Электронная библиотека » Неонилла » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Времена испытаний"


  • Текст добавлен: 27 марта 2015, 03:02


Автор книги: Неонилла


Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Неонилла
Времена испытаний

© ЭИ «@элита» 2013

* * *

1

– Не говори глупостей, – сказала Ангела.

– А если это не глупости? – возразил Тагнер.

– Ты же не хочешь мне помочь…

– Но это безумие!

– Ну, вот! Ни о каком доверии не может быть и речи, ты первый побежишь к отцу предупреждать.

– Ну, хорошо, я погорячился. А теперь расскажи, что надумала, а твой друг Тагнер поделится и своими мыслями.

– Мне уже известно, что мой друг скажет.

– Я же дал слово выслушать, а потом что-нибудь вместе решим. Я тебя в такую минуту одну не оставлю, даже если весь мир будет против меня.

Ангела вздохнула и рассказала ему о своем замысле. Тагнер глубоко задумался, потом уверенно заявил:

– Сначала надо еще раз с отцом поговорить. Не бойся, я пойду с тобой. Потому что он, только он сможет убедить правительство хоть раз отступить от своего железного правила и помочь другой планете. Если и это ничего не даст, тогда мы рискнем и угоним один из кораблей. Только так можно помочь твоему Камрину!

– Но это очень рискованно, я не могу тебя впутывать в такое дело.

– Да я уже впутался, чего там! А вот насчет риска ты права, и нам надо поступать разумно, значит – не торопиться. И все-таки несколько дней можно потерпеть. Я знаю, что время не ждет, но если мы без разрешения попытаемся угнать корабль, силы ПВО могут просто нас сбить при взлете.

– Это уж слишком, они не посмеют, мы же фериняне!

– Но предательство никому не прощается. А наш побег будет выглядеть именно так, и я тебе не позволю поступать настолько безрассудно.

– Что же ты предлагаешь?

– На следующей неделе будут отправлять корабль на Юнист с какой-то научной экспедицией. Но готовится и другая группа. Я могу поговорить с твоим отцом, чтобы туда отправили именно нас. Скажу, что тебе нужно развеяться, чтобы отвлечься от мрачных мыслей. Если отец даст согласие, а я уверен, что он согласится, мы вылетим со своей группой или вдвоем. Пока я с тобой, он не догадается о подобном замысле. Ну, что скажешь?

– Разумно, к тому же я все равно другого выхода не вижу. Ты настоящий друг, Тагнер, – сказала Ангела, поцеловав его в щеку. – Что же мы будем делать сейчас?

– Нельзя терять времени, тебе надо поговорить с отцом, – ответил Тагнер. – Мы заранее знаем, что он откажет, но подумает, что после отказа ты отступилась, и ослабит бдительность.

Приняв такое решение, Ангела и Тагнер отправились в кабинет адмирала Фенерона.

2

Худощавый, с невозмутимым видом Фенерон сидел в кресле перед компьютером. Однако, когда он увидел через приоткрытую дверь Ангелу, от его спокойствия не осталось и следа.

– Если опять станешь болтать о своей идее-фикс, можешь и не начинать, – сразу категорично предупредил он. – Не хочу тебя слушать, да и времени на это у меня нет.

Ангела молчала.

– Она не одна хотела с вами поговорить! – Тагнер выступил вперед и продолжал: – Фенерон, пожалуйста, выслушайте нас. Вы же не знаете, о чем пойдет речь.

– Кто бы мог подумать, и ты туда же! Танцуешь под ее дудку, а еще офицер научно-исследовательской экспедиции. Я уж не говорю о своей дочери. – Адмирал перевел свой суровый взгляд на Ангелу, потом снова на Тагнера. – Я бы охотно тебя разжаловал – непростительно феринянскому офицеру вести себя столь легкомысленно!

– Позвольте мне, отец, – заступилась Ангела. – Он ни в чем не виноват, а срывать с него погоны ни к чему – он не нарушал закон! Разве феринянские офицеры не должны страдать душой, разве они не должны оплакивать чужое горе? Там гибнут тысячи тысяч людей, разве мы вправе закрывать на это глаза? С наших спутников поступают ужасные данные. Вы, как адмирал флота можете изменить правила, к тому же мы пока не говорили с народом. Что еще народ скажет?

