Читать книгу "Мой новогодний шанс"

– Нет, – улыбнулась я. – Он как раз с той девушкой.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – Девичья компания слаженно ахнула. Разумеется, в большинстве своем наигранно, но та же Катерина действительно за меня переживала.

– Да. Они же брат и сестра. Почему бы им не пообщаться.

– Это они тебе так сказали?

– Да.

– И ты, наивная, поверила? – Самое смешное, что эту реплику с подвизгиванием выпалила Лиза.

– Я доверяю Ивану, – пожала я плечами.

– Ну ты… – у многих не нашлось даже слов.

– У него никогда не было сестры, – категорично заявила Зина, жившая в одном доме с Ваней. – Его растил отец, да и тот умер пять лет назад.

Лиза задумалась, но промолчала. Ха! Ждет, что я раздую скандал из-за недостатка информации? В этот раз обойдется.

– Ваня придет и все объяснит, – с прежней невозмутимостью отозвалась я.

– Ты дае-о-ошь, – протянула Зина.

На что я ответила полной достоинства улыбкой.

– О! Кажется, желающих на викторину набирают, – с энтузиазмом указала я на Деда Мороза, пытающегося привлечь к себе внимание стуком посоха. Продолжать начатую тему мне не хотелось. Уже разок обожглась, хватит. – Кто со мной?

– Я пас, мне в отличие от тебя мозгов на интеллектуальные игры не хватает, – откликнулась Катерина.

– Я жутко устала бегать в эстафете, – со смехом поделилась Зина, обмахиваясь ладошками, будто ей было нестерпимо жарко. – Нужно сделать перерыв.

– Мы уже наигрались, – за всех отказалась Лиза, которая, я уверена, даже не подняла за все время мероприятий свой тощий зад. – Иди одна.

Звучало так, будто она собиралась в мое отсутствие перемыть мне косточки. Не стала ее разочаровывать. Встала и легкой походкой направилась в центр зала. Пусть потрещит, от меня не убудет.

– У нас есть еще одна участница! – радостно заголосила Снегурочка. – Молодые люди, подключайтесь. Кто составит компанию нашим прекрасным барышням? Ну же, не смущайтесь.

Дед Мороз проявил большую настойчивость и без лишних разговоров вытянул из толпы к моей сопернице долговязого парня. А рядом со мной встал… Невидимка. И откуда только взялся? Я не заметила его, когда входила в зал.

Викторина началась. Вопросы, зачитываемые с карточек аниматорами, оказались на редкость разнообразными: шуточными, на логику, эрудицию, даже один математический попался. Соперники нам с Невидимкой достались достойные, однако пальму первенства отобрать им у нас так и не удалось.

Склонив голову, я получила на шею заслуженную награду за победу – длинную гирлянду из хлопушек, и уже собиралась вернуться к девчонкам, но аниматоры завели хоровод-змейку. Всунув в мою ладонь длинные пальцы Невидимки, они утянули нас за собой под новогоднюю мелодию.

Дальше начался танцевальный конкурс, уйти от которого мне снова не позволили. Взбудораженная хороводом толпа, поднятая со своих мест и теперь топчущаяся в центре зала, смеялась, шутила и не желала отпускать из своих рядов ни единого человека.

Нужно ли говорить, что лучшими танцорами единогласно признали меня и… Невидимку? После чего настойчиво потребовали от нас исполнить общий номер.

Подозрения во мне заворочались, собираясь душными шерстяными комками в груди, но подсказок не давали. Сегодня судьба настойчиво сталкивала нас с Невидимкой. Но с какой целью?

Отчего-то заробев, я неуверенно положила пальцы на широкое плечо парня. Как же его все-таки зовут? Надо же, не помню. И спросить неловко. А ведь, если верить Ивану, молодой человек не просто мой старый приятель, но и неожиданный помощник, пожелавший остаться в тени.

