества мужских и женских голосов затянул поздравительную песню. Сеньор Диего повернул голову к дверям и увидел ту самую «необузданную черную лошадку», с которой он столкнулся в частных покоях «Жирного гуся».
«Значит все-таки это сеньорита Изабелла Д'Амбре собственной персоной… а жаль, со служанкой можно было бы неплохо повеселиться», – улыбаясь подумал молодой мужчина и присоединился к поздравительному песнопению.
Две девушки с корзинами в руках подбежали к Белль и стали обсыпать ее сухими цветками лаванды и лепестков роз. Именинница явно не ожидавшая такого приветствия от постояльцев, немного смутилась, ее щеки тронул небольшой румянец. Какую-то долю минуты ею овладело чувство замешательства, глаза, смотревшие на окружающих, были словно у невинного ягненка, что делало ее где-то немного глуповатой.
«Как может сочетаться в одном человеке ураган и святая простота и наивность, – промелькнуло в голове у Диего, – ну, или она хорошая актриса и играет роль. Вопрос, где она настоящая: взбалмошная там на лестнице, когда никто не видит или простодушная здесь среди людей?»
Заиграла музыка, и народ пустился в пляс. Ноги танцующих в деревянных башмаках быстро передвигались маленькими шагами, отбивая в такт музыке.
На середину вышел хозяин постоялого двора и три раза хлопнул в ладоши. Музыка и голоса смолкли.
– Ровно семнадцать лет назад родилась моя дочь, это очаровательное, прелестное создание, – и он протянул руку в сторону Изабеллы, – мадмуазель Д'Амбре, внучка графа Эстебана Афан де Рибера и племянница герцога де Алькала, – гордо перечислял он, – и просто моя Белль! Поздравляю тебя, дите мое!
С этими словами он достал из ящика – шкатулки жемчужное ожерелье с изумрудной подвеской и повесил его на шею дочери. Повисла гробовая тишина, и десятки глаз устремились на шею Изабеллы.
«Никак это от наших конкистадоров, бьюсь об заклад, что эта вещица из храмов ацтеков», – подумал Диего и немного хрипловатым, словно простуженным голосом, прокричал, разорвав тишину:
– Браво, сеньор Д'Амбре! – он встал, захлопал в ладоши и крикнул еще раз, – браво, сеньорита Изабелла! Браво, племянница герцога де Алькала!
Белль резко обернулась в сторону выкрикивающего. Ей вдруг показалось, что он над ней издевается. На его устах блуждала хитрая улыбка, тогда как взгляд оставался серьёзным. В его колючих темных глазах было недоверие и… наглость.
И тут же множество голосов подхватили хвалебные восклицания.
– Белль, – услышала она голос отца, – сеньор маркиз не приехал, он болен, но донья Изабелла отправила подарок с другим гонцом. Он сказал, что лично передаст тебе его.
Девушка лишь пожала плечами и увидела входящего Лоренцо с огромным букетом цветов. Ни один мускул не дрогнул на ее лице.
Молодой человек вошел в залу с открытой улыбкой, приоткрывающей верхние зубы, он пожирал именинницу влюбленными глазами, его взгляд скользил по всему ее телу, останавливаясь на пышных местах. При этом он даже не скрывал своего пылающего взора, словно хотел показать всем свои права на эту девушку.
– Ага, а вот и учитель танцев! – воскликнул господин Д’Амбре, – ну-ка, синьор Буджардини, продемонстрируйте нам, за что я плачу деньги, – и он залился хмельным хохотом, – что там нынче в моде?
– «Ригодон»! Или вы предпочитаете менее пристойную «Сарабанду»?
Все повернули голову в сторону откуда было выкрикнуто название танцев.
Дон Диего, а это был он, приподнял кубок и отсалютовал Изабелле. Девушка зло зыркнула на гостя, она почувствовала, как комок раздражения подкатывает к горлу, этот наглец порядком ей надоел.
