Читать книгу "Город падших. Академия проклятых драконов. том 2"

Элара встала, прошлась по комнате, остановилась у окна, потом снова повернулась ко мне. По лицу было видно: она пытается держаться, но ей не по себе оставаться со мной в одной комнате – особенно после того, что произошло на вечеринке.

– Ладно. Утро вечера... – она махнула рукой, не договорив. – Завтра решим. Короче... если что, я не против. Там разберемся, как жить будем. А пока...

Она направилась к шкафу, порылась и достала ночную пижаму. Милую, беленькую, с изображением крохотных дракончиков.

– Возьми. У меня таких три, – улыбнулась Элара. – Бери-бери, считай это мой тебе подарок к новоселью. Душ там... – она кивнула на дверь рядом со шкафом. – И уборная тоже. Разберешься.

Я пижаму взяла. Полотенце гномы принесли и положили на тумбочку. Рядом лежали мочалка с мылом, оставленные распорядительницей, и бумажный пакетик с зубной щеткой и круглой коробочкой зубного порошка, пахнущего мятой.

Я быстро умылась и, вернувшись в комнату, нырнула в кровать.

Слышала, как в душевую пошла Элара, как полилась вода. Как она вернулась и легла в койку. А потом щелкнуло – и свет в комнате потух.

– А знаешь... это даже хорошо, что ты осталась, – вдруг, зевая, сказала девушка. – Если портал исчез, значит, была опасность. И неизвестно, что там тебя ждало в твоем мире...

Сказала – и отвернулась к стене.

А я замерла от ее слов. А если она права, и портал не просто так исчез? Если он отреагировал на меня... на опасность, связанную со мной?

– Алекс во всем разберется, – прозвучало у моей щеки голосом Эфи. – А тебе нужно поспать... Утром будем со всем разбираться.

Только сказал это – и я ощутила, как на меня навалилась жуткая усталость. Глаза сами собой закрылись, и я уснула.

Глава 2

Я проснулась от гудка, пронзительно врывающегося в сонное сознание и вдребезги разносящего барабанные перепонки. От такого резкого подъема я перепугалась, вскочила, не понимая, где я и что происходит. Сердце билось в диком ритме, явно пытаясь тоже сообразить – то ли бежать нужно, то ли прятаться.

Руки сами схватили одеяло, я испуганно прижала его к груди и рванула к двери...

– Стой, ошалелая, ты куда? Да еще и с одеялом. – раздался сонный голос Элары с соседней кровати. Я остановилась. Оглянулась на нее, все еще ощущая бешеное биение сердца. Точного ответа на вопрос дать не могла – потому что сама не знала.

– Э-э-э...

– Я в первый раз тоже перепугалась... А сейчас ничего, привыкла, – зевнула виверна и потерла глаза. – Это здесь такой гудок в общежитии – к подъему. Специально для таких, как мы. Чтобы не проспали лекции.

– Офигеть! – выдохнула я. – Так с перепугу можно умом тронуться и уже вообще никуда не торопиться. К черту такой подъем! Как учиться после такого стресса?!

– Привыкнешь, – махнула рукой Элара, откинула одеяло и села. Потянулась, поднялась, подхватила халат со спинки кровати, полотенце и направилась в душевую. Судя по ее спокойствию, к этому чертовому гудку она и правда привыкла.

А я продолжала стоять, прижимая к себе одеяло, и чувствовать, как руки дрожат, а сердце все еще испуганно трепыхается в груди.

Сделала рваный вдох и выдох.

Медленно повернулась – и только тогда увидела Эфи.

Малыш сидел на подушке... О боги, я совсем про него забыла. А у эфирика глаза были огромные, преогромные. И сам он взъерошенный, похожий на перепуганного ежика.

– О-о-о... – дрожащим голоском выдавил он и, закатив ополоумевшие глазенки, завалился на бок.

Я подошла, взяла его на руки и прижала к своей щеке.

– Действительно... о-о-о. И нам с тобой нужно к этому привыкать.

Эфи не ответил. Он жался ко мне и тихо подрагивал. Я погладила пушистое тельце.

– Слушай, нам сегодня по порталам скакать не нужно... У меня в сумке парочка конфеток завалялась. Хочешь?

Эфи тут же ожил и торопливо закивал.