Я вздрогнула, ощутив теплую мужскую ладонь на своей талии. Так непривычно. Я уже очень давно не танцевала ни с кем, кроме Вани.

– Ты меня не помнишь, да? – спросил он, стоило нам начать двигаться под дивную мелодию Чайковского из балета «Щелкунчик».

– Конечно, помню! – почему-то соврала я, подняв на него глаза.

Парень смотрел на меня с усмешкой. Но ни капли обиды в его взгляде я не заметила.

– Отца до самой пенсии переводили на работе из одного города в другой, мы часто меняли место жительства всей семьей. Вернулись на родину лишь пять лет назад, – зачем-то поделился он.

– Угу, – поддакнула я, делая вид, что прекрасно знала об этой части его биографии.

– Не удивительно, что ты меня не помнишь, ведь когда мы уехали, тебе было не больше восьми. А мне – девять. Совсем дети.

– М.

Только он меня каким-то образом признал, а я даже имени его не могла припомнить. В памяти всплывал лишь мутный образ толстячка, с которым мы отлично ладили. Как так?

Стало жутко стыдно. Ведь мы действительно считались с ним лучшими друзьями. Это-то я хорошо помнила. Нас объединяли не только победы в дворовых играх, но и общие секреты. Однако, честно говоря, я, вернувшись из летнего лагеря и не обнаружив своего товарища на детской площадке, переживала сильно, но недолго. А вскоре и вовсе о нем позабыла, заведя новых приятелей и подруг. С той поры много воды утекло. И вот теперь мы встретились.

Кровь прилила к щекам. Стало нестерпимо жарко. Кондиционер, что ли, сломался?

Я двигалась в танце рефлекторно, не задумываясь о движениях и особо не вслушиваясь в «Вальс цветов», хоть и обожала его, считая самой что ни на есть новогодней мелодией. Мои мысли были заняты самобичеванием и попытками вспомнить имя друга.

– Столько лет прошло. – тихо продолжал он мне на ухо. – Я так рад нашей встрече. Ты стала очень красивой девушкой, Маняша.

Как он меня назвал? Маняша? Так непривычно. Хотя… меня действительно так звали во дворе в далеком детстве. Но из его губ мое имя звучало на грани приличия.

– Спасибо. – А что еще я могла ответить?

Чувство неловкости зашкаливало. Кажется, огнем запылали не только мои щеки, но и шея с ушами.

– А вот глаза твои совсем не изменились. Цвета июньского неба. Я узнал тебя по ним. Ни у кого больше нет таких удивительных глаз. Теплых, летних.

Что? Зачем он мне все это говорит? И какой реакции ждет? Рассчитывает, что растекусь сладкой лужицей у его ног? Местный ловелас решил склеить старую знакомую? На борту не хватает звездочки из прошлого?

Но испугали меня не его мягкие, обволакивающие сознание слова, а собственная реакция на них. Признаться, странная и необъяснимая. Ведь не сказал ничего особенного. Ваня меня комплиментами и покруче осыпал, как, впрочем, и наши общие друзья, почему же, слушая Невидимку, мое сердце забилось чаще?

– После университета работаешь дизайнером, – зачем-то обронил он известный нам обоим факт. Решил напомнить, благодаря кому?

Внутри все вскипело, но я лишь согласилась:

– Да. – В конце концов, если бы я не соответствовала занимаемой должности, меня давно сместили бы на самые мелкие и дешевые проекты, однако и руководство, и клиенты довольны, всего за пару лет я доказала свой профессионализм и незаменимость.

Но парень продолжил тему в совсем ином русле.

– Тебе подходит. Ты всегда была творческой девочкой. С удовольствием разрисовывала мелками асфальт и дома.

Надо же. А моя память ничего подобного не сохранила.

– Правда? Не помню.

– Да. В самодельных домиках ты обязательно устраивала уют, хотя делались они как военный штаб или склад. А однажды организовала карнавал и сделала всем участникам костюмы из бумаги и скотча. Тоже не помнишь? Было весело.