– Замолчи, Ангела, не выводи меня из себя! – воскликнул Фенерон. – И не выставляй себя перед народом на посмешище. Ради своей цели, ради ветреного увлечения ты хочешь подвергнуть всю планету опасности. Я всегда любил тебя и сейчас люблю, но не позволю из-за твоего легкомыслия втянуть нас в авантюру!..

Фенерон перевел дух и, чуть успокоившись, продолжал тоном ниже:

– Я никогда я не повышал на тебя голос, но ты вынудила меня накричать! Да, если не было бы угрозы для нас, то проблема решалась бы, и не так уж сложно. Ты думаешь, я не переживаю за их планету? Я сопоставил все данные с исследовательских зондов – их планету ждет катастрофа, против которой мы бессильны. К тому же, там из-под контроля выпущен смертоносный вирус. Чтобы его нейтрализовать, потребуются огромные усилия и, возможно, жизни феринян. Если же мы занесем неизвестную болезнь к нам, это может иметь катастрофические последствия уже и для Ферины. Посему, я не могу дать приказ помочь планете Аури, и не стану рисковать ни одним феринянином. А теперь закончим этот разговор и, если еще раз, Ангела, ты заговоришь на эту тему, мне придется вот этими руками лишить тебя воинского звания и уволить из армии. Будешь сидеть дома и заниматься разведением цветов. Или выдам насильно замуж, начнешь детей рожать. Конечно, мне в душе будет больно навязывать тебе свою волю, но я так сделаю! Веди себя, как офицер, а не как маленькая капризная девочка!

Атмосфера накалилась, и Тагнер осторожно плечом коснулся плеча Ангелы. Это означало, что положение вышло из-под контроля – следовало пока удалиться. Оба вытянулись по стойке «смирно»:

– С вашего позволения, адмирал… постараемся все обдумать снова!

– Думайте, как следует, – проворчал Фенерон. – Это в ваших же интересах. А теперь можете идти, мне надо работать!

3

После их ухода Фенерон не смог сосредоточиться и продолжить дела. Он вытянулся в мягком кожаном кресле и задумался над тем, что был очень груб с единственной родственной душой. Он вспомнил своего покойного брата, его жену – людей, которых Фенерон искренне любил. В память о них осталась только она – Ангела. Он больше жизни любил ее. «Ах, Ангела, моя ласточка, нежный цветочек. Почему ты не хочешь понять, что я не могу позволить, чтобы погубить себя и всех нас? – думал Фенерон. – Увы, ты просишь у меня невозможного…»

Выходя следом за Ангелой, Тагнер облегченно вздохнул:

– Фу, я уж подумал, что этот старый сокол действительно снимет с нас погоны, – и, осмотрев свой китель, погладил их. – Это же моя честь! И я бы не хотел, чтоб все закончилось так сурово.

– Ты не обязан из-за меня так рисковать, – сказала Ангела Тагнеру.

– Тебе что – нравится, когда я часто повторяю, что за тебя я на все готов?

Такой ответ развеселил Ангелу и она усмехнулась, хотя и не очень весело.

– Ладно, надо приготовить защитные костюмы, необходимы медикаменты, в общем, все необходимое. Теперь иди, отдохни – в свое время я за тобой заеду.

Когда Фенерон вошел в дом, он, прежде чем подняться в свою комнату, решил в знак примирения преподнести Ангеле желтую бархатную розу, зная, что она будет рада такому знаку внимания. В обеденном зале увидел на столе ужин на двоих, и записку «Я очень люблю старого ворчуна».

– Ах, так! Это я-то старый ворчун? Ну ладно, ладно, выходи, я уже не сержусь! – улыбаясь, произнес он вслух.

Ангела притаилась за дверью. При этих словах она вышла, обхватила отца сзади за шею, обняла и поцеловала:

– Ты прости, если я тебе докучала. Больше не буду!