Я тихо, но все еще нервно, рассмеялась. Подошла к сумке, брошенной на стол, вытащила пару конфет. Не желейки, но все равно вкусные – с белым шоколадом и помадкой внутри.

Развернула фантики и протянула эфирику.

Тот с удовольствием затолкал обе конфеты разом в рот и начал усердно жевать. Жаль, что меня никакие конфетки так быстро успокоить не могли. Мне бы сейчас капли сердечные.

Из душевой, вытирая волосы, вышла Элара.

– Поторапливайся, скоро начнутся лекции... – выдала она, смотря на меня.

Я кивнула и направилась в душ.

Надеюсь, хоть он меня успокоит.

Вышла из душевой прямо в полотенце. С задумчивостью глянула на скинутую вчера одежду. На стуле лежало платье, которое мы с Рейнером брали мне на посвящение. Никакой другой одежды у меня попросту не было. Ну не в вечернем же платье тащиться на лекции...

Прошла и уселась на кровать.

– В чем я пойду... – протянула, вздохнув.

Элара бросила на меня оценивающий взгляд.

– Ну... у нас с тобой размеры не сильно разнятся. Я могу дать пока свою форму.

– Пока... – протянула я. – Элара, я не могу постоянно ходить в твоей одежде. Рейнер, конечно, обещал, но...

Что именно «но» я не договорила – в дверь постучали.

Виверна с удивлением глянула на нее и, выдав:

– Кто еще там с утра, – открыла.

На пороге стояли две очень похожие друг на друга девушки в одинаковых серых платьях с глухим воротником. С русыми волосами, сплетенными в косы и завернутыми вокруг головы, и одинаковыми ледово-синими глазами. В руках у каждой – по нескольку коробок, а еще большие бумажные пакеты. Просто удивительно, как они вдвоем все это притащили.

– Диара Мирская здесь проживает? – спросила одна из них.

– Здесь, – удивленно кивнула Элара, пропуская девушек в комнату.

Они уверенно вошли и начали расставлять коробки на стол.

На один все не поместилось – заняли и второй.

После чего вежливо кивнули и вышли.

Мы с Эларой переглянулись. Девушка прошла и заглянула в один пакет, присвистнула.

– Судя по всему вопрос с одеждой решен.

Я встала, подошла к столу и взяла первую попавшуюся коробку. Открыла. Кажется, я очень удачно ее выбрала: внутри была форма Академии. Совершенно новая.

Я с удивлением вытащила ее.

Ну надо же... размер мой. И там же, в коробке, еще одна небольшая, в которой нашлись ботинки – тоже моего размера.

Можно только удивляться!

Судя по всему, это отправил Рейнер, а значит он или еще вчера запомнил размеры, которые я брала, или...

– «Мадам Нийон», – прочитала этикетку на одной из коробок Элара.

«Все ясно, – подумала я. – Это не Рейнер запомнил мои размеры, а прекрасная мадам Нийон. Она, скорее всего, и подобрала мне все эти вещи».

Я окинула взглядом коробки и пакеты – и стало как-то неловко. Это же сколько все стоит?

– Однако... Просто невероятно, сколько здесь всего... – протянула Элара, заглянув в еще один пакет, тут же его закрыла, и заторопилась: – Ой, Диара, переодевайся быстрее. Лекции скоро.

Девушка кинулась к шкафу, быстро вытащила из него свою форму и начала торопливо одеваться.

Я успела заметить, что волосы у виверны к этому времени были уже высушены и завязаны в высокий хвост.

Пощупала свои... оглянулась. Кажется, фенов здесь не было.

– Элара, а ты чем волосы сушишь?

Она, натягивая кофточку, глянула на меня. И тут же улыбнулась.

– Я постоянно забываю, что ты совсем новенькая в этом мире. Иди сюда. Это самый обычный бытовой процесс.

Я подошла к виверне.

Она положила руки мне на затылок и что-то прошептала. Я ощутила легкий теплый ветерок, прошедший по коже головы, и... волосы мгновенно высохли.

– Тебе хвост или косу? – поинтересовалась девушка.

– Косу, – растерянно ляпнула я, хотя косы уже давно не плела.

Виверна что-то снова шепнула и провела руками от затылка до кончиков моих волос.