– Будем надеяться, – ехидно ввернул гость, – синьор Буджардини добросовестно отрабатывает свои деньги, а не как его предки, судя по его фамилии44
Буджардини (итал.) – маленький лжец. Предки носителя такой фамилии отличались способностью приукрашать события.
[Закрыть], – и он засмеялся каким-то демоническим смехом. Его издевательский тон добивал Изабеллу.
Она хотела ответить ему колкостью, но передумала, лишь отметила про себя: «Не здесь, сеньор „Выскочка“, но клянусь, я еще поставлю вас в идиотское положение перед всеми».
Музыканты заиграли веселую жизнерадостную музыку, и к Изабелле с Лоренцо присоединились другие пары, они двигались со свойственной южанам подвижностью, быстротой и темпераментом.
Изабелла не думала о танце, она думала о приезжем. Он ей не нравился. Всем своим видом этот высокомерный господин показывал свое превосходство над другими, словно он – король, а все в округе мелкие сошки. Изабелла привыкла, что мужчины в ее руках становились мягким комком чувств, из которого она могла лепить абсолютно все, что хочет. А этот месье «Воображала» позволял себе дерзить и издеваться над ней. Нет, он ей однозначно не нравился. Вдруг она почувствовала, как руки Лоренцо обхватили ее стан крепче, чем того положено в танце. Он смотрел на нее бесстыжими глазами, явно давая понять девушке о его желаниях.
– Лоренцо! – одернула его Изабелла, – не здесь… и вообще, нигде и ни когда больше, – холодно произнесла она и скинула его руки со своей талии. Она выбежала на улицу, оставив парня стоять посреди танцующих в недоумении.
Дон Диего, потягивая «Шардоне», лукавыми глазами наблюдал за происходящим.
«А девица себе цену знает», – улыбаясь подумал он и, встав из-за стола, вышел вслед за девушкой.
3
Белль нужно было остудить голову. Что с ней происходит? Прикосновения Лоренцо, когда-то желанные, вдруг стали ей неприятны, и почему ее взгляд постоянно непроизвольно ищет этого наглеца, который все время подтрунивает над ней.
«А если он и есть посланник от бабушки? – предположила мысленно она, – скорее нет, человек с подарком для меня разве позволил бы себе такое поведение? Нет, однозначно нет. И вообще, что за ерунда, почему мой отец хозяин постоялого двора, а бабка разъезжает в карете с гербами?! Почему мы не в Испании, раз испанская родня такая состоятельная и влиятельная?!»
Белль злилась на себя за то, что не понимает что происходит, за то, что она не может контролировать ситуацию. У нее даже испортилось настроение, и разболелась голова. Она не заметила, как размышляя о происходящем, ноги привели ее на кладбище на могилу матери. Девушка молча стояла напротив входа в склеп, словно желая получить ответы на так мучащие ее вопросы.
Тишину кладбища нарушил крик ворон, словно кто-то спугнул их. Белль обернулась и увидела поодаль стоявшего мужчину, закутанного в плащ и со сдвинутой шляпой на глаза. Она немного испугалась, но незнакомец быстро снял шляпу и поклонился, подняв в воздух дорожную пыль длинным черным пером. Это был «надоедливый» господин с постоялого двора.
– Вы действительно оставили глаза дома, сударь, – мягким, завораживающем голосом, произнесла девушка, подходя к молодому человеку, – что за средневековая дикость гулять по кладбищу55
В средние века кладбище было местом постоянных прогулок, тайных встреч и дуэлей.
[Закрыть]? Для путешественника это место странный выбор для прогулки.
– Я провел много часов в седле, впереди у меня еще долгий путь. Мне надо прогуляться, чтобы размять ноги, – равнодушно, пожимая плечами ответил испанец по-французски и добавил уже на испанском, – итак, сеньорита, вы Изабелла Д’Амбре. Мое имя Диего Альварес. Я еду от короля Филиппа с посланием к его сестре королеве Анне.