У меня создавалось впечатление, что он знал меня прежнюю гораздо лучше меня самой. Это здорово дезориентировало.

– Расскажи лучше, как сам живешь, – невпопад попросила я, чтобы перевести разговор со смущающей меня темы. – Ты с Ваней работаешь? Значит, программист?

– Верно. Отучился в универе, вернее, в трех, из-за переезда пришлось дважды оформлять перевод, чтобы получить диплом, потом – армия и работа.

– Нравится? В смысле, работа.

– Коллектив приятный, рост карьеры и зарплаты. Меня все устраивает.

Хм. А Ваня всегда здорово жаловался на переработки и недостаточную оплату труда. Я открыла рот, чтобы уточнить, но мелодия закончилась.

– Спасибо за танец, – прошептал на ухо Невидимка, склонившись надо мной.

В этот момент я не знала, какие чувства во мне преобладали: облегчение или сожаление от необходимости завершить танец. Хотелось столько всего спросить и узнать. И при этом бежать со всех ног от парня, ставшего причиной хаоса в душе.

Пальцы соскользнули вниз, отпуская Невидимку.

Мгновение, и он растворился в толпе, словно существовал только в моем воображении. А мне пришлось в одиночестве принимать комплименты и овации. Я с улыбкой благодарила публику, скользя по знакомым и не очень лицам рассеянным взглядом. Наконец аниматоры объявили о новом развлечении, и я смогла покинуть центр зала.

Хватит, Маша, пора приходить в себя. Вспомни, для чего ты здесь. Ради Ванечки! Улыбка растянулась до ушей. Надеюсь, я достаточно ярко и выгодно себя сегодня показала, чтобы Ваня мог гордиться своей девушкой?

Мой взгляд пробежался по диванчикам у стен в поисках любимого, но почти сразу споткнулся. Ванечка смотрел на меня отнюдь не восхищенными глазами.

Глава 3

Я цокала каблуками по мерзлому асфальту и в такт своих шагов всхлипывала, глотая слезы. Все повернулось совсем иначе, чем мне представлялось. Ваня вовсе не успокоился до вечера, как я надеялась. Напротив, еще сильнее себя накрутил и набросился на меня с упреками, стоило подойти к нему.

Взбудораженные девчонки, принявшиеся наперебой поздравлять меня с блестящей победой и эффектным выступлением, ахнули и притихли, стоило любимому открыть рот. Он вменил мне в вину и внешний вид, совершенно его не устроивший, и блестящие знания, которыми я щегольнула на викторине, и искусность в танцах, и даже собственную несдержанность несколькими часами ранее, за которую его осудили наши общие друзья.

– Это я-то был не прав? Я должен оправдываться за объятия с родной сестрой, когда моя девушка явилась на турбазу в сопровождении другого мужчины? – Ярился он перед публикой. После чего снова повернулся ко мне: – Почувствовала свободу? Решила пойти в разгул, пока меня нет? Мало, шляешься по турбазе с кем ни попадя, так еще и обжиматься взялась у всех на виду? Совсем меня за идиота держишь?

Чем больше он обвинял меня, тем громче становился гул народа, обступившего нас и осуждавшего неадекватное поведение Вани, совершенно на себя не похожего.

Парни, до того завидовавшие другу, глядя на меня, недоумевали, какая муха его укусила. Девчонки, мечтающие хоть немного походить на продемонстрированный им идеал, не понимали, в чем моя ошибка. А я стояла и молча смотрела, как Иван разрушает наши отношения, без колебаний и сожалений. Будто не желал иного пути для себя. Неужели я зря вернулась в прошлое?

Ну уж нет! Так не должно быть! Если бы я не имела ни единого шанса изменить судьбу, то просто не попала бы сюда.

– Мы больше не вместе! – бросил мне в лицо Ваня, и я дернулась, как от пощечины.