Я стояла и с удивлением разглядывала свою непривычно пепельно-блондинистую косу в зеркало шкафа.

– А так любую прическу можно сделать?

Виверна покачала головой.

– Нет, только то, что ты можешь визуализировать в сознании в процессе создания. То есть ты можешь создать все, что знаешь, как сделать руками. Ты представляешь – и магия делает. Если у тебя нет представления, например, как делаются сложные прически, а только представляешь, как она выглядит в итоге, ничего не получится: магия просто спутает волосы. Для сложных причесок есть свои мастера, которые все могут и руками, и магией сделать, – она мне подмигнула. – Если бы совершенно все можно было делать магией, то не нужны были бы ни пекари, ни цирюльники, ни другие мастера... Все бы просто лишились работы. Запомни: главное в работе с магией – точно знать, как это делать без нее... Если знаешь процесс – значит, магия сможет его повторить; если процесса не знаешь, а только ждешь, что магия сделает это по-своему... Увы, готовься получить нечто невообразимое.

– Вот мне и урок начальной магии, – пробормотала я, застегивая на себе рубашку.

Элара глянула на меня.

– Тебе еще очень многое нужно узнать, чтобы начинать смело работать с магией. Я тебе помогу в учебе. Ой, скоро уже звонок на лекции. Ты готова?

Я быстро закончила сборы, напоследок еще раз глянула на себя в зеркало.

Глаза стали совсем серыми – не серебристыми, как у магов, и не глубокими серыми, как у туманников, – они стали как небо перед грозой. Удивительный, влекущий, притягивающий цвет. А обрамленные черными ресницами, они и вовсе выглядели словно штормовое море: глубокое, утягивающее в свою бездну.

– Любуешься? – усмехнулась Элара. – Мда, есть чем любоваться... Любопытно, если твое колдовство так преобразило тебя за пару дней, что будет дальше? Продолжатся изменения или на этом остановятся? На мой взгляд, если ты продолжишь меняться, станешь краше любой из здешних дракониц...

– Им это навряд ли понравится, – вздохнула я. – Мне только исконной, женской ненависти не хватает. Я бы остановилась и на том, что есть...

На этих словах я подхватила сумку. В нее торопливо залез Эфи – и мы вышли из комнаты.

Длинный коридор общежития навевал тоску. И если еще вчера все происходящее казалось мне поправимым, то сейчас я вдруг отчетливо поняла: я попала.

Я застряла в другом мире.

И неизвестно, будет ли у меня возможность вернуться.

Все как-то разом изменилось и стало непонятно, чего ожидать дальше. И стоит ли ожидать.

На душе было пакостно. И даже то, что Рейнер попытался закрыть мои базовые потребности, не радовало. Я не просто в другом мире – я еще и связана с драконом, который надеется мной решить свои проблемы. И неизвестно, как он себя поведет, если поймет, что я не смогу этого сделать.

А я пока и сама не знала, что могу, а чего – нет. Я даже свою магию контролировать не в состоянии, не то что знать, на что она способна.

А если я разнесу здесь все к чертям собачьим еще до того, как смогу управлять своей силой? Вероятно, мне этого не позволят и уничтожат куда раньше. Вчерашний вечер был более чем показательный... Я могу быть опасной. И невесть что от меня можно ждать.

Самый большой страх – неизвестность. Потеря веры в будущее. Непонимание, что вообще в этом будущем будет со мной.

В молчании мы спустились в холл, и я, следуя за Эларой, уже направилась к одному из коридоров, когда меня окликнули.

– Диара... Ну как на новом месте?

– Было бы куда лучше на привычном, – буркнула я, поворачиваясь к приближающемуся Рейнеру.

Элара остановилась и оглянулась на парня.

А он даже «доброе утро» не пожелал – просто подошел и кивнул мне.

– Раз такая история случилась, значит, будет больше времени заниматься с тобой, – заявил, как-то очень буднично и даже довольно подмигнув.

«Я лично ничего веселого в таком положении дел не вижу», – мрачно подумала я.

А он продолжил:

– Вечером жду тебя на полигоне. Попробуем понять, что там у тебя за колдовство и как с ним работать.