Настроение Фенерона улучшилось и он потрепал Ангелу по щеке.

– Вот и славно, я знал, что ты благоразумная девочка.

Сердце Ангелы разрывалось от того, что ей приходится рисковать честью друга и, вдобавок, обманывать этого седовласого старика, которого она любила, как родного отца. После смерти родителей у нее не осталось никого ближе Фенерона – он стал для нее отцом и матерью. Но ужин прошел непринужденно и весело – девушка постаралась ничем не выдать свои намерения, но после, зайдя в свою комнату, он прижалась спиной к двери и прошептала:

– Потерпи еще немного, Камрин, я к тебе прилечу!

Потом открыла шкаф и посмотрела на летную форму. Ангела очень любила свою работу и знала, что отец не шутил, сказав, что снимет погоны за ее самовольство. Любуясь мундиром, она подумала: «И, все-таки, по-человечески я поступаю правильно».

4

Как и было намечено, Тагнер в конце недели зашел за Ангелой.

– У меня отличная новость, – начал он. – Я обо всем договорился с Фенероном, я сейчас от него. Мне удалось его уговорить, но сначала он, конечно же, не хотел ничего слышать.

– Вот как?!

– Ну, мы чуть поспорили, конечно, но я его убедил. В основном я напирал на то, что тебе пойдет на пользу немного отвлечься, лишний раз окунуться с ложную работу. В общем, мы вылетаем завтра, на рассвете. Сегодня твой отец сам расписал все полеты, а я снарядил корабль. Поздравь меня, все удалось!

Ангела с радостью бросилась ему на шею. Он обхватил ее за талию и стал кружить, но девушка вдруг отстранилась:

– Подожди, подожди. Тагнер, ты ничего не сказал о составе экипажа. Они нам не помешают?

– Естественно, я об этом подумал – мы летим вдвоем! – он развел руки в стороны и изобразил птицу в полете. – Фенерон понимает, что я тебя люблю, и дает свое благословение на наш брак. Вот я ему и сказал, что, возможно, побыв вдвоем с тобой, я смогу уговорить тебя выйти за меня замуж. Моя идея ему понравилась.

– Ты просто гений, Тагнер!

Утром все было готово к вылету, экипажу пожелали счастливого полета. Ангела подошла к отцу и обняла:

– Ты прости, отец, я иногда бываю не права…

Фенерон, ничего не подозревая, тоже обнял дочь:

– Ах ты, моя непослушная ласточка. Ты меня тоже прости, если я был груб с тобой. Но мы ведь уже помирились, правда? Главное, возвращайтесь невредимыми.

Тагнер опустил люк и, когда они заняли места в креслах, подал команду бортовому компьютеру на включение всех систем, после чего запросил у наземной службы разрешение на взлет.

Выйдя в открытый космос, Тагнер сообщил координаты полета, после чего отключил приборы связи, несмотря на опасность встречи с инопланетным противником. Другого выхода не было – ведь перед ними стояла особая цель.

Когда они приземлились на острове христосцев, там уже опускалась ночь, и дождь лил как из ведра. Для посадки было выбрано место на краю леса, поближе к замку.

– Тагнер, у меня плохое предчувствие, – прошептала Ангела. – Такое впечатление, что все вымерло.

– Ангела, о чем ты говоришь?! Ты ждала, что нас встретят толпы народа? И в прошлые разы, даже днем, в это место христосцы ходили нечасто, а в такую погоду они наверняка сидят дома и пьют горячий шоколад!

– Не шути в такой момент, пожалуйста! Ты же знаешь, у меня телепатические способности сильнее, чем у других. Я чувствую, что здесь все плохо…

– Успокойся, все будет хорошо. Надевай защитный костюм, и выходим.

Они облачились в те самые переливчатые комбинезоны, в котором Камрин впервые увидел Ангелу, но в этот раз надели и шлемы, чтобы уберечься от возможного заражения. Взяв саквояжи с медикаментами, они отправились на поиски людей.