И не потому, что для меня это стало неожиданностью. Скорее, напротив, я чего-то подобного с ужасом ожидала. Сломило меня другое. В его глазах промелькнуло нечто, подсказавшее мне – он не шутит, не несет горячку, его решение осознанное.

Мои губы мелко задрожали, но не произнесли ни слова. Какой смысл? Ни мольбы, ни просьбы одуматься не возымеют действия. Все, что я могла бы ему сказать, перебивая друг друга выкрикивали парни и девчонки из толпы. Мне незачем было повторяться.

Я узнала этот ужасный взгляд, с каким он весь прошедший год выслушивал от меня извинения. Надменный, презрительный и непреклонный.

Мне стало страшно, и я выскочила из банкетного зала, на бегу натягивая пуховик. Про обувь, разумеется, не вспомнила.

Все неправильно! Когда я оказалась в тупике? Ваня разозлился из-за того, что увидел меня вместе с Невидимкой? Ерунда! Я даже не знала о парне, пока Иван о нем не рассказал. Тогда что? Любимого из равновесия вывела неожиданная встреча с сестрой? Может быть.

Выходит, единственно верное поведение – забиться в самый тихий угол и не отсвечивать? Хорошо, мне не трудно. Осталось снова попасть в этот день в момент до нашей ссоры. Но… получится ли у меня еще раз волшебство с оленем? И стоит ли скульптура на площади в этом году? Это я узнаю, только когда приеду в центр города. Надеюсь, маршрутки все еще ходят по своему расписанию.

Пошлепав по карманам пуховика и вспомнив, что мобильник остался в сумочке в банкетном зале, я решила не терять время и не возвращаться, а бежать к остановке. Банковская карточка и мелочь с собой, добраться до площади хватит.

Про то, что одета не по сезону, поняла, когда начала танцевать на дороге в ожидании транспорта. И если вместо шапки на голову я накинула капюшон, то ноги в туфлях нестерпимо мерзли. Повезло, что маршрутка подошла в течении пяти минут. Также мне на руку сыграло неспешное движение старого «пазика», в котором печка кочегарила на полную мощность. К центру города я доехала, отогревшись, аккурат к наступлению Нового года. Оставалось лишь пробежать расстояние в пару остановок.

– Девушка, у вас все в порядке? – преградил мне путь мужчина в форме полицейского, стоило спрыгнуть с подножки маршрутки и определиться с направлением – площадь с елкой и празднующей толпой было видно и слышно издалека.

– Да-да, спасибо, – пробормотала я, пытаясь одновременно обойти его и взглянуть на городские часы.

Скоро полночь!

– Девушка, вы раздетая, – не унимался сотрудник полиции. Он явно не намерен был просто так отпускать мишень для разбирательств. А у меня время! Если сейчас упущу свой шанс, в лучшем случае придется ждать год.

– Все в порядке, – четко произнесла я, строго взглянув в глаза мужчине. – Я достаточно одета, чтобы не смущать окружающих и не нарушать закон.

– Но…

– И совершенно трезвая. Пожалуйста, пропустите, мне нельзя опаздывать.

И снова мне повезло. Совсем рядом случилась драка.

– Кажется, там вы нужнее, – я кивнула в сторону, а сама припустила в другую.

Напрямки. Через сугробы, загребая полные туфли снега. Мелочь, мелочь… Попутно я исследовала руками содержимое карманов. Вся мелочь бумажная! Ни одной монеты!

А стрелка на часах почти дошла до двенадцати!

Я зашарила взглядом по земле в надежде найти хотя бы одну оброненную монетку.

– Девушка, не добавите червонец? – обратился ко мне старичок маргинального вида, ухватив за локоть. В грязной горсти, протянутой ко мне, лежало несколько монет. – Не хватает на…

– Давайте меняться! – перебила я его.

Если шанс плывет тебе в руки, не стоит раздумывать, хватай его немедленно!