«Вот и весь ответ, зачем я Рейнеру и почему он старается мне помогать, – глухо и с какой-то тоскливой безнадежностью подумала я. – Хотя, помощь ли это?».

– О-о-о, наша дымчатая красавица, – протянул в этот момент подошедший к нам Кай.

Его имя я хорошо запомнила с вечеринки.

Парень очень открыто улыбался.

– Укротительница теней? – подмигнул он мне. – Буду честным, ты вчера всех поразила... в прямом смысле – наповал.

– Я старалась, – ляпнула я, совершенно не зная, что на такое отвечать.

Он рассмеялся.

– Она еще и шутит! Ты определенно мне нравишься.

Рейнер, стоявший рядом, покосился на друга.

– Тебе все особи женского пола без исключения нравятся, – произнес он без тени улыбки, и как-то разом исчезло удовольствие, еще минуту назад сквозившее в его тоне.

– Все – да не все, – продолжая улыбаться, возразил Кай и приятельски положил руку на плечо Рейнера. – Вот у нашей Теньки, с такой внешностью, точно отбоя от ухажеров не будет. Однако неплохо твое колдовство тебя меняет. Не каждая сравнится... Охранник нужен?

– Тенька? – хмуро хмыкнула Элара. – У нее имя есть.

– Имя помню, – бросил девушке Кай, не сводя с меня восторженного взгляда. – Но Тенька, по-моему, подходит ей больше. Как она вчера с тенями-то... ого-го... Точно Тенька.

Сказал он это как-то по-доброму и совсем не обидно, так что я улыбнулась в ответ.

А вот Эларе и Рейнеру это, кажется, совсем не понравилось.

– Да ты никак приударить за нашей Диарой пожелал? – не успокаивалась виверна, щуря на парня аквамариновые глаза. Мне даже показалось, что она сейчас, несмотря на запрет, использует свою магию зеркального эмпата... Хотя навряд ли она бы подействовала: мне лично казалось, что Кай никак не желал меня обидеть.

– Смотри, как бы она тебя не «приударила»... тенями, – хмыкнул Рейнер. – А охрана у нее и без тебя найдется. Я, кажется, еще вчера тебя предупреждал.

Кай наигранно вздохнул.

– Эх, Тенька, жалко-то как... Не успел приударить – уже отбили...

– Никто меня не отбил, – выдала я. – У нас с Рейнером чисто деловые отношения.

У Кая глаза заблестели. Но Рейнер тут же осадил его:

– Угу... Такая деловая связь избранных. – И тут же грозно глянул на меня. – Надеюсь, ты вечером придешь.

После чего он подхватил Кая за локоть, не давая тому больше ничего сказать, и поволок прочь, что-то ему грубо объясняя. Но, кажется, Каю было все равно: он вывернул голову и, глянув в нашу сторону, подмигнул мне.

– Идем, – выдохнула Элара, отводя от парней взгляд. – И поменьше слушай этого пустобреха. Он ко всем подкатывает. И мой совет – не ведись на его речи. У него поклонниц хватает. Он успевает с тремя разом встречаться. Только вчера вечером две бывшие искали его, а он с третьей отдыхал. Это главный ловелас Академии. Даже не заглядывайся в его сторону...

– Я и не собиралась, – выдохнула я. – У меня, кроме Кая, проблем хватает.

Элара с сомнением глянула на меня. Странно вздохнула и больше ничего о Кае не говорила.

Мы уже дошли до лестницы правого крыла, ведущего на второй этаж, когда прямо у ступеней я заметила Мади. Девушка с нескрываемым раздражением смотрела в мою сторону. Рядом с ней были подружки – и обе что-то ей нашептывали, косясь в мою сторону.

«А вот и еще одна моя проблемка», – едва успела подумать я, как Мади уверенно направилась в нашу сторону и, не позволив подойти к лестнице, встала на пути.

– А ты быстрая девочка оказалась, – сказала она, смерив меня презрительным взглядом. – Недаром что ведьма... Хотя чего еще ожидать от мракоделки. Вот только смотри: Рейнер у нас парень ветреный. Ему просто любопытно стало с ведьмой замутить. Немного покрутится, получит свое – и поминай как звали.