Это было сказано с такой важностью, словно он объявил себя миссией, сошедшей спасти человечество. В его взгляде уже не было язвительности и ехидства, только высокомерие и чувство собственного достоинства.
«Мадонна! Все же это испанский посланец, а я вела себя как деревенщина. Что он скажет бабушке обо мне?! – Белль мысленно занималась самобичеванием, – стыд-то какой!»
– У меня подарок для вас, сеньорита, от графини Афан де Рибера, – продолжал испанец широко расставив ноги и положа руки не эфес шпаги.
Но Белль его не слушала, продолжая корить себя:
«А я и есть деревенщина! Что он сказал? Он посланник короля?! Но он так молод! А я?! Кто я в свои семнадцать лет?! «Неконтролируемый ураган», как говорила матушка – настоятельница, «смутьян и мятежник?!»
– У меня подарок для вас, сеньорита, от графини Афан де Рибера, – продолжал испанец широко расставив ноги и положа руки не эфес шпаги.
Но Белль его не слушала, продолжая корить себя:
«А я и есть деревенщина! Что от сказал? Он посланник короля?! Но он так молод! А я?! Кто я в свои семнадцать лет?! «Неконтролируемый ураган», как говорила матушка-настоятельница, «смутьян и мятежник?!»
Ее мысли были прерваны движением испанца, расстегивающего камзол. В глазах Белль повис вопрос. Она сделав шаг назад и, наткнувшись на чью-то могилу, потеряла равновесие. Тело медленно стало приседать, но крепкие руки Диего поддержали ее.
Белль улыбнулась в ответ:
– Оставьте крест у себя, отдадите его за ужином. Вы же присоединитесь к нам? – на Диего смотрели выразительные глаза с пронзительным взглядом.
– Если честно, я хотел уехать сейчас же, но пожалуй, я останусь на ночь и отправлюсь в путь на рассвете.
Он повесил крест обратно на шею и застегнул камзол.
Белль и Диего медленно пошли в сторону постоялого двора.
– Значит, вы внучатая племянница герцога де Алькала, – немного удивленно констатировал молодой человек, – я не знал этого, когда ехал сюда.
– Вам только сказали, что подарок для мадмуазель Д'Амбре? – Белль грустно вздохнула, но в глазах сверкнула искра ненависти.
Диего хотел задать множество вопросов, возникших у него, но он не решился, видя, что девушка стала задумчиво печальной.
– Вы напишите… бабушке? Я заеду на обратном пути и заберу ваше послание, – предложил сеньор Альварес.
– Я никогда не писала ей. По моему отец получал письма и отвечал на них, – зло буркнула Белль, но вдруг подумала, что хорошо бы познакомиться с этой графиней, которая не хочет официально признавать ее. Это может пригодиться в будущем. Зачем? Белль еще не знала, но в мозгу очень хорошо засела мысль, что надо как можно больше узнать о семействе де Рибера, и этот испанский посланец, как никто другой может помочь ей в этом. – Хорошо, сеньор Альварес, я напишу благодарность за подарок, – и она послала Диего очаровательную улыбку.
4
Ужин состоялся в городском доме Д'Амбре. Двухэтажное здание, выкрашенное в бежевый цвет, выглядело пышно и торжественно за счет лепнины, отвесных карнизов и высоких колонн. Просторное крыльцо напоминало террасу. «У господ Д'Амбре отменный вкус», – подумал Диего, подъезжая к дому.
Изабелла тщательно подошла к выбору наряда к ужину. Она хотела понравиться Диего Альваресу. Даже более того, она желала, чтобы он увлекся ею. Чем больше он будет привязан к ней, тем больше информации она сможет выведать у него.
Она выбрала темно сапфировое платье с серебряной нитью и с очень глубоким округлым декольте, лиф был украшен жемчугом, а безукоризненно белые кружева на отложном воротнике и манжетах выгодно подчеркивали белизну ее кожи.