Пока старичок соображал, я вытащила из кармана стольник, сунула в морщинистую горсть и забрала одну из монет. Благодарности слушать не стала, опрометью бросившись к ледяной скульптуре, издали запримеченную мной.

Олень стоял на прежнем месте, поблескивая металлическими кружочками, утопленными в нем. Я как раз успела подскочить, когда начался бой курантов.

– Пожалуйста, можно мне еще один шанс? – прошептала я над монетой и прижала ее к боку ледяного животного. – Я должна все исправить…

…Звук раскрывающихся дверей автобуса заставил вздрогнуть. Фух! Получилось!

Я распахнула глаза и, не теряя ни секунды, бросилась вон. Любопытничать и рассматривать забитую машинами парковку в этот раз не входило в мои планы. Видала уже, хватит. Дожидаться, пока меня нагонит Невидимка, тоже не собиралась. Детская дружба того не стоит.

Потороплюсь на турбазу и не дам ни малейшего повода Ване, чтобы обвинить меня.

Я почти бежала, поэтому за скрипом снега под своими ногами не слышала ничего вокруг. Голос Невидимки стал для меня неожиданностью. Я же так старалась не встретиться с ним!

– Добрый день. Или уже вечер? Давай помогу. – Доброжелательно улыбаясь, парень потянулся к моей сумке.

– Нет-нет, я сама. Спасибо, – испугалась я и, отпрыгнув в сторону, оказалась по колено в сугробе.

– Мне не трудно. – Без особых усилий Невидимка обхватил меня за талию и, выудив из снега, поставил на чистую дорожку.

Принесла его нелегкая. Я яростно затопала, пытаясь стряхнуть с сапог налипшие снежные комья. В этот раз необходимо поступать идеально правильно. Никаких парней!

– Мне тоже, – буркнула я и демонстративно закинула сумку за плечо.

– Ты всегда была самостоятельной, – обронил он, и я обязательно зацепилась бы за эту фразу, если бы недавно не узнала, что мы с ним в детстве дружили.

Но не теперь, когда я в курсе слишком многого, чтобы любопытничать и рисковать отношениями с Ваней.

– Извини, я тороплюсь. – Я прибавила скорость и буквально влетела в резные металлические ворота турбазы.

Как хорошо, что не нужно тратить время и узнавать, где любимый. Впрочем, встречаться с ним я пока не собиралась. Я торопилась в забронированный для нас домик. Скрыться ото всех, не привлекать к себе внимания, не провоцировать неудовольствие Вани. Вылезу из своего укрытия ближе к Новому году. Безупречное поведение и минимум точек соприкосновения. Он не сможет порвать со мной, просто не найдется повода.

В домик я пробралась на цыпочках, стараясь не шуметь, зная, что совсем рядом обнимаются брат с сестрой.

Внутри приятно пахло деревом и сосновыми ветвями, которыми персонал украсил номер. Мишура, гирлянды и елочные игрушки напоминали о том, что скоро наступит самая таинственная и волшебная ночь в году.

Я разобрала свою сумку. Наложила себе салат и, включив телевизор, устроилась на кровати. Было немного грустно осознавать, что совсем рядом друзья отмечают наступающий праздник, играют и веселятся, а я одна смотрю совсем не интересующий меня «Голубой огонек», но у меня была цель, поэтому ничего не оставалось, как бодриться.

Салат вкусный, в доме тепло и уютно. За окном снежинки медленно вальсируют под беззвучную мелодию зимы. Прелесть.

Еще бы! Далеко не каждый может себе позволить провести предновогодний вечер в деревянной избушке среди леса. Атмосферненько.

Самое любопытное, что за все время Ваня так и не заглянул в наш домик. Не попытался меня найти. Или хотя бы позвонить и узнать, как так получилось, что я не рядом с ним в праздничный вечер.