Я усмехнулась, крепче сжимая ручку сумки. И вдруг отчетливо поняла, что молчание – не моя добродетель. Я и раньше в обиду себя не давала, а теперь стоило меня задеть – и внутри буквально услышала клекот злости... И откуда только такое рвение – находить себе лишних недругов? Ведь можно просто промолчать и пойти дальше. Но во мне словно еще одна крайне возмущенная половинка проснулась...

– А от тебя он, видимо, уже все получил, – выдала я, мимолетно думая, что вот на этом месте мне бы рот захлопнуть, и добавила: – И, судя по начисто исчезнувшему интересу, довольно быстро. Я, как вижу, он даже рядом с тобой находиться не хочет. Любопытно, чем же ты ему так противна стала? Не любовью ли распускать слухи и отсутствием ума.

Подруги Мади уставились на меня. У одной дернулась щека. У другой приподнялись брови.

А я саму себя испугалась. Меня заносило. И заносило по-крупному, учитывая, что я стояла перед драконицей-старшекурсницей – той, кто с магией умел обращаться и меня не слишком любил. Вот только что-то внутри меня уверенно нарывалось на конфликт. И это что-то я не могла остановить.

У златовласки вспыхнули глаза. Никогда не видела алого золота. Злобного, яростного – из него разве что искры лавы не посыпались.

Девушка сделала порывистый шаг ко мне и, прищурившись, процедила:

– Я бы на твоем месте придержала язык, мракоделка.

И снова сверкнула на меня горящей лавой.

– Тебе с нами еще учиться, – продолжила Мади. – И поверь, я постараюсь, чтобы ты каждый день, проведенный в Академии, вспоминала с ужасом. Хотя... – она скривила губы. – Ты и есть ужас. Сама. Для всех, кто здесь находится. Тебя здесь не любят. Таких, как ты, здесь не любят. И теперь я понимаю, почему. Надеюсь, ты захлебнешься в своем колдовстве, а я тебе помогу... Будь уверена!

Ее голос гулом разнесся по холлу. Несколько человек обернулись. Кто-то замедлил шаг, прислушиваясь к нашим голосам.

Эфи выполз из моей сумки, весь надулся и распушился. По его виду я поняла: малыш собирается меня защищать.

Вот только Мади уже развернулась и пошла прочь. А следом за ней двинулась и ее свита, бросив мне на прощание брезгливые взгляды.

Я тяжело вздохнула и глянула на собравшихся в холле ребят. Судя по их лицам, они были разочарованы тем, что наша перепалка не переросла во что-то более грандиозное.

– Идем, – шепнула Элара, беря меня за руку. И еще тише зашептала: – Ты чего? Зачем ты с ней так? Она же точно теперь тебя в покое не оставит?

Хотела бы я объяснить, чего это я и зачем именно так... Но у меня внутри все бурлило от ярости и... черт, как же меня злила сама эта ситуация! И то, что я из-за этих драконов не могу попасть домой... И то, что они меня вообще в этот мир затащили... И вообще... Мне кажется, я начинала очень не любить драконов, особенно тех, которые меня задеть пытались.

«Это не я к вам... – хотелось кричать мне. – Это вы меня сюда притащили, а теперь еще и пытаетесь уверить, что я никто и звать меня никак! Это я вам нужна, а не вы мне!»

Наверное, именно эта злоба и заставляла меня говорить то, что говорить совсем не следовало, не в моем положении.

– Не стоило такое говорить Мади, – сказала виверна, покачав головой. – Такие, как она, с короной на голове рождаются и считают ее своей частью. И если кто-то пытается хоть немного ту корону подвинуть... Короче, теперь проблем с ней не оберешься.

– Она первая начала, – хмуро ответила я. – Я ее не трогала.

– Это не имеет значения, – вздохнула Элара. – Но то, что она может порядком испортить жизнь, – факт. Особенно после вчерашнего. Она такое о тебе раздует, что страшно будет в коридоры Академии выходить. Мади это умеет.

«А что обо мне еще можно рассказать после вчерашнего вчера? – с обреченной насмешкой подумала я. – Кажется, и так вся Академия в курсе. Если бы еще сама понимала, что я сделала вчера и как это произошло».

– Нужно узнать, что у меня за выброс был и что это за колдовство, – задумчиво проговорила я. – Уверена, что всему есть объяснение. Сейчас как раз лекции по темной магии и колдовству. Я спрошу у магистра Кадеска. Он должен хоть что-то знать.