5

Округа, действительно, словно вымерла – на всем пути до замка они не увидели света в домах, не встретили ни души. Само королевское жилище так же оказалось покинутым – Ангела и Тагнер осмотрели все помещения, но никого не нашли.

Ангела не переставала звать любимого, но все было тщетно.

– Не может быть, чтобы они все погибли! – чуть не плача проговорила девушка. – Если все умерли от эпидемии, то где же их тела?

– Ангела, может быть, нам стоит перелетать к другим населенным пунктам? – предложил Тагнер. – Возможно, болезнь свирепствовала здесь сильнее, чем в других местах, и выжившие просто ушил?

– Не знаю, – прошептала девушка, может быть… Слушай, я чувствую что-то!.. Стоп, я все поняла, пошли со мной!

Она схватила фонарь и бросилась в сторону леса, в противоположную сторону от места их нынешней посадки.

Ангела направилась через голые пустоши, к лесу, на поляну, где когда-то встретила свою судьбу. «Только бы он был жив», – думала она, и по мере приближения к заветному месту сердце ее билось все чаще и чаще.

С включенным фонарем Ангела пробиралась между деревьями сквозь мокрые голые кусты.

– Камрин, Камрин! – звала она плачущим голосом, и вдруг замерла, чуть не споткнувшись о лежащего человека.

– Тагнер, сюда! – закричала она. – Я нашла!

Она перевернула на спину тело человека в помокшей одежде, смахнула с лица прилипшие жухлые листья – и, увидев перед собой любимого, с криком отпрянула.

– Что случилось, Ангела? Что… – воскликнул Тагнер, выбегая на поляну, но не договорил, увидев в свете фонаря обезумевшее лицо девушки.

Склонившись над телом, он тоже узнал Камрина.

– Он совсем холодный, Тагнер… – дрожащим голосом проговорила Ангела.

– Возьми себя в руки, космолетчица! Очнись, сейчас не место слезам – надо нести его на корабль.

Камрин лежал без сознания, а у Ангелы по щекам катились слезы.

Тагнер встряхнул ее за плечи:

– Приди в себя! – приказал он и добавил: – Только никак не могу понять, что он делал в лесу в такую погоду?

Ангела через слезы ответила:

– Это же то место, где мы с ним впервые встретились! Наверняка, он думал, что пришла его смерть, и хотел умереть здесь. Но если он умер, то и мне не жить. Я его смерть никогда не смогу простить ни себе, ни отцу. Если бы мы оказались здесь днем раньше, он был бы….

– Успокойся, он, кажется, еще жив. Сердце бьется, но слабо, такое впечатление, что он потерял много крови. Окажем необходимую помощь, а когда он придет в себя, то объяснит, что произошло. Никого не вини, и себя в том числе! Радуйся, что он жив, и что мы его нашли.

Ангела сняла шлем и обняла любимого:

– Ради всех святых, ради нашей любви не умирай, Камрин, – умоляла она, и хотела снять шлем, чтобы поцеловать безжизненное лицо, но Тагнер ее остановил.

– Так дело не пойдет, Ангела! – воскликнул он. – Не смей снимать шлем. Если мы заразимся, кто его вылечит?

Тангер отодвинул девушку в сторону и раскрыл чемоданчик с набором средств первой помощи.

6

К утру Камрин пришел в себя. Увидев перед собой Ангелу, он решил, что она ему снится, и, боясь, что сон исчезнет, снова закрыл глаза, но тут же понял, что это все происходит наяву.

– Господи, неужели это не сон!? – слабым голосом проговорил он.

– Нет, любимый, нет! Это я стою перед тобой! – улыбаясь сквозь слезы, прошептала Ангела и обняла его.

Камрин чуть повернул голову и увидел Тагнера:

– Тагнер, друг мой!.. Как вы оказались здесь?

– Наши исследовательские зонды передали сообщение, что на вашем острове началась эпидемия – к сожалению, оно поступило с большим опозданием, да и от меня его скрывали. Нам пришлось пойти на хитрость, чтобы заполучить корабль, но мы вырвались! – Она виновато улыбнулся: – Надеюсь, не слишком поздно.