С одной стороны меня его спокойствие подбадривало и внушало надежду на лучший исход, чем в прошлые мои попытки сохранить наши отношения. С другой – настораживало. Ему настолько хорошо, что совсем не волнует, где я и все ли со мной в порядке?

Чем ближе становилось к полуночи, тем сильнее я переживала. Стрелки на глазах пришлось несколько раз перерисовывать, а все из-за того, что рука дрожала. Да что это со мной? Из-за двух поражений веру в себя совсем потеряла?

– Успокойся! – приказала себе, но в равновесие так и не пришла.

До двенадцати часов, как собиралась, не досидела. Нарядилась, накрасилась и вышла из дома, захватив с собой пакет с туфлями на шпильке, когда еще и одиннадцати не пробило. Сердце заходилось меж ребер, не позволяя нормально дышать.

– На улице такая благодать, редкий снежок нежно целует лицо, нет чтобы расслабиться, – укоряла я себя, но ничего не помогало.

В лесу стояла тишина. Народ по большей части собрался в банкетном зале. И только я шумела, цокая каблуками сапог по асфальтированной дорожке.

Не в силах справиться с волнением остановилась под фонарем.

Снег завораживающе поблескивал на свету. Красиво. Однако мысли в голове теснились, не желая наслаждаться природой.

Неужели снова ничего не выйдет? Давай, вдох-выдох, вдох-выдох. И еще раз…

– Ой. Что это на озере? – вырвалось у меня.

Внимание сконцентрировалось на темной фигуре, распластавшейся на льду на приличном расстоянии от берега. И она шевелилась!

Я присмотрелась. Прожектор хорошо освещал озеро, во всяком случае ту его часть, что примыкала к склону с турбазой, но я стояла далеко, да и свет от ближайшего ко мне фонаря слепил. Я побежала вдоль берега по дорожке, всматриваясь в явно мужскую фигуру.

Пальто мне показалось знакомым. Для верности я проморгалась. Неужели Невидимка?

Парень перепил и, решив прогуляться по озеру, поскользнулся? Но лед в этом году тонкий. Весь декабрь стояли теплые для зимнего месяца дни. Водоемы не успели промерзнуть, и в новостях не раз предупреждали об опасности, подстерегающей любителей рыбалки.

Сердце больно царапнул коготок страха.

Я открыла рот, чтобы позвать экстремала обратно. Но не успела. Корка льда треснула и разошлась прямо под парнем. Озеро разинуло свою пасть и без единого всплеска проглотило жертву, будто и не было его вовсе. Лишь волной облизнулось, пробежавшись по краям ледяной проймы.

Нет-нет. Только не это.

Снежинки продолжали свой прекрасный танец, словно только он и имел сейчас значение.

– Помогите! Помогите, – заорала я, срывая горло. – Человек тонет!

Что за дурной сон. Не может же подобное оказаться правдой. Я просто задремала у себя в домике и мне приснился кошмар. Да. Так и есть.

– Кто-нибудь! – продолжала я орать вопреки собственным убеждениям в нереальности происходящего и бежать вдоль берега, не сводя глаз с ледяной проймы. – На помощь!

Но никто не отзывался. Впрочем, и помощь уже никому не требовалась.

Что же делать? Смысла прыгать за парнем в воду не было – время, которое требовалось на спуск с горы к озеру, не позволило бы ему остаться в живых. А еще сейчас зима, и мое умение плавать бессмысленно в ледяной воде, конечности сведет судорогой раньше, чем я доберусь до утопшего.

Я понимала тщетность любых усилий. Но и бездействовать не могла. Поэтому продолжала бежать, а потом свернула к зданию с банкетным залом. Нужно что-то предпринять, молодой и здоровый парень не может вот так закончить свои дни.

Где-то на задворках памяти мелькнул разговор с Катериной, которая рассказывала про случившуюся год назад трагедию. Правда, слушала я ее вполуха. Не до того было. Но Катюхе очень хотелось выговориться, поэтому заткнуть ее вряд ли кто сумел бы.