Элара вздохнула:

– Мне показалось, Кадеск не слишком тебя жалует.

Я пожала плечами.

– Жалует или нет – а о колдовстве он знать должен. И если студент приходит с вопросом, думаю, не откажет в объяснении.

С этими словами я вошла в кабинет.

И тут же ощутила последствия вчерашнего «выплеска»: аудитория, в которой только что стоял гул от разговоров моих однокурсников, мгновенно погрузилась в тишину.

На меня повернулись все.

Даже Тирри, стоявший до этого у парты и о чем-то мило беседовавший с рыжим парнем, оглянулся. Правда, в отличие от остальных, он улыбнулся. И довольно заявил:

– Ну ты вчера зажгла, Диара! Вот это представление. Жаль только, что после этого нас по комнатам разогнали. Но было круто! Я такого никогда не видел.

По кабинету прошел легкий шепот, и тут же сидящая чуть подальше Дари спросила:

– Диара, а правда, что это были тени? Ты умеешь повелевать тьмой или только тенями? А ты темная ведьма? А...

– Не знаю, – глухо прервала я ее, направляясь к своему столу. Положила на него сумку и вытащила мнемор.

– Не знаешь? – ухмыльнулся рыжий. Если память мне не изменяла, его звали Прай. – Что-то мне кажется, ты привираешь...

Элара резко повернулась.

– А то никто из вас не проходил такое в детстве. Ни у кого магия, пока еще не подчинена, – не вырывалась из-под контроля?

Я глянула на девушку. С одной стороны – спасибо, конечно, что защищает меня. С другой... я ощутила себя совсем уж потерянной.

Она сказала «в детстве». То есть все они это проходят еще в малолетстве, а я только узнала, что у меня магия, и... Это все равно, если впервые в первый класс к совершеннолетию поступить.

Рыжий уже было открыл рот, чтобы что-то ей ответить, но в этот момент в кабинет вошел магистр. Привычной уверенной походкой прошел к кафедре, строго и внимательно посмотрел на всех, и чуть задержал взгляд на мне. Потом скользнул им снова на других ребят и нахмурился.

– Расселись по своим местам, – приказал он.

Те быстро юркнули за парты.

Кадеск подошел ко мне и глянул на загоревшийся экран мнемора, где были прописаны его лекции.

– Учите? – поинтересовался он, нависнув надо мной.

Мне бы хотелось сказать, что да. Вот только за последнее время с учебой как-то не слишком хорошо складывалось.

Он правильно расценил мою тишину.

– А вам бы стоило. Особенно мой предмет. Вы здесь не так давно, Диара, но уже наделали достаточно шума. И привлекли избыточное внимание.

Кадеск прошел между рядами, поглядывая на остальных.

– Вот и ваши однокурсники начали вас сторониться. А это очень нехорошо, учитывая, что вы...

Он выделил последнюю фразу так, что я невольно оглянулась, отчего-то ожидая услышать из его уст презрительное: мракоделка.

– Из другого мира, – вместо этого выдал он.

Кадеск стоял у последнего ряда и оттуда смотрел на меня. Сумрачный фиолетовый дракон. Он точно должен меня недолюбливать не меньше близняшек.

– И именно потому, что вы вызвали определенный негатив в социуме нашей Академии, мне придется затронуть эту тему и немного кое-что пояснить всем собравшимся здесь, – вдруг выдал магистр.

Я напряглась.

Любопытно, что он собрался пояснять?

Кадеск быстро прошел к кафедре и встал у стола, строго глянув на аудиторию.

– Во-первых, вы должны понять: ни о каком проклятии речи быть не может. То, что произошло, – не проклятие. И на проклятие даже близко не похоже. Но я, так и быть, не стану вас попрекать тем, что вы не разобрались. Первый курс... А вот более старшие веддраки и некродраконы получат от меня всем курсом отработку. Уж они-то понять должны были.

Я с удивлением смотрела на магистра. Он что, меня защищает? Или просто выполняет свою работу? В любом случае нужно поблагодарить его и поинтересоваться, как он так точно определил, что я не навела ни на кого проклятия или порчу, хотя самого магистра на вечеринке не было. И, может, он объяснит, что же такое со мной произошло?