В гостевой комнате был накрыт стол с массивной столешницей из цветного мрамора. Особенно замечательны были его ножки – богато инкрустированные, в виде женских фигур, поддерживающих столешницу. Края стола были украшены богатой резьбой и инкрустацией.
Диего, привыкшей к роскоши испанского двора, был приятно удивлен, увидя изысканный интерьер «деревенского» дома.
«Да-а. Несомненно, дела в „Жирном гусе“ идут превосходно. Жемчужное ожерелье…, дом, достойный достопочтенного вельможи. Хотя, возможно, испанские родственники помогают французской семейке», – размышлял он, рассматривая роскошные гобелены на стенах гостиной.
Дверь открылась, и в комнату впорхнула улыбающаяся Изабелла. Диего не мог оторвать взгляд от нее, она была словно магнит, притягивающий к себе взор, симпатию и расположение.
А Изабелле вдруг показалось, что испанец какой-то другой, он был словно выше ростом и великолепным с головы до ног, от загорелого мужественного лица до ослепительно начищенных ботфортов.
– Сеньор Альварес! Я рада, что вы не отказались присоседиться к нам. К сожалению, отец будет немного позже, но это не мешает нам начать трапезу без него, если не возражаете, – лепетала она чарующим голоском.
Диего был даже рад, что он сможет побыть с девушкой наедине, а эти истуканы слуги были для него невидимыми, словно их не было в комнате вообще.
– Итак, сеньор Альварес?! – Белль вопросительно смотрела на гостя.
– Итак, сеньорита Изабелла?! – важничал, словно павлин испанец. – За ваш день рождения! – и он поднял кубок и приложился к нему губами.
– В Арагоне, откуда я родом, вина крепче, чем здесь; у нас они более сложные и терпкие. «Гарнача Тинта» – основной сорт винограда, который используют арагонские виноделы. Кстати, сударыня, ваши французы паломники, что идут в Сантьяго-де-Компостела, на обратном пути тащат во Францию с собой лозу испанского винограда. Так что не удивлюсь, что со времени французские вина станут не такими легкими и сладкими, как сейчас.
– Откуда такие познания в вине? Я могу предположить, ваш батюшка занимается винодельем? – съязвила Белль.
Диего рассмеялся:
– Иногда мне хочется, чтобы он был простым идальго, чтобы люди меня с ним не сравнивали.
– И ваш отец…?
– Слишком важный человек в королевстве, сеньорита, чтобы вот так просто обсуждать его, – ушел от ответа сеньор Альварес.
– Вы сказали, что вы посланы вашим королем к нашей королеве. И вы…, – она не успела закончить предложение, как Диего перебил ее.
– Я сказал? – он вопросительно посмотрел на Белль и откусил кусок хлеба, обильно смазанный гусиным паштетом, – я, сеньорита, ничего подобного не говорил.
Изабелла была в замешательстве:
– Там, на кладбище, вы сказали, что едете в Париж с посланием к королеве Анне, – растягивала она слова.
– Нет, сеньорита Изабелла, у меня нет при себе никаких писем. И потом, кто может подтвердить, что я это говорил? – он смотрел на девушку честным, благородным взглядом.
«Какая каналья!» – подумала Изабелла.
А Диего продолжал:
– Я действительно еду в Париж, но не с посланием, а навестить своего старого приятеля виконта де Бомон-Васси.
Белль смотрела на него с недоверием, ее дыхание стало громким, и она несколько раз передернула носом, словно в ее ноздри стал заползать запах гари. Опять этот сеньор «Выскочка» издевается над ней.
– Ну хорошо, – серьезно проговорила она, – полагаю, ваше имя осталось тем же и вы…? – она сделала многозначительную вопросительную паузу.
– Диего Альварес, сеньорита, к вашим услугам, – он утвердительно кивнул и, улыбаясь, но с холодным и пристальным взглядам, продолжал изучать лицо Изабеллы.