Все случилось под самый Новый год. Празднуя, никто не заметил исчезновение одного человека из огромной компании. Хватились парня лишь к вечеру следующего дня, когда служащие турбазы принялись прибираться в освобожденных гостями домиках и наткнулись на вещи пропавшего. Нашли его спустя несколько дней благодаря стараниям полиции и водолазов.

Но тогда я не обратила внимание на жуткий рассказ подруги. Имя парня мне ни о чем не говорило, а собственная жизнь рушилась на глазах, не удивительно, что я тут же и забыла о незнакомце вплоть до сегодняшнего дня.

Выходит, в то предновогодье утоп Невидимка.

Не добежала я до крыльца с десяток шагов. Застыла, тяжело дыша. И только поэтому меня не заметили стоящие у входной двери Иван и Лиза. То, чем они занимались, нельзя было назвать просто объятиями и поцелуями. Лиза руками и ногами обхватила Ивана, повиснув на нем, будто мартышка, а тот, задрав ей до пояса юбку и поддерживая под ягодицы, совершал недвусмысленные движения.

Гадость.

Лишь на долю секунды я ощутила себя так, будто на меня перевернули ведро кипятка. И… тут же отпустило.

Но остановилась я вовсе не из-за них. Меня осенило, что новый прыжок в прошлое мог бы спасти Невидимке жизнь!

Что толку тратить сейчас время в банкетном зале на объяснения, которые приведут лишь к поиску тела в озере, когда можно поторопиться и успеть на площадь с волшебным оленем. Парень будет жить!

Я развернулась на каблуках и бросилась к воротам турбазы, на выход.

Лишь примчавшись к остановке, вспомнила, что последний рейсовый автобус ушел час назад. Как же мне попасть в город?

Такси!

Наученная предыдущим опытом, когда осталась без кошелька и мобильника, в этот раз я положила их в сумочку, хотя и была уверена, что не воспользуюсь. Все! С этого дня ни шагу без самого необходимого. Даже на дикий пляж стану брать с собой деньги и телефон.

Однако вызвать такси не смогла – время прибытия варьировалось в районе получаса. А еще требовалось доехать до города. Так мне точно не успеть.

Нужна попутка.

Я бросилась на дорогу и раскинулась звездочкой, растопырив в разные стороны руки и ноги. Мимо мышь не проскочит!

Вот только ни одна машина в такое время на дальней дорожной ветке не желала проезжать.

Мороз крепчал. В этот раз я оделась по сезону, в зимних сапогах и шапке было гораздо теплее, чем без них, однако спустя пять минут нос все равно зашмыгал, а ноги пустились в пляс.

Что за невезуха такая? Где весь транспорт? Понятное дело – до Нового года осталось меньше часа, но разве никому не нужно доехать до города? Ау! Здесь решается вопрос жизни и смерти!

Когда спустя пятнадцать минут вдали замаячил еле различимый свет фар, я приняла стойку и, лишь только машина подъехала ближе, буквально бросилась ей под колеса.

– Девушка, разве так можно?... – возмутился мужичок, водитель старой «копейки», как только я распахнула дверь со стороны пассажирского сиденья.

– Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Мне очень нужно до города, – взмолилась я и, не дожидаясь ответа, уселась рядом с водителем.

– …Темно, скользко. Я же мог вас задавить! – договорил начатую реплику растерявшийся мужичок.

– Не страшно, – улыбнулась я во весь рот, понимая, что теперь не все потеряно. Я приложу все силы и обязательно спасу Невидимку! – Если не доберусь в центр в течении получаса, то… уже ничего не важно.

– Тогда нужно поспешать, – серьезно кивнул мужичок.

Машина рванула с места, взвизгнув колесами, и понеслась на скорости, какую нельзя было ожидать от «тазика с гайками». Дышать стало значительно легче.