Камрин рассказал о том, что произошло, а Тагнер еще раз по приборам проверил состояние здоровья Камрина, и, снимая шлем, произнес:

– Ты прав, заражение происходит исключительно воздушным путем и в определенной стадии активности вируса. Вирус, находящийся в организме, не опасен для окружающих – он активен, только из специального источника, ну или… – он на секунду замялся, – выделяясь из разражающихся трупов. Но какое чудо тебя спасло?

– Что здесь непонятного? – возразила Ангела, продолжая всхлипывать. – Моя любовь оберегает его.

Однако к полудню состояние Камрина резко ухудшилось, он потерял сознание, и Ангела все время находилась рядом.

– Да, Ангела… плохи дела, – сказал Тагнер. – Он может впасть в кому.

Девушка решительно вскинула голову:

– Думаю, единственный выход – лететь домой! Только там есть надежда, что его спасут – мы здесь вряд ли поможем в таком состоянии.

– Полагаешь, они нас примут? – с сомнением спросил Тагнер.

– Но что делать? Нам этого не избежать – Камрину необходимо срочное серьезное лечение. В том состоянии, в каком он находится, помочь можно только на Ферине – там есть соответствующая аппаратура, специалисты. Главное, мы выяснили, что этот вирус не передается от человека к человеку – только через воздух в неактивной фазе.

Тагнер вздохнул:

– Да уж, придется долго и упорно объяснять, что вирус больного человека не опасен. Но выхода нет, летим. А пока нам надо продумать, как действовать на месте – там на раздумья времени не останется. Продолжай наблюдать за Камрином, чтобы ситуация не стала еще хуже.

Заметив в глазах Ангелы боль и отчаяние, Тагнер поспешил хоть как-то ее успокоить:

– Ничего, Ангела, вот увидишь, Камрин выздоровеет. Не может быть, чтобы наше руководство оставило беспомощного человека на произвол судьбы. Да, мы не вмешиваемся в дела планет, но тут же отдельный человек, и, в конце концов, мы же тоже люди.

– Я тоже так думаю, – устало проговорила Ангела.

7

На космодроме их встречали.

Тагнера сильно взволновало, когда он увидел из иллюминатора не только отца Ангелы, но и самого Президента в сопровождении нескольких министров. Кроме того, рядом стояли и люди из группы специального назначения.

– Вот этого я не ожидал. Сам Президент… не говоря еще о спецгруппе. Как мы выйдем? Они проверят компьютер и поймут, что мы умышленно отключали все приборы. А потом найдут Камрина, и все станет ясно без слов. Тогда мне не хотелось бы увидеть лицо твоего отца.

– Позволь, я выйду первая.

– Нет, ты оставайся с Камрином, я сам. Если они за нас беспокоились, значит, будет возможность объяснить причину. Пожелай мне удачи, – сказал Тагнер.

Не увидев Ангелы, Фенерон забеспокоился.

– А где второй член экипажа, капитан? Что случилось? – взволнованно спросил он. Президент сурово на него посмотрел:

– За халатность в выполнении своих обязанностей, адмирал, вы тоже понесете наказание, – затем он повернулся к Тагнеру:

– Доложите нам, капитан, как случилось, что пропала связь? Мы решили, что на вас совершено нападение, собирались поднимать силы флота по тревоге!

Президент ждал ответа., а Тагнер стоял перед ними по стойке «смирно».

Адмирал взглянул на ручной коммуникатор, и лицо его посветлело, несмотря на гнев Президента.

– Все в порядке, мой Президент, – сказал он. – На корабле никаких происшествий – второй член экипажа жив и здоров.

– Тогда я ничего не понимаю! Почему мне сообщили о потере связи с боевой единицей флота? Что это значит, адмирал?

На суровый вопрос Президента ответил Тагнер:

– Мой Президент, позвольте! Адмирал ни в чем не виноват – мы умышленно отключили связь, получив данные о ситуации на планете Аури. Там на острове от смертельного вируса погибают люди. Один из них – глава этого островного народа, находится здесь, на нашем корабле. Мы надеемся на вашу милость и снисхождение… – и Тагнер рассказал о путешествии на Аури, утаив, однако, некоторые элементы их с Ангелой плана.