Белль молча хлопала глазами: было понятно, что дон Диего Альварес не простой сеньор, а благородный идальго, кичившийся своей родовитостью и боящийся уронить престиж своего, по всей видимости, знатного рода. Он никакой-то там гасконский шевалье или сын обедневшего итальянского виконта, типа Лоренцо. Ну что ж, просто ей придется приложить массу усилий, чтобы подчинить его своей воли.
– Когда вы возвращаетесь в Испанию? – поинтересовалась она.
– Дней через двадцать – двадцать пять. Я заеду к вам за ответом для графини де Рибера.
– Не понимаю, зачем ей этот ответ, она все равно его не ожидает?! – Изабелла дразнила испанца, заставляя Диего настаивать на письме.
– Ну хорошо, я просто хочу к вам заехать, – он смотрел на девушку искренним и открытым взглядом, – хочу к вам заехать, потому что мне понравилась…, – он сделал паузу и смущенно отвел взгляд в сторону.
Белль ожидала услышать свое имя, но дон Диего уверенно произнес:
– Фуа-гра, – он хитро улыбнулся, – это лучший паштет, который я когда-либо ел, – закончил он фразу, лукаво гладя на Изабеллу.
Она была готово его придушить за насмешку, сарказм и цинизм, извергаемый его гадким ртом, но таким соблазнительным. Она даже на секунду представила, как она прикасается своим собственным языком к его нижней губе, которая казалось не такой уж и тонкой в момент, когда ее обладатель что-то произносил. – Что вы знаете о моем рождении? – неожиданно спросила она, постукивая кончиком пальца о мраморную столешницу.
– Ровно столько, сколько и вы о моем, – в тон ей ответил Альварес, – однако, уже поздно, с рассветом мне в дорогу, так что позвольте откланяться, сеньорита, – сказал Диего, вставая из-за стола.
Изабелла проводила его до двери. Он прильнул к ее руке. Его губы задержались в поцелуи дольше, чем того требовало приличие, затем он перевернул ее ладонь и поцеловал запястье. Губы Изабеллы тронула легкая ухмылка победителя.
– С меня подарок, дорогая сеньорита.
Девушка одарила его очаровательной улыбкой и, дотронувшись до его груди, сняла с камзола кусочек гусиного паштета и положив его к себе в рот, облизав палец.
Диего был удивлен реакции своего тела на этот немного запрещенный трюк соблазнения и он поспешил покинуть дом.
5
– Мадмуазель Изабелла, вам нужен другой учитель, а вернее, вы уже сами можете давать уроки, – учитель фехтования г-н Бензома хихикал себе в усы, но был горд и доволен успехами ученицы, – будь вы мужчиной, вам была бы прямая дорога в Париж к де Тревилю. В вас бурлит настоящая гасконская кровь, ему такие люди как вы нужны.
– Я подумаю о ваших словах, сударь, в конце концов, я умею носить мужской костюм. А пока, еще раз, дорогой мой г-н Бензома Мадмуазель Изабелла, вам нужен другой учитель, а вернее, вы уже сами можете давать уроки, – учитель фехтования г-н Бензома хихикал себе в усы, но был горд и доволен успехами ученицы, – будь вы мужчиной, вам была бы прямая дорога в Париж к де Тревилю. В вас бурлит настоящая гасконская кровь, ему такие люди как вы нужны.
– Я подумаю о ваших словах, сударь, в конце концов, я умею носить мужской костюм. А пока, еще раз, дорогой мой г-н Бензома, – уверенно и бойко сказала Белль и приняла стойку.
Они скрестили шпаги, и звуки скрежета и ударов благородного металла донеслись до слуха въезжающего во двор сеньора Диего. В одном из фехтующих он узнал Изабеллу, одетую в мужское платье. Ее довольное, улыбчивое и полное энергии лицо раскраснелось от быстрых движений, делая обладательницу его очаровательной., – уверенно и бойко сказала Белль и приняла стойку.