В этот момент я осознала, что сейчас действительно самое главное – жизнь друга детства, а остальное – ерунда, не стоящая ни единой нервной клетки. Даже измена Ивана.

Да, я оказалась права в том, что подозревала его в неверности, он же в прошлый раз подлым образом воспользовался ситуацией и свалил перед друзьями свою вину на меня. Струсил поговорить с глазу на глаз, и вместо этого искал предлог для расставания со мной. И хоть я до последнего момента не верила в истину, коловшую мне глаза, ее доказали две мои попытки изменить сегодняшний день.

Что ж, он сделал свой выбор. А мне пора отпустить свою любовь.

Возможно, на меня повлияли несправедливые, а потому до жути обидные слова, которые Иван совсем недавно бросал мне в лицо, или я отвыкла от него за год разлуки и готова была к подобному раскладу, но боли от его измены я не чувствовала. Лишь гадливость и уязвленное самолюбие. Неужели я, во всем потакавшая капризам Ивана и стремившаяся соответствовать его идеалам, оказалась недостаточно хороша?

Плевать! На самом деле даже это меня не особо заботило. Душа стонала и рыдала за Невидимку. Теплый и открытый парень. Чуткий и деликатный, не зря я его окрестила Невидимкой, не выпячивал себя вперед, не кичился заслугами и достижениями, готов был уйти в тень, если его присутствие казалось неуместным. И… я его вспомнила.

По-настоящему вспомнила, а не в туманной дымке из далеких лет прошлого. Его светящиеся добротой глаза, тепло рук, которые мы почти не размыкали, гуляя по двору, исходящий от него сладкий летний запах липового цвета.

В памяти всплыли моменты, как мы вместе строили домики для бездомных кошек и собак, мечтая каждую зверушку осчастливить уютным пристанищем, как помогали дворнику подметать дорожки, очищая от опавших листьев или снега, сбегали на речку и плавали до посинения, после чего друг отводил меня домой и стойко получал нагоняй от моих родителей, чтобы мне не досталось наказания.

Теперь я знала, возможность вернуться в прошлое свалилась на мою голову не просто так. У меня имелась миссия поважнее, чем удержание неверного возлюбленного. Я должна была спасти Невидимку!

– Вам куда именно, девушка? – спросил мужичок, отвлекая меня от нерадостных дум.

Водитель старенького авто хоть и старался побыстрее добраться до пункта назначения, и даже иной раз нарушал правила дорожного движения, однако не мог выжать из своей «копейки» больше, чем предусматривалось ее заводскими характеристиками. На дорогу до центра города у нас ушло около получаса. Но я пока еще успевала.

– Если можно, к площади.

– Со стороны Советской?

– Было бы идеально! – Я вынула крупную купюру и протянула водителю. – Огромное спасибо!

– Не нужно, – важно отказался мужичок. – Новый год все-таки.

– Тогда с Новым годом! С новым счастьем! – затараторила я, незаметно опуская купюру в лоток между сиденьями. Пусть добрый человек порадует себя в праздник. Если бы не он… даже думать не хотелось о варианте, где я упускаю возможность спасти Невидимку. – Желаю, чтобы ваши мечты в новом году обязательно исполнились!

– Вот это я понимаю, – усмехнулся мужичок. – И у вас пусть все сложится наилучшим образом. Чтобы уж не за зря оказалось, что вы так отчаянно прыгали под колеса.

– Да, – с замираем сердца выдохнула я, – пусть мне повезет.

Монету из кошелька достала заранее и теперь зажимала ее в кулаке до побелевших костяшек.

Как только автомобиль затормозил, я со словами благодарности выпорхнула наружу. Олень. Вон он стоит, почти в центре площади.

Бой курантов начался до того, как я успела подбежать к ледяной скульптуре. Неужели опоздала? Я на бегу зашептала желание.

До оленя осталось два шага, когда я споткнулась и повалилась на скользкую дорогу, раскатанную множеством подошв.