Кадеск глянул на меня – и словно прочитал все мои мысли. По крайней мере, уверенно продолжил:

– Спонтанные выбросы магии или колдовства бывают у всех, – сказал он. – Особенно в начале. И это значительно лучше, чем если бы сила сжирала вас изнутри. Учитывая, что Диара Мирская проживала в мире, мало что знающем о магии как о внутренней энергии, она никогда не пользовалась колдовством и не обучалась работе с собственной силой. А следственно, та в ней росла и преумножалась, и у нее, как и бывает при таких случаях, произошел естественный выброс энергии. Довольно сильный. Но и накопление в ней было немалое.

– А если бы оно нас задело? – недовольно протянула Кера.

Ооо, первая «сплетница». Я помнила: именно она вела переписку с Эларой, где называла меня мракоделкой и сетовала, что вот еще одна на их голову. Кажется, и сегодня перед группой девушка изо всех сил старалась преувеличить, расписывая то, что произошло вчера, в самых зловещих красках.

Кадеск прищурился, глядя на девушку, и ухмыльнулся. Если бы мне так ухмыльнулись, я бы подумала, что меня сейчас препарируют.

– Если бы Диара с ее накоплением целенаправленно задела вас, Кера, – процедил магистр, – то сейчас вы бы сидели не здесь. И вообще бы не сидели. Скорее всего, лежали бы в лазарете под пристальным вниманием всего целительского корпуса и лично декана Зеумура Нархару. Он очень любит интересные случаи разбирать вместе со своим факультетом. Точно сказать, какие последствия были бы у вас, не могу, но предположительно – поглощение вашей магии и полная невменяемость. То, что мне рассказывали, выглядело как теневая энергия, а она...

Он замер и скользнул глазами по студентам.

– Кто мне может сказать, что используют тени?

– Сумрак, теневые миры, вход в мрак, – подал голос Джун. – Сумрак любит жрать чужие энергии, именно поэтому теневые драконы одни из немногих, кто может создавать проклятия и разбираться в них, а также именно благодаря теням и их умению проходить сквозь пространства и миры они являются лучшими проводниками для портальщиков.

Я навострила уши.

Как любопытно.

Вот почему именно теневые искали ту самую ведьму. Они умеют разбираться в таких, как я, могут действительно найти нужную – и заставить ее проявиться. Их магии правда созвучны... темные ведьмы и теневые драконы... И именно эти драконы могут путешествовать по порталам и мирам. Для них это проще, чем для остальных. Тени – их стихия.

Я подняла взгляд и наткнулась на внимательные глаза Кадеска. Мне показалось – или он улыбнулся. Кажется, он очень хотел, чтобы до меня дошла эта истина.

Теневые драконы – это те, кто могут со мной соперничать в плане колдовства и действительно способны заставить делать даже то, чего я не хочу. То есть проявить свою сущность, в которой я и сама-то не уверена.

Хотя... Рейнер же мне говорил, что у него магия теней, а я, скорее всего, темная ведьма. То есть не врал. Так чего я удивилась?

– Все верно! – громко подтвердил Кадеск. – Именно так. И у нашей Диары, судя по всему, тоже магия теней... магия темных ведьм.

Тишина.

Боги, какая наступила тишина.

Вероятно, если бы он сейчас объявил, что я та самая ведьма, реакция была бы точно такой же.

Я спиной ощутила, что на меня смотрят все.

– Но это не значит, что ее нужно бояться, – тут же спокойно выдал магистр темной магии. – Или сторониться. Даже у бывалых магов при переизбытке бывают срывы. А здесь – первокурсница. Тот выплеск, что случился у Диары, не был целенаправленным или злонамеренным. Он скорее вышел рассеянным сгустком – и, как вы поняли, никого не задел. Однако, чтобы исключить подобное в будущем, Диаре стоит основательно взяться за изучение и работу со своими энергиями. И наша Академия ей в этом поможет. Мы разговаривали с ректором Алексом, и он уже дал понять, что для Диары составлен отдельный список предметов, в который включены дополнительные практики по темным энергиям и колдовству.

У меня как-то неприятно начало зудеть под ребрами от этих слов. Это какие такие дополнительные практики? С кем? И как они будут проводиться?