Они скрестили шпаги, и звуки скрежета и ударов благородного металла донеслись до слуха въезжающего во двор сеньора Диего. В одном из фехтующих он узнал Изабеллу, одетую в мужское платье. Ее довольное, улыбчивое и полное энергии лицо раскраснелось от быстрых движений, делая обладательницу его очаровательной.
– Вашему мужу будет нелегко с вами, дорогая сеньорита Изабелла, – громко и язвительно крикнул он ей.
– Хотите попробовать, сеньор «Забияка»? – парировала Белль, узнав его голос и продолжая атаковать г-на Бензома.
Диего спрыгнул с лошади и подошел к фехтующим.
– Попробовать что? Быть вашим мужем? – голос его был ироничным.
Белль отступила назад, давая возможность г-ну Бензома сделать выпад, растягивая стойку, и в этот момент, она, повернув корпус, резко отскочила, уходя с линии атаки, и с ловкостью полоснула шпагой, разрезая воздух рядом с боком учителя. В настоящем бою, возьми она немного выше, г-н Бензома остался бы с перерезанной глоткой. Затем она резко повернулась к Диего и подошла к нему.
– Защищайтесь, сударь, или я убью вас за вашу дерзость, – и она приставила клинок к груди Диего.
– Я не сражаюсь с женщинами, – спокойно проговорил он.
– Даже если они угрожают вашей жизни? – она слегка надавила на эфес, и острие проткнуло его камзол.
Лицо мужчины оставалось спокойным. Но вдруг в его руке каким-то странным образом, словно ниоткуда, появился кинжал. Изабелла даже не поняла, как это произошло, так быстро было движение мужчины. Диего с силой ударил по шпаге, выбив ее из руки девушки, сделал шаг вперед и подставил дагу66
Кинжал для левой руки при фехтовании шпагой.
[Закрыть] к горлу Изабеллы. На нее смотрели холодные, темные, почти черные миндальные глаза.
– Урок первый, сударыня, не будьте столь уверенны в себе, даже если вы вооружены, а ваш соперник нет. Урок второй, если у вас выбили шпагу, у вас должен быть еще и кинжал. Урок третий, если противник думает, что все же разоружил вас полностью, вам необходимо нечто, что может сойти за оружие, например …, – с этими словами он опустил кинжал, засунул его за спину, и, подойдя к лошади, достал из кожаного меха, закрепленного на седле, небольшую шкатулку и передал ее Белль.
– Я обещал вам подарок, – ласково проговорил он, – это то, что вам надо. Я сначала сомневался, но теперь абсолютно уверен в этом.
Испанец благодарил Господа, что он во Франции, а не дома, где подобный дорогой подарок женщине, мог бы показаться оскорбительным намеком на желание близких отношений с ней. Впрочем, Изабелла ему действительно нравилась.
Между тем, девушка подняла крышку. На красной подушечке лежала заколка в виде стилета77
Кинжал итальянского происхождения с прямой крестовиной и тонким и узким клинком.
[Закрыть], украшенная рубинами и россыпью мелких алмазов.
– Снимите ножны и коснитесь кончика, – сказал Диего, – только аккуратно.
Конец был острозаточенный. Белль вопросительно посмотрела на Диего.
– Это может быть как дамской безделицей, поддерживающей волосы, так и опасным оружием. Когда я увидел это в Париже, я подумал за вас. Эта вещица, как и вы, на вид милая и красивая, но может быть опасной.
– Я вам показалась опасной? – удивилась Белль, смотря на Диего щенячьим взглядом.
– Ну если не опасной, то острой на язык, – мужчина явно подтрунивал над ней, – как стилет.
– Вы несносны, сударь! Но за подарок спасибо, – и она чмокнула Диего в щеку, – идемте, месье «Заноза», отметим ваше возвращение, свежеприготовленная гусиная печень ждет вас, и хлеб только утром испекли…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?