Президент вспылил:

– Чем вы здесь занимаетесь, адмирал, черт побери? Я не собираюсь рисковать благополучием всей планеты а, значит, жизнями ее жителей! В этом Безумном поступке своих подчиненных разбирайтесь сами. Экипаж – под арест, а ваше ведомство пусть немедленно обеспечит карантин и займется исследованием этого вируса или чего там. И я жду от вас письменного доклада о ситуации и принимаемых мерах. – Глава планеты повернулся и отбыл в сопровождении своей свиты.

Лицо Фенерона словно окаменело, из-под фуражки стекали капли пота. По нему было видно, что он с великим трудом сдерживает себя:

– Где Ангела? – ледяным голосом спросил он.

– Я здесь, – Ангела сошла с трапа, встав перед ним.

Увидев ее живой и невредимой, Фенерон на секунду успокоился, но тут же сказал жестко:

– Это измена своему народу, иначе не скажешь. Изменить курс, обмануть главнокомандующего, обмануть весь народ… Вы представляете, чем это вам грозит, капитан Тагнер? Что?.. Не слышу ответа.

– Да, мой адмирал, – пробормотал Тагнер. – Трибуналом.

– Для начала вы разжалованы! – Фенерон подошел к Тагнеру и резким движением сорвал с него знаки отличия.

– Это практически предательство, капитан Тагнер! Вы запятнали честь мундира вместе со своим помощником! – Подойдя к Ангеле, адмирал испепеляющее посмотрел на нее и тоже снял с нее погоны.

– Вы сами заставили меня принимать жестокие меры! Ваше самоволие погубило вас, и это станет хорошим уроком! А смерть аурианина окажется на вашей совести – придется освободиться от вашего друга, но для начал определить, чем он там заражен, чтобы исключить возможное распространение заразы уже через вас.

По его знаку два человека из уже прибывшей карантинной команды хотели войти в салон корабля, но Тагнер с Ангелой встали на их пути.

– Это что еще за выходки?! – вскричал Фенерон.

– Отец, прошу, выслушай меня! Камрин находится в коме. В таком состоянии с ним нельзя обращаться как с военнопленным!

– И ты мне говоришь о том, что можно, а что нельзя?! Кто нарушил закон, которому не одно столетие? Кто ослушался приказа, не вы ли?

– Отец, умоляю тебя! – Ангела рухнула на колени. – Ему нужна помощь! Мы виноваты, можешь нас наказывать. Но если он умрет, с ним умру и я. Он мой муж! Разве было бы справедливо отдавать его своими руками на смерть? Он не опасен для наших людей, этот вирус не передается контактно от больного. Пусть наши доктора займутся его лечением и, заодно, конечно, исследованием вируса.

– Встань и веди себя, как офицер, – с осуждением молвил Фенерон. – Где твоя гордость? Ладно, даю вам последний шанс: если после его обследования врачи обнаружат хоть малейшую угрозу для нашей планеты – он немедленно будет уничтожен. И больше чтобы я об этой проклятой Аури не слышал!

Ангела встала и сделала шаг назад, закрывая собой вход в корабль. Отчаяние охватило ее влюбленную душу, и она выхватила оружие:

– Не подходите, я за себя не отвечаю!

– Нет, нет! Не делай этого, Ангела, – крикнул Тагнер и хотел броситься к ней, но сильные руки спецназовцев остановили его.

– Это черт знает что! – вскипел Фенерон. – Как отец, прошу, не осложняй положения! Неужели ты так низко пала, Ангела, что можешь поднять оружие на своих? И ради чего?!

– Ради любви, отец, ради человеческих чувств! Я только теперь поняла, почему моя мать выбрала моего отца, и ты всегда ревновал ее к своему брату. Для тебя был превыше всего долг, долг перед страной, перед делом. Но ты всегда забывал о долге перед каждым из нас, перед человеком в отдельности. Ты не понимаешь в полном смысле, что такое настоящая любовь. Камрина до сих пор защищает только сам Бог – и моя любовь.