Но Кадеск на этом моменте просветительскую работу завершил. Снова окинул взглядом аудиторию и поинтересовался:

– Надеюсь, все поняли, что я только что сказал? – И, не дожидаясь ответа, добавил: – Тогда можем начинать лекцию.

***

Когда прозвенел звонок, оповещающий о завершении занятия, я наспех сунула мнемор в сумку и кинулась следом за уходящим преподавателем.

Элара бросилась за мной.

– Магистр Кадеск! – выкрикнула я, выскочив в коридор.

Он оглянулся и остановился. Посмотрел на меня исподлобья.

– Вам что-то непонятно из лекции, Диара?

Я помотала головой.

– Я хотела сказать вам спасибо. У меня и правда начались проблемы после вчерашнего, и вы все объяснили... Я... просто спасибо.

– Допустим, это моя работа – разбираться в темном колдовстве и успокаивать студентов, – выдал магистр совершенно безразлично. – У вас еще что-то?

Я немного замялась. Судя по виду Кадеска, ему не доставляло никакого удовольствия разговаривать со мной.

– Можно задать вопрос? – все же, осмелившись, выпалила я.

– Задавайте, – меланхолично позволил он.

– То, что со мной произошло... это ведь не магия. И... я не думаю, что это колдовство. Это было что-то другое. Ведьмы не «выплевывают» сгустки дыма... Я хотела узнать, вы можете объяснить, что со мной произошло?

Кадеск изучающе смотрел на меня пару секунд, потом усмехнулся.

– Хотел бы я это объяснить, – протянул задумчиво. – Но пока у меня только предположения. Вас начали посвящать в студенты. Насколько знаю, это происходит через касание призрачного крыла, символизирующего крыло драконов, и пламя. А для ведьмы пламя – это о казни. О лишении силы. Смерть физическая и магическая. Надеюсь, хотя бы это вы знаете?

Я кивнула.

– В моем мире в давности ведьм сжигали...

Кадеск сумрачно усмехнулся.

– Не в лучший мир ушли ведьмы, однако...

И покачал головой.

– Так вот. Я предполагаю, что ваше колдовство отреагировало на касание крыла как на фактор вероятной угрозы. Но так как оно, в отличие от вас, не способно понимать структуру мира и вообще – что происходит... оно, скорее, было нацелено вас защитить, но никого не тронуть. Потому что вы, вероятно, человек, не способный причинить реальный вред. Магия и колдовство очень сильно зависят от носителя... А вот как именно вас защищать и от кого – энергия не понимала. Вы ей не указывали направлений. Вы и сами ничего не понимали. Вот оно и начало хаотично «метаться», пытаясь понять, а что, собственно, делать...

– Но я плевалась дымом... – подсказала я. – Разве это похоже на колдовство?

Магистр насмешливо ухмыльнулся.

– Диара, ваше колдовство повело себя так, как смогло. Вы не научились его выпускать. То есть фактически вы не умеете работать с энергией, находящейся в вас. И, судя по всему, она нашла естественный выход. Скажите спасибо, что такой...

Он не договорил, но мне от предположения о другом источнике «выхода» колдовства как-то совсем не по себе стало.

А Кадеск ехидно щурил глаза, смотря на меня.

– Поверьте, я такое видел... Не лучшая картина.

Меня кинуло в жар.

Я отвела взгляд и уже тише спросила:

– Я слышала, что сумрачные драконы не очень-то хотят возвращения ведьмы... Зачем вы за меня заступились?

– Вы слышали? – выдохнул Кадеск с заметной иронией в голосе. – Слухи... Диара, я сумрачный, но я еще и представитель Академии, магистр темных наук и колдовства. И для меня важно, чтобы мои студенты учились. А кто они – драконы, ведьмы, маги – не имеет значения. И о какой учебе может идти речь, если ребята будут трястись от страха перед вами вместо того, чтобы мои лекции записывать? Мне такое на моих занятиях совсем не нужно. Да и к тому же ректор очень переживает о начавших расползаться слухах. Это может подорвать его... хм... вернее, деятельность организации по поиску ведьм. И это тоже не слишком хорошо скажется на Академии. Вы в курсе, что основной бюджет Академия получает именно благодаря Пикси?