– Не смей, сопливое дитя, говорить со мной таким тоном! Ты представить себе не можешь, что значит слово «любовь». Оно предназначено не только для одного человека. Любовь никому не должна принести вреда. А ты – эгоистка, и думаешь только о своем счастье. Брось оружие! Не заставляй меня отдать приказ стрелять в собственную дочь.

Ангела усмехнулась и приставила лучемет к своему виску.

– Камрина на расстрел я не отдам! Ты прав, отец, я не смогу выстрелить по своим, но если они подойдут, я убью себя!

– Не устраивай показухи, и не глупи, девчонка! Все равно тогда его точно уничтожат. Я же сказал: проведут обследование твоего больного, и если угрозы нет, и будет найдено эффективное лечение, то тогда его не тронут, но на Ферине, разумеется, не оставят, а вернут на Аури…

Ангела помотала головой, не опуская оружия:

– Нет! Мне нужны от тебя гарантии, что его не тронут в любом случае, и оставят здесь, со мной!

Фенерон глубоко вздохнул, сжал кулаки, мотнул головой, закатывая глаза в бессильной ярости.

– Так, мне необходимо подумать. Всем оставаться на местах! – приказал он солдатам оцепления и отошел в сторону.

Он направился к скамейке, стоявшей невдалеке от посадочной площадки под деревом, присел на нее и какое-то время сидел, почти не шевелясь, глядя себе под ноги.

Все с замиранием сердца ждали последнего решения адмирала. Наконец он, тяжело ступая, вернулся к шеренге солдат, полукругом стоявших у корабля, и заговорил так, словно каждое слово давалось ему с огромным усилием.

– Тяжело мне принимать тут решение, – сказал он. – Вряд ли им останется доволен Президент, но коли он сам приказал мне действовать по моему смотрению, ну, что же… Мы поступим так. Капитана Тагнера после пребывания в карантине отдать под трибунал за халатное отношение к своим обязанностям и пренебрежение интересами своего народа. С капитана Ангелы Фенерон, агента межпланетных дел, снять все полномочия и изгнать с планеты Ферина навсегда за то, что личные эгоистические чувства она поставила выше интересов Родины и вековых устоев нашего общества!

Фенерон пристально, исподлобья посмотрел на Ангелу.

– Что ж, хочешь вечно быть со своим возлюбленным – будь с ним! Медики возьмут образцы тканей Камрина – нам необходимо найти противовирусные препараты на случай, если зараза уже попала к нам через вас, – он почти брезгливо ткнул пальцем сначала в Ангелу, затем в Тагнера. – После этого я дам тебе корабль, медицинское оборудование и медикаменты – и лети на все четыре стороны! Считай, что корабль подарен от имени нашего народа! – махнул рукой Фенерон. Если сможешь вылечить его и себя – если и ты больна, – будьте счастливы где-то там, далеко. Ты так боролась за свое счастье, и ты его, конечно, заслужила – для себя и по своим эгоистическим меркам. Может быть, на чужбине ты также осознаешь, что это такое – любовь к своей планете, к своему народу. Как отец, я благословляю тебя, но как адмирал я бесконечно тебя порицаю, и никогда не дам снисхождения. Если надумаешь изменить курс и приземлиться на Ферин в другой части света, твой корабль будет уничтожен.

– Обнимать тебя не стану – мне и так, как и всем здесь присутствующим, придется пройти карантин.

Фенерон тяжелой поступью направился к своей летательной машине. Глядя на него, невольно можно было подумать, что на шее у адмирала повис тяжелый камень, отчего он весь ссутулился.

Ангела опустила лучемет и тихо заплакала, не делая ни малейшего движения, чтобы вытереть лившиеся по щекам слезы.

Карантинная команда тем временем развернула вокруг корабля настоящее оцепление и устанавливала необходимое для выполнения приказа оборудование.


Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации